Санклиты 5. Карающая длань

Глава 6 Омут

Я вышла из машины и посмотрела вверх. Небо снова куксилось, словно капризный ребенок. От аномальной жары не осталось и следа, противный холодный ветерок залезал под куртку и бесцеремонно обвивал талию, как нахальный ухажер. Район вокруг навевал воспоминания о Подмосковье.

В серое небо тянулись клыки белых высоток с оранжевыми балконами. На газонах перед домами искренне пыталась прижиться трава, но островки пожухлой зелени были почти полностью побеждены проплешинами сухой коричневой земли. Скучающий на ярко раскрашенной детской площадке ребенок меланхолично толкал качели, наполняющие двор тоскливым мерным поскрипыванием.– Спиро, ты с нами не идешь. – Сказала я Мажору, когда тот встал рядом, и пресекла пререкания, видя, что он уже открыл рот, – всерьез полагаешь, что имеешь право спорить? – парень молча отвел глаза.

Мы с Гораном и Нико беспрепятственно вошли в подъезд, воспользовавшись одной из ангельских опций, и поднялись на самый верх. Дверь в квартиру тоже послушно распахнулась, щелкнув замком, стоило мне провести по серому металлу рукой.

Обстановка внутри напоминала спартанскую квартиру Данилы. Диван у окна без штор, десяток вешалок с плащом и блузкой на белой стене, под ними несколько пар обуви, крохотная кухня с мини-столиком со стоящей на нем электроплитой, игрушечной по виду мойкой со скучающей внутри маленькой чашкой, и кубиком холодильника, в который уместится разве что пара яблок, скорее заставляли поверить, что здесь живет хоббит, а не прекрасная девушка.

– Пусто. – Констатировал Нико, глянув в узкий пенал туалета.

– Уж если не везет, то… – пробурчала мисс Хайд, протискиваясь сквозь небольшую дверь на балкон. – То по максимуму. – Закончила я, глядя на труп брюнетки.

Даже в такой момент, мертвая, лежа на полу в неестественной позе, подогнув колени, она была прекрасна. Восковая желтизна не портила красивое лицо. Мне захотелось сесть рядом с ней, словно приоткрытые пухлые губы еще могли что-то сказать.

– Санклит. – Застыв в дверях, озвучил причину смерти Горан.

– Или Михаил. – Возразила я, вспомнив, как Джокер убил Какмаршака.

– Полагаешь, убрал свидетельницу?

– Вряд ли. – Мой взгляд буравил лицо Наблюдательницы. – Зачем тогда забирать все личные вещи? В комнате нет никаких гаджетов. – Я осторожно ощупала тело. – Ты много знаешь людей, которые не носят с собой сотовый? Вот именно. Он… пытался что-то скрыть? – я шагнула к двери.

– Подожди. – Прошелестел женский голос.

– Саяна? – Драган с беспокойством всмотрелся в мои глаза.

Оборачиваясь, я уже знала, что увижу. Зыбкая тень. Волосы колышутся будто в воде. От потрясающей красоты не осталось и следа. Видимо, призракам не дозволено пленять живых.

Минуту она печально смотрела на меня.

– Если хотела что-то сообщить, сейчас самое время. – Сказала мисс Хайд.

Вместо ответа девушка повела рукой, указывая вниз с балкончика. И почему потустороннее всегда использует намеки? Это какое-то правило, которому учат, едва ты переступил порог миров? Я вздохнула, подошла к перилам и, сжав ладонями холодный металл, всмотрелась в небольшой «садик» квартиры на нижнем этаже.

– Нам туда? – спросил Горан, встав рядом.

– Таки да. – Оставив Ковача улаживать формальности, мы спустились на первый этаж.

Бдительная бабулька, вышедшая из квартиры с добродушным лабрадором на поводке, с подозрением глянув на меня, перевела взгляд на моего красавца-санклита и растаяла, припоминая, очевидно, дни давно ушедшей бурной молодости. Но мне было не до этого. Безумно хотелось попасть в тот «садик», на который указал призрак Наблюдательницы. Теперь туда тянуло уже с неимоверной силой.

По счастливому совпадению жильцов дома не оказалось. Мысленно попросив прощения за вторжение, я прошла на балкон и замерла среди многочисленных разнокалиберных кадок с растениями, пытаясь понять, что и где искать. Как и в случае с манускриптами Киллиана, помогли горящие ладони, направившие меня к прямоугольному ящику с кивающими в такт ветерку темно-синими колокольчиками. Между которыми лежал маленький, размером в треть сотового, потрепанный блокнотик.

Я осторожно достала его двумя пальцами и вздрогнула, увидев смерч на обложке. Весьма похож на тот, что был в моем видении в Стамбуле. Стоило о нем вспомнить, как перед глазами вновь встала та картинка.

Небо, покрытое гневными всполохами алого, дышало в лицо адским пеклом. В воздухе завихрялась черная пыль, поблескивая рыжими искорками – каждая из них несла в себе буйство смертоносного пожара. От деревьев остались лишь чахлые прутики стволов, с которых пламя жадно слизывало слой за слоем. Карусель, объятая огнем, натужно скрипела. Огненные гривы коней, что неслись вскачь, развевались на ветру, и это было даже красиво.

– Родная? – стальное кольцо стиснуло талию.

Картинка Апокалипсиса развеялась. Я с опаской, словно изнутри мог кто-то выскочить, открыла блокнот и увидела нелинованные мятые странички, исписанные убористым почерком. Крохотные, как бисеринки, черные буковки жались круглыми бочками друг к другу. Красавица-брюнетка и тут использовала любимый мини-формат. Интересно, почему ее так привлекало все маленькое?

Наверное, ответ уже не узнать, ведь призраки неразговорчивы. Гораздо важнее, что значит информация в блокнотике. На первый взгляд похоже на бред сумасшедшего. Куча сокращений, какие-то графики, цифры столбиком, вычисления, непонятные значки. Может, Наблюдательница машину времени проектировала на досуге? Кто ее знает.

– Опять придется ждать. – Резюмировала я и убрала находку в карман. Всему свое время.

– Домой, родная? – спросил Горан, когда мы сели в машину.

– Нет. К Хранительнице ада.

– И что мы там будем делать?

– Понятия не имею. – Честно призналась я. – Чаю с мышьячком выпьем! Да и в конце концов, госпожа Эвер уже дважды соблаговолила почтить нас визитом. Приехала и навела шухер. По правилам хорошего тона теперь наша очередь!

Предупредив по рации о нагрянувшей в гости госпоже Ангеле со свитой, напрягшаяся охрана пропустила нас на территорию очередного поместья. Не вглядываясь в светло-серый двухэтажный дом с несколькими, подозреваю, подземными ярусами, я вошла внутрь.

И тут же растеряла весь боевой запал. Потому что невозможно было смотреть без улыбки на подпрыгивающую в такт музыке попу женщины, которая мыла пол в вестибюле – по-старинке, руками, и явно с удовольствием. Все испортила Ада. Быстро процокав шпильками к нам, женщина замерла.

– Мама! – она побагровела. – Что ты делаешь?!

– Глаза разуй, – ответила Сара, разогнувшись.

– Прекрати сейчас же! – кидая в нашу сторону многозначительные взгляды, процедила Ада.

– Не шипи на свекровь, стерва! – беззлобно прикрикнула Сара. – Кыш отсюда, я сама развлеку гостей!

Не найдя, что сказать, невестка резко развернулась на каблуках и, едва удержав равновесие на мокром полу, уцокала восвояси.

– Не вижу ничего зазорного в этом занятии. – Боевая бабуля пожала плечами, кинула тряпку в ведро и сняла резиновые перчатки. – Здравствуйте, гости дорогие. Не обращайте на нее внимания, – женщина кивнула в ту сторону, куда ушла Ада. – Она выросла в бедной семье, вот и задирает теперь нос, даму из высшего общества из себя корчит. Мы с сыном звали ее Герцогиней. Он ее любил. Видит бог, до сих пор не знаю, за что.

– Здравствуй, Сара. Я сама любила полы руками мыть. Вот только некогда нынче. – Мисс Хайд усмехнулась. – Особенно, после недавних событий.

– Слыхала. – Хранительница отвела глаза и пошла к большим мозаичным дверям. – Пойдемте чай пить.

– Пойдемте. – Я сделала крюк, чтобы не идти по вымытому, и последовала за ней.

– Эвер сам их делал. – Сара с любовью провела по стеклянным кусочкам двери. Ее голос дрогнул. А мне вспомнился недавний сон с незнакомым мужчиной. – Посмотри с другой стороны. – Женщина пропустила нас в залитую светом комнату.

Я обернулась и ахнула. Древо жизни! Золотой ствол, от него отходят тонкие ответвления, от которых, в свою очередь, змеятся еще более хрупкие ниточки. По бокам – золотые «змейки».

– Ты ведь это уже видела, верно? – спросила Сара.

– Да. – Призналась я, поглаживая дверь.

– Эвер тоже. Оно постоянно ему снилось. С детства. – Тихий голос Хранительницы задрожал. – Древо и женщина с золотыми волосами, которая вернет ему жизнь. – Сара осторожно намотала прядь моих волос на палец. – Он не видел ее лица, лишь повторял, что она очень, очень светлая.

– Можно посмотреть на его фото?

– Эвера? Конечно. – Хранительница подвела меня к столику со множеством растений и указала на портрет на стене. С которого, печально улыбаясь, смотрел мужчина из моего сна. Черты грубые, крупный нос, высокие скулы, большой рот, резкий подбородок и глубоко посаженные глаза. Аврора его точная копия. А госпожа Драган опять не догадалась.

– Он приходил ко мне. – Прошептала я. – Во сне.

– Что он говорил, Саяна?.. – Сара стиснула мои руки. – Расскажи, бога ради!

– Просил не дать уничтожить созданное им. И помог мне кое-что понять.

– Узнаю Эвера! – женщина покачала головой. – Всегда был таким иск… – рыдания стиснули ее горло, и договорить она не смогла.

– Мне жаль, что он так рано ушел. – Я обняла ее. – Не могу даже представить, как больно потерять ребенка!

– Это ад. – ответила Хранительница. – Простой и безжалостный. У Эвера было больное сердце. Наверное, из-за того, что он всегда переживал за весь мир. Но… – она отстранилась. – Я все же не понимаю, как это случилось. Он исправно пил таблетки, никогда не забывал. Это странно. Нам так никто и не смог ничего объяснить. Сказали только, что уровень лекарства в крови был очень низким, что он не принял его.

– Моя кровь могла помочь.

– О, он не считал себя достойным такого вмешательства! – Сара рассмеялась. – Говорил, что если ты Машиах, то… – она махнула рукой. – Сам готов был последние трусы отдать, а принимать помощь не умел. И никогда не жаловался, никогда! Так, хватит! Давайте уже чай пить!

– Сара, где у вас дамская комната? – встав из-за овального стола, за которым мы чаевничали, спросила я пару часов и литров чая спустя.

– Лестница на второй этаж, как выйдешь из комнаты, там прямо по коридору и в конце налево.

– Я с тобой. – Горан тоже поднялся.

– Прости, но туалет – единственное место, куда тебе нельзя со мной. – Съязвила мисс Хайд. – Развлекай хозяйку дома, галантный шельмец!

– Ревнивая! – Сара одобрительно расхохоталась. – Правильно, за таким глаз да глаз нужен!

– Это за ней в четыре глаза следить нужно! – Драган хмыкнул. – Саяна, может…

– Я возьму девчонок, не волнуйся. – Охранницы с готовностью подскочили. Им, похоже, тоже не терпелось избавиться от последствий долгого обильного чаепития.

Мы посетили туалет и вернулись в коридор. Проходя мимо одной из комнат, я заметила знакомую шевелюру. Домовенок. Стоит у окна. Помятый костюм и стоптанные кеды. Да, это его стиль. Оставив девчонок в коридоре, я подошла к нему.

– Привет. Не помешаю?

– Привет. – Не глядя на меня, ответил парень. – Конечно, нет.

Что его так заинтересовало? Я посмотрела в окно и увидела озеро. Огромное «блюдце» изредка покрывалось мурашками – крохотные чешуйки волн быстро пробегали от одного берега к другому, словно ветерок нежно дул на воду.

– Могу смотреть на это часами. – Зачарованно прошептал он.

– Даже так? – озадаченно хмыкнула мисс Хайд. Хотя Азария прав – от озера сложно отвести взгляд. Странно.

– Парни моего возраста должны бегать за девчонками, да? – лохматый Домовенок глянул на меня и обаятельно улыбнулся.

– Ну, или за мальчишками.

– Нет, я не из этих. – Он презрительно скривился.

Меня неприятно царапнуло и вновь вспомнилось, что еще в первую встречу подумалось, что этот непростой чемоданчик даже не с двойным, а с тройным дном.

– Не это хотел сказать, прости, – парень виновато улыбнулся.

И мне бы забыть об этой внезапной вспышке, вот же он – нормальный человек, просто ляпнувший ерунду, не подумав, но избавиться от ощущения, что Азария на мгновение явил свое истинное лицо, не получилось. Сердце тоскливо сжалось. Но горячие руки обхватили талию и беспокойство развеялось.

– Куда ты пропала, родная? – прошептал Горан. – Здравствуй, Азария.

– Добрый день, господин Драган. – Парень отвесил шутливый поклон. – Хотя, если вы здесь, вряд ли добрый. – Усмехнувшись, Домовенок вышел из комнаты. Мы переглянулись.

– Что это было? – потрясенно прошептал хорват.

– Сама в шоке! – нервно усмехнулась мисс Хайд. – Никак не могу раскусить этого паренька. Он каждый раз ставит меня в тупик, а это мало кому удается!

– Пустите меня, отойдите! – донесся из коридора раздраженный, подозрительно знакомый старушечий дребезжащий голос. – Убери руки, сказала! Прочь пошли! – в комнату, расталкивая пытающихся ее остановить Аврору и Сару, влетела разъяренная бабка.

Та самая бабка или прабабка Наринэ, черт ее знает – а черт ее точно знает и боится, которая нарекла меня Маван Хрештак, когда я гонялась за ее внучкой по крышам Петербурга и сиганула в квартиру через окно!

В нос, совсем как в тот раз, ударил запах, характерный для пожилых. Огрев Сару по спине клюкой, карга поперла на меня с решительностью танка. Маленькая, сгорбленная старушенция с горящими глубоко запавшими глазами, гладко зачесанными назад белыми волосами и большущей бородавкой на крючковатом носу серьезной угрозы, конечно, не представляла, но была так похожа на Бабу-Ягу, что по контурам моего тела инстинктивно полыхнуло сияние. И, как оказалось, вовремя, чтобы не дать весьма шустрой бабке вцепиться костлявой рукой с длинными желтыми ногтями в мое лицо. Искорки света словно обожгли ее, заставив отдернуть руку и завыть от боли.

– Махван Херештак! – злобно косясь на меня, прокряхтела она, прижав к груди и баюкая обожженную руку. Мне стало совестно. Дожили, госпожа Ангел воюет со спятившими старухами! – Привечаешь Губительницуууууу? – прошамкала беззубым ртом Баба-Яга, обрушив свой гнев на Сару. – Дьяволицууууу в моем доме потчуешь?! – она замахнулась на женщину клюкой. – Я тебя научу свекровь уважать!!!

– Хватит! – не выдержала мисс Хайд, перехватив палку и вырвав ее из цепких лап бешеной бабки.

– Мерзкое отродье! – прошипела та, отступив на всякий случай за спину невестки, которую секунду назад хотела отходить тростью. – Периииии!

С трудом удержавшись, чтобы не ответить, как в детстве «кто как обзывается, тот так и называется!», я прислушалась к вибриссам – они тоже отошли от шока и заработали в полную силу.

– Постой-ка, – я пристально вгляделась в Аврору. – Так это ей нужны были мои волосы и кровь? Ты отвезла их этой старухе?

– Да! Потому что ты – мать Антихриста! – выплюнула мне в лицо девушка. – Мы провели обряд и узнали правду! Это ты!

– Что?.. – час от часу не легче!

– Есть пророчество в книге пророка Иеремии о том, что он родится в роде Дан!

– И это сюда приплели! – простонал Драган, закатив глаза.

– Потому что ты из этого рода! – крикнула Аврора, с ненавистью глядя на него. – Поэтому ее дед, – она ткнула пальцем в мою сторону, – и убил твоих ублюдков! Не знал? Сколько ночей ты провел, гадая, из-за чего они погибли? А причиной был ты! Только ты был во всем виноват! И в смерти их матери то…

– Заткнись! – рявкнула я, отвесив ей смачную оплеуху и с трудом сдержавшись, чтобы не продолжить.

– Все хорошо, родная. – Побледневший Горан через силу улыбнулся. – Не волнуйся.

– О, волноваться-то ей как раз стоит! – взбесившаяся девчонка останавливаться не собиралась. – Ее отпрыски твоей крови! Она привела в мир зло! Придет время и проявится истинная природа этих тварей!

– Еще одно слово о наших детях, и твой язык полетит в окно! – полыхнула мисс Хайд, сжав ее горло. – Понятия не имею, что за обряды вы там проводили, да мне, собственно, на это плевать, но угрожать нашим с Гораном малышам не позволю! Заруби это себе на носу, мерзавка! – я оттолкнула хрипящую девицу, пытаясь обуздать бьющую через край ярость. Тело колотило как после мощного удара током.

– Любимая, все хорошо. – Горан обнял меня сзади и прижал к себе. – Успокойся, родная.

– Дьяволицаааа! – завопила старуха, сжав кулачки.

– Да заткнись ты уже! – не выдержала Сара.

– Осталось хоть какое-то пророчество, которое вы ко мне не приляпали?! – тихо прошептали мои губы. – Вы все с ума посходили?! Из-за пары строчек в книге? Включите голову! Вы хоть представляете, сколько в мире потомков этого рода Дан?!

– Сотни тысяч. – Добавил Горан. – Даже жена Ангела Смерти, мать первых санклитов, была из этого рода.

– Ты сам из этого рода! И она тоже! Проклятые! – продолжила буйствовать бабка. – Антихрист придеееет! Его родит особая женщина! Несущая зло и пагубуууу! Ты, Махван Херештак! Ты предала святую кровь Авеля, что течет в твоих жилах, когда понесла от санклита! Ибо мерзость они есть перед лицом Господа! Проклято твое чрево, проклятооооо!

– Святую кровь Авеля? – я посмотрела на Сару – единственную, похоже, оставшуюся вменяемой в этой семейке.

– Твой дед был Хранителем. – Тихо пояснила она. – Прямым потомком Авеля. Это и значит святая кровь.

– Господь всемогущий! – потрясенно прошептал хорват.

Теперь понятно, почему мне удалось разговорить Хранителей – святая кровь не может лгать святой крови. Так, об этом будем думать позже. Сейчас гораздо важнее то, о чем вопят вибриссы.

– Это вы направили убийц! – вырвалось из моего рта само по себе. – Чтобы не родился сын из рода Дан!.. Задурили этой чушью голову моего брата! Послали его убивать сестру и племянников!

– Но ты убила его! – не отказала себе в удовольствии Аврора, потирающая красное горло.

– Ошибаешься, это сделал ваш обожаемый Архангел Михаил.

– Не смей порочить имя Архистратига! – рявкнула Баба-Яга, подскочив так, будто ей раскаленную кочергу в задницу засунули. – Нечистивая мерзавкааааа!

– Это театр абсурда какой-то! – я помотала головой и сжала руку мужа. – Все, мы уходим!

– Гууубительницаааа! – неслись мне вслед завывания бабки Наринэ. – Дьяволицаааа!

– Саяна, прости, я не… – Сара догнала нас, когда мы вышли на улицу. – Прости, не могу ничего сделать, я не святой крови.

– Ада тоже!

– Да, но сейчас она номинальная глава Хранителей.

– И творит что хочет.

– Именно. – Женщина взяла меня за руку. – Саяна, если вы не отдадите этого санклита, к вам отправят Стражей. Слышала про МОССАД? Стражи в миллион раз опаснее! Это элитные убийцы Хранителей. Они не…

– Спасибо, – прервала ее мисс Хайд, – что предупредила.

– Прости еще раз.

– До свидания, Сара.

– Домой? – спросил Горан, когда мы вышли на стоянку.

– Дай мне пару минут. Потом поедем. – Я прошла под каменную арку и подошла к Захарии. – Привет.

– Привет. Саяна, мне жаль, что так получилось со Спиро.

– Поверь, мне тоже.

– Но правила есть правила. Если бы я мог тебе помочь…

– Ты можешь. – Мисс Хайд прищурилась, улыбаясь.

– Это не навредит Хранителям?

– Не навредит, клянусь.

– Тогда помогу. Что нужно сделать?

Разговор много времени не занял. Заручившись поддержкой Захарии, я села в машину. И, как ни странно, из всего сегодняшнего безумного дня труднее всего мне оказалось забыть картинку, которую я мельком увидела в окно в разгар скандала с Бабой-Ягой. Азария сидел на корточках у озера и с улыбкой умалишенного макал руку в воду.

Когда мы выезжали через ворота под суровыми взглядами охраны, с нами поравнялся другой автомобиль, въезжающий на территорию поместья. За рулем сидел Давид Гор. Несколько секунд мы с ним смотрели друг другу в глаза.

– Уверены, что вы на правильной стороне, Давид? – тихо спросила я.

Он отвел взгляд. Машины разъехались в разные стороны.

– Как ты, любимая? – Горан вошел в комнату и сел на кровать рядом со мной и детьми.

– Сижу и в очередной раз пытаюсь привыкнуть к мысли, что я Вселенское зло. – Мрачно ответила мисс Хайд. – И теряюсь в догадках, что положено чувствовать, когда тебе говорят, что твой обожаемый малыш – Антихрист?

– Кто бы и кем их не считал, они наши сладкие карапузы. Мы есть друг у друга – это самое важное. – Он погладил детей по голым ножкам. Саян, наш маленький здоровячок, поднатужился, громко пукнул и довольно заулыбался. Горана захихикала.

– Чувствую тлетворное влияние дяди Сени! – я не выдержала, рассмеялась и взяла сына на руки. – Ты моя маленькая вонючка, но никак не Антихрист!