Глава 4

Гармония меда и масла играла симфонию, растворяясь во рту. Добравшись до Академии, мы с Юджио разделились: он направился в комнату Голгоссо-семпая, а я – в служебное помещение общежития младших учеников. Мне было необходимо получить разрешения госпожи Азурики, коменданта общежития, на хранение меча в качестве личной собственности.

В реале, если бы я приволок в общежитие штуковину с клинком больше метра длиной, наверняка бы меня отругали учителя, а может, даже полицию бы вызвали, чтобы меня арестовать. Но здесь иной мир; я в Академии, воспитывающей мечников. Если только у меня всего один настоящий меч, мне вполне дозволено его проносить.

Почему только один – потому что в этом мире все оружие, включая мечи, понемногу впитывает Священную силу – ресурс пространства. Оружие, Жизнь которого слегка уменьшилась в сражении, постепенно восстанавливает ее, если его держать в ножнах и хранить как положено… как раз благодаря тому, что оно впитывает из окружающего пространства Священную силу. Ну, разумеется, если меч настолько затупится, что уже не сможет восстановиться сам по себе, придется искать точильщика, а если треснет или переломится – то кузнеца.

Если бы ученикам разрешалось держать собственное оружие без ограничений, мог найтись какой-нибудь тип, помешанный на оружии, который притащил бы сотню мечей, и в комнате вообще Священной силы не осталось бы. Видимо, именно поэтому одному человеку дозволяется иметь здесь лишь один меч.

Поскольку сегодня был день отдыха, даже госпожа Азурика не сидела на своем рабочем месте в холле – она была в служебной комнате (с открытой дверью) и разбиралась с документами. Услышав мой быстрый стук, она подняла голову, и ее синевато-серые глаза моргнули.

– Что-то случилось, младший ученик Кирито?

– Прошу прощения… я зашел просить разрешения держать меч как личную собственность.

Слегка поклонившись, я вошел в комнату и быстро огляделся. Множество кожаных папок заполняло стеллаж возле стены; еще из мебели имелись стол и стул, и больше ничего. Вот здесь эта женщина и управляет целым общежитием на 120 человек.

Услышав мои слова, госпожа Азурика склонила голову чуть набок, но тут же встала и без колебаний взяла с полки одну из папок. Достала оттуда бланк и протянула мне.

– Впишите все необходимое.

– Да, понял.

Я осторожно опустил голову и оглядел форму. Там надо было вписать простые вещи – имя и номер ученика, класс меча. С мыслью, что на этот раз мне не требуется подпись опекуна, я вписал свое имя («Кирито» катаканой), номер ученика (7) – и тут застыл. Вспомнил все, что было, – ну да: махать мечом я уже пробовал, а вот его «окно» до сих пор не открывал.

Под пристальным взглядом госпожи Азурики я поспешно снял холщовый сверток и развязал кожаную тесьму. Приотвернул ткань, чтобы добраться до рукояти и открыть окно, как вдруг –

– !..

Услышав резкий вдох, я поднял голову. Моим глазам открылось редкое зрелище: госпожа Азурика, всегда такая бесстрастная, стояла и смотрела, распахнув глаза во всю ширину.

– Ч-то-то… не так?

Услышав мой голос, госпожа Азурика несколько раз мигнула, потом покачала головой.

– Нет, ничего.

Судя по всему, что-либо еще говорить она не собиралась, так что я снова вернул взгляд к мечу и двумя пальцами сделал необходимый жест. Легонько тюкнул по кончику рукояти, и с мелодичным звуковым эффектом передо мной возникло окно характеристик.

Там значилось – «класс 46».

Подумать только – он на единичку выше, чем у Божественного инструмента, «Меча голубой розы». Неудивительно, что он такой тяжелый. Введя число в третью колонку, я обернул рукоять и протянул заполненную бумагу.

…А ну как будут проблемы. Неужели есть ограничение на класс оружия? Я сгорал от нетерпения.

– Младший ученик Кирито.

– Д-да.

– Вы… память этого меча…

На этом месте госпожа Азурика внезапно замолчала и опустила веки. Когда она подняла их обратно, на меня взглянули прежние глаза коменданта общежития.

– …Нет, ничего. Ваша форма получена. Полагаю, нет надобности говорить это специально, но запомните, настоящий меч может использоваться исключительно для одиночных тренировок. На экзаменах и групповых занятиях пользоваться им запрещено, это ясно?

– Конечно! – радостно ответил я и отправил сверток с черным мечом обратно за спину, думая при этом, не следует ли мне расспросить госпожу Азурику о ее словах только что. Но едва ли я мог рассчитывать получить от нее ответ. Так что я ограничился тем, что отдал рыцарский салют и покинул комнату.

Шагая по коридору, я озадаченно размышлял.

Память… меча?

Совершенно непонятные слова. Ну, конечно, в этом мире все предметы, включая мечи, воссоздаются с помощью технологии «Мнемовизуала», то есть «мысленной памяти». Но эта технология создана венчурной компанией RATH в реальном мире, так что, по логике, обитатели Подмирья не должны о ней даже догадываться.

Стало быть, «память меча», упомянутая госпожой Азурикой, – это именно то, что напрашивается. То есть у моего черного меча есть какая-то память. Но что именно за память? Что госпожа Азурика увидела в этом черном мече?..

Ища ответы на свои сомнения, я вышел из общежития и тут же услышал трехчасовую мелодию с колокольни над крышей. Звук был гораздо ниже, чем у колоколов, что я слышал в Рулиде, но мелодия игралась абсолютно та же.

С Риной-семпай мы договорились встретиться в пять.

Я не ощутил ни намека на скованность, когда проверял меч в лавке Садре… Можно сказать, пожалуй, что ощущение было скорее радостное – будто мой любимый меч вернулся ко мне из старого SAO. Однако лучше бы мне заранее проверить, смогу ли я применять с ним секретные приемы стиля Айнкрад – ну, то есть навыки мечника.

Как и в остальные дни отдыха (которые тут каждую неделю), почти все местные ученики разошлись по домам, а большинство тех, кто родом не отсюда, шляются по городу, так что просторная территория Академии осталась практически пуста. Здесь, на территории, имеются и лес, и речка – в общем, мне есть где отрабатывать технику; однако хотелось бы полностью исключить возможность того, что меня кто-то увидит. Потому что я собирался пробовать «многоударные комбо», которых ни в одном здешнем стиле нет.

Почему навыки мечника существуют в Подмирье?

Почему не существует многоударных навыков?

Проведя в этом мире уже без малого два года, я до сих пор и близко не подобрался к ответу на эти вопросы. Все, что мне приходило в голову, – что какой-нибудь сотрудник RATH при создании Подмирья воспользовался каким-то образом пакетом «Семя»… но даже если так, это не объясняло всего.

Ведь программный пакет «Семя», находящийся в свободном доступе и содержащий упрощенную версию «Кардинала», не имел в своем составе навыков мечника. Сейчас, в 2026 году, среди множества VRMMO навыки мечника были только в ALO – игре, содержащей точную копию сервера старого SAO. Не может же быть, чтобы компания «Имир», управляющая ALO, помогала RATH.

Дальше мне остается лишь строить безосновательные догадки. Если я хочу узнать правду, мне надо встретиться с правителем этого мира на вершине Центрального собора – другого способа нет.

Как бы там ни было, а все секретные приемы, применяемые мечниками в Подмирье, представляют собой одноударные навыки мечника – «Вертикальный удар», «Лавина» и другие.

Что касается причины – у меня есть некоторые предположения. Думаю, дело в том, что в Подмирье не происходит настоящих сражений. Абсолютная власть Индекса Запретов, непобедимые Рыцари Единства, защищающие Подмирье, – все это привело к тому, что бои неизбежно свелись просто к «поединкам». Достоинством считается умение побеждать красиво, изящно. Не это ли является целью мечников Подмирья на протяжении сотен лет? Встать в крутую позу, а потом выиграть мощным одноударным навыком?

Возможно, есть и другая причина: страховка от несчастных случаев.

В местных турнирах все поединки идут до того момента, когда один из участников оказывается неспособен защищаться, и даже высокоуровневые турниры в столице проводятся до первого пропущенного удара. Естественно, многоударных приемов, которые невозможно остановить на полпути, тут должны избегать.

В такой ситуации преимущество должно быть на стороне тех, у кого крепче телосложение и сильнее руки, – это придает уверенность в мощи одноударных приемов… И вполне ожидаемо, что такие люди, как первый меч Академии Уоло Левантейн, становятся сильными мечниками не в последнюю очередь благодаря своей физической силе. Если бы во времена SAO мне не дозволялось применять многоударные комбо, наверняка я ничего не смог бы противопоставить игрокам моего уровня с двуручниками.

Наверняка Солтерина-семпай постоянно проигрывала Уоло по этой же причине.

Даже если Рина-семпай увидит мои многоударные комбо, выучить их она все равно не сможет. Даже у Юджио, не связанного опытом применения каких-либо иных стилей, ушло несколько месяцев, чтобы выучить двухударный навык «Вертикальный угол».

Однако если я покажу ей, что навыки мечника – это не просто роскошные удары сверху вниз, если я сумею вытряхнуть из сердца семпая это ее сомнение, что стили Айнкрад и Сельрут – это одно, а стиль Норкия – совершенно другое… тогда, может быть, у нее появится шанс победить в последнем поединке выпускного экзамена.

Думая об этом, я шагал на восток и сам не заметил, как добрался до края территории Академии.

Ограниченная стеной территория имела форму веера; в середине располагалось учебное здание, вокруг него – большая тренировочная площадка, библиотеки, общежития учеников (в том числе элитных) и учителей и много разных других зданий; тем не менее свободного места оставалось полно. На севере и на юге в стенах были ворота; западная часть территории находилась на довольно приличном холме, а в восточной части густо росли деревья. И куда я ни глядел, ни одного ученика не видел.

Тем не менее для лишней страховки я выбрал лес, где легче скрыться от посторонних глаз. Нашел подходящую полянку и остановился. Она вся поросла густой короткой травой, как футбольное поле, так что спотыкаться тут было не обо что. Еще раз оглядевшись, я убедился, что поблизости лишь две-три бабочки порхают, и потянулся правой рукой за спину.

Пошарив немного, я развязал сверток и ухватился за обнажившуюся рукоять. Почувствовав, как ее кожа словно прилипла к моей руке, я без колебаний извлек меч.

Непроглядно-черный меч, на который падали лучики солнечного света, пробивающиеся сквозь ветви и листья деревьев, сам был сделан из ветви дерева, Кедра Гигаса, так что формально относился к «деревянным мечам». Но то, как свет отражался от клинка, было для дерева совершенно немыслимо. Знаменитый ремесленник Садре потратил год, чтобы вырезать этот клинок, и любой с первого взгляда мог сказать, что этот меч очень высокого класса… но как ни смотри, никакой такой «памяти» видно не было, и говорить эта штука тоже не могла.

Откинув прочь сомнения, я занял базовую стойку. На этот раз, в отличие от проверки меча в лавке Садре, я запустил воображение на полную катушку. Я представил себе одноударный навык мечника, который использовал множество раз, – «Косой удар».

Спустя лишь мгновение клинок засветился ярко-синим. Мое тело двинула невидимая рука, и я, вложив силу в заднюю ногу и правую руку, еще ускорил движение.

Послышался свист рассекаемого воздуха, и передо мной нарисовалась светящаяся траектория удара. Нарисовалась – и тут же исчезла, как луч севшего солнца; а трава под ногами колыхнулась, разлегшись в стороны.

Не меняя позы после удара, я уставился на ветку дерева в пяти метрах впереди. Однако даже после того, как все эффекты навыка мечника исчезли, ветка не собиралась переламываться.

Как и следовало ожидать. Дальность действия «Косого удара» 2.5 метра максимум. Его силы не должно хватать, чтобы добить вдвое дальше.

Но если так… круглый щит, висевший в тех же пяти метрах от меня в лавке, тоже не должен был развалиться. Ведь не могло же просто так совпасть, что у щита именно в тот момент кончилась Жизнь; и я точно не применял никаких навыков мечника. Юджио сказал, что «меч засветился»… но я совершенно без понятия, почему так вышло. Я действительно ничего не знал. Я слишком мало знал об этом мире.

Вздохнув, я выпрямился. Выровнял дыхание и занял стойку для следующего приема.

Нанес рубящий удар сверху вниз – и в тот миг, когда острие меча готово было коснуться земли, я повел клинок обратно вверх, словно он отразился, и рубанул второй раз. Двухударный навык мечника «Вертикальный угол». Поднявшийся ветер, куда более сильный, чем раньше, принялся жестоко трепать траву на поляне.

Пока что я пробовал навыки мечника, которые мог применять и с обычными деревянными мечами. Сейчас я сменил положение ног, опустил меч на уровень пояса и изогнулся телом вправо.

– !..

Без лишних слов я махнул мечом по горизонтали, справа налево. Словно ударившись обо что-то невидимое прямо передо мной, меч резко остановился и пошел вверх-вправо. Потом я шагнул вперед и выполнил короткий, но мощный удар сверху вниз. Трехударный навык мечника «Жестокий рычаг».

Я молча смотрел, как ярко-алый след в форме цифры «4» растворяется в воздухе. Потом кивнул и принялся готовить следующий прием: поднял меч над головой и замахнулся, отведя его назад.

Удар сверху. Удар снизу. Еще один рубящий сверху. И, наконец, отведя меч за спину, я нанес еще один яростный удар. Начерченный в воздухе синий квадрат поплыл вперед, вращаясь вокруг своей оси, и медленно растворился. Очень быстрый, очень дальнобойный прием. Один из моих любимых навыков мечника со времен старого SAO, «Вертикальный квадрат».

Итак, все четыре навыка мечника мне удалось выполнить успешно.

Стало быть, этот черный меч не слабее Божественного инструмента Юджио, «Меча голубой розы». Впрочем, это я и так уже понял, когда открыл «окно» в служебной комнате общежития и увидел, что у этого меча 46 класс.

Похоже, я смогу выполнить обещание, которое дал Рине-семпай, и показать высокоуровневые навыки мечника. Но прежде чем я облегченно выдохнул, мне в голову пришло еще кое-что.

Когда я пользовался «Мечом голубой розы», мне удавались максимум четырехударные навыки. Сколько бы я ни пытался, навыки из пяти или большего числа ударов не выходили. А что будет с этим черным мечом? Все равно рано или поздно мне придется проверить, а сейчас тут никого нет, так почему бы не воспользоваться возможностью?

Покрепче взявшись за меч, я правой ногой сделал длинный шаг вперед и направил всю силу воображения в клинок, который будто бы свисал с моего правого плеча, готовый жалить.

Где-то у основания челки кольнуло болью, словно предупреждая меня о чем-то, но я не стал обращать на это внимания и сосредоточился на навыке мечника.

Щелк, щелк! Краем глаза я увидел, что с клинка начали срываться оранжевые искорки.

Он сиял, но слабо – не так, как все прошлые разы. Я изо всех сил пытался вообразить навык мечника и удерживал стойку, готовый в любой момент действовать; но искры продолжали сыпаться и успокаиваться не желали.

Я упорно сохранял неустойчивую позу, пока не понял наконец, что дальше не смогу, и затем начал движение.

– Уооо!..

Сам того не ожидая, я низко зарычал, и правая нога с силой топнула по земле. Меч рванулся вниз-вправо под острым углом, поддерживаемый системой… так должно было быть. Но, увы, в конце удара меч не остановился, а врезался в землю.

Мощная отдача прошла по правой руке. Если я сейчас попытаюсь силой продолжить прием, то точно пострадаю – это я понял мгновенно. Стиснув зубы, я потянул за рукоять меча, ушедшего в землю сантиметров на двадцать, но потерял равновесие и упал.

Раздался тупой удар – это я ударился спиной о поросшую травой землю.

…Значит, не получилось? Чего не хватило? Моего уровня? Класса меча? Или и того, и другого?

Распростершись на спине, я увидел –

Множество комьев земли и обрывков травы, взметенных в воздух моим мечом.

И человека, стоящего на дальнем краю поляны.

Высокое, худощавое тело было облачено в форму Академии, но не в обычную серую. По жемчужно-белой ткани шла кобальтово-синяя полоса.

Правом выбирать цвета своей формы обладают только 12 элитных учеников. У Рины-семпай – фиолетовая с оттенком серого. У Голгоссо-семпая – густо-зеленая. А жемчужно-белая с синей полосой… это цвета первого меча Академии Уоло Левантейна…

Коротко стриженная белобрысая голова, лишенные эмоций сине-стальные глаза – да, сомневаться не приходилось: на меня смотрел сильнейший ученик Академии.

По-прежнему лежа на спине, я глядел на черную грязную кляксу посреди белоснежной формы – ту самую грязь, что выбил из земли мой меч.


Честно говоря, у меня была мысль сбежать.

Будь мы сейчас в Айнкраде и будь передо мной какая-нибудь большая шишка из Альянса Священного Дракона, думаю, я смылся бы без колебаний. Но в этом мире, если я где-то налажал, бегство – худший из возможных вариантов. Это добавляет тяжести к проступку и в конечном итоге может свестись даже к пугающему «нарушению Индекса Запретов».

Так что мне оставалось лишь замереть на секунду, потом подняться на колено, положить правую руку с мечом на землю (показывая тем самым высшую степень почтения), опустить голову и выкрикнуть:

– Примите мои искренние извинения, элитный ученик Левантейн!!! Пожалуйста, простите мне мой грех непочтительности!

Единственный раз, когда я так же отчаянно молил о прощении, – это было на 61 уровне Айнкрада, когда Асуна колотила меня в своей комнате. Такая бесполезная мысль крутилась у меня в голове, пока я стоял на колене.

– Если я не ошибаюсь, ты слуга мечницы Сельрут.

Такой низкий голос.

Осторожно подняв голову, я увидел пристально глядящие на меня сине-стальные глаза; тут же опустил голову обратно и признал:

– Да, я младший ученик Кирито.

– Вот как.

Элитный ученик мечника кинул взгляд на черный меч, лежащий на траве, потом звонким голосом значительно произнес:

– Согласно правилам Академии, пачкание одежды старшего ученика младшим должно наказываться как непочтительность…

При этих словах я мог лишь мысленно простонать.

Элитные ученики, лучшие ученики школы, обладают «правом наказания». Они могут наказывать учеников за непреднамеренные легкие нарушения правил Академии по своему усмотрению. Мне, например, довелось бог знает сколько раз отрабатывать взмахи мечом за то, что я опаздывал в комнату к Рине-семпай.

Что же делают с теми, кто нарушает правила серьезно… в этом мире такого просто не бывает. Конечно же, серьезные нарушения правил не могут быть случайными, а искусственные Пульсветы неспособны идти против правил по собственной воле. Рискую в этом плане лишь я, естественный Пульсвет, но, к счастью, за весь этот год я не натворил ничего, что слишком бросилось бы в глаза. Однако.

Испачкать форму Уоло таким здоровенным комком грязи… это, пожалуй, серьезное преступление…

– …Однако я не имею ничего против того, что ты прячешься от людей и тренируешься в день отдыха, хотя «тренировка в день отдыха» сама по себе противоречит правилам.

Ээээээ! – мысленно прокричал я.

Похоже, тут я слез с крючка. Однако если я сейчас соглашусь, это может повысить шанс, что меня накажут позже. Не знаю, есть ли прок сопротивляться, но я попытался.

– Это, это вовсе не то, что вы думаете, первый меч-доно. Это не тренировка… э, ээ, да, я просто проверяю новый меч. Я попросил поработать над ним в одной лавке в седьмом квартале, и вот его закончили, и я не смог дождаться завтра…

Лишь тут мне пришло в голову кое-что важное.

Этот стриженый блондин… когда он меня заметил впервые? Нет, еще важнее – что он тут делает?

Я нарочно забрел в глубь леса, чтобы попрактиковаться в многоударных навыках мечника, неизвестных никому в Подмирье. Я сделал это, чтобы похвастаться ими перед Риной-семпай, чтобы она потом смогла победить первого меча. Однако тот увидел эти приемы прежде, чем я смог показать их семпаю. Не получится ли абсолютно противоположный эффект?

…Похоже, первый меч Академии примерно понял, о чем я думаю; он улыбнулся немного смущенно.

– Ты сказал, что хотел проверить меч, но твой выкрик звучал довольно-таки напряженно. Я, кстати, видел только, как ты воткнул меч в землю и упал на спину. Я это воспринимаю так… что ты не смог удержаться на ногах, не смог справиться с непривычным мечом, только и всего. Я не считаю, что ты нарушил правило «не тренироваться в день отдыха», поскольку я и сам пришел сюда с похожей целью.

Ощутив облегчение при этих словах, я, однако, озадаченно склонил голову набок.

– С похожей… целью?

– Ограничусь замечанием, что ты не единственный, кому хочется помахать мечом в день отдыха с подобной целью.

На четко очерченных губах заиграла уверенная улыбка; Уоло повернулся и оглядел поляну, на которой я занимался.

– Но я открыл для себя это место раньше. И я принял решение отдать его своему слуге, когда закончу обучение. Так что тебе придется подыскать другое место.

…Понятно. Тогда ничего удивительного. Этот человек, стоящий сейчас передо мной, просто нашел какой-то повод (не «тренировку») приходить сюда по дням отдыха и работать с мечом… Эта поляна отлично подходит для занятий, а я просто явился сюда в то же время, что и он, ничего более. Вот почему трава здесь такая невысокая и аккуратная: ее Жизнь подправляется каждую неделю, когда на нее ступает Уоло.

Ладно, найду место, где трава погуще. Приняв такое решение, я поклонился.

– …Ясно, так и сделаю. Благодарю за ваше великодушное –

– Тебе еще рано благодарить меня, ученик Кирито.

– Ч-что?

– Я сказал, что не буду интересоваться твоими тренировками в день отдыха, но я не говорил, что прощу тебе это.

Я медленно поднял голову и увидел, как элитный ученик с серьезным выражением лица показывает пальцем на грудь своей формы. Да, он показывал на черное пятно посреди жемчужно-белой ткани.

– Но, но вы же сказали, что «не имеете ничего против»…

– Да, я так сказал. Поэтому я не стану назначать наказания вроде «убрать все общежитие» или «переписать заклинание тысячу раз».

Ффуф.

Однако мое облегчение длилось всего секунду.

Стриженый мечник, кончиком пальца сбивая с формы комочки земли, произнес нечто невероятное.

– Младший ученик Кирито, твоим наказанием будет один спарринг со мной. Не деревянным мечом, а тем, который у тебя сейчас. Я тоже воспользуюсь вот этим.

Лишь сейчас я обнаружил, что у меча, висящего на поясе Уоло, золотая рукоять и темно-синие ножны. Любому было бы с одного взгляда ясно, что это настоящий меч очень высокого класса.

– …Спа-спарринг? В к-каком смысле?..

– Термин «спарринг» может означать лишь одно: тренировочный поединок. Однако здесь слишком мало места. Большая тренировочная арена в день отдыха должна быть свободна, так что давай перейдем туда.

После этой тирады первый меч Академии развернулся и двинулся прочь.

Секунды две я тупо смотрел на белую спину, будто скользящую среди деревьев. Когда мои мыслительные способности наконец включились, я на полном серьезе подумал, не сбежать ли на этот раз, однако «уход от наказания» – действительно тяжелое нарушение правил. Я не могу допустить, чтобы меня исключили, если намереваюсь после ближайшего экзамена стать элитным учеником мечника, как Уоло сейчас.

Я поднял лежащий рядом со мной черный меч и с чистым звуком убрал в ножны, после чего встал. Не желая сдаваться, я сверлил взглядом виднеющуюся между деревьями стену Академии, потом, с неохотой приняв решение, направился за стриженым блондином.

На соседней поляне вокруг ног обвивалась самая разнообразная растительность, но Уоло шел ровно, не спотыкаясь.

…Не проще ли было этому типу просто уклониться от шматка грязи или отбить его?

Когда столь простая мысль добралась до моей головы, было уже поздно.


Загрузка...