Волшебный секретарь. Книга 10

Глава 6. Опасный договор с коварным злодеем

— Уточните запрос.

Микрофонам своим не верю! Он заметил разницу в цвете? Сколько нужно смотреть на человека, чтобы запомнить оттенок его глаз?

[Некорректный запрос. Данные не найдены. Повторите запрос, используя другие ключевые слова]

Хм. А это, и правда, бесит.

Отменить поиск. Я просто так спросила.

Приближался полдень. Где-то открылась заветная дверь, выпуская запертого мной министра, а где-то открылась роковая дверь, впуская отпущенного собой советника. Люди очень интересные: наблюдать за ними малоинформативно, но очень весело. Гордо выпятив грудь и важно выпучив глаза, он твердым шагом вошел в кабинет и провозгласил:

— Это я!

Ну гениально же. Есть функция, чтобы отменить советника?

[Начать поиск киллера?]

Ну не так же радикально.

Мы с императором одновременно посмотрели на паренька, чтобы убедиться, что это, и правда, он. Да, он. Ошибки нет.

— Братишка, одна минута, — объявил время Лель.

— Сорок девять секунд, — холодно уточнила я.

— Это самый короткий отпуск в истории человечества, — кивнул он. — Зови ребят из книги рекордов.

— Вызов отправлен. Мы сто пятнадцатые в очереди, — тут же откликнулась я.

— Эй, у твоей подружки чувство юмора прорезалось! — указал на меня пальцем советник.

— Сто четырнадцатые, — меланхолично сообщила я.

— Ты что, правда, им позвонила? — насторожился будущий рекордсмен.

— Сто двенадцатые, — механически ответила я.

— Не все, прекращай! — замахал он руками. Я замерила ширину размаха и поняла, что он не рад победе. — Отменяй запрос, вредная машина.

— Запрос отменен.

— Фух.

— Ник, ты же хотел уйти? — насмешливо напомнил правитель, потихоньку подкатывая ко мне свое кресло и думая, что никто не замечает его маневров. Я подняла ногу и бесстрастно пнула кресло обратно, задвинув императора за его рабочее место. Это было ошибкой, так как Лель оказался очень настойчивым в подкатах и решил, что если победит, то получит свой приз.

— Да, хотел! А потом вспомнил, что мне в этой стране еще жить, и решил вернуться. Ну как? Целых сорок девять секунд. Не развалили еще страну?

Наших игр не выдержала мебель, и проигравший император свалился на пол вместе с ее обломками. Однако не разозлился и бодрости духа не утратил, отвечая:

— Нет! Пока только кресло. На очереди кровать. А потом подумаем о стране. Сейчас только выясню сначала, какой вирус покусал моего секретаря. — Выбравшись из-под обломков мебели, блондин просто отряхнулся и, как ни в чем не бывало, уселся на стол. Я в фоновом режиме подобрала хорошее кресло и заказала доставку, а он ослепительно улыбнулся и продолжил допытываться: — Так что с глазами, красавица? Утром были серые, а теперь розовые. Да и поведение твое… Ты обиделась? Не понравилось целоваться? Или расстроилась, что так мало?

Нейроблокатор трещал уже в фоновом режиме, как счетчик радиации возле обедненного урана, и чем жестче были провокации босса, тем интенсивнее был шум. Не знала, что у роботов есть предел терпения. Мой мне уже из-за угла машет. Но Лель все равно лучше Визара, поэтому я ни о чем не жалею. Возможно, если предостеречь пылкого правителя, проблема решится?

— Изменение цвета глаз — побочный эффект нелицензионной программы нейрокоррекции. Основное назначение программы — устранить воздействие внешних факторов на работу системы.

— Не понял, — моргнул босс.

— Под воздействием внешних факторов были выведены из строя модули устройства, а система была заблокирована критической ошибкой. В тот раз обошлось сбоем в работе сети электроснабжения, но все могло сложиться гораздо хуже. Во избежание повторения инцидента мной была установлена программа нейромодуляции, которая корректирует поведение устройства.

Я закончила очень простое объяснение, но два человека продолжили подозрительно всматриваться в мой рот, будто в речевую программу могла закрасться ошибка. Первым в себя пришел советник. Он похлопал Леля по плечу и, когда тот повернулся, дал ему свое объяснение:

— Внешний фактор — это ты, братан.

И только теперь до правителя дошло. Светлые брови поползли вверх, а в обращенном на меня взгляде отобразился широкий спектр эмоций. Модуль прогнозирования тут же насторожился и едва не поднял плазменные щиты.

Из-за нейроблокаторов у меня снижена способность адаптировать речь под разговорную, а ведь она и до этого была не на высоте. Программы имитации были хорошим подспорьем, но теперь они заблокированы нейромодуляторами, поэтому советник стал переводчиком с технического на человеческий. И я еще не решила, хорошо это или плохо. Увы, правитель плохо поддается прогнозированию. Я бы сказала, что Лель — непостоянная переменная, которая мне все уравнения рушит. Бессовестный.

— Ник, выйди, — не отрывая от меня взгляда, бросил Лель.

— Куда? — непонимающе хлопнул глазами советник.

— В отпуск, в коридор, в космос, нахрен, куда-нибудь. Выйди живо.

— Схожу к астрологам, — надулся Ник. — Мне кажется, у нас несовместимость. Секретарь Йоль, держитесь. Наш друг — баран по гороскопу.

Высказавшись, советник снова вышел, а мой модуль прогнозирования прислал уведомление, что нам тоже не помешало бы сходить к астрологу, в космос, в отпуск, в коридор или нахрен. Такое ощущение, что у этого модуля то ли зуб на правителя, то ли несовместимость с баранами. В любом случае мне Лель нравится, поэтому я и мои комплектующие будем стоять и слушать.

Хлопнула дверь, скрестил руки правитель, и прозвучал тягучий низкий голос:

— Итак, резюмирую. Я тебя домогался, и вместо того, чтобы дать мне по морде, ты накачала себя транквилизаторами до состояния робота. Так?

От такой постановки вопроса я нахмурилась. Вроде звучит правильно, но как-то неправильно.

— Не "вместо", — поправила я его. — Устройство не может причинить вред человеку, тем более хозяину.

— Блеск, — кивнул он, но казалось, в нем плескалось раздражение. — К этому вопросу мы еще вернемся, но это еще не все. Ты говорила, что у тебя есть парень. И получается одно из двух: либо с ним ты не целуешься и тогда нихрена вы не встречаетесь, либо целуетесь, но никаких чувств у тебя это не вызывало, иначе эту свою дурацкую программу ты установила бы гораздо раньше. — Лель слез со стола и начал медленно приближаться ко мне, а уголки его губ изогнулись в легкой, но отчего-то очень опасной улыбке. — В любом случае я в выигрыше, Хана. Однако мудаком быть не хочу. — Он обошел меня со спины, приблизился вплотную, не касаясь, и сладкое искушение полилось мне в уши: — Предлагаю сделку: я больше и пальцем к тебе не притронусь без разрешения, а ты удаляешь эту дебильную программу и начинаешь вести себя нормально.

Во всем этом было что-то неправильное. Что-то, что не может быть применено ко мне. И кажется, я знаю в чем дело.

— Ваше Величество, вы пребываете во власти иллюзий. — Чуть повернув голову в сторону, я опустила взгляд на край его одеяний. Чувствительность датчиков обострилась, и каждое его дыхание тысячей электрических разрядов проносилось под моей кожей. — Я — робот. Нет закона, защищающего мои права. Я выгляжу, как человек, но являюсь таким же устройством, как линкор или компьютер. Им же вы подобных условий не ставите? Или это ваш маленький фетиш?

— Да, с тем, что я — технофил, мы уже определились, помнишь? — Новая порция обжигающего воздуха коснулась моей щеки вместе с ломающим программу смешком. Я отправляла все больше и больше ресурсов системы на поддержку программы нейроблокатора, из-за чего модули, не получающие достаточного питания, начали отключаться один за другим. Как не сложно догадаться, первым приказал долго жить многострадальный аналитический модуль. Пока-пока! — Но и ты роман с человеком крутишь. Я, правда, пока не догоняю нахрена, но разберусь, не сомневайся. Хана? Что с лицом? О чем задумалась?

— Все в порядке, босс. Продолжайте. Я уже почти закончила консультироваться с федеральной медицинской системой. Подумала, что было бы неплохо и на вас транквилизаторов прикупить. Знаете, ваши слова меня очень тронули. Действительно, чего это я одна должна выхватывать. Будем вместе спокойные и невозмутимые. Глядишь, страну не развалим. Так что вы там сказать хотели?

— Спасибо, Ханюш. Я хотел сказать, что даже под транквилизаторами и в наморднике буду рычать и гавкать. Паренек твой все равно тебя бросит, а ты перестанешь шарахаться от меня. До тех пор давай жить дружно?

Намордник? И почему мне так нравится эта идея? Система тут же открыла передо мной каталок с человеческими намордниками, но почему-то на сайте с товарами интимного характера. О-о-о… какая интересная штучка… Так, нет, закрыть! что он там сказал? Жить дружно?

— Некорректный запрос, — холодно ответила я. — Функции "дружить" у меня нет. Как, впрочем, и враждовать. Я — ваш секретарь, и всегда буду на вашей стороне. В рамках контракта, разумеется.

— То есть общаться со мной ты будешь, только пока я занимаю пост главы государства, так? — отступив на шаг, недобро прищурился блондин.

— Да, — легко согласилась я. Врать вообще очень легко, когда ты робот.

— Знаешь, золотце, я тут наш контракт перечитал на досуге, — обходя меня и возвращаясь к столу, с легкой небрежностью заметил Лель. — И нашел пару занимательных моментов. Ты знала, что по условиям договора должна быть доступна круглосуточно?

— Так и есть. Вы в любое время можете ко мне обратиться, — механически ответила я, снижая нагрузку на программу нейроблокатора и подключая обратно свои модули. Аналитический все еще прохлаждался, а вот центр прогнозирования встрепенулся и принялся закидывать меня сообщениями о повышении уровня глобальной угрозы. На один процент, но все-таки! Тенденция настораживает.

— Замечательно, — с не предвещающей ничего хорошего полуулыбкой на тонких губах покивал правитель, а потом вынул из ящика стола небольшую коробку. Внутри что-то металлически позвякивало. — Второй момент мне немного не понятен. В договоре ничего не сказано об оплате. Как это понимать?

— Хозяин ничего не платит, — моргнула я. Что тут непонятного?

— Как это? — озадаченно спросил он.

— Робот может занимать пост, но зачем ему зарплата? Достаточно того, что вы оплачиваете техническое обслуживание оборудования.

— Угу, понятно. А подарки робот принимает?

— Подарки? — растерялась я. — Какие подарки?

— Например, вот такие.

Он хитро улыбнулся и достал из коробки короткую цепочку золотого браслета с россыпью мелких сапфиров. Выглядела она не очень хорошо. Кривые звенья, плохо ограненные разнокалиберные камни, о полировке и вовсе речи не шло. Ей-богу, была бы девушкой, оскорбилась бы. Благо, что программа нейроблокатора поднимала меня на невероятный уровень пофигизма и принятия эксцентричности моего обладателя.

— Хана, — сжимая украшение в руке, медленно подошел Лель. — Я предлагаю сделку: ты удаляешь свою дебильную программу, а я обещаю, что без твоего согласия и пальцем не притронусь.

Аналитический модуль тут же влепил уведомление, что паршивец скорее всего врет; модуль прогнозирования солидарно подтвердил, что паршивец точно врет; программа нейроблокатора предложила купить лицензию; а модуль сканирования робко выдвинул окошко с просьбой поближе посмотреть на "подарок".

Лель просто не знал, что ему достаточно приказать, и ни на какие сделки идти не придется. Ну разве он не милый? Как тут не пойти навстречу?

— Согласна, — после недолгого молчания тихо ответила я.

Аналитический модуль раздраженно сплюнул файлы в корзину и отключился, а модуль прогнозирования попросил и ему прикупить транквилизаторов. Нейроблокатор понял, что пахнет жареным, и прозорливо предложил не удалять его, а пока просто свернуть, чтобы потом можно было быстро обратно включить. Совет был дельный, и я согласилась. Паралич лица прекратился, эмоции вновь вернулись, и эту перемену не мог не отметить цепкий взгляд правителя. Осветив мир довольной широкой улыбкой, он заговорил:

— В таком случае закрепим наш договор традиционным сатеонским способом!

— Каким? — заинтересовалась я, тут же запуская поиск в галосети.

— Поцелуем!

Тьфу ты. Неисправимый бабник. Отменить поиск!

— Отказываюсь, — так же радостно, как и он, но от того несколько едко, улыбнулась я.

— Ладно, — легко отступил он. Так легко, что я в глубине системных файлов немного оскорбилась. — Тогда вторым традиционным сатеонским способом. Обменяемся подарками! Протяни руку, я помогу надеть.

Модуль сканирования тут же встрепенулся и послал сигнал поскорее протянуть руку, а модуль прогнозирования заскрипел, как ржавый звездолет, что добром это не кончится. Эй! Ты модель прогнозирования или уличная бабка-гадалка? Хватит "предчувствовать". Расчеты делай!

Я вытянула руку вперед, и рукав блузки немного задрался, обнажая тонкое запястье. На бледной коже едва заметно выделялся золотистый рисунок в стиле ломаных линий микросхемы, который обхватывал все запястье по кругу, как браслет.

Это нововведение появилось у меня пару недель назад, после обновления драйверов модуля сканирования. Правда, в файлах конфигурации о таком дополнении ничего сказано не было.

Проверка системы также не дала никаких результатов. Она попросту не видела этот рисунок в своей библиотеке. Вещь совершенно бесполезная: ни вреда, ни пользы. Поэтому я просто перестала о ней думать.

Я протянула руку и затаила дыхание. Чтобы застегнуть цепочку, ему ведь придется меня коснуться, так? Интересно, снова появится критическая ошибка? Это совершенно точно какой-то сбой, так как прикосновения других людей не вызывают таких проблем. Но вместе с легким опасением я ощущала и толику предвкушения. Что врать? Целоваться оказалось невероятно приятно.

— Хана… — прожигая взглядом узор на коже, хрипло позвал Лель. — Что это… такое?

— Это? — покрутила я запястьем. — Маркировка модуля сканирования. Ну… мне так кажется. Пару недель назад появилась после обновления драйверов. Что-то не так?

— Пару недель… — ошеломленно хохотнул блондин, а в голубых глазах пылало демоническое пламя. — Нет. Все так. — Он, как и обещал, застегнул на руке браслет, не касаясь кожи, что немного меня огорчило. Программа нейроблокатора робко высветила в углу интерфейса серенькое уведомление, что она с легкостью может подавить разочарование, если я активирую ее обратно, но так как я уже дала обещание, то намерена его сдержать и закрыла уведомление. Посмотрев на меня каким-то новым, куда более опасным взглядом, Лель сладко улыбнулся, вызывая у модуля прогнозирования паническую атаку, и ласково сказал: — У меня есть кое-какие дела, поэтому я покину резиденцию ненадолго. Оставайся здесь и будь умницей.

— Хорошо, — послушно кивнула я, вместе с модулем сканирования радостно рассматривая подарок. То, что на вид было похоже на золото, имело в себе сплав двух десятков металлов, в том числе и редких даже по галактическим масштабам. Поразительно кривая работа для такого ценного сырья. Модуль сканирования был готов разрыдаться от такого корявого использования дорогостоящих ресурсов, но сквозь слезы не забыл упомянуть, что эту поделку старшеклассника не получится срезать даже плазменным ножом. Сопоставив факты, я кое-что поняла: — Ваше Величество, вы сами его сделали?

Находясь уже возле двери, хозяин обернулся и одарил меня пугающе довольной улыбкой:

— Разумеется. Я не только один из лучших артефакторов галактики, но и предсказателем оказался отменным. Как знал, что рано или поздно браслет пригодится.

Что-то в его словах показалось мне странным, а модуль прогнозирования хмуро попросил врубить для него персональный нейроблокатор, не забыв показать уведомление о снижении уровня глобальной угрозы до нуля. Аналитический модуль помолчал какое-то время, а потом тоже прислал уведомление:

[Есть вероятность 19 %, что Лель Шторм психически нестабилен]

Модуль прогнозирования возмутился и прихлопнул аналитическое окно своим жирным красным уведомлением:

[Вероятность 19 %?! Да гарантия 100 %! Приводом клянусь!]

Аналитический модуль подумал и сделал запрос:

[Можно и мне немножко нейроблокатора отсыпать?]

Не став слушать паникеров, я запустила поиск новых обновлений для них, чтобы стабилизировать работу оборудования, а сама решила уточнить у парня последний момент:

— Раз вы покидаете резиденцию, могу я пока сходить на свидание?

Ответом мне была многообещающая улыбка злодея и короткое:

— Ну попробуй.

Дверь захлопнулась, а я озадачилась:

— Это да или нет?

Модуль прогнозирования едко сообщил:

[Уровень глобальной угрозы повышен до 43 %]

Ну… наверное, можно. Пойду схожу.