Глава 10 (Зейн Брэдшоу)

Все мое тело ныло, когда прозвенел последний звонок. Коридор рядом с моим шкафчиком опустел, так как все помчались к двери, как можно быстрее — но я двигался медленно. «Ибупрофен » 8, который я цепанул у Ками, улетучился несколько часов назад.

Но это не было просто остатками похмелья, ослабившее меня. Всю вторую половину дня мне пришлось наблюдать, как Трей ходил хвостиком за Рейчел; Рейчел злорадствовала, что вышла из обеденных неприятностей только с предупреждением от директора Колера; и Ками, Кэсси, Джонас, и Мэтти говорили о том же, те же люди, что и в прошлом году. Я так устал от этого дерьма в нашем кругу.

И все же я слонялся поблизости. Что это говорит обо мне?

Но, что я должен был сделать, остановить их? Присоединиться к толпе готов, курящих за тренажерным залом? Куда еще я мог пойти?

— Я в деле.

Опешив, я обернулся, чтобы увидеть Арину позади себя.

Я захлопнул свой шкафчик и закинул рюкзак на плечо.

— Ты о чем?

— Твой план. Тот, что ты описал этим утром.

Она была в ярости, готовая рвать и метать. Я не мог винить ее. Но я так же не мог помочь ей. Больше нет.

— Слишком поздно, — сказал я. — Я видел, что произошло во время обеда.

Ее губы сжались.

— Именно поэтому я здесь.

— Зейн, чувак, ты идешь? — прокричал Трей с другого конца коридора, где он в нетерпении ждал, рядом со стеклянной дверью на парковку, с ключами от машины в руках.

— Я встречу тебя у машины, — прокричал я в ответ.

Я повернулся к Ариане.

— Она никогда не поверит в это. Она уже знает, что ты сказала «нет». Забудь об этом.

Не было никакого смысла пытаться бороться. Просто нужно перетерпеть. Только еще семьсот-с-лишним дней, верно?

Я начал уходить, но Ариана последовала за мной.

— Она поверит в это, потому что она хочет верить в это. Она хочет получить возможность раздавить меня.

Я слышал горечь и презрение, клубящиеся на концах ее слов.

Я остановился и посмотрел на нее. Она не умоляла; она была слишком зла для этого. Ее глаза, такого странного туманно-голубого, едва вмещались всю эту ярость. Я никогда не видел или не слышал, чтобы Ариана так реагировала на что-то, за исключением одного утра, когда сказала мне отвалить.

Она была вдвое меньше меня, но выглядела так, будто готова сломать чью-то руку.

Интерес к моему первоначальному плану — и к этой странной девушке — вспыхнул вновь.

— Хорошо, — сказал я. — Каков твой план?

Она не вздохнула с облегчением и не улыбнулась, но ее напряженные плечи расслабились.

— Все тот же, что ты предложил этим утром. Неделя Костра.

Я нахмурился.

— Ярмарка развлечений начинается в три часа.

Даже отсюда я мог слышать отголоски гула из спортивного зала и громкое нытье, того кто был куратором, в то время как разные клубы устанавливали свои палатки.

— Я буду готова. — Она удивленно приподняла брови, ее взгляд прошелся по мне с головы до пят. Небольшая насмешливая улыбка заиграла на ее губах. — А ты?

Я скривился. Должно быть, я выглядел очень неопрятно. Больше никакого алкоголя в будние дни.

— Прекрасно. Да. А что потом?

Ее брови сошлись в одну линию, лоб сморщился.

— Что ты имеешь в виду?

Я почувствовал, что немного вырос в ее глазах, сообразив, что-то раньше нее.

— Я имею в виду, что мы не можем, просто так появится там — на ярмарке. Если мы хотим, чтобы это выглядело достоверно, как будто мы действительно по-настоящему увлечены друг другом, — и поверь мне, Рейчел меньше всего ожидает этого — то мы должны сделать еще один дополнительный шаг.

Ариана настороженно посмотрела на меня.

— Мне не нравится, как это звучит.

— До школы ты добираешь пешком? — спросил я, игнорируя сомнения в ее голосе.

Я ждал кивка, хотя уже знал ответ. Трей и я, достаточно часто проезжали мимо нее в прошлом году, когда приезжали в школу пораньше, чтобы утрясти пару дел, перед началом уроков.

— Если я смогу взять машину, я подвезу тебя завтра утром.

Обычно, мой отец ездил на работу на джипе SUV, украшенным надписью "ШЕФ ПОЛИЦИИ УИНГЕЙТА". Если бы он мог добавить к ней свое имя, он бы так и сделал. Это означало, что потрепанный внедорожник Blazer, который водил Куинн, без дела стоит в гараже. Я мог бы потребовать право брать его в школу, но раз у Трея была машина, за это не стоило бороться, только если у меня не было назначено свидание.

— Что? Зачем тебе нужно подвозить меня? — во взгляде Арианы появилась тревога.

— Дополнительный шаг, — терпеливо напомнил я, — Подвезти до школы, и возможно, вместе пообедать.

Ариана скривилась, будто вспомнила о сегодняшнем инциденте или в целом от самой идее.

— Но не у самого моего дома, — настояла она. — Ты не будешь подбирать меня у моего дома.

Вопреки всему, я почувствовал, как первые нити тайной мозаики распутались. Она не хочет, чтобы я показывался у ее дома. Только я? Или кто-либо другой?

— Хорошо, — медленно произнес я. — Тогда где же я подберу тебя, чтобы отвести на ярмарку сегодня?

— Мы можем встретить на парковке и… — начала она.

— Потому что никто не заметит этого и не поймает нас на этом? — спросил я. — Не пойдет.

Она сердито посмотрела на меня.

— Прекрасно. В двух кварталах от моего дома. Пересечение Пин и Рашмора. Но не жди на Пин, поверни за угол.

Уф-фф. Я склонил голову набок, глядя на нее с любопытством.

— Ты сбежишь тайком?

Если подумать, то я не был уверен, что видел ее где-то за пределами школы, даже на регулярных внеклассных мероприятиях, вроде сегодняшней ярмарки.

— Нет, — сказала она, слишком быстро.

Отлично.

— Послушай, я плохо тебя знаю, но сейчас, моя жизнь отстой и мне не нужно еще большего давления от моего отца, если твой отец разозлиться, то…

— Все в порядке, — сказала она. — Его даже не будет дома. Я просто… я просто не хочу отвечать на кучу вопросов, если кто-то увидит машину на подъездной дороге и рассказывать ему об этом. — Она поежилась, избегая моего взгляда.

Ох, она лгала. Возможно не об отсутствие отца, но о том, почему она сбегает из дома? Определенно. Но Уингейт небольшой городок; никоим образом, «наши свидания» не останутся в секрете надолго, что означало, все ЭТО, обрушится на мою голову в какой-то момент.

Я помедлил, потом пожал плечами. Ох, какого черта. Мой отец уже ненавидит меня, еще одна причина для этого, погоды не сделает. Эй, если ее отцом был Марк Такер и это ослабит его, может мой отец будет рад ударить по своему заклятому врагу.

— Ярмарка начинается в семь, — сказал я. — В котором часу ты хочешь, чтобы я…

— Без четверти. И не опаздывай, — добавила она.

Я с трудом подавил желание отдать "честь", решив, что она не поймет. Я вытащил телефон из кармана.

— Какой у тебя номер?

Она прищурилась.

— Зачем тебе?

Ариана собирается вредничать на каждом шагу, даже несмотря на то, что это было ее идеей. Во всяком случае, на этот раз.

— Как еще ты хочешь, чтобы я связался с тобой? — медленно спросил я, будто разговаривая с маленьким ребенком.

Она нахмурилась и даже не пошевелилась, чтобы достать свой телефон.

— Уже передумала? — спросил я, борясь с разочарованием. Это было, пожалуй, самое интересное, что произошло за несколько месяцев.

Я предложил ей свой план этим утром ведомый гневом и злостью. Я думал, она пойдет на это, и когда она отказалась, я зауважал ее. И сейчас… сейчас она пришла ко мне. Я не рассчитывал на это, и понял, что она нравится мне еще больше, удивив меня снова.

Ариана вздернула подбородок.

— Нет.

Она порылась в своем кармане и протянула мне телефон. Я записал свой номер.

— Вот. — Я отдал ей телефон назад. — Позвони мне.

Она кивнула и начала отворачиваться.

— Нет. — Я поймал край ее рюкзака, чтобы остановить, стараясь не прикасаться к ней напрямую. Она была готова ударить этим утром, когда подумала, что я могу напрямую коснуться ее. — Сейчас. Так, чтобы у меня был твой номер.

Можно было подумать, что она никогда ни с кем не обменивалась номерами телефонов.

Ее щеки стали бледно-розовыми.

— Хорошо, — пробормотала она.

Она нажала "ВЫЗОВ" на своем телефоне, и как только мой зазвонил, она сбросила вызов.

Я набрал ее имя и сохранил контакт.

— Ты понимаешь, что это может плохо кончится, если Рейчел поймает нас, — сказал я, засовывая свой телефон в карман. Я обнаружил, что часть меня, склонная к самоуничтожению, которая была больше, чем небольшое стремление к зрелищу, но я чувствовал, что должен предостеречь Ариану. — Если ты думаешь, что она плохая сейчас…

— Ей это не понравился, но она поверит, — Ариана прозвучала до нелепости уверенно.

Я вздохнул.

— Тебе конец.

— Да, поверит, — торжественно сказала она.

Хороооошо. Прежде, чем я смог ответить ей на это — я не был даже уверен, что скажу — она повернулась и ушла прочь. Ее рюкзак — обычное зеленное полотно, а не блестяще розовая или блестяще черная сумка, которые я привык видеть у Рейчел и ее подруг — был надет на плечи, и на правой стороне, где ворот ее рубашки, смялся под ремнем, я мельком увидел квадратный белый край. Повязка, которую я видел в прошлом году.

Мое любопытство снова ожило. Может быть, сегодня я начну получать ответы, которые я хотел. Недостающие частицы, которые помогут понять ее.

Когда Трей высадил меня у дома, я не скрылся в своей комнате, как обычно. Вместо этого, я расчистил место на кухонном столе, подготовив почву с моим открытым ноутбуком и книгами вокруг него. Я загрузил и включил посудомоечную машину, но не вытащил чистую посуду из нее.

Хитрость в управлении своим отцом заключалась в том, что поступать так, чтобы не дать ему уловить смысл. Существовал предел этого. Я видел, как моя мама делала это, для моего блага многие годы. Это подразумевало: подбирать слова очень аккуратно, выбирать подходящее время, ситуацию и необходимое действие, таким образом, чтобы это имело смысл для него, правильный или неправильный.

Но после всего случившегося в прошлом году, я был слишком зол и смущен, чтобы использовать на практике, то, что знал. Но сейчас я хотел машину, хотел иметь возможность забрать Ариану, достаточно сильно, чтобы сыграть в его дурацкую игру.

Хотя я давно не практиковался. Просто надеялся, что этого будет достаточно.

Если он придерживался распорядка дня, то он появится между 5.30 и 6.00, и один из нас будет копаться в морозилке, в поисках запеканки, которую какая-та женщина — или бабушка или та, которая встречалась с моим отцом, они часто менялись — приготовила для нас. Поскольку моя мама ушла, мой отец нашел повод появляться дома к ужину. Люди не должны шептаться о бедном беспризорном сыне, брошенном в одиночестве, даже если он был "еще одним мальчиком Брэдшоу". Внешний вид был всем для моего отца.

Я притворился, что делаю домашнее задание — в первую неделю учебы никогда не задавали слишком много — пока ждал и поглядывал на часы. Я разделаюсь с этим ближе к тому времени, когда нужно будет ехать забирать Ариану, но это было просчитанной игрой. Если у моего отца неудачный день, звонить и прерывать его на работе, означает свести шансы к нулю.

Коротая время, я искал информацию об Ариане в гугле. Да, это было немного по-сталкерски, но в основном, я пытался выяснить то, что все остальные знали о ней, то, что я проигнорировал или полностью пропустил в дымке прошлого года.

Как оказалось, Ариана Такер была призраком. Ну, не в прямом смысле.

В Соединенных Штатах было много Ариан Такер, но не того возраста / или жили в других местах. Этой Арианы, 16-или-17-летней и единственной в Уингейте, штат Висконсин, вообще нигде не было. У нее не было странички на фейсбуке или Тумблере. И насколько я мог знать, в Твиттере и Formspring ее тоже не было.

Затем, я попробовал искать ее имя в комбинации с человеком, которого я считал ее отцом, бесценным Марком Такером. Выскочили два объявления. Первым был некролог из архивов газеты, из небольшого городка в центральном Огайо. Датированный около десятью годами ранее, об Абигаил Такер, 38 лет. Она умерла в автомобильной катастрофе, при столкновении с бетонной опорой моста холодной ночью.

Итак, Ками была права, Ариана переехала сюда, после смерти своей матери. И Ариана совершенно точно была связанна с ненавистным Марком Такером. Интересно.

Затем второй с конца параграф, прямо над подробностями похорон Абигаил Такер, привлек меня.

У мисс Такер остался ее бывший муж, Марк Такер. Ариана, их шестилетняя дочь, с помощью экспериментального лечения отважно боролась с редкой формой рака, пока несколько недель назад…

Я кликнул следующую страницу, но получил «ошибка 404 — СТРАНИЦА НЕ НАЙДЕНА». Я попробовал еще раз и получил тот же результат.

Я откинулся на списку стула. Ками сказала, что Ариана болела, но никто никогда не упоминал, что все было настолько плохо. Звучало так, будто она почти умерла. И потом, пережив все это, ей пришлось иметь дело с тем, что ее мама никогда не вернется к ней.

Мое сознание сразу набросало образ записки на кухонном столе — одинокий квадрат белой бумаги на полированном дереве — тем субботним утром. Я зашел, спотыкаясь, чтобы найти кухню пустой и нетронутой. Весь беспорядок после выпускной вечеринки Куинна, прошлой ночью, был вычищен и убран. Не совсем, поскольку выпускная лента осталась на стене. Моя мама, скорее всего, допоздна не ложилась, чтобы привести все в порядок для следующего дня, моего дня рождения.

Я глупо радовался этому. Было достаточно тяжело, когда твой день рождения в тени другого, большого события, особенно организованного для Куинна, но было бы еще хуже, если бы нам пришлось, есть праздничный торт с тарелок, оставшихся после выпускного, под воздушными шарами и плакатами, которые развесили в его честь. Говоря о доказательствах того, что ты на втором месте…

Хотя, моя мама, единственная знала, как это работает в нашем доме. Мы всегда были за одно с ней — или я так думал. Она всегда делала все возможное, чтобы смягчить неодобрение отца.

Я слышал, как она двигалась вокруг дома посреди ночи — ее шаги намного мягче, чем у отца или брата — и не думал ни о чем, пока не вошел в прибранную кухню.

Улыбаясь, я подобрал записку. Это был последний хороший момент, который был у меня за последние годы. А возможно и за всю жизнь.

Сначала я подумал, что это была обычная записка от мамы. Поручения . Не ешь остатки отцовского ужина. Или, забери торт из пекарни. Позвони и дай знать, если решил чего ты хочешь на ужин по случаю своего дня рождения сегодня вечером.

Но вместо этого, было что-то совершенно другое, совершенно неожиданное.

Я просто так больше не могу.

М.

Я так сильно оплошал, что даже моя мама, мой единственный союзник, не смогла больше держаться и терпеть, чтобы оставаться подольше. Мой отец делал ее жизнь несчастной в течение многих лет, и она, вероятно, думала о бегстве тысячу раз, но держалась достаточно долго, чтобы выпроводить Куинна за двери, на пути в колледж. Но я… я не стоил того, чтобы задерживаться ради меня. И она была права; Я не стоил этого. Или, по крайней мере, тогда не стоил. Сейчас я пытаюсь быть другим.

Я заставил свое внимание вернуться к экрану перед собой и к информации об Ариане. Несмотря на зловещий тон статьи, она выжила и была сильнее, чем выглядела. Может быть, поэтому она была такой неумолимой и, казалась, такой немного отстраненной от всего идиотизма средней школы, происходящего вокруг нее. Она знала, что в жизни есть нечто большее, чем то, с чем остальные связывали себя.

Это только увеличивало мое уважение к ней.

Ее прошлая болезнь может объяснить, почему она была освобождена от занятий физкультуры, как сказала Кейси вчера вечером. И учитывая это сейчас, я подумал, что повязка на плече как-то связана с этим. Ее лечение было экспериментальным, чтобы это не означало. Вполне возможно, что у нее остались шрамы от тяжелых испытаний. Возможно, именно это она прятала под повязкой, а не татуировку.

Следующие объявление об Ариане было из той же газеты, опубликованное через несколько недель после первой статьи. Я кликнул по нему, ожидая обновленную информацию о ее состоянии, возможно, объявление о ее триумфальном возвращение домой. Вместо этого было лишь заявление, два кратких и казалось, поспешных предложения.

В выпуске от 28 февраля, Ариана Такер, дочь Марка и Абигаил Такер, как сообщается, умерла.

Мы сожалеем об ошибке.

Я читаю это дважды, чтобы убедиться, что ничего не упустил, но значение не изменяется. Как это возможно? Как чью-то смерть можно понять неправильно? Я имею в виду, это все время происходит со знаменитостями — он или она еще живы — но со случайной маленькой девочкой в Огайо? Это казалось странным.

Задняя дверь с шумом распахнулась, напугав меня. Мой отец вошел, неся коробку пиццы в одной руке и стопку почты в другой. Он бросил все на стол, с тяжелым вздохом и затем, остановился, чтобы потереть шею, как будто у него скрутило мышцы. Его куртка была нараспашку, и он выглядел уставшим.

Я замер. Ой-ой. Это может пойти в любую сторону.

— Ужин, — крикнул он в сторону задней части дома, прежде чем заметил мое присутствие за столом.

— Пицца? — решился я, закрыв браузер и делая вид, что я не увидел удивления на его лице.

Он утвердительно хмыкнул, скинув куртку и повесив ее на спинку стула. Судя по размеру коробки, пицца была среднего размера, едва хватит, чтобы накормить нас обоих за один раз. Когда я заказывал, я всегда брал очень большую, которую хватало на несколько ужинов.

Но я держал рот на замке. Он взял на себя инициативу, чтобы принести домой еду; что было необычно и служило хорошим знаком. Он делал так иногда, когда моя мама еще не ушла, удивлял нас, едой на вынос или говорил прыгать в машину, для того, чтобы поесть в «Морелли». Это было его своеобразным способом извиниться, фактически не говоря слова «Мне» или «Жаль».

Я был опасно оптимистичен.

Наблюдая, как он просматривает почту, я оттолкнулся от стола, чтобы достать тарелку из посудомоечной машины.

Мгновение спустя, отец последовал моему примеру, ничего не говоря о том факте, что наконец-то появилась чистая посуда. С другой стороны, отсутствие критики, как правило, лучшее, на что я могу надеяться.

Я открыл коробку с пиццей и взял ровно половины кусков, а затем вернулся на свое место за столом, борясь с желанием схватить свой ноутбук одной рукой, и пиццу другой, и отправится в свою комнату. Именно так «мы» обычно и ужинали: я уходил в свою комнату, а он оставался на кухне или исчезал в гостиной.

Я ждал, пока он заберет остальную часть себе и усядется за стол, выжидая наиболее подходящий момент. Но прежде, чем я успел заговорить, он заговорил первым.

— Как дела в школе? — спросил он, посыпая пиццу перцем.

Без насмешки. Без едких комментариев. Это было так, будто бы он искренне интересовался. Я почти упал до стула от удивления.

— Нормально, — выдавил я.

Либо его встреча в «GTX» этим утром прошла очень хорошо, либо с точностью наоборот. Так раньше случалось в прошлом, иногда, после явно дрянного дня. Он казалось, был рад находится дома, где никто не осудит его и не найдет его недостатков. Ах, опасности и давления социального восхождения.

Я не мог позволить его редкому хорошему — или такому плохому — настроению, остановить меня; не тогда, когда он дал мне прекрасную возможность.

— Эм… что там с «GTX» и новой охранной системой в школе? — сказал я, беря кусочек пиццы и стараясь выглядеть незаинтересованно. Боже, как я давно не практиковался в этом, и мне точно было далеко до моей мамы.

В отличие, наверное, от любой другой семьи в этом городе, я не мог просто так попросить взять машину. Я должен был отвлекать, изворачиваться и привлекать его внимание какой-нибудь интересной информацией, только так моя просьба покажется случайной. Всего-то делов.

— Новая охранная система? — повторил он, отрывая кусок бумажного полотенца от рулона, который находился в центре стола.

Он об этом не знал. Хорошо. Это будет мне на руку, если я правильно все разыграю.

— Да, несколько парней из «GTX» сегодня в школе устанавливали камеры и прочее. — Я сделал вид, что сосредоточен на своем ноутбуке, на экране которого было только изображение обоев — прошлогоднее летнее фото — мы толпой на задней веранде в доме Рейчел.

— Колер сказал что-нибудь по этому поводу?

Я пожал плечами.

— Я думаю, они сделали объявление этим утром, но только о том, что камеры будут установлены. Больше не было объяснений.

— Сукин сын. — Мой папа ударил кулаком по столу, заставив все подпрыгнуть и задребезжать. — Это Марк Такер. Ставлю свою жизнь на это.

Это не было большим сюрпризом. Мой отец винил Мистера Такера во всем, что связанно с «GTX», когда что-то шло не так, как он хотел. И я думаю, что деньги на камеры и прочее, было тем, что мой отец пытался склонить в сторону одного из своих любимых проектов. Я не думал, что у парня из охраны, даже начальника отдела, будет такая власть, но что я могу знать.

Размышление о Мистере Такере, всегда темной и туманной фигуре в моем воображении, как об отце Арианы вызвало еще больше вопросов.

— Зачем Мистеру Такеру устанавливать охранную систему в школе?

Я решил, что это была своего рода взятка, очередное подлизывание к общественности, для того, чтобы, когда они захотят купить участок земли или сравнять с землей историческое здание для новой автостоянки, им никто не станет возражать.

Отец недоверчиво покачал головой.

— Ты не слушаешь, о чем я тебе всегда говорю, не так ли?

Может быть, если бы он попробовал на самом деле говорить, вместо того, чтобы кричать. Я с трудом подавил желание сказать эти слова вслух. Вместо этого я снова пожал плечами, зная, что он ненавидит это, но это был менее провокационный ответ.

Он тяжело вздохнул на мое очевидное невежество.

— Они все еще ищут тот исследовательский проект.

Ох, это. Я знал об этом. В «GTX» произошел взрыв давным-давно, прямо после того, как мой отец получил повышение на должность начальника полиции. Ходили слухи, что без вести пропал или был украден важный исследовательский проект. Ноутбук или файлы или вероятно, даже настоящий эксперимент, что-то очень большое. Но «GTX» никогда бы открыто не признали правду, и если только, они официально не подали рапорт, с которым полиция ничего не сможет сделать. Большинство людей, вероятно, были бы рады, получить чуть меньше работы, но мой отец принял это как личное оскорбление. Он был убежден, что это, потому что они не доверяли никому, кроме своих людей.

Я нахмурился.

— Зачем «GTX» наблюдать за тем, что происходит в школе? Вряд ли кто-то использует химическую лабораторию, чтобы выращивать органы или что-то типа того.

Он нетерпеливо отмахнулся от моих слов и отстегнул свой телефон от пояса.

— Они не ищут того, кто проводит эксперименты. Они наблюдают за результатами. — Он встал и повернулся спиной ко мне, набирая номер. — Кто-то дает детям гормоны роста, которые были украдены.

— Гормоны роста? Серьезно?

— Мой источник сказал, что «GTX» годами вербовали кадры в Правительстве. Более крупных, более сильных, лучших солдат. Вероятны, даже эксперименты с химией мозга, — сказал он, далеким, отстраненным голосом.

Я посмотрел на него. Казалось, он параноик и отчасти смешон, как один из тех верующих в «чужеродный заговор» чудиков, которых он высмеивал, когда натыкался на документальный фильм об НЛО на историческом канале, переключая каналы. Насколько я знал, никто точно не был уверен, что пропало из «GTX» в ночь взрыва. А кто был тем источником, о котором он говорил? Я не мог вообразить никого в здравом уме, рассказывающим ему что-то подобное. Моя мама, скорее всего, знала кого-то внутри, готового заговорить, если такой человек существовал. Она работала в «GTX» секретарем или кем-то вроде того, пару лет, когда я был ребенком, в то время когда мой отец еще прокладывал себе путь на место начальника полиции. Кстати, как я понял, она уволилась за несколько недель до взрыва.

Но, какая разница. Лакомый кусочек о «GTX» и охранной системе, послужил своей цели, отвлекая внимание моего отца и заставляя все остальное казаться менее важным.

— Эй, пап, мне нужно взять машину до конца недели, можно?

Он нахмурился, очевидно, ожидая ответа на конце телефонной трубки.

— Зачем?

Я помедлил. Я мог бы соврать и сказать, что машина Трея сломалась, но зная моего отца, он увидит Трея носящимся по городу и тогда я пропал.

— Девушка, — признался я.

Это было самым простым объяснением и достаточно близким к истине, чтобы у него не появилась возможность поймать меня на лжи.

— Неделя Костра. Сегодня Ярмарка Развлечений.

Он приподнял брови. Как будто он думал, что еще не все потеряно для меня, но он не затаил дыхание.

— Да? Рейчел Джейкобс?

— Нет, — сказал я безразличным тоном. — Кто-то, кого ты не знаешь.

Мой отец разочарованно фыркнул.

И вот оно. Я внутренне содрогнулся. Это не должно было ранить, после всех прожитых лет и схожих моментов, но каким-то образом, я продолжал надеяться. И я ненавидел себя за это.

Он кивнул в сторону шкафа, где на крючке весели ключи.

— Только не возвращайся домой с пустым баком. — Затем он снова повернулся спиной ко мне. — Привет, Чак, это я. Ты можешь проверить, подавали ли «GTX» запрос на разрешение установить что-то в средней школе?

Я собрал ноутбук и книги, удерживая свою тарелку с пиццей сверху, и убежал в свою комнату. У меня было всего сорок пять минут, чтобы поесть и привести себя в порядок, прежде чем я должен буду забрать Ариану — событие, которое, несмотря ни на что приведет к хаосу, я ждал со странным нетерпением.

Загрузка...