Солнечный ветер

12. Понимание

«Сова». Имперский фрегат A-IV класса. Периферия планетарной системы α Кассиопеи – Шедара, в созвездии Кассиопеи.

Шахматная доска в капитанской библиотеке вызывала восхищение не только у Аверина, но и у всего экипажа «Совы». Фигурки, сражающиеся на её клетчатой поверхности, были искусно вырезаны из полудрагоценных камней, что придавало им особую ценность и редкость. Макар что-то тихо рассказывал об этом, но Нэрис, ошеломлённая потоком новостей, мгновенно всё забыла.

Рик насильно накормил её, а теперь Нэс, сидя за уютным библиотечным столом, пыталась сосредоточиться, с трудом удерживая в дрожащих тонких пальцах тяжёлые молочно-белые шахматные фигуры. Она играла отчаянно, совершая непростительные ошибки, но даже не замечала этого.

Макар не торопил ее. Он установил галопроекцию рубки центрального поста на двери библиотеки и краем глаза наблюдал за стандартной подготовкой к выходу в орбитальную сеть. Все происходило в тишине.

– Знаешь… – невидящим взглядом окидывая свое бедственное шахматное положение, произнесла девушка наконец. – Я все это время кое-что все же пытаюсь понять. И… никак.

Аверин молча накрыл ее руку ладонью, не сводя глаз с лица Нэрис.

– Ты невероятная, – так же тихо ответил. Словно боясь тембром низкого голоса испугать ее еще больше. – В мирах, живущих по законам Империи, я не встречал ещё женщин, способных так мужественно это вынести.

Он говорил абсолютно искренне.

Право на уникальность личности было краеугольным камнем всех законов Великой Империи. Человечество увлеклось экспериментами с генетикой гуманоидных рас, но теперь это нашло отражение в незыблемых заповедях на каменных скрижалях ворот Конституции. Каждый имеет право родиться и жить неповторимым. Изменения возможны только по жизненно важным причинам. Никто больше не имеет права вмешиваться в генетический код человека разумного.