Хроники Мэррилэнда

Глава 7 Подарок на день рождения

Если бы Асторию попросили описать мужчину ее мечты, то она бы сказала: могучий брюнет. Желательно с бородой, но и усы пойдут. Чтобы широкие плечи, сильные руки, роскошная шевелюра и темные глаза.

На хозяина Рассветной крепости она уставилась едва дыша.

Великолепный!

Князь Барсы был не слишком высок. Во всяком случае, имелись среди его свиты мужчины и повыше. Но Астория и сама маленькая, как птичка, хоть и сложена отменно. Зато какие у него были плечи! Широкие настолько, что князь казался квадратным. Вьющиеся темные волосы не настолько длинны, чтобы собираться в хвост. Стрижка явно мужчине не помешает. Крупный нос с горбинкой, выразительные карие глаза, недельная небритость, густые брови. Все, как ей нравилось. Просто герой ее эротических фантазий. Нет, лучше! В ее мире таких мужчин просто не существовало.

Вот только ее герой никак не должен смотреть на неё столь высокомерно и даже брезгливо. И идеальные свои губы поджимать недовольно не должен.

— Ты кто еще такая? — рявкнул он сердито.

Астория съёжилась, невольно прикрывая руками грудь.

— Видимо, я ваш подарок на день рождения, — повторила она.

— Серьезно? — выразительные брови брюнета насмешливо поползли вверх. — Танцовщица?

Астория мотнула головой.

— Куртизанка? — с надеждой продолжил князь.

Она снова ответила отрицательно.

— Девственница?

Девушка прикусила губу, отчаянно краснея. Что ответить?

— Да ну, брось, — не поверил князь. — Такая взрослая, такая красивая! Ты не можешь быть невинна. Сколько тебе? Шестнадцать? Семнадцать?

— Во… семнадцать.

— А я о чем. Ты должна быть замужем и с ребятенком.

— Я не из Барсы.

— Это я понял. У нас женщины другие. Мэррилэнд? Северянка. Да, вы позднее созреваете. Как зовут?

— Астра, — шепнула Астория, дрожа. Ее вдруг накрыло осознанием, что этот мужик — отнюдь не сказочный принц ее мечты, а вполне реальный человек. И сейчас она совершенно никак не сможет от него защититься. От одного ненормального мужика она угодила в лапы другого.

— Красивое имя, — похвалил князь. — Так. Девственницу в мою спальню. Раз уж мне ее подарили. Поганца отыскать и привести ко мне. Грон, Маре — в порт быстро. Фалес! Найди сундуки моей матери. Они где-то на чердаке.

— Да, светлейший.

Князь же расстегнул свой плащ — и накинул на плечи девушки.

— Прикройся, — процедил сквозь зубы. — Простынешь. Дрожишь вся.

Астория немедленно закуталась в тяжёлую колючую ткань. Холодно ей не было, но светить своими прелестями перед толпой воинов совершенно не улыбалось. Лучше плащ, кстати, остро пахнувший мужским потом. Фу.

— Сард, покажи Астре дорогу. Да позаботься, чтобы она не сбежала.

— Слушаюсь, светлейший.

Один из воинов, зверообразный мужик со шрамом через пол лица, шагнул к девушке, легко подхватил ее на руки, словно ребёнка, и куда-то понес. Она только и успела испуганно взвизгнуть.

— Ты не пугайся, цветочек, — успокоил ее Сард. — Пол холодный и грязный, а ты босиком. Я донесу, ты легкая.

Выбора у неё не было, не вырываться же теперь! Хотя Астория предпочла бы, чтобы ее нёс князь, конечно.

Черт возьми, Ренгар, ты козел! Надо же было ее так подставить!

Спальня князя выглядела по-мужски роскошной. Оливковые с золотом обои, изумрудные бархатные шторы, большая постель, накрытая зелёным покрывалом, толстый серый ковёр на каменном полу. И клубы пыли под кроватью. Два огромных кресла, массивный шкаф. Шторы Астория трогать не решилась — побоялась задохнуться.

Типичная мужская берлога. Ну да, женщин в крепости нет, а мужчинам делать больше нечего, как пыль убирать и полы мыть. Спасибо, что постель свежая — она понюхала. Астория тоже уборку терпеть не могла, но до такого свинарника свою комнатушку никогда не доводила. Впрочем, это не ее дело.

Девушка с облегчением сбросила плащ на кресло, потом обследовала спальню. Она боялась, что в такой старой крепости в княжеских комнатах не будет ванной, только общие бани, но судьба была к ней милостива. Туалетная комната смотрелась вполне современной (ну, для этого мира). В огромной медной ванне на ножках мог без труда поместиться самый крупный мужчина, из крана текла вода — не тёплая, как в Мэррилэнде, но и не ледяная. Достаточно комфортная, чтобы напиться, умыться и причесать волосы влажными пальцами. Воровато оглянувшись, Астория задрала ноги и вымыла их тоже. К счастью, ее акробатический этюд никто не видел.

— Браво, Астра, растяжка на высоте! — похвалила она саму себя, а потом накинула найденную в шкафу чистую рубашку и юркнула в постель — спать.

— Какие наглые нынче подарки, — пророкотал у неё над ухом мужской голос. — Кто тебе позволил спать на моей кровати?

— Кто сидел на моем стульчике, — пробормотала под нос девушка, — и сломал его?

— Что ты там лепечешь?

— Ничего… господин. Простите, я не знала, что мне нужно тихо сидеть в уголочке на полу. Мне не объяснили.

Князь смотрел на неё сердито, но в глубине карих глаз искрилась насмешка.

— Дерзкая? Из хорошей семьи, наверное, — он сдёрнул с девушки одеяло, беззастенчиво ее рассматривая. — Руки нежные, кожа не знает загара. Тонкие щиколотки, ухоженные волосы, — князь бесстрастно перечислял достоинства Астры, как торговец на базаре. — В поле не работала, тряпку в руках не держала. Аристократка. Кто ты?

— Принцесса Мэррилэнда, — честно ответила девушка. — Астория Леграс.

— Смешно, — фыркнул мужчина. — Я прекрасно знаком с принцессой Мэррилэнда. Она была моей невестой. Ты вовсе на неё не похожа, разве что глазами. У Андреа кудрявые темные волосы и совсем другая фигура.

— Но я говорю правду, я…

— Молчать! Не делай из меня идиота. Не хочешь признаваться — тебе же хуже. Будешь пока жить тут, прислуживать мне.

— Не собираюсь я никому прислуживать! — возмутилась Астория. Она рассчитывала, что князь сразу потащит ее в постель и мысленно готовилась сопротивляться изо всех сил, но оказалось — работать! Пыль убирать, что ли? Ну уж нет!

— А придётся. Отправлю тебя на кухню, Бранд давно просил толкового помощника.

— Ночевать мне тоже на кухне?

— Нет, спать будешь со мной. Пусть все считают тебя моей любовницей. Так никто приставать не будет.

Он, видимо, тоже не собирается. Не понравилась? Тем лучше для Астории. Или нет.

Между тем князь скинул рубаху, явив пристрастному взору Астории могучую, поросшую чёрными волосами грудь. Она невольно облизнула губы, стараясь не глазеть так явно. Ах, какие плечи, какие мускулы! Так и хочется потрогать, но… он воняет!

— Ваша светлость… или как вам там называть?

— Дэймон.

— Что, прямо по имени? — удивилась девушка. — Так можно?

— Наедине и в спальне. Устал от светлостей.

— Дэймон, вы собираетесь лечь спать?

— Да. В чем проблема?

— Вы дурно пахнете. Вам нужно принять ванну.

На миг Астория подумала, что он ее сейчас убьёт за наглость. Пискнула, прячась под одеяло. Но хмурое лицо разгладилось, и князь даже слегка улыбнулся.

— Дурно пахну? Ну, так иди и приготовь мне ванну. Будешь меня купать. И рубашку мою сними, измочишь.

Астория раскрыла рот, чтобы возразить, но сразу же закрыла. Ситуация нелепая, но не страшная. Дэймон ее явно дразнил, думая, что она разразится слезами. Нет, она не такая. И голых мужиков не боится. А на этого вообще страшно хочется поглазеть. И потрогать.

Невинность — понятие техническое. В своём мире Астория много чего читала и смотрела. Прекрасно знала, что такое — близость между мужчиной и женщиной. И совершенно этого не боялась, даже предвкушала. Назвать невинной она себя не могла. Девственница — да. Но не потому, что она чего-то там хранила. Просто не было подходящего партнера. До сегодняшнего дня Астра не считала ни одного мужчину достойным себя. А теперь задумалась.

Князь Барсы хорош собой. Довольно молод. Кажется, не злой, во всяком случае, пока только насмехается. Да и Роджер говорил, что все барсельцы очень деликатны с женщинами. Особой деликатности Астория не заметила, но и вреда ей не причинили, если не считать того, что ее не накормили и пытались напугать паутиной и пылью.

Смешно: Олли и Роб были так уверены, что ее примут с распростертыми объятиями и непременно выслушают, а вышло вот так глупо. Зато ей удалось близко подобраться к князю — ближе просто не придумаешь.

Она набрала в ванну воды — холодной, разумеется. Видимо, барсельские мужчины настолько суровы, что горячая ванна им не нужна. Приготовила полотенца и мыло.

— Все готово, Дэймон.

Его имя она произнесла с легкой дрожью в голосе. Все же практически незнакомый мужик. Когда ей уже перестанет казаться, что все происходящее — лишь игра?

Князь (великолепный и абсолютно уже голый) радостно проследовал за ней в туалетную комнату, совершенно не пытаясь прикрыться, и немедленно запрыгнул в наполненную ванну. Астория за короткое время узнала сразу три вещи: во-первых, Дэймон по-мужски одарён весьма щедро — и отлично об этом знает; во-вторых, закон Архимеда прекрасно работает и в этом мире — половина воды тут же выплеснулась на пол. Ну а в-третьих, барсельцы не моются в холодной воде. Потому как мужчина взвыл и подскочил, возмущаясь:

— Ты смерти моей желаешь, женщина? Почему ты не нагрела воду?

— А что, ее греть нужно? — захлопала глазками Астория, изо всех сил пытаясь смотреть на его плечи и грудь, а не ниже. — Я думала, что вы… ну… суровые мужчины…

— Дура, — припечатал ее князь, тыкая пальцем куда-то под ванну. — Тут печка. Надо было огонь развести.

— О! Как под котлом? А вы не сваритесь?

— О-о-ох! — простонал Дэймон и плюхнулся обратно, щадя ее стыдливость. — Бес с тобой, так будет быстрее. И безопаснее, как я понял. Давай быстро мыло.

Она подала горшочек, кусая губы, чтобы не рассмеяться. Вот уж воистину, не мужчина, а плюшевый мишка. Совершенно не страшный!

Князь мылся сам, пока Астория со скучающим видом разглядывала мраморные стены. Здесь тоже была печь, но сейчас тепло, нет нужды ее топить. Наверное, зимой разжигают.

— Намыль мне спину, женщина!

— У меня имя есть, — недовольно буркнула девушка, делая шаг к ванне. — Я же не называю вас… ой!..!

Она вступила в лужу и немедленно поскользнулась, теряя равновесие. Вырвавшиеся у неё слова были крайне неприличны. И плюхнуться бы Астре в воду, но Дэймон ловко ее поймал, конечно, совершенно намочив рубаху. Заглянул ей в лицо, красное от смущения, перевёл взгляд на грудь, облепленную мокрой тканью, и тихо заметил:

— Я ведь говорил, что вымокнешь. Не ушиблась?

Ее знание ненормативной лексики он предпочёл не комментировать.

— Все в порядке, — сглотнула Астория, разглядывая его губы. Нет, ну так не честно! Нельзя быть таким идеальным! Это ведь не статуя в музее, а живой человек! Горячий и чертовски соблазнительный!

— Тогда бери мочалку и мой мне спину. Ты ведь не хочешь спать в одной постели с вонючим мужиком?

Она вообще уже не хотела ни с кем спать. Но деваться было некуда.

Конечно, Астория интуитивно понимала, что если она взбрыкнёт и откажется, Дэймон не станет ее принуждать. Но у неё появился шанс впервые в жизни потрогать настоящего мужчину, и черт возьми, она его не упустит! Его плечи кажутся такими твёрдыми, гладкими, а спина мускулистая, с бугорками и ямочками. Трогать — одно удовольствие. Мыльными пальцами Астория скользила по мужскому телу, а тот наклонял голову и убирал вьющиеся чёрные волосы с шеи, чтобы ей было удобно.

— Стричься не думали? — брякнула она, разливая вязкую неловкую тишину.

— Нет. А нужно?

— Не помешает.

— Может, мне так нравится.

— Тогда приведите в порядок голову. И побрейтесь.

— Где именно? — он явно над ней смеялся. — Лицо? Грудь? Может, пах?

— Грудь не нужно, — милостиво позволила она, с сожалением отрываясь от великолепного тела. — Все, я закончила.

— Тогда иди в постель, — голос Дэймон подозрительно охрип.

— А смыть мыло? А вытереться?

— Я сам. Или хочешь поглазеть, возбудился ли я от твоих ласк? Могу продемонстрировать.

— Я пойду.

— Жаль.

Астория досадливо вздохнула. Ей очень хотелось посмотреть, но нарываться не стоило. Рано. Подумает ещё, что она развратница. Ей не хотелось, чтобы Дэймон начал ее презирать. Кто знает, что в голове у этих странных, практически средневековых мужчин?

Она художественно развесила мокрую рубашку на стуле и в очередной раз порадовалась, что Ренгар обеспечил ее хотя бы бельем. Ну и братец у Дэймона, конечно. Козел и придурок, вот.

Новая рубашка из шкафа — хорошо, что там много. Подушка и одеяло.

Дэймон вышел из ванной, взъерошенный и в одном лишь полотенце на бёдрах, и Астория сдалась. Достаточно ей искушений. Пора зажмуриться и закутаться в покрывало.

— Надеюсь, мой брат не подослал мне убийцу, — серьезно заметил князь. — И ты не прикончишь меня ночью.

— Вы его не поймали?

— Конечно нет. Поймать Ренгара можно, только если он сам захочет. Да и город он знает даже лучше меня.

— И вы спокойно ложитесь спать в одну постель со мной? — удивилась Астория. — А вдруг я и в самом деле — убийца?

— Да я пошутил, — фыркнул князь. — Ренгар не настолько меня ненавидит. К тому же, если я умру, ему придётся стать князем, а он этого точно не хочет. Ну и ты слишком нежная, чтобы быть опасной.

Астория обиженно поджала губы и отодвинулась от него на край кровати. Дэймон не возражал.

Она ожидала, что он будет распускать руки, приставать к ней, но ничего подобного не случилось. Он просто закрыл глаза и быстро засопел. Полуголая девушка в одной постели с взрослым, уверенным в себе мужчиной с нормальной потенцией. Девушка, подаренная ему на день рождения. И ничего. Что бы это могло значить?

Только одно — у князя есть другая.

А ведь он был женихом Андреа! Если узнает, что она вернулась — что будет? Помолвку возобновят? Это выгодно обеим странам. Наверное, они красиво будут смотреться вместе. Да и по возрасту они куда лучше подходят друг другу. Андреа тридцать два. Она умная, взрослая и очень красивая. Что ей стоит вскружить голову этому барсельцу, тем более, что они давно знакомы?

Эта мысль заставила Асторию стиснуть зубы. Между прочим, сейчас в постели с Дэймоном она, а не тётушка. И черт возьми, именно Астория должна решить вопрос с Барсой. И она это сделает, вот только… Наверное, не через постель? Вряд ли Дэймон придёт в восторг, когда узнает, что она и в самом деле принцесса Мэррилэнда.

Как все странно и запутано!

Чертов Ренгар, надо же тебе было испортить такой замечательный план!