Глава 22


Я позорно пропустил вражескую атаку, хотя кичился своей Внимательностью до этого момента. Даже с учётом штрафов эта характеристика была у меня выше, чем изначально, до становления Игроком. И всё равно я не замечал опасность, пока от моего магического щита не отлетели две стрелы, выпущенные в левый бок и в грудь из окружающих кустов.

На движение впереди я ударил силовой волной, сметая по фронту кустарник вместе с дёрном и врагами.

Слева вновь прилетела стрела, безобидно скользнув по телу, отражённая амулетом, а потом с криком на меня бросился человек, замаскированный пучками травы и веток, вставленными в одежду по всему телу. Лицо измазано коричнево-зелёной субстанцией, то ли, соком растений, то ли, специальной краской. В руках у врага было короткое копье со странным наконечником.

Между нами было меньше тридцати метров и это вполне умеренная дистанция в лесу, чтобы атаковать из лука или метнуть копьё, но никак не для рукопашной атаки.

Хоп - накаркал. Противник на ходу очень точно метнул копьё, от которого я с трудом увернулся. И тут же в его руке оказался маленький топорик с узким лезвием.

Когда между нами было меньше десяти метров, я встретил его ударом невидимого кулака из боевого амулета в грудь. Заклинание не смертельное, всего лишь сбивает с ног или оглушает при удачном попадании. При очень удачном может свернуть шею.

Неизвестный разогнался так, что несильный толчок из него едва насмерть не выбил дух. Половина маскировки и топорик полетели в разные стороны, а сам человек перелетел через голову и шумно упал на мягкую лесную подстилку.

Всё?

Я на несколько секунд замер, вслушиваясь в окружающий мир.

Никто нападать не спешил, проклятий и ругательств не слышно, чужих команд так же. Только едва слышно хрипло дышал сбитый незнакомец и с трудом ворочался на земле.

- Стоять! - прикрикнул я, когда увидел, что он схватился за рукоять ножа из оленьего рога в кожаных ножнах на поясе. - Стоп, урод!

Непотливого клиента пришлось угостить пинком под рёбра, а потом связать остатками лески запястья и щиколотки. Скрутив первого, я пошёл смотреть позицию второго стрелка.

А там всё было очень плохо. Заклинание отбросило лучника на несколько метров назад, переломав ему кости и под конец насадив животом на обломанный высушенный корень крупного выворотня. К моменту, когда я подошёл к нему, человек не шевелился. Проверять степень его самочувствия я не стал, и так видно, что он мёртв или вот-вот отправится в поля вечной охоты.

Когда вернулся к первому, тот успел более-менее оклематься и пытался освободиться от лески. Безрезультатно, только зря в кровь изрезал себе кожу.

Пнув его ещё раз, чтобы вёл себя смирно, я занялся осмотром его вещей и одежды.

Все трофеи оказались крайне примитивными - медь или бронза, кость и обработанный камень. Например, наконечники на стрелах почти все были каменными из пластинок кремня с очень острыми краями, лишь три стрелы имели широкие наконечники из оловянной бронзы, о чём сообщил мне блокнот. Лук немногим лучше сложных поделок, на которые горазды подростки в моём мире. То есть, простая палка около метра в длину с тетивой, сплетенной из жил какого-то крупного животного. Нож был бронзовым, толстым и тяжёлым. Топорик из чистой меди - толщиной два сантиметра и шириной примерно пять. Устройство его было необычным: проушина была изготовлена в виде обода, как на садовой лопатке и рукоятка сделана из палки-рогатки, один конец которой выполнял роль ручки, а второй, короткий, вставлялся в обод и перевязывался кожаными шнурками.

За спиной висел простейший мешок, рядом с которым "сидор" покажется последним писком модельеров. Внутри находилась фляга из кожи с деревянной притирающейся пробкой, несколько полосок очень твёрдого вяленого мяса, мешочек из кожи с сухим мхом, кремневое огниво, трут из всё того же мха, ещё один бронзовый ножик, совсем маленький, с лезвием с мой мизинец и рукоятью из отростка лосиного рога чуть толще и длиннее указательного пальца. Лопатка из широкой части лосиного рога с короткой деревянной рукоятью и заточенными краями.

Одежда пленника преимущественно состояла из тонкой кожи и замши. Вместо сапог, ботинок или даже простых лаптей лучник носил какие-то чулки из очень толстой кожи.

Самый главный сюрприз меня ждал, когда я решил рассмотреть рожу противника и плеснул на неё воды из трофейной фляги, после чего обтёр пучком листьев.

- Эльф?! - поразился я.

Мой пленник оказался представителем этого лесного племени. Молодой, но тут можно и ошибиться, так как ушастики чем-то похожи на некоторых азиатов с Земли, которым одинаково можно дать и тридцать лет, и пятьдесят. Этот выглядел моим ровесником, но вполне мог уже разменять полвека.

Не поленившись, я вернулся к трупу и убедился, что тот так же имеет чуть удлиненные и заостренные уши и примерно такой же возраст, что и его товарищ.

- Ты меня понимаешь? - я опустился на корточки перед связанным эльфом. - Не криви рожу, знаю, что понимаешь. Вы первыми напали на меня, хотели убить, я ответил тем же и победил, так как сильнее и лучше подготовлен, это ясно?

Эльф продолжал сверлить меня ненавидящим взглядом, не пытаясь ответить.

- Вы попытались взять мою кровь, а я взял вашу, поэтому в расчёте. В следующий раз тебе может улыбнуться удача, и погибну уже я, это в твоём праве - отомстить. Но для этого тебе нужно выжить, тебе это ясно эльф? Хочу договориться: ты выводишь меня к человеческому жилью, а я тебя отпускаю.

И опять меня тот проигнорировал.

- Есть другой вариант, - уже гораздо злее произнёс я. - Прикончу тебя и брошу здесь, будете гнить на пару со своим товарищем.

И тут он хрипло произнёс:

- Дай мне его похоронить.

- Что? Похоронить? Да пожалуйста, только учти, что сбежать не дам, - ответил я ему.

Я освободил ему ноги от тугих пут и заново перевязал длинным ремнём, который срезал с его мешка. Только потом освободил руки. Дальнейшие полчаса прошли в неспешном осмотре окружающих деревьев. Эльф ковылял к одному из лесных гигантов, касался ствола ладонями и некоторое время изображал столб, после чего шёл к следующему. Свой выбор сделал на дереве с гладкой блестящей тёмно-коричневой корой, с листвой, очень сильно похожей на дубовую, но больше почти в три раза.

Здесь он остановился и сообщил:

- Нужно похоронить моего брата в этом месте.

- Хорони, - пожал я плечами, - только быстро. Если необходимы особые ритуалы, вроде пения ночного кузнечика в безлунную ночь, то я просто перережу тебя горло и пойду искать дорогу самостоятельно.

Тот зло посмотрел на меня, но ничего не ответил. Без моей помощи перенёс к выбранному дерево труп, раздел его и без сожаления выбросив рваную окровавленную одежду прочь, потом стал лопаткой из рога копать землю под стволом дерева. При этом срубал только мелкие корешки, те, что были тоньше карандаша, остальные осторожно освобождал от земли и сдвигал в сторону, или подкапывался под них.

- Быстрее, эльф! - поторопил я его спустя полтора часа, когда он углубился всего лишь ниже колена. - Быстрее!

Когда яма была отрыта до середины бедра, эльф выбрался из неё и стал обрывать листву с деревьев и кустов. Всё это он укладывал на дно могилы, потом, когда там оказался труп его товарища, засыпал листвой его, а сверху набросал землю, которую тщательно умял.

- Теперь я могу отвести тебя к людям, - сообщил эльф, когда закончил с похоронами. - Пошли.

- Не торопись.

Стреноженный пленник будет плестись слишком медленно, постоянно заплетаясь и цепляясь верёвкой за траву, поваленные деревья, сучья. Поэтому я освободил его ноги, а для своей безопасности пристроил ему на плечо полутораметровую жердь, привязав к ней шею и вытянутые вперёд руки эльфа. С такой невольничьей колодкой, точнее грубым аналогом, в лесу можно свободно передвигаться, но не удрать.

Ох, и наградил же он меня нехорошим взглядом, когда я закончил его связывать. Будь лучник магом, то сейчас безо всяких чар, одной сырой силой и неистовым желанием мог испепелить меня.

- Вперёд! - скомандовал я. - И не тяни время, эльф. Я тороплюсь покинуть эти леса. Думаю, ты так же желаешь поскорее получить свободу.

Тронулись в путь уже в потёмках. Если пленник рассчитывал удрать, то зря, что я ему и показал, включив фонарик на максимальную мощность и словно случайно мазнув лучом ему по глазам. Он потом несколько секунд стоял, как громом оглушенный, напоминая в тот момент зайца, попавшего под свет фар автомобиля. Думаю, такой демонстрации будет достаточно, чтобы у него сложилось мнение про море света, которое я могу вызвать по своему желанию.

К слову, вся моя жестокость была вынужденной. Без мыслей голове, как мне сделать пакость, будет легче и ему, и мне. Лучше так, чем он попробует убить меня и в итоге мне придётся взять очередной грех на душу.

Эльф шёл впереди, я за ним в нескольких шагах и каждые полчаса незаметно для пленного смотрел на компас и часы. И вот что я заметил: первые полтора часа мы шли резко на север, а потом мой проводник стал забирать на восток по плавной дуге, а через час наш маршрут изменился на девяносто градусов от изначального. Странно? Ещё как.

- Эльф, - окликнул я спутника, - я не узнаю этих мест, совсем не узнаю. Разве к людям так идти? Надеюсь, ты не хочешь меня обмануть и привести в ловушку?

- Если ты знаешь путь, то зачем тебе я? - остановился он и повернулся ко мне лицом.

- С тобой быстрее, сам бы я плутал и плутал. Но это не отменяет того факта, что местность не та, что мне нужна.

- Между нами и границей Леса, - он так и сказал - Леса, с большой буквы, - лежит заболоченная река, она длинным языком выдаётся из болота. Если тебе хочется перебираться по холодной грязи, теряя силы и время, то мы можем свернуть туда. Я же веду в обход, по сухому пути, безопасному и почти ровному.

- Ровному, как же, - саркастически ответил я, вспомнив, сколько раз чуть не падал в невидимые в темноте ямы и запинался о пни. - Ладно, веди дальше, я тебе верю.

Ещё через час он вновь повернул на север и вел так до того момента, пока на небе не забрезжила серая полоска рассвета, после этого вновь стал забирать восточнее.

Что ж, суду всё ясно. Я изначально был уверен, что пленник решит меня надурить и завести если не к заставе своих соплеменников, то в некую пограничную засеку, полную ловушек и секретов-постов. Лично я бы так и поступил, чтобы отомстить за смерть родича. Все мои слова были эдаким тестом, проверкой и индикатором, позволив выявить важное - люди живут на севере, эльфы на востоке.

- Эльф! - окликнул я проводника. - Привал, нужно дать отдых ногам.

- Уже немного осталось, часа через три ты увидишь просеки, которые твои соплеменники вырубили в Лесу. Там мы расстанемся- до людского поселения останется около четырёх часов пешего хода, - сообщил он, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. - Я хочу быстрее выполнить...

Что он там собирался - для меня осталось тайной, так как в следующую секунду я пустил ему в лицо щедрую струю газа из баллончика. Тот, словно, хрюкнул, подпрыгнул на месте и повалился на землю без чувств. Когда ткнулся концом палки-колодки в землю, я запоздало испугался, что так он себе сейчас шею сломает. Но обошлось.

- Не соврал полицейский, срубает с ног с одного применения, - произнёс я вслух, комментируя действия спецгаза.

Оставив связанного (я ему и ноги заодно скрутил кожаным ремнём) эльфа за спиной и вернув ему костяную лопатку, чтобы он мог её острой кромкой перепилить путы, я трусцой направился на север. Было обидно, что так сильно срезаны мои характеристики, с прежними показателями я мог неспешно бежать, проглатывая километр за километром и не чувствуя усталости.

Всё дальше и дальше убегал от точки, где расстался с пленником.

Первая мысль была вернуться на несколько часов назад по своим следам, а оттуда бежать на север, таким образом попытаться ввести в заблуждение преследователей, если таковые будут. Практически любой решил бы, что я сделаю так, как поступаю сейчас - не петляя иду к людям. Увы, если местные эльфы хотя бы на треть такие же следопыты, как те, что проживают в лесах на Ардане, то мой финт быстро вычислят, и я лишь потеряю время. Так что, остаётся мне одно - бежать по прямой, как можно скорее оказаться на условно-безопасной и дружеской территории. Ну, по крайней мере, с людьми у меня штраф на Харизму сравнительно небольшой, а данная характеристика у меня раскачена сильно, должно хватить на местных соплеменников.

Однажды посмотрел старый фильм про учения в армии. Масштабные, с привлечением нескольких родов войск, целых дивизий и на огромной территории. Так там главный герой при беге напевал песенку про Винни Пуха, который очень хорошо живёт на свете. Вроде бы такой способ помогает сосредоточиться, словно, вгоняет в транс, который помогает беречь силы. В общем, я решил повторить и проверить этот постулат на себе.

"Хорошо живёт на свете Винни пух... от того поёт он эту песню вслух", - мысленно устроил я музыкальное выступление. - Хорошо живёт на свете... Винни пух, от того поёт он... эту песню вслух".

И опять, снова гонял эти незамысловатые строчки у себя в голове. И, о чудо, это помогало.

К полудню я стал замечать, как окружающий лес стал редеть, всё больше попадалось пней, дважды натыкался на огромные поляны, заросшие высокой травой и с чёрной от не прогоревших угольков землёй. Когда-то тут бушевал немаленький пожар и, судя по совсем крошечным молодым побегам деревьев, это произошло год или два назад.

Ещё немного... ещё чуть-чуть...", - сменил я репертуар на практически классику, когда оказался в светлом, похожем на парк смешанном лесу. Всего несколько мест здесь были густо заросшие высокими кустарникоподобными тонкими деревьями, похожими на земную лещину. И я старался держаться рядом с ними, чтобы в случае чего спрятаться в зарослях...

И вдруг из сплетений веток и тонких стволов вылетело нечто огромное, вытянутое, покрытое шипами по всему телу.

Сильнейший удар отбросил меня в сторону, я кубарем пролетел несколько метров, мало что понимая, настолько атака оказалась неожиданной. Миг спустя земля подо мной разошлась, и я рухнул с трёхметровой высоты на частокол заточенных и обожженных кольев, которые чья-то умелая рука вбила в дно волчьей ямы.

- Млин!

Амулет спас и от этой угрозы, хотя телу досталось изрядно: сила столкновения с кольями была такова, что два из них с громким треском переломились, ещё один вывернулся из влажной земли, а мои рёбра захрустели с не меньшим шумом от столкновения с ними.

Пока приходил в чувство и ждал, когда эликсир исцеления подействует, обдумал хорошенько случившееся. Кто специально расчистил лес, оставив несколько пятачков зарослей, где навострил ловушки и окружил волчьими ямами. Любой, кто не хочет быть замеченным, на одних инстинктах станет прижиматься к кустам, чтобы спрятаться в них. И вот тут таких гостей будет ждать бревно с шипами, то самое, что сшибло меня с ног. А ловкачей, которые смогут увернуться или товарищей несчастного, что отскочат в сторону от качающегося смертоносного снаряда, будут ждать колья в ямах, ровно в тех местах, где каждый или почти каждый решит, что там-то он будет в безопасности от ловушек.

Конечно, такая система сработает лишь раз, уцелевшие после первых потерь станут держаться на стороже. Впрочем, скорость их снизиться, а раненые, если такие будут, уменьшат её ещё больше. К тому же, можно всю опушку превратить в настоящее минное поле - волчьи ямы, вьетнамские лунки, капканы и петли. И десятки других смертельных сюрпризов этого мира, про которые я даже не подозреваю.

Для того чтобы выбраться, мне пришлось разрушить край ямы сильными заклинаниями из боевого амулета, создав себе импровизированный пандус.

Попав в ловушки, которые могли меня убить не имей при себе защитный амулет, я дальше двигался медленным шагом, перестав забивать мозг глупым рифмоплётством. Да, такой способ помогает поддерживать темп бега, но при этом наблюдательность сильно падает.

Самые подозрительные места я проверял длинной палкой, и не зря - нашёл ещё три больших ямы, в которых можно взрослого слона похоронить, а те колья, что были в дно вбиты, могли служить для этого лопоухого великана вертелами. Явно не на людей эти ловушки насторожены. Но тогда возникает интересный вопрос - на кого?!


Загрузка...