Вик Разрушитель 8

Глава 2

1

— Да я сам не могу понять, как всё произошло! — выматывающая до одури тренировка с господином Ломакиным уже стояла поперёк горла. Хотелось плюнуть и уйти в дом, принять душ и погрузиться в глубины психотехники, ну или медитации, дзен, сатори, как это ни назови — «Антимаг» почувствовал угрозу, и я машинально раздвинул границы его действия. К тому же у меня был поставлен ментальный щит. Есть одна версия, но…

Я замолчал, устало сев на скамейку под яблоней, с которой уже сняли урожай. Вкусные яблочки, кстати. Наши все объелись, Оксана засушила их, и теперь варила компоты, а в планах были и варенье, и сидр. Кухарка даже мысли не допускала, чтобы фрукты пропадали. Варенье, например, хорошо шло с блинами и лепёшками. А запасы ведь пополнять нужно!

— Говори, любая версия, догадка, предположение сейчас важны для понимания полной картины случившегося, — уставший чародей присел рядом и положил на колени подрагивающие от напряжения руки со вздутыми венами, словно до этого перетаскивал огромные валуны с одного места на другое.

— Короче… есть дурацкая версия, что там произошло. «Антимаг» и ментальный щит действуя вместе, смогли нанести тотальный ущерб магам, один из которых кинул в тебя атакующий конструкт. Как я вижу ситуацию… Магоформа попала под воздействие «антимага» и должна была рассыпаться в пространстве — хлопнул по своей щеке Евгений Сидорович, убивая комара. — Но ты в момент нападения выставил ментальный щит. Так вот, он вместе с «антимагом» создал эффект зеркала, импульс вернулся назад. Судя по твоему рассказу, ты в него машинально ещё ментальной силушки влил. Вся энергия — твоя и вражеская — ударила по магам и распылила их по округе. Если это так, то у тебя, Андрей, в арсенале появилось страшное оружие.

— Поэтому я и боюсь показать реконструкцию этой защиты, — воскликнул я. А ещё мне стало по-настоящему жутко в преддверии экзо-боёв. Если подумать и представить, что это оружие будет активироваться само по себе, я поубиваю всех своих соперников. Вернее, хватит одного, разлетевшегося кровавыми кусками по трибунам. Нужно ли рисковать?

— Давай, ещё раз попробуем, — задумчивость сошла с лица Ломакина. — Я сформирую свободный конструкт, который может находиться в статичном состоянии какое-то время, а сам уйду через портал. Для одиночного перехода энергии хватит с избытком, не переживай. Ты же расширишь радиус действия своего Дара одновременно с ментальным щитом. Посмотрим, что из этого выйдет.

— А куда вы прыгнете?

— Да вон, к мастерской, — кивнул чародей. — Надо только маячок поставить. Ты пока готовься, проводи манипуляции, нужные для эксперимента, а я прогуляюсь.

Ломакин ушёл, а я начал наращивать мощь с помощью разогретого ядра. Главное, вспомнить, насколько оно было ярким по интенсивности. Не переборщить бы, а то снесёт мой парк и дом. Теперь-то мне легче контролировать энергию, оттого и «антимаг» стал более подвижным, подчиняющимся моей воле. Да, скорее всего, я машинально увеличил радиус его действия, и чародеи попали под свою же магоформу. Жалко? Да нет. Ни капли. Меня пытались убить, я защищался. То же самое говорил следователям из ГСБ и Магической Коллегии. Они меня два дня допрашивали, повторяя одни и те же вопросы по кругу. Я держался той версии, которую подсказал мне дядька Матвей. «Ничего не знаю, действовал в рамках самообороны. Выставил защиту, произошёл взрыв». И не пытался выдвигать свои версии. Это тоже дядя подсказал. Чем больше умничаешь, тем быстрее перейдёшь в разряд обвиняемых.

Но через два дня все допросы прекратились. Мгновенно, как отрезало. Подозреваю, Мстиславские вмешались, когда поняли, что от меня ничего не добьёшься. Отец уже улетел в Ленск, но пару раз звонил, узнавал о моих делах.

Больше всего сейчас меня волновала мысль, как не поубивать своих соперников по «Железной Лиге». Да, часть из них неодарённые, для которых наличие интегратора в экзоскелете даёт возможность на равных бороться с обладателями Стихийной магии. С этими пилотами проблем не будет. Им не под силу сформировать какую-нибудь магоформу, а значит, я могу побеждать их, используя только технологическое преимущество бронекостюма. Ну и немного ментальной энергии. А вот с теми, кто пестует Дар, надо ухо держать востро. Не допусти боги ситуацию, как с погибшими магами.

— Ну что, княжич, готов? — Ломакин не стал присаживаться, только положил руку на моё плечо, как будто хотел подбодрить. — Я сейчас отойду на тридцать метров, и как только махну рукой, сразу же расширяй зону «антимага». Магоформу я подсвечу серебристым сиянием, чтобы ты видел её. Понял?

— Так точно, — кивнул я, настраиваясь на эксперимент. — А если ударная волна пойдёт? Она же меня переломает. Я в броне был, но швырнуло играючи, как тряпку на ветру. Да и дому достанется.

— Энергию взрыва погасит твой «купол», — очень уверенно ответил Евгений Сидорович. — Я создам небольшую магоформу, не переживай. Тем более, отражённая атакующая волна полетит в глубину парка, что снижает вероятность ущерба постройкам. Только не вздумай использовать силу Источника. Вот тогда точно на месте твоей усадьбы будут развалины, — махнув рукой, чародей отвернулся и начал отсчитывать шаги.

Меня опять залихорадило. С одной стороны, хотелось обрести такой эффективный конструкт против врагов-одарённых, а с другой — самым настоящим образом боялся, что с появившейся возможностью придётся бросить «Железную Лигу». Не хотелось подставлять Арину. А, ладно, сейчас всё будет ясно. Но в будущем надо подумать о строительстве полигона. Соседний участок, к примеру, пустует. Там никаких построек, только огороженная забором земля. Видимо, хозяин ждёт удобного момента, чтобы продать его по завышенной цене. Если выкупить и оборудовать под свои эксперименты, то вообще будет сказка! Кстати, за этим участком начинается лес, что тоже скажется на положительном решении Магической Коллегии. Именно контора Брюса даёт патенты на эксплуатацию магических полигонов.

Ломакин отсчитал чуть больше тридцати шагов, остановился и поднял руку вверх с открытой ладонью. Через мгновение на ней сформировался светящийся серебристый шар, который постепенно увеличивался не только в размере, но и напитывался энергией. Откуда чародей черпал её, не представляю. Но я всегда подозревал, что Евгений Сидорович является магом высочайшего уровня.

— Готовься! — крикнул Ломакин и отпустил шар. Тот завис над его головой, и стал раскручиваться, а сам маг скрылся за рябью взбаламученного воздуха. Со свистом впитывая в себя различный мусор, образовавшийся портал обволок человека, и гулко схлопнулся, а я в тот же миг пропустил через каналы свою энергию, накрывая шар невидимым куполом. В ушах послышался звон разбитого хрусталя, «антимаг» одним скачком расширил зону действия и достиг висящего в воздухе шара.

Беззвучный взрыв породил ударную волну, понёсшуюся по земле, сметая даже самые мелкие камушки и сдирая пожелтевшую траву. Я едва успел накинуть на себя «давилку», потому что ничего иного в голову не пришло. Волна обогнула меня и пронеслась дальше, ломая ветки кустарников и яблонь. Задребезжали окна особняка, обращённые к парку, грозясь разлететься осколками стёкол. Ничего себе! И это, по словам чародея, «маленькая магоформа»? Теперь понятно, почему убитых мною магов не нашли целыми. Они-то в меня кидали боевые магемы, энергия которых испепелила бы целую улицу.

Из-за угла выскочили несколько моих телохранителей вместе с Петровичем, и рванули к парку. Думали, что нападение?

— Спокойно! — я поспешно разрушил «давилку», пока она меня не расплющила, и замахал руками. — Эксперимент!

И увидел возле мастерской довольного Ломакина. Да и я, если честно, больше был доволен, чем погружён в меланхолическое переживание. Когда собственными руками и головой (и с долей везения) создаёшь новый атакующий конструкт, хотя по жизни тебе суждено только защищаться, то воспринимаешь страхи, как что-то глупое и несущественное.

— Что за шум, а драки нет? — Петрович, несмотря на возраст, опередил личников и деловито осмотрелся по сторонам. — Всё в порядке, Андрей Георгиевич?

— В полном, — я улыбнулся. — Только придётся травку на площадке посеять, а то сбрило под ноль.

— Да, неплохо потренировались, — почесал затылок Сыч, разглядывая дорожку из гравия и песка посреди полигона. — Опять Кузьмич целый день ворчать будет, всю душу вынет. Может, ландшафтника-мага законтрактовать? Будет исправлять все косяки нашего княжича.

Взбудораженный народ потянулся к дому. Интересно, что ни один из моих инженеров-конструкторов не выскочил на улицу. До чего увлечённые своей работой люди! Раз нет команды на эвакуацию, то и головы не поднимут на какие-то взрывы.

Я же вместе с Ломакиным поднялся в кабинет, чтобы обсудить произошедшее.

— Однозначно, есть какое-то взаимодействие «антимага» с духовной энергией, которую ты научился извлекать из окружающего мира, — маг обвёл вокруг себя пальцем. Одарённые тоже впитывают её подобным образом, но у тебя, с учётом отрицания любой магии, создался симбиоз двух структур. Вот они и сработали самым неожиданным образом.

— Какие риски несёт новый конструкт? — поинтересовался я, заодно заглядывая в телефон. И едва не стукнул себя по лбу. Совсем забыл с Ариной поговорить насчёт слива боя из-за этих допросов. Но волновался зря. Её, оказывается, тоже не было в лицее, она ездила вместе с директором по финансовым делам в Министерство образования. Мой телефон все эти дни стоял в беззвучном режиме, поэтому поздно обратил внимание, что на него пришла куча пропущенных вызовов от княжны. Волнуется, наверное.

— Пока непонятно, я бы продолжил эксперименты, — пожал плечами Ломакин. — Мы знаем, что для двух магов этот риск был превышен, в результате чего они лишились жизни.

— Как же мне быть во время тренировок боёв в УПД?

— Так ты не ставь доспех, «антимаг» будет работать только на разрушение магоформ, — удивился такому вопросу Евгений Сидорович, не понимая глубины проблемы.

— Это понятно. Но без ментального доспеха побеждать пилотов «альфы» будет довольно трудно. У меня всё действует в связке, — пояснил я.

— Тогда остаётся предельная концентрация, и уменьшение радиуса действия «антимага», — точно определил суть конструкта Ломакин. — Ежедневные тренировки позволят тебе оперировать им. С Куаном поговори. Мне кажется, он много ещё чего скрывает.

Кстати, о Куане. Хитрый Лис какой уже день выслеживает наёмников и их любимые места развлечений. Обещал скоро предоставить все точки, где они бывают. Ох, чую, весёлая охота маячит на носу!

— А ещё я бы рекомендовал тебе почаще сливаться с Источником. Не знаю, каким образом вы воздействуете друг на друга, но прогресс виден. Ты становишься сильнее, пусть даже в своей бронированной железке.

— В этой, как вы говорите, бронированной железке, я чувствую себя более защищённым, — буркнул я. — А так, да. Мне и без «скелета» приходилось драться.

— Вот видишь, сам признаёшь, насколько важно тебе сейчас стать независимым от бронекостюма. Пойми, что ты не всегда будешь в нём ходить. По сути, из двадцати четырёх часов в сутки ты пользуешься им от силы час. Вот и считай, сколько раз тебя могут прихлопнуть, — чародей с усмешкой посмотрел на меня. — Поэтому не бойся экспериментировать, только подальше от жилых строений. Князь Георгий перед отъездом говорил со мной и посоветовал остаться в Москве. Возможно, в скором времени я прикуплю здесь какой-нибудь домишко, поселюсь рядышком.

Услышанное меня обрадовало, хоть я и не подал виду, только кивнул. Наличие магов в своём будущем Роду было крайне необходимо. Я не считал себя особенным и всемогущим, скорее, ущербным. Антимагия навсегда подрезала мои возможности развивать Стихийный Дар, поэтому пришлось осваивать энергоёмкие практики ментального характера. А для этого необходимо укреплять не только физические кондиции тела, но и постоянно прокачивать энергетические каналы. Чего это мне стоило, знал только я, господин Чжан Юн, ну и, возможно — Куан. Да что значит — «возможно»? Он прекрасно осознавал, на какой путь я встал.

— Согласен, — вздохнул я. — Буду экспериментировать, куда деваться. Евгений Сидорович, а вы не могли бы поработать над магической защитой периметра? К примеру, какие-нибудь сторожки раскидать в проблемных местах, сигнальные маячки повесить, чтобы супостат незаметно не пробрался.

— Пока набросаю обычную сеточку, а потом возьмусь всерьёз, — покладисто кивнул Ломакин. — Сам понимаешь, нужно учитывать фактор твоего Дара, а это очень сложная задача. Ладно, справимся. Мне нужна схема охраны усадьбы.

— Так поговорите с Петровичем, — обрадовался я. — Он здесь главный среди «стариков-разбойников».

— Как-как⁈ — рассмеялся Странник. — Старики-разбойники? А ты знаешь, кто такой Петрович?

— Он мне представился бывшим егерем-пограничником, ходившим за кордон и резавшим хунхузов.

— Да, всё верно, — усмехнулся клановый чародей. — И, к тому же, мастер клинкового боя, специалист по внедрению во вражеские структуры, владеет практически всеми видами борьбы, что были созданы от Японии до Филиппин.

— Да ладно! — я изумлённо захлопал глазами. — Это же целый ниндзя! По нему и не скажешь. Когда он успел всему научиться?

— Его семью, жившую на казачьем хуторе где-то по Амуру, вырезали как раз те самые хунхузы, когда ему было пять или шесть лет. Всех маленьких детей забрали с собой для продажи в Маньчжурии. Петровичу повезло. Его купил какой-то странствующий монах, оказавшийся, в итоге, разведчиком-диверсантом из японского клана Сабуро, того самого, который создал Мотидзуки Сабуро, легендарный основатель ниндзюцу.

«Надо потом почитать про него», — мелькнула мысль. Петрович, оказывается, тот ещё тип, прикинувшийся обычным старателем, всю свою сознательную жизнь просидевшим в таёжной глуши.

— Значит, он попал в Японию?

— Да. А когда ему исполнилось пятнадцать, он испросил у своего наставника разрешение покинуть клан, чтобы отомстить за своих родителей. Удивительно то, как пятилетний ребёнок смог запомнить детали и сохранить своё желание, пожиравшее его душу, — Ломакин на мгновение замер, думая о чём-то своём. — Петрович не любит распространяться о своём прошлом, особенно о том периоде, когда жил в Японии. Вернувшись в Манчжурию контрабандными тропами, он просто переплыл Амур и вышел на пограничный кордон. Вступил в отряд егерей, гонявших контрабандистов, и периодически «гулял» на ту сторону. Хунхузы его прозвали «Утренняя Смерть», потому что он резал врагов не ночью во сне, а ранним утром, совершенно не боясь встречаться с ними лицом к лицу. Он выслеживал бандитов, когда те становились на ночлег, дожидался восхода солнца, и нападал на спокойных и ничего не догадывающихся хунхузов.

— Посты сняты, все заняты подготовкой к походу, — понял я. — И тут Утренняя Смерть с кинжалом в зубах.

— Возможно, это и было его тактикой, — не стал спорить Ломакин, и даже не улыбнулся шутке. — Я знаю то, что мне рассказывали люди, близкие к нему.

— А Савелов — его настоящая фамилия?

— Конечно, — немного удивился вопросу маг. — В реестре Амурского казачества есть его фамилия, имена родителей, да и метрики остались. Петрович и до этого знал, что он Артём Петрович Савелов. Просто нужны были доказательства его личности. Ну, ладно, Андрей Георгиевич. Пойду, поговорю с Сычом, обсудим систему защиты. А то ты уже весь в телефоне.

— Да куча звонков, — пояснил я, разводя руками. — Всем что-то от меня надо.

— Разговаривай, не буду мешать, — усмехнулся Ломакин и вышел из кабинета.

А я сразу же вывел на экран контакт Арины с её фотографией, нажал на иконку вызова.

— Наконец-то, — без всякого предисловия начала Голицына. — Я уже тут извелась, накрутила себе чёрт-те что…

— Арина свет Васильевна, ну я же не маленькое дитятко, чтобы обо мне беспокоиться на каждом шагу, — с укоризной произнёс я. — Были дела, не зависящие от моих желаний.

— Я слышала, что произошло у Гусаровых, и что ты был там, — голос Арины слегка дрогнул. — Ты в порядке?

— Лично я — в полном. Экзоскелет, правда, злодеи попортили. Гена обещал к боям привести его в порядок.

— Чёрт с ним, с УПД! Я больше о тебе беспокоилась! Мог бы найти минутку и позвонить своей девушке!

— Я думал, Лида всё тебе рассказала, — моя физиономия расплылась в улыбке. — Вы же теперь подруги не разлей вода.

— Совсем не так, — зачем-то решила возразить Голицына. — Просто у нас появился ситуативный интерес.

«А имя у этого ситуативного интереса не Андрей Мамонов, случаем?» — хотел спросить я, но вовремя прикусил язык. Боюсь, девушка не поймёт и обидится. Чувствуется же по голосу, что переживает. И это очень приятно для мужского самолюбия.

— Понял, — я решил съехать с этой темы. — Ты, наверное, хочешь услышать моё мнение, о чём мы недавно разговаривали?

— Да, — нервно ответила Арина. — Мне сегодня нужно дать ответ этим людям, поэтому я немножко на тебя злая. Но если ты угостишь меня кофе или мороженым, то так и быть, стану мягкой и пушистой.

— Хороший вариант! Тогда приглашаю на прогулку. Последние хорошие деньки стоят, «погодники» уже пугают дождями.

— Я согласна! — очень быстро ответила княжна, и мне послышалось, что кто-то ещё был рядом с ней. Закрались подозрения, не «ситуативная» ли подружка у неё в гостях? Как-то пугающе быстро спелись девчонки.

— Я подъеду к тебе на «Фаэтоне», заберу с собой. Только не хочу, чтобы могучие парни были с нами.

— Хорошо, постараюсь объяснить им, что приглядывать за мной не обязательно круглые сутки, — рассмеялась Арина. — Тогда через два часа будь у ворот нашего дома.

Почему два часа? Я бы мог и через час подкатить, но вдруг понял. Как-никак, это свидание, а значит, девушке надо время почистить пёрышки. Подозрение, что Лидия находится у Голицыной в гостях, только укрепилось. Великая княжна теперь звонила мне чуть ли не каждый день, хотя в лицее у нас было достаточно времени обсудить все возникающие вопросы. Но сегодня от Мстиславской ни одного звонка. Возможно, появилась причина. Например, с семьёй выехала на пикник в загородное имение, некогда со мной языком чесать.

Я вздохнул и пошёл собираться. Брюки, рубашка, серый блейзер, начищенные до блеска туфли, именной и родовой перстни на пальцы — можно сказать, готов. Спустился вниз, нашёл Эда в тренажёрном зале, тягающего утяжелённые гантели. Его обнажённый торс с рельефно выделяющимися мышцами блестел от пота.

— Командир, у меня сегодня свидание, поэтому я сам поеду на «Фаэтоне», — предупредил я. — Никакой охраны не надо.

— Без. Охраны. Не положено, — выдохнул Эд и положил массивную гантель на коврик. — Андрей Георгиевич, я всё понимаю: охота погулять с девушкой, уединиться с ней… но не могу. Есть устав охранной службы, он написан кровью, а не желанием причинить неудобство важному лицу. Подумайте о девушке, вы ведь захотите, чтобы и она была без охраны? Это же двойной риск.

— Можно найти компромисс, — намекнул я.

— Компромисс? Конечно. С вами поедут трое ребят. Один за рулём, двое в сопровождающей машине. «Аврора», например, устроит? Скромно и незаметно, зато всем спокойно.

— Вне всяких сомнений. Спасибо, Эд, что не стал рогом упираться.

— Сам молодым был, понимаю, — усмехнулся старший личник. — Когда выезжаете?

— Через полчаса, — я оттянул рукав блейзера и посмотрел на циферблат часов. — Пойду пока найду Никанора, ключи заберу. А то сросся с ними, не оторвать.

— Это точно! — хохотнул Эд. — Чтобы не обиделся, скажи, что берёте его в сопровождение. Ну и Влада с Игорем. Пусть разомнутся.

Я кивнул и направился на улицу. Отыскать личников не составило труда. Они почти в полном составе, кроме Васи и Якима, сидели в беседке возле флигеля в компании со «старичками» Петровича, попивавшими из бутылок пивко. У Никанора в руке тоже была бутылка. Увидев меня, личники замерли.

Я молча поглядел на своего водителя.

— Никанор, ключи от «Фаэтона» Владу передай. И не смотри так жалобно. Твой косяк. В течение дня ни капли в рот, вечером можно расслабиться — забыл? Я же могу в любой момент куда-нибудь поехать. Так что сегодня за рулём ты не будешь. Поедешь вместе с Игорем в «Авроре».

— Куда едем? — деловито спросил Влад.

— Девушку выгуливать.

— А кого?

— Княжну Арину.

— Дело! — отлучённый от руля персональный водитель обрадовался. Он проявлял открытую симпатия к Голицыной. — Тогда я, хотя бы, протру нашу «ласточку», чтобы блестела. Кто, кроме меня за ней ухаживать будет?

Влад с усмешкой посмотрел на него. Попытка исправить косяк выглядела бы странной, если не знать Никанора. Он действительно фанател от «Фаэтона», и даже наказание нисколько не отбило у него охоту сделать приятное для хозяина.

— Я за полиролью, — предупредил Никанор.

— Давай, — согласился я. — Через двадцать минут выезжаем.

Права я ещё не получил, поэтому пришлось посадить за руль Влада. Маленький компромисс со своими желаниями. Так уж и быть, посижу с девушкой на заднем сиденье, оградившись стеклом. «Аврора» с охраной, как приклеенная, держалась позади, никому не давая вклиниться между нами. По пути купил два букета роз: красных, точнее — тёмно-бордовых и белых. Интуиция пищала, что придётся выгуливать двух княжон, а если я ошибся, то всегда можно отделаться шуткой, что для такой девушки даже двух букетов мало.

Спокойно доехали до особняка Голицыных. Влад остановился в метрах двадцати от центральных ворот. При всём желании он не смог бы там припарковаться. Напротив въезда стояли три солидных авто чёрного цвета без опознавательных гербов, но по номерам я сразу определил, что в этом доме находится представитель семьи Мстиславских. Возле машин молча стояли серьёзные мужчины и поглядывали по сторонам. Нас они заметили, один из них пошёл навстречу, делая знак Владу, чтобы он особо не наглел и держал дистанцию. Лицо этого типа мне было знакомо. Баюн — личник Великой княжны Лидии собственной персоной. Браво, теперь я могу взять с полки пирожок. Не зря второй букет купил!

Послав сообщение на номер Арины, я вылез из машины и пошёл навстречу Баюну. Мужчина что-то произнёс в миниатюрную гарнитуру связи и остановился в паре шагов от меня.

— Добрый день, Андрей Георгиевич, — кивнул он, сохраняя на лице бесстрастность, чтобы не показывать перед всеми наше знакомство. — Вы к княжне Арине Васильевне?

— Да, пригласил её на прогулку, — я не стал скрывать цель своего визита, хотя мог и промолчать. — А вас каким ветром к Голицыным занесло?

— Сопровождаем Великую княжну Лидию, — подтвердил мою догадку Баюн. — Кстати, поступило распоряжение не препятствовать Лидии Юрьевне, если она изволит присоединиться к вам.

— Да? У неё появилось такое желание?

— Мы об этом узнали час назад, — коварно усмехнулся телохранитель. — Согласие Его Высочества уже получено. Сочувствую, княжич, но теперь на вас лежит почётная обязанность защищать знатных особ.

— Н-да, не было печали, — я показательно изобразил самый тяжёлый вздох, какой только мог представить. От гуляния с двумя очаровательными барышнями отказался бы только самый злобный женоненавистник, но всё дело в том, что обе были потенциальными невестами. Явственно послышалось тиканье часовых механизмов взрывных устройств, подложенных мне в виде двух очаровательных барышень.

Может, цесаревич таким образом проверяет, насколько я способен урегулировать взаимоотношения между девицами? Арина, кстати, более спокойная, в отличие от огненной Лиды, значит, должны гармонизировать друг друга.

— Всё, они вышли, — сказал мне Баюн. Его, видимо, предупредили по связи. — Велено вам не мешать, Андрей Георгиевич, но мы будем находиться всё время рядом. Куда, кстати, хотите поехать?

— Да пока не знаю, — я пожал плечами. — Предполагал в Химки, в Покровский парк. Там, говорят, проложили несколько маршрутов по разным локациям, где можно диких животных встретить. Думаю, девушкам понравится. А то надоели все эти клубы.

— Хорошо, — кивнул Баюн, принимая мой план. — В любом случае мы будем рядом.

Арина и Лидия, как две закадычные подруги, под ручку вышли из-за ворот, и увидев меня, изменили маршрут, даже не глядя на оживившуюся охрану. На дочери цесаревича было надето светло-бежевое длинное пальто, на голове кокетливая беретка такого же цвета, из-под которой по плечам рассыпались густые волосы. Губы подкрашены светло-розовой помадой, бровки стрелочкой, ресницы умело подведены тушью. У Арины боевая раскраска была не хуже, карминовые губы оттеняли нежную кожу лица, волосы тоже распущенны, только на висках подрагивают забавные кудряшки.

— Дамы, у меня ноги приросли к земле от вашей красоты, — я едва перевёл дух, успев оценить старание девушек понравиться мне. А кому же ещё? Нет здесь больше ни одного конкурента. — Я не смогу сдвинуться с места, пока не получу поцелуй от каждой из вас.

Девчонки рассмеялись, обступили меня с двух сторон и едва ощутимо прикоснулись губами к моим щекам, но так, едва-едва, чтобы я ощутил запах духов и волнующий флёр свежести и молодости. Телохранители Великой княжны сделали вид, что ничего не случилось. Современная молодёжь не боялась показывать свои эмоции, отчего старшее поколение пыхтело, как кипящий самовар.

Я подвёл девушек к «Фаэтону», но сначала открыл переднюю дверь, взял букеты, лежавшие на кресле, и вручил белые розы Лидии, Арине — бордовые. Пока барышни охали, уткнувшись носиками в пушистые бутоны, я распахнул заднюю дверь, приглашая их занять места в машине. Аккуратно закрыл дверь, сел рядом с Владом, повернулся и спросил:

— Куда поедем? Есть пожелания? Только давайте сегодня без клубов и тусовок! Впрочем, если хотите танцевать и пить коктейли — подчинюсь большинству.

— Зачем нам скучный сопровождающий? — хмыкнула Арина. — Можно съездить на Воробьёвы горы, там и парковая зона есть, и всякие разные кафешки.

— Покровский парк подойдёт? — я посмотрел на княжон, которым, судя по взглядам, было всё равно, куда ехать. Они почувствовали свободу, пусть и контролируемую, поэтому особо не спорили. — Там есть Бобровая тропа, можно запруды посмотреть, а повезёт — бобров увидим. А то и олешков.

— Едем! — какая же девочка не любит всяких зверушек!

Я кивнул. Мне хотелось о многом поговорить, поэтому лес или тихий парк для этого подходил более всего. А танцпол или шумный клуб настраивает на совсем другие желания. Влад уловил мой жест, завёл мотор, аккуратно развернулся на широкой дороге и под оживлённый разговор девушек погнал «Фаэтон» на северо-запад к Химкам. Даже решил понаглеть, прибавив скорость. Не думаю, что при таком сопровождении нас тормознут. В дорожной полиции не дураки служат. Они тоже знают, кому принадлежат номера следующих за нами машин. Правда, протокол сопровождения требует, чтобы впереди шёл какой-нибудь бронированный «Сенатор» и расчищал дорогу. Нарушение протокола? У меня были свои мысли на это счёт. Подозреваю, скоро к нашей кавалькаде присоединятся сотрудники ГСБ.

Не доезжая до Химок, мы свернули на объездную дорогу, чтобы попасть в Покровский парк не со стороны водохранилища, а с той, где лесной массив принимал дикий вид. Тем не менее, здесь тоже пытались облагородить его. Появились тропы здоровья, по которым бегали местные энтузиасты, но я хотел прогуляться с девушками по «тематической», чтобы показать им бобровые хатки, а то и самих грызунов. Слышал, даже косули сюда забредали, но это вряд ли. Слишком близко к городу.

Я покосился в зеркало и отметил, что за нами едет один чёрный «Сенатор» охраны Великой княжны и мои парни на «Авроре». Остальные куда-то пропали. Наверное, свернули и поехали в обход, чтобы перекрыть северный фас парка.

Когда мы подъехали к комплексу зданий, протянувшихся вдоль забора, я попросил Влада поставить машину на парковку, благо она здесь была, и оказалась забита транспортом. Люди в выходной день тоже не хотели сидеть в бетонно-кирпичных стенах, и я их понимал. Осенние дожди на подходе. Потом зарядит так, что неделями мокрая хмарь над городом висеть будет.

Наша охрана грамотно распределилась таким образом, чтобы держать нас на виду, но не подходя совсем уж близко. Я открыл дверь, чтобы помочь княжнам выйти. Девушки благоразумно оставили цветы в машине, и мы направились через открытые ворота в парковую зону. Контролёрша в тёплой куртке опасливо зыркнула на нас, когда я протянул ей деньги за вход. Символическая плата уходила на содержание парка, как гласил информационный стенд со схемой тропинок.

Шутя и веселясь, девчонки сразу начали осыпать меня листьями, которых здесь было неимоверно много. А я обстреливал их сосновыми шишками.

— Ну, ладно, — когда княжны запыхались и раскраснелись на свежем воздухе, я взял их под руки, и медленно повёл по дорожке вглубь леса. — Теперь можно и поговорить о серьёзном. Здесь никто не подслушает.

— Заговорщик, — фыркнула Лидия, прижимаясь ко мне с правого бока.

— Не мы такие, жизнь такая, — философски заметил я. — Арина, я подумал над предложением Прозоровского. Заманчиво, конечно, сразу же обогатиться на триста тысяч…

— Полмиллиона, — тут же отреагировала Голицына. — Я подумала, ты всерьёз говоришь об откупных, и сразу позвонила Анатолию Ярославичу. Он, как ни странно, обещал поговорить со своими коллегами. Думаю, вопрос будет решён положительно.

— Ариш, ты в самом деле решила, что я сдам игру? — я рассмеялся, глядя на зардевшуюся княжну. — Будь я до сих пор Викентием Волховским, попавшим в приютский дом в корзинке, то, возможно, согласился бы на предложение. Плевать, что обо мне подумают. Но сейчас я представляю Род, держащий огромную территорию на русском востоке. Да, особой любви к семье у меня нет, и не скрываю этого. Только это не повод уничтожать репутацию Мамоновых. Меня, наверное, за идиота считают?

— Просто они тебя неправильно просчитали, — погладила меня по руке Арина. — Я ведь тоже анализировала ситуацию, и пришла к мысли, что ты откажешься слить бой. Но хотела услышать твоё решение.

— Буду драться с Лосём, как и положено, — я вдохнул в себя пьянящий и терпких запах леса, насыщенный прелью и сыростью. — Если победит меня честно, даже рад буду.

— Лось — «водник», с широчайшим спектром боевых техник, — Голицына словно досье читала. — К тому же на нём будет броня от «Экзо-Стали», а она кое в чём превосходит изделия «Техноброни». Но слабые места тоже найти не проблема. Например, бронепластины по бокам очень слабые.

— За счёт усиления грудных? — тут же сообразила Лида, навострившая уши.

— Да, фронтальная броня гораздо толще, поэтому Лось любит атаковать всей массой, увеличивая её с помощью техник, — кивнула Арина. — Что делает его уязвимым с боков.

— Но к которым он подобраться не даёт, — хмыкнул я, давно поняв, к чему клонит княжна Голицына. — И есть опасение, что какой-то Волхв вскроет недостатки «Экзо-Стали». Только не понимаю, к чему такие танцы. Покумекать головой и сделать нормальный бронекостюм с минимумом недостатков, некритичных в эксплуатации — не судьба?

— «Экзо-Сталь» хочет выиграть военный заказ на пять тысяч ППД, — проявила осведомлённость девушка.

— Но это самое настоящее вредительство! — возмущённо воскликнула Лида. — В настоящем бою потери пилотов будут огромными, стоит только противнику узнать слабые места бронекостюма!

— Тогда тем более, я не могу проиграть, — меня тоже накрыла волна возмущения. За такие вещи надо на каторгу всю верхушку концерна отправлять. — Буду разматывать Лося на виду всей публики.

— Никто за такие вещи на каторгу не отправляет, — спокойно ответила Арина. — Если бы они подкупили комиссию, сознательно идя на преступление, тогда — да. Однозначно на каторгу. Но, я думаю, эта модель имеет недостаток, который нельзя исправить по каким-то причинам в одночасье. Тендер состоится через два месяца, поэтому директорат «Экзо-Стали» решил рискнуть, чтобы его выиграть и исправить проблему до его начала.

— Его ещё надо выиграть, — фыркнула Лидия, внимательно вслушиваясь в разговор. — А то все заморочки яйца выеденного стоить не будут.

— В любом случае будь готов к тому, что он тебя не подпустит к уязвимым местам, — предупредила Арина. — Но это только часть проблемы. Андрей, кураторы — люди столь же опасные и гадкие в своих низменных желания обогащаться на лжи и коррупции, насколько же богаты, знатны и влиятельны в высших кругах. Вся «Железная Лига» — тот ещё рассадник зла.

— Я могу поговорить с дедушкой, и он прихлопнет гнездовище одной рукой, — воинственно заявила Лида. — Я не потерплю, чтобы моего будущего мужа шантажировали и запугивали какие-то высокородные ублюдки.

Арина фыркнула и весело засмеялась, запрокинув голову. Великая княжна удивлённо на неё посмотрела и толкнула меня локтем, дескать, не истерика ли у ней?

Но никакой истерики не было, конечно же. Голицына перестала смеяться и показала рукой на табличку «Бобровый пруд».

— Давайте туда сходим, бобров посмотрим!

Мы свернули на едва хоженую тропку, и я выдвинулся вперёд, отодвигая низко нависающие ветки деревьев и кустарников, чтобы они не прилетали в лицо девушкам. Интересно, а не сами ли бобры протоптали себе дорожку? Моё предположение окрепло, когда я увидел свежие пеньки от перегрызенных берёзок и осинок. Зверушки явно строили себе домики в преддверии наступающей зимы.

Впереди в редких просветах мелькнула свинцово-серая гладь пруда. Я прокрался вперёд чуть ли не до самого уреза воды, и осторожно выглянул из-за кустов. Разглядел бобровую плотину, но самих зверьков пока не видел. Но зато разглядел кое-что другое.

На противоположном берегу мелькнули три фигуры в охотничьих камуфляжных костюмах. Они передвигались вдоль пруда, тоже тщательно маскируясь. Но в руках одного из них я заметил двуствольное ружьё. Неужели браконьеры? Похоже, нет, обычные дачники из садоводства, что расположено севернее. Обнаружили бобров и решили истребить их ради шкурок. Вот идиоты, да они выстрелами привлекут егерей и княжескую охрану. Но сейчас-то рядом со мной девчонки, за которых отвечаю головой!

— Ты чего тут застрял? — услышал я за спиной шёпот Арины и едва не подскочил от неожиданности, так она неслышно подобралась. — Бобров увидел?

— Скорее, охотников на бобров, — усмехнулся я и показал направление, где увидел троицу с ружьём. — Не одни мы здесь.

— Я сейчас вызову Баюна, предупрежу его, — рядом зашуршали ветки, это Лидия маленьким медвежонком пыталась занять лучшее место. — Нельзя зверюшек стрелять!

— Можно, если кушать хочется, — возразил я. — Но эти явно не голодают.

— Я никого не вижу, — сказала Голицына. — Ты точно их видел?

— Трое в камуфляже.

— Я звоню, — решительно проговорила Великая княжна и вытащила телефон. — Эй, да тут сигнала совсем нет! Как так-то?

У меня возникло подозрение, что связь легла не просто так, а её зачем-то вырубили спецслужбы. Хотя, почему «зачем-то»? В целях информационной безопасности, чтобы о Великой княжне, бродящей по лесу в сопровождении друзей, никто не узнал. Версия дурацкая, согласен. Не в аномальную же зону мы попали! Хотя, признаю, что связь периодически «ложится» даже в самой Москве, и не из-за происков спецслужб.

— Оп-па! — раздался весёлый молодой голос. — Я же говорил, тут девахи сладкие гуляют! Не мог я ошибиться!

Я резко развернулся и увидел ту самую троицу в камуфляже. Как им удалось столь быстро оказаться на этом берегу? Первым делом задвигаю девушек за спину и оцениваю ситуацию. Взрослый мужик с ружьем стоит чуть в стороне, но хотя бы ствол к земле опустил. Лет сорока, обросший щетиной, под метр семьдесят, мордатый, с маленькими глазками, цепко оценивающий неожиданную компанию, состоящую из молодых людей. И мне кажется, уже сразу срисовавший, что мы не простые бобры… тьфу, люди.

А вот его спутники — молодые парни, лет двадцати пяти, по внешним признакам — деревенские, умеющие ходить по лесу. Оба невысокого роста, коренастые. Камуфляжные куртки перепоясаны кожаными ремнями, на которых я заметил ножны с торчащими рукоятями. Ну да, кто же в лес без ножа ходит. Мордатые, как и мужик — сыновья, что ли? — разве что облагороженные чуток цивилизацией, но не блещущие особым интеллектом, иначе бы прошли мимо, не забыв вежливо поздороваться. На пальцах девчонок родовые и артефактные перстни с драгоценными камнями на сотни тысяч рубликов, у меня попроще, но тоже не отменяет возможности пошевелить мозгами. Плюс к этому — дорогая одежда.

— А давайте разойдёмся краями? — не верил я в бескровный исход встречи в глухом уголке парка. — Мы вам не мешаем, делайте, что хотите, хоть всех бобров перестреляйте.

— Ты иди, не держим, — ухмыльнулся парень в потёртой кепке, во рту блеснула золотая фикса. — А мы девкам покажем, как бобров добывать.

— Девкам! — едва слышно фыркнула Лидия из-за моего плеча. — Вот же урод. Привык в своём навозе копаться, дальше носа не видит.

— Чё ты там сказала, красавица? — второй парень — скорее, уже мужик — у которого ладони были как лопаты, сжал рукоять ножа. — Иди сюда, не бойся. Кусать не буду. Я же не бобр!

К его смеху присоединился второй. А вот мужик вскинул ружьё, целясь в меня.

— Цацки сымайте и кидайте сюда! — приказал он хриплым голосом.

— Э, батя, нафига ты их отпускаешь? — возмутился парень в кепке.

— Заткнитесь оба, — рыкнул тот. — Давай, возьми у них перстни, да валим отсюда.

Я перевёл ядро в режим мгновенного разогрева, заодно втягивая в себя энергию леса, земли и воды. Здесь была очень интересная аномалия, которая позволяла мне заполнить бешеным темпом энергетический резервуар и даже выставить невидимый защитный полог, вздумай вдруг мужик выстрелить из двух стволов. По его морде видно, что он сам не знает, как поступить в такой ситуации. Не будь рядом с ним двух сынков-дебилов, вполне возможно, разошлись бы без конфликта. Неужели не видит, с кем их судьба столкнула?

— Тормози, пёс нечёсаный, — я сделал шаг вперёд, когда парень в кепке, блестя фиксой направился к нам. Девчонки не дышали, словно ждали развязки. Умницы они, понимали, что оперировать магическими конструктами сейчас не получится. «Антимаг» даже в пассивном состоянии блокировал их возможности, хотя полностью не гасил искру. И это меня радовало. Хорошие перспективы вырисовывались на будущее. — Стой там, где стоишь.

— Ты чё, не хочешь со мной клешнями потрясти? — наигранно удивился фиксатый. — Западло?

— Мы с тобой не знакомы, иди лесом, — я ухмыльнулся, напитывая кулаки и ноги энергией. Передо мной стоял обыкновенный сявка, пытавшийся найти повод напасть. Впрочем, я его сразу дал, обозвав псом, но парень не отреагировал как положено гопнику (а они в лесах водятся, интересно? Или их лесная разновидность называется по-другому? Тьфу, о чём я думаю сейчас?), а захотел вывести ситуацию на иной уровень. Обыкновенный трудяга из деревни вдруг решил поиграть в игру, правил которой совсем не знал.

— Ты так, да? Без всякого уважения? — рука потянула рукоять ножа вверх. — А если попишу личико красивое, аристократишка?

Я ударил ладонью в грудь фиксатого, снеся его с ног. Энергетический толчок вышел знатный. Парень улетел шагов на десять, едва не сшибив оторопевшего папашу. Он пропахал спиной землю, собирая палую листву и мелкий лесной мусор, и чувствительно приложился к дереву. Но я не ожидал, что ему удастся почти мгновенно вскочить на ноги и рвануть на меня, подобно дикому кабану. Из его носа текла кровь, но хуже всего, что идиот схватился за нож. Значит, долой человеколюбие. Девчонки тихонько ойкнули, но послушно ждали моей команды. Они сами могут, конечно же, кого угодно обидеть, да только сейчас не тот момент. Поэтому сам шагнул навстречу фиксатому и резко соединил ладони, создав «давилку». Парень врезался в невидимую стену, закатил глаза и осел на землю. Пусть охолонётся. Я не стал напитывать конструкт энергией, поэтому десяти минут ему хватит, чтобы не быть раздавленным.

Почувствовав опасность, я подпрыгнул вверх и создал под ногами опору, от которой оттолкнулся и обрушился на мужика, уже целящегося в меня из двустволки, и со всей дури врезал стопой ноги по оружию. Оно вылетело из рук браконьера, а его самого я обыкновенным хуком отправил отдыхать. И тут же обернулся, встречая второго сынка толчком ладони, которого хватило, чтобы остановить его и перехватить руку с ножом. Тот неумело размахивал клинком, поэтому я легко блокировал нападение, вывернув руку до хрустя в костях.

— А-ааа! — заорал парень от боли. — Пусти, бля, гад!

Услышав рык за спиной, сразу понял, что очнувшийся от шока мужик сейчас навалится на меня, расцепил захват и мягким перекатом ушёл в сторону. Со стороны Великой княжны в лицо браконьера прилетел небольшой сгусток пламени, опаливший бороду. Тот заорал и судорожно захлопал ладонями по лицу, сбивая со своей растительности искры. А потом побежал, проламываясь сквозь кусты, к водоёму, пытаясь погасить тлеющую растительность водой. Я выпустил энергетический хлыст, обвил его ноги и с силой дёрнул, заваливая на землю. А этот дядька довольно крупный и тяжёлый, пришлось подпитывать жгуты Силой. Ударившись лицом о землю, тот благоразумно затих, но продолжал закидывать влажной листвой бороду.

— Козёл, — Лидия тряхнула пальцами, сбрасывая на сырую землю огненные капли. — Воняет-то как, ужас.

Молодец, Мстиславская, не стала раздумывать, помешает ли её магическому конструкту мой «антимаг», и вдарила так, что любо-дорого посмотреть.

Через пару минут все трое сидели у дерева, связанные верёвкой, которую я нашёл в рюкзаке мужика. Не знал только, что делать с ружьём. Хотел сначала со всей дури долбануть об дерево, но потом передумал и поставил его неподалёку, предварительно вытащив патроны и закинув их в воду. Все вещи, найденные мною в карманах браконьеров, как и ножи, я убрал подальше. Подозреваю, Баюн с телохранителями за нашей стычкой следили очень внимательно, и в случае самого неблагоприятного развития ситуации вмешались бы. Я про себя усмехнулся. Даже без магии мне удалось справиться с тремя крепкими особями. Чем не повод для гордости?

— Вы как? — я подошёл к девушкам и оглядел их внимательно. — Сами целы?

— В порядке, — Арина выглядела вполне спокойной, но бледность на щеках показывала её внутреннее напряжение. А вот Лида светилась от удовольствия, едва не поджарив несчастного браконьера. Ну, так, поделом. Нечего девочек, гуляющих в лесу, пугать. — Сам как?

— Лучше всех, — я оглянулся по сторонам. Нет, из кустов никто не выбегал, стояла тишина, нарушаемая щебетом лесных птичек и плеском воды, где невидимые нашему глазу бобры продолжали строить своё жилище. Они даже не знали, какой участи избежали. — Ну что, пошли дальше? Возле лодочной станции есть кафе, где можно пообедать. У меня аппетит разыгрался.

— Столько энергии потратил, конечно же, — Арина подошла ко мне и уткнулась в плечо лбом, тихо прошептала: — Дурак! Голыми руками на оружие пошёл!

— Да у него даже курки взведены не были, — я успокоил девушку поглаживанием по спине, а сам внимательно следил за пленниками, которые пытались ослабить верёвки. — Эй, разбойники, сидите тихо. Скоро за вами придут.

— Кто придёт? — заволновался папаша, зыркая на меня встревоженным взглядом.

— Наша охрана и егеря, — я подошёл к ним с засунутыми в карманы куртки руками. — Вы до сих пор не поняли, с кем связались? Честно скажите, парни, чего больше хотели? Ограбить или свои гнусные фантазии в жизнь воплотить?

— Слышь, парень, давай по-хорошему, — заговорил фиксатый, почуяв угрозу. — Отпусти нас, мы сюда больше ни шагу. Ну, захотели бобров пострелять, так их тут развелось, как блох на дворняжке. От пяти штук не убудет. Девок увидели красивых, башку сорвало…

Я врезал кончиком туфли по его бедру.

— Какие они тебе девки? Их отцы за один взгляд в сторону дочерей яйца таким придуркам, как вы, отрезают. Совсем ума нет? Видели же, благородные барышни в парке гуляют, а вы на них с оружием.

— Давай договоримся, — продолжил канючить фиксатый.

— Заткнись, — оборвал я его. — У вас был шанс просто развернуться и уйти, и я бы даже вас задерживать не стал.

— Да испугались мы, — подал голос папаш. — За отстрел животных в парке штраф огроменный.

— Вот и заплатите, чтобы в следующий раз неповадно было зверюшек стрелять и девушкам угрожать.

Под мою левую руку ловко пристроилась Лида и нарочито громко сказала, сверля взглядом опалённого ею браконьера:

— Пошли отсюда, дорогой. Моя охрана разберётся с ними. Ты же знаешь Баюна, он с такими не разговаривает. Пуля в башку, груз на ноги — и в пруд. Рыбы или бобры сожрут.

— Госпожа, пожалуйста, извините нас! — заныл второй парень, баюкая вывихнутую мной руку. — Не хотели мы вам плохое делать, только попугать и цацки забрать. Это же несерьёзно всё, что вы сейчас говорите?

— С хера ли? — Великая княжна была зла на этих людей, помешавших ей наслаждаться хорошей прогулкой с друзьями, и намеренно перешла на грубость. — Грохнут вас, я даже не поморщусь. Сейчас сделаю звонок охране….

Она вытащила из пальто телефон, но я мягко придержал её за руку.

— Дорогая, ты перебарщиваешь. Пошли на лодочную станцию, там скажем охране, чтобы забрали этих людей.

— Как скажешь, — захлопала ресницами Лидия, и мы заспешили следом за Ариной, которая ждала нас на тропке, идущей вдоль пруда.

Я не обращал внимания на злые крики связанной троицы. Пусть поблагодарят, что мы не стали дожидаться Баюна с охранниками. Когда они там появятся, сами разберутся, что делать. За нападение на члена императорской семьи грозит каторга. Стоило жалеть браконьеров? Нет, каждому воздаётся за свои поступки, хорошие они или плохие. Зачем было угрожать девушкам, неважно, обычные они барышни или из родовитой семьи, и прыгать на меня с ножом? Да ещё огнестрел в руках повышал риски. Мне потом цесаревич голову отвинтит, а император за внучку и вовсе четвертует, не глядя, чей я сын. Да, я тоже не мягкий и плюшевый, нехороших поступков хватает, но все они проистекают из сложившейся ситуации. За один из них меня могли наказать очень серьёзно. Брюс играючи показал, насколько легко можно лишить одарённого человека самого ценного — искры Дара. Да, я испугался за свою ущербную искру. А кто бы не испугался? У каждого есть слабое место, даже у императора. Только надо знать, где оно.

Мы молча шли по дорожке, которую обнаружили, когда обогнули бобровое озеро. От развилки отходили две тропки, одна из которых вела на лодочную станцию. Внезапно Арина с едва заметной ехидцей спросила:

— Дорогой, значит? Когда это Андрей для тебя стал дорогим? Ты же сомневаешься, выходить за него замуж или повременить с чувствами?

— Когда он спас нас, — чуть покраснела Лидия, как будто её неожиданно разоблачили в чём-то нехорошем. — Да, сегодня Андрей показал, что может защищать свою женщину, даже не имея капли Стихийной магии. Для меня такой поступок важен.

— Своих женщин, ты хотела сказать, — возразила Арина. — Не забывай, я тоже стояла под прицелом ружья и оценила смелость и решительность Андрея.

Я хотел прикрикнуть на разболтавшихся девиц, но потом понял, что это своеобразный психологический откат после пережитого. Княжна Голицына никогда, наверное, не попадала в такие переделки, а вот Лида — да, когда произошла атака на императорскую ложу на острове Болотном. Но даже тогда я не заметил, что она хоть как-то показала свой страх. А вот сейчас, я чувствовал — её потряхивает. Представляет, что могли сделать с ней эти три идиота, не будь она одарённой? Ну да, хорошего мало. А бурная фантазия в некоторых случаях хороша. Надеюсь, огненный темперамент Великой княжны Лидии слегка остынет.

— Не ссорьтесь, девочки, — я всё-таки решил вставить свои пять копеек. — Сейчас зайдём в кафе, выпьем коньячку грамм сто на каждого, чтобы отпустило, а потом… домой поедем или продолжим гулять?

— Уже вечереет, — шмыгнула носом Лида. — Давайте поторопимся. И да, я не откажусь коньяку бахнуть.

— И это говорит аристократка в двадцатом и больше поколении! — притворно ужаснулась Арина. — Ты бы слышала себя со стороны, когда ругалась, как сапожник!

И мы, рассмеявшись, ускорили шаг, и через несколько минут вышли к лодочной станции, залитой ярким светом уличных фонарей, протянувшихся вдоль набережной. У пирсов покачивались лодки, водная гладь была пустынной. Увидев стеклянное здание кафе, мы сразу же направились туда.

— А вот и наша охрана, — Лида заметила несколько мужчин возле кафе. Они тоже увидели приближающуюся княжну и кто-то из них сразу заговорил, поднеся ладонь к уху.

— Ну вот, а вы боялись, — я приобнял девушек за талии и уверенно повёл красоток к зданию, ощущая себя при этом невероятно богатым и счастливым собственником.

2

Капитан Баюнов — личник Великой княжны Лидии, неизменно находящийся при ней с того момента, как ей исполнилось десять лет — стоял навытяжку перед цесаревичем Юрием Ивановичем, который с интересом вчитывался в обстоятельный доклад, и не смел дышать. Он уже давно понял одну мысль: если приказы даются с утра, к вечеру об их исполнении никто не спросит, потому что неожиданно появляются иные приказы, противоречащие первоначальным. Капитан боялся, что эта аксиома сработает и сейчас, и готовился получить по шее от государя-наследника.

— Интересно, — Мстиславский отложил рапорт в сторону и сцепил пальцы рук, положив их на стол. — Очень захватывающая история. А теперь дай собственную оценку случившемуся.

— Согласно вашему приказу мы не стали препятствовать поездке Великой княжны Лидии с княжичем Мамоновым, — замерев, и не смея пошевелиться, ответил Баюн, получивший свой позывной по носимой им фамилии. — Доехали до Покровского парка, отпустили молодых людей и пошли следом, не показывая своего присутствия. Часть моих людей отправилась на лодочную станцию, а я с остальными следил за княжнами и княжичем Мамоновым. Появление посторонних людей в районе прогулки охранники заметили заблаговременно и предупредили меня. Я взял на себя всю ответственность, памятуя о вашей просьбе, Ваше Императорское Высочество, и дал задание следить за браконьерами. У меня была надежда, что они не заметят молодых людей и займутся ловлей бобров. Оказался неправ. Ребята столкнулись с ними недалеко от пруда и сразу возникла напряжённая ситуация…

— Наши верноподданные настолько отупели, что не могли узнать Великую княжну? — вздёрнул брови цесаревич.

— Вы будете смеяться, но они так и утверждали.

— Не вижу повода для смеха, — сухо произнёс Мстиславский. — Выяснили причину конфликта?

— Так точно. Хотели обокрасть девушек, когда заметили на их руках дорогие перстни и кольца.

— И ты поверил?

— Никак нет! Я же прекрасно слышал, как эти олухи хотели… кхм, попользоваться княжнами, обокрасть их, и быстро скрыться в лесу. Та часть парка, где находился Бобровый пруд, мало посещается из-за низменного ландшафта и сырости, тем более, уже осень, вряд ли кого туда заманишь, — Баюн всё-таки не выдержал и переступил с ноги на ногу, и цесаревич заметил это движение. Махнул рукой, разрешая личнику расслабиться.

— То есть был сговор совершить преступление? — нахмурился Мстиславский.

— Я не могу подтвердить это, потому что они настаивали на попытке ограбления, не более того.

— Но ты же слышал их разговор.

— Его к делу не пришьёшь, Ваше Высочество. Когда Колодины — это фамилия всех троих браконьеров, отца и двух сыновей — вышли напрямую к молодым людям, они стали угрожать оружием и требовать драгоценности. Ни о чём другом они больше не говорили. Княжич Мамонов, по моему мнению, хотел разрулить ситуацию и уговаривал Колодиных просто уйти, но потом ненароком спровоцировал их неосторожным словом и вступил в драку, защищая девушек.

— Дурость какая, — пожал плечами цесаревич и простучал пальцами по столу. — Неужели ни у кого в голове не прозвучал тревожный звоночек? Видно же, непростые молодые люди гуляют по парку…

— Так точно, Ваше Высочество, — согласился Баюн. — Самая настоящая глупость и ощущение мнимой безнаказанности.

— Ну, если бы вы были рядом с ними, охотники даже нос из кустов не высунули бы, — усмехнулся Мстиславский. — Каково впечатление от действий княжича Мамонова?

— Считаю, парень справился неплохо. Без Стихийных навыков сумел обезвредить крепких деревенщин. А ведь у них кроме двустволки ножи были.

— А девушки применяли магию?

— В динамике боя — нет. В самом конце Великая княжна словно опомнилась и ударила конструктом по самому старшему. Арина Голицына в конфликт не вмешивалась. Мы держали браконьеров на прицеле, и могу уверенно заявить, что не упустили бы ситуацию из-под контроля.

— Что именно применял Мамонов? Ты заметил?

— Он не применял ни магоформ, ни Стихийных атрибутов. У меня создалось впечатление, что парень не по годам силён. Обычный рукопашный бой, состоящий из разных элементов боевых искусств. Но ещё показалось, в некоторых случаях Мамонов вообще не прикасался к противникам. Как будто наносил ментальный удар.

Мстиславский кивнул. Об антимагических способностях княжича Андрея мало кто знал, только догадки могли натолкнуть на здравые размышления. Но таковых, к облегчению цесаревича и императора, было слишком мало. Слухи — да, они расходились во все стороны, как волны от упавшего в воду камня, и чем дальше от центра, становились всё курьёзнее и смешнее. К тому же агентура императорского клана содействовала их распространению в среде высокородных и дворян. Своеобразная дезинформация, запущенная Мстиславскими, давала возможность Андрею Мамонову спокойно образовать свой Род и укрепить его. Но мальчишка, как это бывает с молодыми, стал проявлять норов, и полез с открытым забралом на Диковых, словно не желая понимать, что они всего лишь пешки на игровой доске. И сейчас важно придержать ретивого молодого жеребца, чтобы не натворил дел.

— Что с семьёй Колодиных? — поинтересовался цесаревич.

— Сопроводили до лодочной станции, оформили браконьерство, изъяли оружие и наложили штраф в десять тысяч рублей.

— Не слишком ли мягкое наказание за нападение на особу императорской семьи? — Юрий Иванович взглянул на большой монитор ЭВЦ, стоящий на рабочем столе, словно хотел найти там ответ.

— Я хотел сдать их воеводе Иртеньеву, чтобы он посадил дураков на трое суток для очистки мозгов, но Николай Юрьевич посоветовал сделать так, как я сказал ранее. Глупые и недалёкие люди, им и так придётся пахать с утра до ночи, чтобы штраф заплатить. Или вообще уехать на заработки. Тоже не сладкая доля.

— А если они начнут искать обидчиков?

— Ваше Высочество, вот здесь я уверен: они будут сидеть ровно на заднице, и побоятся пошевелиться. Мужики сами испугались того, что натворили. Папаша отговаривал непутёвых сынков, но те же здоровые лоси, слушать не хотели разумного предупреждения. Да и я, когда сопровождали их в полицию, предупредил, чтобы не вздумали играть в обиженных и оскорблённых. Если появятся в столице, их сразу возьмут под микитки, как террористов. Для верности сфотографировал эту троицу. Вам незачем волноваться за дочь, Ваше Высочество. Я ведь всегда рядом.

— Ладно, уговорил, — усмехнулся цесаревич, всё же поставивший заметку насчёт семейки Колодиных и через пару-тройку дней послать к ним полицию для закрепления внушения. А то расслабятся, подумают, что пронесло, можно и дальше к гуляющим в парках девушкам приставать с угрозами. — Говоришь, дочь проявила себя максимально спокойно, и не испугалась?

— Внешне обе были спокойны. После прогулки княжич Мамонов привёл девушек в кафе, угостил их коньяком, — усмехнулся Баюн. — Подозреваю, стресс у княжон снимал, да и сам пару чарок опрокинул в себя.

У Юрия Ивановича, решившего налить себе минералки, замерла рука над стаканом, и спохватился он лишь тогда, когда водичка едва не полилась через край.

— Коньяк? — цесаревич не видел, в каком состоянии была дочь, когда та приехала домой с прогулки. — Девчонки пили коньяк?

— Пили, ещё как, — Баюн почему-то был доволен, как объевшийся сметаны кот. — А потом и в кофе добавляли. Но там немного было, Ваше Высочество, — тут же бросился защищать свою подопечную личник.

— Чёрт-те что, — проворчал Мстиславский, стараясь не улыбнуться. Дочь уже не маленькая, алкогольные напитки вполне могла употреблять, но коньяк… Да, похоже на стресс. — Они там бутылку заказали, что ли?

— Небольшой графин, на двести пятьдесят. Выпили весь, — зачем-то добавил личник. — Княжич Мамонов посадил девушек в свой «Фаэтон» и развёз их по домам. Под нашим присмотром, конечно.

— Выпивший сел за руль? — нахмурился Юрий Иванович.

— Никак нет. За рулём был его водитель. Никаких эксцессов по дороге.

— Хорошо, иди, — махнул рукой цесаревич, и Баюн, чётко развернувшись, покинул кабинет.

Мстиславский откинулся на спинку кресла, отхлебнул минералки и задумался. Дочь сначала не хотела свыкнуться с мыслью, что ей придётся делить будущего мужа с ещё одной женщиной, пусть даже являвшейся хорошо знакомой Ариной Голицыной, и даже устроила истерику. Дескать, в таком случае она разорвёт все отношения с «кобелём Мамоновым», за что получила знатную трёпку от матери. Алёна — умная женщина, и там, где цесаревич не мог донести правильную мысль до разбушевавшейся дочери, она справилась играючи. Именно после доверительного разговора с матерью Лидия задумалась, и начала исподволь искать пути сближения с Ариной. «Для привыкания, — как пояснила она, — и лучшего контакта, раз уж нам придётся на двоих делить Андрея»,

Забавно, что она даже не намекала на пункт договора, который позволял Великой княжне не выходить замуж за Мамонова Андрея в специально оговорённых случаях. Всё-таки Юрий Иванович уважал право дочери на чувства и любовь, но в разумных пределах. Увлечённость мальчиками допускалась, куда же без этого, чем и пользовалась Лида летом в Крыму. Да, флиртовала с сынком крупного местного землевладельца, но, скорее, с желанием досадить взрослым за то, что её судьбой распоряжаются, как собственной. Девчачьи взбрыкивания Алёна купировала с жёсткостью и с прямотой. Она свою дочь знала хорошо, поэтому провела несколько сеансов психологического воспитания, после которых Лидия, наконец-то, успокоилась. Хотя, кто знает, что она отчебучит через год, поступив в университет.

Сблизиться с Ариной Голицыной посоветовала, конечно же, Алёна. До такого неопытная девица не додумалась бы. Теперь, когда существует союзный договор, появился фактор нестабильности в виде талантливой девушки из другого Рода. Привязать Голицыных к себе у Мстиславских изначально в планах не было, но снизить импульсивность молодого Мамонова было необходимо. Он сам ещё не знает, в каком направлении двигаться, а две княжны смогут удерживать его в строго очерченных рамках поведения. Парень нащупал метод давления на не нравящихся ему людей, и это беспокоило теперь не только Мстиславских, но и Брюса. Женить парня в таком возрасте бессмысленно, а вот нагрузить его полезными государству делами — об этом стоило подумать. Надо с Иртеньевым поговорить. Что-то застоялся «Арбалет», покрылся пылью.