Глава 11

— Все слушайте сюда! Остался последний рогатый ублюдок, но эту гниду мы сможем достать, только когда пройдем испытание. В чем его суть, неизвестно. Поэтому будьте наготове. — Кристоф обвел нас взглядом — Это может быть что угодно. Испытание начнется, когда здесь соберутся все вошедшие в портал. Бойцы, метнитесь наверх, быстро!

Два инквизитора кивнули и побежали что было сил за остальными. Миха ушел шушукаться с более опытными товарищами, я решил последовать его примеру. У стены одиноко стоял хипарь с дрэдами, выдыхая плотные клубы дыма. Пару лет назад познакомился с ним в храме.

Странный товарищ, несмотря на то что он уже был ранга эксперт. А ранг эксперта можно получить только на шестидесятом уровне. Фиолетовый балахон с вышитым бонгом на спине просто кричал о том, что владелец шмоток очень необычный человек.

— О! Братишка, я тебя еще у входа приметил, но не было времени переброситься парой слов. Будешь? — пятидесятилетний человек с лицом, похожим на изюм, протянул мне самокрутку.

— Здоров. Не, Джавелин, я таким не балуюсь,— отказался, выставив перед собой руки.

— Стас, я же тебя просил называть меня Джа, Джавелин звучит как-то напряженно, а вот короткая версия сразу дает понять, что я на чиле. Смекаешь? — подмигнул обладатель дредов. — Я считаю, имя должно сразу рассказывать историю человека. Услышал Джа и сразу понимаешь, что этот чувак любит оторваться. Уф, забористая, — сказал экзорцист, выпуская дым в виде кольца.

— Хорошо, — усмехнулся я, сразу же вернув разговор в нужное мне русло. — Ты в подобных разломах бывал?

— Пф. Спрашиваешь. Короче, была такая тема. Вошли в разлом, а внутри нихера. Только баба в центре пещеры сидит и плачет. Думали, демон, но вроде нет, обычная, наша. Ну мы к ней, че такое, мол, красавица, кто обидел? — Джа затянулся и, закашлявшись, продолжил: — А она улыбнулась, волосы назад откинула, а там сиськи, мать их. Краше на всем свете не сыскать. Ну и всем крышу так поправило нормально. Смотрю на буфера ее, и все, как будто рядом никого нет, только я и она. Красотка хватает меня за руку и тащит за собой. Вышли из пещеры, а там, значит, лес, птички поют, солнышко светит, ну не суть. Избушка там стоит, внутрь зашли, девка брык на кровать и ноги раздвигает. Мол, хочу не могу, давай впиндюривай! Братан, а у меня секса не было с полгода, такой стояк словил, хоть стены долби. Ну и, короче, я на радостях портки скинул, а потом думаю: «А какого хера? Меня в обычной жизни бабы не особо к себе подпускают, а тут в пещере какая-то прошмандовка выбрала прям меня, из всей толпы. Ни инквизиторы ей не нужны, ни кто другой, меня выбрала. Чет херня какая-то. А вообще, где все?» И как это подумал, очнулся. Стою я, значит, у каменной стены, в стене дырка, у меня штаны спущены, и я вроде как член в отверстие запихнуть собирался. Рядом инквизиторы стоят и тож, значит, у этих дырок. Часть, как я, тупят, а часть приборы уже в стену запихнули, а как только они туда их вставили, ЧИК! И под корень хрен отхреначило! Лежат, орут, кровища хлещет, мрак! Короче, баба суккубом оказалась. Из всего рейда человек двадцать очнулось. Пока замочили эту суку, кастрированные сдохли. Ну и нас только пятеро осталось. Со спущенными портками от шизанутой демонессы не особо удобно отбиваться, знаешь ли. С тех пор самокрутками бодрящими балуюсь. Эт я все к чему? Тут что хочешь может случиться.

История экзорциста и позабавила, и напугала до усрачки. Слава Солнцеликому, у меня жена есть и налево не тянет, а то в подобной ситуации тоже хрена бы лишился. Зато Мишка в опасности.

С Джа нужно было только языками зацепиться, бесконечный поток историй и баек накрыл меня с головой. В один момент я уже начал жалеть, что подошел к нему. От полного расплавления мозга меня спасли инквизиторы, потекшие внутрь храма. На всякий случай надел Кольцо Эртугхара.

Двери с грохотом захлопнулись, когда на носилках внесли внутрь последнего участника рейда. Щелчок! И все исчезли. Ситуация до боли в промежности начала напоминать историю Джа, только никакой бабы не было. Храм опустел, а в центре появилось небольшое озеро.

Громогласный голос прокатился по каменным сводам сообщая: «Для начала испытания брось в воду дорогой тебе предмет».

Оп-па. А дорогой в плане памяти или материальный?

— Уважаемый, а по каким критериям предмет должен быть дорогим?! — крикнул в пустоту, ответа не последовало.

Ну и пошел ты нахрен. Подошел к озеру и открыл инвентарь. Кристалл душ, конечно, жалко, но пока не настолько, чтобы я считал его дорогим для себя. Ножик вообще хлам. Жратва, тряпки. Обручальное кольцо? Пф. Как кусок металла влияет на мою любовь? Никак! Могу расстаться с ним в любую секунду. А вот арбалет...

Сука, я хотел этот арбалет с момента его поступления в продажу. А это долбаных пять лет! И вот он у меня, честно заработанный. Не брошу в озеро, не выберусь. Кайф? Да просто восторг.

Скрепя сердце вытащил из инвентаря мою прелесть, полюбовался в последний раз и швырнул в водную гладь. Бульк, и нет у меня арбалета. По водоему пошли пузыри, со дна что-то поднималось. Через секунду показалась каменная платформа с лежащим на ней оружием.

«Найди брошенное в озеро. Ты можешь забрать себе только один предмет!»

Эхо снова ударило по ушам. Че орать-то? И так слышимость закачаешься. Посмотрим, что там со дна подняли. Посмотреть было на что, ох как было. Четыре вида арбалетов. Два из них легендарного класса. Один заряжает болты шаровыми молниями, другой заставляет их взрываться при соприкосновении с объектом.

Сука-а-а-а. Если такой продать, то можно... Да хера тут думать? Ты либо станешь грозой демонов, используя его, либо сможешь купить собственный город! Или стать самым богатым человеком в стране! Рядом валялись мечи, топоры, копья, кинжалы, и все это легендарного класса.

А знаете, сколько легендарных предметов найдено у нас в стране? ДВА! И оба у Солнцеликого. Ладони вспотели, я громко сглотнул, а руки сами собой потянулись к легендарке, жахающей шаровыми молниями. С ней я вырежу весь демонский род, оставлю о себе память в веках! Я...

А я сейчас, образно, не засовываю ли член в каменную дыру? Возьму не свой предмет, и что случится? Сука, рука была в каком-то сантиметре от легендарки. А что будет, если возьму свой? Пройду испытание, или исход будет тот же? Алчность поборол, но иллюзия-то не развеялась.

Блин, нахер все это! Я схватил свой арбалет, который тут же исчез. Вроде все хорошо, и член мне не отрезало. Хе-хе. Пока не отрезало. Свет погас. Я ощутил, как что-то появилось на запястье левой руки, а в правую — легло что-то гладкое.

Через секунду земля ушла из-под ног, и я плюхнулся на пузо. Попробовал встать, но услышал лязг цепи. Какого хера? Факелы один за другим загорелись на стенах. Я лежал в центре зала. Левая рука скована стальным кольцом с цепью, продетой в стальную трубу, торчащую из пола.

Второй же конец цепи уходил к левой руке человека, лежащего вниз лицом напротив меня. Я дернул цепь на себя, и тело зашевелилось. Мужик встряхнул головой и поднял вверх до боли знакомое лицо. Мишка.

— Стасян! Какого хера тут происходит? — голос взволнованный, глаза широко распахнуты.

— Мишань, это все морок! Не ведись на уловки.

— Ты думаешь?

«Спасти товарища ты можешь, лишь в жертву принеся себя».

— Опять этот сраный голос! Сука! Что это значит?

Я выставил правую руку вперед, в ней лежал топор. Сверху послышался скрежет.

— Стас! Смотри! Плита... — на последнем слове голос инквизитора стал тише.

С потолка на нас спускалась пятиметровая квадратная плита. Медленно спускалась, никуда не спеша. Я прямо чувствовал, как хозяин разлома наслаждается происходящим.

— Миша! Руби долбаную трубу!

Инквизитор кивнул, и мы попеременно начали колошматить стальной кругляш, высекая из него искры. Спустя минуту плита опустилась на пару метров вниз. Теперь нас от неминуемой смерти отделяло три-четыре метра, не больше. Осмотрели трубу, ни царапины...

— Цепь? — спросил инквизитор, и мы, не сговариваясь, начали рубить ее.

Время летело неумолимо с каждым ударом плита становилась все ближе. И этот механический скрежет, исходящий от плиты, заставлял содрогаться при мысли: «Что будет, если мы не успеем?» Отхерачить руку себе и вернуться инвалидом? Или отхерачить руку другу? Или сдохнуть вместе?

Етить вопросики. Я не знаю, что буду делать, если... А вот и это сраное ЕСЛИ. На цепи нет даже следа, только топор весь в зазубринах.

А плита уже не то что близко, она заставила присесть и рубить цепь на корточках, так как еще метр, и нас раздавит как тараканов!

— Стас! Руби мне руку, я сам не смогу, — сказал, запыхавшись, Мишка и откинул топор в сторону.

— Ты охерел? Не сдавайся твою мать! Когда выберемся, я тебе морду набью за то, что топор выбросил! — старался сказать жестким тоном, но дрожь в голосе не удалось скрыть.

— Стас! Времени нет! Очнись! У тебя жена, есть цель в жизни! А у меня нихера нет! Руби мне руку, живи за нас обоих! А я в запас спишусь,если выживу.

— Идиот! Не смей нести такую херню! Оба выживем.

— Стас, это конец. Руби. Ты же видишь, что шанс спастись тут только один. Быстрее. — Мишка последние слова говорил затихающим голосом.

Каменная плита надавила на плечи, заставив лечь на пол. Расстояние до смерти полметра. Времени нет, Мишка прав. Я размахнулся топором и ударил. Кровь брызнула во все стороны, а волна боли затопила сознание. Сука! Как же больно рубить собственную руку!

Кисть цела, только кость перебита. Удар! Второй! Третий! В глазах потемнело. Ух, почти потерял сознание. Четвертый! Пятый удар! Кисть держится на каком-то сраном сухожилии! Шестой удар! Кисть отделилась от тела, упав в тень надвигающейся плиты, а из культи хлестнула кровь.

— Миша, вылезай! — крикнул я, теряя сознание.

А дальше темнота. Темнота, которая вернула меня в реальность, наполненную болью, страданиями, безумными воплями. Правда, больно было не мне и орал не я. Вокруг десятки людей с отрубленными кистями. Часть из них вопят от боли, другие просто истекают кровью без каких-то эмоций.

«Тот, кто переполнен жадностью, ей подчинится. Тот, кто предал друга, предал сам себя. Ха-ха-ха!!!»

Голос снова прокатился по храму, заглушая стоны. Я осмотрел отрубленную руку, хм, а она на месте. Получается, если бы я отрубил руку Мишке, то сам бы лишился руки? Сейчас меня окружают десятки боевых товарищей, на которых в реальном бою нельзя положиться?

Прикольная проверка на крысу. А что значит фраза «Тот, кто переполнен жадностью, ей подчинится», я узнал мгновение спустя. Бойцы, пялящиеся в пустоту, зашевелились. У части из них не было кистей, у других были, суть не в этом. Они с жадностью осмотрели стоящих рядом. А через секунду кинулись в атаку с криком: «Мое-е-е!»

Безумцы вцеплялись в элементы одежды, пытаясь вырвать их у законных владельцев. Руки хватали за лезвия мечей, дергали на себя оставляя кровавые разводы. Спятившие как будто не чувствовали боли, одержимость, не иначе.

Хуже всего было то, что среди поехавших был и Кристоф. Он убивал одного инквизитора за другим, безумно хохоча. Куда ни глянь, везде царит хаос. А пока я пытался найти Мишку, едва не нашел свой конец. Но не тот, о котором рассказывал Джа.

Меч рассек воздух, на миллиметр зацепив мою шею. Кровь потекла тонкой струйкой, а я уже вертелся, как уж, уворачиваясь от града ударов. Горизонтальный, диагональ, удар по вертикали! Лысый инквизитор гонялся за мной по храму, вереща: «Мне нравятся твои волосы! Они будут моими! Я буду носить твой скальп как шляпу!»

Навскидку, крыша протекла у сотни бойцов. Пятьдесят были ранены, еще сто пятьдесят в норме. Казалось бы, нужно повалить на землю одержимых и привести их в чувства. Но началась такая неразбериха, что организованно что-то сделать стало невозможно.

Все сделалось еще хуже через минуту. Одержимые — это всегда хреново. Никто не хочет убивать своих друзей, которых можно вернуть. Спятившим было глубоко плевать, одержим человек или нет, доставалось всем. Убегая от обезумевшего инквизитора, я споткнулся о валяющееся на полу тело.

Как оказалось, удачно упал. Сверху пролетел чей-то топор, попутно снеся голову инквизитору, гнавшемуся за мной. Труп рухнул, придавив меня. Кровь из перерубленной шеи толчками вырывалась, заливая мне лицо. С трудом удалось оттолкнуть тело, закованное в латы.

Увидев, как я копошусь, лежа на полу, помочь мне решил еще один одержимый. Двуручный топор с лязгом высек искры из камня, на котором меня уже не было. Я несся сквозь толпу, расталкивая сражающихся людей. Нужно что-то делать. Если так продолжится и дальше, все сдохнут.

Опасения мои были не напрасны, прошла всего минута с начала этого безумия, а на ногах остались стоять хорошо если две трети. Справа в меня врезался инквизитор. Он ударил щитом так, что я отпружинил, как резиновый мяч, и пролетел бы пару метров точно, если бы не врезался в одержимого.

Развернувшись, он уставился на меня безумными глазами и прыгнул, сверху нанося рубящий удар двурушником.


Гробница праотцов!

Внимание, потеряно шестьдесят единиц маны.


Стена света окутала бедолагу, сковав движения. Сука, еще бы секунда, и мне конец. Нужно найти того, кто заварил эту кашу. Но сперва свалить нахрен подальше от Кристофа!

— Вы все моя собственность! — орал храмовник, перемалывая своих подчиненных.

Кристоф кровавым вихрем шел через толпу. Отсекал руки, ноги, головы. Встречая сопротивление, он без труда перемалывал его и шел дальше. Картина была катастрофической. Пожалуй, именно он и убил большую часть бойцов, а не другие одержимые.

Вот что такое боец высокого ранга. Он гроза демонов, но если у него потекла крыша, то хуже врага не найти. Удирая от смертельной опасности, сложно сконцентрироваться на окружении. Но выход тут один, нужно с помощью восприятия вычислить рогатого и надрать ему задницу.

Кое-как я выбрался из свалки, очутившись за ее периметром. У стен было свободное место, которым я и воспользовался для своего спринта. Пара пшиков сальбутомола, и свист в легких становится тише. Я готов на новые подвиги!

Разогнав избитую тушку до максимальных скоростей, несся, перескакивая через трупы. Но в гордом одиночестве бежал я недолго, от силы минуту, а потом за мной увязались два одержимых. К моей радости, они бежали без холодного оружия. Каждый сжимал в единственной уцелевшей руке арбалет.

Болты со свистом вгрызались в воздух и лязгая отскакивали от камня. Спасибо, что эти кретины не додумались остановиться и прицелиться. А на бегу стрелять с помощью одной руки из арбалета, весящего больше десятка килограмм, пф, я вас умоляю. Хотя шанс, что попадут, все же есть.

Отогнав мысли о прекрасной смерти от стали, прошивающей мою спину, сконцентрировался на пространстве. Пусто. Вокруг ничего демонического. Пробежал одну грань храма, пусто. Вторую грань, пусто. Чавк! Сука! Я схлопотал заветный болт в плечо. Больно, но бежать не мешает.

Болт прошел насквозь, не задев кость. Отвлекшись от раны, почувствовал впереди огромный сгусток демонической энергии, который с каждым шагом становился все более четким. По пути следования на стене был каменный барельеф, на котором изображались демоны разных мастей.

Неужто демон и есть этот барельеф? Или он за стеной? Окинул взглядом поле боя, в живых осталась треть бойцов. А за мной так и несутся эти полудурки! Сука! Да отвалите вы! На бегу открыл инвентарь. Да! Арбалет на месте. Отлично.

Уйдя в перекат, я извлек арбалет из инвентаря и дал залп по ногам бегущих за мной одержимых.

Загрузка...