ГЛАВА 85

Впрочем, ждать оказалось недолго.

То ли то сыграла роль помощь Арева, то ли Андо выдюжил сам, но уже минут через пять он воскликнул: «Готово!»

— Действуй! — приказал Агла Андал и маг решительно шагнул к окруженному воинами «Волчьей Сыти» Рейд-Боссу.

Каскад Андо выглядел как тонкое сотканное из магии Малорга лассо с прикрученными к нему потоками природной магии. Плетение был очень сложным, и я не мог рассмотреть его отдельные составляющие. Что интересно, это не был дебафф в прямом его понимании. Нет, Андо наколдовал какое-то изменение физических свойств то ли воздуха, то ли земли вокруг Великана.

Черт подери, я уже в который раз пожалел о собственном невежестве!

Как только Каскад прошел, к Данатору рванулись загонщики. Первые несколько Чар легли впустую. Магическая защита чудовища все еще была слишком высока… но уже следующие касты увенчались успехом!

— Готов? — вопросил меня Коронер.

— Поехали!

Повинуясь команде, воины брызнули в разные стороны, Данатор закрутился на месте, но расположившиеся в полусотне метров от него маги-загонщики дернули его прямо на нас.

И я ударил.

Ударил, так ударил!

Сила Безымянного, хлынувшая из моих рук, затопила амфитеатр, вызвав ужас у воинов «Волчьей Сыти». Кто-то прикрыл глаза рукой, не в силах смотреть на мощь Мертвого Бога, кто-то пал на колени, и даже Агла Андал, который уже видел ее воочию, смертельно побледнел, вдруг задавшись вопросом, а стоило ли убиение Великана того, чтобы выпускать в мир такое?

Честно говоря, я и сам внутренне содрогнулся, наблюдая, как от избытка сконцентрировавшейся в одной точке мира мощи, трещит сама ткань пространства. Мне вдруг пришла мысль: а может ли вообще Дар-Огар выдержать столь беспрецедентное испытание на прочность? Выпускал ли кто-нибудь еще столько голой силы на его «кости»? Не связанной Чарами и Заклинаниями, а чистую бушующую мощь?

Прошло, наверное, десять минут, прежде чем ткань Синкола Агулагуа несколько успокоилась, а сбитые со своих мест потоки природной магии вернулись в свои русла.

Если мы боялись, что Данатор Арн переживет удар, то боялись зря. На том месте, где стоял Великан, дымила тьмой привычная уже ямища. Только вдвое большего, чем обычно, размера. Про себя я чертыхнулся, осознав, что можно было столько силы и не тратить. Ее, к сожалению, осталось уже меньше половины, и я сам себе поклялся больше не прикасаться к резерву без самой крайней необходимости.

— Как я уже говорил… Это очень впечатляюще, — сказал Агла Андал. — Остается удивляться, что Вы, господин Шварцнеггер, опасаетесь горстки Жрецов.

— Вы предлагаете мне уничтожить весь Лагерь Охотников ради своей безопасности?

Коронер пожал плечами. А я… Думаю, что сейчас я бы уже и мог это сделать (в моральном плане), если бы был точно уверен, что смогу этим избавиться от Гелала и его Жрецов-прихвостней. Кстати, а где же его орки? Он специально не показал мне их в своем ночном клипе или по какой-то причине решил не брать в дальний поход, ограничившись Жрецами Антониуса? А сам? Он тоже там?

— Что ж. Я свою часть договора выполнил. Теперь дело за вами, — сказал я эльфу, и дело действительно было за ним.

Я надеялся, что благородство Коронера не позволит ему примитивно меня кинуть. И ему хватит влияния, чтобы его люди выполнили его приказы.

— Мое слово для меня кое-что значит, господин Шварцнеггер. Клан «Волчья Сыть» сделает все возможное, чтобы вы в безопасности покинули Синкол. И если ради этого нам придется немного потрепать Жрецов Угга — я не вижу в этом проблем.

Звучало обнадеживающе.

Эльф пошел организовывать сбор дропа, а я под пристальными взглядами воинов «Волчьей Сыти» подошел ко все так же сидевшему в первом ряду Ареву и устало опустился рядом. Пропустив сквозь себя такую прорву энергии, мне показалось, что сейчас я сам распадусь на атомы, вслед за материей Дар-Огара.

— Не кинет? — спросил маг.

Я пожал плечами.


Рейд приводил себя в порядок весь день. Во время битвы множество народу получило серьезные повреждения, которые нельзя было вылечить, набросив несколько хилов. Усталость валила с ног, а запасы Маны показывали дно.

Впрочем, это не помешало устроить вечером грандиозную пьянку в честь такого события, как завалка легендарного Великана! И если поначалу на меня косились и сторонились, то уже вскоре у меня рука болела от рукопожатий. Черт подери… кажется, незаметно я стал, чуть ли не местным героем! Удивительные существа люди… и нелюди. Но самое главное, я не видел никакого страха перед грядущими неприятностями со Жрецами. Лишь задор и боевой азарт. Это обнадеживало.

Даже Гурджа и его братва подошли засвидетельствовать почтение. А Ичи чмокнула меня в щечку и предложила уединиться в какой-нибудь развалюхе, но… я вежливо отказался. Ее зависимость от «общественного настроении» была мне неприятна.

Еще одним сюрпризом было поздравление Щирого Луха. Одобрительно цокая языком, он хлопнул меня по спине, от чего я чуть было не полетел на землю, и вручил бутыль собственноручно набодяженного вискаря.

Дроп мало кто видел, но слухи о нем уже ходили один круче другого. Что, мол, там и мощные артефакты, и свитки Чар и зародыши Риплов и тонны золота…

Кстати, я был приятно удивлен, когда Агла Андал отозвал меня в сторонку от пьянствующей массы и вручил небольшой, но очень тяжелый камешек с выгравированным на нем глазом.

— Это Ваша доля, господин Шварцнеггер.

Приятно было получить такой не оговоренный договором подарок. Гурдже можно было бы у эльфа этому поучиться, но…

Что это?

— Зародыш Полудракона, — пояснил эльф и удалился.

Полудракона? По-моему речь идет о неплохом Рипле.

Не удержавшись, я вызвал своего питомца и уже через мгновение любовался милым двуногим дракончиком 2-го уровня.

Шарги. 2 Уровень.

— гласила надпись.

Сейчас он был мне всего лишь по пояс. Покрытая зеленоватой чешуей тварюшка умильно щурила желтые глазки и покачивала длинным хвостом с небольшой, размером с кулак, костяной булавой на конце.

Если его прокачать, получится отличный ездовой Рипл, который и в бою сможет пару раз кого-нибудь цапнуть.

Я пожурил малыша и, угостив его вяленым мясом, отозвал обратно в Инвентарь.

Ну а ночью меня ждали еще более приятные дела.

Завалка Данатора Арна прокачала меня аж до 44-го уровня!

Эх, всегда бы так их прокачивать! Но, увы, после 50-го скорость набора очень сильно замедлялась. Те же Захры, с которых мне упало несколько уровней, никому из Кулака Гурджи не дали даже одного. А все дело в том, что у слабейшего из них, Зага — был 56-й уровень.

Так что стоило горячо поблагодарить Ареуса, подогнавшего мне тему с бесхозной силой Рельяра в его Яйце Ойоха. Конечно, его помыслы были далеки от альтруистических, но эта сила уже не раз выручала меня в самых сложных ситуациях.

Но вернемся к новым Чарам. Их список выглядел так:

«Деформация Первого Уровня»,

«Призыв Слуг Второго Уровня»,

«Защита Шайга»,

«Урон Шайга»,

«Тень».

Что бросалось в глаза, так это появление нового имени. До этого я имел дело только лишь с Чарами неких Аза и Горбага. Как говорил Арев — эти имена являлись воплощениями, под которыми выступала сила Мертвого Бога. Нашедший/создавший всю магическую систему Безымянного Гай Тормадус использовал их для более понятного разделения граней этой силы. Аз выступал боевым воплощением, а Горбаг — воплощением контроля. И вот теперь к ним добавился еще некий Шайг.

Вскрывать сразу оба посвященных ему запечатанных Заклинания я не стал, ограничившись, для начала, одним: «Защита Шайга»:

Увеличивает все Ваши показатели Защиты, а также все показатели Защиты Подчиненных на 100%. Длительность действия 1 минута.

Ого! По сути это был один из видов, как их называли, Целестиалов. Кратковременных заклинаний, дающих или полную или частичную неуязвимость. Обалденная, на самом деле, штука! Заяюзанная в горячке боя, она позволяла перевести дух или же быстро отступить под градом ударов противника. Особенно радовало подчеркнутое действие и на меня тоже!

На радостях я тут же жмакнул и по распечатке «Урона Шайги»:

Увеличивает все Ваши показатели Атаки, а также все показатели Атаки Подчиненных на 100%. Длительность действия 1 минута.

Круть!

Так, пойдем далее.

А далее я распечатал «Призыв Слуг Второго Уровня». И мне на радость эти Чары оказались именно тем, о чем я грезил!

Призывает Подчиненных к Хозяину. Для активации требует восемь единиц Красных Аколитов.

Смущала только цена за такой Призыв. Восемь Красных Аколитов! Это ж какая прорва энергии требовалась для него? А сколько это в золотых? Не знаю точно почем они нынче, но это были одни из самых энергоемких видов Аколитов и цена за них должна быть соответствующей.

Что ж.

Осталось два нераспечатанных Заклинания и пять баллов. Вообще, в таких случаях, я обычно стремился оставлять баллы в резерве, на случай, если когда-то в будущем все-таки подвернется инфа по моим Чарам, но сегодня я решил рискнуть и все-таки распечатать еще и «Деформацию». Уж больно загадочным было название.

Наделяет Подопечных возможностью трансформации в Звереныша Мертвого Бога. Сокращает мыслительные способности Подопечных наполовину.

И я не ошибся.

Но описание звучало, по меньшей мере, жутко. Что значит «сокращает мыслительные способности наполовину»? Недавно я встречал одного Зверя Мертвого Бога. Уж не в его ли уменьшенную копию должны были превращаться мои Подопечные? И вернется ли к ним разум по окончанию действия Чар? Из описания этого не следовало…

Черт. Страшная штука. Даже не уверен, что я когда-нибудь решусь ее применить.

Еще немного поворочавшись, обдумывая вселенские проблемы, я незаметно уснул.

А на утро мы двинулись в обратный путь.


И практически сразу наткнулись на Жрецов.

Твою же мать!

Шесть верховых фигур, облаченных в желтые ниспадающие одежды, под которыми явственно угадывалась броня, возникли перед носом колонны на выходе из города. Верховодил ими бритый под ноль хрен преклонных лет (по крайней мере, на вид). И едва шестерка Жрецов притормозила, как ублюдок безошибочно вычислив в толпе нас с Аревом, вперился в нас тяжелым взглядом.

Его морщинистая физиономия тут же исказилась таким гневом, что я уж, было, решил, что махаться с говноедами придется прямо сейчас. По команде Жрецы достали мечи и жезлы, активировала Ауры, а один из них принялся раскидывать баффы. Что, в свою очередь, начал делать и я, уже прикидывая, как бы поудобнее залить их тьмой Безымянного… Все вчерашние клятвы об экономии силы мгновенно улетучились из головы, стоило увидеть полыхающую в глазах Жреца ненависть.

Но он крупно обломался.

— Оружие в Инвентарь, быстро! — рявкнул Лабриэль Гренор и в его голосе не было и следа привычной эльфийской холодности — а лишь одна сплошная неприкрытая угроза.

Раздался шелест стали и два следовавших в голове колонны Кулака (ближники Коронера), рассыпались в боевой порядок. Остальные же воины «Волчьей Сыти» быстро догоняли суть произошедшего и тоже принимались раскидывать баффы. Все были в курсе платы, что потребовал таинственный маг за свою помощь в завалке Данатора Арна. Лишь местные наемники смотрели на спектакль с чисто академическим интересом.

Вперед выехал Агла Андал.

— Я имею честь являться Агла Андалом дар Гарданом, Коронером Гильдии его величества Сергая Второго «Волчья Сыть» из Старгорода. Кто вы такие, господа, чтобы обнажать клинки пред моим Рейдом? — вопросил он громко.

Бритый Жрец мрачно осмотрел толпу вооруженного народа перед ним, но не их уровни и не их количество, кажется, его не смутили:

— Джон Торш. Пятидесятник. Рядом с твоим Рейдом, Коронер, пригрел задницу ублюдок Безымянного, некий Том с мира под названием Земля. Угг повелел нам взять его под стражу и доставить в ближайший Храм, — грубо ответил он и ткнул в мою сторону кривым пальцем. — Вот этого!

— Вы ошиблись, господин Джо Торш. Этого уважаемого мага зовут Арнольд Шварцнеггер и он не «с» Рейдом, а он в составе моего Рейда. А значит под моей защитой вплоть до того, как в Старгороде Рейд будет официально распущен, — с холодной улыбкой ответил Агла Андал, после чего рожа Жреца исказилась совсем уж ужасно.

Что ж его так корячит-то? Действительно считают последователей Безымянного исчадиями ада? — предположил я, и следующие слова Жреца показали, что я, возможно, и недалек от истины.

— Ты пригрел на груди Тварь Мертвого Бога! Заклинаю тебя, Агла Андал, не стой на пути у Жрецов Великого Угга! Иначе против тебя обратится сама плоть Дар-Огара! — заверещал он, воздев руки.

Коронер хотел, было, что-то ответить, но его опередил Лабриэль.

— Господин Коронер иногда слишком вежлив. Поэтому за него отвечу я: пошел нах*й с нашей дороги, пока мы не закатали в дерьмо и тебя и твой сраный храм! А с Уггом я поговорю лично! — крикнул он и вытянул из-за ворота кольчуги цепочку с перевернутой пирамидкой Бога Созидания.

И тут же грянул гром!

Добрая сотня глоток поддержала вождей, разом высказав Жрецам все, что о них думает.

Черт подери… То, с каким рвением эти ребята принялись отстаивать мою жизнь, было на редкость приятным…

Или они просто очень не любили Жрецов.

Что, кстати, являлось правдой. Отношение к этим напыщенным ублюдкам в Дар-Огаре по большей части колебалось от подозрительного нейтралитета до откровенной ненависти. Стремление учить жизни других редко когда приводит к иному.

На лысого жалко было смотреть. Казалось, от гнева у него сейчас сорвет крышу. Он бешено вращал глазами и сжимал и разжимал в бессильной злобе кулаки, а его животинка, отдаленно похожая на помесь лошади с быком, подстать своему хозяину полнила глаза кровью и в гневе перестукивала копытами.

— Ты!.. Ты! — взревел Жрец, и вдруг, указав перстом на Агла Андала… выпустил в Коронера адски блестючую молнию!

А затем они исчезли! Все шестеро! Истончились, поблекли и испарились вместе со скакунами. Заюзали мгновенный телепорт.

Ахнув, толпа подалась вперед, чтобы посмотреть, что там с РейдМастером.

Тот был не совсем здоров, но жив… и жутко зол! Молния, которая явно была не из состава собственных Чар Жреца, а из какого-то убойного свитка, предназначенного для завалки РБ, разворотила ему поллица и сожгла три четверти белобрысой шевелюры. Запекшаяся кровь покрывала всю левую половину физиономии, а каждое слово, изрекаемое эльфом, вызывало обильное кровотечение:

— Когда мы разобьем этих господ, Лабриэль, напомни мне, взять этого хмыря живым. Чарна! — он позвал эльфийку-врачевательницу из своего Кулака, но та уже и так неслась к раненному командиру на всех порах.

По мне, так легче было самоубиться и возродиться полностью здоровым эльфом, нежели пытаться залечить такие раны. Но среди акари считалось позорным принимать смерть тогда, когда этого можно избежать.

Я же, глядя на это представление, не мог в душе нарадоваться на лысого Жреца. Это ж надо было суметь так настроить «Волчью Сыть» против себя?

Оставался вопрос: что он тут делал в таком составе? Где остальные Жрецы? И где сам Гелал?

После некоторого мозгования с Аревом, мы пришли к выводу, что команда Джо Торша была разведкой, призванной вынюхать, куда мы могли податься, так как в поисках одного индивида даже небольшой Синкол можно прочесывать долгие месяцы кряду и без всякого успеха. Теперь же Гелал знает, где я и с кем я.

А также знает, что за меня придется драться.

Эх, чувствую, Джо Торш сегодня получит крепкую такую головомойку, ха-ха…

После этого происшествия воины подобрались. Если раньше многие думали, что мое сопровождение будет просто легкой прогулкой, то теперь все настраивались на серьезную схватку.

Радовало то, что никаких враждебных взглядов я на себе не ловил. Пару раз подходили командиры Кулаков, спросить, за что Жрецы Угга на меня так взъелись, на что я отвечал, что все дело в зарубе на Камалионе. Мол, там я им очень насолил. Отмазка прокатывала.

В Ущелье Зубастых Скал пришлось повозиться и потому к вечеру мы едва только углубились в Пустыню Стерха. Ночевка ознаменовалась лихим нападением Шогаров, но местные наемники привычно отогнали чертовых драконов Светочами.

К обеду следующего дня впереди показались палатки Лагеря Охотников.

Загрузка...