Единственная для вампиров Де-Норд

— Андор…

— Тшш, букашечка, — покрывая поцелуями краешки губ, прошептал он. — Мне мало, я хочу больше, — и вновь поймал мои губы в плен. — Не соглашайся.

— На что? — потеряв суть спросила я.

— На предложение Сай. Соглашайся на мое.

Глава 19. Проницательность

— Так же нельзя, — растерянно шепнула в горячие губы, не зная, что еще, можно сказать.

— Нельзя, ты права. Но только пока, через год можно будет. Ты и я.

— И твои братья с которыми мне придется спать весь этот год! Нет уж! Я на это не соглашусь! — мужчина только сверлил меня взглядом, но молчал. — То есть у меня нет никаких шансов не сближаться со всеми вами?

Андор покачал головой, и я обреченно вздохнула.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Мало того, что я оказалась в толпе вампиров, так еще должна делить с ними постель и уже получила два предложения вечной жизни в компании с носферату. Это же полный комплект неприятностей! Но больше всего меня пугало то, что я каким-то внутренним чутьем ощущала, что Андор не врет.

— Букашечка, — возвращаясь к своему привычному насмешливому тону, сказал Андор. — все не так плохо! Уверяю тебя, ни об одной ночи с нами ты не пожалеешь. И я даже рад этому.

— Что, прости?

— Я рад, что ты вынуждена провести с нами целый год. У меня куча времени заставить тебя принять мое предложение.

— Тебе то это зачем? Я же раздражаю тебя, и вообще это взаимно, если ты не забыл!

Вампир улыбнулся, и конь под нами замедлился, возвращаясь к тому ровному, но все же сверхбыстрому бегу.

— Мне нравится, что ты меня бесишь. Это… занятно.

— Занятно. Значит, занятно. Иди к демонам, Андор, я не собираюсь быть твоим развлечением.

— Ну так поздно об этом думать. Ты меня уже развлекаешь, — с гнусной улыбочкой заявил он, и не выдержав я толкнула вампира в грудь, вызывая только приступ негромкого смеха.

Весь оставшийся путь мы ехали молча.

Я была крайне зла и мысленно посыпала пепельную голову проклятиями, а Андор мурлыкая себе под нос, довольно улыбался, не встречаясь со мной взглядом.

Холд все несся сквозь пространство и только когда первые лучи рассвета появились на горизонте, мы резко затормозили, и я едва не вылетела из седла, если бы не вампир с отличной реакцией.

— Вот мы и дома. Замок Хейсенваль собственной персоной, — явно с гордостью заявил вампир, позволяя мне увидеть черные стены замка старшего дома одного из вампирских родов.

Если верить истории, конкретно Хейсенваль существует уже четыре тысячи лет, и за все время в нем сменилось от силы пять кругов старших кровей, что позволяло прикинуть приблизительную продолжительность жизни вампиров в целом. Чуть меньше тысячи лет.

Не мало.

Но глядя на молодые и здоровых, хоть и несколько бледные лица, на вид всем Де-Норд что я знала, было чуть больше тридцати.

— Так и будешь молчать?

«С тобой разговаривать я не намерена».

Вампир хмыкнул и спрыгнул с коня, аккуратно вытягивая меня из седла и ставя на ноги.

«Я все равно слышу твои мысли, Кэтрин. Ты никогда не сможешь со мной молчать».

«В таком случае, мои мысли будут адресованы кому угодно, только не тебе» — задрав нос, я фыркнула и отвернулась, слыша, как Андор приготовился что-то сказать, видимо в очередной раз называя меня букашкой, но из сумерек появился Крах, везя на своей спине Стефана.

— Я мчался за вами во весь опор, какого демона вы ехали так быстро?

— Андор показывал мне возможности своего фестрала. Стефан, я немного устала, не подскажешь какую комнату я могу занять? — игнорируя играющего желваками блондина, я подошла к Стефану и улыбнулась.

«Не играй со мной»

— Да, я покажу тебе нашу спальню. Пойдем, познакомлю тебя с Тиез.

— Тиез?

— Наш домоправитель. Или домоправительница. Мы так и не поняли. Прошу, — галантно улыбаясь, мужчина предложил мне свой локоть, который я с радостью приняла.

— Расскажи побольше о вашем замке.

— Замок Хейсенваль был возложен первыми вампирами. Его основали четверо братьев Де-Норд, еще четыре тысячи лет назад. Многие думают, что их было всего двое, но это ошибка — замок приемлет исключительно четырех старших вампиров.

— Как интересно! Что еще ты можешь рассказать? — вдохновленно спросила я, проходя мимо трясущегося от гнева Андора, который распиливал взглядом радостного от моего внимания брюнета.

— Первых братьев знали Луис, Дерек, Свентон и Даниэль. Они приняли на себя обязательства, как и остальные старшие других домов, и с честью выполнили свое обещание, оставив после себя сыновей и передав им кров по праву рода.

— А как вампиры размножаются? Я ни разу не видела среди вас женщин, и даже не слышала об их существовании.

— У нас нет женщин, ты права. Мы обращаем рожденных от нас детей, от таали.

— Что-о-о?

— Можешь не переживать по этому поводу, Кэтрин, — грустно добавил Стефан. — Как бы то ни было шансы таали забеременеть крайне малы. И знаешь, ни одна женщина, что была в замке не желала оставить себе дитя, рожденное от носферату.

— Почему?!

— Мы же чудовища, Кэти. Вампиры.

Он провел меня по широкой лестнице к дверям, и они любезно распахнулись, приглашая войти. С улыбкой Стефан завел меня внутрь, и спросил:

— А теперь расскажи мне, что произошло в дороге, и почему ты целенаправленно бесишь Андора?

Глава 20. Мужские слабости

— Он сам виноват.

— Не сомневаюсь, и все же — что произошло? Кэтрин, не мучай его лишний раз, ему и так чертовски плохо.

— Тем не менее это не мешает ему оскорблять меня и издеваться.

— Он просто немного… нервный.

— Почему ты его защищаешь? Ты же знаешь, что твое «нервный» не совсем правильный термин в отношении Андора.

— Он мой брат, сладкая. В нашем случае это куда сильнее каких-либо уз, это как одна из сторон собственного характера, — сказал Стеф заводя меня в огромный холл.

— Если вы и привыкли к такому поведению, то даже не смотря на свои обязанности я не собираюсь терпеть к себе такое отношение. И прости меня за эти слова, Стефан, но это исключительно ваша проблема. Решайте ее сами, без меня.

— Ты не теряешься, — хмыкнул мужчина, продолжая вести меня под руку в огромные распахнутые двери, судя по всему гостиной.

Нас встретила просторная, по-своему светлая комната с высокими окнами и впечатляющим камином, в котором потрескивали поленья. Два длинных дивана с зеленой бархатной обшивкой, стол с лакированной столешницей и множество книжных шкафов, забитых книгами от пола до самого верха.

— Это твоя любимая комната, верно?

— Как ты догадалась? — улыбаясь спросил вампир, давая мне время осмотреться.

— Книги. Камин. Дубовое крепленое, — указала я пальцем на стеклянные графины с янтарной жидкостью. — Здесь проводят много времени за неторопливым чтением, под свет камина и рассвет за окном. А насколько я поняла, в знаниях весь ты.

— Ты проницательна, Кэтрин, — сказал он, не скрывая уважительного тона. — Я всегда буду рад видеть тебя в своей обители, если захочешь провести ночь под женский роман.

— И такие найдутся?

— У меня разные степени интересов, — томная улыбка осветила его губы.

— И в чем степень интереса в женском чтиве?

— Романтика. Сколько бы я не читал, вижу, что написанные женской рукой истории показывают мир не таким какой он есть на самом деле. Вы рабыни чувств, которых у нас нет, но сколько бы я не думал об этом, меня поражает ваша эмоциональность, завораживает мимика, потрясает до глубины души ваша самоотверженность с которой вы готовы отстаивать то, к чему испытываете чувства. И чем дальше я заходил в изучении этого вопроса, тем сильнее убеждался в том, что воздать вам награду не так уж сложно.

— Что ты имеешь ввиду?

— Быть романтиком. Это не сложно, Кэтрин. Достаточно просто приглядеться и прочитать на ваших лицах о том, чего жаждет неспокойное женское сердце.

С каждым словом он поворачивался все сильнее, буквально придавливая меня к себе, и наклонялся все ближе, заглядывая в глаза своими черными проницательными омутами.

— И? Твои слова звучать как способ дрессировки.

— Неет, — он покачал головой. — Это звучит как признание в непонимании.

— В непонимании чего?

— Почему мужчины не могут делать то, что так просто, если за это могут видеть, как меняются ваши лица, освещенные искренней любовью.

— Я не знаю…

— И я не знаю. Но может когда-нибудь, у меня будет шанс понять, — прошептал мне в губы, продолжая прямо смотреть в мое лицо и позволяя ловить дрожание черных ресниц.

Он был так соблазнительно близко, так умопомрачительно рядом, что я даже не подумала о том, чтобы оттолкнуть его или ускользнуть от недвусмысленной близости.

Стефан был аккуратен.

Он прижался к моим губам поцелуем, пропитывая запахом мяты и дуба, касаясь нежно, вопросительно, ожидая моего разрешения.

Я никогда себе не врала, и стоя со Стефаном в гостиной прекрасно понимала, что не хочу его отталкивать, не вижу смысла прогонять от себя того, с кем все равно необходимо было сблизиться. И если я могу смягчить для себя собственное падение — я это сделаю не задумываясь.

Ответив ему, ощутила, как сладко вампир это принял, отдаваясь моей взаимности. И получив разрешение мужчина ладонями обхватил мое лицо, целуя так чувственно, что я не удержавшись простонала ему прямо в рот.

Он держал меня крепко, но осторожно, будто переживал, что может оступиться и испугать, продолжая томно и страстно изучать мой рот, затапливая сознание туманной пеленой взаимности.

Поцелуй Стефана был приятен. Он пах мятой и перцем, резко и остро, но всем своим видом он выражал только желание близости. Не физической, а моральной.

— Рад бы был еще посмотреть на ваше сближение, но у нас прорыв, Стефан.

Голос Андора буквально вырвал нас из сладкого кокона, и я испуганно оторвавшись от мужчины, прижала пальцы к губам, все еще чувствуя вкус поцелуя.

Пепельноволосый стоял у входа, облокотившись на дверь и скрестив руки на груди, разглядывал нас с привычных холодом в красноватых глазах.

— Прорыв?

— Да. Наша прямая обязанность, — ответил Стефан, и добавил: — Тиез поможет тебе найти спальню, просто попроси проводить тебя. Мы скоро вернемся, но если захочешь спать — не жди, можем прийти поздно. Если проголодаешься, опять же — спроси у Тиез.

Я даже не успела спросить что-то еще, прежде чем мужчина отпустил меня и быстрой походкой направился к выходу, поравнявшись с Андором дернул того за плечо отлепляя от дверей.

— Если что-то будет нужно — просто попроси Тиез! — крикнул на прощание и покинул замок.

— И как мне найти Тиез? — тихо спросила я, не ожидая ответа, но голос над головой заставил меня подпрыгнуть и вскрикнуть:

— Нас не нужно искать. Мы всегда здесь.

Глава 21. Прорыв

— Вы меня напугали, — все еще прижимая ладошку к груди, с нервным смехом сказала я, оглядываясь по сторонам.

— Мы не хотели, госпожа Кэтрин.

— Ничего страшного, это просто было неожиданно, — призналась я. — Вы можете проводить меня в спальню?

— Конечно.

На полу, ровной полоской, ведущей прочь из гостиной загорались огоньки, призывая меня идти следом.

В полной тишине дома, я шла по указанной тропинке осматриваясь, и слыша только шелест собственных брючек.

Замок был огромен. Хватало только одного беглого взгляда на просторные комнаты, чтобы понять насколько внушителен его размер.

— Тиез, вы здесь?

— Мы здесь.

— Я могу прогуляться по замку?

— Мы отведем вас в любую его часть и с радостью проведём экскурсию.

— Сперва я хотела бы привести себя в порядок, а после с радостью познакомлюсь поближе с Хейсенвалем.

— Мы проводим.

Огоньки увели меня вверх по широкой лестнице в холле к уставленным раритетом коридорам. Замок был древним, и я не удивилась старинным статуям, картинам и гобеленам, украшавшим весь периметр комнат, только позволила себе повнимательнее присмотреться к красивым вещам, наслаждаясь их эстетическим видам.

Спальня, судя по огромной кровати под алым балдахином, предназначалась не только мне.

«Я покажу тебе нашу спальню» — вспомнились слова Стефана, и я окончательно убедилась, что личное пространство в этом замке для меня не предусмотрено.

— Мы набрали ванну, госпожа. Дверь справа, — раздался голос над головой, и я обратила внимание на витражную стеклянную стену, что на деле оказалась именно дверью в купальню.

Потрясающе!

Купальня была произведением искусства!

Всюду мрамор, черный с янтарем, зеркала и фантастический многоуровневый свет магсвечей расставленных по всей комнате. Здесь можно было бы провести вечность при огромном желании, наслаждаясь видом из окон, за которыми виднелся лес и край земли.

Та самая граница купола, за которой бродят кровожадные тени.

Сейчас я не видела ничего кроме робкого рассвета, и лазурного сияния, изредка мелькавшего на прозрачных стенах нашей единственной защиты от чудовищ. Будто на небе растекались голубоватые искорки, расплескиваясь по покатым сторонам, завораживая своей чудовищной красотой.

Отмокнув в ванной, я перепробовала все жидкости что нашла. Просто по запаху вычисляя мыльный корень, отдушки и остальные травы.

Полностью чистая, отпаренная и довольная, я вернулась в спальню, посреди которой стоял небольшой столик на блестящих колесиках с металлическими крышками наверху.

— Мы получили распоряжение накормить вас. Как только закончите, мы проведем для вас экскурсию, госпожа Кэтрин.

Пожав плечами сняла купола с тарелок и услышала урчание собственного желудка. На красивой посуде были разложены всякие вкусности вроде томленого мяса и воздушных десертов.

Набросившись как дикарка, я утоляла голод, не забывая передавать комплементы повару, который создал эти кулинарные шедевры.

— Я закончила. Огромное вам спасибо, Тиез, это было изумительно!

— Рады стараться, — не скрывая довольства и гордости ответил невидимый домоправитель и добавил: — Вы можете переодеться в свежее. Одежда уже в вашем шкафу.

И правда!

Все мои вещи аккуратно висели на вешалках, все книги по травам стопочками лежали на полках, и даже обувь была здесь! Избавившись от мокрого полотенца на груди, я надела свое любимое домашнее платье из простого хлопка длинною чуть выше лодыжек, и стряхнув с юбки невидимые крошки, готова была отправляться на прогулку.

Мое умиротворенное состояние прервал грохот где-то в глубине дома, и не сомневаясь я опрометью бросилась на звук, не забывая спросить у Диез:

— Что это такое?

— Господа вернулись. С ними не все в порядке.

Что значит не все!?

Бежать долго мне не пришлось. Уже в начале коридора меня встретила помятая компания вампиров, которые хоть и выглядели уставшими, но были живыми и здоровыми.

В отличии от Андора.

Он буквально висел, держась за плечи Эрика, и по его темной рубашке, изодранной на лоскуты растекалась кровь, ужасными багровыми кляксами. Сквозь дыры в рубашке я видела мясо, которое выглядело так, будто его выгрызали кусками, и тошнота естественно подступила к горлу.

— Что с вами случилось…

— Прорыв. Твари умнеют и теперь нападают исподтишка. Мы в порядке, а Андор…

— Я вижу.

Голос дрожал, и я не знала, что делать, просто оцепенев от увиденной картины.

— Помоги ему.

Крепкие ноги мужчины подкосились, и он окончательно потек по телу брата вниз, угрожая упасть на пол.

— Как?!

— Привязка, Кэтрин. Спаси его привязкой.

Стефан был серьезен как никогда, и черные глаза смотрели на меня с упрямством и мольбой.

Взглянув на Андора, я поняла, что моя добросердечность не пройдет мне даром, и когда-нибудь я точно поплачусь за свою наивность. Например, в самое ближайшее время.

— Как мне ему помочь?..

— Подойди.

Андор свалился мешком и если бы не комод у стены, то и вовсе бы распластался по полу, потеряв сознание.

Я подходила все ближе, с облегчением слыша, что он хоть и хрипло, но дышит, и с ужасом замечая, что с каждым его вздохом, кровь из ран сочится все больше.

— Позови его. Пожалуйста, Кэтрин, — умоляюще протянул Стефан и я вздохнула, присаживаясь на колени рядом с умирающим вампиром.

Я вспомнила о их связи, которой много десятков лет, и меня кольнуло виной за свою нерасторопность, и обиду на Андора.

— Андор, ты слышишь меня? — аккуратно взяла его лицо в ладони, убирая пропитанные потом и кровью пряди в стороны. — Андор, прошу тебя, скажи, что ты еще здесь?

Он закашлял, поднимая на меня расфокусированный взгляд и его губы дрогнули, будто он хотел что-то сказать.

— Пожалуйста, Андор. Не уходи.

«Мне страшно. Ты меня пугаешь» — мысленно призналась, замечая понимание в его глазах, позволяющих понять, что он меня слышит. — «Скажи мне, что я должна сделать, и я сделаю».

«Поцелуй меня, букашечка».

Обиженно нахмурила брови, но он только иронично хмыкнул и его плечи совсем расслабились, будто сил в них больше не было.

Делать нечего, положение сложилось таким образом, что сейчас я была ему крайне нужна, а мне совершенно не хотелось быть виноватой за чью-то смерть. Перепрыгнув муки вины и стыда, я прижалась губами к его рту, замирая и не зная, что делать дальше.

Быть ли упрямой, или ждать пока он ответит?

Ожидание затягивалось, и я мысленно попросила его направить меня, сказать, что мне делать, чувствуя, как грудь начала гореть от бессилия.

Но длинные пальцы рывком зарылись в мои волосы, прижимая ближе, ужесточая поцелуй до голодного, изможденного действия. Он попытался подняться, но непослушное тело не поддавалось, и Стефан с Эриком помогли ему встать, чем он тут же воспользовался прижимая меня к стене всем весом.

— Осторожнее! Не сломай ее! — крикнул кто-то, но Андор только по животному рыча, подхватил меня на руки, заставляя обхватить ногами бедрами и покачиваясь, и запинаясь, понес в спальню.

Его штормило, ноги заплетались, но он продолжая вгрызаться мне в губы уверенно пер прямо в спальню, не отвлекаясь на такие мелочи как мой вес и кровоточащие раны.

Он сбросил меня на кровать и уперся в нее кулаками сдавленно рыча.

— Андор?

— Прости, Кэтрин, — впервые не напуская холода, говорил он. — Возможно я не буду самым нежным любовником, как Стефан, внимательным как Эрик или горячим как Факир, но…

— Андор, тебе плохо и становится еще хуже. Давай, потом поболтаем? — не в силах смотреть на его вид, предложила я, осторожно расстёгивая пуговицы на остатках рубашки.

Облегчив мне задачу, он просто рывком сдернул с себя ткань, что была похожа на комья и труху, и поднял голову, криво, сквозь боль улыбаясь:

— Чтобы не происходило, не бойся меня, поняла?

— Что ты имеешь ввиду?

— Это, — простонал он и мое сердце остановилось.

Глава 22. Ты первый

Его челюсть открылась и из десен, прямо на глазах, вытянулись два длинных острых клыка, такие, что сомневаться в принадлежности к вампирам больше не приходилось.

— Не бойся… — прохрипел он, и впившись пальцами в лодыжки дернул на себя, роняя меня на спину и нависая сверху.

«Не трусь, Кэтрин. Я сейчас очень слаб» — хмыкнув подумал он, обращаясь ко мне, а я, удивляясь собственной храбрости, протянула ладонь к его губам, пробуя их наощупь.

Вампир не двигался, только тяжело дышал, замерев надо мной, и время от времени сглатывал ком, от чего его кадык дергался вверх-вниз. Я трусила, жутко, до боли под ребрами, но выступивший пот на висках мужчины подталкивал меня к решительным действиям.

— Что мне делать, скажи?

— Ничего не делай, только не бойся.

Медленно, словно изучая, провел пальцами по моей шее, между косточек ключиц и не торопливо потянулся к пуговицам, заставляя меня судорожно вдохнуть и затаить дыхание.

Он делал это молча, продолжая пугающее хрипеть, и только когда платье было расстегнуто до самого пояса, рывком раздвинул полы платья в стороны открывая себе мою голую грудь.

В нем что-то переключилось, или окончательно вырубилось, потому что в следующую секунду он уже голодно кусал мои соски, затвердевшие от неожиданности и контрастности ощущений. Это было не больно, немного странно, волнительно, но также горячо как тогда, в темной спальне замка, когда он просил пять минут тишины.

Водил руками, опускаясь все ниже и ниже. Ловко стянул белье, стягивая и с себя последние вещи и не прекращая целовать, обжигая своими губами.

Как только одежды на нас не осталось, он сгреб меня в кучу, дико рыча и забросил подальше, на самый центр кровати, звериными движениями добираясь до меня и накрывая своим телом.

Такой близкий, горячий и голый.

От одной мысли о том, что между нами все столь откровенно, я застонала, ощущая болезненный поцелуй в шею. Он будто вытянул меня с дремы, и я с невиданной для себя яростью, впилась ногтями в мужскую спину, притягивая его к себе еще ближе.

Больше. Я хочу больше!

Будто с треском рухнул засов и мы, два голодных до близости человека, набросились друг на друга. Пальцы, губы, стоны… Все смешалось в один страстный ком, и я не хотела приходить в себя. Я чувствовала, что теряюсь, рассыпаясь в этом безумии, но мне чертовски хорошо.

— Держись крепче, крошка, — шепнул мне, на секунду отнимая свои припухшие губы. — Мы взлетаем.

Чувственные пальцы пробежались по клитору, погладили его и приласкали, чем вызвали горячий поток, жаром опустившийся вниз живота.

Тихонько выдохнув, я открыла глаза и поймала на себе странный взгляд, улыбающегося мужчины, что пальцами изучал мою женственность, поглаживая увлажнившиеся складочки.

— Почему ты так на меня смотришь? — смутившись, спросила я.

— Так смотрят на желанную женщину, Кэтрин. Привыкай к этому взгляду, — улыбнулся смелее и прижался к губам, слегка меня оцарапав острыми клыками.

— Шшш…

— Вкусная, боги какая ты вкусная, — шептал, языком собирая алые капельки и рыча, вновь набрасывался с поцелуями, продолжал массировать пальцами между моих ног, закручивая жар все сильнее и сильнее.

— Я так… не могу… Андор!

Горячая мужская плоть уперлась во вход и уверено толкнулась вперед, пока мужчина ладонями прижимал меня к постели, фиксируя.

«Больно!»

«Сейчас пройдет» — пообещал он, и поймав мое запястье поднес его к губам, запечатывая поцелуй и клыками впиваясь в кожу.

И боль прошла. По всему телу.

Неожиданно отступила, словно схлынувшая волна, оставляя после себя только горячее возбуждение и кипящее желание.

Я смотрела за тем, как закатываются его глаза от удовольствия, как синие венки сеточкой укрывают лицо и с каждой секундой глаза заволакивает тьма. Такая страстная, жадная тьма.

— Аааах, — оторвался от моего запястья, тяжело дыша и сильнее толкнулся бедрами, заполняя меня до упора, проникая в сознание, под кожу. Занимая там все место собой.

«Слышишь?»

«Слышу».

«Я буду любить тебя, пока силы меня не покинут, Кэтрин!»

— И так едва живой! — вскрикнула от резкого движения, ощущая острый приступ желания. Болезненный и необходимый.

Он будто проснулся. Исчезла вся его усталость и слабость, уступая место дикости и бешенной натуре, которая вбивалась в меня так быстро, что даже на вскрик мне не хватало времени.

Только хвататься пальцами за его руки и плечи, только губами касаться губ и забывать про дыхание.

— Кэти, — шепчет обезумлено и вот я уже сверху, двигаюсь поддерживаемая его горячими руками, громко кричу стоит ему прокусить мою шею и выгибаюсь, сама падая навстречу этому урагану.

Стены, потолок, кровать — все перемешалось, и я не знаю в какой момент я потеряла счет времени и позам, в которых он все так же неудержимо брал меня, продолжая покрывать поцелуями тело и сводить с ума своими прикосновениями.

— Андор!

— Кончай! Кончай, Кэт, — развернув меня спиной, заставил выгнуть поясницу и сдавил шею крепкими пальцами, словно прутьями, позволяя повиснуть и отключить голову.

Все тело горело, рассыпалось всполохами и рябило до вибрации. Я была послушная словно глина, не замечая, как постель окрашивается алыми кляксами моей крови.

Меня заботило только одно — поймать то убегающее ощущение, которое щекотало вены.

— Кончи для меня, — прорычал на ушко, прикусывая мочку и легонько потянув ее зубами, в это же время пальцами накрывая пульсирующее от напряжения местечко и чуть сдавливая его.

Меня просто разбило. Как стекло, в мелкую крошку и я закричала, выгибаясь и царапая простыни, но Андор держал меня, не позволяя провалиться и кусал за шею.

Без сил упав, с какой-то неожиданной радостью подумала о том, что мне нравится, что он рядом, накрыл мое тело своим и продолжает мягко водить ладонями по бедрам и талии.

Я лежала без движения, прислушиваясь к ощущениям того, как Андор зализывает свои укусы на моей коже, и от умелых и ритмичных движений языка провалилась, в тянущую свои лапы, кому, понимая, что засыпаю.

— Не противься. Поспи, малышка, — прочитав мои мысли, сказал вампир и я послушалась, спокойно закрывая глаза.

Глава 23. Аперитив

— Ты невероятная, Кэтрин…

Шептал кто-то совсем близко, сквозь дрему позволяя чувствовать поглаживающие движения подушечек пальцев на коже.

Это было и щекотно, и приятно, и я только улыбнулась своим сладким снам, которые оставляли приятное послевкусие радости и огромный запас сил.

Я давно не чувствовала себя такой отдохнувшей! Будто проспала сутки, не меньше, и тело приятно пело от бурлящей энергии.

— Я знаю, что ты не спишь, малышка…

Очень хотелось поднять веки, и повинуясь импульсу, я увидела красноватые глаза Андора, что внимательно меня разглядывали, не пряча смешинки в глубине радужки.

— Почему ты на меня так смотришь?

— Ты красивая, когда спросонья, — не задумываясь ответил он, и аккуратно сдвинул с моего лица упавшие волосы, открывая себе обзор. — Забавно пускаешь слюни и посапываешь.

— Не правда! — возмутившись, хотела отвернуться и досмотреть убегающий сон, но вампир не позволил, сгребая меня в свои объятия. — Ты меня задушишь!

— О, я бы может и хотел этого, но поверь, живая ты мне нравишься куда больше, уверяю.

— Приятно слышать, но ты правда меня раздавишь, — ворчала я, прижатая лицом к мужской груди. — Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно, как никогда.

— Твои раны?

— Зажили.

— Отлично, — выбралась из захвата и села, осматривая спальню. — Знаешь, я ужасно голодна.

— Тиез, будь добр, накорми госпожу Дэр.

— С превеликой радостью, — ответил невидимый дворецкий, и дверь открылась сама собой, а маленький столик самостоятельно закатился и подъехал ко мне.

Всегда бы так!

Заметив бокал и графин с янтарной жидкостью, я облизнула губы в предвкушении выпить после пережитого стресса.

О потерянной девственности я не жалела, хранить себя было не для кого, к тому же, нельзя не признать — Андор был хорош. Не груб, страстен и аккуратен, так что чувства вины я не испытывала и обмотавшись простыней, сползла к краю кровати, потирая руки в предвкушении трапезы.

Смущало только наличие еще трех желающих, которые после близости с Андором, возможно перестанут быть ко мне столь терпеливы и будут еще настойчивее, чем прежде, заявлять свои права.

Сняв крышки с тарелок, я полной грудью вдохнула аромат свежеприготовленных блюд, и потянулась к графину, на треть наполняя бокал.

— Приятного мне аппетита, — прошептала, пальцами подхватывая кусочек копчёного мяса и забрасывая его в рот, собираясь тут же запить тем крепким напитком, что даже с такого расстояния пах медом.

— Приятного, Кэт.

Андор сел рядом и буквально из рук увел у меня алкогольный соблазн, выпивая его одним глотком и лукаво улыбаясь.

— Это предназначалось мне.

— Не уверен. В этом доме пью только я, — продолжая улыбаться, он вновь наполнил бокал и вернул графин на стол.

— Смею тебя разочаровать — у тебя появился конкурент!

Попытка отобрать у него желанное с треском провалилась, и смирившись я просто отхлебнула из горла графина, прижимая к груди сосуд, решительно настроенная ее не отдавать.

— Ммм, так ты плохая девочка, — мурлыкая, сказал он, не отводя глаза.

— О, да, я та еще плохая девочка, и тебе придется делиться.

— Я спрячу весь алкоголь в доме, — пообещал он, но я только фыркнула:

— Трезвым ты будешь слышать мои мысли двадцать четыре часа в сутках, обещаю тебе.

— Угроза?

— Предупреждение.

— Не честно с вашей стороны, госпожа Дэр, особенно после проведенного вместе времени.

— Может я просто хочу забыться от воспоминаний об этом?

— А вот это было обидно. Но я в прекрасном расположении духа, и прямо сейчас заставлю вас передумать, — опустил уже пустой бокал на столик и угрожающе придвинулся ко мне.

— Оставите меня и позволите напиться? — с надеждой спросила я, но вампир только расплылся в гаденькой улыбочке, нависая все сильнее и сильнее.

— Это было бы непростительно с моей стороны. У меня есть способ куда действеннее, чтобы заставить вас передумать.

— Мм?

— Мы сейчас же повторим, госпожа Дэр, — красные глаза вспыхнули горячими угольками, — вторая попытка обязательно исправит ваше мнение обо мне.

Взвизгнув, я попыталась отползти в сторону, но предательница простынь опутала ноги и потеряв время, я гусеничкой растянулась в полный рост, будучи тут же схваченной подлым вампиром, который игриво укусил меня за ягодицу.

— Поздно, госпожа Дэр! Вы сами меня раздразнили! — поймав меня, он с рыком прикусывал кожу, опускаясь от шеи к спине и все ниже стягивая защищающую мою наготу ткань.

— О, простите меня, милостивый господин!

— Еще никто кто крал мою выпивку не оставался безнаказанным! — театрально повысив голос, он все же вытряхнул меня из кокона и с поцелуями напал на попку, крепко прижимая руками к постели.

— Обещаю, что не буду красть слишком много!

— Ах ты мерзавка! — со смехом укусил меня за бедро и ловко скользнул вниз, накрывая недвусмысленным поцелуем серцевинку между мягкими половинками.

— Мы не настолько близки!

— Вот уж нет, я теперь могу целовать тебя где хочу, Кэти, — опаляя дыханием сказал он, пока я безуспешно пыталась выбраться. — Но займемся этим чуть позже — у нас гости.

Повернувшись к вампиру, я только вопросительно выгнула бровь.

Глава 24. Коллега по цеху

Изучив все мои вещи, носферату разочарованно покачал головой, и снял с вешалки самое праздничное платье из всех что у меня были.

— Не хватало еще чтобы они подумали, будто мы на тебе экономим.

— Ты даже выпить мне толком не дал…

— Малышка, будешь проказничать, я тебя съем.

— Подавишься.

— Скорее отравлюсь, — язвительно ответил Андор, игнорируя мой недобрый взгляд и вталкивая платье в руки. — Одевайся, я пока приведу себя в порядок.

Развернувшись, как был голый, вампир направился в ванную комнату, сверкая упругими ягодицами без доли смущения.

«Можешь попозже потрогать мой зад, если он пришелся тебе по вкусу, Кэт» — мысленно передал мне послание, и я цокнула языком.

Одевшись, осмотрела смятую постель белье на которой валялось смятыми комьями, орошёнными капельками крови и погладила собственную шею не обнаруживая на ней никаких следов укуса.

Запястье тоже было чистым, хотя я и видела, как вампир прокусил кожу выпивая кровь. Удивленно пожав плечами, оделась, и пальцами расчесала волосы, пытаясь распутать запутанные колтуны.

— Ванна в твоем распоряжении.

Все еще сверкая прелестями Андор покинул комнату, насвистывая себе под нос какой-то незатейливый мотивчик, игриво шлепнув меня по попке на последок, прежде чем исчезнуть за закрытой дверью.

— Жду тебя внизу!

— Бегу и падаю, господин Де-Норд, — прошептав, поспешила в ванную, первым делом замечая собственное отражение в зеркале, висящем над гранитной раковиной.

Кожа сияла белизной и странным, едва уловимым свечением будто рассыпанным под кожей. Глаза были выразительными, глубокими и губы, все еще помнящие поцелуи, чуть припухли и заалели.

На меня смотрела та же Кэтрин, только все равно иная. Я будто повзрослела, но при этом стала… женственной? Я впервые видела не привычный себе образ, а красивую девушку у которой даже взгляд поет притягательностью.

Прогнав удивительные мысли, умылась и обув мягкие тапочки, все же поспешила вниз, желая узнать, что это за странные, и судя по реакции Андора, незваные гости.

Первый, кого я встретила на своем пути был Андор.

Он уже оделся (наконец-то!) и ждал меня у лестницы ведущей на первый этаж. Подставив мне локоть, вампир повесил на лицо привычную холодную маску и не торопливо зашагал вниз, уводя меня за собой.

Мы шли к той самой гостиной, в которой мы говорили со Стефаном, и двери услужливо распахнулись, приглашая нас войти.

В комнате уже были все Де-Норд, и еще парочка мужчин. Одно я уже видела, и если память меня не подводила — это был вампир рода Динай. Арнольд, кажется. А рядом с ним, опасливо озираясь по сторонам, сидел человек.

Определенно человек, если судить по напряженным плечам и влажным ладоням, что оставляли след на тыльной стороне, каждый раз, когда он нервно обтирал собственные руки.

На нем была коричневая ряса, будто у какого-то служителя и черный шнурок на поясе. Русые волосы в беспорядке торчали на голове, и только одутловатое лицо говорило о том, что на самом деле, он совсем не молод. Точнее не так как хочет казаться.

— Вот мы и в сборе. Чем заслужили такую честь, как твое приезд, Арнольд? — спросил Эрик, скользнув по мне взглядом и убеждаясь, что я в порядке и не соображаю, не лишившись рассудка после возвращения вампира к жизни.

Андор по-хозяйски опустился в кресло, усаживая меня на свои колени, не обратив внимания на мое молчаливое недовольство, и накрыл круглую коленку ладонью, весь обратился в внимание.

— Мы уловили сильный прорыв, и смертельное ранение одного из вас. Но, как вижу, мы ошиблись, так что я прошу прощения за свой неожиданный визит, — холодно ответил вампир, смотря прямо на Эрика.

— Не ошиблись, но прорыв уже устранен, и наша таали помогла залечить раны. От лица себя и своих братьев, благодарю тебя за беспокойство, Альберт.

Взгляды всех обратились в мою сторону, и я покраснела.

Ну да, просто скажите вслух, что мы Андором переспали, хуже уже не будет!

— У нас одна цель, Эрик, — нехорошо блеснув глазами, ответил вампир.

— Не сомневаюсь.

— Я Адриан! — неожиданно воскликнул мужчина в рясе, глядя на меня, и я удивленно качнула головой:

— Кэтрин Дэр, очень приятно.

Он закивал головой, и вершинки его щек покраснели, выдавая смущение от своего неуместного высказывания.

— Адриан лекарь, очень талантливый алхимик и травник. Он служит моему дому, как и всем вампирам нашей земли.

— Травник? Так мы с вами коллеги, — желая сбавить накал обстановки, сказала я, обращаясь к смущенному мужчине. — Приятно встретить человека, что разделяет с вами интересы.

— Палипула и кооган? — спросил он, и я улыбнулась шире, в первую же секунду уловив подвох.

— Палипула. Или кооган. Это же одно и тоже.

Лекарь неуверенно улыбнулся, пряча от меня радостный взгляд, а вампир поднялся со своего места:

— За сим откланиваемся. Было приятно узнать, что все члены рода Де-Норд в порядке. Надеюсь, в следующий раз вы почтите меня визитом.

— Всенепременно.

Эрик и остальные братья, кроме Андора, поднялись чтобы проводить гостей, но вставший вслед за своим господином лекарь, неожиданно обернулся ко мне, протягивая небольшой кулон на цепочке с виде серой глиняной печати.

Глава 25. Сон в солнечный день

— Госпожа Кэтрин, я хотел бы… это вам, — запинаясь и задыхаясь от волнения выдавил он. — Я сделал такую же для таали дома Динай и Маро и судя по первым… пробам… эх… она действительно работает. Я хотел бы, чтобы вы считали это подарком от коллеги.

Он тяжело сглотнул и замолчал.

— Спасибо, Адриан. Расскажете, что это?

— Он восстанавливает кровь, снимает усталость от кровопотери и помогает… энергии… быстрее возвращаться, — кое-как собравшись выдавил он и вновь смущенно отвел глаза.

— Благодарю вас, коллега. Мне очень приятно.

Мужчина кивнул и пока напрягшийся Андор подо мной не поспешил перегрызать ему горло, торопливо засеменил вслед за хозяином, покидая гостиную.

— Что это за безделушка?

— Пахнет вереском, — принюхавшись, ответила я, — еще хмелем и имбирем. Ничего страшного, просто стимулирующие травы.

— Мне не нравится.

— Я не удивлена, — аккуратно поднявшись с его колен, я взглянула в широкое окно, смотря за тем как два фестрала срываются с места и увозят случайных гостей.

— Кэт, ты же не собираешься избегать меня? — Андор встал за моей спиной, выставляя руки по сторонам от моих плеч и носом вжимаясь в макушку, глубоко вдыхая.

— Нет, не собираюсь. Хотя за то, что не позволил мне набраться с утра, все же злюсь.

— Я сам лично напою тебя следующим вечером. Как только мы проснемся.

— Ах, да…

Смотря за тем, как солнце уже вернуло свои права на небе и поднялось едва ли не в центр, я вспомнила, что вампиры днем спят, и скорее всего все четверо братьев сейчас попрячутся в своих темных спальнях с завешенными окнами.

— Что ж, боюсь я уже сама сумею с этим справиться, пока вы будете спать, — пообещала я, вспоминая что так и не осмотрела толком дом, и Тиез все еще должен мне подробную экскурсию.

— Кто мы? Себя ты не считаешь?

— Нет, я выспалась и совсем не устала.

— Ты спала двадцать минут, Кэтрин. Это энергия после секса, — шепнул мне на ухо, понизив голос до вибрирующей хрипотцы. — Скоро она пройдет, поэтому не упрямься, букашечка, и пойдем спать.

— Мы вновь вернулись к букашечке? — развернулась, оказываясь с ним лицом к лицу.

— Тебе больше нравится Кэтрин? — он склонился к моей шее и повел по ней носом, заставляя меня напрячься и вытянуться вдоль стекла. — Или Кэти? Может Кэт?

— Кэтрин. Думаю, этого будет достаточно.

— Как скажешь.

— Андор, Кэтрин, — Эрик появился в пороге, заканчивая наш неловкий разговор, и махнув рукой в сторону двери, сказал: — Пора спать.

— Но я правда не хочу!

— Скажешь мне это после того, как уложу тебя в кроватку, — устало буркнул Андор и рывком забросил меня на плечо, перевешивая головой вниз, и многозначительно тряхнув, чтобы и не думала вырываться.

До спальни мы добрались без происшествий, не считая того, что я все же укусила вампира за бок, вызвав на его лице ухмылку и тихий смех. Но когда меня внесли в комнату и поставили на ноги, я напряженно вдохнула и медленно отступила к выходу.

— Даже не думай, — буркнул Андор, уже не так добро настроенный на мои уловки и словестную перепалку, разворачивая лицом к стене и растягивая ленты корсета. — Стыдится будешь потом, если найдешь повод, а сейчас только спать.

Оставшись в одном белье, я прикрылась руками оборачиваясь все к той же огромной кровати, заправленной чистым бельем и взглядом скользнула по трем мужским телам, которые явно намеривались остаться здесь.

— Ты — в центр.

Хлопок по ягодице и я прыжком подлетаю к кровати, не зная, как поступить дальше.

Как не обидно было признавать, но вампир был прав, и стояло увидеть, как сладко растянулись мужчины в постели, мой рот открыло зевком. Усталость упала на плечи и мне захотелось зарыться носом в подушку и закрыть глаза.

И без того много потрясений за долгий день, точнее ночь.

Эрик, глядя на мои мысленные метания и прикушенную губу, мягко поманил к себе в объятия, и я решилась.

Черт с ними! Я спать хочу! Главное, чтобы они не пинались и не храпели, а все остальное я смогу пережить. Так ведь?

Стараясь не задевать чужие тела, я улеглась по середине и накрылась одеялом по самый подбородок, чувствуя, что напряжение так и не отпустило, и опустившийся рядом Андор спокойствия не добавляет, закинув руку за голову и прикрыв глаза.

— Спи, Кэтрин. Вечер мудренее утра.

— Да что вы говорите, — хотела перевернуться на бок, но Эрик мягко накрыл меня своей рукой, приглашая в горячие объятия.

— Просто расслабься. Ты слишком нервничаешь, для той, кого такие ночевки ждут еще целый год.

— Ты меня не успокаиваешь, — шепотом проворчала я.

— Я и не пытался. Это констатация факта, Кэтрин, просто прими и расслабься. Тебе нет никакого смысла бояться, избегать, накручивать себя. Представь, что мы все полностью твои. Представила?

— Вроде того, — нахмурившись и прищурив глаза ответила я.

— Ты можешь делать все что угодно с нами и нашими телами, представляешь?

— Как-то не очень.

— Попробуй лучше. Что бы ты сделала, будь мы с тобой вместе уже давно? Все что угодно, Кэтрин.

Проглотив тяжелый вдох, я примирилась со своей ролью плюшевого медвежонка на этот день, который я полностью просплю, и обняла Де-Норда в ответ, сама прижимаясь к его груди.

— Так то лучше, Кэтрин, так то лучше… — прошептал он, мельком целуя меня в лоб и зарываясь пальцами в волосы, поглаживая и успокаивая. — А теперь спи.

Наверное, я бы никогда не сказала такое вслух, но мой сон был так крепок и спокоен в одной постели с четырьмя мужчинами, что даже при мысли об этом я скорее бы покрылась красными пятнами, чем призналась бы им.

Мне снились розовые облака на синем звездном небе, что было бездонно и умиротворяюще, и если бы не энергия, с которой я приходила в себя, провела бы здесь целую вечность, паря меж мягких и теплых барашков.

Они гладили мои плечи, спину, шептали что-то нежное на ушко и будто звали за собой, туда, где этот полет никогда бы не завершился.

Но пара было вставать, и урчащий желудок напомнил мне о том, что я живая и мне требуется питание. Медленно открыв глаза, первым делом я увидела окно, за которым садилось солнце. Он окрашивало облака именно в тот красно-оранжевый цвет, который я видела в собственном сне, и я улыбнулась такому совпадению.

— Наконец-то ты проснулась, крошка, — раздался голос над головой, и я резко подняла голову, понимая, что полностью забралась на мужское тело и растеклась по нему тряпочкой, бессовестно обхватив руками.

— Прости!

— Не стоит извиняться, я сам себе завидую, — подавив мою попытку отползти, ответил Факир, лучезарно улыбаясь своей доброй улыбкой и ладонью погладив меня по спине.

***

Глава 26. Близкое знакомство

С учетом того, что огненного брата Де-Норд я практически не знала, мне стало максимально неловко от того как плотоядно он на меня смотрел.

Красивые, золотисто-ореховые глаза сияли как два алмаза, играя гранями при свете зажженных и расставленных по всей спальне магсвечей, а губы улыбались самой искренней, но многообещающей улыбкой.

— А где все?

— Уже давно встали и занимаются своими делами.

— А ты почему… не ушел?

— Ты спала на мне, — рассмеялся он, — кто я такой, чтобы тревожить такой сладкий сон?

— Мог бы и разбудить… — ответила я, озираясь по сторонам в поисках одежды.

— Нет, не мог, ты бы сразу попыталась от меня сбежать, прямо как сейчас, и оставила бы меня одного, избегая и заставляя завидовать братьям, — я подняла на него недоумевающий взгляд.

Если смотреть со стороны, то это не я оказываю мужчинам внимание, а они не выпускают меня из своей зоны видимости и на минуту, так что покаяние Факира я искренне не понимала.

— Эрик уже заслужил того, чтобы обнимать тебя пока ты спишь, Стефан удостоился поцелуя, про Андора и говорить нет смысла…

— Он был присмерти. Вы сами просили его спасти, — прочистив горло, отвела глаза.

— Но я все равно завидую. Пусть это звучит для тебя иррационально.

— Вы же не испытываете чувств? — предпринимая очередную попытку сползти с вампира, спросила я.

— В нашем случае это скорее только слово, чтобы описать вложенный инстинкт. Я внутренне ощущаю, что ты уделяешь мне меньше внимания, чем всем остальным, и мое нутро всячески этому противится. Как и твое, если учесть, что это ты на меня вскарабкалась.

Не смущаясь своей улыбки, он не разжал рук, продолжая мне мешать предпринять очередную попытку побега.

— Я же уже извинилась!

— Мне не нужны извинения, госпожа Кэтрин. Я требую, да, именно требую, чтобы вы немедленно искупили свою вину, — высоко задрав нос произнес он, продолжая весело сверкать глазами.

— Это как же, хотелось бы знать?

— Согласись отправиться со мной на прогулку? Только ты и я. И так и быть, я тебя прощу.

— Звучит заманчиво, но так ли тяжела моя провинность?

— О-о, вы едва не разбили мне сердце, о, красивейшая из таали того мира.

— Мне кажется, вы слегка драматизируете, — подхватив волну его шутливого настроения, я возмущенно прижала ладонь к груди.

— Нисколько, я даже несколько преуменьшаю.

— Если только ситуация действительно так серьезна, я с радостью соглашусь на ваше предложение, — не сумев спрятать улыбку ответила я.

— Вы спасли мое разбитое сердце. Тогда подъем, завтракаем и отправляемся.

— Стоп! Стоп! Стоп! — я силой придавила мужские плечи к постели, и Факир удивленно на меня взглянул. — Ты не мог бы полежать немного вот так как лежишь?

— Зачем?

— Мне кажется, я несколько неодета для… завтрака.

— Ну почему же? Тебе совершенно точно не кажется.

Огненный ослепительно растянул губы в улыбке, бесцеремонно опуская ладонь на мою ягодицу и мягко ее сжимая.

— Ты торопишься.

— А ты тянешь время. Кэтрин, я видел уже все что мог, и белье у тебя кстати не самое лучшее, напомни мне, чтобы я заказал тебе другое.

— Вот еще! — фыркнула, сдувая с лица упавшую прядь.

— Обязательно. По мне так ходи ты лучше совсем без белья, но ты не согласишься, так ведь? — я отрицательно покачала головой. — Я так и думал. Поэтому, — рывок и теперь мужчина нависает надо мной, оказываясь в опасной близости губ. — Не трусь, Кэтрин. Ты же не трусиха.

— Я не трусиха, просто не привыкла сверкать прелестями налево и направо. И сегодня, — я взглянула на мощную шею мужчины и выразительный кадык. — Мне хватило одного оголенного брата Де-Норд.

— А вот это ты зря, — он покачал головой, — получается я зря разделся.

Услышав доказательство своей догадки, я сглотнула тяжелый ком и приоткрыла губы, задыхаясь.

Факир мягко качнулся вверх, и горячая мужская плоть уперлась мне во внешнюю часть бедра, намекая на долгожданную и радостную встречу.

— Ты все же торопишься.

— Небольшие интимные ласки. Немного близости Кэтрин, лишь немного, обещаю.

— Факир…

Его глаза залило черными склерами как у Андора, когда мы оказались с ним в постели, и он странно дернулся, будто прогоняя страшные мысли, но это быстро прошло, и мужчина скользнул вниз, прижимаясь губами к косточке ключицы.

— Факир, прошу, не надо!..

— Только ласка, милостивая Кэтрин, о большем я не прошу. Пока, — прошептал он и обжигающий рот накрыл вершинку обнаженной груди, заставляя меня выгнуться дугой.

Глава 27. Бесцеремонный

— Я… голодна.

— Я не меньше, — бегло ответил он, не желая отрываться от своей добычи, вновь и вновь кончиком языка ударяя по чувствительным вершинкам сосков, сжимая губами так сладко, что меня подбрасывало от щемящего тепла, разливающегося по всему телу, что еще не успело проснуться.

— О-о-ох, Факи-и-ир… — простонала я, понимая, что не уверена в том, стоит ли его сейчас останавливать.

С одной стороны, по-хорошему мне надо бы его остановить, успокоить этого огненного мужчину, а с другой — он был прав. Нам все равно рано или поздно придется сблизиться до уровня постели, так почему не сейчас?

Какая разница, если это все равно случиться?

Пока я думала, стоит ли его тормозить и металась в собственных мыслях, губы мужчины спустились ниже, рисуя ровную полоску от груди до треугольничка между ног, и явно были намерены продолжать.

— Не-е-ет! Н-не надо!

— Тшшш… я очень хочу тебя попробовать, — шипящим голосом ответил он, и нырнув под из без того сползшее одеяло, ловко забросил мою ногу на плечо, прижимаясь лицом вниз.

— Что же ты делаешь… — спросила скорее риторически.

Все же я не первый год живу, чтобы не понимать, что именно планирует сделать вампир, но сама мысль бросала меня в жар, а сопротивление гасили на корню сильные руки, прижимающие меня к постели.

Как только вампир посчитал, что устроился удобно, и языком прижался к вершинке у складочек, я вся поджалась от неожиданности и смущения, будучи тут же наказанной. Факир забросил на свое плечо и вторую ногу, буквально вжимаясь лицом в промежность и набрасываясь на нее с голодом достойным волка.

Его язык порхал по коже, проталкивался в глубину, а губы сладко втягивали пульсирующий клитор, который как последний предатель требовал еще! И еще! И еще!

— О, боги…

Закрыла глаза, не понимая в какой момент голова отключилась и перестала мне подчиняться.

Нет, это не было похоже на то, что я ожидала. Если в моей скудной фантазии такие ласки были чем-то странным, неловким и бессмысленным, то в исполнении этого носферату можно было бы считать это орудием пыток.

Я бы рассказала ему все, чтобы он сейчас не потребовал, только бы язык не прекращал так уверенно вырисовывать узоры.

— Ну давай, скажи мне еще раз, что не нужно, и я тебе вновь не поверю, — выдохнул горячим воздухом на влажные лепестки, дернув плечом и сбрасывая с него мою упирающуюся руку.

— Я не знаю.

— Я знаю. Просто слушай себя, крошка. Свое тело, — длинные пальцы прижались ко входу и мягко, будто там им самое место, скользнули внутрь, заполняя собой без сомнения голодную пустоту. — Может мне быть быстрее? Или не торопиться?

Эти испытывающие терпение слова прошибали каждым своим звуком, и я сама не заметила, как приподняла бедра навстречу его руке.

— Или так лучше? — судя по ощущениям, вампир чуть согнул пальцы, костяшками поглаживая пульсирующие и возбужденные стенки, и задвигался быстрее, окончательно размазывая меня по постели. — Так как, моя таали? Как тебе нравится больше?

— Таааак… — простонала, закрывая глаза и тяжелый жар внизу живота, стал в разы сильнее.

Мне хотелось вновь поймать то чувство, с которым Андор довел меня до конца, и оно дразня полосовало по венам, обжигая кипятком и заставляя двигаться навстречу уверенным движениям.

Но этого было мало. С каждой секундой на этой болезненно сладкой границе, время словно замедлялось, вынуждая меня вертеть головой, и мучительно стонать, в поисках того самого ощущения.

Неожиданно все прекратилось, и мужчина завалился сверху, накрывая своим горячим телом и ладонью смахивая волосы с моего лица.

— Факир…

— Ты такая вкусная, — вызывающе подняв к лицу влажные от моих соков пальцы, мужчина жадно облизнул и погрузил в рот, собирая губами остатки влаги.

Почему-то именно это действие заставило меня застыть, приковано рассматривать выверенные движения, замечая с какой жадностью мужчина это провернул и подвиснуть мысленно от такой откровенности.

— Ничего вкуснее не пробовал.

— Ты всегда такой…

— Какой? — уточнил он, чуть приподнимаясь и вновь возвращая мою ногу на свое плечо, еще сильнее фиксируя меня на месте. — Горячий?

— Бесцеремонный.

— Да, Кэтрин, я даже куда более бесцеремонный, чем ты думаешь.

Вторая нога так же оказалась у него на плече, и обхватив мои колени руками, мужчина окончательно распрямился, заставляя меня требующей продолжения плотью ощутить, как близки мы к тому, чтобы сплестись телами.

— Я даже не знаю, что тебе ответить…

— Покричи для меня, — вновь улыбаясь, ответил он и толкнулся бедрами, неумолимо и уверенно заполняя собой мою пульсирующую промежность.

Глава 28. Тайна огня

Это было совсем не так как с Андором.

Необычный угол проникновения, заставлял сдавливать член между сведенных бедер, мужской лобок чувствительно прижался к горячему бугорку, будто легонько стукнув и разнося по телу удушающую вибрацию.

— Еще! — выкрикнула и сама удивленно раскрыла глаза, смотря на сконцентрированное, но довольное лицо вампира, который тут же исполнил мою просьбу, отводя таз и с чувством толкая его обратно. — О-о-ох!

Я каждой частичкой кожи ощущала, как покрытый венками член гладит узкие и напряженные стеночки, как края головки задевают мышцы внутри и меня сводила с ума такая откровенная близость и понимание происходящего.

Вампир берет меня, внимательно смотря за моей мимикой. Он не торопится, изучает, высматривает, наблюдая за моими эмоциями от смены скорости ритма. Но я уже не думала об этом, даже если бы он вслух сказал, что изучает меня, я бы это легко проигнорировала.

Вампир не рассчитывал доводить меня до конца, и легко отпустив мои ноги, перевернул животом в низ, пододвигаясь так, что я буквально сверху опустилась на его бедра. Вытянувшись на руках, я поняла, что сижу верхом на вампире, только корпус все еще наклонен.

Он не торопился, позволяя мне самой выбирать темп с которым буду опускаться на пульсирующую и очень горячую плоть, толкая меня саму на откровенность. Вампир испытывал меня на прочность, и собственная гордость не давала мне шанса стать для него разочарованием.

Опустившись вниз, насадилась на член и все тело будто онемело, наполняясь незнакомой негой. Контроль. Это был именно он. Сейчас в моей власти было управление этой близостью, и я приподнялась, чтобы вновь опуститься вниз.

Огненный шипел, сжимая мои бедра в ладонях, но силы не прилагал, позволяя мне продолжать самой, только поцелуями покрывая влажную от пота спину и зарываясь пальцами в взлохмаченные волосы.

— Тшш, тигрица, — на выдохе выдавил он, сухим и горячим дыханием обжигая кожу. — Ты такая горячая!

Толчок в спину и я утыкаюсь лицом в подушки, с глубоким стоном принимая вторгающуюся в меня плоть, но потеряв контроль. Теперь все было в руках Факира, который вжимая меня в кровать задвигался так яростно, что я уже бесстыдно кричала, ощущая, как горячая волна проносится по телу и скатывается вниз, влагой стекая по внутренней стороне бедра.

— Еще!

Рык, и движения, что казалось не могут стать быстрее, увеличились и влажные хлопки тел заполнили спальню, заставляя меня пальцами впиться в простынь и закричать на последнем дыхании.

Оргазм стал таким разрушающим, что меня выбросило из собственного тела, которые гудело от сладких судорог, а сердце стучало так громко, что я оглохла.

Не останавливаясь, мужчина обхватил меня пальцами за шею и соскреб с постели, отбрасывая волосы в сторону и прижимаясь губами к тонкой коже моего бесчувственного тела.

— Ты потрясающая, искорка, — прошептал и секундная боль пробежалась по нервам, сразу же исчезая.

Мы лежали в постели, вновь покрытой алыми кляксами моей крови. Факир прижимал меня одной рукой к собственному телу, а другой перебрасывал небольшой огонек с пальца на палец, о чем-то задумавшись.

У меня не было сил болтать, и я просто пялилась на неведомое ранее волшебство, медленно и обессилено поглаживая подушечками пальцев мужскую грудь.

Вампир гладил мое бедро, позволив забросить ногу на его живот и молчал, не считая нужным прикрывать наши голые тела.

А я подглядывала, если это можно так назвать.

Тайком рассматривала выраженные мышцы на прессе, выступающие внизу живота красивой галочкой до косточек бедер, мощные длинные ноги, расслабленно вытянутые вперед, и красивые пальцы между которыми все еще прыгал огонь.

— Ты еще хочешь на прогулку?

— А ты уже передумал, получив что хотел?

Вампир усмехнулся, но ответил:

— Это не то, что я хотел. Точнее не только. Поэтому предложение прогулки все еще в силе.

— А что еще ты хочешь, Факир? — спросила я, поднимая голову и подбородком утыкаясь в его крепкую грудь.

Мужчина убрал с лица мои волосы, погладил пальцем губы, будто рисуя их контур по моей коже и улыбнулся:

— Для начала, я хочу, чтобы ты не называла меня Факир.

— Почему?

— Потому что это мое прозвище. А имя звучит совершенно иначе.

Стоило ему это сказать, как я услышала скрип напряженных деталей в моей голове.

Как это не имя?

Глава 29. Признание

— Не смотри на меня так, искорка, — с улыбкой сказал он, чуть сильнее прижимая к горячему телу. — У многих бывают прозвища, и я не исключение.

— И как же тебя зовут?

— Джес. Джесман.

— Дже-е-есма-ан, — протянула я, пробуя его на вкус.

Как не странно, но это имя ему шло, так же как прозвище. Джесман означало огонь, страсть, и этот красноволосый Де-Норд как никто другой подходил под описание.

— Назовешь меня «Джесси» — я тебя покусаю, — предупредил он и я улыбнулась.

— Только в моменты злости.

— Ты будешь на меня злиться, таали? — вскинув бровь Факир… то есть Джес, и погладил меня по волосам, заставляя прислушаться к ласке, прикрывая веки.

— Может быть. Кто знает, что может произойти за этот год? Может вы мне в конец разонравитесь.

— А может ты в нас влюбишься, — хмыкнул он, но я резко открыла глаза:

— Этого не будет. Никогда. Через год все закончится, и я уйду, на этом наше свидание заканчивается, господин Де-Норд.

Поднялась, и стягивая с постели простынь, обернула ее вокруг груди, направляясь в ванну.

— Кэтрин!

— Мне нужно привести себя в порядок!

Надеясь, что мое вранье выглядело убедительно, я скрылась в ванной комнате и плотно закрыла за собой витражную дверь, стараясь унять бешенный стук сердца.

Факир был прав.

За год может произойти все, и самое страшное из этого всего — моя влюбленность. Не хватало только привыкнуть, привязаться к ним, а с той скоростью с которой Де-Норд покоряли меня, это было вдвойне опаснее.

Я должна держать себя в руках. Постель — да, моя обязанность, кровь — да, в тот же список, но все остальное необходимо вычеркнуть и стереть как можно скорее. Больше никаких объятий, никаких поцелуев просто так, только выполнение своих обязательств и точка!

Умывшись прохладной водой взглянула в зеркало и разочарованно поджала губы. Как назло, вид у меня был крайне довольный. Глаза блестят, щеки румянятся, губы припухли и заалели от поцелуев. Только волосы стоят дыбом, но даже это выглядело по-своему мило и трогательно.

— Кэтрин, я обидел тебя?

— Нет, все в порядке. Мне просто действительно нужно было привести себя в порядок.

— Я вновь тебе не верю.

Запахнув ткань на груди плотнее, нацепила на лицо дружественную улыбку и открыла дверь.

Факир стоял, упираясь в косяк и сейчас смотрел на меня сверху вниз, подозрительно прищурившись.

— Что я сказал не так?

— Не понимаю тебя. Все правда в порядке.

— Ты расстроилась из-за моих слов о влюбленности?

До чего проницательный, гад.

— Нет, тебе показалось.

— Кэтрин, я слышу твою ложь за версту, не лги мне, искорка. Не надо.

Еще минуту я мялась под его испытывающим взглядом, кусая щеку изнутри, но золотистые глаза были так пронзительны, что я сдаваясь, выдохнула:

— Какое это имеет значение? Или моя честность тоже необходима для вкуса крови?

— Иголки? Интересно, продолжай, — он выжидающе распрямил плечи, не двигаясь с места и все еще преграждая мне путь.

— Я просто напомнила себе о том, что вы, вампиры, не испытываете чувств.

— Это не значит, что ты не должна их испытывать.

— Ты серьезно? — судя по тому как красные брови изогнулись — он совершенно серьезно. — Факир, я понимаю, что я здесь всего лишь на один год. Потом это все закончится, и я не собираюсь всю жизнь провести в воспоминаниях о своей… влюбленности. Я просто выполню то, во что вы меня ввязали и уйду. Точка. Никаких свиданий, никаких прогулок, никаких проникновенных бесед на закате.

— Все сказала?

— Все. А теперь позволь мне пройти. Я действительно голодна, и то как готовит Тиез, я, пожалуй, оставлю в памяти как единственное что стоит.

— Кэтрин.

— Достаточно.

— Нет, не достаточно, — вампир поймал меня за руку и развернул к себе, буквально впечатывая в собственную грудь и обхватывая руками, чтобы не убежала. — Если ты думаешь, что нам не больно прощаться с таали, Кэтрин, то ты глубоко ошибаешься. Это не мы их отпускаем через год, это они уходят от нас.

Я только возмущенно прищурила глаза, не зная стоит ли верить в сказанное огненным, но он продолжил, добивая меня словами:

— Привязка — это куда сильнее, чем любовь. Мы зависимы, это выше нас. Твоя отреченность, отказ или холод, ранят куда сильнее, чем даже тени! Каждый год мы переживаем это раз за разом, отпуская девушек, что хотят уйти. Им в тягость находиться с нами, они хотят свободы, детей, замужества, а мы можем предложить только статус вампирской таали и свою незатухающую жажду. И мы миримся, отпускает, страдаем, выедая себя изнутри диким желанием все вернуть, и так год за годом, Кэтрин. А теперь спроси себя — неужели мы не заслуживаем хотя бы год, обманываться в том, что нас действительно любят?

— Я…

Голос сорвался, и грудь неожиданно запекло.

Так люто, будто мне раскаленной кочергой ударили по ребрам и пытаются протолкнуть ее внутрь, разбивая кости в щепки.

— Кэт!

— Больно… — простонала и сползла бы на пол, но Факир поймал меня и поднял на руки.

— Кэти, что с тобой?

— Не… не знаю. Мне так больно.

И вдруг стало холодно. Словно меня выморозили в ледяной воде и мир вокруг погас, смывая черты лица испуганного носферату.

Глава 30. Нет пути назад

Блуждая между теней своих кошмаров, я искала выход и не находила. С призрачного неба сыпался пепел, белыми хлопьями опускаясь на голову и руки, прилипая намертво и оставляя на мне свои метки. Здесь слишком холодно. Так холодно, что можно на века остаться в этой незыблемой вьюге, потеряв надежду отыскать дорогу домой.

А есть ли у меня дом?

Это вопрос встал ребром в моей затуманенной голове, и я остановилась, пытаясь вспомнить родные стены. Перед глазами появились черные каменные стены огромного замка со шпилями, с черной черепицей и кованными решетками.

Он нравился мне, и ноги сами вели к широкой лестнице, приглашающей войти в открытые двери.

— Кэтрин…

Знакомый, но тихий голос звал меня вперед, и повинуясь, я направилась к крепости, без сомнений поднимаясь по ступеням, слыша, как внутри играет музыка.

Тихая и романтичная, она колыбельной успокаивала напуганную душу и звала меня к себе.

В просторном холле горели свечи, мягким светом опутывая стены и старинную мебель. Обстановка казалась мне все больше знакомой, и я обняла свои продрогшие плечи, следуя за зовом, который повторился:

— Кэтрин…

Может это и есть мой дом?

Огромный замок, с красивым названием Хейсенваль.

Хейсенваль!

— Кэтрин! — рявкнул кто-то над ухом и я открыла глаза, встречаясь взглядом с недовольным прищуром Андора.

Вампир держал мою голову на своих коленях, и противореча взгляду, нежно гладил меня по волосам, распутывая длинные прядки. Было в этом жесте что-то дикое, испуганное, но мое сердце билась так быстро, что я побоялась погружаться в глубины этого чувства и повернула голову в сторону, осматривая комнату.

— Что случилось?

Стефан сидел в массивном кресле, сложив ногу на ногу и нервно перебирал пальцами связку печатей, которые служили оберегом. Джесман вновь стоял у окна, вглядываясь в рассвет, мелькающий за стеклом, и только Эрик сидел рядом со мной и Андором, леденистыми глазами рассматривая мое лицо.

— Мы не знаем, — нарушил тишину Андор, продолжая перебирать мои волосы. — Ты внезапно отключилась.

— Не совсем так, если быть точной, — вспомнила я свои последние минуты сознания, невольно прокручивая признание Факира. — Мне стало больно, а потом очень холодно.

— Видимо, привязка не прошла, — с отравленной горечью произнес Джес, и я поспешила его успокоить:

— Нет, привязка прошла. Я это чувствую. Это что-то другое.

Попыталась сесть, но меня силой уложили обратно:

— Тебя не стоит так резко вставать. Отдохни и приди в себя.

— Я должна узнать, что со мной произошло, это не терпит отлагательств! — возмутилась я, вновь пытаясь встать. — Если я больна, нужно как можно раньше выяснить, что это за болезнь и предотвратить симптомы!

— Ты не больна! — громко, но устало возразил Андор, надавливая не ладонью в грудь, заставляя лечь обратно. — С тобой все будет хорошо, больше подобного не повториться.

— С чего ты это взял? Если случилось раз, может случиться и второй! Я должна…

— Кэтрин! Этого больше не будет, — вкрадчиво повторил он, смотря мне прямо в глаза.

— Что ты сделал?

Догадка осенила меня резко. Уверенность вампира только подтолкнула меня к правильному выводу, и я схватилась за его запястье, требуя ответа на свой вопрос:

— Что ты сделал, Андор?

— Ничего.

— Скажи ей, — потребовал Стефан и сжав челюсть, отвел взгляд.

— Зачем?

— Потому что я тебя спросила, Андор, — напомнила о себе, заставляя вампира обратить на меня внимание вновь. — Ответь мне, что ты сделал?

— Я привязал тебя к Хейсенвалю, — выдохнув признался он, но это было не облегчение, а какое-то раскаянье.

— Что это значит?

— Отныне и навсегда Хейсенваль твой дом, Кэтрин. Замок принадлежит тебе.

Я бы открыла рот, но даже на это в моей скрипящей от непонимания голове не хватало собранности. Все мысли разбегались в разные стороны, и выпрыгивали как пружинки из разбитых часов.

— Что. Значит. Мне? — выдавила по словам, и наконец вдохнула, чувствуя густое жжение в легких.

— То и значит, — Стефан поднялся со своего места и нервно заходил из угла в угол, пряча ладони за спиной. — Наш дорогой брат в одностороннем порядке принял решение привязать тебя в замку, буквально вписывая в его историю. Этот дом теперь твой, Кэтрин, ровно в той же степени, что и наш.

— Но мне этого не нужно! — возмутилась я, но вовремя поймала себя на том, что это не самая важная проблема, и у меня точно есть еще куча времени с ней разобраться. — Зачем ты сделал именно так?

— Именно так? — переспросил Андор, видимо не успевая понять череду моих хаотичных мыслей, скачущих в голове неудержимыми хороводами.

— Да. Почему именно привязала? Не нашел другого выхода? — взглянул на меня с прищуром и злостью, но не ощутив упрека и распознав обычный вопрос, все же ответил:

— Я тебя потерял.

— Что значит потерял?

Сдавил челюсть, не желая отвечать и злобненько сверкнул глазами, напрягая пальцы в моих волосах.

— Это значит то, что ты была практически мертва, — ответил за него Стефан, не желая скрывать правду. — Он потерял тебя в этом мире…

— Я и сам могу рассказать! — рявкнул вампир.

— Так расскажи. Я должна знать.

— Пойдемте. Нужно все подготовить, — нарушил повисшую тишину Эрик и поднялся, повелительным тоном намекая оставить нас наедине. — Ты должен рассказать так, чтобы она поняла, Андор.

— Без тебя разберусь, — рыкнул в ответ и только когда все вышли, прикрыл глаза, тяжело вздыхая.

Потянула вампира на себя, из последних сил заставляя его лечь рядом и успокоиться. Мне не надо было быть телепатом, для того чтобы видеть мысли в его голове. Они все были в глазах.

Боль. Горечь. Печаль. Вина.

Смешанные в один коктейль выплескивались из него, заставляя ощутить горький ком во рту.

— Хочешь пить? — спросил тихо, не решаясь лечь.

— Нет. Я хочу, чтобы ты был рядом. Сейчас.

На секунду мне показалось, что мои слова причинили ему физическую боль, но носферату послушался, опускаясь на соседнюю подушку, виновато пряча взгляд. Он не трогал меня, не стремился обнять, даже не дышал, кажется в мою сторону, и я не выдержала молчания:

— Расскажи мне, что ты сделал?

— То, за что ты меня возненавидишь, — горько усмехнулся он и вновь закрыл глаза, пряча их от меня.

Глава 31. Все решено

— Подробнее. От начала и до конца. Я обещаю тебя выслушать и не делать поспешных выводов, — клятвенно заверила я, сама не веря в свои слова. — Андор, пожалуйста. Я хочу знать.

Мужчина перевернулся, тяжело вздохнув, но говорить все же начал:

— Я тебя запечатлел.

Холодный пот выступил на спине и челюсть клацнула, заставляя меня хлопнуть глазами. Мысли мурашками побежали по телу, и я передернула плечами, прогоняя невидимые веревки.

— Расскажи мне все.

Вампир со стоном перевернулся на спину и открыл глаза, слепо глядя в потолок. Я видела, как напряжены его губы, как скулы заострились и серость лица стала несколько неестественной.

— Я уже сделал тебе предложение, от которого ты отказалась. Кэтрин, я знал, был просто уверен, что ты согласишься. Да, возможно не сразу, но дашь свое согласие остаться со мной, но…

— Ты испугался, — в знак согласия Андор только прикрыл глаза, сглатывая тяжелый ком. — Значит… я теперь твоя? Навсегда?

— Все не так просто.

— А как?

— Ты наша, Кэтрин. Я запечатлел тебя на нас всех.

Даже не знала, смеяться мне или плакать. Это как предложение, от которого нельзя отказаться — или умираешь, или навсегда становишься вампирской кормушкой. Навсегда. Как долго теперь будет длиться мое «навсегда»?

— Долго, — прочитав мои мысли ответил Андор, все еще не решаясь посмотреть на меня прямо. — Очень долго, Кэт. Можешь проклясть меня, что я все решил за тебя, но я поступил правильно.

Вампир поднялся, направляясь к креслу, и поднимая с него сброшенный ранее сюртук, нервно дернув головой, скрывая скованные движения.

— Андор?

— Что? Говори, Кэти, я готов к тому, что ты скажешь, — рыкнул, поджимая губы и собирая волосы в хвост, сцепляя кожаным шнурком.

— Нет, ты не знаешь, — я села, глядя на него с того расстояния, что он сам между нами воздвиг, и выдохнула.

Боги, ну какой же он красивый! Сердце замирает и…

Уловив ход моих мыслей, Андор удивленно вскинул белесую бровь и, наконец, поднял на меня глаза, размыкая напряженные губы.

— Ты не знаешь, что я тебе скажу, — поднялась, прикрывая грудь покрывалом и направилась к нему. — Я скажу тебе «спасибо». Ты спас меня, Андор, и принял тяжелое решение, я не имею права злиться на тебя.

— Ты… серьезно?

— Конечно.

— Кэт, — я накрыла его губы ладонью и улыбнулась.

Да, принимать такое тяжело, но какой смысл злиться, кричать и сыпать проклятиями, если этого уже не изменить? Я только потеряю время на бессмысленные споры и накручивания чужой вины. А это последнее, чего бы я хотела, не только сейчас, но и вообще в принципе.

Так уже получилось. Я уже привязана к ним, и возможно Джесман прав, разве они не заслужили того, чтобы их любили? Я не умела, но я могла попробовать, так ведь?

— Я понимаю. Я не злюсь на тебя. И на вас всех тоже не злюсь, может быть самую малость.

Он молчал.

Его взгляд бешено прыгал по моему лицу, метаясь из стороны в сторону, с каждой секундой грудь поднималась все выше, и ошарашенный вдох замирал в груди. Он смотрел и не верил. Собственно, как и я сама.

Слабо представляя свою дальнейшую жизнь, я поступала опрометчиво, вкладывая свою судьбу в руки этих вампиров, но был ли у меня выбор? Может быть я плохо искала, и меня можно назвать лентяйкой и размазней, но я верила, верила всем сердцем, что поступаю правильно.

Интуиция или предчувствие, можно было назвать это как угодно, но я не сомневалась.

— Скажи мне, — вдохнула, ощутив короткий поцелуй на пальцам, и глядя в глаза Андора, замерла. — Скажи мне, Кэти. Скажи, что ты не соврала.

— Я не вру. Я напугана, дезориентирована, плохо представляю, что будет дальше, но определенно не намерена врать. Раз уж мне суждено вечность быть таали, так тому и быть. Приятного мало, но есть и свои плюсы. Например, я могу со спокойной душой опустошать твой винный погреб.

Андор отрицательно покачал головой, заставляя меня нахмуриться, и его губы дрогнули в улыбке:

— Ты больше не таали.

— Что? А кто же?

— Таали — это та, что уходит. Она непостоянна и не обещана. Только ты теперь, — он вновь сглотнул ком, подбирая слова, — останешься.

— И как же теперь зовется мое призвание? — грустно улыбнулась я.

— Эморе рэти эрое, — он длинными пальцами заправил выбившуюся прядку за мое ушко, погладив кожу рядом и добавил: — Вечная жена тьмы.

— Звучит очень мрачно.

— Тьма здесь только мы, Кэти. Ты наша жена, наше сокровище, матерь гнезда и хранительница сердец.

— Ты пугаешь меня своим лирическим настроением, Андор. Сыпь лучше колкими шуточками.

Улыбнувшись, он сделал шаг вперед и обхватил меня руками, вжимая в грудь и зарываясь носом мне в макушку.

— Ты не представляешь, что ты нам дала.

— Я буду жалеть об этом?

— Нееет! Нет, ни за что. Нам будет проще скормить провинившегося тварям за куполом, чем разочаровать тебя, — я вздрогнула от такой откровенности, и Андор только сильнее вжал меня в собственное тело. — Кэти…

— Так что я вам дала?

— Разрешение любить себя. Всегда.

— На это потребуется время, — тихо сказала я, обнимая вампира в ответ.

— У нас его предостаточно. И не смей налегать на мои запасы, букашечка.

Глава 32. Все хорошее ненадолго

Остальные ждали нас внизу.

Напряжение висело в воздухе так осязаемо, что можно было бы потрогать его руками при желании. Джесман, стоял у окна, как и обычно, вглядываясь в горизонт. Стефан нервно отстукивал пальцами по столу, распиливая взглядом Эрика, который на первый взгляд был спокоен. Но это только на первый взгляд.

В гостиную мы вошли держась за руки, и не потому что мне неожиданно захотелось близости и словно влюбленной девчонке подтверждения слов вампира, а только потому, что он категорически отказывался меня отпускать!

Если и до этого Андор был ярко выраженным собственником, то за те полчаса, что я приводила себя в порядок и рассматривала в зеркале будто бы чужое лицо — не отходил на меня ни на шаг. Он пробирался мне в голову жгучим и внимательным взглядом, время от времени хмурясь или легко улыбаясь.

Стоило нам войти, остальные вампиры встали, и посмотрели на меня так красноречиво, что мне захотелось вжать голову в плечи и пискнуть что-нибудь по типу «Это не я!» на всякий случай.

— Эморе рети эроя, — сказал Андор и атмосфера изменилась.

Над нами будто сгустились тени, закружили над головами в вихре и неожиданно исчезли, оставляя после себя облегчение и покой.

— Что это было?

— Мы отдали тебе силы, — пояснил Стефан, и сразу же развернул свой ответ, заметив мой вопросительный взгляд. — Ты теперь часть нас и этого дома, мы должны тебя защищать.

— А если?..

— Кэтрин, — Эрик сделал шаг ко мне, перебивая, и я замолчала. — Ты… принимаешь нас?

— А у меня есть выбор?

— Есть, — вампир помрачнел, глядя мне прямо в глаза.

— Но вам он не по душе, верно? Слушай, Эрик, я не знаю, что из этого выйдет, но скажу сразу и всем, чтобы этот вопрос больше не поднимался — я готова попробовать, только не заставляйте меня пожалеть о своем решении.

И вновь напряженная тишина.

— Я есть хочу. Сильно, — в достоверность моих слов желудок громко заурчал и на лицах вампиров отразился такой испуг, что в пору звать лекарей.

— Тиез!

— Все уже готово, — отозвался домоправитель, и в гостиную въехал столик полный тарелок с ароматными блюдами, начиная от супа с горохом и беконом, и заканчивая ягодным сорбетом.

Решив, что для церемоний уже слишком поздно, я уселась на ближайшей место на диване и подкатившийся столик буквально заставил меня пискнуть от счастья. Все такое аппетитное, вкусное, боже, как есть то хочется!

— Расскажите мне что-нибудь, а то я чувствуя себя неловко, — шустро черпая ложкой в тарелке, попросила я, глядя на зачарованных вампиров.

Они все вместе сели на диван напротив и смотрели на меня не отрываясь.

В любой другой ситуации я бы возможно смутилась, или бы напротив, возмутилась, но поймав себя на странной мысли пожала плечами, заставляя Андора улыбнуться.

— Тебе правильно кажется, это естественно, — пояснил он, и Стефан повернулся к нему. — Ее беспокоит наше внимание.

— Наверное, стоит объяснить причину, — предположил темненький Де-Норд и продолжил, — Ты должна понимать Кэтрин, что наш случай едва ли не единственный в своем роде. Ранее известно лишь два похожих исхода, когда таали оставалась с вампиром, но тем не менее, наш случай все же беспрецедентный.

— Продолжай. Что же в нем такого… уникального? — уже поглощая глазами пирожок со сладким картофелем, спросила я.

— Один из этих случаев не имеет подтверждения, и скорее сходит за легенду, а второй не так… обширен. Таали осталась с одним вампиром, а не с его гнездом.

На секунду я отняла изумительную выпечку ото рта и спросила:

— То есть если я согласилась на предложение Сая, то это вышел бы повторный прецедент?

Челюсти мужчин, при упоминании вампира Маро, дружно скрипнули, но Стефан, первый отошедший от вспышки гнева, все же ответил:

— В некотором роде. Тот вампир не был одинок, как Маро. У него были братья.

— То есть, так чтобы со всеми, еще не было?

— Нет, такого еще не было, — он отрицательно покачал головой. — Сейчас нас кроет так убедительно, что отвести от тебя глаза сродни самоубийству. Поэтому заранее приношу тебе свои извинения, если мое внимание покажется тебе назойливым или не уместным.

— А я не буду просить прощения, — взял слово Джесман. — Это инстинкты, а я тот, кто я есть.

— Кэтрин, — северный вампир привлек мое внимание, и я обратилась взглядом к нему, продолжив жевать пирожок. — Со временем это немного ослабнет, но я хотел бы заранее обрисовать тебе твои перспективы.

— Звучит пугающе.

— Немного, но все же. Ты согласилась быть не просто нашей супругой, — от того, как он это сказал, у меня пробежались мурашки по коже, и я мысленно начала перебирать список трав, вновь заставляя Андора усмехнуться. — Ты наше сердце, эпицентр того, что может чувствовать вампир.

— Но вы же не чувствуете? Или я чего-то не понимаю?

Они переглянусь, заставляя меня подозрительно прищуриться, и Эрик продолжил:

— Теперь чувствуем. Все. И твои чувства тоже.

— Минуточку! — отряхнула пальцы от крошек, и схватилась за пузатую кружку с чаем. — Хотите сказать, что отныне вы не бессердечные вампиры? Я вас сломала?

— Ну что за предположения, — Стефан закатил глаза. — Конечно же, нет. Это… Это по-другому, Кэт. Помнишь, о чем я говорил тебе, когда мы впервые вошли в эту комнату?

Вспомнив разговор о том, что вампир сожалел о своих запертых чувствах, мечтая узнать их, наполниться ими, я кивнула.

— Мое желание сбылось. Ты будто шкатулку открыла, Кэти. Для каждого из нас.

— Но пока мы эмоционально не стабильны, — закончил за него Джес, и я увидела, как огоньки, которыми он играл, пока мы лежали в постели, прокатываются по фактурным плечам. — И тебе придется смириться с нашим вниманием.

— Отлично. У меня четыре клыкастые няньки.

— Все верно, — подтвердил Стефан и эти… носферату обворожительно улыбнулись, демонстрируя удлиненные клыки и сексуальные ямочки на щеках.

— Иии… что мы будем делать?

Словно ответом на мой вопрос, стал синхронный взгляд вампиров устремленный к окну.

— Прорыв, — Эрик поднялся резко, словно ему вкрутили стрелу в позвоночник.

Его кулаки сжались до хруста и взгляд глубоких синих глаз заполнился тьмой.

Глава 33. Великая тайна войны

— Джесман, остаешься с Кэтрин.

— Что?

— Прости, малышка, тварям плевать на наше… счастье, — выдохнул он, с грустью глядя на меня.

— Ни вы ли минуту назад, заявляли, что не можете меня оставить?

— Поэтому с тобой остается Факир.

Ледяная корочка выступила на пальцах Эрика, и я удивленно открыла рот, глядя на то, как ледяные узоры покрывают кожу.

Северный. Значит, я была права. Но что-то нехорошее кипело под ребрами, заставляя меня заупрямиться:

— Нет, я пойду с вами, со всеми.

— Это не обсуждается. Ты останешься в Хейсенвале.

— А если с вами что-то случиться?

— Ты не останешься одна, — мрачно пояснил он, но я уже поднялась, чувствуя, что наверстала все пирожки, которые не съела до этого.

— Не заставляй меня пожалеть, Эрик. Я иду с вами, и хоть я не совсем понимаю, что мне делать с тем, что произошло, я уверена, что твое самопожертвование здесь не уместно. Если рядом со мной вы себя контролируете лучше, значит я буду рядом.

— Кэтрин… — начал он, но я перебила:

— Сбегу. Пострадаю и вы себе этого не простите. Поэтому смирись с моим мнением, Эрик и не продолжай.

— В бой не вступаешь, — рыкнул Джесу, и я впервые увидела, как Эрик потерял контроль, выказывая свой гнев.

Внутренне я ликовала!

Переубедить вампира дорогого стоит, и у меня получилось, но Андор моих мыслей не разделял, не сомневаясь протягивая руку и вынуждая следовать за собой:

— Поедешь со мной.

— Хорошо.

Фестралы нетерпеливо били копытами, вновь вспарывая камни под ногами до горячей крошки и Холд, будто зная, что происходит, первый подставил мне свой бок, стоило спуститься по лестнице из дома.

— Как только приблизимся к прорыву, я передам тебя Факиру. Сидишь с ним, не кричишь, не плачешь, внимания не привлекаешь. Он сможет тебя защитить, но и ты не должна провоцировать тени на себя, поняла меня, Кэти?

— Поняла. А какие они?

— Смертельные. Это все, что ты должна знать, — хмуро сказал он, забираясь в седло и пришпорил зверя под нами. — Не рискуй, букашечка. В одном ты права — если с тобой что-то случиться, мы не сможем себе этого простить.

Набросив мне на плечи свой плащ, он накинул капюшон мне на макушку и будто невзначай, провел пальцами между лопаток.

— Если что-то пойдет не так, Джес увезет тебя.

— А если я не хочу?

— Он увезет тебя силой, Кэтрин. Поверь, тебе не понравиться, так что не ищи проблем.

Мы мчались, как и в прошлый раз, невероятно быстро. Оглядываясь по сторона, я видела, как другие братья Де-Норд несутся рядом с крайне серьезными лицами и глядя исключительно вперед, будто прислушиваясь и зная, что там, за сотни верст впереди.

А потом я увидела купол.

Он впечатлял всегда, даже раньше я поражалась его величественностью и монументальностью, скрывающей за собой смертельную опасность, но стоило увидеть его край, там, где не живут люди, и я потеряла дар речи.

Если раньше он казался мне тонким, почти эфемерным в своей прозрачности, то там, где его стены касались земли, было видно — он огромный, толстый, как каменные стены из чистой силы.

Великая древняя магия. Невероятно.

Прорыв я увидела почти сразу. Материя купола рябила и переливалась как мыльный пузырь в том месте, где ее стены были нещадно разорваны, привлекая внимание. А из разрыва лезли черные, полупрозрачные твари, с огромными клешнями с острыми пиками на концах. Они трещали, будто разозленные скорпионы и пытались пробраться вперед самыми первыми, давя всех на своем пути, не исключая собратьев. Их было так много, что они смешивались в одну непроницаемую тьму, которая бурлила и кипела, пытаясь выбраться из трещины как вода из кастрюли на печке.

— Правильно боишься, Кэти.

— Я впервые…

— Да, я знаю, — тихо сказал он, тормозя Холда и дожидаясь пока Факир поравняется с нами. — Твоя ответственность.

Передав меня в руки вампира, Андор воинственно рыкнул и направил фестрала вперед, приближаясь к монстрам. Мимо промчались Эрик и Стефан, не сбавляя скорости и спеша на помощь брату.

А у меня замерло сердце. В прямом смысле.

Время будто остановилось, стало медленным, тягучим и ударами сердца я отсчитывала секунды перед прямым столкновением. Мне было страшно. Не за себя, за них, и поймав себя на этом, ощутила, как дрогнули кости с мышцами, призывая меня сорваться следом.

— Отвернись.

— Что?

— Не смотри на них. Ты вся как на иголках, и зря нервничаешь, нам не впервой.

— Сражаться с ними? Отнюдь, Джес. Вы сами говорили, что в этот раз все иначе.

— Мы такого не говорили, искорка, — он обхватил меня руками, согревая продрогшие от ужаса плечи и будто бы укрывая от происходящего. — Ты перефразировала наши слова.

— Почему тогда по тебе огонь бегает, а у Эрика руки льдом покрываются? Или хочешь сказать, я не права?

— Похоже, тебе все же стоит посмотреть, — прошептал он, заставляя меня повернуть голову в ту сторону, от куда слышался противный и тревожащий треск.

Я замерла.

Никогда не видела вампиров в бою, как думаю и практически все, кто ныне жил, и сейчас мне, грубо говоря, открылась одна из тайн нашего мира.

Они были другими. Их тела изменились, стали едва различимыми и только блеск отраженный от поверхности смертоносных когтей, позволял разглядеть их в этой куче. Монстры пищали, выли, рассыпаясь на осколочки, и продолжали свои попытки пробраться к нам, яростно пища.

А потом произошло что-то страшное.

Я услышала крик, мужской, и одна из фигур замерла, становясь видимой из-за белоснежных вспышек, что ледяными шарами врезались в черные сгустки теней, парализуя и позволяя беспрепятственно добить их.

— Эрик!

— Тшшш, — Джес накрыл мой рот рукой, не позволяя закричать вновь. — Не зови его, отвлечешь.

Но у меня перехватило дыхание, только от одного вида расплывающегося алого пятна на его груди и нахмуренных бровей. Даже раненный он не терял лицо, оставаясь максимально сдержанным и холодным.

Боги…

Одна из тварей вырвалась вперед, оббегая вампиров и бросилась в нашу сторону с необычайной скоростью, и если раньше я думала, что фестралы самые быстрые, то сейчас сомневалась в этом как никогда. Серая тень скользнула за ней, и оседлав, разорвала, заставляя ошметки разлететься в разные стороны.

Андор был весь в какой-то густой жидкости и смотрел на меня черными склерами, будто убеждаясь у своего животного сумасшествия, что я в порядке. Его белоснежная кожа, была будто залита кровью, но такой густой и темной, будто смола.

— Не стой! — крикнул Джес, и Андор сорвался с места, возвращаясь к братьям. — Ты была права.

— Что?

— Хорошо, что ты здесь. Андор впал в боевой кураж, сейчас его невозможно остановить.

— Это плохо?

— Для теней. А для тебя может закончится тем, что он утащит тебя в спальню на неделю, — хмыкнул огненный. — Мы все будем завидовать. Сильно-сильно.

— Как ты можешь думать о постели в такой момент?

— А о чем еще думать? О смерти? О боли? О возможности остаться одиноким, потеряв братьев? Нет, Кэтрин, из всего, о чем я могу думать, я выберу только постель. И тебя в ней. Голую. Сладкую.

— Джес…

— Молчу, искорка. Молчу.

Бой продолжался, и я вздрагивала каждый раз, от каждого лишнего звука, дергаясь в руках Факира, не разрешающего мне сорваться с места и побежать на выручку. Бестолково и глупо. Но я подпрыгивала в седле, сжимаясь каждый раз, когда твари ранили и пытались ранить Де-Нордов, а когда одна из теней с треском всадила свою клешню в ногу Стефана, я закричала так, что горло охрипло.

— Где ваша армия, черт подери!? Почему вас здесь только четверо!? — бешено подскакивая, орала я, пытаясь слезть с седла.

— Армия не для этого, Кэтрин. Ты должна это увидеть, — глухо сказал Джес, и я послушалась, разворачиваясь к прорыву и открывая рот от удивления.

Андор с состоянии боевого куража

Глава 34. Решение изменившее жизни

Они делали все правильно. И да, возможно я не сразу заметила, но этот бой сдвинул теней к прорыву и не позволял им прорваться обратно. Единственной проблемой оставалась сама дыра, которая не закрывалась и не склеивалась, позволяя четко различить свои очертания от черных потеков остатков уничтоженных теней.

Неожиданно все вампиры замерли, и Джес в том числе, и задрали головы вверх. Черный туман тонкими струйками сочился из их глаз, сплетаясь между собой и устремляясь в сторону разрывала, где пищали твари, словно понимая, что проиграли.

А потом… появились тени. Тени вампиров.

Они множились и множились, стеной закрывая все, и все теснее сливались во единую стену, двигаясь вперед и закрывая собой разрыв в куполе. Словно материал впитываясь в стену и сращивая собой разорванные края. Я хотела бы различить их лица, рассмотреть подробнее, но стоило взгляну попасть на какую-то конкретную тень, ее черты расплывались, оставляя только что-то похожее на всех Де-Нордов сразу.

А потом все закончилось.

Словно закупорили бутылку из которой растекалась тьма, и даже в воздухе повисла невероятная тишина, стоило куполу закрыться и оставить всех тварей там, за стеной. Армия вампирских теней исчезла, впитываясь в тела братьев и все прекратилось.

Бой закончен.

Меня немного потряхивало от увиденного и от открытия которое сделала только я. Армии нет — они все что у нас есть, чтобы оставаться живыми и не стать кормом для озлобленных чудовищ.

Я все еще не понимала, почему никто ранее этого не узнал, но мое удивление, благодарность и уважение буквально закипали внутри, и я все же вырвалась, спрыгивая с седла и пошатываясь, побежала к Стефану, который упал на землю и сжал зубы.

Его нога кровоточила, ужасная сквозная рана выглядела отвратительно, и закатав рукав я сунула ему под нос свое запястье:

— Пей! Стефан, пей сейчас же!

— Кэти, это не сработает, ты меня добьешь, — сквозь усталую улыбку ответил он, и я увидела, что под его окровавленной рубашкой прячутся раны более опасные.

— Демон! Правила эти ваши, дурацкие! — оглядываясь по сторонам, заметила Андора, который непонимающе тряс головой, будто прогоняя своих внутренних демонов, чтобы вернуться ко мне нормальным. — Эрик!

Северный лежал на спине, и на его груди, прямо под ключицами растекалось огромное, будто копченое пятно. Его края словно опалили кожу, превратив ее в пепельную материю, которая подлетала в воздух, от легкого дуновения ветерка.

Меня охватил такой ужас, что сердце стукнуло и замерло, отказываясь биться дальше.

Наверное, именно тогда я поняла, что все куда серьёзнее, чем мне казалось.

Это не таали их кормушки, ради утех и физиологии, это они нас спасают. Каждый раз, каждый новый день бросаясь на этот бой с тенями и рискуют умереть, попросив взамен лишь немного крови, отданной добровольно. Какая ерунда! Всего лишь год человеческой жизни, в обмен на безопасность и полную самоотверженность.

Мне стало стыдно. И горько.

Я увидела то, что еще никто не видел. Таали просто не понимают, что значит для вампирского рода, для целого мира!

Сейчас, держа на руках умирающего Стефана и глядя на то, как слабо, сквозь боль дышит Эрик, я приняла решение, которое возможно навсегда изменит мою жизнь.

Моя кровь будет добровольной. Всегда. Без страха и сожаления, я отдам им себя полностью, зная, что это было не зря. Они заслужили этого как никто другой.

— Не смейте умирать, ясно вам? — поднялась и на ватных ногах подошла к Андору, который кажется только сейчас пришел в себя, глядя на меня стеклянными глазами.

Осмотрев своих братьев, он замер так, что я поняла — он с ними прощается. Они дают ему прочитать свои мысли, и это определённо прощание.

— Помоги мне.

— Что?

— Андор, мне нужна твоя помощь, — выдавила я, чувствуя, как губы дрожат.

— Как я могу тебе помочь…

Он закрыл глаза, и я вытянула ножичек с пояса его ремня, зажимая его в ладони:

— Помоги мне уложить их рядом, забери Джесмана и уходите.

— Что ты задумала?

— Прошу тебя.

Стараясь не проецировать в голове картинки, чтобы раньше времени не раскрыть свой план, я выжидающе уставилась на вампира.

— Пожалуйста, Андор. Они умирают.

Прорычав проклятия, он бросился к Стефану сдвигая его ближе к брату и распрямившись, прожег меня взглядом.

— Я вернусь.

— Не сразу. Дай мне время.

Он нехотя кивнул и направился к Джесу, который прищурившись следил за нашими манипуляциями, пряча боль по братьям.

Это из-за меня.

Согласись я сразу принять привязку, сейчас все было бы совершенно иначе. Это моя вина, и я должна взять на себя ответственность. Я могу, я должна попробовать их спасти! Кем я буду, если сейчас сдамся?

Дождавшись, пока Андор с Джесом скроются из вида, села между братьями, и посмотрела в светлеющее небо, что уступало место утренней зорьке.

Пришло время отдавать долги.

Глава 35. Спасение в крови

Мне нельзя сомневаться. Капля неуверенности и моя решимость рассыплется, суля братьям неизбежную погибель. Было страшно, но взяв себя в руки, посмотрела в небо и закрыла глаза, вспоминая все сладкие секунды, что у меня были.

Первый поцелуй Эрика. Мягкий, нежный, но такой настойчивый и уверенный. Романтичный и сладкий поцелуй Стефана, его откровенность и открытая забота. Они пытались, сразу же, с первой секунды расположить меня, успокоить, дать понять, что они не враги. Никто из них не пытался сделать мне больно, даже поведение Андора находило оправдание — это его защита. С ума сводящая, но защита, и ее он для меня снял, допустил до души и открылся.

Прижав лезвие к запястью, шепотом подтвердила миру, что кровь отдаю добровольно, что этот мое желание и мой выбор, и вдавливая острый кончик в кожу принуждала себя думать о Стефане. Рука горела, кровь хлынула потоком из продольного разреза и устремилась вниз, пачкая юбку.

С левой рукой было сложнее. Пальцы дрожали, и непослушная ладонь подрагивала, делая разрывы чуть более кривыми, чем хотелось, но и с ней я покончила быстро.

Слабость ударила в голову, но я не сдавалась, и опустившись между братьями, прижала порезы к их губам, заставляя кровь капать вниз, в чуть приоткрытые рты.

Они были без сознания. Или уже умерли, просто я отчаянно не хотела в это верить.

От одной мысли что их может не стать, грудь сдавило такой болью, что в пору отправляться за ними, чтобы не терпеть невыносимо горячие чувства. Мне не хотелось верить в то, что я опоздала. Нет! Это невозможно! Их не может не быть! Их было так мало в моей жизни… Не справедливо.

Смотрела в небо и шептала:

— Это добровольно. Это все добровольно, — сдерживая слезы, что дорожками катились вниз, теряясь в волосах у висков.

Де-Норды не двигались, не подавали признаков жизни, а меня покидали силы все быстрее и быстрее. Я теряла грань реальности, чувствуя, как холодеют ноги, как вся кровь стремится покинуть тело через изрезанные вены и задыхалась от отчаянья.

Я хотела их спасти. Я хотела, чтобы они жили!

— Это добровольно. Каждая капля, — прошептала онемевшими губами и закрыла глаза, проваливаясь в темноту.

Кажется, я проиграла.

Я чувствовала касания, жадные, голодные. По рукам пробегал ток, от каждого движения, поцелуя. Это было так страстно, ожесточенно, будто меня выпивают полностью, целиком, заставляя сдаваться и ждать. Не больно, только немного холодно, не считая отметин на коже, что поцелуями расцветали все сильнее, все ярче. Меня будто трогали тысячи рук, передавая весь огонь что в них был, и согревая продрогшее тело.

А потом все исчезло. Будто спряталось за стеной, в которой нет двери, чтобы вернуться. И мне стало одиноко.

Я хотела туда, обратно. Меня там очень сильно любили и ждали, и я хотела вернуться, и вновь провалиться в этот калейдоскоп эмоций, что яркими вспышками подлетали и рассыпались над головой.

Темнота была пронзительной, устрашающей, но я шла вперед, видя лишь слабые отсветы и искры, от своих воспоминаний об ощущениях. Меня там точно ждут, очень. Кто-то ищет меня, зовет по имени в темноте, и я следую за этим голосом, таким родным и горячим. Он все громче и громче, зовет меня, почему-то ругает, но мне становится тепло. Так будто сердце поцеловали горячими губами.

— Ты сумасшедшая, — прошептал кто-то на ухо и тело закачалось.

Медленно и ровно, словно постукивая чем-то обо что-то.

— Ты ненормальная, Кэти. Ты просто больная. Так рисковать собой, ради вампиров. Только приди в себя…

— Не выпустишь меня из постели неделю? — спросила хрипло, не узнав собственный голос, зато различив голос Андора, который держал меня на руках, не позволяя распластанному телу сползти с фестрала. — Джес меня предупреждал.

— Я тебя никогда из постели не выпущу, полоумная, — мстительно прошептал он, и я открыла глаза.

Холд нес нас сквозь расстояние, рядом мчался Джес на своем фестрале, имени которого я так и не узнала, а Мрак с Крахом несли на себя ослабленных Эрика со Стефаном, которые слабо, но держались в седле.

Живые.

— У меня получилось.

— Понятия не имею, как ты это сделала, но они уже были наполовину на том свете, Кэтрин. Они умирали.

— Да, я знаю. Вы попрощались.

— Тоже читаешь мысли? — горько хмыкнул он.

— Мне это не обязательно. У вас на лицах все написано. Андор?

— Да, букашка?

— Я хочу домой, — сказала и устало потерлась носом о его плечо, закрывая глаза.

Он так нежно сдавил меня, в таких щемящих объятиях, что я вновь, не будучи телепатом, ощутила все эмоции, что кипели внутри у вампира. Это непередаваемая, неописуемая нежность, передаваемая на кончиках пальцев, и в горячем дыхании у лица.

— Скоро. Мы совсем скоро будем дома. Эморе рети.

Глава 36. Переоценка ценностей

— Как тебе это только в голову пришло, ненормальная, — продолжал ворчать Андор, пока я рассматривала свои обмотанные бинтами запястья. — Ты могла погибнуть!

— Они тоже.

— Не сравнивай!

— Не кричи! Разбудишь, — тихо рыкнула я, мельком скользнув взглядом по двум спящим вампирам, которые сдавили меня своими телами, и вытянувшись в постели, сладко сопели. — Я имею право сравнивать, Андор. После того, что я увидела.

— И что ты увидела, на твой взгляд? — мужчина вытянул кресло к кровати, громко скрипнув ножками об пол, и удостоившись моего гневного взгляда, со вздохом сел.

Факир, впервые, наверное, стоял не у окна, а прямо у кровати, недовольно зыркая на меня исподлобья.

— То, что изменило мое мнение о вас. Теперь вы меня не так сильно бесите, — припомнила я ему его же слова и улыбнулась. — Андор, я хочу сказать, что я переоценила ценности, и мое мнение несколько поменялось.

— И как же, хотелось бы знать?

— Я поняла, — улыбка сама скользнула по губам, и я не скрывая удовлетворения, погладила дрожащими пальцами Эрика по виску, убирая пшеничные пряди в сторону. — Что моя жизнь не стоит и грамма вашей.

— Ты что несешь?!

— Тш!

Вампир закатил глаза, и устало потер лицо.

Он не понимал моих мыслей, и не мог правильно расшифровать выводы, что я сделала. Но все было слишком просто, а его видимо, такой вариант не устраивал.

Как я могу противиться быть с ними, после того, что они для нас делают? Не конкретно для меня, хоть в моем случае это и лукавство, а для людей? Они всегда вступают в бой, калечатся, умирают, взамен прося только кровь. Немного, я бы сказала и близко неравноценно тому, что они давали. Неоправданно неравноценно.

— Андор, — вампир поднял на меня глаза. — Не пытайся меня понять. Просто прими, как факт.

— Меня это не устраивает. Я хочу знать…

— Знать, что? Почему я передумала?

— И это тоже.

— Видимо, такова моя судьба.

Погладила спящего Стефана по голове, и выдохнула.

Судя по цвету лица, им обоим становилось лучше, а значит моя задумка сработала.

— Как тебе вообще это в голову пришло! Ты едва сама себя не убила!

— Джес, — позвала я, и огненный нахмурил брови. — Попробуешь ему объяснить? Я немного устала.

— Я кое-что сказал ей.

— Иии? Как это связанно с тем, что букашка вдруг перестала видеть в нас врагов? Скажу честно, я даже несколько расстроен этим фактом. Мне нравилось вводить ее в ступор.

— Я рассказал ей про привязку с таали, — Андор вопросительно вздернул бровь, но по поджатым губам, я поняла, что ему не нравиться сказанное Джесом. — С нашей стороны.

— То есть, карты раскрыты, — он откинулся на спинку кресла, и уложил руки на подлокотники. — Но с каких пор, тебя стало это волновать, Кэти?

— Я не могу понять, ты хочешь, чтобы я продолжала избегать вас?

— Нет, я хочу знать, на какие еще сумасбродства ты будешь готова, из-за своих придуманных идеалов.

— Я вас не идеализирую.

— Нет, именно это ты и делаешь! Мы вампиры, букашка, монстры!

— Считай, что я извращенка. К чему этот разговор?

— Ох, Кэти, — он вновь закатил глаза. — Ты не правильно представляешь суть гнезда. Не ты нас должна защищать, а мы тебя.

— Не правда. Это ты не правильно представляешь суть семьи.

От моих слов его голова дернулась, как от пощечины и взгляд потемнел.

— Мы не семья.

— На твой взгляд.

— Ты не понимаешь…

— А ты упертый осел. Продолжим препираться? Андор, дело здесь не в том, что думаю я или ты, а в том, что случилось то, что случилось. В наших интересах принять это, а не пытаться испортить.

— Я не пытаюсь.

— Тогда почему переубеждаешь меня в том, что я увидела собственными глазами?

— Самоотверженная идиотка.

— Надутый гордец.

— Вы закончили?

От голоса Эрика я вздрогнула, но увидев голубой взгляд, улыбнулась, обращая все свое внимание ему.

— Привет, малышка.

— Привет, — скользнула вниз по подушкам и опустилась напротив, чтобы видеть его еще лучше.

— Я бесконечно рад, что ты жива и благодарен за спасенную жизнь, но сделаешь так еще раз — я запру тебя в спальне.

— И ты туда же.

— Я бы не простил себя, Кэтрин.

— Не думай об этом. Со мной уже все в порядке. И с тобой вроде бы тоже.

Вампир провел пальцами по своей груди, где тлела смертельная рана и погладил подушечками кожу, не чувствуя даже шрамов, которые затянулись сразу же по приезду в Хейсенваль.

Нога Стефана тоже зажила, и сквозная рана затянулась, не оставив после себя и следа.

И черт побери, я гордилась собой!

— Кэти…

— Тш. Набирайся сил.

— Поспите. Мы с Факиром пока займемся делами, — сказа Андор и поднялся, забирая брата и покидая комнату.

— Какими еще делами могут заниматься вампиры?

— У нас есть дела, — ответил Эрик и поморщился, сильнее поворачиваясь на бок ко мне лицом. — Но сейчас он просто хотел уйти.

— Расскажешь?

— Чуть позже. А сейчас нам действительно нужно поспать.

Согласившись с ним, я улыбнулась и закрыла глаза, чувствуя, что усталость взяла свое.

Глава 37. Долгожданные

Просыпаться так было… приятно.

— Кэти…

— Мм? — промурчала, чувствуя, как поцелуи рассыпаются по лицу.

— Ты такая красивая.

— Врешь и не краснеешь, — хотела перевернуться, но горячее тело сзади намекнуло, что и там мне не дадут досмотреть сон.

— Ты чудесно выглядишь.

— Ложь и поклеп. Стефааан…

— Мм? — сонно промычал вампир за моей спиной, и позволив мне перевернуться, обнял так крепко и сладко, что я уткнулась носом ему в грудь и расслабилась.

— Он мешает мне спать.

— Давай, его покусаем?

— Ты начинай, я подойду, — проворчала я едва ворочая языком и зевнула, пытаясь вновь уснуть.

— Ты засоня, — мягко рассмеялся Стеф, поглаживая меня по волосам. — Сладкая, сонная и такая милая засоня.

— И ты туда же.

— Ничего не могу с этим поделать, прости, сладкая.

— Не прощу, — проурчала и завозилась, сильнее прижимаясь к вампиру. — Еще пятнадцать минут, Эрик, и я встану.

— Десять, или я подниму тебя сам.

— Что за вечное желание всех будить?

— Оно обращено конкретно тебе.

— И чем же я это заслужила, — не ожидая ответа, сказала я, и ощутила, как ладонь накрыла мое бедро и поползла вверх, пробираясь под тонкую ткань сорочки. — Ты и пятнадцати минут мне не дашь, да?

— Хотел бы соврать, но не могу.

Губы Эрика заскользили по голым плечам, опускаясь все ниже, вдоль позвоночника, а ладони ощутимее вдавились в кожу.

— Стефааан…

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — хмыкнул вампир и поцеловал меня в макушку. — Но не могу не согласиться с Эриком. Пятнадцать минут очень долго.

— Изверги, — сказала и задохнулась от ощущения теплых пальцев на трусиках, погладивших ткань.

— Можешь спать дальше. Если тебе это по силам, — горячо шепнув мне в плечо, сказал Эрик и сдвинул мои бедра к себе, пододвигая их ближе.

— Тираны.

— Продолжай, Кэти. Хочу слышать, как дрожит твой голос, — усмехнулся носферату.

Не дождетесь. Тем более, это действительно было приятно. Так таинственно и откровенно, но… интимно. Только для нас. Будто вся комната сжалась и отцепилась от мира, создавая свой собственный, где были только мы трое.

Мне было и страшно, и волнительно, но я продолжала прислушиваться к собственным ощущениям, ловя себя на том, что отвращения не испытываю. Я чувствовала, как дыхание Стефана участилось, сердце застучало куда громче, громыхая мне в ухо, пока мои трусики медленно ползли вниз, под умелыми пальцами Эрика.

Он раздевал меня у него на глазах и это… заводило.

Тепло волной хлынуло вниз, к животу, и горячими точками вспыхивало под мужскими пальцами.

— Ты невероятно красивая, — шепот разрезал тишину в спальне, сладко журча в мои уши. — Просто сокровище.

— Тебе не из чего было выбрать.

— Я выбрал тебе среди всех, Кэтрин Де-Норд Дэр.

— Не совсем так, — возразила я и с губ сорвался стон, стоило подушечкам пальцев прижаться и погладить нежные складки.

Легонько, почти не ощутимо, но меня буквально пронзило молнией, заставляя со стоном прогнуться в спине.

Стефан гладил меня по волосам, перебирая пряди и не двигался, будто замер, и я чувствовала его прожигающий взгляд на моем теле. Один мужчина ласкал меня на глазах у другого, боги.

Вторая рука Стефана скатилась вниз, и погладила вершинки груди, едва касаясь, но соски стянуло в твердые пики, которые мучительно заныли, требуя продолжения.

— Как это будет?

— Что именно? — Спросил Стеф, пока Эрик был занят изучением моей промежности, напряженно дыша мне в затылок и зарываясь носом в волосы.

— Втроем.

— Хорошо. Очень хорошо, мы все для этого сделаем.

— Хорошо. Хорошо, — сказала и сглотнула ком в горле, вставший поперек от волнения.

Пальцы продолжали гладить, чуть пощипывать и растирать кожу, но нутро выло о том, что это не все. Этого было мало, и голодная пустота внутри меня требовала заполнить ее, уничтожить. Я хотела продолжения с каждой минутой сильнее, не в силах успокоить огонь, что кипел в венах.

И стоило пальцам Эрика мягко скользнуть внутрь, без сопротивления по влажной от смазке коже, я взвыла, прикусывая губы и впиваясь пальцами в плечи Стефана.

Но как будто специально, дразня, Эрик не торопился, толкаясь в меня медленно, но глубоко. Он изучал реакцию, впитывал ее, продолжая целовать мои плечи и спину, не ускоряясь и мучая меня так, что я напряженно поджимала бедра, желая поймать то удовольствие, что так ловко ускользает.

— Прошу тебя, Эрик.

— О чем?

— Я… я хочу большего.

— Ты торопишься, малышка, — не свойственно себе, Эрик слишком эмоционально это прошептал, и я уловила в его голосе нетерпение и предвкушение.

— Это слишком…

— Что?

— Медленноооо…

— Так лучше? — пальцы задвигались быстрее, резче и увереннее.

Я тихонько всхлипывала с каждым толчок и судорожно хваталась за Стефана, который настойчиво изучал мою грудь, сжимая и разжимая пальцы, растирая отзывчивые соски шершавыми подушечками.

Я уже неприлично хлюпала и влажные бедра холодила прохлада воздуха, заставляя воспламеняться еще сильнее. Я хотела еще. Больше, глубже, сильнее, и словно слыша мои желания, Эрик замедлился и убрал ладонь, прижимаясь горячим органом к промежности.

— Скажи, чего ты хочешь, Кэти.

— Тебя.

— Громче!

— Тебя! — пятерня сомкнулась на затылке и намотала волосы на кулак, вытягивая меня назад и заставляя оторвать лицо от груди Стефана.

— Скажи еще раз, Кэтрин, — прошептал мне Эрик, и так обжег дыханием, что я задержала воздух, смотря в лицо Стефана, который не отрываясь смотрел мне прямо в глаза.

— Я хочу вас. Вас двоих.

Глава 38. Единственная для них

— Аааах!

Эрик заполнил меня одним толчком, плавно, скользя и раздвигая узкие стенки под свой размер. Оказавшись полностью во мне, мужчина несдержанно рыкнул, отпуская мои волосы и позволяя потянуться к Стефану, который уже приблизился и смотрел на мои губы с таким звериным желанием, что вены в моей теле зазвенели как струны от натяжения.

Толчок за толчком, Де-Норд вторгался, проникая в меня снова и снова, а я упоительно прижималась к губам Стефана, растворяясь в этих ощущениях. Странных, не знакомых, но таких желанных, требовательных, что я легко шла на поводу, зарываясь пальцами в темные волосы и не отпуская мужчину от себя ни на дюйм.

Я пила его, задыхалась им и меня все сильнее поднимало куда-то наверх, где звезды.

— Да!

Я сама опустила пальцы ниже и накрыла ладонью внушительный бугор с брюках Стефа, замечая, как дрогнули его губу, а зрачки в темных глазах заполнили радужку практически полностью.

— Шшшш… — мужчина зашипел, но мою руку не убрал, только толкнулся бедрами, будто это жизненно необходимо. — Иди ко мне.

Будто зная, что он так скажет, Эрик отпустил меня и вышел, отчего лоно стянуло от жажды и обиды. Нееет, мне просто необходимо было продолжение, или я сойду с ума!

Стефан был куда терпеливее, и если раньше я бы сказала ему «спасибо» за это сейчас, готова была заплакать, чувствуя, как он водит горячей плотью по складочкам, но не торопиться продолжать.

— Не мучай меня.

— Я скорее себя мучаю, Кэтрин, — выдохнул в мои губы, опаляя горячим дыханием и посмотрел так, что все слова в моей голове разбежались в разные стороны. — Я понял.

— Что?

— Я понял то, что всю жизнь не понимал.

Вторжение было таким мягким и плавным, что с каждым сантиметром, что мужчина входил, меня все выше и выше подбрасывало в небеса. Держаться за его плечи онемевшими пальцами, ощущать губы, что были невероятно нежны и аккуратны, слышать их тяжелое дыхание так близко, как никогда и не с кем, было на грани фантастики.

Эрик был за спиной и гладил меня широкими ладонями, рисовал узоры на коже, ввинчивая в еще большую эйфорию, чем это было возможно.

— Моя очередь, — он бережно оторвал мое лицо от Стефана и развернул к себе, накрывая губы жадным поцелуем. — Не могу ждать.

Стефан покинул мое лоно, и его место занял член Эрика. Они раскачивали меня, плавно меняясь местами, то заставляя задыхаться от желания и близости к точке невозврата, то возвращая на землю, дразня и играя.

Мы сплетались телами, были так близки, что даже сердца стучали в унисон, разбиваясь об скалы невыносимого желания и с треском ломаясь о нежность.

— О, боги! — прошептала, ощутив, как пальцы Эрика погладили тугое колечко, растирая по нему влагу и мягко надавили, чуть толкаясь вперед. — Что же ты делаешь…