Суженый, или Брак по расчёту

Глава 40. Джиозетта

Глава 40. Джиозетта

Ксения была на седьмом небе от счастья, что её освободили от почётной миссии очистить подвал от крыс. Вернее, задание было переформулировано. Дэниэль, как и обещал, «договорился с Ксюшиным боссом», и тот упростил задачу. Велел найти и положить ему на стол номера телефонов служб по борьбе с грызунами. С такой простецкой работой она справилась за каких-то полчаса. После чего Дэниэль отпустил её домой со словами:

– Заеду в девять, чтобы отвезти на ужин, как и договаривались.

Сама галантность. А ведь весь день был мрачнее тучи. И после чего подобрел? После того, как помощница попала ему ботинком в лоб. Вот и пойми мужчин.

Ксения отыскала Гамлета и передала ему из рук в руки свою плюшевую помощницу, которая с профессиональным мастерством выполнила миссию по обнаружению крыс. Прежде чем отправиться домой (странно это – называть особняк Дэниэля домом), решила заглянуть в гримёрку к сестре. В афишах на сегодняшний вечер опять значился мюзикл, в котором Женька играет свою коронную эпизодическую роль, а значит, она, наверняка, уже в театре, готовится к выходу на сцену.

Действительно сестра была в своей вотчине, причём не одна.

– Камиль решил помочь мне настроиться, – почему-то стала оправдываться Женька, хотя Ксения даже не пыталась озвучить вопрос, что здесь делает кудрявый любимец публики. – Он говорит, что второй раз выйти на сцену даже тяжелее, чем первый. Первый раз ты под действием адреналина и мозги выключены, а во второй обычно волнение зашкаливает.

Ну, если задача была выключить Женьке мозги, то Камиль справился с ней великолепно. У него это всегда получалось замечательно, а сегодня он, чувствуется, особенно постарался. Оба были какими-то подозрительно взъерошенными румяными и запыхавшимися. И глаза искрились пожароопасно.

– Мне надо идти, – в безупречном баритоне Камиля проскользнула хрипотца. – Позже ещё заскочу, – он многообещающе посмотрел на Женю и ретировался.

Как только за ним закрылась дверь, сестра, отведя глаза в сторону, снова начала оправдываться:

– Он зашёл, чтобы поддержать, и ещё надо было проверить, не забыла ли я за два дня фразу про бланманже…

– Жень, кого ты пытаешься обмануть? – перебила Ксюша.

Сестра вздохнула виновато, но глаза продолжали счастливо гореть.

– Всё-таки влюбилась, – констатировала Ксения. – А ведь обещала ещё немного продержаться.

– Как тут продержишься? Я не нарочно, просто совпало, – затянула она, мечтательно зажмурившись, – я разгадала знак бесконееечноооость…

– Это твой кудрявый, что ли, бесконечность?

– Ксюш, он встречаться предложил, – Женька, наконец, подняла свои огромные счастливые глаза, – сказал, что я ему сильно нравлюсь, – краска настолько густо залила щёки, что даже веснушек не стало видно. – Понравилась сразу, как только увидел.

– Лучше бы рассказал, не такими ли в точности словами охмурял других девушек.

– Он сказал. Сказал, что не святой. У него были романы с актрисами. Но не столько, сколько ему приписывают слухи и пресса. И потом, это же в прошлом.

– Допустим, – то, что пресса в Аласии может раздуть из мухи слона, в точности так же, как и на Земле, Ксения уже знала. – Допустим, в прошлом у него была всего лишь парочка романов. И на это можно закрыть глаза. Но Джиозетта-то явно не из прошлого.

– Ксюш, ну, какая Джиозетта? Ты разве не видишь, что он проводит со мной всё свободное время? Если бы у него параллельно была другая девушка, он бы постоянно юлил, разрывался на два фронта. Я вообще думаю, что Джиозетта – это кошка или там черепашка какая-нибудь. В общем, домашний питомец.

– Ага. Лучше всего крыса, – подтрунила Ксения. – Может, это Джиозетта сбежала от своего хозяина и снуёт по подвалу?

– Нет, правда, Ксюш. Я читала недавно роман. Там была похожая ситуация. Парень часто в разговоре упоминал женское имя. Все думали, это его девушка, а оказалось, лошадь.

– Такое только в книгах и бывает, – закатила глаза Ксения. – А в жизни, за каждым женским именем стоит очередное разбитое сердце...

Странный шум в коридоре не дал закончить банальную до философской глубины мысль. Топот двух пар ног, панический собачий вой, возня и в довершение грозное рычание Гамлета, заглушающее нераспознанный визгливый мужской голос.

Ксения и Женя выскочили из гримёрки одновременно. Взору предстала фееричная картина. Одной рукой Гамлет нежно прижимал к груди попискивающую Матильду, другой отнюдь не нежно держал за шиворот лысыватого мужчину, смяв в огромном кулаке воротник его на вид очень недешёвого пиджака. Самое интересное, что мужчина тоже кое-кого прижимал к груди – огромную крысу.

Женька прогнозируемо взвизгнула. Но успокаивать её Ксении не пришлось. Камиль уже был тут как тут и взял миссию по успокаиванию Жени на себя – ласково поглаживал по плечу.

Из других гримёрок тоже повыскакивали актёры и устремили на Гамлета взоры: мол, что происходит?

– Вот, поймал на горячем, – Гамлет потряс мужчину. – А всё благодаря профессиональному нюху Матильды.

Малышка поняла, что речь про неё, и перестала попискивать. Вместо этого задрала голову вверх и гордо обвела взглядом присутствующих.

Как выяснилось из рассказа Гамлета, пойманным на горячем оказался тот самый вредный работник санэпидемстанции, который постоянно устраивал проверки. Только на этот раз в своей мести бюрократ пошёл дальше. Решил создать видимость присутствия грызунов в подвале театра, используя Леонсию – свою ручную крысу. Надеялся, что, как только её заметят, то сразу вызовут специалистов по борьбе с грызунами. Те зальют подвал химикатами, и театр на месяц закроют на карантин.

Половину коварного плана осуществить удалось, а вот дальше бюрократа ждало фиаско. Гамлет, выкроив в графике полчаса, решил сам пройтись по подвалу с Матильдой. Малышка унюхала крысу, как раз в тот момент, когда хозяин грызуна вернулся забрать питомицу. Таким образом, Гамлет невольно стал свидетелем пикантной встречи двух злоумышленников на месте преступления. Почуяв неладное, бюрократ бросился наутёк. Но разве от Гамлета убежишь?

Пойманный продолжал верещать. То уверял, что ни он, ни Леонсия, ни при чём, то сыпал угрозами о нескончаемых проверках из санэпидемстанции. На что Гамлет резонно возразил, что господина с крысой после такого скандала вряд ли оставят работать в столь уважаемой инстанции, и тому впору подумать о карьере профессионального дрессировщика-крысовода.

Ксения проводила Гамлета, волочащего мстительного бюрократа по коридору, восхищённым взглядом. Его бдительность заслуживала награды. Не зря Тамара готовила на сегодняшний вечер романтическое мероприятие. Как знала, что будет, за что вознаградить своего героя.

– Жень, мне надо идти, – Ксения вспомнила, что не у одной Тамары сегодня ужин при свечах.

– Угу, – кивнула та. – Увидимся после спектакля?

Хотелось бы Ксюше провести вечер с сестрой. Поболтать спокойно обо всём. Но вряд ли получится. Ей даже пришлось перенести намеченный на сегодня визит к Вивате, потому что когда закончится ужин с Дэниэлем, будет уже поздно разъезжать по гостям. Но почему Женька спрашивает? Разве Камиль упустил случай тоже пригласить её куда-нибудь?

– После спектакля не смогу – идём с Дэниэлем в ресторан. А ты сегодня свободна?

– Да, – пожала плечами Женька.

Если бы кудрявый красавец не стоял сейчас рядом с сестрой, нежно обхватив за талию, Ксения обязательно бы вернулась к разговору, от которого отвлёк шум в коридоре. С чего бы это Камиль оставил сегодня вечером Женьку на произвол судьбы? Не является ли это доказательством его работы на два фронта?

– Это необычный ресторан, – Дэниэль улыбался, паркуя автомобиль перед высоченным зданием, тёмно-синие стены которого выглядели зеркальными. Наверняка, изнутри они ещё и окажутся прозрачными. – Уверен, в подобном вам не приходилось бывать.

Сказать по правде, Ксения действительно представляла себе место для романтических ужинов несколько по-другому. Что-то маленькое одно-, двухэтажное, укромное. Режиссёр обошёл автомобиль и открыл дверцу. Нельзя сказать, чтобы Ксения любила все эти условности, но сегодня ей почему-то приятно было опереться на галантно протянутую руку. Они, не спеша, прошли к входу в ресторан. Вечер выдался удивительно тёплым. Ксюша даже не стала накидывать куртку, оставила её в машине. Вышагивала в вечернем платье с несимметричным вырезом, оголявшим одно плечо. Ерунда, за пару минут не замёрзнет.

– В чём же его необычность? – Ксения запрокинула голову. – Ну, кроме высоты, разумеется.

– Вы никогда не ужинали в лифте?

– В лифте? – Ксюша рассмеялась. – Нет. Не доводилось.

Не зря же Дэниэля считают эпатажным. Кто бы сомневался, что и заведения питания он любит такие же.

– Каждый столик расположен на специальной площадке, которая может двигаться вверх-вниз. По сути, это лифт, только с прозрачными стенами. За время ужина мы плавно поднимемся на высоту 100 метров над землёй и потом также плавно опустимся.

Дэниэль сделал паузу, ждал реакции Ксении.

– Впечатляет, – её действительно будоражила идея поужинать на высоте птичьего полёта.

– Я знал, что вам понравится, – взгляд Дэниэля скользнул по обнажённому плечу. – Прошу, – он открыл дверь.

Администратор кинулся навстречу и рассыпался в любезностях. Ксения еле сдержала смешок, наблюдая, как работник невольно косится на лоб режиссёра, заклеенный пластырем в двух местах.

– Производственная травма, – удовлетворил немое любопытство администратора Дэниэль, сохранив на лице абсолютную невозмутимость. А вот у Ксении даже в боку закололо от попыток сдержать смех.

Администратор повёл гостей к столику, и вдруг Ксюше стало совсем не весело. Она увидела, как в одну из прозрачных кабинок лифта заходит Камиль. И причём не один, а в сопровождении женщины. Так вот почему Женька осталась сегодня не у дел? У кудрявого ловеласа по расписанию работа на второй фронт? Кто эта фифа в бирюзовом платье? Джиозетта собственной персоной? Эх, Камиль, Камиль…