Травница для чернокнижника

Глава 36

Риг

Вышел, не оборачиваясь. Не мог видеть ее, потому что корил себя за предательство. Да, я чувствовал себя предателем, оставляя свой единственный лучик света среди врагов, но так будет лучше.

Быстрым шагом пересек коридор, спустился с лестницы и остановился в пустом холле. Тьма не чувствовала никого из живых существ на первом этаже, но зашипела, заметив в подземелье кучу, в которые я свалил тела еще не сменивших облик вампиров. Поймал их прежде, чем они успели убить кого-то еще. Там же, рядом с ними, лежат тела слуг… Похороним их по обычаю, когда все закончится.

Мотнув головой, отбросил посторонние мысли и связал вокруг себя портал. Мгновение, и я стою перед аркой, сжимая в руке куклу. Фарфоровая девочка смотрела на меня с любопытством, и немного - с надеждой. Людям недоступны эмоции заключенных в фигурки детей, но я видел каждую. Иногда мне становилось не по себе от десятков взглядов, тогда я относил их в сейф, но потом всегда возвращал в свой кабинет. Вернуть их невинные души уже невозможно, слишком много времени прошло, но я все так же ухаживал за куклами, как и сразу после обращения, и в такие моменты вспоминал, что у меня тоже есть душа.

Была… душа.

Поставил куклу в центр арки, а дальше уже выработанными механическими действиями расплел экран на входе, который защищал от вторжения существ. Полностью не защитил, но основное войско пробраться не смогло, лишь единицы.

Вампиры пробрались в замок еще вчера, но я не мог сообщить об этом обитателям. Все, что я мог для них сделать - раздать каждому по амулету защищающему сознание, и невыносимо сильно жалел, что для Ри невозможно создать такой же.

А расскажи я о вампирах… слуги бы разбежались в ужасе, и никакая магия не смогла бы остановить. Куда бы я не перенес Римиссу, чудовища найдут ее, а так есть вероятность, что эти двое драконов увешанных самыми сильными артефактами защитят мою невесту. Силовое поле настроено так, что хоть и не может остановить вампиров, но едва один из них хоть пальцем прикоснется к девушке, я телепортируюсь в то же мгновение. Поэтому да, мне было спокойнее, чтобы Ри оставалась в замке.

Арка вспыхнула и пошла рябью, шагнув в нее одним движением схватил куклу и через мгновение стоял на вершине скалы. Ветер мгновенно растрепал волосы, острые осколки не долетая до кожи падали на землю, превращаясь в капли воды.

— Благодарю, — шепнул Тьме и она всколыхнулась, давая понять, что слышит.

Внимательно осмотрелся и прислушался. Вдалеке у реки слышалась возня - монстры не могли войти в проход и бесились, еще не осознавая, что защитного экрана больше нет. Не очень мудрые потомки настоящих вампиров медлительны в умственных заключениях, но вскоре они поймут, что их ничего уже не сдерживает… Значит, у меня есть от силы полчаса. Потом даже я не успею их остановить.

Деревня оказалась пустой - я не слышал там ни одного звука. Тот, кто пробрался в разум Римиссы наверняка сейчас вместе со всеми, и я более чем уверен, что именно он надоумил остальных, как пройти через защищенную арку, и продолжает проводить их до сих пор, потому что связать свое сознание с с сознанием человека отнимает много сил, и у именно у этого вампира это получилось. Сильное существо, возможно разумное. Что ж, так даже интереснее…

Переместился на расстоянии мили от реки, туда, где росло больше всего деревьев. Скрываясь в чаще проще подобраться к нужному экземпляру, нежели очутиться сразу среди армии.

Тьма расплылась вокруг меня прочесывая лес, я же медленно двинулся вперед, преодолевая выкорчеванные и уже сухие стволы, отмахиваясь от противной паутины и напевая под нос глупую песенку из детства. Она помогала мне держать сознание ясным, а план - четким.

Запустил руку в карман, выудил горсть конфет. Разноцветные драже, то единственное, что многие годы вызывало у меня хоть какие-то эмоции, добавленное в них улучшенное мной зелье эйфории работало, как ни странно, и я ни минуты не проводил без них.

Пока не появилась Римисса. Довольно быстро ее взбалмошность всколыхнула во мне давно забытое чувство ярости, радости, беспокойства, и счастья… Я научился чувстовать, я отыскал в себе крошечный кусочек исчезающей души и всеми силами пытался разжечь в ней огонь.

Так, как юная человечка Римисса Дель Брун, меня уже сотни лет ничего не волновало.

Усмехнулся, вспоминая ее смущение от поцелуя… Маленькая, милая, моя.