Глава 7.


Чёрный лёд


До конца обучения оставалось совсем немного - и эти последние дни утекали как песок сквозь пальцы. Домино с ужасом следил за тем, как всё меньше времени оставалось до того момента, когда ему придётся решить окончательно, кем он хочет быть и что делать в его случайно сохранившейся жизни, - а он и понятия не имел об этом. Все ранее обуревавшие его чувства, касающиеся Зебастиана и геноцида Кирсте, померкли перед перспективой быть с Алектой самым обычным человеком, возможно, даже с новой семьёй и тем будущим, которого его лишили ранее, и только всеведущим ангелам было известно, какая из двух дорог будет лучшим выбором.

Этими переживаниями Домино не делился ни с кем, даже с Шоной, поэтому каждый в его окружении был уверен в своей версии его будущего. Шона подходил к концу занятий, со дня на день обещая устроить финальный тест, чтобы вынести свой вердикт по поводу того, есть ли у его подопечных хоть какие-то шансы выиграть эту войну. Алекта всё больше проводила времени рядом с Домино, с молчаливого разрешения Батес забросив магазин, и старалась привязать ауриса к себе как можно сильнее. Азат же держал себя так, как будто ранее высказанные его другом сомнения пропустил мимо ушей, и лишь иногда, в редкие моменты, когда был абсолютно уверен, что никто не видит его, хмурился.

В городе жизнь текла как обычно - в нём не изменилось ровным счётом ничего с тех пор, как пришли потенциальные разрушители новой империи: Шона сделал многое для того, чтобы среди веров не ходили пересуды о двух аурисах-близнецах, оставшихся без родителей и почему-то избравших именно Рей-Денн для боевой подготовки своего последующего возвращения во внешний мир. Там, за пределами закрытого городка, у велька осталось достаточно осведомителей, чтобы постоянно быть в курсе всех происходящих событий, и ближе к лету, когда его учеников пора было выпускать на свежий ветер, Шона ожидал визитёров. Примерно год, по его прикидкам, должен был понадобиться Зебастиану, чтобы верно оценить расстановку сил на Севере и начать искать себе новых друзей - или избавляться от возможных врагов. Как правило, веры стояли вне политики, но что такое людская поддержка, когда есть вероятность обрести поддержку ценными ресурсами? Рей-Денн, обладатель нескольких угольных и титановых разработок, являлся для каждого нового правителя Севера лакомым кусочком, и, если с предыдущим, кланом Кирсте, они были союзниками, то приспешников Зебастиана с предложением дружбы и денежных отношений Шона отваживал уже дважды. Они должны были приехать ещё один, последний раз, и их действия после очередного отказа стали бы отличным маркером истинной силы их лидера. Только на основе подобного анализа можно было принять решение, стоит ли отпускать Домино и Азата на их личную войну.

В апреле дожди кончились, и степь начала накаляться под палящим солнцем. В один из таких знойных и одуряющих дней и приехали посланники Зебастиана. Напротив закрытых высоких ворот, значительно укреплённых с того момента, как у веров поселился Шона, остановились сразу три бронемашины. Из первой вышел крепкий сильвис в военной форме цвета хаки и расслабленной походкой направился в сторону скучающе рассматривавшего его из-за стекла привратника.

- Чем могу быть полезен? - спросил он прежде, чем сильвис успел открыть рот, и тот чуть стушевался.

- Мы от Зебастиана, - после короткой паузы сказал сильвис. - Нам нужен старейшина.

- Один момент, - охранник отключил внешнюю связь, включил внутреннюю и коротко переговорил с кем-то. Затем нейтрально улыбнулся посланнику. - Пять минут.

Сильвис кивнул и отступил от ворот, доставая своё средство связи. Спустя четыре минуты в будке привратника появились сразу двое: ухмыляющийся Шона, от вида которого сильвису почему-то стало не по себе, и седой, недобро глядящий из-под густых бровей, вер. Привратник, уважительно кивнув ему, уступил место, а Шона, включая связь, поинтересовался:

- С чем пожаловали на этот раз? Мы услышим наконец что-нибудь новенькое?

- Наш лидер предлагает вам сотрудничество. Если вы снова откажете, мы будем вынуждены принять меры, - отчеканил сильвис.

- Это какие? Бомбить нас будете? Свежий способ политического и реального самоубийства, - усмехнулся вельк.

- В подобной войне невозможно долго занимать нейтральную позицию. Рано или поздно вам придётся выбирать, на чьей вы стороне. С нами быть выгоднее.

- Это уж точно, не в бровь, а в глаз! Вопрос только: для кого выгоднее?..

Сильвис перевёл взгляд на старейшину, пока не выказывающего никакого иного отношения к ситуации, кроме ранее обозначенного взглядом неодобрения.

- Мы обещаем вам покровительство и покой. Соглашения со всеми остальными верами, - он выделил слово "остальными", - были заключены на условиях обязательного военного участия и неравного деления прибыли от торговли ресурсами. С вашим городом ситуация другая. Мы знаем, как хорошо вы защищены, и не пойдём на прямой конфликт. Всё, что от вас требуется, это оборвать отношения с МД и ГШР. Разве веры не хотят, чтобы Север стал независим от правительства? - ровным голосом спросил сильвис.

- Веры хотят, чтобы их не трогали. Сомневаюсь, что Зебастиан сможет нас защитить в полной мере, - отозвался старейшина, глядя куда-то в сторону. - Когда всё докатится до полноценной войны - а оно всё равно докатится, - веры будут первыми, кого принесут в жертву. Мы верим тем, с кем сотрудничаем уже две сотни лет. Коней на переправе не меняют.

- Какие вам нужны гарантии?

- У вас их нет. Уходите. А нужна будет война - вы её получите.

- Но, послушайте...

- Разговор окончен, - старейшина поднялся, и в этот же момент сильвис услышал шорох сверху. Он поднял голову. В высокой стене, протянувшейся от одной глухой скалы к другой, между которыми и располагался город, разом открылись бойницы и появились автоматы. Все три бронемашины оказались на линии огня. Сильвис развернулся и махнул своим, чтобы разъезжались.

Выйдя из будки, Шона со старейшиной встали с обратной стороны границы. Вельк достал сигареты.

- Спасибо за доверие, - сказал он старейшине, закуривая. Тот улыбнулся углом уже утончившихся от старости губ.

- Пока ты ни разу не подвёл нас. Пусть за твоей спиной больше не стоит Мессия, ты всё равно остался тем же.

- Семья, - пожал плечами Шона.

- Уехали! - крикнули со стены.

- Нужно добавить бойцов на горные границы, - сказал седой вер и, покачав головой, усмехнулся. - Вроде развитая цивилизация. А решать проблемы без применения силы так и не научились.

- Может, оно и к лучшему, - философски отозвался Шона. - Я бы умер от скуки так жить. Это же, получается...

- Полагаюсь на тебя, Шона, - старейшина хлопнул велька по плечу и, заложив руки за спину, медленно двинулся в сторону мэрии. Проводив его взглядом, вельк достал телефон. Он не знал, чего можно ожидать от зебастиановцев, но собирался максимально осложнить им жизнь.

* * *

"Переселившееся на другую планету человечество решило извлечь уроки из закончившейся на Земле истории и построить принципиально новое общество, - читал Домино, прихлёбывая очередную чашку чая. - Внесённые изменения касались всех сторон жизни. В первую очередь стоило бы отметить избранную модель экономики, не имевшую аналогов у наших предков-землян. Нечто общее можно найти с ранее опробованной в отдельных странах плановой структурой ведения хозяйства, когда все деньги были сосредоточены строго в руках государства и оставались независимы от обстановки во внешнем мире, так как основное производство благ находилось внутри самой страны. Руководством переселенцев было решено не делить новый мир на различные государства - ни в начале, ни в будущем - и тем самым избежать всех возможных экономических кризисов, когда крах экономики одной из стран тянет за собой другие, вовлечённые с ней в торговлю. Всё управление ресурсами и предметами обмена было отдано верхушке власти, в то время ещё не распавшейся на две враждующие группировки, а добыча и обработка полезных ископаемых вынесены за пределы обживаемой области. Расположение заводов тяжёлой промышленности и химического производства в одном месте - на территории материка Пикора - позволило оградить экономику от вмешательства частных лиц, и на данный момент она в равных долях находится в руках надправительственных организаций, основа противостояния которых заключается в отвоёвывании себе права на разработку того или иного вида сырья в большей мере, чем у соперника. Изначально все слои населения имели равный доступ к получаемым благам, но впоследствии, для стимуляции стремления к труду, были введены денежная система и классовое неравенство. Реальность несовершенства человечества на корню уничтожила все мечты интеллектуальной элиты об утопическом мире одинакового благосостояния, которые ещё лелеяли те деятели науки, кто помогали с нуля строить новый мир. С того момента, как две руководящие партии рассорились и одна из них, сейчас известная как организация МД, ушла в подполье, правительством всей Омнии стал Генштаб и началась до сих пор идущая война, развивающая и науку, и технику лишь в той мере, в которой это нужно для окончательной победы над соперником..."

- Ага, - со смешком кивнула Алекта, - а ещё мы все разговариваем на одном языке, чтобы вдруг недопонимания не было. Мне даже любопытно, как так получилось, что за четыреста лет существования нашей цивилизации никто так и не победил? Неужели ни разу не удалось совершить тот самый, единственный прорыв, чтобы раздавить другого и стать полноправным властителем мира?

- Может, им это просто не надо? - пожал плечами Домино. - Уберёшь одного, всё равно однажды появится другой. А здесь хоть все знакомые. Старый враг лучше новых двух.

- Знаешь, а вот над этим я ещё не думала, - глаза Алекты загорелись. - Ты хочешь сказать, руководство обеих организаций то и дело подбрасывает дров в огонь этой вечной войны, чтобы она, не дайте ангелы, не кончилась? Почему же они тогда позволяют существовать таким самодержцам, как Зебастиан, которые вообще ни за кого?

- Этого я не знаю. Наверное, пока просто прощупывают его. Начнёт выпендриваться - сразу тюк по башке, и сиди дальше, не высовывайся. Долго только, похоже, до этого тюканья ждать, - непроизвольно поморщился Домино. Аурисса проницательно глянула на него и, быстро наклонившись, поцеловала.

- Всё равно рано или поздно они с ним покончат! Ладно, я сбегаю к Батес на пару часиков, потом вернусь. Не скучай тут! - улыбнулась она и встала.

- Хорошо, - кивнул Домино. За окном уже сгущались сумерки, и, выждав около минуты, аурис отошёл к нему: и посмотреть, как растворяется в темноте Алекта, и заодно дать отдых уставшим от чтения глазам. Свет в библиотеке горел приглушённый и только в двух местах: там, где обычно сидели главные читатели, и в коридоре - и, может быть, поэтому читать было так тяжело для зрения. Но зря тратить электричество не хотелось, так что, ко всему прочему, Домино прошёлся и погасил все лампы, кроме дежурных на потолке во всём здании, оставив себе только небольшой жёлтый уголок с настольной лампой. Усевшись поудобнее, он вновь погрузился в чтение.

"Ещё одной отличительной особенностью нового общества можно назвать отсутствие какой-либо выборности в органах власти: как в высших, так и на местах. С момента установления авторитарной системы, когда государством управляли два лидера, закрепился наследственный - или, в редких случаях, преемственный - характер власти. Так, фамилия Пикеровых руководит Генштабом с самого его возникновения, и с того же времени одним из её главных советников является представитель рода Страховых. Ими назначаются управленцы основных подразделений, теми - главы отделов и так далее, вплоть до муниципальных чиновников, уже никак не связанных с начальниками в ГШР. Подобную картину можно наблюдать и в МД - разве что с тем отличием, что в ней более велика вероятность насильственного захвата президентского кресла. На данный момент организация Мессии-Дьявола пережила три смены фамилии: от её основателя, лучшего друга Тиберия Пикерова, Найджела Проморте, управление перешло к его преемнику, Александру Стамесову, который как раз и дал "Союзу-на-Века" его теперешнее название, а от него, спустя два столетия, к Франсу Люцессу, лишившемуся поста в результате военного переворота, который организовал младший брат нынешнего президента ГШР, Аспитис Пикеров.

Основа власти во многом повлияла и на гражданскую жизнь. С момента переселения активно пропагандировалась ценность семьи, что в конечном счёте привело в некоторых случаях к прямо противоположным, а иногда и парадоксальным изменениям в самосознании общества. Разделённые ранее лишь по физическим признакам, спустя буквально сто лет после переселения расы оказались различны и по традициям, и по менталитету, замкнуто переходящему из поколения в поколение благодаря зацикленности на собственной семье. В качестве примеров представляется возможным назвать две крайности подобного подхода к культивации общества: с одной стороны, клановость расы аурисов, в конце концов и вовсе отколовшейся от общества в угоду собственным ценностям и обычаям, и, с другой, закрепившуюся среди тилонов и огелей полигамию, позволяющую заключать брачный союз с таким количеством партнёров, на какое хватит финансовых возможностей. На данный момент каждая раса представляет собой отдельный социум со своими законами, правами и свободами, и с течением времени внутри всего человечества были побеждены практически любые предрассудки, связанные с тем, кем человек представляет себя и кем он может быть соответственно своим представлениям. Против предрассудков и осуждения также активно выступает всеобщая религия, принятая обществом ещё в трёхсотые годы (как и власть, не предполагающая альтернативы), называющая грехом лишь явные отступления от общечеловеческой морали..."

Домино лишь покачал головой, в очередной раз удивляясь и одновременно восхищаясь противоречивости их общества, о которой раньше он лишь смутно догадывался. Кажется, в одной из предыдущих книг, посвящённой модели военной диктатуры, когда-то реализованной на Земле, о свободе людей не приходилось и мечтать - а у них вон как всё сложилось. Впрочем, вероятно, в этом нет ничего особенного: пока ты не лезешь во власть, делай что хочешь, а вот если замахнёшься на статус повыше рядового гражданина, будь готов к вечной борьбе - и за себя, и за свои убеждения. Пикеровы и Страховы тоже представляют два этаких прочно сложившихся клана, утверждающих свои порядки, не терпящих постороннего вмешательства и имеющих уже давно насаженную повсюду опору - иначе не продержались бы у власти так долго. Захочешь перемен, придётся выжечь оба клана до основания, ведь, чтобы проросла новая трава, сначала нужно избавиться от старой. А у кого достанет сил на это?..

Проводя параллели дальше, Домино осознал кое-что и помрачнел. Зебастиан, похоже, рассуждал в своё время именно так. И именно вот эта клановость, не свойственная ни одной другой расе, и погубила Кирсте. Пожалуй, в некоторых случаях не иметь ни с кем кровных связей может даже оказаться полезным. У Зебастиана, кроме его отца-эмдэшника, кажется, вообще нет родственников, не так уж легко будет до него добраться. С другой стороны, и их с Азатом вычислить тоже станет той ещё задачей...

Вздохнув, Домино перелистнул страницу. Эта книга, по сравнению со многими другими до неё, представляла собой скорее общий обзор их части человечества и не сообщала ничего особо нового, но ему всё равно было интересно. К тому же, читая, аурис отвлекался от собственных проблем и отодвигал принятие важного решения ещё на несколько часов. С высоты прочитанного он уже видел, что как представитель своей расы вполне ожидаемо стремится к основанию собственного мини-клана - проще говоря, семьи, - а отнюдь не к перехвату какой-то там власти, что аурисам в принципе не свойственно, и оставалось только прочитать где-нибудь, хорошо это или плохо.

В следующий раз Домино отвлёкся от книги, когда в своей полнейшей тишине, нарушаемой разве что едва заметным гуденьем лампы, услышал отдалённые голоса. Мужские голоса. Повинуясь порыву, вытренированному Шоной как раз для различных подозрительных ситуаций, аурис одним движением погасил свет и вторично замер, прислушиваясь. Обменивающиеся пока неразличимыми фразами явно находились в одном из соседних залов, и Домино, отложив книгу, бесшумно поднялся, чтобы проскользнуть к концу книжного шкафа, из-за которого можно было хоть как-то оценить ситуацию.

Двое, судя по росту и телосложению, то ли вельки, то ли тамасы, в военной форме и с оружием бродили среди стеллажей в видном с его места смежном помещении. Перебежками Домино подобрался ещё ближе, в пределы слышимости, и встал между шкафом и маленькой стремянкой, когда-то оставленной здесь Алектой.

- Есть что? - поинтересовался один солдат у другого. Сейчас, вблизи, оказалось, что это светловолосый кейер, отличающийся от хорона и велька более удлинённым лицом и острым, почти треугольным подбородком, и тамас, которого Домино узнал по тёмной полосе, проходящей в тёмно-рыжих волосах ото лба до самых кончиков на равном расстоянии от висков слева и справа (это было чаще всего чуть ли не единственное отличие тамасов от вельков, когда было сложно оценить рост или разглядеть наличие косичек). Странно, что у них обоих не было головных уборов, но, может быть, они сняли их в здании?

- Я вообще не уверен, что это действующая библиотека, - недовольно фыркнул тамас, отшвыривая в сторону книжку, которую только что рассматривал. - Тут один хлам. Думаешь, веры стали бы держать в столь отдалённом от города здании ценную информацию?

- Кто знает, что в их понимании ценная информация, - философски отозвался кейер. - Может, это только нам жутко интересно расположение закрытых городов, а они это давно наизусть выучили да выбросили за ненадобностью?

- Ну-ну. Ты, по-моему, совсем их за дураков держишь.

- А за кого ещё? Тоже мне, границу укрепили. Если это всё, что их вельк может нам показать, мне искренне жаль тех, кто ему доверил управлять войском.

- Может, это мы чего-то не знаем.

- Нервный ты. Пошли дальше. В этом зале явно ничего интересного нет. Да и в следующем вряд ли...

Домино развернулся, чтобы отступить к противоположному концу шкафа, откуда было ближе всего до могущего послужить укрытием чуть отстоящего от стены стеллажа, - и неожиданно для самого себя зацепил ногой металлическую стремянку. После раздавшегося грохота в стороне, откуда шли чужие солдаты, наступила мёртвая тишина, и Домино затаил дыхание, проклиная себя за неуклюжесть.

- Ошибаешься, - наконец тихо и как будто насмешливо сказал тамас. - В следующем определённо что-то есть.

Уже мало заботясь о тишине, Домино полез вверх, желая только одного: чтобы Алекта не вздумала вернуться сейчас.

*

Немногим ранее сидящий в нише на скале недалеко от шахт Азат, в последнее время частенько с наступлением темноты уходивший от своей компании в горы, чтобы побыть и подумать в одиночестве, также заметил в своей вотчине подозрительных лиц. С его позиции открывался хороший вид на дорогу, ведущую к входу одной из главных угольных шахт Рей-Денна, и, когда сгущалась темнота, обычно бывшую пустынной. Однако сегодня зоркий Азат различил крадущихся вдоль неё с двух сторон неизвестных, поэтому, недолго думая, выбросил почти докуренную сигарету и неслышно соскочил на землю. Он уже знал о приезжавших сегодня послов Зебастиана, которых Шона со старейшиной развернули у самых ворот, и также ожидал неприятных сюрпризов. Странно, что лазутчикам удалось прорваться через кордон, выставленный недалеко отсюда для защиты шахт, но, может, так и было задумано? Поймать с поличным, чтобы, к примеру, иметь веские основания для очередного отказа? Только чего-то Шона не рассчитал - что ж, Азат докажет, что этот год прожил не зря.

Аурис слился с камнем совсем близко от пробравшихся на его территорию врагов: те, два кейера одинакового роста и телосложения, остановились у входа в шахту, возле которой не было и намёка на охрану. Похоже, стратегию Шоны он разгадал верно.

- Что там, Оссиан? - спросил один из кейеров.

- Они нашли вход в библиотеку, там пока никого. Может, и наткнутся на что путное. Ну что, ты направо, я налево?

- А посередине встретимся, - первый хохотнул. - Тебе всё-таки не кажется странным, что охраны нет, брат?

- Если наш союзник всё сделает, как договаривались, и не появится, - другой кейер ободряюще хлопнул его по плечу. - Плохо было бы, если бы она тут стояла. Давай, расходимся, часики-то тикают.

Они один за другим скрылись в темноте шахты, одновременно включая фонари, и Азат, быстро подобрав с земли увесистый камень с острым краем, поспешил следом. Первой своей жертвой он выбрал левого лазутчика, и сердце билось где-то в горле в ожидании убийства.

Всё вышло как по маслу - в эту ночь удача явно была на стороне Азата. Он проследил за кейером до первого спуска, где находились главные опоры шахты, возле которых тот и оставил принесённый заряд (Азат раньше не видел настоящих взрывных устройств, но узнать его оказалось несложно). Дождавшись, пока враг нагнётся, чтобы настроить его, аурис бесшумной тенью подкрался сзади и ударил его острым концом камня точно в темя. Кейер рухнул как подкошенный, и нащупавший его сонную артерию Азат с удовлетворением понял, что убил его. Дальше аурис действовал так, словно планировал это убийство в мельчайших деталях давным-давно. Быстро обыскав мертвеца, Азат забрал себе пистолет и нож, затем, подхватив кейера под руки, потащил его ближе к развилке. Оставив тело на видном месте, он ушёл в главный туннель, чтобы вовремя отследить второго лазутчика.

Долго ждать не пришлось. Брат убитого вернулся уже через несколько минут и, не встретив его, поспешил в левое ответвление. Азат, не очень доверяющий своему умению стрелять - у Домино это выходило не в пример лучше, - решил применить уже испробованную тактику. Когда кейер замер возле распростёртого на каменном полу тела, он как раз подскочил сзади, чтобы всадить ему в шею нож, но здесь удача отвернулась от него. В последний момент враг обернулся и одним движением выбил из его руки оружие. В следующую секунду не успевший среагировать Азат получил прикладом точно в переносицу и свалился рядом с трупом.

- Ты убил моего брата, ублюдок! - яростно крикнул кейер, прыгая на него сверху. Азат ещё не до конца пришёл в себя, когда ощутил на горле сомкнувшиеся пальцы, - и времени на оценку ситуации уже не было.

Из последних сил глотнув воздуха, аурис зашарил руками по полу и на грани потери сознания наконец наткнулся на ранее упавший туда нож. Глаза его уже застилала тьма, самая страшная, какую он когда-либо мог представить, но отступать было нельзя, и, поднапрягшись, Азат сумел рвануться и распороть кейеру бок - в том самом месте, где сходились пластины его облегчённого бронежилета. Взвыв, лазутчик отпустил его, заваливаясь на бок, - аурис же перекатился в противоположную сторону, торопливо пытаясь хоть как-то восстановить дыхание. В этом бою он не мог позволить ни одной потраченной впустую секунды и, как только темнота перед глазами расступилась, вскочил на ноги, одновременно доставая украденный у мёртвого кейера пистолет. Отошедший от первого приступа боли ещё живой враг уже тоже поднимал оружие, но Азат успел раньше. Он выстрелил трижды: в голову, горло и плечо, и лишь после третьего хлопка глушителя, глядя на застывшее в крови недвижное тело, разрешил себе привалиться к стене. Пистолет выпал из его рук - Азат только сейчас заметил, что они также в крови, очевидно, той, что полилась из бока его душителя. Переведя дыхание, аурис заставил себя выполнять свои обязанности защитника города дальше: здесь, у опор, находились два заряда и необходимо было как можно быстрее убрать их из шахт.

Ноги почти его не слушались, а пальцы были скользкими от крови, но Азат не обращал внимания ни на что. Вытащив оба взрывных устройства в центр развилки, он взял по одному в каждую руку, предварительно обтерев их об рубашку, и потащил их к выходу. Осветить себе путь фонарями аурис уже не догадался и был вынужден мерить шаг и ориентироваться лишь на крохотный лоскут звёздного неба, видный из пещеры.

К счастью, обошлось. Ни разу даже не споткнувшись, Азат вышел на свежий воздух и с облегчением поставил заряды на землю - буквально на пару секунд, чтобы чуть-чуть передохнуть перед продолжением забега, - но и этого оказалось достаточно. Со всех сторон Азата ослепили фонари, и он закрылся руками, спасая глаза.

- Так-так, что у нас здесь? - услышал он впереди знакомый голос. - Ты, Азат? И улики с тобой? Какая удачная встреча!

Опустив руку, аурис увидел стоящего в метре от него Шону и вокруг - ровной цепью - ещё семерых веров с оружием. От велька так ощутимо пахнуло ненавистью, что Азат тут же окрысился.

- Чего улики? Вы меня в предатели записали? Я бы поискал ещё кого! Кто, например, снял охрану у основной шахты и позволил вот этому, - он рывком указал на бомбы, - оказаться у самых опор! Ах да. Их носильщики остались там, в туннеле. Я их обоих убил. И сам чуть не сдох, между прочим!

Он почувствовал горько-солоноватый привкус на губах и вспомнил об ударе прикладом в лоб - странно, как кровь из ссадины не добралась до рта раньше? Шона чуть сощурил глаза и подал знак одному из своих бойцов. Краем глаза Азат увидел, как тот тенью скрылся в туннеле.

- Допустим, - неохотно согласился он спустя несколько секунд, посмотрев прямо за ауриса: похоже, посланец показал ему на пальцах, что творится в туннелях. - Но зачем самодеятельностью-то заниматься?

- Да потому что некогда было помощь звать! - огрызнулся Азат и похолодел, вспомнив разговор убитых им кейеров. - Ещё враги в библиотеке. Извините, мне пора.

Даже не оглянувшись на оторопевшего Шону, аурис бросился в сторону библиотеки, секунду назад осознав, что в это время там обычно сидит Домино. А у него с быстротой реакции пока плоховато.

*

Сверху Домино, почти не дыша, наблюдал за обыскивающими зал посланниками Зебастиана. Они обшарили лучами фонариков все углы, в том числе и тот, в котором аурис планировал спрятаться, - и он порадовался, что догадался укрыться в другом месте. До него фонари пока не доставали, а ширина шкафа и его собственная комплекция при должном везении позволили бы остаться незамеченным и при включённом верхнем свете. Но не сидеть же тут вечно? Домино спешно пытался придумать, что делать в его положении. Прыгнуть сверху? Пока он будет сражаться с одним, на шум придёт второй - и тогда всё кончится, не успев даже начаться. Что тогда? Ждать, пока они разойдутся по разным залам, и попробовать убрать их поодиночке? А чем связывать, ремнями? Или достаточно будет просто оглушить и вызвонить Шону? Может, хотя бы сейчас попытаться отправить ему сообщение?..

- Может, просто книжка какая выпала? - с сомнением фыркнул тамас, опуская фонарик. - Нет здесь никого. Некуда прятаться.

- Давай разделимся: я в том зале посмотрю, ты оставайся в этом, - предложил кейер. - Главное, следи за выходом в коридор, чтобы ни одна муха без разрешения не пролетела.

- Ясное дело.

Кейер, погасив свет, неслышно ушёл, а тамас двинулся в очередной обход по залу. Домино перевёл дыхание, уже уставая от напряжённых размышлений. Куда только делась та его решимость, что была с ним, когда он год назад увидел мёртвыми маму и сестру? Почему сейчас он никак не может решить, что делать? Они ведь и правда могут найти какую-нибудь важную книгу и просто уйти, а он им это позволит...

Прошло несколько минут, за которые луч фонаря ещё дважды почти вплотную подбирался к затаившемуся Домино и он чуть отодвигал то руку, то ногу в зону темноты, - а потом в соседнем зале раздался негромкий хлопок выстрела. Они с тамасом замерли, затем последний достал рацию.

- Оссиан, кого ты там? - тихо спросил он. Из динамика ему ответил приглушённый и как будто искажённый голос.

- Наблюдателя. Всё окей. Иди сюда.

- Понял, - отметил тамас, убирая рацию. "Алекта", - вдруг пришло к Домино осознание случившегося, и все сомнения разом отпустили его. Пока солдат торопился в другой зал, аурис скатился со шкафа с противоположной стороны от него, стараясь не думать, что будет с ним, если там и вправду убили Алекту. Крадучись он направился к входу в соседнее помещение - только для того, чтобы нос к носу столкнуться с тамасом.

- Привет, - осклабился в довольной улыбке тот, и одеревеневший Домино смог только судорожно выдохнуть, окончательно потеряв самообладание. - На ловца и зверь бежит?

Как в замедленной съёмке аурис увидел вскидываемый на него пистолет, но выстрел прозвучал раньше, чем тамас спустил курок, - и совсем с другой стороны. Вскрикнув от боли, тамас упал перед Домино на пол, сразу перекатываясь на бок, чтобы снять опору с простреленного колена. Из темноты над ним возник державший его на прицеле оскалившийся Азат с залитым кровью лицом, и Домино отступил от него на шаг.

- Не дёргайся, а то и тебя пристрелю, - сказал тамасу Азат. - Братья-кейеры уже мертвы, все трое. Желаешь к ним присоединиться или нет?

Тамас замер на полу. Азат махнул Домино рукой:

- Свет включи, чего встал-то? Сюда Шона идёт.

Ауриса отпустило вторично. Он бросился к выключателю, расположенному совсем близко, и свет залил сразу два зала. В конце второго, где остался убитый Азатом кейер, и вправду уже появился Шона с ещё двумя солдатами-верами. Завидев Домино, вельк поспешил к ним.

- Что бы ты без меня делал, - тихо проговорил Азат, начиная улыбаться. Подошедший Шона кивнул оставшемуся рядом с ним солдату, чтобы тот оказал пленному первую помощь и заодно повязал его, а сам с усмешкой посмотрел на аурисов.

- Ну вы, мальчики, даёте, - хмыкнул он. - Вдвоём сделать то, чего не удалось целому отряду. Впечатлён.

- Это один Азат, - попытался возразить Домино, но Азат цыкнул на него.

- Не отнекивайся!

- Впрочем, гордиться нечем, - продолжил Шона. - Неверная оценка ситуации и дальнейшее поведение могли повлечь смерть обоих. Азату я уже это объяснял и достоверных оправданий не услышал. Ответь теперь ты, Домино. Почему ты вступил в сражение, вместо того чтобы вызвать подмогу? Так уверен в себе? Вы всего год учитесь! Что вы о себе возомнили?

- Я вообще думал, что это и есть финальный тест! - выпалил первое, что пришло в голову, Домино, и даже Азат недоуменно моргнул. Шона так и вовсе явственно опешил.

- То есть по-настоящему стрелял в подставного человека? - с живым интересом спросил он, и от его взгляда аурису стало нехорошо. Но отказываться от слов было поздно - да и не признаваться же, что он просто забыл о такой возможности с перепугу?

- Пистолет тоже мог оказаться подставным, - вполне правдоподобно проворчал он. - Кто ж вас знает.

- Ладно, убедили, - Шона развёл руками. - Зачем они хоть приходили в библиотеку?

- Искали книги, в которых была информация по расположению закрытых городов веров.

- О. Буквально утром они пытались убедить нас, что все остальные веры уже им подчинились... Всё понятно. Отдыхайте, ребята. Можете считать, что экзамен сдали. Карстен, пошли.

Дождавшись, пока вельк и вер с пленённым тамасом покинут библиотеку, Домино со вдруг проснувшейся яростью повернулся к Азату.

- Зачем ты повесил одного на меня? Я же никого не убил! Я сам тут чуть не умер!

- А зачем ты сказал про тест? - Азат насмешливо сверкнул на него глазами. - Ты себя выгородил, я тебя выгородил. Всё хорошо. Нет разве?

Домино сжал кулаки, опуская взгляд, и Азат ободрительно хлопнул его по плечу.

- Не переживай ты так. Со мной не пропадёшь, обещаю! Захочешь, договоримся так: ты будешь нам тактику продумывать, информацию там, добытую использовать по назначению, а я стану нашей грубой силой? Так всем будет лучше! Ну, согласен? Нет? Ну ты подумай над этим. А я пойду душ приму.

Насвистывая, он зашагал в главный коридор. Очнувшийся Домино крикнул ему вслед:

- Тебя хоть не ранили?

- Треснули по лбу прикладом. Но там просто ссадина, иначе я бы такой птичкой туда-сюда не летал, - отозвался Азат. За ним хлопнула дверь, и Домино остался один в звенящей, давящей на уши тишине.

Какой из него, к чёрту, мститель?..

* * *

После победы над зебастиановцами в жизни Домино настал полный хаос. Азат не преминул сообщить всем, кого встретил на следующий день, что они перебили захватчиков вместе, - и, хотя большую заслугу он всё же отдал себе, так как смог предотвратить взрыв самой важной шахты, Домино он чествовал немногим слабее, выставляя этаким хладнокровным убийцей, запутавшим своих врагов с помощью темноты библиотеки и тем самым сумевшим одного из них взять живым - как раз к тому моменту, как Азат подоспел к нему на подмогу. Отрицать это было не только бесполезно, но и бессмысленно. Глядя, как веры восторгаются им, как поощрительно и гордо смотрит на него Шона, Домино чуть ли не волосы на голове рвал от бессилия. Ему было до боли стыдно за тот страх, что парализовал его в экстренной ситуации, и растерянность, помешавшую сделать что-то действительно ценное, за что им можно было восхищаться, - но ещё больший стыд он испытывал за незаслуженные лавры, которые с лёгкой руки Азата были водружены на его голову, - оказавшиеся столь давящими, что он то и дело шатался под их весом и опускался в своих глазах всё ниже.

Кажется, одна Алекта поверила ему, хотя и в её взгляде Домино уловил опасение перед безжалостным убийцей, какое было у всех тех, кто, выделяясь из большинства, не одобрял их. Что приходилось делать? Алекта как будто стала холодней к нему, пусть и старалась не подавать виду, Шона принимал его за другого, веры разбились на две спорящие стороны, так и не договорившиеся между собой, стоит ли поступки заезжих аурисов - восемнадцати, между прочим, лет от роду! - считать морально оправданными, Азат вообще избегал его, резонно предполагая серьёзный разговор на фоне им содеянного, и Домино чувствовал себя забредшим в тёмный, мрачный лабиринт, из которого для него, кажется, окончательно был сокрыт выход.

Время меж тем продолжало идти. Шона дал им ещё неделю прийти в себя - за эти дни он рассчитывал найти наконец предателя, которого им сдал быстро расколовшийся тамас, и потому отсутствовал в городе, - а потом, как раз после спада первого зноя, выпустить в степи. Азат больше не ночевал в их общем домике: Домино догадывался, что он начал искать поддержку, которая помогла бы им в одиночку хоть как-то выжить первые пару недель, и ему, по идее, стоило бы заняться тем же. Азат вообще стал казаться ему более цельным и собранным, чем мог бы быть - и, главное, чем он сам, - и это ощутимо беспокоило. Если ранее Домино признавал, что Азат обходит его в хитрости (может, скорее, даже в подлости) и живучести, теперь, кажется, он был лучше во всём - ну, разве что, кроме некоторых физических навыков - и куда больше подходил для роли, которую они должны были исполнить на территории его, Домино, заклятого врага. Как так вышло? Какой всё-таки путь принадлежал именно ему - и почему он вдруг так начал стремиться к превосходству, ведь раньше подобный соревновательный дух был ему несвойственен? Впервые получил в окружении кого-то равного себе, и все тёмные стороны характера сразу полезли наружу? Является ли он вообще тем, кем прежде представлял себя, - может, они и не знакомы вовсе друг с другом? Жаль, никто не может подсказать...

Именно в эти последние дни его одиночество заострилось до предела. Домино неожиданно обнаружил, что абсолютно никто не способен понять его и помочь - в первую очередь, пролить свет на выход из этого построенного сознанием лабиринта, - и он, по непонятной причине обозлившись, начал искать встречи с Азатом, чтобы наконец высказать ему всё, что он думает и о нём, и о том, что он сотворил. Однако Азат нашёл его сам.

Домино тогда бесцельно бродил среди скал, то взбираясь вверх, то спускаясь на дно небольших ущелий, едва ли замечая, по каким иногда тонким краям он ходит. Он плохо спал все эти дни, и внимание его притупилось вместе с интересом к жизни, поэтому нарочитый шорох совсем рядом с собой он не замечал до тех пор, пока из-за одного высокого серого камня к нему не вышел улыбающийся Азат.

- Вот ты где. Фиг выследишь. Потерял что-то? - участливо поинтересовался он, и Домино хмуро глянул на него, невольно сжимая кулаки. Аурис верно угадал его настрой.

- Успеешь ещё меня побить. Я раскопал тут кое-что, хочу исследовать поподробнее и приглашаю тебя с собой. Ты же не против?

- Честно, мне всё равно, - Домино отвернулся и пошёл дальше, уже внимательнее выбирая путь, чтобы не свалиться куда-нибудь на глазах у друга, которого он сейчас почти ненавидел. Азат подскочил к нему в одно мгновение и, схватив за плечо, грубо развернул к себе.

- Брось ты это, понравилось, что ли, слабака из себя строить? - почти выкрикнул он, и Домино ощерился. - Я иногда не узнаю тебя просто, брат! Зачем ты? Кому от этого станет лучше? Хочешь здесь остаться? А разойдётесь с Алектой - что будешь делать? Со скалы прыгнешь?

- Иди ты! - с неожиданной силой оттолкнул Азата Домино, и тот недоуменно моргнул, едва устояв на ногах. - Моя жизнь тебя вообще не касается, ясно? И не братья мы!

- Вот как заговорил? Притащил меня сюда - а теперь на попятную? Я, может, вообще по-другому жить хотел!

- Во-первых, я тебя не притаскивал, сам согласился! Во-вторых, хватит уже всё на меня сваливать! Отряд тебя поймал - я виноват! Год в сытом спокойном месте прожил - опять я виноват! Учись уже нести ответственность за собственные ошибки!

- Ох, да, очень спокойное место, - саркастически улыбнулся Азат, демонстративно потерев ссадину на лбу. - И кто бы мне говорил про ошибки, умник. "Я стану мстителем, я самолично убью Зебастиана - ой, а что это, враги, спасите, меня хотят убить, схоронюсь-ка я за шкафом!"

Домино застыл, расширив глаза и задрожав. Азат ухмыльнулся и продолжил:

- "Может, придёт кто-нибудь и сделает всё за меня... Всё равно никто не поверит, что я ни на что не способен!"

- Не было такого! - взвыл Домино и бросился на него. Его первый удар Азат мастерски увёл в близлежащий камень и хотел наскочить сзади, но не рассчитал, что потерявший голову от ярости аурис даже не ощутит боли. Молниеносно развернувшись, Домино сделал подножку и завершил манёвр сокрушительным ударом сверху по шее, сбавив его силу лишь в последний момент, в единственный свой проблеск сознания. Рухнувший на землю Азат задохнулся и остался лежать, пережидая, пока из его глаз пропадут звёзды. Домино рывком поднял его за шиворот.

- Фильтруй базар, - процедил сквозь зубы он, вдруг успокаиваясь. - Я ведь и убить мог.

Азат только усмехнулся, пытаясь сфокусировать взгляд.

- Можешь, когда хочешь... - согласился он и высвободился из-под руки Домино, начиная отряхиваться. - Так пойдёшь со мной?

- Что там?

- Подземный ход, заваленный камнями, я случайно нашёл его, но вниз ещё не спускался. Решил поделиться с братиком. Фонарь там, - он махнул рукой в сторону выхода из того ущелья, в котором они оба стояли, и, не дожидаясь решения Домино, пошёл в том направлении. Пожав плечами, аурис двинулся следом.

Идти оказалось не так уж далеко. После блужданий среди скал Азат вывел Домино к нагромождению камней у подножия горы, дальше, в виде цепи, затмевающей собой горизонт и охраняющей город. Больше всего груда напоминала последствия обвала - к тому же всё пространство вокруг занимали скалы, протиснуться между которыми можно было лишь в том месте, откуда пришли аурисы, и с трудом верилось, что кто-то стал бы устраивать тут лазейки. Но оставленный фонарь Азата ясно свидетельствовал о том, что они у цели. Передав его Домино, аурис отвалил один из нижних камней, и вся куча вдруг рассыпалась, явив тёмный лаз, сразу от входа круто уходящий глубоко вниз.

- После тебя, - пригласил Азат. Смерив его подозрительным взглядом, Домино включил фонарь и нырнул под землю.

Ход, похоже, кто-то ранее закапывал; пробравшись по осыпающейся земле, аурис спрыгнул на каменный пол и обнаружил себя под сводами естественной пещеры с довольно-таки высокими потолками, позволяющими без помех пройти здесь самому крупному веру. Домино пошёл вперёд, слыша чертыхнувшегося позади Азата, неприятно удивлённого внезапностью спуска. Коридор, полный стылого, затхлого воздуха, кончился развилкой, и на стене правого ответвления аурис нашёл едва заметную, углём нарисованную стрелку. Становилось всё интереснее. Кто из веров пользовался этими пещерами и почему скрыл их от общественности?

Через пару десятков шагов стены сузили проход, и Домино запоздало подумал, что стрелка могла быть ложной, ведь владелец наверняка помнил весь путь наизусть. Он уже хотел обернуться к Азату с предложением вернуться, как фонарь высветил тёмную щель слева, которую легко было не заметить, даже постоянно оглядываясь. Движимый духом приключений, Домино пошёл туда и почти сразу нашёл вторую стрелку, указующую как раз на тот коридор, из которого они вышли. Могло ли здесь быть два пути, один на вход, один на выход? Или туннели, ведущие в разные стороны, с различными предназначениями? Что ж, если отсюда можно выйти, можно и войти. Домино поспешил вперёд.

Попетляв, пещера вышла к очередной развилке - и сразу к двум стрелкам: та, что на левом ответвлении, указывала назад, та, что на правом, вперёд. Аурис остановился в замешательстве.

- Знаешь, - глубокомысленно произнёс сзади Азат, - ты вот быстро прошёл, не стал приглядываться... А под той, первой стрелкой, была и вторая. Тоже в обратную сторону показывала.

- То есть тут и вход, и выход, - хмыкнул Домино. - Ну и куда предлагаешь идти, гений?

- Как истинные воины, только вперёд! - Азат хохотнул, весь излучая энтузиазм, и подтолкнул друга к правому туннелю. Легко согласившись, Домино устремился вглубь него.

Больше развилок не попадалось, только две расщелины в стенах, слишком узкие, чтобы воспользоваться ими в качества хода. Выход казался уже совсем близко, когда фонарь в руке Домино вдруг моргнул и погас.

- Надо же, - преувеличенно бодрым голосом нарушил повисшую тишину Азат, - а я думал, хватит батареек.

- Твоя легкомысленность нас когда-нибудь погубит, Азат, помяни моё слово, - вздохнул Домино, доставая мобильный. Фонарик на нём был совсем слабый, но лучше это, чем ничего.

Миновав порог, они шагнули в пещеру, куда выходил туннель, и застыли как вкопанные. В дальнем конце её, неширокой, но длинной, в беспорядке были навалены тряпичные тюки с неизвестным содержимым, сейчас ярко освещённые поодаль стоящим мощным фонарём. А в тюках копался незнакомый мужчина не-вер в одежде, больше всего напоминающей военную форму агента - то ли ГШР, то ли МД.

- Свалим, пока не поздно? - полушёпотом спросил Азат, и именно в этот момент чужой обернулся. Он оказался смуглым, чёрно-серебряно-волосым аурисом лет тридцати пяти - Домино знал о такой внешности своей расы в основном из книг и никогда не встречал вживую. При виде незнакомцев он на мгновение замер, однако почти сразу же приветственно улыбнулся.

- Вы, очевидно, от Зинона, - сказал он как будто вкрадчивым, бархатным голосом. - Не стоило. Я найду, что мне нужно, сам.

- Мы тут по собственному почину, - выступил вперёд Азат, беззастенчиво рассматривающий незнакомца. - И, предупреждая твои возможные опрометчивые действия, сообщаю, что нас знает весь город. А ты, очевидно, знаком только с нашим отшельником. Ладно, это ваши дела, мы вмешиваться не будем.

- Тогда присоединяйтесь, - не моргнув глазом, отозвался чужак. - Кто я, чтобы вам мешать? Заберу своё - и только меня и видели.

Азат кивнул Домино, выводя его из прострации, и первым пошёл к тюкам. Домино же продолжал краем глаза следить за аурисом, заодно разглядывая его на более близком расстоянии. Форма его оказалась без каких-либо эмблем, что говорило о том, что здесь он находится по своим личным делам, но со всем необходимым снаряжением, которое он когда-то видел на дяде Рэкса, Квазаре. Точно агент и, судя по отдающему хищностью поведению, скорее Мессии, чем Генштаба. Что, интересно, он тут ищет и какой у них договор с Зиноном?

- Какое любопытное содержимое, - Азат поманил Домино к себе. - Глянь.

Домино заворожённо рассматривал, как его друг пересыпает из ладони в ладонь сверкающее на свету светло-голубое неизвестное вещество, состоящее из мелких квадратных кристаллов. Аурис-чужак с восхищённым возгласом неожиданно подскочил сзади, и, обернувшись, Домино наконец увидел его глаза: они, хамелеоны, наполовину изумрудные, наполовину карие, глядящие из-под чёрно-серебристых, как и волосы, бровей, таили в себе неясную опасность.

- Это же именно то, что мне нужно! - обрадовался он, своей тёплой улыбкой составляя настолько яркий контраст с оставшимися равнодушными глазами, что Домино рефлекторно отодвинулся от него, навечно записывая этого человека в свои враги. - Позволите?

Домино безропотно отошёл, Азат, чуть помедлив, тоже. Аурис, достав карманные весы, быстро взвесил мешок с голубым веществом, удовлетворённо хмыкнул и, завязав его, спрятал в рюкзак. Потом отсалютовал своим невольным свидетелям.

- Спасибо, господа! Судьба будет, ещё свидимся! - попрощался он и, поспешив к тому туннелю, откуда пришли аурисы, скрылся, забрав с собой один из фонарей.

- Ясно, - протянул Азат, начиная развязывать другой мешок. - Что это было?

- Чёрт его знает, - Домино пожал плечами. - Может, пойдём с Зиноном поболтаем? Не уверен, что ему можно приводить в наш город агентов МД.

- С чего ты взял, что он - МД?

- На лбу написано.

- Вечно ты найдёшь что почитать! - рассмеялся Азат и присвистнул, увидев содержимое мешка. - А вот что это, я уже знаю. Гелеотин - основа для одного лёгкого экстази, пробовал один раз, на всю жизнь запомню...

- Ты - и пробовал? - в изумлении перебил его Домино.

- Все ошибаются. Мне надо было к одному хулигану подобраться, и, чтобы стать своим, пришлось вместе со всеми принять эту гадость... Зинон-то наш наркотиками приторговывает! Пойдём и правда пообщаемся. Может, и нам что перепадёт.

- А он нас там не пристрелит?

- Пусть только посмеет, - таинственно хмыкнул Азат и встал. Домино пошёл за ним следом к тому туннелю, откуда, очевидно, в этой пещере появился черноволосый аурис, пока не решаясь протестовать против плана Азата, но уже ощущая некое предчувствие по поводу этой неоднозначной находки. Азат и в самом деле надеется взять часть себе? В качестве, так сказать, опоры для их будущей жизни в Степях?..

Этот туннель оказался прямым и вёл точно на поверхность, выход на которую закрывал сейчас отваленный в сторону огромный камень. По ходу простучав его костяшками левой руки, в отличие от правой, не пострадавшей от того удара об скалу, организованного Азатом, Домино с удивлением понял, что он полый внутри - очередная бутафория для прикрытия тёмных делишек.

Дом Зинона открылся за следующим же поворотом - уже слегка обветшалый, с покрытой соломой крышей и покосившимся забором с распахнутой настежь калиткой. Аурисы миновали её и, отворив облупившуюся краской деревянную дверь, без стука вошли в дом. Зинон, очень старый вер, с седой гривой как будто и не поредевших от возраста волос, в изумлении поднялся из-за стола. Азат цокнул языком, разглядывая бедное убранство дома.

- Нехорошие дела ты ведёшь, Зинон, - покачал он головой и впился в вера взглядом. - Самое обидное, я даже не вижу, на что деньги уходят. Хотя... сколько ты уже на свете-то живёшь? Этот аурис лекарства тебе, что ли, таскает?..

Домино молча подивился тому, как быстро отшельника взяли в оборот: в Азате явно пропадал мелкий рэкетир. Получив наконец слово, Зинон ничего не выражающим тоном спросил:

- Что вы хотите за молчание?

- А ты расскажи поподробнее, что у тебя есть, мы и выберем. Насчёт гелеотина можешь не напрягаться, я и так в курсе.

Азат отодвинул себе шатающийся стул и сел. Домино остался стоять, закрывая собой выход.

- Кроме гелеотина у меня в туннеле ещё три образца, - не стал спорить с раскладом дел вер, возвращаясь за стол. - Колидон - вряд ли вам будет интересно. Используется для парализующих ядов, наркотика из него не получится. Короткого, но последовательно разрушающего действия. Не примешь вовремя противоядие, на первые две недели от боли отпустит, но потом клетки начнут разрушаться. Дальше. Элеамин. Также используется для производства экстази, но стоит дороже, чем гелеотин. И, наконец, то, за чем пришёл чужак. Трианг. Ценный порошок для науки - он, собственно, потому и пришёл за ним, для каких-то лабораторий надо...

- Короче, кроме экстази, ничего интересного, - поморщился Азат, начиная барабанить пальцами по столешнице. - Знаешь, Зинон... На экстази много не заработаешь, а крутить шашни с каким-нибудь учёными нам не с руки. И, поскольку мы скоро покидаем город, оставлять ему такую змею, как ты, вредно для нашего имиджа. Сдадим мы тебя, в общем. Будешь сопротивляться?

Зинон выронил трость, которую до этого сжимал в костлявых пальцах, и Домино напружинился: если аурис-чужак и в самом деле продлевал ему лекарствами жизнь, вер не так немощен, как кажется. Но вер только вскинул руки, и на лице его отразился страх.

- Не рубите с плеча, мальчики! У трианга есть одна особенность, о которой мало кому известно, - торопливо заговорил он под презрительным взглядом Азата. - Я думаю, если бы о ней знало больше народу, Север изменился бы до неузнаваемости... Всё дело в том, как его использовать. Его тайна затерялась пятьдесят лет назад, и я не уверен, что не остался единственным, кто её знает, ГШР приложил в своё время много сил, чтобы уничтожить все сведения об этом веществе...

- Ближе к делу! - рявкнул Азат, и глаза его алчно блеснули.

- Уже, - подобострастно улыбнулся Зинон. - Тогда трианг был больше известен под названием "гидра". Это хитрый наркотик. При добавлении в него в равных пропорциях ещё двух веществ и при впрыскивании их в кровь одновременно он вызывает великолепные ощущения - сильнее, чем эйфория от любого другого вещества. Галлюцинации, которые, как закончатся, оставляют чувство, что ты можешь всё, - этакая, знаете, уверенность в себе, способная сдвигать горы. И, самое главное, он абсолютно безвреден!

- Да ладно, - недоверчиво выдохнул Домино, которого тоже увлекла эта история. - И почему же ГШР заставил всех о нём забыть?

- Потому что никому не нужно большое количество сильных и самоуверенных людей, - осклабился в наполовину беззубой улыбке вер. - Люди должны быть послушны, как овечки, только так можно спокойно править миром. Я отдам вам чертежи трёхстороннего шприца и рецепт; если вы будете осторожны, вы заработаете на трианге кучу денег! От него зависимость как от героина, правда, больше психическая, чем физическая, ну да вы сами понимаете почему...

- По рукам! Отдашь всё, что есть! - Азат в воодушевлении вскочил со стула. - Только учти, если попробуешь, в свою очередь, сдать нас кому-то, обещаю, мало не покажется.

- Что вы, мне бы дожить спокойно, проблемы мне не нужны... Осталось его немного только. Инай забрал килограмм, там, в пещере, ещё столько же. И всё. Но вам же хватит пока?

- Это будут уже наши проблемы. Домино, на тебе трианг. Я с рецептом и чертежами разберусь, окей?

- Как скажешь, - пожал плечами Домино и, развернувшись, покинул дом.

Как в полусне добрёл он до входа в туннель, а по нему - и в пещеру. После недолгих поисков в мешке на самом дне аурис обнаружил уже знакомые голубые кристаллы и сжал горловину мешка в ладони. Что они делают? Нужно ли ему это?..

Азат появился буквально через десять минут. Он торжествующе махал в воздухе пожелтевшими от времени бумагами.

- Всё здесь, брат! Другие составляющие раздобыть не проблема, а уж кто нам эти шприцы сделает, тоже найдём! Разве не круто? Ты как раз хотел опереться на наркотики - а тут вон какой подарок, безвредный! Разве что для кошельков опасный, но люди легко расстаются с деньгами... Всё проверил, трианга точно больше тут нет?

- Мне не попадался, - бесцветно отозвался Домино, ощущая, как его охватывает ужас. Судьба сама шла ему в руки, вот только хотел ли он её? Потом не будет пути назад: даже если в итоге он сбежит от всего этого, осознание того, к чему он открыл людям дорогу, всю жизнь будет мучить его...

- Отлично! - Азат сел рядом с ним на один из тюков и осторожно коснулся плеча. - С тобой всё в порядке? Почему ты не рад?

- А то ты не знаешь! - Домино в очередной раз за сегодняшний день сорвало, и он вскочил на ноги, одновременно швыряя мешком с наркотиком в Азата. Аурис ловко перехватил его, не просыпав и грамма, и тоже встал, усердно изображая сострадание - что Домино только ещё больше выбесило. - Хватит, слышишь? Хватит делать вид, что мои метания - это фигня, и всё пройдёт! Не пройдёт, Азат! Я не хочу этим заниматься! Я не это представлял себе, когда сбежал от них!

- А что ты представлял? - взгляд Азата стал сумрачным. - Что он сдохнет от старости? По-другому, без обмана и жертв, его не достанешь, Домино. Это война, и мы уже на ней.

- Нет никакого "мы"! - Домино вдруг решился. - Это больше не моя война. Я остаюсь здесь, с Алектой или без Алекты. Не ты ли говорил, что все правители Севера одинаковые? Мой клан был не лучше Зебастиана, и я не собираюсь вступать в этот порочный круг. Живи как знаешь. Прощай.

Резко развернувшись, Домино зашагал к выходу из пещеры, на ходу включая на телефоне фонарик. Сзади послышался звон битого стекла: похоже, Азат решил выместить свою злость на оставленной им тем аурисом лампе. Что ж, какая уже разница. Он определился с судьбой. И точка.

Оставшись один, в темноте, Азат некоторое время посидел почти не шевелясь, только сжимая и разжимая кулаки. Его трясло мелкой дрожью, мешающей соображать, - но он всё равно напряжённо размышлял, как и раньше, пытаясь найти выход из созданной его назывным братом ситуации, начавшей портить ему жизнь ещё с тех пор, как Домино первый раз поделился своими сомнениями. Его последние слова всё звенели в ушах оглушённого случившимся Азата - и вдруг одно из них выделилось, затмевая собой все остальные. Корень всех проблем, основа всех сомнений. Конечно, он и раньше догадывался, но сейчас наконец понял, что с этим делать. Если всё пойдёт, как надо, - а оно пойдёт, ведь Азат тоже неплохо разбирается в людях, - Домино больше не из-за чего будет сомневаться.

И он ещё на шаг окажется ближе к исполнению своей давней мечты.

*

Для Алекты это время - с момента нападения зебастиановцев до дня, когда Домино с Азатом должны были покинуть Рей-Денн - также стало сущим кошмаром. Она, пожалуй, впервые за всю жизнь задумалась о своём будущем, которое ранее казалось ей донельзя туманным и невообразимо далёким, и все мысли о нём так или иначе были связаны с Домино. Аурисса уже месяц как вела свою, личную борьбу за него, осторожно внушая, что Домино незачем лезть в лапы к Зебастиану, который убьёт его невзирая на усилия Шоны сделать из братьев достойных его соперников. Алекту до самых костей пробирал холодный ужас, когда она представляла, что ждёт её возлюбленного там, в Степях, где у него одни только враги, много старше и опытнее, и девушка часто просыпалась ночью от кошмаров, полных убийств и пыток, - хотя ранее видела их разве что в кино.

Алекта была уверена: Домино там не место. Тот Домино, которого она узнала, отзывчивый, добрый, жадный разве что до знаний, милосердный, отлично прижившийся среди изначально абсолютно чужеродных законов и правил, должен быть учителем, воспитателем, на крайний случай, если уж ему так хочется быть вхожим в круги власти, аналитиком - кажется, так называются люди, постоянно имеющие дело с огромным количеством информации, которую надо сортировать и изучать? Зачем пускаться на утлой лодчонке в бушующее море крови, где он пропадёт, сгинет, как будто и не было его? И если не физически, то нравственно точно. Алекта отлично видела, как пагубно влияет на Домино тот же Азат, словно рождённый для жизни в жестокой степи среди ублюдков вроде Зебастиана, и совсем недавно была готова сделать всё, чтобы только спасти Домино от этого прохиндея.

Но потом случилось нападение. И оказалось, что Домино - вовсе не тот нежный мальчик, какого она привыкла видеть рядом с собой. Нет, конечно, частью себя Алекта поверила, что он ничего не сделал и со всеми расправился хладнокровный Азат: с него станется. Но разве так бывает? Разве можно совсем близко с врагами прятаться и ни разу не попасть в ситуацию, когда надо защитить свою жизнь? Они ведь тоже не дилетанты, да и для Азата не крутовато ли - за какой-то час уложить троих человек? Домино просто не хотел представать в её глазах убийцей, которого из него всё-таки удалось сотворить Шоне. Хорошо ему, он своё уже отвоевал, бросил МД, осел в тихом городке с женщиной, которая даже детей уже родить успела, вообще ни о чём больше беспокоиться не надо... А им, молодым, теперь жить с последствиями его трудов. Зачем, зачем он сломал Домино будущее? И в силах ли Алекты всё исправить?..

Именно над этим аурисса размышляла, засев в библиотеке одна, с для вида открытой на столе книгой. Она искала ответы на два важных для себя вопроса: хватит ли её влияния, чтобы развернуть Домино обратно, и стоит ли это делать? Может, она заблуждается насчёт него и только с ней он мягкий и ласковый, а вне стен книгохранилища - такой же, как Азат? Почему-то же он соврал ей по поводу того дня, точнее ночи. Что на самом деле у него на уме?..

Внезапно озарённая одной идеей, Алекта воодушевлённо выдохнула. Есть один способ проверить, что Домино нужно от неё. Если после этого он уйдёт - что ж, не о чем будет и плакать, да и цена не так уж высока. Если останется... у них будет ещё несколько счастливых лет вместе, а там как пойдёт. По крайней мере, она узнает, насколько была права насчёт него. И получит шанс спасти его. Задержавшись рядом с ней ещё хотя бы на год, он уже никуда не поедет...

Где-то вдалеке хлопнула входная дверь, и Алекта встрепенулась. Она ведь хотела всё получше распланировать, а тут, надо же, как по заказу...

- Алекта, ты здесь? - неуверенно спросил голос из главного коридора, и аурисса вскочила на ноги, спеша встретить Домино.

Он как раз дошёл до конца коридора, когда девушка вынырнула ему навстречу, немедленно бросаясь на шею и впиваясь в губы. Домино как будто удивился на мгновение, но всё же ответил, смыкая руки на её талии и осторожно, самыми кончиками пальцев спускаясь чуть ниже. Оторвавшись от него, Алекта весело спросила:

- Чего такой деревянный? Что-то случилось?

- Да нет, - Домино улыбался, и в этой его улыбке ей чудилось что-то незнакомое. - Нам поговорить надо.

- Это да, - хмыкнула Алекта. - Так пойдём присядем?

- Веди меня, - отпустив её, аурис протянул руку. Девушка, смеясь, схватила её и потащила Домино в их зал.

У стола, на котором лежала так и не закрытая книга, на полу был расстелен плед; именно на него Алекта и утянула ауриса, опять начиная целовать его. Ей нужно было собраться с духом, чтобы прямо сейчас воплотить в жизнь задуманное, и первым шагом к нему была эта, уже привычная близость. Домино сегодня явно пребывал в хорошем настроении - а не изображал из себя тень, как в последние дни, и, прервавшись в поцелуях, она спросила:

- Ты всё-таки решил?

- Да, решил, - лежавший под ней аурис гладил её плечи. - Я уезжаю.

- Как?.. Всё-таки уезжаешь?.. - Алекта ощутила, как сердце её падает куда-то глубоко, а на его место переползает сосущая пустота. - Я думала...

- Здесь мне не будет жизни, как ты не понимаешь? - досадливо поморщился Домино. - Я много думал, переругался со всеми, особенно с Азатом... но решил, что пойду дальше. Иначе всё, что было, зря. Все погибли зря, ясно?

- Они просто погибли. Есть вещи, которые человек не может изменить.

- Да, есть. Но некоторые из них можно исправить. Воздать кое-кому за грешки. Чтобы остальным неповадно было.

Алекта отстранилась от него, отворачиваясь и в подступивших к глазам слезах начиная кусать нижнюю губу. Домино привстал, обнимая её.

- Так должно быть. Это правильно, - тихо проговорил он ей на ухо.

- Правильно? А как же я? Оставишь меня?

- Ну не брать же тебя с собой. Это тогда не месть получится, а вечная тряска за твою жизнь. Тебя-то не учили быть убийцей.

- Тебе это правда нравится? - Алекта зло глянула на него. - Нравится убивать людей?

- Если они желают мне того же, почему нет?

- Ясно...

- Я вернусь к тебе, обещаю. Когда мы со всем закончим.

- Вы? Буквально недавно ты сказал мне, что "вас" не существует, что вы с Азатом всё равно по отдельности, - Алекта и не заметила: как перекосило лицо Домино при этих словах. - Что поменялось? Что тебя вообще держит рядом с этим мошенником и воришкой? Вы же совсем разные, Домино. И ничего хорошего от него ждать не стоит.

- Он меня спас тут, в библиотеке, - пожал плечами аурис.

- Только чтобы выделиться самому. А ты его спас тогда, от веров. Просто так, даже не зная, кто это.

- Всё, хватит. Решено. И ты не отговоришь меня.

Домино отвернулся и стал демонстративно копаться в телефоне. Алекта призвала себя успокоиться и вспомнить обо всём, что собиралась сделать. Решено или не решено, это пока под большим вопросом. Если сейчас потерять возможность привязать его к себе, её больше не представится, ведь Шона возвращается уже завтра.

- Ладно, как скажешь, - она положила ему ладонь на экран сотового, который на её памяти аурис достал при ней впервые, и придвинулась совсем близко. - Тогда позволишь сделать тебе последний подарок?

- Подарок? - глаза Домино зажглись интересом.

- А после него ты скажешь, точно ли ты готов отказаться от повторения в обозримом будущем...

Одной рукой обнимая его за шею, а второй забирая и отбрасывая в сторону телефон, Алекта начала целовать его лицо, постепенно спускаясь ниже и по ходу избавляя его от рубашки. Домино неожиданно оказался наглее: уже спустя несколько секунд он задрал ей футболку, одновременно непринуждённо расстёгивая бюстгальтер, - и Алекта без остатка нырнула в совершенно новые для неё ощущения, выбрасывая из головы все не приличествующие ситуации мысли.

Перехвативший инициативу Домино был настойчив, смел и грубоват. Когда всё кончилось и он в удовлетворении потянулся, перемещаясь в сидячее положение, Алекта запоздало подумала, что не почувствовала ни того мифического единения душ, о котором читала в романах, ни повышенной постнежности к тому, кого, как ей казалось, она по-настоящему любила. Свой первый раз аурисса представляла себе совсем иначе и сейчас даже не знала, какое вообще составить мнение обо всём произошедшем. Она посмотрела на спину Домино, который, моментно порывшись в джинсах, достал сигарету и с явным блаженством затянулся, и похолодела, осознав кое-что.

- Когда это ты начал курить? - без выражения спросила Алекта, и рука ауриса застыла в воздухе.

- Да давно уже, - после паузы отозвался он, поворачиваясь. Алекта разглядывала его лицо и не могла поверить, что оказалась способна так жестоко ошибиться.

- Я всё ему расскажу, - тихо выдохнула она, до побеления костяшек сжимая кулаки и едва дыша от переполнившей её горечи.

- Нет, не расскажешь, - Азат с притворным сожалением покачал головой, затягиваясь сигаретой. - И знаешь почему?

Алекта промолчала, отведя глаза. Аурис усмехнулся и продолжил:

- Потому что тебе духу не хватит признаться, что ты опять спутала меня с ним. И переспала со мной. А ведь, если верить твоим словам, мы с ним совсем разные. Прямо невооружённым глазом видно!

Он откинул голову и расхохотался, торжествуя так удачно доставшуюся ему победу. Алекта отвернулась от него.

- Уйди, - сквозь зубы процедила она.

- Уже, сладкая моя!

Быстро одевшись, Азат наклонился, ясно издеваясь, поцеловал её в макушку и, насвистывая, покинул зал. Оставшись одна в гулкой пустой тишине, Алекта закрыла лицо руками и разрыдалась.

*

Настало утро того дня, когда должен был приехать уже предупредивший о своём возвращении Шона, и не сомкнувший ночью глаз Домино встал с кровати и отправился искать Алекту. Весь прошлый день обдумывая принятое там, в туннелях, решение, он пришёл к выводу, что именно так и стоит поступить, - теперь осталось только сообщить об этом всем заинтересованным лицам. Азат уже узнал (с тех пор его он больше не видел), Шоне он скажет по его приезде, а прежде нужно посвятить Алекту.

У Батес ауриссы не было, хотя обычно в это время она помогала открывать магазин, и Домино двинулся в сторону библиотеки. Алекту он обнаружил сидящей на бортике клумбы у самой двери - в его сторону девушка даже не подняла глаз. Аурис осторожно присел рядом.

- Привет, - попытался улыбнуться он, представляя, каким зомби сейчас выглядит. Алекта только дёрнула плечом, продолжая рассматривать потрескавшийся асфальт под ногами. - Я тебя обыскался. Почему ты не помогаешь Батес?

- А то ты не догадываешься.

- Из-за того, что Шона приезжает? Не переживай. Я решил. Я останусь с тобой.

- Решил? - Алекта наконец посмотрела на него, и Домино понял, что не у него одного были проблемы со сном. - Когда решил?

- Вчера утром. Мы с Азатом получили в руки одно весьма редкое вещество, на котором можно построить прибыльный наркодельческий бизнес, и это меня окончательно отвратило. Я не хочу такой судьбы. Я хочу семьи здесь, с тобой.

- Семьи? - Алекта неожиданно зло засверкала глазами. - А о семье того, кого ты убил там, в библиотеке, ты подумал? Ладно Азат... но ты?..

- Чёрт побери, почему ты мне не веришь? - Домино в избытке чувств соскочил с бортика. - Не убивал я его! Я не смог, я струсил, трясся там, как пятилетний ребёнок, говорил ведь уже! Почему, почему ты считаешь, что я обманываю?

- Потому что никто в подобном не признается! Вот в этом: в трусости, в некомпетентности будущего неуловимого ассасина! А вот ты наоборот. Ты знаешь, как я к убийствам отношусь, и ни за что не скажешь открыто, что искупал руки в крови. Как же, вдруг я больше не буду тебе так легко доступна?..

- Что... что ты несёшь? - в шоке Домино отступил на шаг, и Алекта тоже спрыгнула с клумбы. Из глаз её полились слёзы, но голос не дрогнул.

- Ах, что несу? Ну признайся, ты ведь надеялся, что придёшь ко мне, скажешь, что остаёшься, и я от радости тут же под тебя и лягу. А что тебе ещё может быть от меня надо? Единственная аурисса среди веров... Думаешь, я не помню, как ты на меня смотрел в нашу первую встречу?

Абсурдность происходящего разговора совсем выбила Домино из колеи. Он всё пытался понять, что так обидело Алекту, что она позволила себе говорить такие вещи - совершенно не связанные с её предыдущими аргументами, - но не находил ответа и потому из атаки перешёл в глухую, жалкую оборону.

- Я же объяснил, почему так было! Ты очень похожа на мою младшую сестру, и я...

- А почему я должна тебе верить? Ты уже убивал, легко, ничуть не мучаясь угрызениями совести, и совсем недавно окончательно показал, какой ты на самом деле. Такой же, как все Кирсте. Подлый убийца! - она выплюнула это слово и отвернулась. Домино ощутил, как земля уходит из-под его ног, как трескается тот тонкий чёрный лёд, по которому он шёл весь этот год, не желая заглядывать в глубины того, что скрывается под ним, - только для того, чтобы наконец остаться с человеком, которому всё равно на его прошлое, на его мотивы, приведшие его сюда и вполне способные обратиться в свою противоположность, если этот человек только поверит в него. И сейчас он проваливался в воду - опять, будто и не было того спокойного времени и луча света, пронзившего тучи, скопившиеся над его головой с приходом в его жизнь Зебастиана. Немыслимое спокойствие охватило его, и губы искривила ухмылка.

- Значит, вот что ты обо мне думаешь? Долго же ты прозревала, милая... Или, может, кто глаза открыл? Например, Азат? Он мог, если учесть, как его разъярил мой отказ продолжать начатое.

- Ни при чём тут Азат, понятно? Мне не нужны подсказки, чтобы разбираться в людях. Нам не стоило вообще начинать это, ничего удивительного, что ерунда какая-то вышла из союза Кирсте и Мйоте. Прости, что втянула тебя в это, - Алекта замолчала, обхватив себя за плечи руками, и явно рефлекторным движением облизала солёные губы.

- Не прощу, - хмыкнул Домино, чувствуя переполнившую его злую весёлость и занывшее в последней попытке образумить его сердце. - Я тебе никогда и ничего не прощу. И если услышишь когда о бесчинствах в Степях, знай, это не Азат. Это буду я. Благодаря тебе.

Он спрятал руки в карманы и, насмехаясь над собственным невольно вырвавшимся пафосом, пошёл прочь от библиотеки. Потом, позже, он, возможно, ещё не раз вернётся мыслями к этому разговору, оказавшимся сильнее всего, что когда-либо влияло на него, но не сейчас. Сейчас пора к Азату. Он-то, по крайней мере, ещё ни разу его не предавал...


Шона прибыл после обеда и уже через два часа позвал своих воспитанников к себе. Внимательно посмотрев на так и лучащегося неведомым торжеством Азата и хмурого, со взглядом вовнутрь Домино, вельк поинтересовался:

- У вас всё хорошо, мальчики? Вы как будто местами поменялись.

- Может, это ты нас путаешь? - хохотнул Азат.

- Вас спутаешь, вы ведь даже внешне уже разные, а ещё через годик и вовсе перестанете выглядеть близнецами. Так всё в порядке?

- В полном.

- Домино? - Шона вынудил ауриса поднять глаза. Мрачная решимость, стоящая в них и совсем не подходящая ему, обеспокоила велька. - Ты передумал? Хочешь остаться?

- Нет, ничуть. Так ты правда нас уже отпускаешь? Финального теста не будет? - отстранённо спросил Домино.

- Вы его уже сдали, защитив Рей-Денн. Немного по-дилетантски, конечно, но вы и учились всего год. Главное, что уже способны выжить. Дальше всё на вас.

- Ты серьёзно считаешь, что мы готовы? - выдал свою нервозность Азат.

- А это смотря к чему готовы. Открыто выступить против Зебастиана, конечно, вы не сможете. Но вы и не должны. Новый владетель Севера уже достаточно подкопил сил, чтобы снести любого, кто попытается восстать, - был уже недавно случай. Если только ГШР с МД против него единым фронтом не выступят, что маловероятно, пока там у власти два ненавидящих друг друга родных брата. В общем, Зебастиана, как матёрого волка, надо брать хитростью. Его сила - в его стае, его приспешниках и союзниках, чем он выгодно отличается от других легенд этого мира. Если, к примеру, забросить на необитаемый остров любого Страхова, - Домино при этих словах удивлённо воззрился на Шону, но тот сделал вид, что ничего не заметил, - то он не только выживет там без проблем, но ещё и подготовит всё, чтобы его было удобней спасать. Если выкинуть Аспитиса Пикерова, он обустроит себе всё под стать и уютно усядется на самолично возведённом троне. Оттуда же, кстати, будет царственно взирать на фанатично строящего к нему мост со своего острова Страхова, которому тупо скучно станет без борьбы. А забрось Зебастиана, через пару недель и следа не найдёшь. Он никто без толпы, выбейте колонны из-под его постамента - и вы удивитесь, как легко он падёт к вашим ногам.

- Короче, ранний приказ искать связи и постепенно всеми правдами и неправдами переманивать союзников Зебастиана к себе остаётся в силе, - подытожил Азат. Шона согласно кивнул.

- Именно. Я дам вам одну наводку, где вы можете начать этим заниматься. Там по ходу разберётесь. Запомните, вы теперь сами по себе, но я всё равно буду следить за всем, что происходит на Севере. Станет совсем худо - постараюсь прийти на помощь. Но сильно на меня не рассчитывайте. Вы вполне способны справиться самостоятельно.

- Уверен? - тихо спросил Домино, и вельк ободрительно хлопнул его по плечу.

- Всё будет отлично, верь мне. У вас превосходная команда. И я ничуть в вас не сомневаюсь. А теперь идите собирайтесь, прощайтесь - встретимся у главных ворот. Там всё и расскажу.

Козырнув им, Шона встал и вышел из комнаты, в которой они втроём сидели всё это время. Домино и Азат переглянулись.

- Что ж, теперь уже точно можно сказать: детство кончилось! - резюмировал Азат и нервно рассмеялся. Домино рассеянно улыбнулся ему, застыв взглядом на противоположной стене.

- Забудь, До, - очнулся он от дружеского тычка Азата. - Бабы бабами, а дружба дружбой. Мы всем там покажем, не сомневайся!

- Да уж, - Домино тряхнул головой и решительно поднялся. - Идём собираться. Я хочу побыстрее смотаться из этого проклятого города. Тоже мне, избранная раса...

- Уже идём. Только прежде, - Азат нырнул под стол и спустя пару секунд протянул изумившемуся Домино матово-чёрный нетбук. - Это тебе от меня. Думаю, пригодится. И он получше того древнего планшета, которым ты до этого пользовался.

- Но...

- Ты же у нас будешь стратегом! - аурис подмигнул ему. - А стратегии надо строить на основе информации, которую жизненно важно хранить в одном доступном месте. Он зарядку держит на ура. Не благодари, для моего брата что угодно!

Уже начиная открыто и радостно улыбаться, Домино сунул ноутбук под мышку и первым пошёл на выход.

Чёрт знает, что ждёт их дальше, но, по крайней мере, сейчас и здесь у него наконец есть человек, которому он может доверять безоговорочно. А значит, у них точно всё получится.


Загрузка...