Главная проблема космического босса

2. Вэйд

Два часа назад

Кейлану Элмери как ветром сдувает. И, кажется, она сама не поверила, что так легко ушла. Но её не за что задерживать. Хочет уволиться — пусть увольняется.

Слуха касается мягкий звук, с которым закрывается дверь в медотсек.

Выдыхаю.

В воздухе все ещё пахнет этой землянкой. Нежный аромат, которому самому по себе на нашей планете взяться неоткуда. Вексианки, если и пахнут чем-то, то это искусственные парфюмы. А у землянок особый аромат. Собственный. Живой.

Пробегаю пальцами по сенсорному пульту и запускаю принудительную фильтрацию воздуха в медицинской комнате. Надо выветрить след Кейланы Элмери из помещений Астронекса.

Я возвращаюсь в кабинет, сажусь за стол и проверяю входящие сообщения по межгалактической связи.

Я жду подтверждения встречи, которая увенчает трехмесячные переговоры с Крегаром-6. А конкретно, с вождем Груулом Зортом. Мы должны совершить сделку, которая принесет Астронексу миллиарды кредитов прибыли.

Пока подтверждения о встрече не поступило. Зорт не из тех, кто передумывает, наверняка дело в его канцелярии. Небось там сидят неповоротливые и бесталанные делопроизводители. Что взять с дикарей?

Бездна. Мысли постоянно возвращаются к Кейлане Элмери.

Глупая девчонка. Безрассудная, эмоциональная землянка. Самонадеянная и неосторожная. Даже делового этикета не знает. Рассердила своим вторжением.

Только из-за этого она уже не заслуживает моего времени. Да, не заслуживает. Но шрад. Я вспоминаю тепло её кожи, когда бежал с ней навстречу медикам, её бездонные голубые глаза, светлые чуть волнистые волосы.

Вэйд несет Кейлану в медблок. Вариация на тему

Вексианки в естественном виде черноволосые, без оттенков, без нюансов. Землянки бывают всех цветов галактики. Кейлана… блондинка? Так, кажется, у них этот цвет называется. Чуть в розовый, нежный цвет.

И все же она ворвалась на мои переговоры, чтобы подписать заявление на увольнение. Была слишком счастлива, когда я её отпустил из медицинского блока. Что у неё за спешка?

А ведь я беседовал с ней при помощи Веридиктора. Спасибо моему другу-изобретателю Дэйну Орвену, очень удобная технология для допроса сотрудников. Система считывает нервные импульсы и гормональные выбросы, таким образом анализирует уровень стресса, эмоциональную реакцию и выдаёт цветовую индикацию. Работает по типу полиграфа.

Когда я задавал ей вопросы, она ни разу не солгала. Веридиктор все четко показал — только зеленые огоньки. Но полоска эмоций горела густым, как сама бездна космоса, фиолетовым цветом.

Страх. Она тряслась как осиновый лист. Но это неудивительно. Она только что пострадала от… последствий взрыва. К которому, к тому же, отношения не имеет. Хотя уж больно подозрительное совпадение.

И самое любопытное — пока я не начал задавать вопросы, но уже чувствовал её запах и видел, что она затаила дыхание, полоска светилась красным.

Возбуждение.

Это тоже правда. Я видел её взгляд. Она смотрела на меня как на божество. Хотя это неудивительно, я не раз слышал, что землянки сходят с ума от вексианских мужчин, объясняя это их внешними характеристиками.

Хех. Усмехаюсь. Те мужчины из землян, которые трудятся в Астронексе, не блещут формами. Их тела подвержены излишнему и слишком скорому ожирению, а гормональное строение недостаточно для того, чтобы естественным образом нарастить стоящий рельеф.

Я понравился Кейлане? Настолько, что Веридиктор показал желание?

С силой вытряхиваю из головы мысли об этом. Меня это не интересует. Мне без разницы, что она на меня отреагировала.

Это просто нелепо! Не в моем положении думать об интрижках. Физиологию тела можно реализовать куда более простыми способами.

Сенсорный экран на столе мигает новым входящим сообщением. Вот и ответ от канцелярии Груула Зорта. Встреча подтверждена! Можно вылетать.

Отлично. Это важнее, чем какая-то уволенная земляночка. Хотя… она вызывает слишком много вопросов. А я не люблю, когда они повисают без ответа.

Я беру в руки только что купленный у Дэйна Лерион. Активирую систему распознавания, прикладываю ладонь к считывателю ДНК. Биометрический сканер мгновенно считывает мою ДНК, но вдоль крышки пробегает тревожная полоска красного неона.

«Ошибка записи» — пишется на небольшом экране сверху.

Что?

Этот биометрический замок должен был записать мое ДНК как единственный ключ!

Повторяю попытку.

«Ошибка записи».

Воздух становится холоднее. Я запускаю диагностику, и на экране появляется новая надпись:

«Ключ введен» .

Бездна. Поднимаю ладонь и обнаруживаю на считывателе пятна засохшей крови. Кейс запрограммировался. Но не на меня. Шрад. И я догадываюсь, на кого он теперь настроен.

Так не пойдет. Мне нужен этот кейс на встрече с Зортом, а я не могу его открыть! Внутри разрастается гнев, смешанный с досадой, но становится смешно. Как я умудрился так лохануться?

Вэйд обнаружил проблему с кейсом. Вариация на тему

Пальцами пробегаю по сенсорному столу, вызывая пункт охраны офиса.

— Ксинт Арден? — мгновенно отвечает оператор.

Нет, гнева всё-таки больше, чем смеха.

— Кейлана Элмери. Работала в отделе анализа психологических потоков, — произношу сдержанно, стараясь не выдать гнев. — Ещё в офисе? Найдите и приведите её ко мне в кабинет. Немедленно.

— Будет сделано, ксинт Арден, — рапортует оператор.

Я размыкаю связь и бросаю взгляд на кейс, который теперь мне не принадлежит.

Кейлана должна быть тут! Шрад!

Выдыхаю.

Лерион — единственный в своём роде. программируется один раз. Как и Веридиктор, он работает на нейробиометрической привязке. Теперь этот портативный сейф откроется лишь одной персоне во всей Галактике.

И эта персона не я. Шрад!

Вэйд специально сделал его таким, чтобы нельзя было сменить владельца. Это невзламываемая технология. А при попытке вскрыть, запускается программа самоуничтожения. Мне нужна эта Кейлана. И похоже, на какое-то продолжительное время.

Пальцы сжимаются в кулак. Вековая бездна!

У Вэйда уйдет месяца два на сборку нового кейса. А лететь с ним к Груулу надо прямо сейчас. У меня нет времени ждать.

Шра-ад. Кейлана Элмери — мой единственный доступ к кейсу.

Глубоко в груди распространяется тяжёлая ярость, но внешне я остаюсь холоден, как всегда. Я жду рапорта охраны. Сейчас они приведут её, и я доходчиво дам ей понять, что теперь она — мой личный ключик к сундуку с золотом.

На столе загорается индикатор входящего сигнала от охраны. Жму кнопку, принимаю звонок.

— Ксинт Арден, задержать ксинту Элмери не представляется возможным, — рапортует немного виноватый голос.

Я замираю. Сжимаю кулак до хруста, делаю вдох и мгновенно выравниваю дыхание.

— Почему? — ярость в груди усиливается.

— Ксинта Элмери покинула офис, — отвечает охранник. — Она покинула офис за несколько минут до вашего приказа.

Бездна.

Я отключаю связь и медленно встаю. Тишина в кабинете становится тошнотворно тягучей, удушливой.

Если бы дело было в любом другом подчинённом, я бы доверил охране вернуть его обратно. Но не в этом случае.

Анализ ситуации показывает, что все это дурацкое стечение обстоятельств.

Я не могу рисковать. Не хочу доверять это никому другому.

Я забираю кейс и выхожу. Поднимаюсь на крышу, в собственный паркинг, где стоит мой гравимобиль.

Мне нужно сделать это самому. Чтобы мой ключ точно не пострадал и никуда не исчез.

С крыши офисного комплекса открывается вид на все величие Астронекса. Огромный город, висящий в чёрной бездне космоса — не просто орбитальная станция, а живая система, созданная исключительно для сотрудников корпорации.

На меня работают тысячи людей, следя за финансовыми потоками, технологиями, перевозками, хранением. Обеспечивают инфраструктуру.

Сейчас мой путь лежит на нижний уровень станции. Мда. Я тысячу лет так низко не спускался.

Хотя нечему удивляться. Она землянка и занимала место самого маленького винтика в моей огромной машине. Вот и живет в самом низу. Земляне тянутся на Ориссан, к нам, Вексам, потому что мы оцениваем заслуги, относимся с вежливым уважением, всегда честно оплачиваем работу. И мы принимаем их, потому что рабочей силы не хватает, а они — дешевая рабочая сила. Но землянам никогда не сравниться с вексами в анализе и логике. Они всегда будут второго сорта.

Я прилетаю к жилому комплексу Кейланы, который находится под нижним уровнем. Это самое дно. Приходится оставить гравимобиль на проспекте и спуститься на лифте в металлический лабиринт.

Темно. Освещение тусклое, работает на минимуме мощности, чтобы сократить потребление энергии.

Запах затхлый. Вентиляция здесь отвратительная — несёт смесью запаха дешёвой еды, машинного масла и сырости металла.

Квартиры маленькие, коридоры узкие.

Внутри клокочет злость на себя. Мне не должно быть дела до того, где живёт эта девчонка. Но я всё же отмечаю условия, и они мне не нравятся.

Я направляюсь к двери Кейланы на минус третьем уровне. Ну хоть так, ниже, наверное, ещё хуже. Пара жильцов, случайно вышедших в коридор, опускают головы, стараясь не смотреть на меня, и снова закрываются в своих квартирках.

Верно. Они знают, кто я.

Я останавливаюсь перед нужной дверью. Мгновение удерживаю руку в воздухе, прежде чем нажать на звонок. Нервы? Нет, просто желание выдержать паузу. Опускаю палец на сенсорную кнопку.

Звук взрывает вакуумную тишину коридора.

Жду. Полторы секунды. Две. Три. Я чувствую её за дверью, улавливаю её нерешительность. Дёрнет за ручку? Или сделает вид, что её нет дома?

Через несколько секунд дверь открывается, и на пороге показывается Кейлана. Волосы мокрые, на ней халатик, едва скрывающий бедра. Она мгновение смотрит на меня с узнаванием в глазах, а потом они округляются, и в них возникает страх.

— Я войду, — произношу я строго и переступаю порог.

— Я войду, — произношу, не оставляя ей выбора.

Шаг вперёд — и Кейлана делает шаг назад, тут же врезается спиной в простенок позади. Ох уж эти крохотные служебные квартирки.

У неё расширяются зрачки, как только она осознаёт, что перед ней стою я. Глаза блестят, дыхание прерывистое, пальцы вцепляются в тумбочку рядом, будто это единственная защита.

Раздражает. Я не сказал ни слова, а она уже в панике.

Дверь закрывается за мной автоматически, и мы остаёмся наедине. Я обхожу её и прохожу в жилую комнату. Ставлю кейс на единственный стол в её убогой квартире.

— Кейлана, — произношу ровно, стараясь не выдать бушующего раздражения, но мне даже не нужно повышать тон, чтобы она вся напряглась, как сеть высоковольтных проводов. Ещё немного, и заискрится. — Ты сейчас соберёшь вещи и полетишь со мной.

Звучит жестче, чем я планировал. Кейлана теряется, моргает, словно не уверена, что всё это реально.

— Чт... Что? — пищит слабым голосом.

Я поворачиваюсь и втыкаю в неё прямой взгляд.

— Тебе потребуется не так много, — продолжаю как ни в чем не бывало. — Это деловая поездка. Возьми только самое необходимое.

Она нервно сглатывает, делает шаг назад.

— Нет, — качает головой. Голос тихий, но резкий.

Я замираю. Нет? Она серьезно? Отказывается?! Я делаю один медленный шаг к ней, поворачиваю ухо, будто не расслышал.

— Повтори.

— Я… не могу. Я никуда не полечу! — Она качает головой, а в глазах плещется ужас и паника.

Пальцы сами стискиваются в кулак. Я не терплю неповиновения и не привык, чтобы мне возражали. Хотя сейчас меня раздражает все, и для начала то, что она запрограммировала на себя мой кейс.

— Кейлана. — Я делаю ещё шаг вперёд, подхожу вплотную, заставляя её задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза. — Ты летишь со мной. Это не обсуждается.

Она дрожит.

— Почему? — выдыхает почти беззвучно. — Куда?

Я не отвечаю. После того, что она натворила, это не должно её волновать.

— Я не могу, — снова отказывается она. — Я не хочу.

— Твое желание ничего не значит, — в голосе пробивается усталость. Я теряю терпение.

— Вы… не имеете права вот так без спросу вламываться ко мне домой и чего-то требовать! — возмущенно выговаривает она.

У нашей девочки прорезались зубки? Даже забавно.

Я наклоняюсь ближе, зная, что давлю, но не останавливаюсь.

— Это не обсуждается, Кейлана, — добавляю мягче. Бархатисто.

Она плотнее запахивает халат и краснеет, видимо, ощутив непозволительную близость. Я чувствую её страх, прерывистое дыхание, вижу, как она пытается не задрожать.

Бездна, мне нужна другая реакция. Так мы каши не сварим.

Я разжимаю пальцы, отступаю. Кейлана тут же выдыхает, но в глазах всё ещё стоит паника.

Глупая девчонка.

Я спокойно подхожу к столу и кладу руку на кейс.

— Тебе интересно, почему именно ты. — Это утверждение. Она смотрит в упор, но не отвечает. Мне не нужен её ответ. — Биометрический замок этого кейса запрограммировался на тебя.

Жду реакции. Кейлана несколько секунд не двигается, а потом осознаёт. Лицо становится белым, как мел.

— Н-нет… — она качает головой, делает ещё один шаг назад, отчаянно пытаясь отрицать реальность. — Этого не может быть…

Я пристально наблюдаю за ней.

— Может, — произношу спокойно, пытаясь уже разрядить обстановку, но Кейлана, похоже, конкретно испугалась. — Приложи руку и увидишь.

— Это ошибка, — она закрывает лицо руками, будто это поможет всё исправить.

Я подхожу и беру её за запястье. Кейлана вскидывает на меня изумленный взгляд, но руку не вырывает. Я слегка, лишь чтобы обозначить направление, дергаю её вперед и прикладываю ладонь к считывателю на кейсе. Он, естественно разблокируется.

— Не ошибка, — выговариваю сурово. — Как видишь, ты — ключ к моему кейсу. Только ты можешь его открыть.

Я наслаждаюсь моментом осознания в её глазах. Она поражена. Испуг смешивается с ощущением вины.

Мягкие нежные губы начинают дрожать.

— Это всё… из-за… моей крови? — спрашивает она.

— Верно, — киваю и скрещиваю руки на груди.

У самого внутри от этой ситуации клокочет гнев. Мне два месяца придется таскаться с этой девицей, когда нужен будет кейс. Но ничего. Однажды Вэйд сделает мне новый кейс.

Она зажмуривает глаза. Порывисто выдыхает.

— И что теперь? — выдавливает следом.

Я подхожу и кладу руки ей на плечи.

— Теперь, Кейлана Элмери, ты летишь со мной, — произношу твердо, но не строго, чтобы больше не пугать.

Она не может больше сопротивляться. Плечи сникают, её воля рушится под тяжестью неизбежного. Она понимает, что выбора у неё нет.

Кейлана знала, что натворила, но не думала, что это будет иметь последствия. Она виновата, но причины её страха я все равно не понимаю, однако впитываю его, а ещё вину и напряжение, находя в этом определённое удовольствие. И тут же одёргиваю себя. Я здесь не для этого. Я здесь, потому что она теперь — мой ключ, моя собственность.

— Ты будешь моим личным ключиком, Кейлана, — добавляю ласково и двусмысленно, наслаждаюсь, как замирают её губы, как щеки начинают краснеть.

Она опускает глаза и резко отворачивается. Смущается. Шрад. Я ловлю себя на том, что и её смущение мне нравится.

— Собирайся, — мягче, но всё ещё повелительно приказываю я. — Мы вылетаем через два часа, а тебя, — окидываю её критическим взглядом, — нужно ещё одеть как подобает.

Она не спорит, потому что теперь понимает, что бессмысленно.

Я жду, пока она начнет переодеваться, но она не двигается. Только испуганно смотрит на меня.

Вскоре доходит. Смущается. Я забыл, что она землянка. Для вексианок нет такой проблемы, они проще относится к наготе и не чувствуют такого стыда. В нашей культуре сдержанность возведена в абсолют. А вот нежные землянки, в отличие от вексианок, похоже, гораздо эмоциональнее относятся к личным границам.

Приходится сделать усилие над собой, чтобы не усмехнуться.

— Я подожду на кухне, — говорю ровно и направляюсь в небольшой коридор, откуда ведет дверь на кухню.

Замечаю у стены небольшую собранную дорожную сумку. Кейлана куда-то собиралась? Что ж, ей придется изменить планы.

Кухня тут тоже крошечная. Узкая, тесная. Как тут можно что-то приготовить, при это не наставив себе ожогов?

Невольно осматриваюсь, пока жду. Всё здесь… простое. Минимум мебели. Небольшой холодильник, стол и два стула. На столешнице стоят аккуратно расставленные контейнеры с едой. На одной из полок — пакет с крупой. Рядом — баночка с дешёвым растворимым кофе.

Я смотрю на продукты, которые она ест, и понимаю, что это всё низкосортное питание. Не вредное, но и не особенно полезное. Неудивительно, что земляне живут так мало.

Мозг машинально просчитывает уровень доходов работников её уровня. Зарплата аналитика в её отделе вполне могла бы позволить ей питаться лучше, но она явно экономила. Почему?

Скольжу ладонью по столу — он безупречно чистый. Как и вся квартира.

В этом есть что-то… правильное. Приятно, что Кейлана такая собранная. Я ожидал увидеть хаос. Бардак. Но здесь абсолютный порядок, пусть и в ограниченных условиях.

Я проникаюсь лёгким уважением.

— Ксинт Арден… я готова, — из-за спины доносится голос Кейланы.

Я оборачиваюсь.

Она стоит в проёме. Халатик сменила на простое, но элегантное тёмно-синее платье. Оно подчёркивает изгиб её талии и длину ног. Бренд. Хоть и не новая модель. Вероятно, она купила его в стоке. Достаточно хорошо… для её уровня жизни. Но не для визита к Груулу.

Я молча смотрю на неё несколько секунд, оцениваю. Затем чуть пренебрежительно киваю.

— Это не подойдёт, — произношу строго. — Мы заедем в бутик.

Она моргает и, кажется, насупливается, но ничего не говорит. Умница. Поняла, что спорить бесполезно.

Я возвращаюсь за кейсом и направляюсь к выходу. Она идёт следом, а через несколько минут мы уже в моём личном гравимобиле, скользящем к верхним уровням станции.

Мы выходим из её квартиры, она с тихим вздохом вводит запечатывающий код. Мне нравится её понятливость!

Я пропускаю её вперед, вскоре мы оказываемся на проспекте у моего гравимобиля. Открываю ей дверь и галантно подаю руку. Хотя в нашей культуре это не принято, я имею дело с землянкой, а значит, стоит соблюдать этикет.

Сажусь за приборную панель и вывожу машину с нижних уровней. Уверенно держу вверх. Мягко приземляюсь на проспект третьего сверху уровня аккурат напротив самого известного бутика «Белиссима». Я завожу Кейлану внутрь.

Здесь всё дорого. Глянцевые поверхности, мягкий свет, вышколенные консультанты в идеально сидящих костюмах.

Я бросаю взгляд на Кейлану. Она не теряется. Вместо того чтобы смущаться или робеть, она осматривается с лёгким интересом.

Любопытно.

Её жизнь явно далека от таких мест, но ведёт она себя так, словно часто бывала в подобных магазинах. Это… впечатляет. Хм. Ещё одно очко в её пользу.

Она проходится вдоль стоек и с сосредоточенным интересом осматривает наряды. Смотрит, надо сказать, только на строгие и деловые, но ей выбирать я не позволю. У меня есть свое видение помощницы, и она будет ему соответствовать.

Быстро осматриваю ряды одежды и подзываю консультанта. Выбираю светлое приталенное платье с широким ремнём. Оно выполнено из плотной ткани с глянцевыми вставками из нанофибры, которые отражают свет и подчёркивают статус вещи.

— Примерь, — коротко приказываю Кейлане, и консультант протягивает ей платье.

Она молча берёт платье и исчезает в примерочной. Мне все больше нравится её исполнительность. Хотя я подозреваю, взрыв ещё грядёт.

Через несколько минут Кейлана выходит.

— Покрутись, — велю лениво и делаю круг пальцами в воздухе, а сам… любуюсь. Красивая картинка притягивает взгляд как магнитом.

Я скольжу по ней взглядом и ловлю себя на том, что залип. Нет, и прошлое синее платье ей шло, но это… Прямой горизонтальный вырез открывает нежные ключицы, шея кажется длиннее и беззащитнее. Широкий ремень подчеркивает талию, а подол облегает аппетитные бедра.

Кейлана завершает оборот, и я киваю. Да. Теперь она выглядит как надо.

— Берём, — говорю я консультанту, доставая платёжный модуль, и добавляю: — Девушка уйдет в этом платье.

Кейлана открывает рот, словно хочет возразить, но передумывает. Вот и первое несогласие.

— Передай консультанту свое платье, Кейлана, — велю ей и иду в сторону касс.

Она одаривает меня сердитым взглядом, но подчиняется. Её задевает, что я решаю за неё? Или она хотела другое платье? Неважно. Она потеряла моральное право возражать, когда по ее вине, пусть и косвенной, испортилась дорогостоящая единственная в своем роде техника.

Я расплачиваюсь, и у Кейланы глаза лезут на лоб от суммы, которая высвечивается на кассовом табло. Все-таки она не ожидала, что это платье стоит десять её месячных зарплат.

Я выхожу из бутика первым. Она следует за мной, теперь уже в новом платье.

— Отлично выглядишь, — бросаю ей, открывая дверь гравимобиля.

— Вашими стараниями, ксинт Арден, — едко огрызается она.

Внутренне усмехаюсь. Она милая, когда злится.

— О, куколка, мои старания только начинаются! — отвечаю в тон, чтобы не расслаблялась, хотя мне, признаться, вовсе не интересен флирт с ней. По крайней мере, сейчас.

Теперь я веду гравимобиль в космопорт, где припаркованы мои шаттлы. Сегодня понадобится галактический, потому что Крегар-6 находится за тридевять земель от нашей системы. Специальная модель производства Астровентис, одна из самых быстроходных, рассчитанная на дальние перелёты с максимальным комфортом. Можно сказать, Дэйн разработал этот шаттл специально для меня.

Космопорт представляет собой отдельный луч орбитальной станции, по обеим сторонам которого натыканы шлюзовые отсеки, к которым швартуются космические суда. Мой личный шаттл ожидает нас в самом конце у торцевого шлюза.

Я паркую гравимобиль и веду Кейлану к гермодвери. Она не возражает, только почему-то выглядит все более подавленно.

Гермодверь раскрывается с шипением, и мы проходим по шлюзу к люку в шаттл. Я прикладываю руку, и считыватель получает мои биометрические данные. Мы проходим на борт.

— Идем, — бросаю Кейлане и веду в кабину. Указываю место второго пилота, хотя, конечно, ей не придется и пальцем коснуться приборной панели.

Она усаживается, пристегивается, смотрит на меня затравленно.

— Ты боишься летать? — не выдерживаю. Больно на неё такую смотреть.

— Не то чтобы сильно боюсь, — тянет она, глубоко вдыхает, будто боится задавать следующий вопрос, а потом все-таки решается: — Ксинт Арден, а куда мы летим?

— На Крегар-6, — отвечаю спокойно. — На встречу с лидером планеты.

На последних словах Кейлана дергается как от удара. Интересненько выходит. Чем же обусловлена такая реакция?