Санклиты 5. Карающая длань

Глава 1 Иерусалим Часть 6

Главный рынок Иерусалима – Махане Иегуда – пульсирующее, живое сердце города, заворожил сразу. Я напрочь забыла о Хранителях, Архангеле Михаиле и Баале, став ребенком, что восхищенно глазеет вокруг, широко раскрыв рот.Этот самый настоящий восточный базар словно шагнул в реальность из сказки об Аладдине. Бесконечные ряды красиво выложенных овощей и фруктов убегали вдаль. Огромные стальные тазы с приправами, насыпанными горкой, дурманили безумной смесью запахов, но аромат свежей выпечки с кунжутом, оказавшись сильнее, как ослика на веревочке вел за собой в лавку, где желудок требовал немедленно все это перепробовать! И отказать ему, глядя на румяные булочки и бублики – только из печи, было попросту невозможно!

Рядом обнаружилось карамельное царство. Напротив продавали халву, огромные кругляши которой по форме напоминали сыр. А чуть дальше предлагали попробовать хумус – пюреобразную закуску из нута, оливкового масла, сока лимона и кунжутной пасты с приправами, которая поддевается кусочком питы и отправляется в рот, где тает, балуя неповторимым вкусом.

Весь этот густо замешанный калорийный беспредел приправляли гортанные выкрики продавцов, смех покупателей, с азартом торгующихся с ними, музыка, снующие под ногами сытые коты, воркующие на крышах голуби и бесконечное солнце, слегка приглушенное навесами между лавками.

Глаза разбегались, руки тянулись ко всему сразу. Тем более, что все можно было попробовать – и кусочек лукума, бахлавы, кнафе, и сочную клубнику, и драгонфрут – заодно посмеявшись над названием. А через секунду вниманием завладевал прилавок с сухофруктами, и тебе уже протягивали чашечку крепкого кофе и блюдце с финиками к нему вприкуску. Терпкость напитка и медовая сладость словно рождены быть вместе!

– Так вкусно! – я зажмурилась, доев последний финик, и попросила взвесить немного.

– Уже понял, что зря готовил обед. – Вздохнул Драган. – Супруга напробуется вкусняшек и суп ее не заинтересует.

– Финик не просто вкусняшка, он полезен для мозговой деятельности. – Уточнила я.

– И какую пакость ты на этот раз обдумываешь?

– Лучше съешь пару штучек – для потенции полезно! – не удержалась мисс Хайд.

– С каких пор мне ее надо улучшать? – самодовольно улыбнувшись, парировал Горан. – И вообще, для этой цели у меня есть ты! Мгновенно срабатывает!

– О, инжир! – я плотоядно облизнулась.

– А мы, случайно, не ждем ребенка снова? – супруг с подозрением воззрился на меня.

– Неа, – я взяла истекающий соком кусочек инжира из рук улыбчивого мужчины и отправила в рот. – М-м-м! Давайте килограмм. Нет, два!

– Точно?

– Тебя это порадовало бы или огорчило? – Драган завис. – Не думай, любимый, тебе не идет! – продолжила глумиться мисс Хайд, прицеливаясь к изюму и орешкам. – Успокойся, я кормящая мать целых двух ангелочков, мне требуется много калорий! И еще нужно, чтобы на тебя силы остались!

– Тогда кушай больше, душа моя!

– Ну, если ты настаиваешь!

Хорошо, что я Ангел, обычной женщине, кормящей ребенка грудью, пришлось бы лишь облизываться на все эти вкусности и довольствоваться бесподобными ароматами.

– Но учти, любимая, ночью проверю результат! – прошептал он мне на ухо.

– Надеюсь.

– Будешь так смотреть своими штормящими океанами, утащу прямо сейчас в темный переулок!

– А ежели я вовсе не против?

– Что же ты со мной делаешь, бессовестная моя! – хрипло выдохнул хорват.

– Дразню! – я расхохоталась. – Чем дольше терпишь, тем слаще будет ночью! А теперь отпусти жену, иди лучше специи купи, твои все в Стамбуле остались.

– Чует сердце, ты не просто так мужа спроваживаешь! – мужчина прищурился.

– Гнусные наветы! – возмутилась мисс Хайд, сбросив его руки с талии.

Знает меня, как облупленную! Я усмехнулась, глядя, как в Горане, придирчиво пробующем специи, просыпается владелец таверны и шеф-повар. Все, увлекся. Замечательно.

– Ты мужика с ума сведешь! – шепнул мне богомол, когда я подошла к нему.

– А никто ему спокойной жизни и не обещал!

– Верхом на метле!

– На ней, родимой. – Мисс Хайд пожала плечами и перешла к сути. – Ковач, и долго ты собираешься с ним играться?

– Тоже заметила? – богомол усмехнулся.

– Его сложно не заметить! – фыркнула я, стрельнув глазками в сторону старого знакомого – того самого японца, который оказался очевидцем моих разборок с Баалом на параде Ого-Ого. Усиленно делая вид, что рассматривает фрукты, мужчина снимал нас, прикрыв фотоаппарат полой пиджака. Интересно, он всерьез полагает, что его никто не замечает?

– Что будем с ним делать? – Нико тоже воззрился на горе-следопыта.

– С кем? – подойдя со спины, Горан проследил за нашими взглядами и громыхнул, – черт его подери! – японец подпрыгнул и заметался, как таракан в луче света. Но бежать было поздно – через секунду Драган схватил его за грудки. – Как ты смеешь следить за моей женой?! Я из тебя роллы сделаю! – хорват встряхнул беднягу, и еще одна камера, вылетев из рук, вдребезги разбилась о землю.

– Насчет роллов подтверждаю, он шеф-поваром был. – Отметила мисс Хайд, подойдя к ним. – Отпусти его. – Я отвела руки мужа от японца, что не смел даже дышать. – Успокойся.

– Родная, прости. – Он с тревогой посмотрел на меня. – Обещал держать себя в руках, но сорвался.

– Разочаровываешь, Драган. – С грустью ответила я.

– Саяна…

– Не сейчас. Ковач, хватай этого следопыта, едем домой. Спиро, карту памяти забери из фотоаппарата, пожалуйста.

– Жизнь моя, прости, – супруг сжал мою ладонь, когда мы сели в машину.

Я отвернулась к окну. На душе не просто скребли кошки – они там еще и гадили.