Я великий друид которому 400 лет! Том 9

Глава 14

— И каков вердикт, товарищи автолюбители? — поинтересовался я, добравшись до гаража. А на меня смотрели с выпученными глазами.

— Это Ламборджини Урус… Какой ещё может быть вердикт? — без сарказма спросил Игнат, а потом погладил капот Уруса. — Машина зверь! Но и стоит как трёшка в Москве…

— Восемьсот лошадиных сил, двигатель на четыре литра, гибрид! — глаза Аквы горели словно фары этого самого Лаборджини.

Здесь собрались все, кроме Ингвара и Сергея.

— А что за звук? — спросил я, и мы прислушались, а открыв заднюю дверь, увидели полторашек. Они скакали на креслах, имитируя секс, и постанывали.

— Тренируемся, — заявили те, а я закрыл дверь.

— Опять они за своё! — воскликнула Любава.

— Думаю я, — заговорил Ли, — что эта машина и без того максимально опорочена.

— Это да, — кивала Люба. — От неё так и веет сексом.

— Секса там точно было много. Особенно если машина БУ, — добавил я и сел за руль. А там всё модно, красиво, и видно, что за машиной ухаживали.

— Порулить! — к двери подбежала Аква с горящим взглядом.

— Развлекайтесь.

Я выскочил из машины, и видимо, мне сегодня уже не покажут озеро… Впрочем и другой работы навалом. А потом день взял и неожиданно закончился!

Женщины ко мне не приставали, видя, что я уставший, так что спал я сладко, обнимая мягких женщин. Правда, обе горячие, но я окно открыл, и даже Яша не проникла. В итоге выспался так выспался. Проснулся аж в одиннадцать часов! И едва успел позавтракать, как приехал человек Гадюкин.

Ну, тот человек от правительства. Темноволосый невысокий мужчина на этот раз прибыл с двумя людьми на чёрном минивэне.

— Добрый день, Иван Олегович, — пожал тот мне руку, а его люди остались у машины.

— Добрый, Максим Елисеевич, прошу за стол.

Мы переместились за круглый стол, где уже были разложены предметы против одержимых. Шлем из коровьего черепа с кристаллами в глазницах, дубинка из большой кости, а также два костяных ожерелья. Но всё покрашено под дерево. Ну не пугать же людей костьми животных?

— Неплохо, выглядит интересно, — сказал серьёзный мужчина, и его глаз зацепился за дубинку. Да, ту самую, которую я брал в Беларусь.

— Собственно, всё это решение вашей проблемы.

— Даже это? — мужчина приподнял костяную дубину.

— Да.

— У вас весьма радикальный взгляд на проблему «одержимых», — на лице серьёзного мужчины появилась ухмылка, но он не представляет, насколько прав.

— Ну, если ваших людей вдруг будут рвать на части голыми руками, немного «радикализма» не помешает, — ответил я, и ухмылка с лица мужчины тут же пропала. — Начнём же.

Я указал на шлем.

— Надеваете на голову «одержимого». Если камушек на лбу светится, значит, человек «одержим».

— И что дальше? — спросил Гадюкин.

— Ничего. Ждёте пока шлем не перестанет светиться. Потом снимаете, и всё, человек более не «одержим».

Мужчина смотрел на меня с недоумением. Но всё же кивнул.

— Здесь искусственные кристаллы в глазах, они весьма хрупкие, и как только на них появятся трещины, шлем перестанет нормально работать. Так что его нужно будет вернуть на обслуживание. Мы заменим треснувшие кристаллы.

Они полны маны, вот и треснули! Халявная мана!

— Хорошо.

— С этим всё. Далее, — я указал на костяное ожерелье. — Это на случай, если трудно удержать «одержимого». Наручники, к примеру, рвёт, бесится и дёргается сильно. Просто надеваете ожерелье, и всё, одержимый спокоен. Потом либо шлем надеваете, либо ко мне везёте, либо… — я кивнул на дубину.

— Понял.

— Есть один момент. Чем сильнее «одержимый», тем труднее его удержать. И эти штучки, — я указал на костяные украшения на ожерелье. Они выглядели как не очень ровные овалы. И их было девять штук. — Они начнут постепенно лопаться.

— Лопаться?..

— Да, дубина тоже может лопнуть. Это нормально. И вот, когда последнее украшение лопнет, «одержимый» вновь начнёт бесноваться. Обломки, кстати, попрошу вернуть.

— Понял, вернём, — кивнул мужчина.

— Но есть ещё один важный момент, и это материал, — я взял два ожерелья. У одного овалы были длиннее, у другого — короче и резные. — Всё это кость. Но здесь кость коровы, а здесь, — я приподнял ожерелье, где украшение короче, — кость человека.

— Человека? — нахмурился тот.

— Разница в эффективности в пять раз. И да, человека. Вы просто не представляете, насколько «богаты», наши леса на человеческие кости. Особенно связанных и утопленных скелетов.

Мужчина несколько секунд размышлял, но я первый заговорил:

— Мы подготовили два набора, можете забирать, а потом вынесите свой вердикт.

Тот посмотрел на меня, потом на стол и всё же согласился.

— Благодарю. Мы испытаем в течение пары дней.

Тут рядом лежали деревянные ящики, в которые мы уложили вещи. Там также была солома, чтобы не сломали артефакты при перевозке.

Вскоре они уехали, а ко мне подошёл Ли.

— А если они будут лупасить одержимых дубиной, кристаллы ведь появятся.

— Не появятся. Ингвар переделал дубины. Там будет другое. Мана осядет в костях.

— Так прочность ниже станет ведь, — удивился Ли.

— Ну а что делать? Вернут обломки, мы заберём ману и дадим новую дубину.

— Часть себе отсыпят, скажут потеряли, — хмыкнул китаец.

— Ещё бы. И кристаллы Игната попробуют изучить. Пускай.

Ли кивнул, и мы уехали в город. Мне нужно было завершить юридические моменты касательно моей новой машины. И да, у меня есть права. Даже у Аквы они есть. А вот у Любавы нет. Так что ей нельзя водить. Правда, она в детстве трактором рулила не один десяток раз и на Жигуле умеет ездить… Поэтому нужно бы ей права получить. Ну и ребятам сделать бумагу, чтобы они могли водить мою машину

Разве что доверенность на Акву, Инди и Ли оформлял у нотариуса, ведь они — иностранные граждане. Но это всё пустяк. Не пустяк — это обслуживание машины…

— Ну а что вы хотели с такой-то машиной? — убивал нас наповал друг Фёдора. Тот, который машину Ли чинит. Мы к нему после оформления бумаг приехали. — Тут только техническое обслуживание — это полмиллиона в год. Страховка в районе двух миллионов. В год, конечно же. Ещё транспортный налог… В общем рассчитывайте на расходы от двух с половиной до четырёх миллионов в год.

— Ужас, — подытожил я и посмотрел на Ли. — Нужно было деньгами брать.

— Да ладно. Известному человеку полагается дорогущая машина, — заявил тот, но я так не считаю. Правда, и продавать не хочется. Ладно, как говорится, поживём, увидим.

— Ладно, делайте.

— Ага, думаю, за четыре дня управимся.

Я пожал руку автомеханику, и мы уехали. БМВ Ли уже починили, что хорошо. Учитывая, что такси минируются, ездить нужно на своей машине. Ну и Джеймсу бы ответить. Нельзя оставлять нападение на меня безнаказанным.

Вот только он ли виноват?.. Это могут быть «островные друзья». Но я в принципе могу всем устроить пакости и тогда точно не ошибусь…

С такими мыслями я вернулся на ферму, а там меня уже дожидался Злой Ли. Я и позабыл про него…

— Я вас два часа ждал! — раздался недовольный голос из окна чёрного внедорожника.

Затем мы поехали к центральной ферме, и мы выдали ему то, что Ингвар успел в спешке сделать. А именно десяток дубин, два шлема и четыре ожерелья.

— Половина кристаллов будет платой за артефакты, — сразу заявил я, и Сяо Ли поморщился.

— Без ножа режешь.

— Ну прости уж. Мы на них ману тратим, и взамен я хочу получить ману, — возразил я, и тот неуверенно, но всё же согласился.

— С тобой невозможно иметь дела, — вздыхал Сяо.

— Все так говорят, но при этом работают со мной, — вновь возразил ему.

— Сказал бы я, но не хочу материться!

Сяо махнул рукой, и двое мужчин вышли из его внедорожника. Они подбежали к нам и потащили ящики в салон. Уместились, на удивление, все ящики.

— Если всё сработает, я бы попросил ещё больше артефактов. У нас начинается неприятная тенденция. Пока, как бы это странно ни звучало, помогает эпидемия. Люди сидят дома или носят маски. Людей на улице мало, и они осторожны, но вот в сёлах начинаются «странные» вещи.

— Насколько массово? — спросил я.

— Настолько, что дошло до верхов, и они, верхи эти, не хотят паники.

— Понятно. У нас, собственно, всё так же.

— Знаю, — хмыкнул Сяо Ли. — Видел я этого Гадюкина. Опасный он человек.

— Опаснее меня? — приподнял я бровь.

— Сказал человек-катастрофа, — вновь хмыкнул китаец. — Нет, не опаснее, но геморрой может устроить. А ты у нас теперь человек «оседлый», геморрой не любишь.

— Не люблю. Как и тех, кто мне его создаёт.

— Думаю, для тебя это будет откровение, Друид, но ты сам — источник большей части своих «проблем». Слишком ты эгоистичен, самонадеян и мерзкий человек, — заявил главарь Триады…

— Мерзкий я лишь к тем, кто мне не нравится.

— Эй, Чжэньхуэй, Иван ведь мерзкий человек? — крикнул Сяо, стоявшему в стороне гастарбайтеру.

— Совершенно точно не мерзкий! Я ведь правильно сказал, господин-работодатель?

— Правильно, получишь дополнительную миску риса и кошко-жену, — кивнул ему.

— Спасиба, насяльника! Вы лучший!

— Придурки, — вздыхал Сяо и развернулся. — Поеду я. Мне ещё мир спасать, пока вы тут развлекаетесь.

Он сел в машину, а ко мне подошёл гастарбайтер.

— Развлекайтесь, ага, — хмыкнул Ли. — Работы только прибавляется…

— Да, и не забудь, нам таблетки ещё делать, — «обрадовал» я его.

— А может, Сяо был прав? — Ли уставился на меня.

— Отобрать миску риса?

— Пошёл работать на благо всего мира! — убежал китаец.

Сразу бы так. К тому же нам нужно будет отправить в Беларусь небольшую партию лекарств. Об этом уже договорились все, кому надо. Ну и у меня подрастает новая партия Золотого корня. Да и Тысячелистник уверенно растёт.

— Привет! — я шёл к пруду, как из клиники вышли две девушки. Подруги Любавы.

В клинике у нас туалет для работников, там же кухня и раздевалка. Люди там обедают, но посменно, а не как раньше, когда всех собирали на обжиралово.

— Привет, Настя, Катя, — кивнул девчатам. — Как работа?

— Тут тепло, сытно кормят, работа лёгкая, ну если сравнивать с копанием картошки, так что всё супер! — заявила худенькая плоская девушка.

— Нам очень нравится, — добавила слегка полноватая и грудастая. — И мы скучали по клубничным маскам для лица, а младший братик от клубники вашей стал активным, бодрым, мать не нарадуется. Спасибо огромное!

— Пожалуйста, — кивнул им. — Вскоре нужна будет помощь со сбором винограда. Да и шиповника.

— С радостью, — ответила та.

— Иван Олегович… — слегка покрывшись румянцем, заговорила худая Настя. Надеюсь, она тут не в любви пришла признаваться?..

— Да?

— А у вас случайно комнаты не сдаются?.. — удивила она меня, и объяснила: — Я бы жила здесь на время сезона. В селе дом не снять, не потяну по деньгам, да и бессмысленно это. А с родителями жить тяжеловато уже. Хочется немного свободы…

— Тоже хочу! — вмешалась грудастая. — Я бы тоже сняла комнату.

— Комнат нет, но я подумаю над этим.

— Спасибо. Подумайте, пожалуйста. Мы не доставим проблем. Или мы бы с Катей снимали домик на двоих или даже троих… четверых?..

— Подумаю, — ещё раз сказал я, и девушки побежали работать.

Но, вообще, можно сделать что-то такое. Я же хотел пристройку к частоколу сделать. Там будут клиника, парковка, и можно добавить общагу. Ну или многоквартирный дом… Подумаю в общем.

Ладно. Дойдя до пруда, собрался было заняться садом, но позвонила София Матвеевна. Ну и я пошёл в санаторий, где в столовой меня ждали все гости и София.

— Чёрт! — воскликнул я, оказавшись там и вызвав у людей недоумение. — Нужно было делать фотографию «До», — добавил я, и люди расслабились.

— А я сделала, — улыбнулась София Матвеевна, и народ загалдел, вспоминая, что, да, была.

А потом мы рванули ко входу в санаторий и сделали вторую фотографию. Но её не показывали, а отдали нашему администратору, чтобы распечатала двенадцать копий. А когда вернулась, люди заохали и заахали.

На первой фотографии были уставшие, старые, больные люди. А на второй фотографии совершенно другие товарищи. Вот не узнать. Все внешне скинули лет по пятнадцать, если не двадцать. Подтянулись, пропали морщины, обновились кожа и волосы. У кого-то даже осанка исправилась, и они стали казаться выше.

— У меня для вас плохая новость, — вновь я всех ошарашил. А находились мы в столовой и сидели за столами. — Что с паспортами делать будете? Вас теперь не признают. Особенно ваши деловые партнёры.

— Иван Олегович, у меня чуть сердце не остановилось! — расхохотался тот вредный ворчливый старик, и все закивали. — Но, да, вы правы. Я сам не сразу себя на фотографии нашёл.

— И я! — сказала одна из женщин.

— А я узнала, но с трудом… — добавила ещё одна женщина.

— Думаю, эксперимент прошёл успешно, — заявила София Матвеевна. — Буду рада конструктивной критике.

— Это явно стоит дороже тех денег, что мы заплатили, — заявил тот вредный старикашка, который ранее жаловался, что «дорого».

— Определённо слишком дёшево, — согласилась та женщина, которая грудь показывала. — У меня знакомая в месяц миллион тратит на всяких косметологов и прочих шарлатанов. И так уже лет десять, а красивее не становится. Лишь хуже…

Народ тут же загалдел, а София записывала в блокнот. Администратор Василиса тоже вела запись. Эта строгая полторашка стояла у стены и, как говорится, «не отсвечивала».

Критика же в основном касалась всяких мелочей. Кому-то не очень нравится планировка комнат. Кому-то хотелось что-то вроде дискотеки и того подобного.

В итоге накопилось пунктов сорок…

— Ой! Вспомнила! — воскликнула одна из женщин и всех ошарашила. — Муж. Диабет. Он вылечился!

— Значит, помогло? Вот и хорошо, — кивнул я и народ оживился.

Мы ведь здесь в подземелье вино делаем. Своими «ножками» женщины давят виноград, а мужчины уже делают вино. Половину синего и голубого они могут забрать себе. Остальное забирает санаторий. Гостей и работников поить.

В скором времени начали приезжать машины, и мы с Софией провожали людей. Да, немного резко всё случилось, но у людей работа, бизнес, семьи и прочее, что нельзя надолго оставлять без присмотра. И как бы им ни хотелось остаться, но сила воли у людей имеется, так что раз «всё», то пора уезжать из «рая».

И вот, приехала ещё одна машина, и со мной попрощался Вениамин Яковлевич, деловой партнёр Сычёвых. Ему шестьдесят три года, но, когда он приехал, выглядел весьма плохо. Сейчас же едва дашь пятьдесят. Или даже сорок пять.

— Иван Олегович, я честно поражён тем, в кого я превратился. Уверен, я не то, что пять или десять дополнительных лет проживу, но и все двадцать! За это время я точно смогу воспитать себе достойного преемника. Премного благодарен вам.

Мужчина расплылся в улыбке и протянул руку.

— Удачи вам, Вениамин Яковлевич, берегите здоровье, — пожал я его руку.

— Спасибо. И если вам будет нужна помощь, вы всегда можете обращаться ко мне.

Мы попрощались, и он уехал, а затем и все остальные постепенно да уехали. А я с Софией Матвеевной переместились на территорию санатория. Там было место, где можно пить чай на свежем воздухе.

Имелись уединённые столики и стулья. Если надо, то можно поставить пляжный зонт.

— Эксперимент и правда успешный, — заявила женщина. — Но я и не сомневалась, что так всё и будет. Да и цену правильно сделали, что установили низкой. Теперь же мы можем её смело поднимать на основе отзывов людей.

— Раза в два? — предложил я.

— Да. Пока хватит и в два раза. Но выгода от приобретённых связей всё равно выше.

— Ну, в этом и цель, — улыбнулся ей.

— Соглашусь, и цель выполнена на все триста процентов! Тогда давайте обсудим, что можно улучшить, и я зову новую группу.

— Главное не перетруждайтесь, всё же уже пятый месяц идёт, — я кивнул на живот Софии Матвеевны.

— Да… — она погладила живот, мило улыбаясь. — Спасибо и за это, Иван Олегович. Мы раньше не могли забеременеть. Стресс и всё такое. А теперь наша жизнь перевернулась с ног на голову. В хорошем смысле, конечно же. Словно чёрная полоса резко закончилась, и идёт сплошная белая.

— Вы мне тоже много помогали. Но впереди ещё многое предстоит сделать.

Она очаровательно улыбнулась, и мы занялись обсуждением санатория, что затянулось часа на два. Потом мы обходили санаторий вместе с Викторией и обсуждали разные моменты, затем вызвали Фёдора. Вновь всё обсуждали. Так, собственно, и прошёл день.

Следующим утром приехала настоящая военная колонна из четырёх броневиков с установленным на них оружием.

— Ты всё курьером подрабатываешь? — хохотал я над Денисом.

— Я из-за этого нервняка уже вон! — он указал на свой живот. — Похудел! Тридцать килограмм сбросил, и теперь кожа обвисает. Да я даже член свой теперь вижу. И лучше бы не видел это расстройство…

Вздыхал он.

— Ну, немного спорта, правильное питание и будешь мужчиной-красавцем.

— Я хочу свою радость! Хочу своё пузико! — заявил тот и обречённо вздохнул. — Ладно. Как вообще дела? Больше покушений не было?

— После аэропорта?

— После него самого.

— Пока тихо, но у меня, — я кивнул на небо, где летал мой квадрокоптер, — всё под надзором.

— Звони, если что. Тут идёт масштабная чистка у пограничников, но сильно не давят, дабы крысы не затаились.

— Ловите на живца? — приподнял я бровь.

— Крупного такого живца, — хмыкнул Денис. — Но это лишь предположения. Мне, собственно, никто не отчитывается. Просто просили передать, чтобы ты бдел.

— Я бы лучше бдел, если бы знал, кто ходит по моему лесу. Враги или друзья. А то прибьёшь странных людей, а они вдруг окажутся своими.

— А ты не прибивай, этим займутся профессионалы, — возразил Денис.

— Если бы я всегда полагался на других, уже давно был бы мёртв.

Денис посмотрел на меня и сдался.

— Дай мне контакты твоего главного по охране. Договорюсь о координации…

Вскоре Денис уехал с номером телефона и пилюлями от ОРВИ. Я, конечно, послал за ними волков, но они успешно выехали на трассу, и дальше, думаю, всё будет хорошо.

Но только они уехали, как я был пойман Аквой и под предлогом посмотреть озеро утащен под воду.

— Уже час прошёл… может, всё же посмотрим озеро? — спросил я у прижимающейся ко мне красавицы. Она тяжело дышала, обливалась потом и слегка подрагивала.

А находились мы в подводном доме девушки и лежали на кровати. Двуспальной.

— Дай… отдышаться…

— Выносливость у тебя низкая. Почему кстати? Ты ведь много плаваешь.

— Ну… — она виновато улыбнулась и вжала голову в плечи.

— Магию используешь, да?

— Да…

— Отныне используй её, лишь когда нужно, а не для удобства, — потребовал я.

— Угу. Как скажешь, — она потянулась ко мне и, поцеловав, заползла на мою грудину. А потом крепко обнялась и прижалась щекой к груди. — Как же я счастлива… Но очень хочется, чтобы ты полюбил меня так же сильно, как и я тебя…

Я погладил её по спине, ну и голове.

— На это нужно время. Много времени. Я в этом деле тормоз. По крайней мере так мне всегда говорили…

— Заметила, — заулыбалась она и присела мне на живот. — Ещё хочу…

— Ещё один суккуб! — ахнул я.

— Немного, — мило заулыбалась русоволосая красота с шикарной грудью. — Но у меня ещё не было такого секса, как с тобой. Это как с самоката пересесть на дорогой автомобиль…

— Ну, когда у тебя сорок четыре женщины, скорость доведения тех до оргазма напрямую влияет на количество времени, которое у меня останется на сон, — заявил я, и Аква в голос рассмеялась.

— Я вот ничуть не сомневалась! Вот ни капельки, что в этом и была причина! — продолжила она хохотать.

— Ой всё, — проворчал я и, схватив девушку за талию, поднял как пушинку, а затем начал с ней вытворять всякое разное в течение часа, пока Аква… Даша не взмолилась о пощаде.

Сейчас она лежала звездой и пыталась отдышаться. Я же сидел рядом и прогонял ману по телу для быстрого восстановления после «марафона». Но вдруг меня схватили со спины.

— С этого дня… я займусь своим телом, — сказала девушка, но всё ещё тяжело дышала. — Ради тебя я готова на всё…

Миг спустя она вырубилась, уснув со счастливым выражением лица. Да уж, посмотрел, называется, на озеро… Ладно, выплыв на поверхность пруда, посмотрел на пагоду, скрытую за водным заслоном, и поплыл к беседке, где сейчас отдыхала Ночь.

­— Тебя Вика покусала? — спросил у голой девушки.

Она сидела на подушечке в центре беседки, скрестив под собой ноги. Эротичненько.

— Вода мне более близка, чем огонь, — ответила та и открыла глаза. — Голышом мне легче ману впитывать.

— Понятно. И как успехи? Хочешь освоить воду?

— Вряд ли. Характер неподходящий, — покачала она головой и приподняла уголки губ. — Я же не гибкая да пластичная, как некоторые: «Сегодня одного люблю, завтра другого».

— Кхм. Ты обычно была одиночкой, поэтому мало знаешь о том, что творили твои «товарищи» по стихии, — хмыкнул я.

— Наверное, лучше не знать…

— Да, ведь посмотри на Ингвара. Добрый некромант. Ну а вода… у тебя есть шанс.

— Правда? — удивилась та, а я не врал. Есть шанс.

— Правда. Но если слегка поменяешь своё мировоззрение. Тебе нужно отбросить прошлые обиды.

— Не так-то легко это сделать. Я — девушка злопамятная, — ответила та и окинула меня взглядом. — А ты чего мокрый?

— Долгая история… Ладно, медитируй. Но если что, есть зелье, усиливающее медитацию.

— Не откажусь, — Ночь ловко поднялась на ноги без рук и начала надевать бельё. Я же приподнял бровь. — Не смотри, извращенец.

Отвернувшись, невольно улыбнулся, всё же у этой суровой девушки двух метров ростом было детское нижнее бельё с рыбками.

Ладно. Сделаю зелья и займусь важным делом, а именно… буду ломать психику людям и поливать сад вином!