Часть 3. Беседа в избушке

Вошли они в горницу. Странная была эта горница. Вся светлая, словно из серебра сотворенная. И огонечками разноцветными переливающаяся. Ни свечей, ни лучин не было, а как днем все разглядеть можно. Стол стоял посредине, скатёрочкой расписной накрытый, да два табурета о трех ногах. А на противоположной стене окно. Только необычное какое-то. Черное всё и как-то непонятно мерцающее. И ничего сквозь него видно не было. Яко в колодец смотришься. Ядвига Борисовна подошла к шкафчику, достала чашки, печенье, вазочку с вареньем и какой-то странный маленький смешной самоварчик. Налила чаю и села напротив Бориса Александровича.

– Ну, рассказывай, с чем пожаловал?

Хлебнул, Борис Александрович чайку, да и поведал все. И про телегу с самоваром, и про царя-батюшку, и про то, что Знания ему доставить велено. Иначе – не сносить ему головы.

– Телега, говоришь, с самоваром? А ты сам как думаешь?

– Не знаю я, Ядвига Борисовна. Дело шибко мудреное. Может быть оно и верное. Только сдается мне, что не так это быть должно.

– А как?

– А вот этого я в толк не возьму. Может действительно нужно особое Знание, чтобы задачу эту решить можно было. Но я понять не могу, что же это такое – Знание? И как его взять возможно?

– Да…, – улыбнулась Ядвига Борисовна, и взгляд ее стал каким-то нежно-ласковым. – Скажи мне, а ты вопросы задаешь?

– А как же! Сколько сабель да овса надобно, чтоб басурмана задавить с первого захода?

– Да я не об этих вопросах – засмеялась Ядвига Борисовна. – О других. Вот ты самому себе задаешь вопросы?

– Есть такое. Бывало ночью в поле выйдешь, глянешь на небо чёрное, а там, мать честная, красотища! Звёзды серебряные, да разные, да мерцают, да в картинки занятные складываются, да влекут и зовут куда-то. Почто так?! А солнышко золотое вставать начнёт, так вообще дух захватывает от буйства красок небесных. И ни один рисовальщик это на своем холсте отразить не может. А соловушка как запоёт, как зальётся, так мороз по коже от счастья бегать и прыгать начинает. И почему ни один балалаечник так сыграть не сможет? Вот никак это разумению моему не поддается.

Под конец речи своей воодушевился Борис Александрович, словно воочию увидел и звёзды, и рассвет. И соловья услышал. Даже от возбуждения руками размахивать стал. Ядвига Борисовна смотрела на него с восхищением. И все мысли его, которые ещё недавно убежать хотели, окружили и с восторгом смотрели на ту маленькую, ранее неприметную мыслюшечку, которая всю жизнь скромная и невидимая среди них где-то пряталась, а тут вдруг засияла, заискрилась, заполонила мягким светом своим все закуточки разумности, и от этого тепло и радостно всем стало.

Ядвига Борисовна с нежностью взяла за руку Бориса Александровича, но сказать ничего не успела. Окно вдруг засветилось и образовалось в нем чудище невиданное. Синее какое-то, взлохмаченное и ажно о четырех глазах. И завопило оно мерзким голосом:

– Ядвига Борисовна! Вспышка на Солнце. Идёт магнитная буря. Изменился, почему-то, временной фактор. Необходимо ввести поправку в полторы наносекунды во все навигационные системы. Полное программное обеспечение я вам уже выслал.

– Спасибо, Дима. Я его уже получила – ответила Ядвига Борисовна и встала. Чудище исчезло.

У Бориса Александровича чуть зубы не застучали от неожиданности. Но, закалённый в боях воин, смело спросил.

– А что это было?

– Это Димка, наш программист.

– А почему у него четыре глаза?

– Да нет. Это у него очки такие – засмеялась Ядвига Борисовна и подошла к какому-то шкафчику. Выдвинула полочку, усеянную косточками. И задумалась.

– Так это человек?! – с удивлением и надеждой спросил Борис Александрович.

– Нет. Это наш аспирант – размышляя о чем-то, ответила Ядвига Борисовна.

– Понятно.

Хотя на самом деле ничего понятного для Бориса Александровича не было. Но он всё принял на веру и решил, что не его это дело, а значит, пусть все будет, как есть.

Ядвига Борисовна повернулась. Взгляд ее был чем-то озабочен.

– Борис Александрович! Я тебе всё поясню, когда ты вернешься. Сейчас тебе надо идти. Пойдёшь в сторону заката солнца. Дойдёшь до Высокой горы. На её вершине бьёт Источник. Это Источник Знаний. Наберешь мне водицы из него и принесёшь. Вот тогда и поговорим. Но сам эту водицу ни в коем случае не пей! Всё понял? А теперь иди.

Она повернулась к полочке и быстро застучала по костяшкам.

– «Вот оказывается, как она на косточках играет», – подумал Борис Александрович и вышел.

Загрузка...