Торговец вольного города [СИ]

Глава 21

Закончил с вывеской я позже, чем рассчитывал, потому опоздал на ужин. Думал, к тому моменту «родственники» улягутся спать, но как бы не так. Стоило только переступить порог, как из кабинета, словно чёрт из табакерки, выскочила Екатерина.

— Явился! — хмыкнул она, скрестив руки под грудью.

— Как видите, — спокойно ответил ей с улыбкой. — Чем занимались? Вещи свои собирали в кабинете?

— Не дождёшься, это моя рабочая зона.

— Была, прошу заметить. Мой отец имел неосторожность дать вам непосильную ношу в виде ведения семейного бюджета. Я же освободил вас от этой рутины, вы должны быть благодарны.

— Смотрите, какой заботливый! Лучше врагов иметь, чем таких заботливых родственников.

— Очень печально слышать это, — вздохнул я. — Но не переживайте. Сейчас глава рода я и не намерен заставлять терпеть своё присутствие. Если не нравятся мои решения, дверь всегда открыта, — махнул я в сторону входа.

Женщина подошла чуть ближе и приподняла подбородок, посмотрев на меня сверху вниз.

— Хочешь, чтобы я добровольно ушла? — усмехнулась она. — А ты не настолько сильно изменился, как пытаешься казаться. Всё витаешь в мечтах и тщетно стараешься выдать их за реальность. Вот только жизнь не такая, мальчик. Мир — суровое место, опасное. Будь умнее, дружи с правильными людьми.

— Спасибо за заботу, Екатерина! — снова улыбнулся я и слегка поклонился. — Мне очень приятно. Жаль только, не совсем корректные выводы сделали. И как только мой отец мог вас наделить обязанностями бухгалтера с такой-то невнимательностью?

Продолжая отыгрывать свою роль, сокрушённо покачал головой.

— А правильные друзья у меня есть, не переживайте. Жаль только, правильных родственников нет. Но ничего страшного, это дело наживное.

— Ты не сможешь продать дом, слышишь? Хоть бы к юристу зашёл, неуч!

Она попыталась ткнуть меня пальцем в лоб, но я успел его перехватить и сжать.

— А ну, пусти! — вырвалась мачеха. — И вообще, был бы умнее, знал бы, что без согласия проживающих ты не можешь выставить дом на торги.

— Верно отчасти, но есть один маленький нюанс, — показал пальцами «на донышке». — Вы ведь входите в мой род, потому обязаны подчиняться.

Всё же не зря умные книги прикупил. Нечто наподобие энциклопедии для юных аристократов со сводом правил. Да и вообще несколько детских книжек стояли у меня в комнате, объясняющие базовое устройство общества этого мира.

— А если нет? — с вызовом поинтересовалась Екатерина.

— То вправе сам решить вашу дальнейшую судьбу. Если, конечно, выйдете из рода добровольно.

Она рассмеялась.

— Нет, нет и ещё раз нет! Даже не мечтай.

Женщина развернулась и ушла в свою комнату. И для чего был этот концерт? Хотела продавить меня? Навязать своё мнение? Не на того нарвалась! Потому и бесится: понимает, что я прав.

У глав родов много ответственности, которой я бы не хотел. Как, например, забота и ответ за родственников, если они устроят что-то нехорошее. Но это перед другими аристократами, с людьми без титулов проще.

Ужинал я в гордом одиночестве и блаженной тишине. Как обычно, Галина оставила на кухне для меня еды.

И всё же слова Екатерины не давали покоя. Не в том плане, что она может быть в чём-то права, а в самой дилемме. Выйдет из рода — потеряет титул и привилегии. Останется — будет вынуждена принять мои условия.

Единственная проблема, которая беспокоила меня сейчас, это цена. Риелтор сказал, что дом стоит сто сорок — сто пятьдесят тысяч рублей, но обременение снизит стоимость вдвое! А это меня категорически не устраивало. Вот бы найти действительно заинтересованного покупателя…

Внезапно меня просто осенило. И как раньше не подумал об этом? Есть ведь идеальный кандидат!

Я только оделся и собирался идти на завтрак, когда раздался стук в дверь.

— Войдите!

Это оказалась Анна.

— Доброе утро! — она с улыбкой смотрела на меня.

— Ты что-то хотела?

— Да. Сходишь сегодня с нами в кабак?

Я поправлял одежду на себе да так и замер от услышанного. Перевёл взгляд на девушку и понял: она серьёзно.

— Нет, — дал краткий ответ.

— Но почему? — искренне удивилась Анна.

— А ты и правда не понимаешь? — блондинка отрицательно мотнула головой на мой вопрос. — Ситуация изменилась. Я теперь глава рода, негоже мне по кабакам шляться, помогая разводить пьяных людей на необдуманные спонтанные подарки. Кроме того, ты забыла? Скарабей лишил вас своих даров.

— Да помню я! — она закатила глаза. — Но ведь мы всё равно маги, есть кольцо или нет. Да и способности использовали по минимуму, только на сложных клиентах. Если будем вести себя осторожнее, то всё пройдёт, как прежде. Тем более у нас есть ты.

— Именно. Есть я, глава рода. И я запрещаю вам впредь заниматься подобными вещами.

— Но как иначе добывать макры? — расстроилась она. — Это ведь был самый простой и приемлемый способ. Мы же последнее не отнимаем, так, немного макров… Охотники потом ещё добудут! Уверена, многим даже не жаль столь незначительной потери.

— Если ты действительно так думаешь, то мне очень жаль. Зачем вообще в академии учитесь?

— Но профессия охотника сложная и опасная, — резонно заметила Анна, уверенная в своей правоте. — Женщинам там не место!

— Некоторые женщины бы с тобой поспорили, но не суть. Зачем вам тогда вообще академия? Зачем посещать её?

— Ну, магия же…

— И что? Ты же ею пользоваться не будешь, так как не собираешься ходить на Изнанку. Или фаерболами камин зажигать собралась? Овощи резать воздушным ножом? Очень продуктивное применение специального образования. Ах да, мы кое-что забыли! Аристократки не готовят, для этого есть прислуга, как и для того, чтобы в камине огонь развести.

— Но… но… — она начала заикаться, не находя аргументов.

— Поиск будущего мужа, верно? Вы за этим пошли в академию? Действительно, рассадник молодых неженатых аристократов. Но есть одна маленькая загвоздочка: а зачем ты им нужна? Что у тебя, что у Яны, кроме красивого личика и фигуры, нет ничего. Огромное приданое? Нет. Врождённые особенные магические таланты? Снова мимо. Вы хороши как любовницы максимум, и то до поры до времени, пока молодость не уйдёт.

Анна совсем расстроилась, в уголках её глаз появились капли влаги, наполненные обидой.

— Почему ты такой жестокий?

Я выдохнул и взял девушку за плечи, после чего заглянул в глаза, которые уже были полны слёз.

— Посмотри на меня, Аня.

Нехотя, но она всё же подчинилась.

— Потому что я не хочу врать тебе. Ты хорошая девушка, но кто скажет правду? Мама? Она слишком сильно вас любит, чтобы объективно смотреть на ситуацию. Я желаю тебе только добра, и это правда. Если ты хочешь… Если действительно этого хочешь… то выходи за простолюдина-охотника. Он будет любить и ценить тебя, а также в семье всегда будут водиться деньги.

— Как папа? — Анна всхлипнула. — Но он… Это очень опасная профессия, а аристократы сильнее остальных. К тому же им нет смысла рисковать ради денег.

Я на такое лишь усмехнулся и покачал головой.

— Кстати, у Яны ведь есть врождённый талант, верно? Большая физическая сила. Это от отца?

— Но как ты… — Анна ошарашенно уставилась на меня, а потом отвела взгляд. — Там, в школе…

— Да, но не только. Почему она скрывает? Эта особенность — её капитал в привлечении аристократического рода, занимающегося охотой. С такими данными гораздо больше шансов удачно выйти замуж.

— Мама говорит, — совсем тихо ответила девушка, — что женщина должна быть слабой, иначе ни один мужчина на неё не посмотрит, потому что будет видеть конкуренцию себе. Мужик с грудью — так она это называет.

Я лишь покачал головой на это заявление.

— Чушь. Разве у вас не учатся настоящие охотницы? Они что, популярны как женщины?

Ответить на это Анне было нечего.

— По поводу риска и охоты, — вернулся я к теме. — Налоговые льготы и социальные привилегии — вещь хорошая, конечно, но есть разорившиеся семьи, которые мало чем от простолюдинов отличаются. И им приходится рисковать. Подобных людей не так много, да и не думаю, что ваша мать хотела бы видеть своих дочерей в таких браках.

— И что же мне делать? — совсем сникла она.

— А что ты хочешь?

— Я… не знаю.

— Тогда подумай об этом. Любить маму и сестру не синоним подчинению. Ты взрослая девушка, у тебя должны быть свои интересы, если не хочешь прожить чужую жизнь, притворяясь другим человеком. Рискуешь так никогда и не стать счастливой и на старости лет остаться наедине с сожалениями.

— Х-хорошо, — кивнула Анна. — Я подумаю.

— Умойся пока, а то твоя мама решит, что я тебя очень сильно обидел, и накричит, — постарался улыбнуться приободряюще.

За завтраком Екатерина опять попыталась клянчить денег на бытовые расходы, но без прежнего фанатизма. Похоже, она поняла, что так просто меня уговорить не выйдет.

— Вы подготовили документы по аренде?

— Да, — сквозь зубы ответила мачеха. — На столе в кабинете.

— Отлично, — кивнул я. — Благодарю за сотрудничество!

— Вернёшь кольцо?

— Посмотрим на ваше поведение. Не беспокойтесь, ваш вклад будет оценён по достоинству.

— Скарабейников, не наглей. Не заставляй меня прибегать к крайним мерам!

Я внимательно посмотрел на неё.

— Минус один балл рейтинга.

Её лицо удлинилось в недоумении.

— Что ты несёшь?

— Сейчас у каждого из вас по нулю баллов. Как станет сто, я отдам кольцо либо попрошу Первопредка вернуть дар.

Сёстры переглянулись. Яна подтолкнула ко мне тарелку с пирожками.

— Угощайся, Серёжа. Пусть и не свежеиспечённые, но очень вкусные к чаю, — улыбнулась она.

— Плюс один балл, — сказал я, смотря на мачеху и взяв пирожок. — Учитесь, Екатерина.

— Екатерина Андреевна для тебя, — сквозь зубы зло процедила она.

Я вздохнул и покачал головой:

— Минус один балл.

Женщина хлопнула по столу ладонями:

— С меня хватит!

Сказав это, она поднялась со стула и ушла, так и не допив чай.

Это своеобразное противостояние забавляло меня немного, но продолжаться вечно не могло. Потому я и хотел продать дом, чтобы окончательно распрощаться с надоедливым семейством.

Да уж, насыщенное утро выдалось. А ведь мне ещё надо было сбегать к Виктору за товаром, отнести часть Харитону и вернуться в лавку. Всё же сегодня будет мой первый торговый день в новом статусе.

Погружённый в свои мысли, я, наконец, вошёл в лавку. Обвёл взглядом помещение у улыбнулся: вид меня вполне устраивал. Галина вчера хорошо поработала, всё вокруг блестело чистотой. Не хватало только цветов, но она обещала уже сегодня принести горшки.

Я зашёл во внутреннее помещение, чтобы оставить там пальто. Также следовало положить макры в сейф, который Галина нашла при уборке. Добротная вещь, вмонтированная в стену и скрытая за панелью. Если не знать, что там, то и не догадаешься.

Внезапно в тишине раздался звон колокольчика, и я замер в недоумении. Неужели настолько рассеян, что забыл запереть за собой?

В лавке находился молодой мужчина лет двадцати пяти на вид либо немногим моложе. Высокий, атлетического телосложения — не то, что я. Наверняка на его фоне я смотрелся мальчишкой.

Чёрные волосы, зализанные назад на манер дона Корлеоне. Сразу же повеяло ностальгией по кинематографу прошлого мира. Ещё большую схожесть ему давала лёгкая небритость и смолянистый костюм. Разве что сигары не хватало для полноты образа.

Я сразу же приметил печатку на пальце и инстинктивно коснулся своей. Если раньше на рынке скрывал кольцо, то здесь так делать не стоило, ведь это придавало статусности. Также на руке у посетителя имелся браслет, похожий на часы, но ими не являющийся. Назначение этого предмета я не понял.

— Добрый день, — он поднял взгляд с новой вывески, которая лежала на стекле витрины, и перевёл на меня. — Смотрю, здесь уже не ювелирная мастерская, верно?

— Доброе утро, — приветливо улыбнулся ему. Над головой приличная сумма, ещё и макры имеются. Интересно, он охотник? — Вы верно подметили, я лишь недавно снял это помещение, даже вывеску сменить не успел.

Я положил ладони на картонку и отодвинул её немного в сторону. Изучающий взгляд мужчины задержался на моих руках. Затем он посмотрел мне в лицо и ухмыльнулся так, будто что-то вспомнил:

— А вы, случаем, не Скарабейников?

Опа, меня узнают? Уже слухи какие-то ходят? Надеюсь, положительные, а не как о сестрицах.

— Скарабейников Сергей Константинович, — представился я. — А вы?

— Владимир Алексеевич Шаман, — он протянул ладонь для рукопожатия.

(Почитать о гангстере Владимире Шамане вы можете здесь: https://author. today/work/326875).

Попав в этот мир, я слышал только животно-растительные фамилии, так что удивился чему-то необычному.

— Очень приятно, — ответил на его рукопожатие. — Раз уж зашли, могу предложить свои услуги.

— А вы, случаем, Анну и Яну Скарабейниковых не знаете? — мужчина с прищуром посмотрел на меня.

Пришлось виновато вздохнуть и признаться:

— Да, к сожалению. Приёмные в нашу семью, так что сёстры мне лишь формально. Надеюсь, они вам неудобств не приносили?

— Серьёзных — нет, — хмыкнул он. — Остальное мелочи, не стоящие упоминания.

— Рад это слышать, — улыбнулся я шире. — Ну так что, вас не интересуют оценка, скупка или продажа макров?

— У меня есть одна любопытная вещица, — Шаман, словно стесняясь, поджал губы и потянулся к нагрудному карману. — Понимаю, что она редкость, но… Мне бы узнать примерную стоимость и стихию, которая свойственна этому макру, — театрально улыбаясь, проговорил он, доставая чёрный как смоль камень. — Справитесь?

Я взял кристалл с любопытством. Он имел действительно густой цвет и словно пытался поглотить любой луч света, попадающий на поверхность — один из признаков, что вещь особенная, редкая. Слишком редкая.

— Хороший экземпляр, ценный. Не расскажете, где раздобыли такую редкость? — сделал паузу, но Шаман не спешил отвечать, так что я продолжил. — Третий слой изнанки, животный, высокое качество. Готов выкупить его за семьсот пятьдесят рублей.

Владимир Алексеевич уставился на меня с недоумением и некой претензией:

— И это его полная рыночная цена?

— Не совсем, — признался я. — Дело в том, что выкупаю по цене вполовину от рыночной, а такие особенные — вдвое дороже обычного. Я имею в виду его высокую совместимость с магией земли и потенциал усиления этой стихии. Разумеется, реальная стоимость может варьироваться в зависимости от редкости и свойств, но цена, которую назвал вам, основана на тех данных, что мне известны в данный момент.

Шаман тут же протянул руку, чтобы забрать это сокровище. Пришлось отдать. А жаль, навар-то для меня приличный мог быть.

— Если надумаете продавать, то знаете, куда идти, — решил сказать ему напоследок. — Также можете принести другие похожие. С вас семь рублей пятьдесят копеек.

Мужчина с недоумением уставился на меня, на что я перевернул в его сторону вывеску и показал пальцем на строку: «Оценка при сбыте бесплатно, иначе один процент от выкупной стоимости, но не менее одной копейки».

— Копейка рубль бережёт? — хмыкнул он и начал отсчитывать деньги.

— Всё верно, Владимир Алексеевич. Кстати, — встрепенулся я, вспомнив важную деталь, — у меня есть связь с исследовательской лабораторией академии. Они как раз похожими уникальными макрами занимаются. Если есть желание, могу отнести для более детальной оценки. Не переживайте, в случае увеличения итоговой цены доплату не потребую.

— Исследовательская академия? — он с прищуром посмотрел на меня, словно не веря, потом на макр, и смело протянул его обратно. — В таком случае я согласен.

По-быстрому оформил акт приёмки и обозначил срок в неделю.

— Извольте полюбопытствовать, а что это у вас за часы такие странные? Никогда раньше не видел, — решил всё же поинтересоваться необычным браслетом.

Он поднял руку, посмотрел на «часы» и небрежно отмахнулся:

— Да так, безделушка.

— Что ж, очень приятно иметь с вами дело, заходите ещё! — не скрывая радости, обратился к нему. Самому хотелось узнать больше о редких макрах, а тут такая уникальная возможность.

— Как только, так сразу, — ответил мужчина, натянув улыбку на лицо перед тем, как покинуть лавку.

Приятным человеком оказался этот Шаман. Лишь спустя несколько секунд я вдруг осознал, что никогда в этом мире не слышал поговорку про копейку и рубль. А она вообще есть здесь?