Трудовые будни барышни-попаданки

Глава 16

Пригляделась и я. Кабинет был очищен от половиц примерно наполовину. На деревянном перекрытии что-то поблескивало в лучах скупого осеннего солнышка. Я нагнулась и подняла две золотые монеты. Изображенную на них даму узнала сразу, а и не узнала, помогла бы надпись: «Екатерина II Имп I Самод Всерос».

В мое время такая денежка — нумизматическая ценность. В тогдашней России — законное платежное средство. Первый вопрос, сколько их здесь всего? Пару я подняла, но дальше барыне рыться в пыли негоже.

— Эмма Марковна, я струмент принес, — донесся голос Алексейки.

Вот и хорошо.

— Оставь его до поры, — распорядилась я, — собирай монеты и мне давай.

Еще не содранные половицы, рядом с местом находки, были не такие грязные, как у противоположной стены. Да и на обоях — прямоугольное светлое пятно. Рядом висела короткая сабля.

— Тут что, шкаф стоял? — спросила я ближайшего мужика. Тот удивленно взглянул на меня, но сообразил.

— Да, поставец барский, с книгами. Мы его вынесли, чтоб, как нам велели, пол очистить. И нашли.

— Продолжайте, — велела я. Подумала, что за находку клада полагается вознаграждение. Конечно, ни на половину, ни на треть — территория то частная. Но совсем без награды оставить нельзя.

Я пошла в свою каморку. Услышала, как впереди хлопнула дверь и затопали быстрые шаги. Не навстречу — кто-то предпочел удалиться в людскую.

Ариша решила погулять средь бела дня? Однако девица оказалась на месте. Она лишь сонно таращилась на меня.

— Кто тебя навещал? — спросила я с порога.

— Не знаю, барыня, — ответила девица вечно виноватым голосом. — Спала, слышу дверь открывается. Думал, вы или Павловна, сил нет встать. Потом все же поняла — не ваши шаги. Только хотела вылезти, да разглядеть, а дверь и закрылась.

Что за неведомый визитер? Ладно, потом разберусь. Пока же взяла кошелек, поспешила в кабинет.

К моему возвращению мужики оторвали все половицы, и Алексейка, под восхищенное оханье Павловны, собрал семь золотых империалов — я вспомнила, что так называлась эта монета. У него появился добровольный, хотя и непрошенный помощник. Примчавшийся откуда-то Дениска нашел последний, седьмой кругляшок в самом углу, в щели под мусором. Если бы не его острые глаза — пропустили бы монету.

Я не знала, радоваться или тревожиться. На клад находка не тянула, хотя была приятной и своевременной. Но вот мужики… и их болтливые языки. Это проблема. Начнут рассказывать, как в доме золото нашли, слухи вырастут снежным комом. На входе было несколько монет, а на выходе, уверена, расскажут, что молодая барыня сундуками золота из подпола таскала. Как бы беду не накликать. Лихих людей во все времена было много, а сейчас и подавно хватает.

— За работу поблагодарю отдельно, мужики, — сказала я после коротких размышлений. — А за то, что языками трепать не начнете — особенно. Кроме вас-то проболтаться некому, пойдут слухи — буду знать, с кого спрашивать. Рекрутские квитанции дорого стоят, ежели что, начнут болтать, что я много денег нашла, так я эти деньги поневоле заработаю.

Мужики втянули головы в плечи и закивали. Увы, без угроз обойтись не вышло бы.

— Золотой на церковь пожертвую, остальное на хозяйство пустим, — я нарочно говорила о своих планах вслух. — Зима впереди долгая, и скотину и работников надо бы до следующего хлебушка сберечь. Ладно, работайте дальше. Все половицы снять и начинайте укладывать глину под стропила. Девки сейчас будут корзинами таскать.

На этот раз обсуждать барские чудачества никто не решился. Молча кивнули и занялись делом.

Когда саман был уложен, мужиков позвали в людскую — пообедать. Сегодня щи были дополнены курицей. Павловна осудила такую расточительность, но люди занимались тяжелым трудом, пусть поедят. И оценят.

За едой Павловна и дед, оказавшийся неплохим плотником, вспомнили, что старый барин был картежником и ему иногда везло.

Наверняка империалы — заначка от жены. И хранить-то просто — позвал дворню, велел шкаф отодвинуть и уйти. Потом снял со стены, как я уже поняла, не просто саблю, а пехотный тесак — по сути короткий, тяжелый меч, приподнял половицы, кинул туда выигрыш. Опять позвал и велел шкаф на место задвинуть. И не успел сказать барыне перед смертью. А может, и сам забыл.

Семь золотых — это семьдесят рублей золотом. Если серебряные рубли размениваются нынче на ассигнации один к трем, то золото стоит еще дороже. Этот факт я выудила из памяти Эммочки. Правда, точного курса она не знала. Ничего, выясним. Пока прикину по серебряному — почти двести рубликов на ассигнации, за вычетом того, что обещала пожертвовать церкви. Было двести, да нашлось еще столько же… как минимум до нового урожая с голоду не помрем. Учитывая хилых, но вполне себе коров на скотном и зерно в амбаре — тем более. И будет на что семенной картофель у немцев покупать. А еще — земляное масло. Точно помню, что в Нижнем Новгороде на ярмарке его бочками продают, привозят из низовий Волги.

Нижний — это наш ближайший город. И до него можно добраться двумя путями. Либо по дороге на лошадях, либо на лодке по реке. Не бог весть какая водная артерия течет через поместье, так, переплюйка. Но она впадает в Ветлугу, а та, в свою очередь, несет свои воды прямиком в матушку всех русских рек.

Пока обедали, я все это обдумала. А также прокрутила еще пару вопросиков в голове. Когда в людской послышался шум отодвигаемых лавок и бригада крепостных поблагодарила за хлеб-соль, я вышла к ним с готовым решением в голове. Кнут болтунам уже озвучен, надо и пряником поманить.

— Хорошо поработали, мужички, да и до вечера еще много успеете. А за найденые папенькины деньги отдельно хочу вас наградить. Как закончим с полами, сходите на птичий двор. Каждый получит по хорошей несушке в хозяйство. Будут вашим деткам и яички, и куриная лапша к рождеству.

Мужики явно приободрились. Я думала сначала выдать им копеек по пять из медных денег, но потом решила, что наличку они скорее всего снесут в кабак. Там выпьют и точно начнут болтать. А курица — она и в крепостное время курица. Прибыток, хозяйство, жена похвалит, ребятишки порадуются. Крепостные у мелкопоместных дворян самые захудалые и нищие, все соки из них выжаты. Им и простая несушка сейчас — прибыток.

В общем, к вечеру все полы вскрыли и даже частично заполнили подполье саманом. Целые доски отобрали, пересчитали, заменили пару лаг. Гнилые тоже не без пользы пристроили — хорошие куски от них отпилили, пригодятся. А совсем трухлявые в печку пошли, натопив дом до жара. Вот и глина в подполе быстрее просохнет.

Все шло по плану. Только вот Ариша…