Глава 9. Пустая

Империя. Таккара. 27 день бом.

Яркое южное солнце мешало спать, и легкое одеяло, натянутое на голову, уже не помогало. С подушкой на голове тоже не поспишь — жутко неудобно. Оставался один выход: встать и занять себя чем-нибудь бесполезным, что Жаклин и сделала. Сев на кровати, она как следует потянулась, а потом обратилась к приставленному к ней андроиду-слуге:

— Который час?

— 6:32, имари. Прикажите опустить жалюзи?

«Раньше надо было, увалень железный! Сейчас-то уж что» — зло подумала девушка, хотя сама была виновата. Вчера ей взбрело в голову полюбоваться звездным небом, из-за чего андроиду строго настрого запретили закрывать окна. Засыпая, конечно же, забыла отменить, вот и получила пламенный привет от солнца.

— Нет, не нужно, — она поднялась и недовольно осмотрела одежду, брошенную на пол, чего за ней никогда не наблюдалось.

В последнее время Жаклин вела себя странно, но ничего не могла поделать, хотя стоило бы. Например, другой одежды у нее нет, а значит, не надо было бросать имеющуюся вот так. Дело в том, что на Таккару она попала совершенно случайно: Лисард снова что-то там отчудил, и, чтобы операция по его возвращению на Солеа не прошла впустую, император по доброте душевной решил вернуть герцогу Жадо дочь, то есть ее. Однако родитель не торопился забирать Жаклин домой, попросив князя Эгри приютить ту у себя, куда Людвиг собирался в ближайшие дни с визитом. В итоге она осталась одна в чужом особняке без одежды и выхода в Эхо, даже ММ не дали.

Еще раз посмотрев на измятые вещи, Жаклин вздохнула и пошла в душ, забыв приказать андроиду привести все в порядок. Зачем, если снова целый день сидеть в комнате?

Однако по возвращению ее ждал сюрприз. Во-первых, слуга был не один, а целый штат роботесс, разбирающих новую одежду. И это было во-вторых.

— Имари, — все как по команде обернулись к ней и склонили головы. Потом одна из них вышла вперед и сказала:

— Нас прислал ваш отец. Он желает видеть вас за завтраком. Прикажите подобрать подходящий наряд или выберете сами?

— Подберите, — растерянно прошептала Жаклин, позволив роботессе увлечь себя в центр комнаты и переодеть в легкий сарафан с широким поясом. Девушка жутко не любила подобные юбки колоколом, но в этот раз промолчала.

Дело в том, что она практически не виделась с отцом, а в приюте чаще всего ее навещала бабушка — Лорен Шенадоа. И потому Жаклин сильно нервничала, не зная, как отреагировал Людвиг на возвращение блудной дочери. Что ему сказать? Или молчать, пока не начнет расспрашивать? Дрожа и кусая губы, она вошла в обеденный зал и замерла, не зная, как поступить. Отец стоял у стеклянный стены, выходящей в сад, и смотрел куда-то в даль. Высокий, статный, одетый в строгие кремовые брюки и рубашку с закатанными рукавами того же цвета. Красивый, но не как Эд или Алекс, совсем иначе, по-взрослому что ли. Надо было что-то сказать, поздороваться хотя бы, она уже открыла рот, но споткнулась на первом же слоге, не подняв руки в нужном жесте.

— О, здравствуй Жаки, — Людвиг обернулся на ее голос и, ласково улыбнувшись, поманил ее к себе: — Ну-ка, иди сюда, рассмотрю тебя как следует.

Жаклин неуверенно прошла вперед, остановившись в двух шагах от него, и тихо прошептала:

— Здравствуйте, отец.

— Ну зачем так официально, солнышко мое? — он подошел и прижал ее к себе, успокаивающе гладя по спине. — Ну-ну, не дрожи так, все позади. Теперь ты в безопасности.

Она не ожидала такой теплоты, но вместо удивления пришло понимание, что все будет хорошо. Вообще все. Жаклин прижалась к отцу и разревелась, утонув в его теплых объятьях. Но плакала она недолго: стоило подумать, как будет выглядеть наревевшись в волю, как слезы высохли сами собой.

— Успокоилась?

— Да. Я… я не знаю, что на меня нашло. Простите.

— Ну-ну, не стоит извиняться. Я все понимаю. Смена привычной обстановки, незнакомый дом, — Людвиг подвел ее к обеденному столу и помог сесть, галантно пододвинув стул. — Что ты обычно предпочитаешь на завтрак? Держи ММ, выбирай. Я бы посоветовал вот этот салат.

Он заботливой наседкой суетился рядом с ней, рекомендуя то одно, то другое блюдо. Жаклин расслабилась окончательно и спросила:

— А я вернусь на Жевьё?

— Конечно, — Людвиг ослепительно улыбнулся, дождался, когда она выберет напиток, и забрав ММ, сел в соседнее кресло и сделал заказ. — Мы вернемся на Жевьё вместе, просто сейчас у меня кое-какие дела здесь, на Таккаре. Ну, не хмурься. С сегодняшнего дня ты сможешь гулять по резиденции Эгри, здесь очень красиво. Тебе понравится.

Жаклин кивнула. Причин не верить отцу у нее не было, значит, можно насладиться завтраком, а потом осмотреть здесь все-все-все.

Нейтральные Земли, Аллия, 30 день бом.

В силу некоторых особенностей на Аллии все помещения, двери, ворота и прочее были от четырех метров и выше, поэтому невысокая арка из живых глициний с плетеным колоколом посередине выбивалась из общей картины. Это и заинтересовало Алена, он подошел ближе и прочитал на колоколе надпись на староимперском «Врата Фей». Н-да, что и следовало ожидать. Он беззлобно стукнул по дереву и получил болезненный тычок под ребра от Сатьен.

— Прости, мне не следовало…

Она не ответила, лишь приподнялась на цыпочках и поцеловала его в щеку. Ален подавил желание прижать ее к себе, повернулся в сторону гостиницы и вздохнул. Мардж Жамель, отхватив где-то очередного толстосума, притащилась на Аллию и потребовала, чтобы Ричмонд немедленно явился на встречу с ней. Ответить нецензурно не позволила Сати, она же пригласила Жамель на ужин в самом дорогом ресторане планеты, и жадная куртизанка не смогла не согласиться. Пожалуй, Алену стоило поучиться у Сатьен дипломатии, но времени на это уже не оставалось. Да и потом, такой талант рождается только в семье Лэ.

— Прекращай вздыхать! Шетаро Мардж уже прибыл, нам нужно занять свои места.

— Да, сейчас, — он обернулся к ней и все-таки обнял. — Знаешь, у меня появилась новая идея для имени.

— Какая?

— Лотар.

— Да ни за что в жизни! И вообще, если бы ваш Крито не был коматозным ребенком, я бы его сама прибила.

Ален улыбнулся: догадаться об истинной причине отказа не составило труда — его сына явно будут звать Сиэль. Если, конечно, не родится девочка. Но… почему нет?

— Ладно, — он снова разочарованно вздохнул, желая немного позлить спутницу, после чего развернулся к гостинице, где их уже ждал робот-официант. — Идем?

Выбранный ресторан, расположенный на крыше здания, отличался возможностью доехать к своему столику на отдельном лифте, обеспечивая конфиденциальность любой встрече. Поначалу Ален не придал этому значения, но увидев ожидающего их князя Нокса, нахмурился, обернувшись к Сати.

— Ну, а чем тебе не толстосум? — наиграно улыбнулась та и кивнула на куртизанку: — Да и Мардж здесь.

— Вижу, вы не слишком-то рады меня видеть, мади Ричмонд, — Нокс вытянул руку в соответствующем жесте.

Пришлось ответить тем же и, мысленно досчитав до десяти, помочь Сатьен сесть, поцеловать протянутую руку Жамель, занять свое место. Не желая столкнуться с кем-нибудь взглядом, Ален принялся рассматривать стол, уже ломившийся от различных блюд. Забавно, если бы ему позволили выбрать самому, заказал бы все то же самое. Захотелось повернуться к Сати и вкрадчиво поинтересоваться, на кого же она все-таки работает? Но решил адресовать удивление Ноксу, вперев в него вопрошающий взгляд.

— Решил сэкономить время, — князь неопределенно махнул рукой: то ли хотел обвести ей стол, то ли показать «а не все ли равно?»

— Вот как, — Ален улыбнулся одними губами, продолжая сверлить собеседника взглядом. — Может, и вино сейчас подадут?

— Конечно, белое скайзенское.

— Так! — воскликнула Мардж, привлекая внимание, и вскочила со своего места, опершись руками об стол. — Мне надо в дамскую комнату! — потом обворожительно улыбнулась и повернулась к Сати: — Имари Лэ, составите компанию?

Ричмонд встал, помог удивленной Сатьен подняться из-за стола и смотрел женщинам в след, пока за ними не закрылась дверь лифта.

— Ангелы не знают любви. Ни мужчины, ни женщины, — процитировал Нокс отрывок из знаменитого труда Дэниэла Крито «Вся правда о».

— Нас создали, чтобы убивать и возрождаться, будучи убитыми. Но там, где нет нас, нет и мира, — парировал Ален. — На памятнике Артуру II выбито между прочим, сам видел, — он подозвал официанта и, когда тот разлил вино по бокалам и удалился на почтительное расстояние, продолжил: — Чего вы хотите? И что за это получу я?

Нокс не торопился отвечать, изучая Ричмонда, словно пытался найти подсказку, как нужно говорить. В левом глазу князя мелькали янтарные искры — работало записывающее устройство, данные, скорее всего, передавались по эху. Да, иногда быть киборгом довольно удобно, особенно если учесть, что левая рука тоже не настоящая, а титановая. Из-за нее Нокс и получил свое знаменитое прозвище — Титановый Князь. Интересно, сколько все-таки полезного туда встроено? Ален с детства задавался этим вопросом, на который ему, конечно же, никто не собирался отвечать.

— Пожалуй, начну с того, что я могу предложить. А могу я вернуть тиэс Лэ доброе имя, подтвердив, что она успешно выполнила задание. Вследствие чего графиня сможет вернуться на Аф к семье, уйдя в отставку.

— Ждущие, — напомнил Ричмонд, смакуя вино. Не то, чтобы его не заинтересовало предложение, просто решать за Сати он все равно не может, как бы этого ни хотел.

— А при чем тут Ждущие? — искренне удивился князь, слегка подавшись вперед.

— У тетушки спросите, — недобро усмехнулся Ален, вспомив «исповедь» Сатьен о своих работодателях. — Ладно, не интересует в любом случае. Поэтому спрошу еще раз: чего вы хотите?

Следующая пауза длилась чуть меньше, но Ричмонд успел проклясть фамильные черты рода Крито, что все чаще наводили на мысль о Дэниэле. Камьев Итор! Камьевы миротворцы! Оттуда же никуда не улетишь без хорошего коридора, а откуда взяться коридору, когда Деймону вздумалось повоевать? Разве что на Лотри лететь, где после техногенной катастрофы воздух мало пригоден для жизни, а воду надо долго и упорно фильтровать.

— Мне нужно, чтобы вы втайне от имперских спецслужб на орбите Итора, увезли с планеты моего племянника и доставили его на Орсим. Когда вы решитесь похитить Венкса, захватите заодно и Лисарда, — Нокс предупреждающе поднял левую руку, заметив, как напрягся Ален от таких откровений. — Мне все равно, зачем вам понадобился внук Амалии, даже если тот неожиданно окажется самим Крито. Сейчас важнее получить обратно принца. Жаль это признавать, но император перемудрил с подписанием соглашения при Хейве, в итоге Империя может остаться без наследника. Артур изволит предаваться меланхолии по поводу очередного разрыва с какой-то безродной дурочкой. Александр пропал, и мои люди сбились с ног, разыскивая его. Что с Деймоном, вам известно лучше меня.

Ален усмехнулся, раздумывая: посоветовать императору сделать нового ребенка или промолчать? Но услышал, как открываются двери лифта, и выбрал второй вариант.

— Слухи, что ваш племянник — чудовище, верны? — спросил Ричмонд и, дождавшись кивка, продолжил. — Хорошо. Достаньте мне флюверс Ждущих, но без каких-либо жучков и следящих устройств. И чтобы медблок работал как надо.

Князь вновь ограничился кивком. И сразу после этого прохладная ладонь Сатьен легла на плечо Алену.

— Пожалуй, первый раз, когда я оставила тебя без присмотра, и ты ни с кем не подрался.

Он поймал ее руку и, поцеловав, ответил:

— Не имею привычки драться в приличном обществе, особенно если наши намерения совпадают.

Нокс приподнял свой бокал, словно услышал тост, потом залпом допил вино и позвал официанта. Ужин в странной компании продолжался.

Империя. Таккара. 34 день бом.

Жизнь превратилась в сказку. Какая разница, Таккара или Жевьё? С ней рядом был отец, который выполнял все ее пожелания, порой их предвосхищая. Иногда Жаклин посещали мысли, что она не заслужила всего этого и ничем не сможет отплатить за его любовь и щедрость, но Людвиг лишь улыбался. «За любовь не нужно платить, радость моя!» Только идея чем-нибудь угодить отцу все равно осталась, не покидая Жаклин ни днем, ни ночью. И вот она наконец-то поняла, как сможет это сделать!

Князь Эгри! Они с Людвигом частенько спорили, пару раз доходило до битья посуды и техники. Отец требовал отдать похищенное, кричал, что Эгри испортил операцию, на которую у них с Морисом Шер-Пином ушло столько времени и сил. И теперь ОН недоволен. Кто такой «ОН», Жаклин даже не догадывалась, но точно знала, что не мастер Морис. К тому же, князь Эгри недовольно скривился, когда речь зашла о «НЕМ», но спор прекратил, пообещав подумать над возвращением похищенного.

Эта вещь наверняка была здесь, в особняке, а значит, шансы найти ее есть. Хозяин не обращает на Жаклин никакого внимания, нужно лишь проследить за ним и не попасться. Потом расскажет отцу, и они смогут вернуться на Жевьё. Можно будет пригласить бабушку в гости и даже завести себе нормальных подруг! Соответствующих ее титулу, не то что приютские дурочки. Хотя дедушка Сары Юнг граф…

Жаклин едва не проморгала момент, когда Эгри скрылся в личной библиотеке. Она осмотрелась и пошла следом. Дверь поддалась легко, пропуская внутрь. Попасться не боялась, давно заготовив фразу-оправдание: «Я думала, гулять можно везде» Глаза округлить, и ресницами хлоп-хлоп — в приюте срабатывало, и здесь должно. Но никто не остановил, здесь вообще никого не было. Штук пять столов с панелями, четыре монитора на стене, противоположной окну, спец-шкаф для хранения кристаллов. И никого. Но ведь она видела, как Эгри сюда зашел! Не сквозь пол же он провалился!

— Потайной ход! Точно!

Однако поиски ни к чему не привели: сколько бы она ни пыталась сдвинуть любой из столов, те не поддавались. Скрытые кнопки или механизмы отсутствовали, хотя специалистом Жаклин явно не была. Впрочем, когда последний из столов немного отошел в сторону, под ним виднелся обычный пол.

— Ну да! Второй этаж! Там ниже гостиная! — она негодующе топнула и, скрестив руки на груди, повернулась к шкафу. — Клянусь Кошкой из Мертвого Источника — там лифт!

Но проверить не успела. В клипсе раздался ласковый голос отца:

— Жаки, милая, ты где?

— В библиотеке.

— И что же ты там делаешь?

Но на этот безобидный вопрос ответа у нее не было. Она быстро отошла к окну, подальше от шкафа, как будто Людвиг мог ее видеть. «Думай, Жаклин! Думай!» И ни одной достойной идеи.

— Ну, так и?..

— Папочка, я…

Стекло на двери спец-шкафа лопнуло, разлетевшись мелкими осколками там, где недавно стояла Жаклин. А затем и сам шкаф отлетел к противоположной стене, открывая находящийся за ним лифт. Девушка завизжала, забыв, что ее сейчас слышит отец. В клипсе послышались ругательства, после чего Людвиг отключился, но она не заметила, прижавшись к стеклу спиной. На нее из темноты открывшегося проема шел человек, волоча за собой князя Эгри.

Незнакомец был бледный и грязный, все тело в порезах, которые почему-то не кровоточили, но раскрывались при каждом шаге, от всякого усилия. Серые сальные волосы свисали вдоль воскового лица неровными прядями, как будто их пытались выдрать, и иногда получалось. Из глаз к подбородку уходили две дорожки слез, а сами глаза того жуткого зеленого цвета, как у призраков в приюте. Не желая встретиться с ним взглядом, Жаклин опустила голову и пожалела об этом. Ногти парня были выдраны с корнем, некоторые успели загноиться. Икры в порезах и ожогах, по внутренней стороне бедер стекала кровь и что-то белое. Выше она смотреть не стала, боясь увидеть там очередной ужас, а ее и так тошнило. Губы сами собой зашептали молитву Создателям — не помогло.

— Пустая? — в тихом хриплом голосе слышалась насмешка. — Как такое возможно?

Вопрос был скорее риторическим. Парень бросил Эгри на пол и сделал шаг в сторону Жаклин. Она закрыла голову руками, мечтая, чтобы все оказалось кошмарным сном, а ее кто-нибудь разбудил. Но реальность решила в очередной раз доказать, что хуже нее ничего не придумали. Он подошел и, откинув ее руки, приподнял за волосы, чтобы их глаза встретились. Да, иногда взглядом можно убить. Жаклин инстинктивно подалась назад: ей показалось, что ее выпивают, и вместе с жизненной силой уходят воспоминания.

Тетушка Ванесса берет ее на руки и уносит в другую комнату, и Жаклин смотрит на маленького Лисарда, прижимающего руку к пылающей щеке. Заслужил, не будет в следующий раз дергать за волосы. Декорации меняются, и вот она уже на руках у отца смотрит на лежащую в гробу императрицу. Новый кадр. Первое совместное занятие в приюте и первое наказание за неосторожно брошенное слово. Воспоминания мелькают, похожие друг на друга своей однообразностью, и в каждом из них присутствует принц, доставшийся ей, но совершенно ненужный.

— Плохо, — заключил парень, не отпуская волос Жаклин, — слишком много моего братишки. Ты хотела выпить его, пустая? Отвечай!

— Нет, — она всхлипнула, пытаясь отцепить его руки. — Нет же! Он был моим парнем. И это он пытался меня убить!

Ей не поверили и снова потянули за волосы, грозя оторвать голову. И тут кричи, не кричи — никто не поможет.

— Отпусти ее, бестолочь, — раздался знакомый детский голос за спиной парня. — Ее создали для меня, и не тебе ломать.

Он послушался и повернулся к Олейе, парящей в метре от пола. В этот раз девочка-призрак была одна и почему-то на стороне Жаклин. Олейя облетела вокруг парня, осматривая его раны, бросила презрительный взгляд в сторону Эгри, который потихоньку приходил в себя, но притворялся.

— Даже не знаю, на кого из вас я злюсь больше. Ты рожденный и позволил так с собой обойтись! Как же ты сможешь защитить доверенного тебе? — она подлетела к нему вплотную и, обняв, погладила по грязным волосам. — Тише-тише. Засыпай, братишка, спи. Ты забудешь все, что с тобой сделали, как будто этого не было. Но будешь знать, что этот человек собирался тебя убить медленно и мерзко. Не бойся, я о нем позабочусь.

Олейя подождала, пока парень ляжет на пол и заснет, свернувшись калачиком, после чего подлетела к князю Эгри. Опустилась ниже и со всей силы пнула его ногою в живот, Эгри вскрикнул и открыл глаза.

— Глядя на тебя, к своему ужасу понимаю, что падение может быть настолько… отвратительным, — детская ручонка схватила князя за ухо и повернула к себе. — Запоминай. Хорошенько запоминай. Теперь всю оставшуюся жизнь ты будешь заботится о нем, как о своем боге. И если посмеешь подвергнуть его жизнь опасности, — она постучала указательным пальчиком по лбу князя, — вот здесь взорвется маленький капилляр, сделав из тебя овощ. А я буду навещать тебя каждый день. Посмотрим, насколько страдания очищают. Ты меня понял?

Эгри согласно моргнул, после чего его отпустили. Олейя снова поднялась в воздух, грустно окинула комнату взглядом и, вздохнув, растворилась, словно и не было ее никогда здесь. И в тот же миг в библиотеку ворвалась охрана Людвига. Жаклин вскочила и бросилась к отцу, не желая смотреть на лежащих на полу.

— Успокойся, Жаки, — он нежно обнял ее и повел прочь отсюда, бросив охранникам: — Доставьте принца Александра в лазарет, а с Эгри я поговорю чуть позже.

«Вот как, — с ужасом поняла Жаклин, — этот парень, похожий на мертвеца, и есть пропавший принц» Она заплакала, но после случившегося себя ей все равно было жальче.

Нейтральные Земли, Итор, 35 день бом.

После ссоры с отцом Лисард никак не мог прийти в себя, хоть и прошло столько времени. Ему постоянно мерещилось, что руки начинают покрываться черной концентрированной пси, с которой никак не справиться. Он плохо спал. Просыпался среди ночи и проверял, не натворил ли чего во сне, из-за чего стал похож на зомби: не сходящие синяки под глазами, бессмысленный взгляд, заторможенность реакции. Еще и дергался каждый раз, как кто-то из взрослых оказывался рядом.

Несколько раз Лиса навещали Дари с Миги, и в их компании становилось легче. Пару раз им удавалось убаюкать его своими историями о происходящем в приюте, и он спал до четырех часов к ряду, отчасти потому, что друзья не уходили, когда Лисард засыпал. Глен приходил лишь однажды, ему передалась чужая паника, и Уайт слег с нервным истощением. По словам близнецов, его палата похожа на комнату маленькой девочки: яркие цвета, куча плюшевых игрушек и робот-нянька. В другой раз Лис бы посмеялся над этим, но недавно сам чуть не угодил в похожую. Спасибо Ксеронтнасу: послал психологов к Камью и разрешил выбрать любую палату рядом с Алексом, благо весь этаж был свободен. К тому же Лисард все равно большую часть времени проводил рядом с Венксом.

Сегодня он снова пришел туда. Осмотрелся в поисках Олейи, не найдя, выслушал доклад робота о состоянии друга и уселся на полу под окном, уткнувшись лицом в колени. Спать хотелось невыносимо, но сон не шел, лишь тихая боль в висках мешала сосредоточиться на чем-то кроме нее. И под ее пульсацию Лисарду казалось, что он то вырастает до размеров комнаты, то наоборот становится совсем маленьким, меньше записывающего кристалла или клипсы. Надо было встать и взять у робота обезболивающее и, возможно, снотворное, но Лис сидел и вслушивался в неприятные ощущения, словно в них таилась какая-то истина.

Кто-то осторожно потряс его за плечо и, вызвав новую вспышку боли, громко спросил:

— Ты чего на полу сидишь?

Это был Эдуард Ким, настроенный вполне себе дружелюбно. Поэтому характерные покалывания пси на кончиках пальцев оказались совсем не к месту. Лисард отшатнулся к стене, впившись ногтями в колени, и попытался успокоиться.

— Попробуй через себя пропустить, — посоветовал Эд, — пси твоя, а значит, тебе никакого вреда не причинит, только вернется обратно в поток.

Он задрал рукав рубашки и сосредоточил на ладони небольшой потрескивающий шарик, после чего впитал его обратно. Лис увидел, как силовые линии приходят рядом с венами, а потом впитываются в кожу как какой-нибудь крем или стимулятор. Ладно, попытка не пытка. Лисард был в футболке, потому прекрасно видел черные линии с синими прожилками силы, но не знал, с чего начать. Легко сказать: втяни. Как втягивать-то? Он сжал пальцы в кулак, думая так замкнуть пси на себя, и тут же вскрикнул от нестерпимой боли.

— А я смотрю, в вопросах контроля ты все такая же бестолочь, — Э д покачал головой и, не боясь пораниться, взял Лиса за руку: — Я сейчас пущу самый слабый разряд своей пси, тебе покажется легким покалыванием. Попробуй пустить ток вслед за ним.

С такой помощью получилось лучше, чернота впиталась обратно, вскоре за ней исчезли и синие прожилки. Эдуард удовлетворенно кивнул и повернулся к андроиду:

— Эй, дай чего-нибудь от ожогов!

Через минуту робот уже ворковал возле Лисарда, втирая прохладную мазь и накладывая сверху обеззараживающую повязку. Потом, не спрашивая позволения, вколол что-то больное и посоветовал пойти в свою комнату и лечь спать.

— Спасибо, Тван. Сейчас пойду, — пообещал Лис и с помощью Эда поднялся на ноги, голова немного кружилась.

— Забавное имя. Почему Тван?

— Терапевт-врач, А-класса, — Лисард улыбнулся, ему нравилось имя, которое он дал роботу.

— А «н» что значит?

— Ничего. Просто «Тва» мне показалось незаконченным, я и добавил букву, — Лис попытался пожать плечами, но голова снова закружилась, и он вцепился в спасительное плечо Эда.

— Нет, она тоже должна что-то значить, — Эдуард сделал вид, что ничего не произошло, и принялся размышлять вслух, пока они шли к палате Лисарда: — Тван же уникальный робот? Теперь уже точно уникальный. Тогда может «н» — неповторимый? Терапевт-врач А-класса, неповторимый.

— Звучит, — Лис улыбнулся, чувствуя, как боль постепенно уходит. — Так и оставим.

Эд усмехнулся и посторонился, чтобы не мешать открыть дверь. В палате Лисарда было прохладнее, но тот вместо кровати снова уселся на пол, едва не забыв, что не один. Поднял взгляд на Эдуарда и кивнул на кровать.

— Садись, гостем будешь.

— А чего ты все сидишь на полу? — Эд проигнорировал приглашение и сел напротив Лиса, поджав под себя ноги.

— Не знаю… Бзик подсознания, наверное.

Они замолчали, каждый чувствовал неловкость. Наконец, Лисард набрался смелости и посмотрел в синие глаза Эда.

— Прости. Я как-то яростно на все реагирую, не задумываясь о чувствах и безопасности других. Что тогда в спортзале, что недавно с отцом. Подставил тебя во второй раз. Ты же должен был улететь домой, да?

— Ерунда, — Эдуард беспечно махнул рукой, но взгляд отвел. — Домой я еще успею, к тому же, как бы мы тогда с тобой помирились… У нас же теперь мир?

Лис поспешно кивнул, соглашаясь. Про Жаклин и ее причастность к случившемуся тогда вспоминать не хотелось, как будто ничего не было, просто сон. Глупый бессвязный сон. К тому же, Лис не любил долгих выяснений отношений, так и до новой ссоры добраться можно, выясняя, кто все-таки был неправ. И вовремя, потому как дверь открылась, пуская в палату близнецов в компании Глена, которого как раз сегодня выписывали.

— Вот! — торжественно воскликнул Миги при виде Эда с Лисардом. — Я же говорил, что они оба здесь! А вы не верили.

Они с Дари заспорили, часто говоря одновременно. Глен испуганно переводил взгляд с одного на другого, не решаясь вставить хоть слово. Лис улыбнулся: почти как в старые добрые времена, не хватало лишь Алекса.

Нейтральные Земли, Жевье, 40 день бом.

После злополучной встречи с принцем Александром в библиотеке Жаклин никак не могла прийти в себя, даже по возвращении на Жевье. Радужные планы о подружках, балах и прочих развлечениях ушли на второй план. Вместо этого девушка день за днем прокручивала воспоминания, которые всколыхнуло нападение принца. Нет, он не просто коснулся ее памяти, а намеренно искал доказательства ее участия в жизни Лисарда. И все бы ничего, если бы Жаклин не поняла, что тому частенько доставалось из-за нее. Но разве это повод для убийства?

— Нет, — она решительно покачала головой, глядя на свое отражение в зеркале. — Нет, совсем не повод.

Только как объяснить это Александру? Конечно, сейчас он на Таккаре, и его, помимо угроз Олейи, охраняют люди Людвига. Отец же известил Нокса и императора, что нашел пропавшего принца, слегка соврав про обстоятельства. А это значит, что Александр может в любой момент прилететь на Жевье и снова попытаться убить Жаклин!

— Имари, — роботесса-секретарь склонилась в поклоне. — Има Людвиг желает видеть вас у себя в кабинете. Он желает, чтобы вы оделись понаряднее, у него гости.

Жаклин нахмурилась. Ее не предупреждали ни о каких гостях, но быстро взяла себя в руки, приказав принести несколько платьев на выбор. С полчаса покрутилась перед зеркалом, отметая наряды из-за цвета или фасона, пока, наконец, не остановилась на изумрудном. Строгое платье-карандаш на бретельках отлично подчеркивало ее фигуру и добавляло объема в груди, а еще к нему прилагались симпатичные туфли-лодочки. Завершив образ недавно подаренным отцом кулоном с изумрудом, она спустилась на второй этаж.

В кабинете Людвига пахло свежесваренным сарчем с гвоздикой и свежей выпечкой. Отец сидел в кресле за рабочим столом, напротив него расположился высокий молодой человек в строгом черном костюме, сильно контрастирующим с его бледной кожей. На какой-то момент Жаклин показалось, что это принц Александр, но потом заметила черные волосы и темно-серые глаза. Не зеленые, нет. Она облегченно вздохнула и вытянула руку в жесте приветствия.

— Здравствуйте има.

— Жаки, — отец улыбнулся и кивнул на свободное кресло рядом с незнакомцем, — присаживайся. Има Леон хотел расспросить тебя о ваших отношениях с Его Высочеством Лисардом.

Жаклин сглотнула, едва не промахнувшись мимо кресла, когда усаживалась. Конечно, подобных вопросов от отца следовало ожидать после случая в библиотеке, но чтобы расспрашивал кто-то посторонний! И тут ее осенило — да это же и есть пресловутый «ОН»!

— Жаки?

— Да? Я просто не знаю, что рассказывать и с чего начать…

— С самого начала, — мягко подсказал Леон. Он повернулся к Жаклин и внимательно ее разглядывал. — Князь Шер-Пин говорил, что ваша дружба с Его Высочеством началась с Фестиваля Цветов.

Она вздохнула, погружаясь в не самые приятные воспоминания. Не так уж они были дружны, просто ей почему-то казалось, что Лисард обязательно будет следующим императором. Значит, если его заарканить, то есть все шансы стать впоследствии императрицей. И пока принц активно сопротивлялся, интерес ее лишь возрастал, ровно до Фестиваля Цветов. Конечно, легкое касание губами губ можно было лишь с большой натяжкой назвать поцелуем, только Жаклин почему-то испугалась. Эд, приревновавший ее к Лисарду, показался тогда желанным защитником, за которого она с удовольствием спряталась. Потом мечты заполучить титул императрицы снова взяли верх, и когда Лисард предложил встречаться, Жаклин охотно согласилась. И как оказалось, не зря: поцелуев еще случилось штук пять максимум, и те были близнецами первого, а вот девчонки обзавидовались. Если бы не Венкс, она бы и дальше сохранила статус девушки принца, потому как Лисард не сошел бы с ума…

Отец с Леоном слушали внимательно, не перебивая, хотя ее желание стать императрицей вызвало у них улыбку.

— Знаешь, милая, — осторожно начал Людвиг, когда Жаклин замолчала, — Лисард не станет императором. Ждущие попросили его себе сразу после похорон твой тети Ванессы. Если бы не соглашение при Хейве, его давно бы лишили титула и сделали послушником на Шинае. Ждущие и их глава любят собирать людей со странными способностями. Как бы там ни было, императором Лисарду не быть.

— Хорошо, — Жаклин кивнула, ни капли не расстроившись. — А принц Александр?

— Вы все еще боитесь его, имари? — мягко поинтересовался Леон, слегка склонив голову набок. — Не стоит. У него случилось временное помутнение, больше он не нападет на вас. Если Лисарда Крито не станет, Его Высочество Александр будет самым обычным человеком.

Жаклин задумалась. Получается, что пока Лисард жив, опасность для ее жизни остается. Плохо! Очень плохо! Ее совершенно не радует перспектива вечно бояться!

— Мне нравится твое возмущение, детка, — усмехнулся Людвиг. — Нам самим не нравится перспектива, что Лисард вернется на Солеа живым и невредимым. Думали, ты дашь нам какую-нибудь подсказку, как его выманить из-под крылышка Ксеронтнаса до Дня Солнцеликого. Иначе потом Годжи заявится туда чуть ли не со всем флотом.

Император прилетит на Итор во главе военного флота? Нет, тогда Лисард точно выживет, и Александр снова попытается убить Жаклин! Она никак не могла этого допустить. Если бы День Солнцеликого не был так скоро, наверняка можно что-нибудь придумать! Например, пригласить бабушку провести выходные на Иторе, выманить Лисарда из приюта под предлогом примирения и окончательного разрыва. Еще бы Ксеронтнаса куда-нибудь убрать на это время, а мастер Морис, конечно же, разрешит принцу покинуть охраняемую территорию… Жаклин, сияя от снизошедшей на нее идеи, вскинула взгляд на отца.

— Папочка! Мастер Шер-Пин ведь на нашей стороне, да?

— Подумать только, — усмехнулся Леон, обращаясь к Людвигу, — а я вам сначала не поверил, когда вы сказали, что девчонка может пригодиться, — и снова обернулся к Жаклин. — Да, Морис целиком и полностью на нашей стороне и сможет убрать Ксеронтнаса на время. Сможешь привести Лисарда к Источнику?

— Да! — не задумываясь, ответила Жаклин. — Приведу. Я сделаю все, что нужно.

И добавила мысленно: «Все, чтобы не умирать»

Загрузка...