Глава 10

– Подождите, – сказал Старк остальным, а сам медленно двинулся вперед. Герд бежал у его правого колена. Грит оставила стаю и побежала с левой стороны Старка. Он ехал высоко подняв правую руку, а левой, отодвинув ее от тела, держал поводья.

Старк проехал половину разделяющего их расстояния и насчитал за это время восемь пурпурных плащей. Долгое время группа всадников стояла неподвижно, кроме человека, который держал Джефра, сорвав его с седла и один раз сильно ударив. Высунув языки, Собаки уселись на песок. Никто не пытался хвататься за оружие.

– Они нас знают, И Хан. Они боятся тебя.

Один из людей взялся за поводья и спустился с холма.

Старк подождал, пока всадник очутится перед ним.

Он напоминал Экмала: тонкий, мускулистый, с гибкой грацией людей пустыни, вся жизнь которых проходит в путешествиях. Лицо его было закрыто.

На лбу висел кулон с камнем, знак вождя, камень был красный, более светлый, чем плащ.

– Пусть Старое Солнце даст тебе свет и тепло, – сказал Старк.

– Ты в стране хоннов. Что ищете вы здесь? – вождь взглянул на Старка, на Собак и затем опять перевел взгляд на Старка. – Это Собаки Севера, принадлежащие Бендсменам?

– Да.

– Они повинуются тебе?

– Да.

– Но ты не Бендсмен?

– Нет.

Старк пожал плечами:

– Человек из другого мира. Или, если ты хочешь, демон, как уверяет маленький очар. Во всяком случае, я не враг хоннов. Не объявишь ли ты перемирие по вашему обычаю и не выслушаешь ли то, что я тебе скажу?

– Допустим, что я соглашусь, но моему народу не понравится то, что он услышит?

– Тогда я распрощаюсь с вами и мирно уеду.

Вождь снова посмотрел на Собак.

– У меня есть выбор?

– Нет.

– Тогда я объявляю перемирие, и люди выслушают тебя. Но Собаки не должны никого убивать.

– Они сделают это только в том случае, если вы поднимите оружие против нас.

– Ни один меч не поднимется.

Вождь протянул руку:

– Я Илдан, Страж Очагов хоннов.

– Меня зовут Старк.

Старк пожал руку вождя и почувствовал, как вождь ощупывает его запястье, чтобы узнать, насколько крепко он сделан.

– Из другого мира… – пренебрежительно сказал он. – С юга и из-за гор приходит много сказок, но все это ложь. Ты состоишь из того же мяса, крови и костей, что и мы. Ты не демон, но и не человек по нашим понятиям.

Пальцы Старка сильнее сжали запястье вождя.

– Однако, я командую Собаками Севера.

Они обменялись взглядами. Илдан повернулся к своим людям.

– Я этого не забуду.

– Мы поедем в твою деревню.

Обе группы неохотно соединились. Они ехали врозь, на некотором расстоянии друг от друга. Джефр недоверчиво воскликнул:

– Вы их не убьете?

– Не сейчас, – ответил Илдан, косясь на Собак.

Герд подарил ему угрожающий взгляд и предупреждающе зарычал.

Деревня располагалась в широкой долине. По ту сторону опоясывающих ее холмов виднелись торы – не такой совершенной красоты, как Барьер, но тоже довольно высокие. Когда-то здесь протекала река, но теперь она высохла, только весенние паводки наполняли ее. В глубоких резервуарах, выкопанных в ее ложе, еще сохранялась вода. Животные терпеливо вертели большие скрипучие колеса, а женщины готовили землю под весенний посев. Стада поедали редкую бурую траву, больше всего напоминавшую лишайник. Возможно, эта растительность была и тем и другим. Старк спрашивал себя, какой урожай мог вырасти в этом месте.

Женщин и животных охраняли лучники в дозорных башнях, рассеянных по полям. Старк видел границы древних культур, занесенные песком, и остатки старых гидравлических колес возле высохших колодцев.

– Ваша земля здорово уменьшилась, – сказал он.

– Она уменьшилась для всех нас, – ответил Илдан, бросив горький взгляд на Джефра. – Даже для очаров. Старое Солнце слабеет, несмотря на все наши жертвоприношения. С каждым годом зима длится все Дольше, вода больше остается в плену у горных ледников и не попадает на наши поля.

Пастбища становятся все более бедными…

– И каждый год Бегуны приходят во все большем числе пожирать ваши деревни.

– А какое дело тебе, чужаку, до наших несчастий?

Взгляд Илдана был наполнен гордой яростью и слово «чужак» звучало, как смертельное оскорбление. Старк сделал вид, что ничего не заметил.

– Разве это не относится ко всем Малым Очагам?

Илдан не ответил. Джефр вызывающе сказал:

– Зеленые плащи почти исчезли, коричневые и желтые…

Человек, державший его в своем седле, нанес ему сильный удар по уху.

Джефр сморщился от боли и сказал:

– Я – очар, а мой отец – вождь.

– Ни тем, ни другим нечего хвалиться, – сказал человек, ударив Джефра еще раз. – У хоннов щенки молчат, пока их не спросят.

Джефр закусил губы. Глаза его были полны ненависти и к хоннам, и к Старку. Особенно к Старку.

Деревня была окружена стеной. Над ней с правильными интервалами возвышались сторожевые башни. Дома в виде ульев представляли из себя всего лишь куполообразные крыши над глубоко врытыми в землю погребами, чтобы защищаться от ветра и холода. Они были разрисованы веселыми красками, стертыми и выцветшими. Узкие переходы змеились между куполами. В центре деревни было расчищено пространство, почти круглое, в середине его росли кривые деревья с пыльной жесткой листвой.

В этой рощице стоял зеленый дом, где был Очаг и священный огонь племени хоннов. Илдан повел своих спутников туда.

Отовсюду выходили люди – из домов, от продавцов вина, от колодцев, с рынка и мест для мытья и стирки. Пространство вокруг рощи Очага быстро заполнилось пурпурными плащами мужчин и женщин. Все смотрели на Илдана.

Старк и другие его товарищи сошли на землю. Они сняли и осторожно поставили носилки Халка. Хонны смотрели на устрашающих белых Собак, сидевших, полузакрыв глаза и полуоткрыв пасти. Капюшоны бросали тень на завязанные лица мужчин. Лица женщин были замкнуты, безо всякого выражения.

Все разглядывали прибывших.

Илдан заговорил и высокая женщина с гордым видом вынесла из Дома Очага золотое блюдо, на котором лежала обугленная веточка. Илдан взял ее.

– Я даю тебе право Очага, – сказал он и коснулся лба Старка концом обожженной палочки. – Если в этом месте с тобой случится какое-нибудь зло, такое же зло постигнет и меня.

Он снова положил веточку на место и хранительница Очага снова вернулась в дом. Илдан обратился к толпе:

– Этот человек, по имени Старк, пришел говорить с нами. Я не знаю, что он скажет. Мы выслушаем его во втором часу после захода Старого Солнца.

Толпа зашумела, забормотала, но расступилась, когда Илдан повел своих гостей в белее обширный дом, стоявший в стороне. Он состоял из двух частей – одна для вождя, другая для его гостей.

Люди в Капюшонах были полукочевниками, пастухами и охотниками. Почти все лето они проводили в поисках дичи и пастбищ. Жестокие зимы заставили их жить в стенах дома. Комнаты для гостей были маленькие, слабо заставленные мебелью, скрипящие вечно проникающим песком, но чистые и достаточно комфортабельные.

– Мальчик останется со мной, – сказал Илдан. – – Не беспокойся, я не пожертвую богатым выкупом только ради того, чтобы удовлетворить свою ненависть. Ваших животных накормят. Вам принесут все, что вам понадобится.

Если хочешь, я пришлю лекарство, чтобы позаботиться о твоем друге. У него вид воина.

– Он и есть воин, – сказал Старк. – Я благодарен тебе за все.

В комнате стало сильно пахнуть собаками. Мозги стаи выражали недовольство: они не любили находиться в закрытых помещениях. Илдан, видимо, учел это.

– В конце прохода есть отгороженное место. Они будут там на свежем воздухе. Их никто не потревожит. – Он посмотрел, как Собаки выходят гуськом. – Ты, конечно, расскажешь, как получилось, что эти стражи Цитадели покинули свой пост и последовали за тобой.

Старк согласился с ним.

– Я хочу, чтобы мальчик тоже присутствовал, когда я буду говорить.

– Он будет присутствовать.

Илдан вышел. Халк сказал:

– Я тоже хочу быть там, Темный Человек. Помощи мне покинуть эти проклятые носилки.

Его переложили на кровать. Пришли женщины, чтобы разжечь огонь, принести воды. Одна пришла с травами и мазями. Старк заглянул через ее плечо, пока она перевязывала Халка. Рана закрылась, осложнения не было.

– Ему нужны только питание и отдых – сказала женщина. – И время.

Халк поднял глаза и улыбнулся Старку.

На второй час после захода солнца Старк снова стоял под деревьями с Гердом и Грит. Семь других Собак сидел позади него. Аштон и Геррит тоже присутствовали, так же, как и Халк, который лежал на своих носилках. Илдан стоял с деревенскими старейшинами, мужчинами и женщинами. Одна его рука тяжело лежала на плече Джефра. Роща Очага и площадь освещались многочисленными факелами, укрепленными на столбах. Пламя плясало от сухого и холодного ветра. Теперь на всех были плащи с капюшонами, защищавшими от холода, даже лица женщин были скрыты.

– Послушаем, что скажет нам наш гость, – сказал Илдан.

При свете факелов его глаза выглядели очень настороженными. Старк понял, что Илдан провел несколько часов добиваясь от Джефра информации, которую тот мог ему дать. Джефр потерял свою заносчивость. Он был переполнен гневом и сомнениями, как будто попал в слишком глубокую воду.

Безгласное и безликое множество терпеливо ожидало. Ветер играл с кожаными плащами и трепал жесткие листья деревьев. Старк положил руку на голову Герда и заговорил:

– Ваш вождь спрашивал меня, как получилось, что Собаки Севера, стражи Цитадели и Лордов Защитников, покинули свой пост и пошли со мной. Ответ прост: у них больше нет Цитадели, которую надо охранять. Я сам предал ее огню.

В толпе раздались крики. Старк подождал, пока они прекратятся, и повернулся к Илдану:

– Ты знаешь, что это правда. Хранитель Очага.

– Знаю, – сказал Илдан. – Молодой очар слышал и видел. Этот человек прозван Темным Человеком из-за пророчества Ирнана. И это пророчество выполнено. Он и Собаки привели к убежищу в пустыне четверых пленных Бендсменов. Он сказал Экмалу и его людям, что Лорды Защитники теперь беженцы, лишенные крова. Очары не будут больше хранителями Высокой Дороги, и они ропщут.

Из толпы вырвался дикий крик радости.

Джефр яростно зарычал:

– Бендсмены нам обещали: Цитадель будет отстроена. Мой отец послал сверлящего Небо и все кланы очаров выступят против вас… – Он указал пальцем на Старка и добавил:

– Из-за него!

– Вполне возможно, – сказал Старк. – И я вам скажу, что Бендсмены заплатят хорошую цену за меня и моих товарищей. – Он положил левую руку на голову Грит. – Но сначала вам придется победить Собак. Илдан, спроси мальчика, сколько Бегунов убила стая. Он видел трупы.

– Я уже его спрашивал, – сказал Илдан. – По меньшей мере, пятьдесят.

– Так что, вы видите, что вознаграждение нелегко заработать. Я вам предлагаю другое, большее. Я вам предлагаю стать свободными от жадности очаров, которые жаждут ваших земель, и от зависимости от Бендсменов, которые поддерживают очаров. Я предлагаю вам освободиться от Бегунов, которые пожирают ваши деревни. Я предлагаю вам освободиться от голода и жажды. Я предлагаю вам Юронну.

Воцарилось остолбенелое молчание. Потом заговорили все сразу.

– Юронна! – яростно сказал Илдан. – Ты думаешь, что мы мало смотрели в ее сторону? Думаешь, что мы не пытались? Во времена моего отца, моего деда… Стены там крепкие, их защищает множество юртов, у них есть мощные машины, посылающие огонь на врагов. У них есть псарни, где воспитываются собаки-демоны. Даже щенки их ужасны. Как мы сможем взять Юронну?

– Одним хоннам или любому Малому Очагу в отдельности – невозможно. Но всем Малым Очагам сразу…

Поднялся шум, кричали о старых оскорблениях, о кровавой мести, об убийствах. Толпа заволновалась. Старк поднял руки.

– Если ваши кровавые долги важнее вам, чем жизнь вашего племени – храните их! И из-за них дайте угаснуть последней ветви в вашем очаге!

Зачем быть такими глупыми? Вместе вы будете достаточно сильны, чтобы сражаться с очарами, сражаться с кем угодно, кроме самой Матери Скэйта. У вас нет выбора! Вы должны бежать к югу. Холод бросает на вас Бегунов, и вы в свою очередь делаете набеги до самого Берега. Зачем вам выносить все это, когда есть Юронна, готовая быть захваченной? Разве не лучше, чтобы Юронна кормила вас, а не слуг Бендсменов?

Тревожное молчание, полное бормотаний. Они размышляли.

Илдан задал решающий вопрос:

– А кто будет командовать? Ни один вождь Малых Очагов не станет подчиняться другому.

– Я буду командовать. Я не ищу никакого плаща, у меня нет ни к кому кровных долгов, я не хочу ни земли, ни добычи. Когда моя задача будет выполнена, я вас оставлю. – Старк помолчал. – Было предсказано, что крылатое существо даст мне крещение кровью среди Хранителей Очагов Киба. – Он подождал, пока гомон затихнет. – Решение должны принять вы, если вы решите против этого, я буду говорить с другими Очагами. Теперь я кончил, – сказал он и вежливо повернулся к Илдану. – Что мы должны теперь делать?

– Вернитесь в дом и ждите, нам надо поговорить между собой.

Вернувшись в дом для гостей, Старк и его спутники мало разговаривали.

Они решили, что такая тактика будет наилучшей. Беглецы без всякой помощи, они едва могли надеяться выжить, а с сильными союзниками их шансы будут довольно неплохими.

Юронна была приманкой, брошенной Старком. Им оставалось только ждать решения.

– Все будет хорошо, – сказала Геррит. – Не беспокойся.

– Если это правда, тем лучше, – откликнулся Халк. – В противном случае, какая выгода Старку. Он больше не Темный Человек, он может нас покинуть и бежать один до Скэга. Такой дикарь, как он, доберется. А может, и нет… – Он поднял руки и крепко сжал их. – Если мы пойдем на юг, нужно, чтобы они снова могли держать шпагу.

Ночь. Старк несколько раз просыпался и прислушивался к звукам в деревне, которая жужжала, как потревоженный улей. После того, как пропели молитву Старому Солнцу и накормили его вином и огнем за появление нового дня, Илдан прислал за ним. Старк отправился в дом вождя в сопровождении Аштона, Геррит и двух Собак, шедших за ним по пятам.

Илдан провел ночь в спорах со старейшинами. Его красные глаза моргали, но Старк увидел в них огонь гордости и возбуждения. Было в них и что-то еще – страх.

– Что ты знаешь о фалларинах?

– Ничего, – сказал Старк. – Кроме того, что это слово означает «скованные».

– Это настоящие хозяева пустыни, даже очары должны склонять перед ними свои жесткие затылки и платить им дань, как делаем это и мы. – Он задумался. Старк стоял и терпеливо ждал продолжения. – Это проклятая раса.

В былые времена ученые могли трансформировать людей, делать из них разные существа.

– Это называется контролируемая мутация, – сказал Старк. – Я встречал кое-кого из таких – Дети Моря, живущие в воде. Дети Скэйта, которые схоронились под Ведьмиными Огнями. Ни одна из этих встреч не была приятной.

Илдан с отвращением пожал плечами.

– Фалларины хотели быть Детьми Неба, но перемены не получилось… не так, как они желали. Много веков они сидят в своей черной пещере в горах, разговаривая с ветрами. Они великие маги и имеют власть над всеми ветрами, если хотят воспользоваться ими. Мы платим им, когда собираем урожай и когда идем на войну, в противном случае, они пошлют песчаные бури, – он внезапно поднял глаза. – Это верное предсказание о крылатом человеке с кинжалом?

– Да, оно правдивое, – ответила Геррит.

– В таком случае, если фалларины окрестят тебя кровью и дадут тебе милость ветров. Малые Очаги последуют за тобой туда, куда ты их поведешь.

– Хорошо, – сказал Старк. – Мне надо найти фалларинов.

– Завтра я иду в весеннее паломничество. Там соберутся все Хранители Очагов. Туда запрещено приводить чужих, но я нарушу обычаи и приведу тебя туда, если хочешь. Однако, – он наклонился вперед, – власть фалларинов гораздо сильнее, чем твоих Собак-демонов. Если они будут против тебя, ты умрешь в пламени Весеннего Костра, который зажигают там для Старого Солнца.

– Возможно, что и так, – сказал Старк, – но я все-таки пойду.

– Только ты, остальным мужчинам нет надобности туда идти, а женщины вообще не допускаются. Весенний Костер накладывает смерть и по нашим обычаям женщины привязаны к жизни только вещами.

Старку это не понравилось, но ничего нельзя было сделать. Геррит объявила, что все кончится хорошо. Желая верить этому, Старк покинул деревню вместе с Илданом, Джефром, шестьюдесятью воинами. Собаками Севера, несколькими вьючными животными и двумя людьми в клетке – осужденными. Все последовали со знаменем паломничества к Месту Ветров.


Загрузка...