Ведьмовская триада

Глава тридцатая. Клятва и хрустальная метла

Нимфы всегда были народом легкомысленным и любвеобильным. Известен случай, когда у одной нимфы на протяжении всей жизни было зарегистрировано около пятидесяти браков. С людьми обоих полов.

Отрывок из книги «Каждой твари по паре. Классификация нежити».

***

Туфли были выкинуты, как только я вошла в корпус. А моя доброжелательная маска святой наивности навсегда (надеюсь) исчезла с моего лица. Лизнув внутреннюю сторону ладони, я слизала кровь, не желая испачкать платье. Все же это странно — собственными ногтями до крови расцарапать себе ладонь. Короткие, по сути, коридоры корпуса сейчас показались мне нереально длинными. А ковры более отвратительными, чем раньше. И когда до нашей комнаты оставалось метров десять, меня окликнули. В этот момент я проклинала все.

— Хей, Владислава! — с девушкой я была незнакома. Но я точно видела ее пару раз в коридорах.

— Добрый день, — я еле сдерживала рвущееся наружу раздражение.

— Добрый, добрый. Угомони свою триаду, они уже третий час что-то двигают в своей комнате и орут друг на друга. Удачи, — она развернулась настолько резко, что хлестнула меня волосами по лицу. Я подняла руки и уже собиралась сжать шею этой нахалки, но она быстро передвигалась, черт возьми.

Что они творят без меня? Несколько шагов — и дверь сама распахивается передо мной. Не успела я и рта раскрыть, как на меня обрушился поток белой краски.

— Да заебали, идите в жопу! — и дверь захлопнулась.

Отличный день.

***

В комнате все было по-другому. Стены теперь были мягкого персикового оттенка, который я ненавидела, а мебель стояла на других местах.

— Ну извини, я думала, что это те стервы! — я убрала от лица полотенце и бросила на Бажену предупреждающий взгляд. Она тут же замолкла.

— То есть пока я «проводила приятный вечер с родителями Марка», вы решили устроить перестановку? — Анастасия энергично закивала, пытаясь расчесать мои волосы.

Теперь они были непонятно какого цвета. Словно я резко начала седеть.

— Какие вы энергичные! — я дождалась того момента, когда Настя скрутила мои волосы в жгут и закрепила его на голове, и упала спиной на кровать.

— Как тебе… встреча? — я застонала, закрывая голову подушкой. Вспоминать ничего не хочу! Но придется.

— Все было идеально! Прекрасный дом, вежливые родители, счастливый Марк! — я перевернулась на бок, желая спокойно уснуть. Но отвратительных запах краски мешал. Как и два выжидающих взгляда, которые сверлили мне спину.

— Ладно. Все было настолько идеально и прилизанно, что хотелось блевать. И родители! Такие сдержанные и дружелюбные, но глаза… Ты бы видела глаза его матери. Это же ледяная пустыня. А еще у него есть сестра. Вот точная копия Марка! Они даже хмурятся одинаково! И она явно не собирается так просто отдавать мне своего брата. Это просто ужасно, — я резко дернула головой, и волосы рассыпались по плечам, освобождаясь из плена резинки. Схватив прядь двумя пальцами, я понюхала ее и поморщилась от резкого запаха. Запах шампуня даже не чувствовался.

— Это проверка. Причем не скрытая, — тон Анастасии пугал. Она смотрела словно сквозь меня, сжимая в руках расческу. Та сначала покрылась коркой льда, а потом разлетелась на маленькие кусочки.

— Насть? — Бажена дотронулась до плеча Крах, и та словно отмерла. Посмотрев на свои руки, она продолжила.

— Это первая часть проверки среди аристократических семей волшебного мира. Ее проходят все, кто принимается в богатую семью. Я ее проходила, ее проходили около тридцати невест брата. На первом этапе они и заваливались, — Настя неотрывно смотрела на свои ногти, не решаясь поднять глаза. Поняли все — она плакала. — Ладно, спокойной ночи.

Она встала с моей постели и, дойдя до своей, рухнула на нее, сразу отворачиваясь к стене. Сегодня свет тушила Бажена.

***

Утро было самым хмурым и пасмурным из всех за мои двадцать три года. В комнате нестерпимо воняло краской, вещи были разбросаны, а дверь открыта настежь. Я еле разлепила глаза повторно, пытаясь нащупать вокруг себя хоть что-то. Рука утонула в пуховом одеяле. Потянувшись, я осмотрела комнату, пытаясь обнаружить Бажену или Настю. Но никого не было. Зато из холла доносился громкий голос лорда директора.

— Где Мор? — я подскочила с постели и, завернувшись в одеяло, устремилась на выход.

В холле корпуса были собраны все девушки. Некоторые позевывали и как и я были завернуты в одеяло, другие же были на начальной стадии подготовки к выходу на учебу.

— О, а вот и последняя студентка. У меня важное объявление. Сегодня все занятия отменяются, так как будет нечто… грандиозное, — большинство людей не могли этого увидеть, но лорд директор явно был зол. Словно сегодня будет то, что у него не запланировано. — Все свободны.

И он снова испарился в своем черном тумане. Я собиралась вернуться в комнату, как меня саму поглотил это чертов туман. В кабинете лорда директора все было так же, как и множество раз до этого. Только в этот раз лорд директор ходил из угла в угол и явно был чем-то огорчен или же встревожен.

— Сегодня будет показательная битва, — я оглянулась, разыскивая часть своей триады. Но кроме меня и лорда директора никого не было.

И я вспомнила, что спать завалилась в одной лишь черной огромной майке, которая еле прикрывала мою пятую точку. Укутавшись в одеяло поплотней, я сделала несколько шагов.

— О какой показательной битве Вы говорите? — лорд директор резко остановился и посмотрел на меня.

— Сегодня между триадами всех Академий будет показательная битва. Это способ вернуть одну триаду, которая выбыла на прошлых испытаниях. Но если вернется одна триада, выбудет другая, — голос его казался надломленным, а глаза горели адским пламенем.

— И что? — хотя меня это напрягло, я думаю, мы пробьемся.

— В битве можно использовать запрещенную магию, — я зажмурилась и резко открыла глаза, желая убедиться, что мне это не снится.

— В этой битве можно погибнуть? — вопрос был чисто риторическим. Запретное волшебство дает как многие преимущества, так и требует большую цену. В виде человеческих жизней.

— А почему Вы говорите это только мне? Как же остальная триада? — лорд директор подошел ко мне почти впритык.

— Я… прошу тебя о помощи. Как только вы выйдите на арену, спадут все защитные заклинания, все защитные артефакты перестанут действовать. У меня нет силы, чтобы защитить Бажену. И я прошу тебя об этом, — лорд директор схватил меня за плечи и начал слегка потряхивать. — Ты клянешься, что любыми способами защитишь Бажену Савельеву?

— Клянусь, — слово далось мне слишком просто.

Тысячи, миллионы искр закружились вокруг нас, танцуя свой странный, сумасшедший танец. Танец, который сводил с ума.

***

Очередные костюмы нам принесли за час до выхода. Все синее. Кроме ботинок, правда. Да и костюм был весьма скудным. Лосины, майка, мантия и ботинки. Ну и значок с символом Академии. У нас это была хрустальная метла.

— Волосы убрать, все помнят свои позиции? — Бажена и Настя утвердительно кивнули, пытаясь собрать волосы так, чтобы они не лезли в глаза и за них нельзя было повалить человека на землю.

На переодевания нам дали минут двадцать, не больше. Не успела я закрепить свою прическу долговечным лаком, как нас выдернули из комнаты прямо в кабинет к Волкову. Тот был собран, сосредоточен и максимально зол.

— Я дам каждой из Вас одну вещь, которая может вам пригодиться в бою, — перед нашими лицами возникли маленькие коробочки.

Подхватив свою, я открыла ее, нажав на небольшой камень прямо посредине крышки. На небольшой подушечке лежал значок, очень похожий на тот, который был приколот у меня на груди.

— Что это?

— Это эксклюзивный талисман, пользоваться которым вас научит время, — я осторожно отцепила предыдущую безделушку и прикрепила талисман.

— Желаю вам удачной битвы.

***

Огромная арена, и тысячи сидений, сокрытые темнотой. Тем не менее, темнота не могла скрыть гул толпы. Такое чувство, что сейчас будет бокс. Однако его не было. Был лишь купол, который переливался всеми цветами радуги. От него так и исходило волшебство. Такое соблазнительное, сочное, но способное убить. Поэтому я лишь отшатнулась от него. Мантии мы сбросили на самом выходе, сунув их одной из ведьм, которая там ошивалась. В общем, вся арена была поделена на секторы. И наш светился темно-синим, таким манящим светом. Но пришлось сбавить шаг, чтобы не показаться напуганными. Остальные сектора уже были заняты. Мы, как всегда, последние. Талисман приятно грел грудь, и это тепло скорее сжигало весь страх, чем растило его. Еще шаг — и я на своей территории. И это придавало уверенности где-то внутри, глубоко-глубоко внутри. Как только триада остановилась у меня за спиной, начался бой. Не прошло даже и секунды, как в нас полетел сгусток воды, который то и дело увеличивался. Отразила эту атаку я как-то рефлексорно. Просто выставила руку, и огромный щит из огня поглотил воду, задавив ту. Напротив нас находилась сестрица с ее бездарной и ни на что не годной триадой. С нее я и решила начать.

Я становилась магией. Я управляла всеми потоками волшебства, что были во мне. Я делала так, чтобы магия поглощала меня. Удар ноги о пол создал волну огня, которая направилась во все стороны. Некроманты ориентировались быстро, создавая щиты и готовя запасные ходы отступления. Их моя волна, впрочем, не задела. Но иллюзорники вылетели практически мгновенно, отлетев к стенам барьера. Тот тут же поглотил тела и выплюнул их с другой стороны. Я так и знала, что они самая слабая триада. Вокруг нас уже возникал щит, который поглощал любую магию и перенаправлял ее всем участникам триады в виде чистой энергии. Полезная штука.

С каждым ударом мы становились сильней и сильней. И, наконец, Анастасия решила перейти в наступление. Она была огнем. Она горела в прямом смысле этого слова. Сжигала всех дотла, превращая в пепел. Каждый ее шаг оставлял на земле небольшой выжженный след. И мы начали смещаться вместе с ней. Первыми мы пошли на сестрицу. Она яростно отбивалась, крича что-то о том, какая я бездарность и шлюха. Я же просто исподтишка плела заклятья и подпитывала Анастасию, которая делала так, чтобы наши дорогие магички потом раскошеливались на зелья против ожогов. Но Настя резко начала угасать. Огонь в ее волосах начал тухнуть, а сама она практически валилась без сил. И я поняла, кто виноват. Анна язвительно ухмылялась из-за щита.

— Ты посмотри на некромантов! Только и делают, что защищаются. Никакого нападения — выжидают, — крик Бажены донесся до меня словно из другой вселенной. Я пыталась оттащить бесчувственную Настю из-под обстрела магией.

Та хоть и была худой, весила, казалось, килограмм восемьдесят. Наконец, я сбагрила ее на Бажену и создала вокруг них двойной щит. Все же адреналин в крови подстегивал меня на самые безрассудные поступки. Я решила лично вышвырнуть Анну за купол. Но как только я перебила триаду Анны и пошла на саму сестрицу, мне в спину прилетело заклятье от боевиков. Я закричала и упала на землю, пытаясь не плакать от липкой боли, которая пропитала, казалось, все тело. Тень, которая опустилась на лицо, немного напугала. А резкий удар ногой по лицу вырубил меня.

***

Голова болела, а яркий свет софитов выжигал глаза. Лишь спустя секунду я поняла, где нахожусь и что со мной. Меня явно волокли к стене барьера. Прошло не больше четырех минут. Резкий удар по ноге противника вывел того из равновесия. Анна явно пыталась сделать так, чтобы я навсегда узнала, кто среди нас младшая сестра, а кто старшая. Поднявшись на ноги, я старалась ухватиться за что-либо. Голова кружилась. Анна схватила меня за ногу и попыталась повалить на землю, но резкий удар по руке явно помешал ей это сделать. Еще более резкий удар по лицу вообще заставил ее закричать.

За грань я выбросила ее с помощью магии. Пора уже понять, что ей ничего не достанется. Но она явно не хотела отдавать пальму первенства своей «младшей сестре-выскочке». Когда я обернулась с целью посмотреть то, что творится на арене, я остолбенела. Анастасия бесчувственным мешком с костями лежала около края арены, куда ее пытались выбросить боевые маги. Бажена же отбивалась от еще одного боевика. Некроманты сохраняли нейтралитет, продолжая удерживать защиту, и, кажется, играть в карты. Передо мной встал сложный выбор. Кому помогать? Но Анастасия выиграла за счет своей бессознательности. Резкий удар в спину ошеломил боевого мага, который держал Настю за ноги и раскачивал, с намерением выбросить за грань. Второй же даже не смотрел в эту сторону.

Бой оказался неожиданно быстрым. Пару взмахов рукой — и парень отлетает к стенке, исчезая в ней. Со вторым пришлось труднее. Тот еще отбивался минут десять, к тому же пытаясь все же сунуть хоть голову Анастасии в вязкую, словно патока, стену. И только под конец я поняла, что это был Матвей. Тот самый Матвей, который ходил за мной некоторое время. Тот самый Матвей, которого я ударом ноги отправила за грань, похоже, сломав себе руку от неудачного движения. Но расслабляться нельзя — впереди еще защита Бажены. Та уже верещала от того, что боевик выкручивал ей руку и явно пытался сломать. Моя же повисла безжизненной плетью, не собираясь мне помогать.

Первым делом я ударила боевика по яйцам (уж больно поза у него удачная была), но тот даже не вздрогнул. Отвлекшись от Савельевой, он обернулся ко мне, явно собираясь высказать свое «фи». И я его понимала. Пытаться перекинуть через себя девяносто килограмм веса — та еще задача, с которой я не справилась. Бажена всхлипывала около меня и ничего не могла сделать — ее попросту связало магией.

Пока меня били по лицу, явно пытаясь вырубить столь варварским способом, я пыталась причинить противнику хоть какой-то урон. Но, к сожалению, не получалось. Лишь в последний момент я вспомнила о загадочной броши, которую нам перед боем дал лорд директор. К счастью, она до сих пор была у меня на груди. Резко сжав ее, я завизжала, что есть мочи.

Боевика разорвало моим криком. Брызги крови окропили все вокруг, заляпав в первую очередь меня. Но больше всего меня потрясли органы, которые разлетелись по всему полю словно снег по улице. Еще бьющееся сердце упало прямо в руки Бажене, от чего та завизжала и грохнулась в обморок. Я же еще перед своим низким падением успела показать всем свой завтрак и знак, который показывал наше намерение закончить данный ужас.

Зачем я вообще ввязалась в эти Дикие Игры?