Бледнокровие

Глава 1.2

It was over in a moment and the folks had gathered roundThere before them lay the body of the outlaw on the ground

… и это сначала. Затем что-то ударило в живот. А что затем? С ноги в голову, кажется. Видать, совсем ему моё выражение лица не понравилось. Ну что же, не зарезали – и на том спасибо. И не изнасиловали, за это отдельная благодарность.

Одежда вся испачкана. Небо темнеет. Значит, контакт с фанатиками отменяется. Чудесно. Просто замечательно. Все на операционный стол пойдёте. На органы и кровь. Во имя науки.

Последний раз меня так били в детстве представители малолетней дряни. Скорее всего это та же дрянь, только возмужавшая. Голова моя, бедненькая. Не боли, ну прошу тебя. Вот Йози никогда с подобным не сталкивалась. Но ничего, сестрица дорогая, потерпи-подожди. Руки у меня длинные, они и до тебя доберутся. Как только время придёт. Ох, как же болит всё.

Если так правильно подумать, всё это из-за неё. Из-за проклятой Йози, самой неблагодарной твари во всём городе. Ничего бы этого не случилось, согласись она на моё предложение. Сбила меня эта тупица с мыслей, вот и я не заметила куда иду. Прирезать её мало. Чтоб её любую лечебницу ночные звери раздолбали, вместе с ней и её пациентами.

Какая разница вообще между Йози и агрессивными фанатиками? Какая разница между церковниками и высокородными ублюдками? Всех их объединяет одно и то же – фанатизм. Слепые мечты жестокосердных уродов. Такие и целый город спалят, если им такое в голову придёт. Они найдут оправдания, чтобы пускать кровь случайным прохожим. Они будут любым средствами спасать людей, чтобы те продолжали жизнь и страдать. Наука, только наука. И знания. Вот всё, что имеет значение.

Ну и где этот бандит? Где эта помесь аристократа и фанатика? Идти за ним, разумеется, опасно. В этот раз он меня чуть не убил, то что произойдёт при второй встрече с ним? Убьют меня, как пить дать. Убьют и не подумают. А сестрица забудет меня, как забывает выписавшихся пациентов своего заведения. И кто же вспомнит обо мне, когда закончится жизнь моя? Никто. Никогда. Просто очередной мертвяк в городе. Закинут в яму, прикопают – ну а дальше дело за червями. Покушают мои сочные, сладкие мозги, и глядишь того, перепадёт им немного знаний.

Как у меня голова не треснула от встречи с этим кучаком? Непонятно. И куда теперь идти – непонятно. Но одно понятно точно – пора завязывать с авантюрами. Вызнавать планы фанатиков было само по себе рискованно. Однако затем планировалось передать информацию напыщенным господам из Кенхёрста, что тоже было отнюдь не безопасно. Хотя ради возможности побывать в их библиотеке можно было попытаться. Там знаний наверняка поболее, чем в книгах Бюргенверта.

Другой план состоял в использовании кого-нибудь из аристократов с целью похищения пары-тройки книг из замка. Этот план также был невозможен: заранее выбрать нужные книги было невозможно, а подходящих кандидатов не было. Вот прошмыгнуть бы туда под видом какой-нибудь леди. Или можно охмурить какого-нибудь молодого мужичка из замка, выехавшего в город. Надо было думать об этом до того, как всё моё лицо покрылось ссадинами, грязью и синяками.

О возвращении в город в таком нелепом виде не могло быть и речи. Но и оставаться тут на ночь я не рискну. И без меня хватает желающих спать рядом с мёртвыми.

– Вы в порядке?

Вторая внезапная встреча за сегодня. На этот раз мне вроде как повезло (или это просто совпадение) – встречный путник, по всей видимости, был одним из фанатиков. Белокурый, с бакенбардами, он всем своим видом производил странное впечатление. Однако самое странное в его лице. Оно имело необъяснимое сходство с лицом агрессивного здоровяка. И всё же этот человек был гораздо, гораздо моложе.

– Да, пожалуй. Видите ли, я упала и чуть с жизнью не попрощалась. Ну же, помогите мне встать.

Встречный путник с готовностью протянул руку попавшей в беду леди. Может, ещё не совсем леди. Пока ещё не совсем леди.

– Ох, ну и досталось же вам! – произнёс в сердцах белокурый юноша. – Ваше лицо словно какое-то чудище погрызло.

– Заживёт.

– Я бы не был так уверен, – ответил белокурый юноша. – Куда вас проводить?

И в самом деле – куда? Обратно в лечебницу идти смысла нету, достаточно с меня родственных чувств. Может, в замок?

– До университета.

– Что же, это не далеко. Только ступайте осторожнее, прошу вас. Вам падать явно противопоказано.

Путь до Бюргенверта занял и впрямь мало времени. Однако мои вопросы получили ответы. Услужливый белокурый идиот рассказал и про свою секту, и про её основателя – какого-то Логариуса. Логариус был личным охотником на службе королевы Кейнхёрста, но сменил свои взгляды, якобы «узрев тьму в сердцах собратьев». Он объявил всех обитателей замка Нечистокровными и называл их исключительно так. Никаких реальных стычек сектантов с кровожадными аристократами, по словам белокурого кретина, не происходило.

Вообще вся идея этой секты крутилась больше вокруг самого Логариуса, а не борьбы с «нечистокровными». Белокурый буквально растворялся в почтении, когда речь заходила вплотную о «Мастере Логариусе». Хотя больше всего меня заинтересовала вражда с Кейнхёрстом, многие члены которого были учёными или благодетелями Бюргенверта. Сам университет когда-то был основан ценителями знаний из Кейнхёрста. Так что наука однозначно поддерживала аристократию, неодобряя лишь действия её самых неадекватных представителей.

Белокурый ублюдок, напротив, далёк от науки. Очень хочется открыть ему глаза, но это не поможет. Фанатик. Выяснилось также, что в сектанты подаются многие охотники Кейнхёрста. Очевидно, этот Логариус был популярной персоной в замке, раз нашёл там множество сторонников. Вот только что теперь эти психи будут делать? Убивать всех учёных-аристократов? Ну это как минимум половина студентов Бюргенверта. И потом, среди знати есть немало выдающихся личностей.

Все эти аргументы не действовали на белокурого. Теперь же не было смысла связываться с этими фанатиками. В Кейнхёрсте об этой проблеме знают лучше чем я теперь. Поэтому у самых ворот университета я быстро распрощалась с белокурым сектантом. Даже имени его не узнала. Как и он моего. Почему мне кажется, что он специально за мной пришёл? Он конечно тупой, но не настолько же. Порой за великой простотой кроется великая сложность. Вот только как их различить?

Одно лишь ясно – ближайшие дни я проведу в университете. На постоянной основе там никто не живёт, кроме мастера Виллема и парочки-тройки студентов в качестве охраны. Но помимо них в здании сидит, как правило, куча студентов, занимающиеся безрезультатными экспериментами. Они могут проводить здесь целые сутки и даже недели. Поэтому мне осталось лишь присоединиться к кому-нибудь из них. Кому-нибудь, кто работает над чем-то поистине серьёзным.

Когда-то в прошлом мастер Виллем мне казался прямо-таки глыбой науки. Он был моим кумиром в этой области. Его речи и открытия затянули меня в мир науки. Но это всё в прошлом. В том прошлом, где я была юной и ещё не накопила достаточно цинизма. Теперь же ректор стал совсем размазнёй. Он постоянно проводил время на своём кресле, любуясь озером. И, как мне показалось, совсем отдалился от науки. А я уже не в том возрасте, чтобы преувеличивать его заслуги.

Занять бы место мастера Виллема! Йози со своей лечебницей прям-таки облезет от зависти и гордости за свою сестру, когда узнает, что она стала ректором единственного университета в Ярнаме. Вот только это невозможно, пока развалившаяся в кресле туша ещё дышит.

А это ещё что? Возле здания университета столпилась целая ватага церковников. Неужели там снова кто-то погиб? Нет, церковь подобным не интересуется. Может, если мастер Виллем…

– Кто вы такая? – спросил один из церковников, завидев приближающуюся женщину.

– Леди Вельфривета, почётная студентка.

– Хм, в самом деле? – церковник-стражник переглянулся с другими. Кто-то из них кивнул. – Хорошо, входите. Но на второй этаж подниматься запрещено. Приказ ректора.

А мне и не нужно. Кто-то из этих обормотов в самом деле знает всех студентов в лицо? Уверена, они бы и дикую собаку пропустили. По хорошему надо бы вернуться в залы исследований, но эти вопли больных меня так достали, что сил нет. Заснуть невозможно, а снятся только кошмары с теми же самыми воплями. Каждую ночь кто-то вырывается и всем исследователям приходится как-то вылавливать буйную скотину. Дошло до того, что мы наняли пару охотников для внутренней охраны. И всё бы хорошо, да только не доверяю я им. Я вообще никогда не доверяла людям с оружием. Уж больно много власти в их руках. Власти над чужими жизнями, над жизнью и смертью. Кто остановит их, если они вдруг озвереют?

Наверху меж тем шёл горячий спор. Он был ещё горячее рядовых университетских конфликтов тем, что в нём принимали участие мастер Виллем и мастер Лоуренс. Темой, как обычно, была целебная кровь и её использование в медицине. Виллем убеждал Лоуренса умерить пыл, а тот в свою очередь защищался. Подобное происходило раз в неделю-две. Я всегда была на стороне Лоуренса, как более молодого и целеустремлённого. Виллем и сам был таким когда-то, но с возрастом каждый человек раскрывает все свои негативные черты. У Виллема такой чертой была пассивность. И страх.

Однако на этот раз спор был, кажется, последним. Лоуренс угрожал закрыть университет, но не желал такого развития событий и продолжал убеждать Виллема. Тот не поддавался и тщетно старался перенести свои страхи на основателя Церкви. Эх, если бы только я была ректором – мгновенно бы согласилась с Лоуренсом в этом судьбоносном вопросе. Ведь на кону судьба всего храма науки! Кто будет заниматься ею, когда университет закроют? Об этом Виллем подумал? Не-е-ет, эта седая головушка думает только о себе и о своём покое. Будь его воля – остался бы сидеть тут в одиночестве до самой смерти. Все всё понимают, кроме этого упёртого старика.

– Ну как тебе? – раздался чей-то шёпот за спиной.

Это был Миколаш. Откуда он здесь?

– Мне? – шёпотом спросила я. – Мне грустно за всем этим наблюдать.

– В таком случае предлагаю встать на сторону победителей, – прошептал Миколаш. – Бросай упрямого барана, приросшего корнями к своему креслу.

– Я и без этого занята, знаешь ли.

– Дай угадаю – бессмысленными экспериментами в церкви? Забудь об этом. Даже главная исследовательница забросила это дело. Прямо сейчас существует множество других вершин, которые можно покорить.

– Например?

– В лабиринтах нашли Великого. Живого и огромного. Сейчас он глубоко под зданием церкви, а вокруг него трудятся особые исследователи церкви. Хор. Но это не самый лучший вариант, поверь мне.

– Что? Что ты говоришь? Как встреча с живыми Великим не может быть лучшим вариантом?

– Потому что все места в Хоре заняты. Они уже достигли чего хотели. Обрати своё внимание на Яаар'гул. На Луну. В школе Менсиса всё только начинается…