Бонусная глава «Воздаяние»


Глядя на себя в зеркало, Сетх разочарованно выдохнул и попытался хоть как-то уложить непослушные локоны.

«Бесполезно».

Хуже кучерявого беспорядка, с которым он не мог совладать, была только одежда, выбранная для него Лидией. Ужасно неудобные черные брюки с пуговицами по бокам доходили лишь до колен. А ниже красовались белые… как она их назвала? Чулки? Странные башмаки с пряжками сжимали пальцы и натирали пятки похуже латных ботинок.

Но больше всего Сетх не переносил золотой пиджак с высоким воротником и богатой вышивкой в дополнение к белоснежной рубашке с обильным ворохом девчачьего кружевного жабо. Лидия назвала это шейным платком, а Сетх считал уродством. Манжеты с такими же кружевами скрывали ладони до самых костяшек.

В ту минуту, как Лидия показала ему костюм, Сетх высказал все, что думает об этом чудовищном наряде. И все же, он согласился надеть это тряпье, когда Лидия заметила, что такие вещи намного удобней брони. Однако сейчас Сетх был категорически не согласен с подобным утверждением. Только чокнутый посмеет смеяться над мужчиной в доспехах, а над разодетым в такое убожество франтом не посмеется только круглый дурак.

Одно хорошо: носить это придется недолго. Лидия пообещала, что как только их объявят мужем и женой, она сорвет с него одежду и доставить море удовольствия за исполнение ее прихоти.

Лидия не догадывалась, что он в любом случае пошел бы на эту жертву. Одна улыбка, и он повержен.

И все-таки...

– Я выгляжу как конченый идиот.

За спиной усмехнулся Асмодеус в черном фраке и галстуке в тон.

– Я бы ответил, но воздержусь. Учитывая, что сейчас у тебя гораздо больше сил, чем в Азмодеи, у меня нет желания нарваться и лишиться важной части тела. – Он улыбнулся, блеснув клыками. – Прости.

«Ага, прям раскаиваешься».

Выражение лица демона говорило само за себя, и если судить по нему, ублюдок от души... потешается над ним.

«Ну вот. Что и требовалось доказать. Асмодеус никогда не смеялся надо мной в Азмодеи, а тогда я ходил в броне.

Но сейчас... Курам на смех».

Сетху хотелось предложить демону денег в обмен на одежду. К несчастью, Асмодеус демон аморфный и способен принимать любую форму. Для свадьбы гаденыш превратился в коротко стриженого блондина с торчащими во все стороны волосами и ростом в метр восемьдесят. С другой стороны, Сетх мог по щелчку пальца сменить свой убогий наряд на что-то приличное.

Вроде брони.

Но это расстроит Лидию.

А ради нее он готов страдать.

Может, не молча, но...

Он подавил стон, встретившись в зеркале с взглядом Асмодеуса. Лишь серые глаза оставались неизменными во всех его воплощениях. Именно они смогли разглядеть то, что не видели другие.

За время заключения Сетха в Азмодеи демон единственный, кроме Джейдена, никогда не причинял ему боли. Именно Асмодеус научил его наносить грим, наводивший ужас на других. И, несмотря на всю болтовню, Сетх никогда не обижал Асмодеуса.

Печальная истина заключалась в том, что Асмодеус больше всех подходил на роль его настоящего друга... именно поэтому его шафером стал демон, освобожденный от служения Нуару несколько лет назад, пока Сетх находился в заточении.

Асмодеус подошел поправить шейный платок Сетха.

– Честно, я рад, что ты единственный, кого она захотела в это нарядить. В этом немыслимом безобразии ты похож на девчонку.

Сетх окинул его взглядом.

– Радуйся, что я смягчился, и ты один из четверых приглашенных гостей.

Асмодеус усмехнулся еще шире.

– Конечно, Господин Хозяин-Страж. Кроме того, ты же не захочешь, чтобы кровь заляпала взятый на прокат смокинг твоего демона-шафера? Это расстроит Хозяйку-Шакала.

Сетха захлестнула волна гнева.

– Знаю, что ты шутишь насчет титулов, но больше никогда не называй меня так.

Асмодеус отступил и склонил голову набок, словно пытаясь понять, что так сильно раздосадовало Сетха.

– Как же мне тебя называть?

– Сетх.

Демон засмеялся, но замолк, заметив вопросительно приподнятую бровь полубога.

– Извини, Господин... но я не могу.

– Что такого смешного в моем имени?

– Просто, мне кажется, что Сетх звучит еще более зловеще. Оно ведь сочетается со смертью... Хотя, возможно, так будет даже лучше.

Асмодеус хлопнул его по спине, меняя тему.

– Ты нервничаешь?

«Едва ли. Немного взвинчен. Раздражен. Нетерпелив. Но точно не нервничаю».

– А должен?

– Мне говорили, что многие нервничают, готовясь связать свою жизнь с кем-то. Лично меня бы от такого мутило.

– Почему?

– Одна женщина? Навсегда? – Асмодеус задохнулся от одной только мысли.

Сетх кивнул.

– Она не просто какая-то женщина.

«В целом мире нет другой такой».

– Ага, все так думают. Но стоит только окольцеваться, и жена до конца твоих дней будет стараться тебя доконать.

– В смысле?

Асмодеус начал загибать пальцы.

– Ныть. Пилить. Расти вширь.

Сет нахмурился.

– Что?..

– Ты в курсе, что женщины набирают вес после залета.

Сетха сбили с толку такие рассуждения.

– Лидия беременная, а не толстая.

«И виноват в этом я, а не она».

– Асмодеус! – крикнул Маахес, перемещаясь в комнату. – Завязывай с попытками подбить его на побег.

– Подбить? Я пытаюсь его спасти.

Маахес усмехнулся Сетху.

– Мне кажется, он не хочет, чтобы его спасали.

Определенно не от Лидии, но Сетх не собирался об этом говорить вслух.

– Пора? – спросил он бога.

– Почти, – Маахес окинул его наряд косым взглядом. – Ты же не пойдешь с такой прической?

«Ладно, вот сейчас я нервничаю».

– Почему нет? Я причесался.

Маахес усмехнулся.

– Выглядит неплохо, Пойндекстер[12].

– Кто?

Маахес молча оттащил его от зеркала, а потом занялся прической.

Сетх попытался вырваться, но Маахес его не отпустил. Тогда он попытался по-другому отделаться от надоедливого бога.

– Что ты делаешь?

– Опусти руки.

«Черта с два».

– Боги всемогущие, что тут происходит?

Сетх оттолкнул Маахеса, услышав голос Маат. Обернувшись, он увидел, что тетушка с удивлением смотрит на них.

– Ничего.

– Я пытаюсь сделать его прическу хоть немного привлекательной.

Маат выгнула бровь.

– В этом нет ничего красивого.

Сетх обернулся и глянул в зеркало. До этого он хоть слегка пригладил волосы, а теперь они торчали во все стороны как у Асмодеуса.

– В таком виде я отсюда не выйду.

Закатив глаза, Маат вышла вперед.

– Иди сюда, дитя.

Сетху хотелось вспылить, но за последние несколько месяцев он медленно стал привыкать, что Маат с Маахесом ему не враги.

Они семья. Спустя столько времени она у него наконец появилась. Сетх до сих пор с трудом в это верил.

К этому привыкнуть очень сложно. Заставлять себя понять, что не все хотят причинить ему вред. Осознать, что в мире есть люди, которые могут любить его, не причиняя боли.

Маат ласково потрепала его по руке.

– Тебе придется присесть или преклонить колени, Сетх. Иначе я не смогу дотянуться до твоих волос.

Из-за ее силы и незаурядной внешности очень легко забыть, насколько миниатюрна эта богиня. Как и Лидия, она едва доставала ему до середины груди.

Сетх опустился на колени, чтобы тетя быстро привела в порядок его волосы.

Как только она закончила, Сетх встал и пошел глянуть на результат. На голове снова красовалась бурная копна кудрей.

С кривой усмешкой он потянулся их выровнять.

– Не смей!

Ни разу он не слышал в голосе Маат такой суровой нотки.

– Я похож на женщину.

– Нет, ни капли. Поверь мне. − Она бросила резкий взгляд на Маахеса и Асмодеуса. – И не смейте мне перечить.

Маахес поднял руки вверх.

– Я никогда не стану тебе перечить.

– Вот и славно. – Маат снова посмотрела на Сетха. – Лидия хочет свадьбу в стиле «Красавицы и Чудовища». По мне, ты выглядишь великолепно.

Асмодеус захохотал во весь голос.

И успокоился, поняв, что остальная троица смотрит на него в недоумении.

– Ой, да ладно вам. Только не говорите, что сами до этого не додумались. Лидия – шакал, а значит «чудовище», а в таком виде, – демон махнул на Сетха, – он смахивает на «красавицу».

Он взорвался новым приступом хохота.

Маахес встретился взглядом с Сетхом.

– Если хочешь, я могу его убить.

– Нет, не нужно… Я сам с огромным удовольствием этим займусь.

Маат остановила его, прежде чем Сетх успел дотянуться до шеи Асмодеуса.

– Тебя ждет невеста. Ты правда хочешь впустую тратить время на разборки с демоном?

– Ладно. Но позже... я получу его голову на серебряном блюде.


***

Лидия взяла Солина под локоть. Одетый во все черное, с собранными в гладкий хвост волосами, он был невообразимо красив.

Отец накрыл ее ладонь.

– Ты же знаешь, что не обязана этого делать. Еще не поздно приказать Джорджу переместить нас домой.

– Папочка, – прошептала она. – Я люблю Сетха.

Он поднял ее руку и поцеловал пальчики.

– Я всю жизнь ждал, когда же ты меня так назовешь. Спасибо.

Он снова положил ее руку на изгиб своего локтя.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя?

– Конечно. И хотя мне не по вкусу твоя свадьба с эти ублюдком, я обещаю, что всегда буду вежлив с ним.

Вот только у них очень разные представления о вежливости. И все же, отец прилагает усилия, и за это она готова дать ему пару очков.

Маат распахнула дверь прихожей.

– Сетх ждет тебя у подножья лестницы.

В бледно-желтом платье Маат была потрясающей подружкой невесты. Точнее – самой лучшей. У Лидии не было так много близких друзей, и весь остальной мир, за исключением этой горстки бессмертных, считал ее мертвой. Так что Меньяра как нельзя лучше подходила на эту роль.

Маат протянула ей букет невесты...

Розовые и белые лилии. Лидия взяла их со слезами на глазах. Сетх настоял на этом букете.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Солин.

– Гормоны.

«В беременности один неприятный нюанс: глаза все время на мокром месте. Это ужасно».

Маат вывела их из комнаты и повела в тронный зал, украшенный лилиями и белыми шелковыми лентами.

Но Лидия не смотрела на праздничное убранство и друга, приглашенного Маат провести церемонию.

Ее внимание приковал к себе Сетх в причудливом пиджаке и бриджах. Она знала, что он будет неотразим, но его вид превзошел все ее ожидания.

«М-м-м… Так и хочется облизать».

Отец подвел ее к Сетху, после секундного колебания поцеловал в щеку и отошел сесть рядом с Торном и Амброзием.

Беря Лидию за руку, Сетх едва дышал, потонув в сияющих золотых омутах. В красном платье... традиционном свадебном наряде древних греков, она была великолепна. К темным волосам алмазной шпилькой крепилась небольшая красная фата.

Маат забрала у Лидии букет, и жених с невестой подошли к ожидавшему их Савитару.

Тот оглядел их маленькую компанию: Лидию и Сетха, Маат, Асмодеуса, Маахеса, Амброзия, Торна и Солина.

– Дорогие странные и разношерстные создания, мы собрались здесь сегодня для... бла-бла-бла бла-бла-бла. Сетх, скажи Лидии что-нибудь проникновенное.

Сетху понадобилась минутка, чтобы сосредоточиться. Хоть он никогда не видел свадеб и не знал, как они проходят, странное вступление Савитара показалось ему неправильным. Но раз Лидия не обратила на это внимания, он с глубоким вздохом сказал то, что планировал:

– Моя Лидия словно звезда, взошедшая, чтобы провести меня сквозь самую темную ночь.

Оглянувшись на мужчин, Сетх съежился от неловкости, поняв, что все услышат его свадебный обет. Когда он писал клятву, то не принял во внимание наличие аудитории.

После минутного молчания Савитар вздохнул:

– Послушай, парень, я могу произнести эти слова вместо тебя, но мне кажется, Лидия хочет их услышать из твоих уст. Так что, не обращай внимания на придурков в зале.

Сетх крепче сжал ладошку Лидии, вспомнив слова Маат:

«Большинство девушек всю жизнь мечтают о свадьбе и планируют ее. Ни при каких обстоятельствах не губи ее мечту. Если любишь Лидию, позволь ей насладиться этим днем и согласись со всеми странностями, какие ей взбредут в голову».

Сетх глянул на ее округлившийся живот, где рос их малыш. Это его семья. Все остальное не имеет для него никакого значения.

Поднеся ее руку к губам, Сетх поцеловал костяшки, а потом сплел их пальцы вместе.

– Меня переполняет радость, когда я просто держу твою руку. Я никогда не мог вообразить, что когда-нибудь буду так счастлив. Каждый день, проведенный с тобой, лучше предыдущего. Лишь ради тебя одной я пролью свою кровь до последней капли и умру. Но самое главное – без тебя я не смогу жить. Я буду любить тебя до последнего вздоха и до конца своих дней следить за тем, чтобы ты не сомневалась, что ты воздух, которым я дышу.

Лидия сжала губы, стараясь не заплакать, пока он обнажал пред ней свою душу. Положив ладонь на его щеку, она прильнула к его губам в поцелуе.

– Э-э-эй! – окликнул Савитар. – Ты забегаешь вперед, женщина. Теперь твоя очередь принести клятву.

Лидия опустила ладонь, вглядываясь в небесно-голубые глаза, похитившие ее сердце и до невозможности изменившие жизнь.

– Еще ребенком я выучила стихотворение, прочитанное мне матерью. И раз ее сегодня нет с нами, я хочу прочитать его в память о ней.


Любовь долготерпит. Любовь милосердствует.

Любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,

Не бесчинствует, не ищет своего.

Любовь не раздражается, не мыслит зла.

Не радуется неправде, а сорадуется истине.

Все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит[13].


Лидия прикусила губу, прежде чем произнести Сетху собственную клятву.

– И хотя раньше я жила без тебя, сейчас не могу представить и дня, когда не смогу видеть твоего лица. Мое сердце бьется лишь для тебя. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Не важно, какие придется выдержать испытания, преодолеть препятствия, или какому врагу противостоять, я буду рядом. Ты для меня всегда будешь единственным. Твоя навеки.

Сетх с трудом дышал, слушая ее клятву. Ничто и никогда так не затрагивало его душу.

Савитар с отвращением фыркнул.

– Ну что ж, полубоги... теперь можете поцеловаться.

Сетх приподнял фату и обхватил ладонями ее лицо. Мгновение он просто любовался прекрасными чертами Лидии, а потом поцеловал. В мгновение, когда они прильнули друг к другу, Сетх почувствовал, как шевельнулся ребенок. Со смехом он отстранился и положил ладонь ей на живот.

– Надеюсь, мы получили одобрение.

На губах Лидии заиграла ответная улыбка.

– Наверняка.

Савитар хлопнул в ладоши.

– Что ж, ладно, присутствующие, разрешите представить вам мистера и миссис из рода Полубогов и Шакалов... знаете, вам срочно нужно обзавестись фамилиями.

Маат бросила цветок в Савитара.

– Может, прекратишь портить им праздник?

– Я ничего не порчу, Мэнни. Я делаю его незабываемым.

Не обращая на них внимания, Лидия схватила Сетха за руку и потащила к двери.

– Куда вы? – спросил Солин.

Лидия взглянула на Сетха и прикусила губу. На ее щеках полыхал румянец. Она снова посмотрела на всех собравшихся.

– Я должна выполнить одно обещание.

Брови Сетха взметнулись в надежде.

Озорно сморщив носик, она кивнула:

– Да, именно о том обещании идет речь.

Загрузка...