Глава 5

Джесс Бландо оказался человеком лет под сорок, коренастым, с коротким седоватым ежиком волос и ярко-голубыми глазами. Он вошел в комнату, насвистывая, но увидев Крэга, заорал:

– Ты! Вот уж не думал, что у тебя хватит наглости показывать мне свою рожу, а тем более обращаться с просьбой! Что ты еще от меня хочешь? Майк видел, как побледнел Крэг. Бландо в ярости пересек комнату, сжимая кулаки. Крэг стоял на месте, опустив руки. Бландо зарычал, замахнулся – но в последний момент с громким криком остановил удар и звонко хлопнул Крэга по плечам.

– Ах ты, старый опоссум! Ну, как поживаешь? Краска медленно приливала к лицу Крэга по мере того, как становилось ясно, что напускная ярость Бландо обернулась шуткой. Голос Крэга, сначала звучавший как растерянное бормотание, под конец тирады перешел в раскатистый рев:

– Я-то хорошо... а ты-то с чего вдруг на меня так наезжаешь? Разве не понимаешь, что так можно до разрыва сердца довести? Бландо расхохотался и попятился назад.

– Да ведь ты должен мне, браток, должен кучу денег! Лицо Крэга побагровело.

– Знаю, что должен. И не могу заплатить, – он секунду колебался. – Знаешь, я, пожалуй, могу тебе отдать небольшую часть... Бландо затряс головой.

– Я тебе простил, браток. Давно простил, – он пожал плечами и дружелюбно добавил:

– У меня у самого один или два невыплаченных долга. А что тебя привело в эту галактическую дыру? Как поживает старый ворюга Бент?

Крэг со смехом сказал:

– Не похудел. Занимается своими проделками. Бландо кивнул и посмотрел на Майка.

– А это один из новобранцев?

– Можно и так сказать. Джосия рассчитывал продержать его на корабле дольше, чем Майк рассчитывал там оставаться. – Крэг представил Майка и разъяснил ситуацию. – Я искал кого-нибудь, кто помог бы Майку добраться до Клипсиса, и вспомнил о Дэвиде, у которого, как тебе известно, больше пальцев, чем у аргилианского осьминога. Ну, он, будучи всегда рад помочь, вышел на тебя, – и Крэг мотнул головой в сторону Дэвида Андерсуна, который смотрел на происходящее с безмолвным изумлением. – Но, Джесс, а что ты делаешь на Клипсисе? Не говори мне, что бросил пиратствовать... Джесс преисполнился благородного негодования.

– Попрошу! Никогда я не занимался пиратством! Контрабанда и пиратство – две большие разницы, уж вам-то это должно быть известно! – Он хитро улыбнулся. – Так или иначе, но я вернулся к гонкам, старик.

– Что?

– А что тебя так удивляет? Я об этом все время говорил.

– Говорить-то ты говорил, это точно! Но ты ведь не собирался этого делать! Неужели опять на гонки? Джесс кивнул.

– Корабль уже ждет меня. Разбогатеть мне не удалось, не без твоей помощи, – он засмеялся. – Между гонками мне приходится делать пару рейсов по прежним маршрутам, чтобы душа с телом не рассталась. Но надежды я не теряю.

– Так же, как и мы все, – пробормотал Крэг. – Как и мы все, – он взглянул на Майка и усмехнулся. – Ну что, смекаешь, что к чему? Перед тобой первый в твоей жизни официальный представитель гоночного сообщества системы Клипсис.

Майк молча кивнул. На самом деле он действительно смекал, что к чему.

Молча, разумеется.

– Дело в том, – продолжал Крэг, – что мне нужно вернуться на «Королеву» прежде, чем Бент отчалит без меня. Что скажешь, Джесс? Сможешь помочь? Если нет, мне придется бросить Майка на произвол судьбы.

– Просто отвезти на Клипсис? – спросил Джесс. – Да нет проблем. Я вылетаю сегодня вечером; беспосадочный перелет на Клипсис за три дня. Нормально, Майк? Майк кивнул, пытаясь привести мысли в порядок.

– Я... ну, то есть, я готов... вот все, что у меня есть, – сказал он, приподнимая рюкзак.

– Достаточно на первое время, – Джесс многозначительно поднял брови и протянул руку бывшему коллеге. – Ну, старый таракан, рад был тебя видеть. Даже если ты все еще летаешь с этим бандитом. Передавай привет старому дураку и Вики Слики, если она еще с вами.

– С нами. Обязательно передам, – сказал Крэг. – Как только все утрясется, – добавил он, подмигивая Майку. – Будьте осторожны, вы оба. Майк, слушайся этого шутника. У него масса ценного опыта.

– Буду, – пообещал Майк.

– Верить ему не верь. Но слушайся. Майк усмехнулся. Крэг пожал им руки и отсалютовал Дэвиду. Потом повернулся и вышел. Корабль Джесса «Ночной Ястреб» сорвался с Дилстры на скорости, при которой «Королева Болот» казалась бы стоячим бакеном, если бы им вздумалось соревноваться. «Ночной Ястреб» был маленьким гладеньким корабликом с двумя чудовищными ядерными двигателями – корабль на одного космонавта с умопомрачительной навигацией. Джесс заверил Майка, что это всего-навсего неповоротливая посудина в сравнении с кораблями, которые Майку предстоит вскоре увидеть.

– Когда-то это был контрабандистский корабль, – признался Джесс. – Его владелец нанимал парня, который теперь берет призы на гонках, чтобы тот совершал мгновенные рейсы к новым поселениям, где патрули встречаются нечасто. Не то что твой бывший босс Джосия, который берет больше хитростью, чем скоростью. Теперь я на этом корабле вожу какие-то скоропортящиеся лекарства, наподобие тех, которые на нем возили до меня, с той лишь разницей, что все законно, и лекарства зарегистрированы. Хочешь сделать вместо меня эти расчеты?

Майк согласился и под пристальным взглядом Джесса рассчитал угол вхождения в субпространство. Когда Джесс проверил и остался доволен, он спросил:

– Джесс, что произошло между тобой и Крэгом? Вы действительно друзья? У него был такой вид, будто он ждал от тебя только ненависти. Он правда должен тебе деньги?

Джесс довольно долго молчал, прежде чем ответить. Майк обернулся и увидел, что Джесс задумчиво смотрит на него с легкой улыбкой.

– Прости, – сказал Майк, решив, что перешел границы. – Я не хотел вмешиваться. Джесс, улыбаясь, покачал головой.

– Да нет, Майк, я просто задумался. Задумался о том, как дико я себя с ним вел... Да, мы действительно поссорились, и он должен мне кучу денег, которых у него не было, а я думал, что они у него были. Но я был не прав, – он сделал паузу, чтобы проверить положение корабля, и продолжил:

– Понимаешь, Шоу такой человек – он всегда старается делать добро ближнему. Даже если это дорого ему обходится. Просто в тот раз ближним оказался не я, – Джесс расхохотался. – Не пойми меня превратно. Он не святой. Но, во всяком случае, старается им быть.

– Но, – Майк был смущен. – Почему он..?

– Я узнал все только полгода спустя. Целых полгода я на него злился!

– А зачем ему нужны были деньги? Джесс хихикнул.

– Чтобы выручить одного малого из беды. Гонщика, как я потом узнал.

Парень задолжал и натворил глупостей, а потом впал в отчаяние и был готов наделать еще больших глупостей, что-то действительно ужасное совершить. И тут подвернулся Крэг, который выкупил его собственными деньгами. Джесс с восхищением покрутил головой.

– И твоими?

– И моими. Точно. Вот только он мне не сказал, на что ему нужны деньги, и я только случайно узнал обо всем позже. По-моему, он боялся, что я скажу, что этот малый того не стоил, или еще что-то в этом роде. Не знаю.

– А ты бы сказал? Ну, то есть стоил парень этого или нет? Джесс улыбнулся.

– Туше. Не знаю, честно говоря. Он сам был бывший контрабандист, как мы, – из нашей космической братвы. Но, знаешь, у меня никогда не было желания так заботиться о контрабандистах. Я все считал себя каким-то исключением, – он снова покрутил головой, на этот раз без восхищения. Майк задумчиво запустил пальцы в волосы.

– Хм, выходит, это правда, что большинство гонщиков начинали как контрабандисты?

– О да, безусловно, – сказал Джесс. – Абсолютно. Одним парням просто нравится рисковать. Для других – таких, как я и, думаю, как ты, – это единственная возможность выбраться из той дыры, где они сидели, и добраться до Клипсиса. Самому мне это никогда не нравилось, хотя, должен признаться, иногда я получал заряд бодрости от хорошей погони... Майк припомнил мир Йолаан... и тот всплеск адреналина в крови, когда он боролся за спасение своих товарищей... и те мысли, которые пришли потом. Интересно, чувствовал ли все это Джесс?

– Во всяком случае, – продолжал Джесс, – одну вещь о мире гонок ты усвоишь поразительно быстро. Это то, что люди там разные. Некоторым ты можешь доверять, как самому себе, а к другим лучше не поворачиваться спиной. И не всегда легко отличить одних от других.

– Ты имеешь в виду самих гонщиков?

– Я имею в виду и гонщиков, и спонсоров, и менеджеров, и механиков, и ремонтников, и игроков... – Он взглянул на Майка и усмехнулся. – Ну, это будет частью твоего образования. Ты просто должен научиться остерегаться, следить за каждым своим шагом.

Майк слушал его молча. Клипсис и Питфол – места, которые он знал только по голографическому экрану телевизора. И теперь он пытался совместить слова Джесса с теми представлениями, которые у него сложились раньше. Джесс уже попытался развеять надежды Майка на легкие пути в гоночном мире. Большинство претендентов в звезды ломаются, так и не попав в заезды, они никогда не получают шанс узнать настоящие гонки, говорил он. Но статистика не производила на Майка особого впечатления. Он проделал весь этот путь не для того, чтобы сломаться.

– А на что это похоже? – спросил он через некоторое время. Джесс как раз закончил уточнение курса, и у них оставалось несколько минут перед входом в субпространство.

– На что похоже что?

– Гонки. Я знаю, как они выглядят. Но что при этом испытываешь?

Джесс улыбнулся.

– Ах, ты об этом.

– Да, об этом!

– Ну, я скажу тебе. Это сложно объяснить. – Он подумал с минуту. -На самом деле, это ни на что не похоже. Будто съезжаешь с горки на скорости, в пять раз превышающей световую и при этом знаешь, что стоит зазеваться, и тебя вынесет за верхний предел ко всем чертям – если ты понимаешь, что я имею в виду.

Майк хмыкнул – он это понимал.

– Конечно, ты знаешь, что вся система – это гоночная трасса. Это нужно просто увидеть. – Джесс мечтательно склонил голову и, кажется, собирался сказать что-то еще, но тут подошло время для перехода в субпространство.

За три дня Майк засыпал Джесса вопросами. Вопросами о системе, о гонках, о жизни начинающего гонщика, обо всем, что ему приходило в голову. Он чувствовал себя с Джессом вполне свободно, и было очевидно, что этот старый пилот может многому его научить. Между тем он думал – не без некоторого цинизма, потому что в последнее время ему слишком часто приходилось расставаться с друзьями, – что следует воспользоваться случаем и извлечь как можно больше пользы из общения с Джессом. Возможно, впрочем, на этот раз все получится иначе, и расставаться не придется. В конце концов, ведь они оба направлялись в одно и то же место. Со своей стороны Джесс, казалось, был рад поговорить с Майком о гонках и Клипсисе, но в то же время он хотел знать, как готовился Майк к своей новой, столь желанной карьере.

– Я вижу, тебе довелось посидеть за компьютером, – сказал он как-то, чтобы похвалить навигаторские способности Майка.

– Совсем немного, – ответил Майк. – Твоя система достаточно легкая по сравнению с той, на которой меня гоняла Вики на «Королеве Болот». В самом деле усовершенствованная навигационная система на «Ночном Ястребе» делала субпространственные расчеты детской забавой по сравнению со сложнейшим вводом данных, которых требовал компьютер на старом сухогрузе капитана Бента.

– Что ж, радуйся, что научился этой чепухе, – сказал Джесс. – Сейчас тебе это не понадобится, но когда-нибудь может здорово выручить. А еще что ты освоил?

Майк старался, чтобы его слова не звучали хвастливо.

– Я получил три свидетельства об окончании компьютерных тренажерных курсов. Я прошел полный телевизионный курс общего космического пилотирования плюс технология ядерных двигателей и навигация.

Джесс поднял брови.

– Вот как? А ведь по возрасту тебе еще в школу ходить положено.

Майк пожал плечами.

– Я только и делал, что учился, сколько себя помню.

– М-м. – Джесс кивнул и встал, чтобы приготовить ригелианского кофе. Вернувшись, он протянул Майку дымящуюся кружку и сел рядом, держа в руках такую же. Прямо над его головой красовалась табличка, запрещавшая есть или пить за панелью управления. Джесс проследил за взглядом Майка и хихикнул.

– А, черт, – сказал он, смеясь. Майк вопросительно посмотрел на него.

– Может, ты и добьешься этого в конце концов, – пробормотал Джесс. – Может, и добьешься.

Майк не ответил, только отодвинулся подальше в своем кресле и с наслаждением отпил крепкий и сладкий кофе.

Первое, что они увидели после выхода из субпространства, был блеск гоночной системы. «Ночной Ястреб» плавно вращался, и экран заполнился захватывающим зрелищем Клипсиса и его планет. В центре сияла сама звезда, ослепительное желтое солнце, окруженное полудюжиной планет различных размеров и оттенков. «Ночной Ястреб» летел над плоскостью эклиптики, так что практически вся система была в поле зрения. У Клипсиса была одна уникальная особенность – огромный хвост солнца, поток разъяренной плазмы, который радугой вздымался с поверхности звезды, тугой спиралью вонзался в космос и оканчивался крошечным блестящим кольцом возле самого солнца. Майк знал, что этот необычный феномен называется Коготь Дракона и это фонтан звездного вещества, который засасывала в себя алмазоподобная структура в центре этого кольца на самом кончике «когтя». «Алмаз» представлял собой туго свернутое пространство, неизвестное поле, создающее «полую сферу» километров двадцати в диаметре. Знал он и то, что в центре этой сферы находился обитаемый гоночный комплекс, известный под названием Питфол.

– Как раз гонка идет, – заметил Джесс. У Майка перехватило дыхание.

– Откуда ты знаешь?

– Видишь паутину спидвеев – под прямым углом к эклиптике, в плоскости Питфола? Погоди, дай-ка я отрегулирую поляризацию... – Джесс поколдовал над панелью управления, и солнце померкло, в то время как остальные объекты, до этого еле видные, проступили отчетливее. Действительно, солнце было словно окружено светящейся паутиной. Это были гоночные трассы: огромная запутанная система трубообразных туннелей сжатого пространства, по которым проносились корабли на скорости, во много раз превышающей световую.

– Вот оно! – завопил Майк. Он оттолкнулся от панели и обернулся к Джессу, сияя. Джесс улыбнулся в ответ.

– Да.

– Фу-ты ну-ты! – восхитился Майк. Он так долго ждал этого момента, что теперь его просто распирало от восторга. Он придвинулся к экрану, чтобы рассмотреть все получше.

Словно светящиеся нити паутины, гоночные трассы окружали солнце концентрическими кольцами. Они располагались в основном в одной плоскости, перпендикулярной эклиптике. Обе эти плоскости пересекались, проходя друг через друга, при этом паутина трасс казалась призрачной тенью планетных орбит, соединяющих их транспортных туннелей свернутого пространства. По мере того как Джесс настраивал экран, Майк стал различать структуру паутины – одни трассы были кольцевыми, другие эллиптическими, а третьи представляли собой причудливо изогнутые петли.

– Посмотри на третье кольцо от солнца. Видишь в нем движущиеся яркие точки?

Майк пригляделся. По кольцу двигалась стайка тесно" прижавшихся друг к другу разноцветных огоньков, напоминающих капельки раскаленного металла.

– Гоночные корабли, – умиленно пробормотал Майк.

– Ага. Я бы сказал навскидку, что они сейчас перешли на четвертый трансфактор – то есть идут на скорости в четыре раза больше световой.

– Правда?

– Точно... Посмотри на пятое кольцо – только что началась другая гонка, – Джесс ткнул пальцем в экран, и Майк увидел другую стайку раскаленных капель, движущихся по другой трассе. – Они только что вышли из скрученного кольца. Сейчас они немного рассредоточатся, займут свои позиции, – сказал Джесс. – Лидирующий корабль займет место в груве – самой быстрой части гоночного туннеля – вот, видишь, один вырвался вперед. Майк несколько секунд молча наблюдал. Он никак не мог поверить в то, что можно увидеть гонки вокруг солнца с такого расстояния, словно это настольная игра.

– Конечно, мы все это видим с отставанием, – добавил Джесс, посмеиваясь. – Мы все еще... дай-ка посмотреть... на расстоянии светового часа от солнца, так что видим то, что происходило час назад. Внутренняя гонка уже закончилась.

– Все-таки это потрясающе, что мы можем все видеть отсюда, с расстояния.

– На самом деле, мы, конечно, видим не корабли. Мы видим всего-навсего излучения их ядерных выхлопов, проходящие через свернутое поле. Майк кивнул. Почти вся гонка от начала до конца проходила на скорости, превышающей световую, в паутинной системе, созданной древней инопланетной технологией, которой Питфол был обязан самим своим существованием. Майк знал все технические характеристики Клипсиса назубок. Это была единственная солнечная система в освоенной части Галактики, живущая только гонками. Сюда прилетали только существа, интересующиеся гонками, многие из них крали, унижались, выпрашивали деньги, чтобы добраться до Клипсиса. Теперь, глядя широко открытыми глазами на панораму системы, Майк с трудом верил в то, что добился этого сам.

– А это что? – спросил он, указывая на внешний край паутины. От нее отходили причудливо изогнутые прерывистые пряди, напоминающие нити, выбивающиеся из протертой ткани.

– Ах, это, – отозвался Джесс. – Это новые трассы, над которыми сейчас работают. Они

предназначены для гонок в стиле ралли вне паутины со всевозможными бакенами и мишенями для полетов в субсветовой части маршрута. У нас это уже имеется в небольшом масштабе – взгляни на седьмое кольцо, – оно тоже прерывистое, но гораздо более упорядоченное, чем новые трассы. – Он помолчал. – Они предназначены для самых искусных гонщиков. Там круче и гораздо опаснее. Ты выходишь из паутины на скорости света или выше, и – фффффттт... вот и все, что о тебе напишут., Майк кивнул. Опасность – неотъемлемая часть здешней жизни; весь смысл в том, чтобы одни гонки были опаснее других.

– Хотелось бы мне когда-нибудь попробовать, – пробормотал он скорее себе, чем Джессу. Джесс взглянул на него и хихикнул.

– Правда? Знаешь, нам первым делом предстоит кое-что другое.

– То есть?

– Надо подлететь к Питфолу. Сейчас ты впервые полетишь через паутину.

Майк побледнел, а Джесс переключил обзор на другой угол. Впереди «Ночного Ястреба» разлилось ослепительное сияние.

– Ага, – сказал Майк.

– Понимаешь, что это такое?

– Да, единственный путь к Питфолу лежит через паутину. Мы не можем лететь сквозь трассы, так что...

– Так что кораблям специально отмечают точки вхождения по всей системе. Правильно. – Джесс сосредоточился на панели управления, выполняя мгновенные навигационные операции, выправляя курс. – О'кей. Теперь мы на луче.

Сияние стало сильнее. Майк следил за ним, почесывая в затылке.

– А почему мы не видим туннеля, ведущего к Питфолу?

– С этим вообще интересная штука, – рассеянно отозвался Джесс. – Чем ближе ты подходишь, тем более расплывчато он выглядит. Дело в том, что это не гоночные туннели. Они медленнее, шире, не такие плотные, более терпимые к твоим ошибкам. В общем, энергетические поля в них мягче. Они впитывают меньше радиации и меньше ее испускают. Пять секунд... четыре... три...

Майк набрал побольше воздуху и откинулся в кресле. Сияние рассыпалось снопом искр; космическая чернота исчезла. Теперь они летели сквозь туннель мерцающего света по направлению к крошечной далекой темной точке.

Загрузка...