Волкодлак. Спасти СССР. Продолжение

Глава 5

Вернувшись из Лас-Вегаса, Эйзенхауэр вызвал к себе Гувера и Даллеса — Господа! Когда я вчера услышал, что молодой советский боксер работает офицером при советском представительстве в ООН и получил в течении этого года две высшие правительственные награды, я задал себе вопрос — за что его так отметило его правительство? Насколько я знаю, получить звание Героя СССР совсем не просто, нужно совершить подвиг, а тут за год этот Иванов совершил два подвига подряд! У вас есть на него досье?

Гувер кивнул — Михаилу Иванову всего девятнадцать лет и это уже нонсенс — чтобы получить лейтенантские погоны, требуется отучиться около четырех лет и прием в военные училища с восемнадцати лет. Получается Иванов поступил в пятнадцать! Вполне возможно, что он смог закончить обучение досрочно скажем на год, все равно — в шестнадцать его приняли на учебу вопреки требованиям советского закона. К моменту награждения первой Золотой Звездой Иванову присваивают внеочередное капитанское звание, минуя звание старшего лейтенанта! За Ивановым, который у нас проходит как Желторотик, с его первого появления в Нью-Йорке установлено внешнее наблюдение, от которого он мастерски уходил, будто у него стаж работы минимум пять лет. Даже когда за ним закрепили сразу десяток бригад, Желторотик по докладам наружки отрывался от хвоста буквально за несколько минут. Все мои сотрудники были в шоке — он будто исчезал, оказавшись среди прохожих. Так что наверняка Иванов является уникальным хорошо подготовленным специалистом. У русских таких нет, на отрыв им требуется не менее получаса-часа, да и то с подстраховкой своих коллег, оставляющих автомобили в условленных местах или обеспечивающих маршруты через магазины с несколькими выходами. Я посоветовал Аллену попробовать через своих агентов в СССР покопаться в детстве и юношестве Желторотика.

Президент заинтересованно повернулся к Даллесу — И что же накопали твои агенты, Аллен?

— Иванов учился на одни пятерки, с раннего детства занимался боксом и самозащитой без оружия, это советская борьба типа дзюдо. Затем в одиннадцать лет закончил школу с отличием и золотой медалью, сдав досрочно экзамены, зная около десяти иностранных языков и поступил в МГИМО, институт международных отношений.

Президент удивился — Русские и за окончание школы золотые медали дают?

— Да, если выпускник учился на одни пятерки. Так вот, в одиннадцать лет пацан поступил в МГИМО, продолжая свою спортивную карьеру. Закончил МГИМО опять на год раньше, в четырнадцать лет!!! Причем к четырнадцати годам стал кандидатом в мастера спорта по САМБО и боксу, не имел ни одного поражения, только победы. Короче настоящий вундеркинд, знающий уже пятнадцать языков!

Несмотря на возраст, Иванова принимают на работу в МИД помощником заместителя министра! По слухам, именно Иванов выявил в МИДе коррупционеров, в результате чего министром вместо Молотова стал Кузнецов. В пятнадцать лет Иванов увольняется из МИДа и исчезает, о нем ничего не было слышно, я предполагаю, что его взяли на обучение в одно из учебных заведений ГРУ,,Главного разведывательного управления минобороны. Имея высшее образование, новый курсант наверняка поступил на второй, а то и на третий курс. появился в представительстве ООН с советским орденом «Знак почета», не являющимся боевым. Основанием для награждения являются высокие производственные показатели в промышленности, сельском хозяйстве, строительстве и других отраслях народного хозяйства; достижение высокой производительности труда, улучшение качества продукции; высокие результаты в социалистическом соревновании по выполнению и перевыполнению плановых заданий; внедрение в производство новой техники, технологии, передового опыта, особо ценные изобретения и рационализаторские предложения. Отметая первые основания, мои аналитики считают, что Иванов за время учебы предложил что-то особо ценное в политике или в новой технике. По нашим расчета выпустился Иванов шестнадцать лет, наверняка также досрочно.

Президент пожал плечами — И как это возможно? Шестнадцатилетний пацан уложил двадцати двухлетнего чемпиона мира в тяжелом весе? И почему тогда у него по документам восемнадцать лет?

— Скорее всего прибавили парню пару лет для соответствия законам.

Президент хмыкнул — И что же смог этот Желторотик такого совершить, что бы ему и капитанские погоны и две Золотые Звезды с неба упали?

Гувер и Даллес хмуро переглянулись и дружно отвели взгляды в сторону. Наконец после митного молчания Гувер развел руки — Из моего офиса пропали совершенно секретные документы, которые я собираю с самого начала моей работы. Пропал компромат на тысячи человек, используя который, русские могут взять за жопу любого политика, там даже на действующих сотрудников армии, разведки и моего ведомства, а также и НАСА есть. Все их грязное белье и делишки, за разоблачение которых их можно не просто вон со службы гнать, но и под суд отдать. Как злоумышленники попали в здание непонятно. И как вообще Иванов провел эту операцию в Вашингтоне, тоже непонятно.

Президент усмехнулся — И ты до сих пор молчал! Ну хорошо, одну Звезду он за твой компромат получил, а вторую-то за что? Охренеть! Передо мной сидят люди, которые просто обязаны знать за что русская разведка получает свои награды. А они только телятся и глазами хлопают! Может быть вам обоим пора на покой? Что говорят ваши источники в ГРУ и КаГэБэ?

Даллес вздохнул — Наш совместный с ФБР лучший источник в советской военной разведке перед самым назначением этого Иванова скончался, а комитетских кротов их контрразведка как-то смогла вычислить. По нашим сведениям всех, кто был за границей, отзывали для проверки и вполне возможно что наши агенты не прошли полиграф. Я даже отдал приказ своим специалистам разработать методику по обману полиграфа, будем в наших учебных центрах будущих нелегалов по этим методичкам обучать.

Президент поморщился — Короче, даю вам обоим месяц сроку для раскрытия проведенной Ивановым операции, за которую он получил вторую награду! Если вы не не выполните мой приказ, то я найду вам обоим замену! Ты, Джон, сколько лет возглавляешь свою контору? Тридцать три года? Я уже шестой президент, при котором ты служишь. И похоже на этом твоя служба и закончится. И тебе, Аллен, твой старший брат, Госсекретарь, так же не поможет уйти от ответственности.

Через две недели после поединка меня отозвали в Москву к начальнику ГРУ Штеменко — Ну здравствуй, герой! Вокруг тебя в США началась нехорошая движуха — резидент считает, что американцы раскусили твою операцию по краже компромата, они сопоставили твое награждение сразу после его кражи и теперь пытаются понять причину твоего вторичного награждения. Мною было принято решение о твоем переводе. До сентября следующего года послужишь пока в Лондоне. Если ты перед поступлением в Консерваторию сможешь что-нибудь полезное изъять и у МИ Шесть, то я лично против не буду. По просьбе товарища Генерального секретаря, я тебя должен поощрить за победу над Патерсоном. По сути это была политическая пропаганда мирового масштаба. Посоветовавшись с товарищем Малиновским, мы решили представить тебя к внеочередному званию майор. Служи, Иванов!

— Служу Советскому Союзу!

— Для тебя с твоим новым званием была специально создана должность еще одного помощника военного атташе при посольстве СССР в Великобритании. Формально по званию ты будешь в подчинении у помощника военного атташе генерала Мещерякова. Валентин Иванович поставлен в курс, что ты находишься в самостоятельном свободном поиске. Твоя работа в Штатах мне понравилась, вот так и продолжай служить в Лондоне. Ты бы знал, майор, с каким трудом мне удалось для тебя выбить эту должность! Хорошо, что Кузнецов, узнав что эта должность для тебя, оказал мне содействие.

Я ухмыльнулся — штат консульств почти на сто процентов укомплектован за счет сотрудников КГБ, среди которых лишь один или два офицера ГРУ. Я слышал, что у моих коллег из военной разведки были нелегкие ситуации, когда они пыталось использовать консульское прикрытие для своих сотрудников — все должности были уже заняты КГБ и пристроить своего человека под дипломатическую крышу было проблематично. КГБ в посольствах ведет слежку за всеми сотрудниками, включая и нас, работников ГРУ. Представители КГБ контролируют абсолютно все: что люди покупают, как живут и соответствует ли уровень их жизни получаемой заработной плате, куда ходят, у каких врачей лечатся, с кем встречаются, сколько пьют и каков у них уровень морали. КГБ постоянно прослушивает телефонные разговоры. Короче, практически вся жизнь сотрудников посольства известна КГБ. Тем временем мы, в свою очередь, следим за КГБ. Мы стараемся установить, кто из наших сотрудников связан с КГБ, кто информирует его и сотрудничает с ним. КГБ и ГРУ имеют своих сотрудников в каждом советском представительстве за границей: в ООН, в торговых миссиях, в ТАСС, «Аэрофлоте», в конторах торгового мореходства, в корреспондентских пунктах и так далее. В прошлые времена главный военный атташе автоматически являлся резидентом ГРУ в соответствующем посольстве. Теперь все обстоит иначе. Ведь их было очень легко вычислить и разоблачить, поэтому резидентами становятся все чаще нелегалы. Часто обязанности резидента возлагаются на другого человека, который в посольстве обычно имеет гражданское прикрытие. Им может быть посол, советник, первый или второй секретарь. Конечно, военный атташе тоже является офицером ГРУ, но никогда — резидентом. Такая реорганизация, кроме всего прочего, позволяет ГРУ иметь в посольствах дополнительно еще несколько своих сотрудников. Резидент обычно в звании полковника или генерала. Все водители машин ГРУ за границей — сами офицеры разведки. Кое-кто из них даже имел звание майора и выше. Так, шофером у военного атташе был старший лейтенант. У военно-морского атташе в США за баранкой сидел флотский капитан-лейтенант. Женщины в ГРУ работали только секретаршами и машинистками или же занимались другими обязанностями, не требующими оперативных навыков. Хотя несколько женщин работало в Управлении по нелегалам, а также в Управлении диверсий и саботажа. Как нам рассказывали в учебном центре, одна женщина читала лекции в Военно-дипломатической академии, но потом выяснилось, что ее брат был расстрелян, а она скрыла это от ГРУ, и ее немедленно уволили.

— Кстати, твой план по созданию финансовой пирамиды в Штатах признан удачным и Политбюро одобрило дальнейшую его разработку. Еще несколько месяцев продолжим вытаскивать деньги из карманов граждан США. До меня даже дошли слухи, что вся американская Коза Ностра вложилась в твой проект, сотни миллионов своего черного нала вложили а акции! У нас в связи с этим такие многоходовочки нарисовались! Комитетские тихо курят в сторонке! Так что после окончания этой твоей финансовой пирамиды ты вполне можешь еще на орден рассчитывать, в зависимости от суммы прибыли вполне могу и на орден Ленина представление написать.

Лондон встретил меня затянутым тучами небом, температурой около четырех градусов, после минус пяти градусов в Москве с ее первым снегом. Особняк по адресу Кенсингтон Пэлас Гарденс, дом № 13, неподалёку от Кенсингтонского дворца, в котором разместилось посольство СССР, был построен в 1852 году в стиле неоготики для Стэнхоупа, 5-го графа Харрингтона, и ранее носил название «Харрингтон-хаус». Дом построен из «кирпича цвета охры с отделкой из батского камня» и имел симметричный фасад. В доме два основных этажа, цокольный этаж «частично надстроен» (первоначально в нём располагались комнаты для прислуги), а под двором находится огнеупорный подвал высотой 14 футов, который простирается до задней части дома. Парадный вход в дом представляет собой трёхэтажную башню, изначально увенчанную колокольней, которую снесли в 1920-х годах. Над парадным входом находится эркер и парапет в форме четырёхлистника. С южной стороны к дому примыкает оранжерея. Я отметился в канцелярии, представился послу и направился в здание, в котором работали сотрудники военного атташата.

Атташе окинул меня своим цепким взглядом — Наслышан о тебе, майор! О твоих подвигах только ленивый не болтает. Одни считают, что ты в Белом Доме сейф президента США обчистил, другие — что ты наших нелегалов отбил у агентов ФБР. — подмигнув, атташе добавил — За что ты дважды Героем стал, я тебя пытать не собираюсь. Я в чужие секреты не лезу и другим не позволяю. О твоей автономной работе я и мой помощник генерал Мещеряков в курсе, палки тебе в колеса вставлять не будем. Прошу только никого из посольства не подставлять под местную контрразведку. С МИ Пять, майор, играй в одиночку — я ради твоей третьей Звезды Героя не собираюсь терять своих людей! Тем более, что ты к сентябрю следующего года сваливаешь в Москву для обучения в Консерватории. Можно сказать, ты здесь отсидеться к нам прилетел подальше от американских агентов. Так мы договорились?

Я кивнул — Так точно! Уверяю, что я не доставлю вам неприятностей!

— Тогда заселяйся, квартиры и сауна для сотрудников в соседнем здании, это ключ от твоей квартиры, на входе комендант, он покажет тебе все и если что, он проконсультирует тебя по Лондону и его окрестностям. Дядя Саша тут уже двадцать шесть лет живет, он наш старый проверенный кадр. Поначалу он задания госбезопасности выполнял, поводил дядя Саша за нос местную наружку. Он все ходы-выходы знает. На заслуженную пенсию отказался уйти, упросил здесь его оставить. Хоть чем-то полезным быть хочет.

Я поспешил заселяться и заодно познакомиться с этим знатоком Лондона дядей Сашей. Комендант оказался невзрачным с не бросающейся в глаза внешностью, на такого взглянешь и, отвернувшись в сторону, не сможешь даже его описать. Скулы как скулы, нос ничем не выделяется — средней длины, без горбинки.

На лице выделялись только глаза, в глубине которых проскальзывали искры — Вот ты какой, дважды Герой, майор, да еще все это в семнадцать лет.

Я хмыкнул — Нихрена у вас осведомленность. Я уверен, что о моем истинном возрасте даже сам атташе не знает.

— Пойдем, Миша, я тебе твою квартиру покажу.

— Дядя Саша! Как вы смотрите, чтобы сегодня вечером посидеть в каком-нибудь пафосном ресторанчике? Сейчас весь город украшен, к рождеству готовятся, мне бы хотелось такого зубра как вас угостить с премиальных, которые я получил перед этим назначением.

Комендант прищурился — Вербовать будешь?

Я пожал плечами — Я не комитетчик, мне работников посольства вербовать ни к чему. ГРУ не интересно то, что кто-то из сотрудников занимается контрабандой, закупая здесь блоками сигареты и элитную выпивку и в отпуск доставляя все это в Москву, сбывая через бывших коллег-пенсионеров.

Дядя Саша хитро прищурился — Да какая же сука стуканула?

Я пожал плечами — Не знаю, мне информатора не назвали. Просто перед командировкой я с одним старым кадром пообщался, можно сказать мы с ним одной крови, правда мы ну очень дальние родственники. А для этого полковника секретов практически не существует, слишком многие ему должны и обязаны.

— Я его знаю?

— Еще в Испании он получил позывной Хуан.

— Этот Хуан не комитетский, из военной разведки?

— Да. Из моего родного ГРУ.

— Это такой крепыш, похожий на боевого гнома?

— Он самый.

— Значит еще живой, Иван Семенович! Я его как-то кубиком назвал, он сильно обиделся.

— Живой, что ему сделается. Привет вам передал.

— Так что тебе нужно, родственничек Хуана?

— Я же здесь впервые. Мне нужен проводник для изучения города так, чтобы с закрытыми глазами мог перемещаться по Лондону как по своей квартире.

— Я же надолго свой пост оставить не могу — дядя Саша склонил по птичьи голову набок.

— Я договорюсь о выделении одного из сотрудников охраны для вашего временного замещения. Не беспокойтесь, у меня память хорошая, надолго вас от вашей основной работы не отвлеку.

— Ну что же, тогда я согласный. Тогда ведешь меня в шикарный ресторан Ковент-Гардена Boulestin — любимое место писателей из Блумсбери и хедж-фондов. Но ты имей в виду, что этот ресторан один из самых дорогих в городе. Хватит твоей премии?

— Я думаю, что хватит. Я пошел тогда договариваться о твоем краткосрочном прикреплении к моей персоне. До вечера!