Дом, который будет ждать. Книга 6

Глава 3

Максимилиан

Бывает так, что с утра начинает раздражать абсолютно всё: нерасторопные слуги, слишком холодная вода для умывания, принесённая лакеем рубашка на тон темнее, чем мне хотелось, солнце, некстати вылезшее из-за облаков и ветер, принёсший приторный аромат цветущих роз. И самым отвратительным было то, что я прекрасно понимал причину своей повышенной раздражительности, но ничего не мог с этим поделать. Я! Император Максимилиан III! И ничего не могу противопоставить обстоятельствам!

Как же это бесит!

Настолько, что глаза заволокло багровой пеленой, и в себя я пришёл только когда понял: отпустило. Медленно открыл глаза и какое-то время молча рассматривал разгромленную спальню: в клочья порванное постельное бельё, осколки дорогой вазы на полу, располосованные холсты на стенах. Картины даже немного жаль, они мне нравились, особенно горный пейзаж.

– Убрать, – коротко велел я, не глядя на бледных лакеев, старающихся слиться с обстановкой. На щеке одного из них наливался свежей кровью длинный след от хлыста, видимо, задело на излёте. Если бы он подставился под полноценный удар, то сейчас вместе с хрустальными осколками отсюда выносили бы труп. Но лакеи были тренированные и от плети успели спрятаться, хотя один слегка запоздал, за что и поплатился, в общем-то.

– Кто в приёмной?

Стоявший у окна Кевин, мой верный секретарь, видел меня в любом состоянии, поэтому отреагировал на очередную вспышку гнева совершенно спокойно. Он невозмутимо перешагнул через обрывки покрывала, раскрыл папку, которую всегда носил с собой, и просмотрел список ожидавших высочайшей – то есть моей – аудиенции.

Среди названных секретарём не было никого, разговор с кем нельзя было бы отложить на потом, поэтому я велел накрывать к завтраку.

– Магистр Даргеро не появлялся?

– Нет, ваше величество, – Кевин сделал вид, что ещё раз просмотрел список, – насколько я знаю, магистр Даргеро ещё не вернулся из поездки, в которую отбыл некоторое время назад. Он никогда не пропускал заседаний Совета без уважительной причины, а сейчас он не был уже на трёх.

– И что говорят магистры по поводу его столь долгого отсутствия?

– Теряются в догадках, ваше величество, – тонко улыбнулся Кевин, – наиболее популярными на данный момент являются две версии. Согласно первой магистр Даргеро сослан вами в дальний монастырь, где заточён в келью и пребывает на грани жизни и смерти. Вторая, чуть более популярная, гласит, что магистр отбыл за Грань с секретным поручением вашего величества да там и сгинул, к радости многих.

Я ненадолго задумался, прикидывая, какой вариант объяснения столь длительного отсутствия Каспера мне выгоднее.

– Пусть запустят третью версию, – решил я, – в соответствии с которой магистр Даргеро под личиной путешествует по империи с инспекционной поездкой. Пусть вместо того, чтобы сплетни разносить, своими замками и землями займутся. А кто не поймёт намёка… даст нам прекрасную возможность сэкономить на корме для императорского зверинца.

– Будет сделано, ваше величество, – склонил голову секретарь.

– Что ещё нового происходит?

Последние две недели я почти всё время посвящал работе в лаборатории, стараясь вывести эликсир, который позволил бы мне развить тот скромный ментальный дар, который пару столетий назад неожиданно обнаружился у меня помимо огненного. Пока получалось откровенно плохо, но я не терял надежды. Однако из-за столь интенсивных занятий я как-то упустил из виду происходящее в стране.

– Говорят, что на теневом рынке стали появляться артефакты, явно изготовленные не в империи, так как подобных технологий у нас, к сожалению, пока нет.

– Что за артефакты?

Мне вот только всякой технологически-магической дряни из-за Грани и не хватало. Со своими умельцами разобраться бы!

– Говорят, для маскировки истинного облика, – осторожно доложил секретарь, – лично я не видел, хотя попросил через своих людей добыть мне парочку.

– Сразу покажешь мне, – велел я, чувствуя, как остывшее было раздражение опять набирает силу и копится внутри, ворча и стремясь снова вырваться наружу всё сокрушающей огненной плетью. Но я сумел его приструнить, однако с каждым разом, если быть откровенным хотя бы с самим собой, делал это всё неохотнее. Мне нравилось чувствовать страх окружающих, я пил его, как самое лучшее вино из императорских подвалов. И не было практически никого, кто мог бы противостоять моей силе.

При этой мысли в памяти неизбежно всплыло лицо внезапно обнаружившейся сестрицы Элизабет, и в груди стало жарко и больно от затопившей всё ненависти. Наверное, никого я не ненавидел за всю свою долгую жизнь так сильно, как эту голубоглазую мерзавку.

Ведь так всё было хорошо: Тревор выполнил свою часть договора и зашвырнул мешавшую мне родственницу на такую дальнюю ветку Мирового Дерева, откуда она никогда не должна была вернуться. Но тем не менее! Хотелось бы, конечно, успокоить себя мыслью о том, что это не она, но прятать голову в песок, как какая-то пустынная птица, название которой я забыл, очень глупо и недальновидно. Тем более что её признал тот, кого она называет Домианом, и, главное, её приняла моя вторая половина, что вообще уже ни в какие ворота не лезет. Вместо того, чтобы хотеть убить, мой демон согласен чуть ли не обниматься с ней.

Я потянулся к своей второй ипостаси, и она отозвалась недовольным ворчанием. И это тоже повод для беспокойства: никогда раньше она не позволяла себе демонстрировать какие-либо эмоции и как-то оценивать мои действия. Ради эксперимента я встряхнул демона и представил Лиз настолько ясно, насколько смог. Ворчание тут же сменилось довольным урчанием, вызвав у меня очередной приступ гнева.

Я не испытывал никаких иллюзий по поводу вернувшейся сестрицы: не будет она безропотно сидеть в лесу, какой бы скромницей и тихоней пока ни прикидывалась. Кровь своё возьмёт неизбежно, и Элизабет попробует отобрать у меня трон, как бы дико это ни звучало. Но ключевое слово в данной фразе – «попробует». Что бы там она себе ни навоображала, я не собираюсь не то что отдавать власть, я не планирую ею даже делиться. Не для того я с таким трудом нашёл за Гранью того, кто согласился мне помочь, не для того подминал под себя Империю, чтобы вот так вот взять и просто отдать болтавшейся где-то несколько веков девице.

Лучше всего, если она просто останется в своём лесу навсегда, надёжно прикрытая толстым слоем земли. Так будет проще и спокойнее всем: и мне, и империи, да и ей самой. Борьба за власть – дело грязное и порой кровавое. Зачем оно красивой девушке? Совершенно ни к чему… Так что тихая и безболезненная смерть – прекрасный выход, ведь если она рискнёт и заявит свои права на трон, я уже не буду столь лоялен, и тогда о лёгкой смерти сестрице останется только мечтать.

С Элизабет мои мысли перескочили на пропавшего в неизвестном направлении Каспера Даргеро. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он отправился в Ирманскую обитель, чтобы забрать оттуда свою дочь. Тут я не смог удержать ехидную ухмылку: кто бы мог подумать, что у известного циника и эгоиста Каспера Даргеро есть дочь, да ещё и выросшая в самом таинственном месте Империи! Вот уж поистине – никогда не говори никогда, как было сказано в какой-то книге, прочитанной мной давным-давно.

При этом Каспер совершенно точно был жив, потому что его смерть я однозначно почувствовал бы, мы слишком давно и тесно связаны с ним. Порой меня это даже удивляло: мы с ним не кровные родственники, это совершенно точно, но я чувствую его так, словно между нами есть связь на уровне родства.

Но гораздо больше это странной близости меня беспокоило его длительное отсутствие, уж больно это было на моего дружка – наверное, Каспера можно было так назвать – не похоже. В родовом замке Даргеро он тоже не появлялся, хотя там давным-давно всё было готово к приезду юной гостьи. Слуги, как мне доложили, тоже находились в недоумении, но так как жалование им поступало исправно, то никто особо и не суетился: чем меньше времени хозяин проводит в замке, тем всем спокойнее.

Я, конечно, отправлял гонца в Ирму, но его даже к воротам не подпустили, объяснив это тем, что обитель находится в опасной зоне и закрыта защитным куполом. Интересно, от кого они там, в своей вымершей пустоши, собрались защищаться? Или они верят этим нелепым слухам о якобы появившемся колдуне, называющем себя Владыкой Севера? Это даже не смешно! Настоятельница… не помню её имени… всегда казалась мне женщиной разумной и трезвомыслящей. Но, видимо, начал сказываться возраст.

Мог Каспер отправиться во Франгай, чтобы договориться о чём-нибудь с Элизабет? Маловероятно, особенно если ему удалось забрать из монастыря дочь. Что ребёнку делать в настолько неприветливом месте? Да и сестрица вряд ли станет с Каспером вести какие-то дела: не нравится он ей, уж это я смог понять, не слепой. И древнему богу, который носит личину синеглазого красавчика, Каспер тоже не по нутру, но он терпит. Ради Элизабет он и не на такое пойдёт, в этом я уверен. Нет, во Франгай Каспер точно не сунется…

Тогда где его носит? Почему мне так тревожно, и с каждым днём дурное предчувствие только крепнет? Неужели Даргеро всё же решится ввязаться в какой-нибудь заговор против меня? Нет, вряд ли… И дело не в какой-то там мифической порядочности или верности слову – это всё словесная шелуха, предназначенная для прекраснодушных дураков. Просто он не может не понимать, что я намного сильнее, это аксиома. Все представители рода Даргеро всегда были сильными магами огня, но никому в империи не по силам противостоять мне.

Мог он каким-то образом пронюхать о моём договоре с Тревором? Хотя того, скорее всего, уже давным-давно нет в нашем мире, потому что я ничего не слышал о нём с того времени, когда, по слухам, он вскружил голову сестрице, в существовании которой я до последнего времени сомневался, и исчез вместе с ней. Полагаю, он забрал в нашем мире то, что ему было нужно, и отправился восвояси. И мне даже не слишком интересно, что это было: главное, что он выполнил свою часть сделки и расчистил мне дорогу к трону. А на остальное мне плевать, если честно. Уж себе-то я могу не врать…

Поэтому, даже если Каспер и узнает что-то, хотя даже мысль об этом звучит абсурдно, у него не будет никаких доказательств. А значит, и воспользоваться этой информацией он не сможет. Но на всякий случай нужно будет подготовиться к самому неприятному, пусть и маловероятному развитию событий. Стоит как-нибудь «случайно» обронить пару слов о том, что магистр Даргеро своим длительным отсутствием вызвал моё неудовольствие, а потом посмотреть по ситуации. Я, конечно, привык к Касперу, но как-то мне в последнее время тревожно, и его исчезновение мне очень и очень не нравится. Дружба? Не смешите меня, её не существует в принципе, есть лишь взаимовыгодные союзы.

Надо бы кого-нибудь отправить во Франгай посмотреть, что там вообще происходит. Конечно, надеяться на то, что чудесным образом преобразившийся дом снова стоит разрушенным, а сестрица испарилась в неизвестном направлении, наивно, но вдруг там что-нибудь изменилось? Отсутствие информации – это гораздо хуже, чем самые дурные новости. Но кого отправить-то? Каспера нет, а посвящать ещё кого-то в столь деликатные вопросы я не собираюсь. Получается, что нужно отправляться самому, выхода нет. Но как же не хочется!

Я поморщился, вспомнив взгляд синеглазого Домиана, и плеть, словно живая, прыгнула в руку.

– Ваше величество, – голос секретаря с трудом пробился сквозь застилавший глаза багровый туман, и я неохотно вынырнул из такого привычного и приятного состояния ярости, – к вам Верховный магистр. Просит аудиенции. Срочно.

– Если срочно, то пусть ждёт, я скоро его приму, – я сделал несколько глубоких вдохов, но помогло мало: желание кого-нибудь убить не проходило.

Когда через полчаса, поднявшись из подвалов, где именно для таких случаев держали с полсотни преступников, я сменил запачканную кровью рубашку на свежую и, насвистывая фривольную песенку, направился в приёмный зал, Верховный магистр стремительно поднялся со скамейки, на которую успел пристроить свой тощий зад. А ведь знает, что сидеть в императорских покоях нельзя никому кроме тех, кто получил подобное разрешение лично от меня. Нынешний Верховный такого позволения не получал и теперь обеспокоенно высматривал на моём лице тень недовольства. Был он чрезвычайно худ, до отвращения благообразен и невероятно талантлив, чем раздражал ужасно. К тому же, к сожалению, боги, выдав ему мощный дар мага воздуха, забыли приложить к нему мозги.

– Ваше величество, – он низко поклонился, – простите, что беспокою в неурочное время, но дело не терпит отлагательства.

– Я всегда готов выслушать тебя, Верховный, – настроение у меня после посещения подвала было прекрасным, бушующая внутри ярость погасла, поэтому я был благодушен и мил. – Что обеспокоило тебя?

– Недавно, несколько дней назад, наши амулеты зафиксировали аномальную магическую активность одновременно в нескольких районах Империи, – зачастил магистр, – в частности, на севере, неподалёку от Ирманской пустоши, на востоке, около Франгайского леса, на юге, рядом с песками Харада, на западе близ моря… Мы отправили во всех направлениях своих наблюдателей, но ни один, – тут Верховный растерянно пожал плечами, – ни один не вернулся. Более того, мы перестали чувствовать связь с ними, что в принципе невозможно! Все магистры, отправленные туда, входили в одну исследовательскую группу и были связаны несколькими надёжнейшими артефактами! Они просто не могли вот так вот взять и исчезнуть, причём все одновременно.

– И что ты сделал, когда это выяснилось? – заинтересовался я.

– Я попытался пройти сам и посмотреть, что случилось, – Верховный нахмурился, отчего его вытянутое лицо как никогда раньше стало похоже на морду грустной лошади, и я с трудом подавил неуместный смех. – Но я не смог пройти…

– В каком смысле? – а вот это было уже очень интересно. – С твоей-то силой?

– Вот именно, ваше величество! – горячо воскликнул он. – Я хотел выйти возле Ирмы, так как те места знаю немного лучше остальных, но портал не открылся. Вот просто взял и не открылся. И ни один другой тоже…

Как любопытно! Неужели кто-то смог заблокировать портальные колонны? До этого момента считалось, что это в принципе невозможно.

– И я решил, что будет правильным рассказать о происходящем вашему императорскому величеству…

Верховный продолжал что-то ещё блеять о том, как он рассчитывает на то, что я, весь такой сильный и мудрый, быстренько решу проблему с пропавшими магами и заблокированными колоннами.

А может, Каспер тоже где-то там и просто не может воспользоваться колонной? Хотя магу уровня Даргеро не слишком сложно открыть свой портал, тем более что Каспер наверняка взял с собой достаточное количество пирамидок. Нет, с его исчезновением всё явно гораздо сложнее.

Но ситуацию с колоннами вполне можно попробовать использовать в своих интересах. Нужно пробить блокировку, на это моих сил должно хватить, по идее. Вытащить хотя бы парочку магов, но не потому что они мне нужны, а потому что толпе иногда необходимо напоминать о том, что император сильнее всех их, включая Верховного магистра.

Чем не повод отправиться в сторону Франгая, не вызывая ничьих вопросов. В открытую спросить, разумеется, никто не рискнул бы, но могли заметить и молча сделать какие-нибудь не слишком подходящие выводы.

Нужно быть очень осторожным и внимательным, сейчас даже больше, чем раньше, потому как в воздухе всё отчётливее пахнет заговором. Понять бы ещё, откуда тянет сильнее: от Совета, от исчезнувшего «дружочка» Даргеро, от, чтоб её, сестрицы Элизабет или откуда-то ещё. Понять и придушить заговор в зародыше, причём так, чтобы все замерли от ужаса и ещё лет пятьсот не помышляли даже думать в этом направлении.

Но для начала – Франгай…

– Я услышал тебя, Верховный, – я придал лицу выражение уместной и слегка снисходительной обеспокоенности, – и решил заняться этим вопросом лично, ибо благополучие и спокойствие подданных – то, о чём я пекусь неустанно.

И ни к чему ему знать, что плевать я хотел на всех этих людишек, у которых одна задача – служить удовлетворению моих и только моих потребностей, какими бы они ни были.

– Благодарю вас, ваше величество! – согнулся в поклоне Верховный. – Я не смел даже надеяться на подобное…

Естественно, не смел! Если бы не личный интерес, я и не подумал бы тащиться в сторону Франгая или иного места, где пропали маги. Сколько их там в Совете? Десятка два? Те, кто только и ждут возможности войти в Совет, будут только рады четырём освободившимся местам.

– Ступай, – я величественно махнул рукой, и Верховный магистр, надменный и высокомерный в обычной жизни, угодливо кланяясь, поспешил покинуть приёмный зал.

– Кевин, – негромко произнёс я, и верный секретарь тут же появился из небольшой смежной комнатки, где обычно находился во время приёмов. – Подготовь мне вещи, на пару дней, не больше. Еда, артефакты, порталы, ну, ты сам знаешь. Хочу наведаться в Ирманскую обитель, посмотреть, не много ли монахини стали на себя брать. Как они посмели не пустить представителя Совета?! Думаю, я имею право на небольшой разговор с настоятельницей.

Ни к чему даже проверенному десятилетиями верной службы секретарю знать, куда я собираюсь направиться на самом деле. Пусть все считают, что в Ирму…