Тушемля. Дети Велеса

Глава 7 Странный разговр

Глава 7 Странный разговор Расстелив льняную скатерть на свободной от трав части стола, Осьмуша шагнула к очагу. Помешав в котелке наваристую кашу из пшеничной полбы, задумчиво посмотрела на дверь. Интересно, о чем они там беседуют? И кто эта старуха? Чем ее так заинтересовал Зорян? Сыпанув на стол немного амарантовой муки, принялась месить тесто на лепешки. Горячие и ароматные они будут как раз по душе во время ужина. Еще неплохо бы медку достать и в прохладный квас из подклета. Занимаясь своими делами, она не сразу услышала, как скрипнула тихонько дверь и раздались шаги.

​​​​​-Мммм, - обнимая ее за талию промычал Зорян, - пахнет вкусно.

Вскинув руки вверх, удерживая их над столом, чтобы мука с них не сыпалась на одежду, Осьмуша покосилась на темноволосую шевелюру мужчины, прижавшегося подбородком к ее плечу.

-А бабушка где?

-На сенник пошла. Говорит ей там теплее и удобнее будет…да и нас смущать не желает.

Девушка почувствовала, как вспыхнули ее щеки.

-Ей бы еды отнести… - смущенно пробормотала она. По ее коже расползались мураши от того места, где губы Зоряна прижались к ней. Она невольно отклонила голову немного в бок, открывая ему доступ к шее.

-Отнесу, - согласился он, скользнув ладонями вверх по ее рукам и обхватив ее за плечи, мягко развернул к себе. В свете огня его глаза казались темными, подернутыми загадочной дымкой. Она уперлась тыльной стороной ладоней в его плечи, сдерживая улыбку и шутливо пытаясь оттолкнуть его от себя.

-Зорян! Я вся в муке. Дай мне закончить. Лучше вон каши бабушке отнеси. Она с дороги, наверняка голодная. Да лепешек сейчас испеку. Побалуешь старую…

Он приподнял голову, ловя ее взгляд.

-Ее Агидель кличут, - отпуская ее из объятий и шагая к очагу проговорил Зорян, - рожденная в огненной стихии. Ярило-солнце ее покровитель.

Вернувшись к своему занятию, Осьмуша следила за своими руками, ловко формирующими лепешки. Заворот, защип. Заворот, защип. Почти как с глиной работать. Только тесто более мягкое. Послушное. К глине еще подход надо найти. Почувствовать ее. Да и разная она, глина. Вот с поля она более хрупкая, легко крошится, впитывает воду. В ней примесей много. А коли глину у озера или реки взять, то она более мягкая, пластичная. А при размокании делается вязкой и липкой. Из такой лучше всего что-то лепить. Особенно посуду. Долговечнее будет.

Осьмуша вернулась к очагу, выложенному из мелких булыжников без связующего материала. Смахнув с плоского камня в его центре черные угольки, аккуратно положила на него готовые лепешки. Теперь надо немного подождать, пока она не начнет подрумяниваться снизу. Тогда и перевернуть можно.

-Осьмуш, скоро? - она посмотрела на сидевшего у стола на низком табурете Зоряна и кивнула.

-Да, скоро. Пока отнесешь Агидель, я для нас успею испечь.

Послав любому теплую улыбку, Осьмуша снова обернулась к очагу. Перевернула лепешку. При этом часть огня вспыхнула, зашипела и взметнулась вверх снопом искр.

-Осьмуша! – испуганный крик за спиной заставил ее вздрогнуть и обернуться. Зорян вскочил с табурета, опрокинув его и в один прыжок преодолел разделяющее их расстояние. Его пальцы со всей силы впились в ее плечи, рывком отдергивая от очага.

-Ты чего? – она удивленно подняла к нему лицо. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, словно после долгого бега. Пальцы судорожно впились в ее тело. А на лице застыл страх. Она видела, как он смотрел на нее, прежде чем перевести взгляд на полыхающий в очаге огонь.

-Ничего, - выдохнул он, заставляя себя разжать пальцы и отступить на шаг, -ни-че-го,- по слогам произнес он отступая к двери, - мне на капище надо. Ты сама бабушке еду отнеси.

-Зорян?

-Я скоро. Прости.

Не успела Осьмуша понять, что происходит, как Зорян уже скрылся за дверью, в стремительно опускающихся на городище сумерках. Непонимающе пожав плечами, она вернулась к очагу. Осторожно подхватила котелок с нагретого камня, поставив его на стол и разворошила угли, чтобы в жилище теплее было. Сложила лепешки в глиняную миску. Эту миску она сама когда-то волхву делала. Столько лет правдой ему служит. Осьмуша провела пальцами по грубо выделяющимся лентам керамики на стенках миски. Одна из ее первых работ, хотела тогда порадовать старика. С тех пор многому научилась. И ее работы уже не были такими грубыми и кривыми. Она невольно улыбнулась воспоминаниям и взяв приготовленную еду направилась в сенник к странной незнакомке.

-Бабушка Агидель? – позвала она заглядывая внутрь. Никто не отозвался. Осьмуша робко прошла внутрь, стараясь хоть сто-о рассмотреть в полутьме сенника.

-Кар!

Вскрикнув, она резко отскочила в сторону. В приоткрытую дверь сорвалась черная птица.

-Вот же нечисть лесная, - пробормотала Осьмуша вслед улетевшему ворону, - напугал аж до смерти.

-Да ты не серчай на него, дочка, - старческий голос за спиной вновь заставил ее вздрогнуть и обернуться, -ворон птица шумная, да мудрая. Зря к человеку не сунется.

-Это твой ворон, бабушка?

-Мой, а то чей же еще? Я его птенцом в лесу в траве нашла. Из гнезда выпал. Выходила его. Вот он теперь со мной повсюду и следует.

Осьмуша кивнула, глубоко дыша и пытаясь успокоить бешено стучащее в груди сердце.

-Я тут…поесть принесла. Искушай, бабушка.

Старуха подошла к ней, взяв протянутую миску с амарантовыми лепешками.

-Благодарствую. Давно я теплого хлеба не вкушала, - она прихрамывая направилась к дальнему стожку.

-Давно по земле нашей ходишь? – робко шагнула за ней Осьмуша, опуская миску с кашей на небольшой пень. Наверно Зорян приволок.

-Давно, дочка, очень давно. Скоро уж как двадцатое лето пойдет.

Опустившись на стог и прислонив к нему клюку, Агидель вгрызлась в теплую мягкую лепешку. Осьмуше даже показалось, что она застонала от удовольствия.

-Двадцатое лето? Отчего так долго? Неужели нигде место родного не нашлось?

-Места-то может и были, -жуя ответила Агидель, -да только не мои они были.

Осьмуша склонила голову к плечу, внимательно всматриваясь в темный силуэт.

-Али искала что, бабушка? – догадалась она.

Старуха хмыкнула, потянувшись к кувшину с квасом.

- Искала…да не что, а кого.

-И кого, бабушка?

Вытерев рот рукавом рубахи, старуха посмотрела на нее. Осьмуша кожей ощущала ее пронзительный цепкий взгляд.

- Так то за завесой лет уже скрыто…да и не нашла я его. Хоть по всей нашей земле-матушке прошла.

Осьмуша задумчиво смотрела на серую щель двери, обдумывая услышанное. Странная все-таки эта гостья. Как за столько лет можно было не найти то, что утерял?

Доев кашу и лепешки, старуха составила миски одна в другую и зевнула.

-Ты мне вот что молви, дочка, Лучеса у вас тут неподалеку есть.

-Да, бабушка.

-Там поклонение Хозяину леса *( медведь) должно скоро быть. Зоряну туда бы сходит надо. С тамошним волхвом в обряде поучаствовать. Силушки богатырской испросить. Да богам поклонится. Да беда одна есть…

-Какая? -насторожилась Осьмуша. Она кожей ощутила взгляд старухи на себе. Даже поежилась от возникшего неприятного ощущения.

-Без тебя идти отказывается, - наконец ответила та, - так что собирайся в дорогу. Мужа проводить надобно.

Осьмуша обернулась на дверь и вновь посмотрела на темный старушечий силуэт.

-А что матушка да отец скажут, коли с ним пойду?

- В путь дорожку благословят, - спокойно ответила гостья, - молвила уже. Жена ты его. И хватит голову дурными мыслями забивать. Они светлые у тебя должны быть. Темными ты дурное притягиваешь. Негоже это, молода еще, чтобы на жизнь роптать. Радоваться надо, а не на других смотреть. Все. Устала я. Иди мужа встречай. Уже второй круг вокруг сенника ходит, мешать нам не хочет. Да приласкай его. От женской ласки, да нежных рук любая хворь и невзгода уходят. А ты ему сейчас ой как нужна. Тяжело ему будет. Времена нелегкие настают. Вот и поддержи того, кого у богов вымолила. Иди. Утро вечера мудренее.

Ничего не понимая из ее странных речей, Осьмуша попятилась к выходу и выскочила во двор. Подняла взор в темное, усыпанное звёздами небо. И тут же была схвачена в горячее кольцо мужских рук, бережно притянувших ее к сильному, закаленному работой телу.

-Зорян…- выдохнула Осьмуша, прижимаясь затылком к его плечу. Все слова Агидели выскочили из ее головы, стоило мужским губам коснуться чувствительного местечка за ухом. Его руки плавно скользнули вверх, распуская бечевку в вороте ее рубахи.

-Зорян… - едва слышный шепот и ее руки легли поверх его.

Наклонившись, мужчина легко подхватил на руки девушку и широко шагая направился к их новому жилищу. Осьмуша тихонько выдохнула, обнимая его за шею и прижимаясь к его груди.

Муж все-таки.