Его нежеланная истинная

11.4

Еще меньше возможностей выжить давали уроки, на которых мы занимались вместе с Эдвином. Если расправа от баронессы угрожала мне только через год, то декан боевого факультета грозился сделать это едва ли не на каждом уроке.

Это больше не были прогулки за ручку в поисках спрятанных предметов. У меня даже закралось подозрение, что профессор Кайрус на самом деле вознамерился сам меня убить, чтобы его любимчику Макею проще было обрести свободу.

Сложнее всего было научиться энергообмену. Кайрус заставлял нас перекачивать жизненные силы так, словно мы были сообщающимися сосудами. Самостоятельно у нас это получалось не очень, поэтому для того, чтобы стимулировать скорость энергопотоков, профессор использовал мощный артефакт.

После таких уроков я просто выпадала из кабинета, а Эдвин еле плелся сзади, привалившись к стеночке. Но жаловаться было бесполезно.

– Однажды это спасет вам обоим жизнь! – рычал декан боевого и продолжал терзать нас тренировками несмотря на все протесты.

На этих занятиях мое состояние колебалось от невероятной эйфории до такого упадка сил, что в глазах темнело. Эдвин тоже то искрился, словно излучал электричество, то зеленел. Но стойко держался на ногах. В отличие от меня.

– Ты должна уметь поставить барьер! – злился Кайрус. – Однажды от этого будет зависеть ваша жизнь.

Я старалась. Напрягалась изо всех сил. Но снова и снова проваливала задание. Мне было так обидно. Ведь я выкладывалась по полной. Но из урока в урок не было никакого прогресса. Кайрус негодовал.

– Брамс. Ты выбыла. Снова. Погибла на задании! – холодно чеканил профессор после каждой моей неудачи, чем вгонял мою самооценку глубоко под плинтус.

– Ты тоже не лучше! – бросил он ухмыляющемуся Эдвину, и у того сползла с лица самодовольная улыбка. – Ты должен в пылу битвы сберечь свою девчонку, если она сама не сможет за себя постоять!

Макей лишь отмахнулся.

– У меня же нет глаз на затылке, чтобы еще и за ней, как за маленькой, смотреть! – возмущался Эдвин в ответ на увещевания декана.

Профессор злился и начал метаться по кабинету, словно голодный зверь, учуявший добычу, но не имеющий возможности до нее дотянуться.

– Да поймите, что вы пара! Вы должны работать как единый организм, тонко чувствуя друг друга! – распалялся профессор.

– Да не хочу я ее чувствовать! – вспылил Эдвин, отскочив от профессора к окну, словно боялся, что тот его ко мне привяжет. – Навязали на мою голову неопытную малолетку!

Каков нахал!

Ну тут я бы с ним, конечно, поспорила. Все же я старше, хотя иногда было ощущение, что он намного взрослее и опытнее меня. Хотя это и понятно: я ведь только осваивалась в этом мире.

– Да тебе любая будет ребенком казаться неразумным, – зло буркнул Кайрус, – девчонок же привозят сразу после совершеннолетия, а вы поступаете лет на пять позже. Они кроме родителей, которые с них пылинки сдували, и не видели ничего. А у вас у многих и опыт боевой есть, и жесткая муштра в военной школе. Нет бы заботиться о девочке, а ты все подавить ее пытаешься!

Эдвин отрешенно смотрел в окно. Слова профессора его не трогали. Жестокий холодный чурбан, ничем не лучше тех элитных, что зачислили на первый курс. Наверняка от него родится такой же монстр.

Лучше уж попытаться договориться с баронессой, чем искать тепло в его сердце. А от такого истинного надо бежать, сверкая пятками.

Колокольный звон оповестил об окончании урока, и я поспешила покинуть кабинет, оставив Макея с Кайрусом, чтобы не разрыдаться при них.