Истинная Энергия любви

Глава 5. Энергичные уроки страсти и ненависти

Днем я старалась заглушить внутреннюю бурю, целиком уходя в работу. Меня определили обучать девушек-одаренных самообороне, посчитав мои навыки из прошлого полезными. Ирония судьбы — работать мне пришлось в одном зале с Алексом Ветровым. Он тренировал парней боевым искусствам, я — девушек.

И каждый день рядом с ним был одновременно пыткой и наслаждением.

Он не упускал случая подколоть:

— Смотрите, парни, вот как делать захват нельзя!

Его группа дружно хохотала, мои девушки заливались краской.

Надо отдать ему должное — со своими подопечными Алекс был суровым, но, что меня искренне поразило, человечным и по-отцовски добрым. Никогда бы не подумала, что этот на вид грубый мужлан способен на такое. Для многих парней он стал тем, кого у них не было — родителем. Не давал свернуть на кривую дорожку, учил не только драться, но и готовить, чинить, обращаться с энергией, заботиться о себе, а кому было совсем туго — покупал одежду и еду.

— Не слушайте его, девушки, — парировала я, стараясь не смотреть в его сторону. — Для нас этот метод — самый правильный, особенно если противник выше и сильнее.

Алекс, как и его парни, часто занимался без рубашки. Мои подопечные постоянно отвлекались. Да и я сама немногим от них отличалась.

Но однажды после тренировки наш спор перерос во что-то большее.

Зал опустел, осталось лишь эхо шагов и тяжелое, еще не успокоившееся дыхание после тренировки. Я стояла у матов, вытирая пот со лба, а Александр прислонился к стене, скрестив на груди мощные руки. Его черные волосы прилипли к вискам, мокрая майка облепила рельефный торс, и от него пахло чем-то диким, животным и электрическим одновременно.

— Что, попаданка, опять злишься? — его голос, низкий, с легкой хрипотцой, пробежал по моей коже разрядом.

Я шагнула к нему, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Заткнись, Ветров. — толкнула его в грудь что есть силы.

Он даже не дрогнул. Только ухмыльнулся, поймал мои запястья и резко прижал к холодной стене. Тело к телу. Его грудь — твердая, горячая плита, а его дыхание обожгло шею. Я почувствовала, как бьется его сердце — сильно, быстро, в четком унисоне с моим.

— Твои методы слабы, Вета. Девушки должны учиться управлению энергией, а не кулачному бою, — сказал он, приближаясь так, что наши тела едва не соприкоснулись. — Почему ты не учишься управлять энергией?

— Думаешь, твоя энергия делает тебя неотразимым? Твои приемы — грубы. Покажи, на что способен без вашей чертовой магии, если так уверен, — бросила я вызов, злясь на собственную беспомощность.

Алекс задел за живое. Почти у всех попаданок были успехи в освоении энергии, а у меня — ни единой искры.

Он схватил меня в жесткий захват, прижав еще сильнее, почти вдавив в стену.

— Видишь? Слабая, — прошептал он прямо в губы.

Я вырвалась, но вместо отступления впилась в его рот — яростно, срывая майку с его плеч. Он ответил тем же, придавив к стене так, что дух захватило. Его руки скользнули по моему телу, оглаживая бедра.

— А ты думаешь, твоя злость скроет, как ты дрожишь? — его шепот в самое ухо стал ниже, гуще, опаснее.

Его голос заводил, как самый лучший афродизиак.

Пальцы правой руки Алекса медленно, словно змеи, проползли по моей талии, под топ, коснулись голой кожи живота, обожгли бедра через шортики. Я вздрогнула — прикосновение было как ток. От него по всему телу побежали мурашки, соски затвердели, низ живота сжался сладкой, томительной судорогой.

— Ненавижу тебя, — выдохнула я, но голос предательски сорвался.

Он наклонился еще ближе, губы в сантиметре от моих, дыхание смешалось в один горячий поток.

— Ненавидишь? — тихо, с хрипотцой рассмеялся он, и от этого смеха по мне прошла новая волна жара. — А тело твое кричит об обратном.

Его бедро вклинилось между моих ног, и я невольно, почти бессознательно, прижалась к нему сильнее, чувствуя, как там давно уже стало влажно и горячо. Он медленно провел ладонью по моей спине, вниз, к пояснице, сжал ягодицу, притягивая меня к себе вплотную. И резко, почти грубо, посадил меня на подоконник, встав между расставленных ног так, что я всей кожей, каждым нервом ощутила его возбуждение — твердое, пульсирующее, невероятно горячее.

— Отпусти… — прошептала я, но руки сами легли ему на могучие плечи, пальцы впились в напряженные мышцы.

— Ты не хочешь этого, — усмехнулся он, и в его глазах плясали искры.

Он наклонился, провел языком по моей шее — медленно, влажно, оставляя огненный след. Я задрожала всем телом, дыхание стало рваным, прерывистым, между ног пульсировало так сильно, что ощущения переходили в почти болезненную истому.

— Скажи еще раз, что ненавидишь, — прошептал он, губы коснулись мочки уха, а кончик языка обжег чувствительную кожу.

Я не ответила. Не могла. Просто стояла, дрожа, чувствуя, как тело предает меня с головой. А после прохрипела:

— Ненавижу…

Он отпустил меня резко, отступил на шаг, оставив сидеть на холодном подоконнике, разгоряченной и растерянной.

— Взаимно, малышка. Но мне это никогда не мешало наслаждаться.

Я ушла следом, ноги подкашивались, между ног было жарко и мокро, вокруг витал лишь его запах, эхо его прикосновений и низкого голоса. Ненависть смешалась с чем-то неизмеримо более опасным и пленяющим.

***Читайте также***