ГЛАВА 16

В первый же день после убийства Сейилл Халисстра начала думать, не лучше ли ей было пойти со жрицами Эйлистри и притвориться, что готова сменить веру. Такая стратегия вряд ли помогла бы ей вернуться к товарищам, зато она означала бы, что у нее будет крыша над головой, еда и, при удачном стечении обстоятельств, возможность вернуть свое снаряжение, вместо того чтобы бесконечно скитаться по замерзающим лесам. С приближением рассвета она не нашла лучшего укрытия, чем маленькая сырая ложбина в окружении валунов высотой с дроу и обнаженных деревьев. Дрожа, она стряхнула с плеча похищенный рюкзак и старательно обшарила его в тщетной надежде на то, что пропустила какую-нибудь важную вещь или крошку еды.

Сейилл и ее приспешницы не собирались задерживаться в этих диких местах дольше, чем на несколько часов. Они захватили с собой припасов не больше, чем взяла бы Халисстра, вздумай она отправиться в хорошо известную ей пещеру в миле-другой от Чед Насада. И уж конечно, они не подбирали свое снаряжение так, чтобы их пленнице было удобнее бежать.

С арбалетом, позаимствованным у Ксарры, и песнями баэ'квешел она имела все шансы подстрелить любую дичь, которая повстречается ей, но за часы и часы блуждания по лесу она не видела ничего крупнее птицы.

Даже если бы ей удалось подстрелить что-нибудь на обед, у нее не было бы возможности приготовить это, и Халисстра начала уже подозревать, что сам лес ополчился против нее.

Она не сомневалась, что смогла держать курс на запад после побега от еретичек. Если Сейилл не солгала, говоря, что они недалеко от того места, где Халисстру взяли в плен, то жрица Меларн находилась не более чем в одной-двух ночах пути от небольшой речушки, которую описывал Фарон во время сеанса ясновидения. Если река течет с юга на север где-то впереди, то, пожалуй, трудно промахнуться мимо нее, если продолжать двигаться на запад.

Халисстра старалась следить за тем, чтобы солнце и луна садились впереди и чуть левее, поскольку в это время года они сместились к югу — или это она так решила, наблюдая все эти дни, как Вейлас определяет путь среди деревьев. Конечно, она не сможет определить, поворачивать ли вверх или вниз по течению, когда доберется до реки Фарона, поскольку не может быть уверена, что вышла к ней точно в том месте, которое видел маг. Если уж на то пошло, она даже не может быть до конца уверена, что вообще нашла именно ту реку. За полтора дня она уже пересекла с дюжину мелких ручейков, и если ей и казалось, что их едва ли можно было назвать рекой, то ведь она просто слишком неопытна в наземном мире, чтобы судить наверняка.

— Конечно, все это при условии, что я не хожу все это время кругами, — проворчала Халисстра.

Возможно, самое разумное, что она может сделать, — отказаться от поисков Джэлр и выбираться из леса кратчайшим путем, который она сумеет найти. Раньше или позже она, наверное, снова отыщет обитаемые места и выпросит, одолжит или украдет еду и все остальное — или зачарует песнью проводника, который сможет привести ее к Джэлр.

Халисстра закрыла глаза, пытаясь мысленно представить себе Кормантор и земли вокруг него. Она знала, что находится в восточной части леса, — так, может, лучше всего идти на восток, навстречу восходу солнца? Насколько она помнит географию, в этой части леса нет обитаемых мест, за исключением поселения людей Харроудейл. Или лучше повернуть на юг? В том направлении лежит несколько долин, так что здесь ее шансы добраться до цивилизации выглядят предпочтительнее, даже если это означает, что ей придется дольше тащиться, чтобы выбраться из леса. Север она отмела сразу, поскольку была совершенно уверена, что в той стороне находится Элвентри. Куда бы она ни пошла, она будет удаляться от Джэлр и своей священной миссии, по крайней мере, на время.

— Все было бы проще, согласись богиня ответить на мои мольбы, — пробормотала она.

Когда до нее дошло, что она сказала, она быстро оглянулась и закрыла рот ладонью. Ллос не любила жалобщиц.

Она провела весь холодный, сырой, отвратительный день, съежившись среди скал в своем крохотном убежище, то погружаясь в Дремление, то выходя из него. Не раз она пожалела, что у нее не хватило ума приказать Фелиани проводить ее к Джэлр, или, по крайней мере, отдать ей плащ и рюкзак, прежде чем в панике бежать прочь. Разведчики лорда Дэссаэра, конечно, уже идут по ее следу, и они не проявят милосердия, попадись она снова им в руки. Несмотря на это, Халисстре уже начинало казаться, что быстрая смерть от рук наземных эльфов, возможно, была бы предпочтительнее долгого и одинокого умирания от голода в бескрайнем лесу.

В сумерках она поднялась, собрала свои пожитки и выбралась из укрытия. Она стояла посреди леса, смотря поочередно то на предполагаемый запад, то на юг, то снова на запад. На юге было больше шансов отыскать поселение людей или наземных эльфов, но она не могла заставить себя отказаться от надежды встретиться с товарищами. Лучше попробовать сделать еще один переход на запад, и если до рассвета она так и не отыщет реку Фарона, то подумает о том, не отказаться ли от усилий.

— Значит, на запад, — сказала она себе.

Халисстра шла пару часов, стараясь, чтобы луна находилась слева от нее, хотя она скорее чувствовала, чем видела ее. Ночь была холодной, над головой скользили тонкие рваные облака, подгоняемые свирепыми порывами ветра, не проникавшего под полог деревьев. Лес стоял застывший и тихий, наверно, по меркам наземных жителей, он казался погруженным во мрак, но, на взгляд Халисстры, рассеянный лунный свет заливал его, подобно сверкающему серебристому морю. Она остановилась, разглядывая небо и пытаясь определить, не слишком ли позволила движению луны влиять на ее курс, когда вдруг расслышала звук текущей воды.

— Неужели она? — выдохнула Халисстра.

Речка оказалась достаточно большой, и она была примерно там, где жрица и рассчитывала найти ее — в полутора переходах от места, где ее поймали. Халисстра опустилась на землю и уставилась на быстрый поток, размышляя. Если она выберет неверное направление, то забредет вслед за рекой в какую-нибудь пустынную и необитаемую часть леса и погибнет в одиночестве от голода и стужи. С другой стороны, перспективы у нее не самые радужные, независимо от того, что она сделает. Халисстра фыркнула и свернула по берегу налево. Что она теряет?

Она сумела пройти милю-другую, прежде чем ночная прогулка и свежий воздух разожгли ее аппетит настолько, что она не могла больше вытерпеть мук голода и решила остановиться и перекусить тем, что у нее еще оставалось. Халисстра скинула с плеча рюкзак и начала оглядываться, когда в воздухе раздался вдруг странный стрекочущий звук. Халисстра, не раздумывая, бросилась ничком на землю — этот звук она знала слишком хорошо.

В ее сторону просвистели две небольшие арбалетные стрелы, одна вонзилась в ствол ближайшего дерева, другая отскочила от рукава кольчуги. Халисстра перекатилась за дерево и быстро запела заклинание невидимости, надеясь помешать своим преследователям целиться, когда взгляд ее случайно упал на стрелу. Она была маленькая и черная, с красным оперением: стрела от арбалета дроу.

Несколько скрывающихся в чаще врагов передвинулись ближе, об их присутствии свидетельствовали лишь случайный шорох листьев под ногами да тихое сигнальное пересвистывание. Халисстра осторожно поднялась, все еще прячась за деревом.

— Не стреляйте, — тихо окликнула она. — Я убила жриц Эйлистри, у которых было это оружие. Я служу Паучьей Королеве.

В ее голосе слышались отзвуки песни баэ'квешел, и это придавало ее словам особую искренность.

Несколько дроу подобрались поближе, неслышно ступая среди подлеска. Халисстра уже могла видеть их, вороватого вида мужчин в зеленом и черном, крадущихся по залитому лунным светом лесу, подобно пантерам. Незнакомцы вглядывались во тьму, выискивая жрицу, но заклинание надежно скрывало ее от них.

Халисстра положила ладонь на рукоять меча Сейилл и немного передвинулась, изготовив щит на случай, если они найдут способ справиться с ее невидимостью.

Один из дроу, стоящий прямо перед ней, помедлил мгновение и отозвался:

— Мы искали тебя.

— Искали меня? — переспросила Халисстра. — Ну а я ищу встречи с Тзириком. Вы можете отвести меня к нему?

Воины Джэлр остановились. Они быстро задвигали пальцами, переговариваясь друг с другом. Через некоторое время тот из них, что обратился к ней, выпрямился и опустил арбалет.

— Твоя компания любителей пауков заявилась в крепость Минауф три дня назад, — сказал он. — Ты отстала от них?

Надеясь, что Квентл и остальные не совершили ничего, чтобы сделать Джэлр своими врагами, Халисстра решила говорить честно.

— Да, — сказала она.

— Что ж, отлично, — ответил чужак. — Верховный жрец Тзирик приказал нам найти тебя, так что мы вернем тебя к остальным. Ну а что будет с тобой дальше — ему решать.

Халисстра позволила невидимости рассеяться и кивнула. Дроу Джэлр окружили ее и быстрым шагом направились вдоль реки на юг. Она, может, и не представляла, где находится, но Джэлр, похоже, знали эти леса неплохо. Меньше чем через час они вышли к разрушенной крепости, белые стены которой сияли в лунном свете. От реки до крепости было рукой подать.

«Я правильно выбрала направление», — с некоторым изумлением отметила Халисстра.

Похоже, она шла верно на протяжении двух ночей и отклонилась лишь на пару миль вправо. Жрица Меларн представила, что было бы, пересеки она реку и пойди дальше. Ее пробрал озноб.

Разведчики Джэлр провели Халисстру в разрушенную крепость, мимо бдительной стражи, притаившейся в укромных местах и со всех сторон следившей за лесом. Жрица обнаружила, что сооружение отремонтировано куда лучше, чем казалось снаружи. Ее провожатые отвели ее в скромный зал, единственным украшением которого были большой камин и целый набор охотничьих трофеев, преимущественно наземных существ, не знакомых Халисстре. Она долго ждала, голод и жажда мучили ее все сильнее, но, наконец, появился низенький, крепко сложенный мужчина средних лет. Лицо его покрывал черный церемониальный покров.

— Как мне везет, — произнес он глубоким голосом. — Второй раз за три дня слуги Паучьей Королевы заявляются в мой дом и спрашивают меня по имени. Я начинаю гадать, уж не хочет ли Ллос, чтобы я пересмотрел свою преданность Господину В Маске.

— Вы Тзирик? — спросила Халисстра.

— Он самый, — ответил жрец, складывая руки на груди и разглядывая ее. — А вы, должно быть, Халисстра?

— Я Халисстра Меларн, Первая Дочь Дома Меларн, Второго Дома Чед Насада. Я полагаю, что мои спутники уже здесь.

— Да, конечно, — подтвердил Тзирик. Он холодно улыбнулся. — Однако по порядку. Я вижу у вас оружие жриц Эйлистри. Где вы его взяли?

— Как я уже сказала вашим воинам, пять дней назад на некотором расстоянии отсюда на мой отряд напали наземные эльфы. Мои спутники спаслись, но меня взяли в плен и доставили в место под названием Элвентри. Там ко мне в камеру пришла женщина, назвавшая себя Сейилл Озковин, и попыталась обратить меня на путь Эйлистри.

— Весьма глупая затея, — заметил Тзирик. — Продолжайте, пожалуйста.

— Я позволила ей поверить, что меня можно склонить к этому, — сказала Халисстра. — Она предложила взять меня с собой на церемонию, которая должна была состояться две ночи назад в лесу. Я воспользовалась возможностью бежать, когда мы шли на эту самую церемонию.

Жрица Меларн взглянула на кольчугу и оружие, бывшие на ней. Наивность женщины все еще поражала Халисстру. Сейилл казалась неглупой дроу, нет, как ни напрягай воображение, и все же она фатально ошиблась в Халисстре.

— Так или иначе, — закончила она, — я позволила себе позаимствовать у Сейилл кое-какие вещи, которые ей больше не понадобятся, поскольку добрые люди из Элвентри отобрали мои собственные оружие и доспех.

— И теперь вы хотели бы воссоединиться со своими товарищами?

— Да, при условии, что они не мертвы и не в тюрьме, — ответила она.

— Ничего подобного, — заверил жрец. — Они просили меня оказать им необычную услугу, так что я подумал, что они могли бы кое-что сделать для меня в обмен на потраченное мною время и труды. Если они преуспеют в этом, то должны вернуться через день-другой. Вопрос в том, будете ли вы здесь, чтобы приветствовать их?

Халисстра прищурилась и промолчала. Верховный жрец подошел к камину и взял со стоящей рядом подставки кочергу. Он подправил потрескивающие дрова.

— Ваши товарищи, бросившие вас в плену среди наземного народа, рассказали мне весьма необычную историю, — сказал жрец. — Без сомнения, вы спрашиваете сейчас себя: откуда мне знать, что они наговорили Тзирику? Конечно, знать этого вы не можете, поэтому самым разумным было бы рассказать мне все.

— Мои спутники могут не одобрить этого, когда вернутся, — возразила Халисстра.

— Ваши спутники никогда даже не узнают, что вы были здесь, если вы не сумеете удовлетворить моего любопытства, госпожа Меларн, — заметил Тзирик. Он отложил кочергу и опустился в кресло перед камином. — Итак, почему бы вам не начать с начала?


Рилд затаился в плотном облаке смертоносного едкого тумана и изо всех сил старался не дышать, хотя уже задыхался без воздуха. Все его тело жгло, словно жидким огнем, а там, где эбеновая кожа была обнажена, уже вздувались отвратительные волдыри. Оставаться там, где он находился, означало не что иное, как медленную мучительную смерть, но ядовитые испарения цепко держали его, будто мягкие белые руки, сковывая каждое движение. Проклятый бихолдер прятался где-то здесь, но вот где?

Сверкающая молния озарила белесую мглу, в тумане вспыхнуло множество потрескивающих радуг. Рилд метнулся в сторону и медленно опустился на пол, поддерживаемый объятиями тумана. От могучего громового раската содрогнулись камни и лязгнули зубы Мастера Оружия.

— Фарон! — выкрикнул он. — Где этот чертов…

Он тут же пожалел, что заговорил, поскольку его нос и горло обожгло горячими иглами боли.

— У Восточной Стены! — отозвался маг откуда-то издалека.

Мастер Магика тут же принялся за другое заклинание, поспешно выкрикивая слова, пытаясь закончить его как можно быстрее. Тем временем маг-бихолдер тоже затянул свою ужасную песнь, бормоча непостижимые слова полудюжины заклинаний разом. Снова полыхнула молния, за которой последовали завывание и визг магических снарядов, устремившихся к цели, и возгласы, вопли и проклятия дроу.

Рилд, наконец, долетел до пола и стукнулся о скругленную каменную стену — единственный ориентир, который он мог отыскать в этом кошмарном тумане. Не раздумывая, он как можно быстрее пополз вперед, надеясь выбраться из этой едкой мглы, пока она не сожгла ему все лицо.

«Боги, что за гадость?!» — думал он, кромсая и протыкая толстые щупальца тумана Дровоколом.

Бихолдер ожидал, что для того, чтобы подняться к верхушке башни, они прибегнут к магии, и обрушился на отряд всеми своими заклинаниями.

— Дьяволы поднимаются за нами следом! — прокричал откуда-то из-за жгучего тумана Джезз. — Быстрее кончайте с ним, надо забирать то, за чем пришли, и сматываться!

«Кончайте с ним быстрее, — с гримасой подумал Рилд. — Отличная мысль!»

Он подался вперед и вдруг понял, что вырвался из липкой смертоносной пелены. Рядом с ним никого не было, хотя он слышал, как позади барахтаются в тумане его спутники.

— Проклятие! — пробормотал он.

Теперь, когда не мешал магический туман, стало ясно, что весь этот ярус башни некогда занимали великолепные апартаменты. Толстый красный слой пыли на полу был прежде роскошным ковром, оранжевые и золотые изразцы, покрывающие стены, создавали впечатление наземного леса в пору, когда его обычно зеленые листья становятся красными, оранжевыми и желтыми. Рилд закашлялся, глаза у него слезились от ядовитых испарений. Очевидно, он через арку выбрался в другое помещение, но на дальней стороне комнаты имелся еще один выход.

— Где это я, во имя всех проклятых Кругов?

У него над головой кто-то завизжал от ярости, и комната позади арки озарилась магическим огнем. Рилд вскинул меч и кинулся туда, прямиком в гущу жестокой схватки.

Данифай и Джезз сражались с парой тощих, покрытых чешуей дьяволов без малого десяти футов ростом, ужасных тварей с огромными крыльями. Оружием им служили бичи, рассекающие плоть, словно бритва, и хвосты с шипами, сочащимися зеленоватым ядом. Несколько дьяволов поменьше шипели и бесновались позади тех двоих, что уже проникли в комнату, напирая и выжидая возможность тоже вступить в драку.

— Дьяволы наступают! — прокричал Джезз.

В одной руке Джэлр держал кривой нож, в другой дрожало и колыхалось смертоносное белое магическое пламя. Один из больших дьяволов прыгнул на Джезза и хлестнул стальной цепью, сбив наземного дроу с ног. Тварь склонилась над оглушенным Джэлром и потянулась к его горлу.

Рилд метнулся вперед, сделал обманный замах, заставляя дьявола вскинуть оружие, чтобы прикрыть лицо, и нырнул вниз, рубанув врага по колену. Огромная тварь взревела от боли и повалилась, неуклюже хлопая крыльями. Из страшной раны струей била черная кровь. Рилд подскочил вплотную и развернул Дровокол, чтобы прикончить монстра на земле, но тот отчаянно отбивался когтями, щелкал зубами и так быстро хлестал шиповатым хвостом, что только прочность сработанного дворфами нагрудника спасла Рилда от участи быть насаженным на ядовитый шип раненого дьявола.

Рилд яростно отбивался, сражаясь за свою жизнь, в то время как другие дьяволы — горстка существ размером с человека, вооруженных похожими на ножи шипами, торчащими из их чешуйчатых тел, — подбирались все ближе, их клыкастые рожи были перекошены от злобного ликования.

— Темные эльфы нам к обеду! — злорадствовали они. — Сердца дроу — лакомый кусок!

— Надо выбираться отсюда! — прокричала Данифай. — Нам с ними не справиться!

Она ловко и сильно взмахнула моргенштерном, отбиваясь от другого большого дьявола и пары тех, что поменьше, пытавшихся обойти ее с флангов.

— Некуда! — бросил Рилд. — Сзади бихолдер!

Он ощущал, как в комнате позади них носятся в воздухе ужасные заклинания, слышал раскаты грома, чувствовал обжигающее стужей дыхание убийственной магии, от которого у него по телу бежали мурашки.

«Плохо дело, — подумал он. — Мы разделены и вынуждены драться с двумя опасными врагами».

Надо объединиться и сосредоточиться на одном или другом противнике или всем вместе покинуть поле боя и повторить попытку позже. Конечно, при условии, что обитатели Миф Драннора вообще позволят им уйти. Более чем вероятно, что все они погибнут здесь, окруженные и побежденные бесчисленными ордами кровожадных демонов. Квентл и Вейлас, похоже, уже мертвы.

«Довольно, Рилд! — сердито велел он себе. — Не для того мы прошли такой путь, чтобы здесь потерпеть поражение!»

Он с удвоенной силой пошел в атаку, подобрался к большому дьяволу на расстояние удара и чиркнул острием Дровокола по шее существа. Тварь яростно взмахнула бичом, но она умирала и, конвульсивно дергаясь, дробила камни и хватала когтями воздух, вместо того чтобы добраться до Рилда. Мастер Оружия перепрыгнул через тело поверженного противника, навстречу меньшим демонам, уже кинувшихся к нему.

Джезз снова вступил в драку, вытащив из-за пояса свиток и поспешно прочитав заклинание, отправившее разом нескольких меньших демонов обратно в ту преисподнюю, откуда они выползли.

Двое новых немедленно заменили своих исчезнувших сородичей.

— Надо уходить! — прокричал Джэлр. — Наш враг — бихолдер. Дьяволы — это просто чтобы отвлечь нас!

Рилд снова состроил гримасу. Если они попытаются бежать, их просто перебьют ударами в спину. И все же он начал пятиться к двери, ведущей к бихолдеру, моля богов, чтобы существо не заметило их. Он отступал нехотя, не желая ввязываться в новую схватку, когда эта еще в разгаре.

К его изумлению, один из дьяволов на другом конце комнаты вдруг упал, другой завизжал, когда ему в шею вонзились ядовитые зубы змееголовой плети. Показались пошатывающиеся Вейлас и Квентл, прокладывающие себе путь среди полчища демонов. Проводник поддерживал израненную жрицу, прикрывая ее с фланга своим крури, а она махала направо и налево смертоносной плеткой.

Данифай и Рилд воспользовались мгновенным замешательством дьяволов и с новой силой набросились на ближайших к ним врагов. Квентл сползла по стене, неловко прижав к боку исцеляющий жезл Халисстры, а Вейлас выхватил второй нож и кинулся в схватку, коля и режа демонов сзади.

— Скорее! — выдохнула Квентл. — За нами по пятам гонятся дьявол из преисподней и еще дюжина демонов.

Рилд зарубил еще одного демона, а Данифай вышибла мозги из другого, размазав их по стене ударом моргенштерна с двух рук. В считанные мгновения темные эльфы очистили комнату от дьяволов. Джезз выхватил очередной свиток и быстро прочел заклинание, запечатав дверь позади Квентл и Вейласа потрескивающим, искрящимся желтым энергетическим экраном.

— Это лишь ненадолго задержит их, — предупредил он.

Бэнр оглядела комнату. Должно быть, она очень сильно разбилась при падении. На голове у нее запеклась кровь, и, похоже, она никак не могла сфокусировать взгляд. Одна рука безжизненно повисла, но жрица заставляла себя сидеть прямо.

— Где бихолдер? — спросила она. — Фарон и Джеггред?

Рилд кивнул на арку позади себя. В воздухе прогрохотало очередное заклинание.

— Где-то там, — ответил он. — Бихолдер…

Он не договорил, ощутив вдруг с внезапной тошнотворной уверенностью, как что-то страшное, неодолимое приближается к барьеру Джезза, что-то невидимое, под чьими шагами, казалось, содрогаются даже камни башни.

— Дьявол из преисподней идет, — сообщила Данифай, тяжело дыша и широко раскрыв глаза в тревоге.

— Пошли, — сказала Квентл, указывая вперед здоровой рукой.

Без единого слова темные эльфы побрели к другому выходу и шагнули в соседнюю комнату, не обращая внимания на носящиеся в воздухе и громыхающие заклинания.


Триль Бэнр стояла на высоком мосту Дома Бэнр, глядя на Нарбондель. Свечение, медленно поднимающееся вверх по громадной каменной колонне, знаменовало в Мензоберранзане ход времени. Теперь оно почти достигло верха колонны, и это означало, что день подходит к концу. Не впервые Триль поражало, что по некой иронии судьбы раса, покинувшая мир света целых десять тысяч лет назад, непонятно зачем продолжает отмечать смену дней и ночей на манер наземных жителей, в то время как в Подземье ночь была вечной и неизменной. И все же было до некоторой степени полезно время от времени вспоминать о бесконечной череде невидимых дней наверху. Это помогало вести дела с теми, кто привык к наземной жизни, Например, с торговцами, доставлявшими в Город Паучьей Королевы самые экзотические и желанные товары с Поверхности.

В последнее время немногие из них заглядывают в Мензоберранзан. Война не способствует торговле.

Еще одна мысль, пришедшая Триль на ум, пока она разглядывала Нарбондель и город внизу, была менее отвлеченной: кто придет через час-другой творить заклинания, которые вновь оживят огонь Нарбондели? Титул Архимага все еще оставался за ее братом Громфом, пропавшим вот уже более десяти дней назад, но мастера Магика не позволят, чтобы столь важное место пустовало и дальше. Она знала, что кое-кто из наиболее амбициозных магов уже плетет интриги, рассчитывая занять желанный пост. Несомненно, Фарон Миззрим был бы сейчас среди них, останься он в городе, но, к счастью, этот герой дня был послан с поручением в Чед Насад и оказался вне Мензоберранзана в тот самый момент, когда мог бы как нельзя лучше воспользоваться своей славой. Она чуть повернула голову и через плечо бросила верным стражникам Бэнр, стоящим позади нее на почтительном расстоянии:

— Пошлите за Нозрором. Скажите ему, что я желаю обсудить с ним весьма важный вопрос. Он найдет меня в часовне.

Триль направилась к громадному храму Ллос, расположенному в самом центре Великого Кургана Дома Бэнр, мысли ее были далеки от происходящего вокруг, она обдумывала многочисленные беды, обрушившиеся на город за последние несколько месяцев. Она была почти признательна дергарам за то, что они дали ей повод, позволяющий сплотить Совет, а с его помощью и множество младших Домов, которые и составляли силу Мензоберранзана. Победа в туннелях к югу от города немало послужит укреплению главенства Дома Бэнр.

С другой стороны, еще одна неудача грозит оказаться фатальной. Даже если Бэнр останется самым богатым и влиятельным Домом, Совет может счесть нужным сместить его с позиции Первого Дома. Никто из них поодиночке, возможно даже вдвоем, не смог бы победить Дом Бэнр, но что, если все семь остальных входящих в Совет Домов договорятся, что пришло время скинуть с трона сильнейшего из них?

— Храни нас Ллос, — пробормотала Триль, передернувшись от неподдельного ужаса.

Что касается количества воинов, магической силы и богатства, то другие Дома всегда обладали ими в достаточной мере, чтобы сокрушить Дом Бэнр, реши они объединиться против Первого Дома. Чего у них не было, так это одобрения богиней столь неприемлемого шага. Даже если Паучья Королева вновь обратит внимание на Мензоберранзан и уничтожит Дома со Второго по Восьмой за это преступление на другой же день после того, как они разгромят Первый Дом, Бэнр это уже вряд ли поможет. Без гнева Ллос, способного смирить амбиции других великих Домов, совместное выступление против Бэнр представляется скорее неизбежным, нежели возможным.

Хитрость, размышляла Триль, состоит в том, чтобы не позволять другим Домам задаваться непростыми вопросами, вроде того, кто мог бы стать Первым Домом после падения Бэнр, и при этом соблазнять некоторые из младших Домов возможностью занять место старших.

Если бы удалось убедить такие Дома, как Хорларрин или Аграч-Дирр в том, что они больше выиграют, поддержав Бэнр против козней Баррисон Дель'Армго и Фэн Тлаббар, чем выступив против Первого Дома, тогда Дом Бэнр смог бы противостоять практически любым угрозам со стороны младших соседей.

Она помедлила перед дверью часовни, с крайним отвращением обдумывая эту мысль. Неужели она действительно считает, что Дом Бэнр нуждается в союзниках? Старая Мать Бэнр правила, не спрашивая ничьего согласия. Она управляла городом, потому что была столь сильна, что никто не мог даже подумать противостоять ее воле.

Триль нахмурилась и махнула рукой стражам часовни, которые распахнули двери и склонились перед ней в поклоне.

Сестра Триль Сос'Ампту ожидала ее в часовне. Сос'Ампту была ростом с Квентл, но являла собой полную противоположность своевольной Квентл или их незабвенной сестре Блейден'Керст. Сос'Ампту была исполнена расчетливой, осторожной злобы, но тщательно ее контролировала, никогда не ввязываясь в стычки, не сулящие победы. Она коротко поклонилась — минимальный жест почтения, которого требовало положение Триль, — и выпрямилась.

— Есть ли новости из армии, старшая сестра? — тихо спросила она.

— Пока нет. Зал'терра говорит, что Мез'Баррис распорядилась выслать небольшой отряд вперед и занять стратегически важный проход на пути войска дергаров, что представляется вполне разумным. Остальное войско Черного Паука идет туда так быстро, как может.

— Непростое положение. Я думала, что, может быть, тебе стоило самой возглавить армию.

Триль нахмурилась. Она не привыкла, чтобы ее действия открыто обсуждал кто бы то ни было, но если она не в состоянии выслушать критику в собственной семье, то как может надеяться управиться с остальными матронами?

— Учитывая необычность ситуации, — возразила Триль, — я считаю, что разумнее оставаться в городе.

— Возможно. Вопрос, разумеется, прост — если армия терпит поражение, в этом, естественно, обвинят тебя. Если войско возвращается с триумфом, ты делаешь героиней Мез'Баррис Дель'Армго.

— Так же, как и Зал'терру и Энджрела, — напомнила Триль. — Допускаю, что могу больше потерять, чем приобрести, но не будем загадывать.

Она оглядела часовню, задержав взгляд на огромном магическом изображении Паучьей Королевы. Поскольку Сос'Ампту смотрела на нее, Триль изобразила положенный ритуальный поклон.

— Последние десять дней ты не так строго блюдешь ритуалы богини, как могла бы, — заметила Сос'Ампту.

«Богиня не обращает на нас внимания гораздо дольше», — пришло на ум Триль.

Она поспешно выкинула святотатственные мысли из головы в ужасе оттого, что столь непочтительные идеи вообще могли зародиться в ее мозгу. Она легко — результат многолетней практики — сохранила наружное спокойствие и вновь перенесла внимание на сестру.

— Мы столкнулись еще с одной проблемой, — сказала Триль. — Мастера Магика требуют замены Громфа. Много сотен лет Дом Бэнр назначал Архимагов на трон Магика по своему разумению, но на этот раз я раздумываю, нет ли смысла поддержать кандидата на это место из другого Дома. Возможно, это было бы… целесообразно.

Глаза Сос'Ампту расширились, она переспросила:

— Ты спрашиваешь моего совета?

— Поскольку сам Громф исчез, а Квентл далеко, то, на мой взгляд, детей моей грозной матери осталось совсем мало. Мало кто из женщин — и еще меньше мужчин — усвоили уроки матери. — Триль раздраженно фыркнула. — Даже среди нашей родни, если на то пошло. Блейден'Керст не взяла ничего, кроме силы и жестокости, а Вендес была просто кровожадным чудовищем. Мне нужен острый ум, хитрый ум, взращенный моей матерью, и мне сдается, что я слишком долго позволяла тебе прятаться в этой часовне. — Триль придвинулась на полшага и придала лицу суровое выражение. — Помни, что ты даешь мне советы по моей собственной воле, и не принимай желание обсудить проблему за нерешительность. Я не потерплю попыток оспорить мое право быть главой Дома.

— Очень хорошо, — кивнула Сос'Ампту. — Я думаю, нам следует предполагать, что Громф был убит. Он бы не отказался так просто от своих обязанностей, и есть, по меньшей мере, две причины, по которым его могли убить. Либо кто-то хотел устранить именно Архимага, либо — главного мага Дома Бэнр. Если первое — что ж, кто бы ни стал теперь Архимагом, это будет либо преступник, либо следующая жертва. Зачем торопиться и ставить на это место мага Бэнр, более слабого, чем Громф, если есть, по крайней мере, некоторые шансы, что мы потеряем того, кого выдвинем?

— Мне не нравится мысль уступить столь важный пост другой семье, но потерять еще одного способного мага устраивает меня еще меньше, — задумчиво произнесла Триль. — Особенно когда мы можем укрепить свои связи с другим Домом, позволив выдвинуть своего кандидата, который станет затем мишенью для силы, сумевшей справиться с Громфом.

— Я не поняла, ты ищешь союзников? — переспросила Сос'Ампту.

— Мне пришло в голову, что, возможно, было бы неплохо объединиться с каким-нибудь великим Домом среднего уровня, возможно, с двумя, — ответила Триль. — Это представляется разумной предосторожностью против любых попыток Второго или Третьего Домов сплотить остальных против нас.

Сос'Ампту похлопала себя по подбородку.

— Ты думаешь, положение стало настолько опасным? Мать никогда бы не согласилась на такое.

— Мать жила в другое время, — бросила Триль. — Больше не сравнивай меня с ней.

Триль уставилась на сестру, пока жрица не отвела взгляда. Сос'Ампту была умна, но не сильна. Объединись она с Квентл или, например, прими участие в заговоре наиболее способных кузин, вроде Зал'терры, и она могла бы представлять угрозу для Триль, но до той поры ей можно доверять — в разумных пределах, конечно.

— А если убийство Громфа было направлено против Дома Бэнр, — спросила Триль, — а совсем не для того, чтобы освободить место Архимага?

— В таком случае было бы благоразумно поставить во главе Магика другого мага Бэнр. Если мы не сделаем этого, то покажемся слабыми, а если другие Дома сочтут нас уязвимыми, у них может возникнуть соблазн попытаться сделать именно то, чего ты боишься.

— Твои советы не слишком-то успокаивают, Сос'Ампту, — сердито заявила Триль. — И я не боюсь, а беспокоюсь.

— Имеется еще одна возможность, — сказала Сос'Ампту. — Тянуть время. Настаивать на том, что Громф по-прежнему Архимаг Мензоберранзана, как можно дольше. С этой целью распространить слух о том, что ты отослала его со специальным поручением и что он не вернется еще некоторое время. Чем дольше мы будем выжидать, тем вероятнее, что какие-либо события прольют свет на обстоятельства его исчезновения. Если войско Черного Паука одержит победу в южных туннелях, тогда, возможно, твои позиции укрепятся настолько, что ты сможешь поступать с постом Архимага, как пожелаешь.

Триль кивнула. Это звучало разумно. Хотя ей ненавистна была мысль о том, что если Ллос и дальше станет отказывать ей в заклинаниях, она может оказаться перед необходимостью отстаивать свое главенство в Доме, это не мешало ей начать налаживать связи с Сос'Ампту. Ей может понадобиться помощь всех сестер, каких она сумеет собрать.

Дверь в часовню со скрипом отворилась, и вошел пухлый мужчина в элегантном черном одеянии. Он был ужасно похож на раскормленного домашнего кота, упивающегося своим превосходством. Нозрор Бэнр был первым кузеном Триль, сыном одной из племянниц ее матери. Его любимец, волосатый паук, такой же сытый, как и сам маг, примостился у него на плече. Нозрор был Мастером Магика, единственный из Бэнр, не считая самого Громфа, который удостоился такой чести, и считался небесталанным. Он был моложе Громфа и имел привычку все время беззаботно ухмыляться, чтобы труднее было понять, что он на самом деле думает. Как ни пыталась, Триль не могла представить его в мантии Архимага Мензоберранзана.

— Ты посылала за мной, Верховная Мать?

— Я собираюсь довести до всеобщего сведения, — сказала Триль, — что мой брат Громф занят выполнением поручения огромной важности и секретности и что в должное время он вернется к обязанностям Архимага Мензоберранзана. Тем временем я собираюсь позволить мастерам Магика назвать имя того, кто будет пока исполнять обязанности, сопутствующие этому званию. Ты поддержишь лучшего из кандидатов от Дома либо Хорларрин, либо Аграч-Дирр.

Ухмылка исчезла с лица Нозрора.

— В-верховная Мать, — запинаясь, начал он. — Я… я думал, что, может быть, я мог бы…

— Ты равен по силе Громфу? — спросила Триль.

Хоть маг и выглядел ленивым и кротким, но глаза выдавали изрядный и расчетливый ум — и очень прагматичный при этом.

— Будь я равен Архимагу, Верховная Мать, я уже бросил бы ему вызов. — Он подумал мгновение, поглаживая паука, сидящего на плече. — Со временем я надеюсь сравняться с ним и, возможно, даже превзойти его, но мне еще много лет нужно учиться Искусству, прежде чем я смогу объявить себя равным ему.

— Я так и полагала. Тогда подумай вот о чем, — сказала Триль. — Тому, кто повинен в исчезновении Громфа, скорее всего, не составит труда разделаться с тобой, если ты осмелишься объявить себя Архимагом Мензоберранзана. Возможно, придет день, когда ты сможешь удовлетворить свое честолюбие, кузен, но не теперь.

Нозрор, ни секунды ни колеблясь, склонил голову:

— Да, Верховная Мать. Я сделаю, как вы прикажете.

— Ты пока являешься Главным Магом Дома Бэнр, Нозрор. Если окажется, что моего брата больше нет, это место твое по праву. Но сейчас мне нужны твои заклинания и твой совет. Отложи свои дела в Магике до лучших времен. Я хочу, чтобы ты проявлял свои таланты здесь.

— Благодарю за веру в мои способности, Верховная Мать. — Нозрор преклонил колени.

— Я верю в твои способности настолько, кузен, что жду от тебя лишь одного: не дай себя убить, — продолжила Триль. — С этого момента любой мужчина Дома Бэнр, имеющий хоть какие-нибудь способности к магии, поступает к тебе в обучение. Нам нужны подготовленные маги, равные по силе заклинателям из Домов Дель'Армго или Хорларрин.

— Такое множество талантов не вырастишь за одну ночь, Верховная Мать. Чтобы сравняться с Домом Хорларрин в магии, нужны годы труда.

— Значит, этот труд лучше начать немедленно.

Триль разглядывала тучного мага и поймала себя на том, что вопреки всему надеется: будущее ее Дома не окажется в его жирных руках.

— И еще одно, Нозрор, — добавила она, когда маг уже пошел прочь. — Считай, что это твое первое задание в роли Главного Мага Дома. — Триль шагнула к нему и уставилась ему в глаза, вынуждая улыбаться прямо ей в лицо. — Ты узнаешь, что случилось с моим братом.


Рилд несся по короткому изгибающемуся коридору, Джезз и Вейлас — за ним по пятам. Позади Данифай помогала брести пошатывающейся Квентл. Мастер Оружия свернул по коридору направо и выскочил в большой зал, возможно, танцевальный. Сюда перебрался маг-бихолдер, огромное чудовище в виде покрытого хитиновым покровом шара шести футов в диаметре, и теперь посылал заклятие за заклятием в Фарона и Джеггреда, шевеля всеми своими десятью глазными стебельками. Mar-дроу стоял посреди сферы магической энергии, подобия оборонительного заклинания, защищавшего его, пока он вел поединок заклинаний с монстром. Джеггред замер неподвижно, с застывшим на лице оскалом острых как иглы клыков, пытаясь вырваться из-под действия какого-то мощного заклинания.

— Настырные козявки, — прорычал бихолдер, заметив Рилда и других. — Отвяжитесь от меня!

Существо вылетело в открытый арочный проем, отступая в следующую часть своего логова.

Фарон устало обернулся к остальным. Одну сторону его одеяния покрывали дымящиеся дыры, прожженные чем-то едким, и маг дрожал от усталости.

— А, я вижу, мои достойные спутники решили, наконец, присоединиться ко мне, — заметил он. — Великолепно! Я уже боялся, что вы упустите возможность рискнуть своими жизнями и руками-ногами, схватившись с кровожадным врагом.

— Что с Джеггредом? — выдавила Квентл.

— Угодил под какое-то заклятие недвижимости, а я уже растратил всю свою магию, уничтожающую заклинания, во время дуэли. Если можешь освободить его, пожалуйста, сделай это. Я бы не хотел быть эгоистом и разбираться с бихолдером в одиночку.

— Заткнись, Фарон, — проскрежетала Данифай. — Мы должны прикончить бихолдера, и быстро. За нами гонятся дьявол преисподней и дюжина демонов, н мы вот-вот окажемся между двух огней.

Маг скорчил гримасу. Опасный огонек вспыхнул в его глазах, когда он посмотрел на Данифай, потом на Джезза Хромоногого.

— Если ваша магическая книга стоит таких хлопот, может, лучше мы оставим ее себе? — заметил Мастер Магика.

— Тзирик не расскажет вам, что он сумел узнать, если вы обманете нас, — просто ответил Джэлр. — Решай, что для тебя важнее, любитель пауков, и побыстрее.

— Прекрати, Фарон, — вмешался Рилд.

Он прошел туда, где стоял застывший Джеггред, и коснулся дреглота Дровоколом, чтобы разрубить чары, сковавшие его. Демон моргнул и нахмурился, медленно распрямляясь.

— Давайте решать проблемы поочередно, — продолжал Рилд. — Есть у тебя какая-нибудь магия, которая могла бы защитить нас от нападения демонов с тыла, причем достаточно надолго, чтобы мы успели расправиться с бихолдером?

— Нет, — ответил маг. — И они вот-вот будут здесь, вот пойдет потеха, верно? Это… Подожди-ка, у меня есть идея. Мы не будем мешать демонам. Наоборот, мы позволим им войти.

В соседней комнате потрескивала и хрустела чем-то адская сила.

— Это дьявол преисподней уничтожает мою стену, — сказал Джезз. — Объясни быстрее, мензоберранзанец.

Фарон начал выпевать заклинание и размахивать руками, делая магические пассы, необходимые, чтобы оформить магию и управлять ею.

— Не сопротивляйтесь, — велел он остальным. — Ага, вот. Я укрыл нас всех за иллюзией. Теперь все мы — дьяволы.

Рилд оглядел себя и не заметил никакой разницы, но когда он обернулся, то увидел, что стоит в компаний шипастых дьяволов. Он мигом отпрянул и заметил, что дьяволы тоже шарахнулись. Слабо, как сквозь прозрачную дымку, он смог различить истинные очертания темных эльфов под чешуйчатой шкурой.

— Я вижу сквозь нее, — предупредил он.

— Да, но ты ожидаешь этого, — ответил дьявол, стоящий на месте Фарона. — Это, пожалуй, изрядно смутит наших врагов, но мы должны пошевеливаться. Мы же не хотим, чтобы дьяволы добежали до нас, когда мы будем разделываться с нашим гостеприимным хозяином.

Маг скользнул через зал вслед за бихолдером, и остальная компания последовала за ним, стараясь не отставать от Фарона, поскольку позади в коридоре уже раздавались завывания преследующих их дьяволов. Дроу взбежали по винтовой лестнице и увидели бихолдера, поджидающего их в подобии большого тронного зала. Монстр заколебался, увидев ввалившуюся компанию, укрывшуюся за дьявольским обличьем.

— Темных эльфов здесь нет, — проскрежетал бихолдер. — Обыщите всю башню. Их надо найти!

— Боюсь, что ты ошибаешься, — рассмеялся Фарон и обрушил на врага молнию такой силы, что она выжгла в хитиновом панцире дыру размером с небольшую тарелку.

В тот же миг Вейлас выпустил пару стрел, вонзившихся в бронированное тело, а Рилд, Джеггред и Данифай кинулись в атаку. Чудовище на удивление быстро оправилось от изумления и закрутилось, хлеща наседающих дроу смертоносными лучами и заклинаниями. Джеггреда отшвырнуло через весь зал телекинетическим лучом, а Данифай пришлось рухнуть на пол, чтобы увернуться от сияющего зеленого луча. Рилд успел сделать еще три шага, прежде чем не менее трех тонких глазных стебельков монстра задвигались, сразу же заметили его и хлестнули по нему очередными магическими лучами. Целый град разрушительных зарядов понесся навстречу Мастеру Мили-Магтира, они сыпались на него, тяжелые, будто удары боевого молота дворфа. Рилд замычал от боли и, споткнувшись, рухнул на пол.

В этот миг в зал хлынул поток вскарабкавшихся по лестнице дьяволов. Не прошло и минуты, как воцарился полный хаос, дьяволы толкались, одни злобно поглядывали на бихолдера, другие просто остановились в замешательстве, с изумлением видя, что в зале уже полно их собратьев.

Данифай указала с пола на бихолдера и провизжала:

— Бихолдер заодно с темными эльфами! Бей его! Ешь его глаза!

Дьяволы медлили достаточно долго, чтобы бихолдер успел испепелить их передние ряды смертоносными лучами, и тут они решились и кинулись на монстра. Крепкие, как камень, когти рвали и долбили хитиновый покров, а сами дьяволы взрывались под белыми огненными стрелами или обращались в безжизненные камни под лучами, испускаемыми глазами бихолдера.

Рилд уже готов был вскочить и снова броситься на монстра, но заметил предостерегающий жест мага и притворился раненым. Замысел мага оказался блестящим — пусть бихолдер дерется с демонами, и, может быть, их враги поубивают друг друга.

— Слабоумные идиоты! — прошипел бихолдер. — Темные эльфы одурачили вас!

В то же время он опустошал ряды дьяволов при помощи заклинаний и лучей, пытаясь отразить их натиск. В воздухе разлились вонь горелого мяса и жуткое ощущение смертоносной магии.

Осязаемое чувство опасности мелькнуло в душе Рилда, и в зал ввалился огромный дьявол преисподней. Могучий дьявол был вдвое выше дроу, на теле его бугрились мышцы, огромные черные крылья укрывали его, словно неземной красоты плащ цвета эбенового дерева. Он окинул происходящее злым оценивающим взглядом, и сердце Рилда упало, поскольку он понял, что могущественного демона ни на миг не обманула иллюзия Фарона.

Одним небрежным жестом огромный дьявол сотворил большую сферу бурлящего черного пламени и швырнул этот страшный снаряд в Фарона. Черный шар дьявольского огня взорвался с такой силой, что башня содрогнулась до основания, Фарона отшвырнуло по воздуху на дюжину футов и жутко опалило, а меньшие дьяволы и остальные дроу полетели во все стороны, как кегли.

— Они здесь! — прорычало чудовище, и голос его был похож на рев огня в топке. — Убейте темных эльфов!

Демон начал создавать очередной ужасный заряд, но Джеггред — все еще в облике дьявола — налетел на могущественного монстра сбоку и принялся неистово рвать его когтями. Огромный демон взревел от ярости и пошатнулся под натиском дреглота.

— Священный Хаос Ллос, — прошептал Рилд.

Кто опаснее, бихолдер или дьявол? Бихолдер продолжал убивать всех демонов, которых видел, не разбирая, замаскированные это дроу или нет, и большая часть приспешников дьявола преисподней уже валялась на камнях. Дьявол же осыпал Джеггреда ударами и полосовал тело дреглота, изо всех сил схватившегося с властелином ада один на один.

Мастер Оружия взглянул на каждого из врагов, мгновение поколебался и принял решение. Бесшумно, как стрела, летящая в ночи, Рилд поднялся и скользнул вперед, метя в огромное отверстие в круглом теле бихолдера. Чудище немедленно заметило его и выпустило в его сторону огненную стрелу, но Рилд сделал кувырок и продолжал наступать. На него уставился еще один глаз, и зудение бихолдера сделалось особенно жутким и смертоносным. Не дожидаясь, когда станет ясно, какое заклинание монстр сотворил для этого глаза, Рилд метнулся в сторону и подпрыгнул, дотянувшись до глазного стебелька и начисто срубив его сверкающим клинком Дровокола.

Зудение бихолдера перешло в пронзительный вопль боли. Чудовище развернулось, разинув навстречу Рилду челюсти, но Мастер Оружия как следует прицелился и отсек еще один извивающийся стебелек, прежде чем нырнуть вниз и подкатиться под раздутое шарообразное туловище нависшего над ним монстра. Ни один из глаз бихолдера не мог ничего разглядеть под собственной тушей.

Припав на колено, Рилд перехватил Дровокол поудобнее и вонзил могучий меч в низ хитинового туловища. По клинку заструилась густая черная жидкость, и огромный монстр содрогнулся и снова завопил.

— Отличная работа! — прокричал Джезз.

Отступник Джэлр начал бормотать слова заклинания, руки его задвигались, рисуя в воздухе таинственный узор. Он сотворил шар с кислотой, которая выжгла у бихолдера еще один глазной стебелек, пока чудовище билось и корчилось в агонии.

Рилд выдернул меч и откатился в сторону, поскольку бихолдер, щелкая челюстями, попытался раздавить его своей тушей. Он оказался прямо перед чудовищем, там, где некогда из-под бронированного щитка смотрел главный глаз. Теперь на его месте осталась лишь пустая глазница. Мастеру Оружия вспомнился давнишний урок: бихолдер, который хотел обучиться магии, должен был для этого ослепить себя.

Оставшиеся глазные усики, похожие на щупальца, дергались и извивались, пытаясь разглядеть Рилда. Цель и возможность поразить ее Мастер Оружия увидел одновременно. Одним быстрым движением он вонзил Дровокол, словно копье, прямо в пустую главную глазницу и глубже, в мозг чудовища. С мрачным удовлетворением он раскачивал огромный меч вперед и назад, из стороны в сторону, а из жуткой раны хлестала струями темная кровь.

Бихолдер страшно затрясся, челюсти его захлопнулись, извивающиеся глазные стебельки — те, что еще остались, — обвисли. Он медленно опустился на пол.

Рилд бросил взгляд наверх и увидел, что к нему приближается очередной дьявол, видимо разглядевший его истинный облик под иллюзией. Мастер Оружия выхватил короткий меч и вспорол бросившемуся на него демону брюхо. Дьявол повалил его на пол и всего залил своей вонючей кровью. Рилд задохнулся от омерзения и стряхнул с себя дергающееся тело, правой рукой выдергивая меч из брюха существа, а левой — Дровокол из глаза мага-бихолдера. Он потряс головой, чтобы смахнуть с глаз кровь врагов.

У входа в зал Джеггред распластался на полу, сраженный очередным ужасным заклинанием дьявола преисподней — ревущим огненным столбом, опалившим дочерна шерсть дреглота и начисто испепелившим бы его самого, если бы не прирожденная устойчивость Джеггреда к огню.

Джеггред визжал и катался по полу, пытаясь затушить тлеющую шерсть, но, когда дьявол преисподней собрался нанести ему очередной удар, перед демоном возникла Данифай и нанесла монстру могучий удар, раздробивший ему колено. Дьявол зашатался и взмахнул крыльями, чтобы удержать равновесие, — и Вейлас всадил ему в спину три стрелы, каждая из которых по оперение вошла между лопаток исчадию ада.

Рилд осторожно двинулся вперед, готовясь, в свою очередь, вступить в бой с монстром, но Фарон, обожженный и дымящийся, приподнялся у стены, куда отшвырнул его взрыв огненного шара, и послал в демона разом несколько сверкающих лучей, переливающихся всеми цветами радуги и поразивших чудовище как раз в тот миг, когда оно обернулось к Хьюну. Зеленый луч выжег глубокую, черную, кипящую рану посреди туловища дьявола, ядовито-желтый задел его бедро и взорвался потрескивающими электрическими разрядами. Монстр, шатаясь, сделал два шага назад и, дымясь, повалился замертво. Эхо его громоподобного падения затихло, и в зале воцарилась тишина. Фарон осторожно поднялся, бережно прижимая одну руку к груди. Его рука и часть лица были в розовых пятнах там, где их вскользь задел дезинтегрирующий луч бихолдера, одежды дымились после попадания шара с темным пламенем, сотворенного дьяволом преисподней. Остальные темные эльфы постепенно расслабились, оглядываясь и с некоторым удивлением обнаруживая, что врагов больше нет и что никто из них не ранен смертельно. Квентл неловко полезла за пояс и вытащила исцеляющий жезл Халисстры, с помощью которого принялась врачевать свои раны, тихонько бормоча при этом молитву.

— Это, — сказал Фарон, — оказалось непросто. Надо было бы побольше потребовать у Джэлр за такую службу.

— Вы сами пришли к нам, обожатель пауков, — отозвался Джезз.

Он захромал вперед, чтобы рассмотреть труп бихолдера, распростертый на ступенях древнего помоста. Вейлас и Данифай последовали за ним, не забывая следить за лестничным колодцем позади.

— Разделимся и поищем книгу, — предложил Джэлр. — Надо отыскать «Гейлдирион» и удирать, пока все дьяволы Миф Драннора не накинулись на нас.

Джезз тут же последовал собственному совету, принявшись обшаривать пыльные рабочие столы и доверху заполненные подставки для свитков в дальнем конце логова бихолдера.

Рилд присел на ступеньку и попытался отчистить клинок Дровокола от крови. Он был измучен. Джеггред, напротив, с пылом занялся поисками, отшвыривая прочь тяжелую мебель и скидывая книжные полки. Рилду подумалось, что вряд ли дреглоту удастся отыскать тайник, в котором бихолдер прятал ценную книгу, среди обломков пыльных старых диванов, но зато демон, похоже, был при деле. Рилд решил не мешать ему.

— Остановитесь, вы все! — резко бросил Фарон.

Маг произнес заклинание и начал медленно поворачиваться по кругу, напряженно рассматривая комнату. Все остальные, включая Джезза, прервали торопливые поиски и с нетерпением наблюдали за ним. Фарон миновал Джеггреда, миновал Вейласа и замер лицом к пустой стене. Он хищно улыбнулся, явно довольный собой.

— Я справился с защитой нашего покойного недруга, — сказал он. — Эта стена — иллюзия, скрывающая что-то вроде кладовой.

Он сделал еще один жест, и часть стены неподалеку от Рилда вдруг исчезла, явив большой альков или нишу, заставленную ветхими стеллажами, ломящимися от древних фолиантов и свитков. Джезз неловко поспешил к книгам и принялся изучать их названия и совать в висящую на боку сумку.

— Рилд, Джеггред, будьте на страже, — велела Квентл. Она стояла уже прямее, и отсутствующее выражение в глазах тоже исчезло, но, убирая исцеляющий жезл в рюкзак, жрица поморщилась. — Вейлас, забери золото и драгоценности бихолдера. Нет никакого смысла оставлять добычу здесь, и никогда не знаешь, где она может пригодиться. — Она взглянула на мага Джэлр, который застыл, держа в руках огромный том в зеленом чешуйчатом переплете. — Итак, господин Джезз, та ли это книга, которую вы хотели получить?

Джезз сдул пыль с обложки и провел тонкими пальцами по шершавой коже. Он улыбался, на его красивом лице отразилось ликование.

— «Гейлдирион», — выдохнул он. — Да, это та самая книга. Я получил то, за чем мы пришли.

— Отлично, — сказала Квентл. — Пошли отсюда, пока есть возможность. Думаю, я сыта этим местом по горло.

Загрузка...