Академия магаралов

Глава 4.

Все время до рейда сидел, как на иголках. Последний раз испытывал нечто подобное на своей первой практике в академии. Разница лишь в том, что тогда я знал чем рейд закончится, а сейчас нет. Ведь Мира на этот раз может не пощадить моих хардов и меня в том числе. Но напрягло меня не это, в конце концов мы все войны и рискуем каждый оборот, а встреча с ней. Правда, которую узнал позволила мне понять ее поступки, но не принять. И я намереваюсь ее остановить, достаточно пролилось крови.

Потребовалось два оборота чтобы разработать план и четыре, чтобы выловить Миру. Она чувствует ловушки за многие лиги. С одной стороны меня это радует, что она не ведется на нашу приманку, так как знает что ее ждет. А с другой стороны был в нетерпении. Хотел снова ее увидеть и просто поговорить возможно в последний раз. Ее убьют, если после ослабления она не сдастся и окажет сопротивления. Головой понимал правильность решения, но не сердцем. Внутри ураган от противоборствующих чувств, ненавидел и любил одновременно. Я должен принять тот факт, что той Мирославы больше нет. Она умерла семь тан назад и хватит цепляться за прошлое.

Эту же я не знаю, она убийца. Кровь моих друзей, товарищей на ее руках. Но все равно какая-то часть меня противится этому пониманию. Мне бы еще разок…. Задумался. Разок что? Что планирую делать дальше? Я обычный аз-хард, хоть и возглавляю не один десяток хардов, но все же надо мной есть еще командующие, которые не подпустят меня к ней, хоть я и являюсь мозговой операцией и боевой единицей по захвату главного врага. Надеюсь, что меня не отстранят от этого дела из-за нашей прошлой связи. Но об этом подумаем потом, сейчас надо сосредоточиться и ждать.

Семь тан она упивалась кровью, губила все живое что попадалось ей на пути. Появлялась из ниоткуда и так же исчезала, могла быть одновременно в двух местах. Огромная сила в ней. Видел как одним мановением руки, харды становились безумными и нападали друг на друга. Так случилось с Дуо и Акилом, брат пошел против брата. Все это произошло на моих глазах, и я не смог ничего сделать. Мы оказались тогда в западне. Недооценили врага. Шли за ним по пятам аж с соседней империи, преодолевая тысячи лиг (километры) и попали в разряженную зону, там где магия не действует. Азарт и скорый триумф в победе над врагом, что он позволил нам приблизиться к себе, вскружил голову и мы не заметили как пересекли черту невозврата. Многие тогда сошли с ума и бросились друг на друга, раздирая в клочья плоть. Я много всего повидал, но такая дикость выбила меня из колеи, к счастью не надолго. Кто-то успел усилить блок, а кто-то как Акил, Дуо и еще с не один десяток хардов были слишком самоуверенны и не подумали закрыться. Тяжело нам дался тот рейд, большими потерями. Теперь они остались в нашей памяти и короткая запись с их инициалами в кристалле погибших.

Чуть позже произошла еще одна смерть, с которой я впал в прострацию и просто напросто выбыл из военной жизни. Меня чуть не лишили звания харда и не отдали совету для суда, так как я пренебрег своими обязательствами и ушел в беспробудное пьянство. Мне понадобилось время, чтобы смириться с гибелью Маркуса. И перестать видеть его прощальный взгляд с застывшим в нем страхом, в обличье дракона, когда он воспламенился изнутри. Его раздираемый болью вой, до сих пор слышу во сне. Он был моим тылом, другом, братом. Только ему мог доверить свою жизнь. Тогда я зарекся найти мразь в черной хламиде и лично истязать его не один оборот, доставляя себе моральное удовлетворение, если это возможно, за смерть моих друзей. Моя ненависть и жажда мести управляли мной. Я добился хороших высот, стал аз-хардом и вхожу в секретные и важные рейды, которые мало кому доверяют. Но как быть сейчас? Я знаю кто скрывается под черной хламидой и знаю правду, которая скрывалась от народа, воспитывая ненависть к землянам. А моя ненависть к ней не ушла, нет. Она стала другой. Ведь кто бы не был виноват, все равно она запятнала свою душу смертью.

Пересмотрел все с другой стороны, отметая месть и прочие чувства, включив холодную голову. Больше всех конечно винил, что так сложилось того кто сейчас распутывал сетевидные магические нити.

Он стоял, опираясь на одно колено, с закрытыми глазами. После того как ему вернули силу и перевели в благоприятные условия, рвался в бой, чем немало нас удивил. Не ожидали такого порыва от фанатичного мерзавца, что хотел уничтожить мир.

На наши удивленные взгляды он объяснял тем, что не хочет оттягивать свою смерть. И судя по изможденному и потному лицу Хогли, она к нему придет раньше, чем Мира отреагирует на взлом защиты ее места обители.

Много времени пытались выследить место обитание, но все попытки оказывались тщетными. Недавно одной группой хардов была зафиксирована сильная магическая активность в этом месте и прибыв сюда с Хогли наткнулись на защитные сети. Этот факт вселил в нас уверенность, не стала бы она тратить свои силы впустую, а значит в скором времени должна появиться. Именно так мы думали первых два оборота на третий сомневались, а на четвертый потеряли надежду.

Уже ближе к утру следующего решили отправиться обратно ни с чем, разрабатывать новый план. До штаба два оборота через разряженную зону, порталы построить не могли, поэтому разбили лагерь недалеко от места засады.

Не успел погрузиться в сон, как на мое тело стала наваливаться тяжесть. Пытаясь собраться, медленно выдохнул, выпуская пар. Резко похолодало с ее появлением. Где-то на задворках сознания испытал облегчение и в большей степени вязкий страх, обволакивающий холодом душу. Страх за своих хардов, которые словно уснули, даже смотрящий сидел каменным изваянием. Весь лагерь стих, только треск костра добавлял жизни. Мое тело вновь стало неподвижным, а в голове прошелестел грудной и насмешливый голос.

— Ах ты глупый, глупый дракон. Если ты соскучился, то мог просто позвать меня и не тащить с собой группу поддержки.

Она присела на спальник, задевая меня бедром и медленно провела пальцем по губам, едва касаясь. Ее густые черные волосы с синим отливом покоились каскадом на изящном маленьком плече. Кончики пальцев зудели от желания к ним прикоснуться и рассеить блики от костра, которые словно запутались в черном водопаде. Страх и переживания немного отступили.

— Что значит позвать? — спросил шепотом, на большее был не способен.

Мира склонилась и поцеловала меня, так нежно, что на мгновение мысленно унесся к той, которую знал когда-то. Мне хотелось ее обнять, нет не то. Схватить чертовку и прижать к себе так сильно, чтобы не смогла вырваться. Упиваться ее упругим таким идеальным для меня телом. Войти в нее и выбивать стоны с моим именем, чтобы вспомнила как нам было хорошо. Да, вспомнила, ключевое слово и в первую очередь для меня. Я забыл что она опасный враг и сейчас я и мои харды находятся в ее плену. Вот дурак, мозги совсем в кисель превратились. Замотал головой пытаясь скинуть наваждение и разорвать поцелуй. Ее глаза гневно блеснули.

— Так хотела оставить тебя напоследок, насладиться твоей болью. — Разочарованно выдохнула мне в губы. — Но ты не оставляешь мне выбора.

Мне не было страшно и даже не представляю, что она для меня приготовила, но жить мне хотелось, и еще как.

— Прости. — Хрипло выдохнул первое что пришло в голову. Ее коготочки впились мне шею. — За моего предка.

Она выпрямилась и недоверчиво посмотрела на меня.

— Ты думаешь сейчас это имеете значение?

— Да.

— На что ты надеешься? Что я тебя пощажу? — Повысила голос.

Нет, дурная, мне действительно важно, чтобы ты простила. Но простила за то что не поверил тогда и оттолкнул. Гораздо легче было винить других в том что с тобой стало: Хогли, деда, магаралов, что изначально не приняли и издевались. Но истина оказалось иной. Но вслух всего этого не сказал.

— Нет.

— Тогда что? Думаешь поверю в чушь с прощением? — По глазам вижу, она ожидала услышать совсем другое. И я прекрасно знаю что именно. Просто не готов пока признаться в том что был не прав. Тем более всю жизнь меня учили не подвергать учения предков, сомнениям.

— Какой же ты все таки тупой. — Выплюнула Мира со злостью, вскочив на ноги. — Урод, ненавижу тебя.

В ее глазах плясало пламя, а сама она была похожа на фурию. Это зрелище вызвало во мне толику восхищение и неуместную радость от осознания ее истинных чувств.

— Ошибаешься милая. — произнес довольным голосом, слегка улыбаясь, что вызвало новый приступ бешенства.

— Ашш! — зашипела, словно змея, обрушивая сильный удар ноги по ребрам.

В этот момент спало оцепенение и я согнулся от боли, восстанавливая дыхание. Вот маленькая сучка, больно же!

В этот момент вернулись все звуки и даже стало теплее. Оглянулся в поисках Миры и не нашел. Исчезла, значит было ее астральное тело. Все харды повскакивали на ноги, поднимая шум в лагере. Даже услышал голос Хогли. Стоп! Хогли что-то гундосит. Встал на ноги, чтобы успокоить хардов и добраться до него, убедиться что жив.

Он спокойно сидел в дали от костра и задумчиво смотрел в даль.

— Надо же, не ожидал увидеть тебя живым. — не удержался от язвительного тона.

— Она лишь отсрочила мою смерть. А вот почему тебя пощадила? — пристально посмотрел мне в глаза, будто что-то искал. — Неужели до сих пор любит.

— Не твое дело. — Огрызнулся. — И не смей лезть в голову, если хочешь жить.

Хогли казалось развеселило мое предупреждение.

— Насчет моей жизни мы уже выяснили. Да и при всем желании не смог бы. Я все силы вложил в связь.

Я даже не заметил сильную бледность Хогли, пока он не сказал. Он выглядел куда хуже, чем до встречи с Мирой. Лицо его еще больше осунулось, глаза потускнели, а лоб и виски блестели от пота.

— Теперь вопрос времени. Как скоро она поймет и придет меня добивать. Так что я все равно не жилец, а ты меня тут угрозами своими пытаешься напугать. -

Отвернулся от меня, показывая что общаться больше не намерен.

Мне показалось или он посмеялся надо мной. Ну да, на фоне проблем, которые ему светят, мои угрозы казались нелепыми. На мгновение почувствовал себя идиотом. Внутри поднялось раздражение. Ну да и ладно, главное что мы сдвинулись с мертвой точки.