Глава 7. Обмани меня

Алан и Ник жили в многоквартирном доме, недалеко от станции метро Уилсден. В машине по дороге никто не разговаривал. Дети уснули по обе стороны от Син. Девушка и сама устала настолько, что засыпала на лету, но прежде нужно было о многом подумать. Станция Уилсден была всего в шести кварталах от Ярмарки. Слава богу, что дети тепло одеты, и школа Лиди совсем рядом. Син свернулась калачиком, подобрав под себя замершие ноги, и подсчитывала, сколько денег дал ей отец. Она собиралась купить обувь.

Они припарковались у дома. Накрапывал дождь.

— Ник, — предупреждающим тоном сказал Алан.

— Я могу понести тебя, — скучным голосом предложил Ник. Син вздернула бровь, позаботившись о том, чтобы оба увидели ее отражение в зеркале, и ответила:

— Я лучше пройдусь.

Девушка легонько потрясла сестру, чтобы разбудить. У Лиди сна не было ни в одном глазу. Хорошо, значит, она не запаникует. Тоби продолжал спать, пуская слюни на её рубашку. Ник пошел первым, возможно, не в восторге от того, что брат приглашает к ним в дом троих беспризорников.

— Мы не останемся надолго, — шепнула Син Алану.

Лишенный возможности помочь, Алан уже отыскал ключи и теперь разглядывал их. Син отвела глаза, притворяясь, что рассматривает отражения уличных фонарей на мокром тротуаре.

— Ты можешь оставаться столько, сколько нужно, — уверенно, с теплом в голосе ответил Алан. Этот тон, только для нее, он уже использовал там, на холме. Девушка взглянула на парня, но он по-прежнему смотрел на связку ключей.

— Дети могут спать в моей постели, — резко сказал Ник. Широкий жест испортил его многозначительный взгляд на брата. — Ты спишь в своей.

— Конечно, — поспешно кивнула Син, прежде, чем Алан смог возразить. — Спасибо.

Лиди растерянно моргала в флуоресцентном свете холла и в лифте, мутным и потерянным взглядом, уставившись перед собой. Син перехватила Тоби, чтобы освободить одну руку, и протянула ее сестре. Та с готовностью ухватилась за протянутую ладонь, тонкими пальчиками настойчиво дергая Син, словно воздушный шарик на веревочке.

Квартира располагалась на верхнем этаже. На лестничной клетке, вместо четвертой стены была натянута металлическая сетка. Ветер и дождь беспрепятственно проникали внутрь, влажный цемент под ногами пошел трещинами. Алан открыл дверь в квартиру и щелкнул выключателем. Желтый деревянный пол сиял как масло. Узкий коридор заполняли потрепанные картонные коробки с книгами, за ним шла маленькая кухня со стойкой, усыпанной крошками.

Син исполнилась благодарности за то, что у детей теперь была крыша над головой, где они могут чувствовать себя в безопасности.

— Хочешь, покажу тебе твою новую комнату? — негромко спросил Алан Лиди. В его голос вернулись нотки, перед которыми невозможно устоять — нежные и убедительные.

Он придержал для них дверь в комнату Ника, Лиди охотно вошла первой и устремилась прямиком к кровати, словно маленькая ракета, рухнула ничком и уткнулась лицом в ворох постельного белья. Кровать, слишком узкая, не могла вместить троих. Тоби и Лиди нуждались в отдыхе. Син уложила малышей, подоткнула одеяло, бормоча утешения, которых дети уже не слышали. Девушка осторожно погладила россыпь золотистых волос сестры и круглую макушку с темными кудрями Тоби, боясь разбудить их, и выскользнула за дверь в поисках диванной подушки.

Алан и Ник были на кухне. Ник, скрестив руки на груди, прислонялся к раковине, Алан вытирал столешницу.

— … поверить не могу, что ты это сказал, — услышала Син обрывок фразы Алана.

— Все просто, — невыразительно ответил демон. — Ты — калека, поэтому тебе нужно спать в постели.

— Это было очень… — Алан заметил девушку и покраснел. — Привет, Синтия.

— Привет, Алан, Ник, — кивнула девушка.

— Я только что говорил Алану… — начал объяснять Ник, ни капли не смущенный ее внезапным появлением.

— Я слышала, — перебила Син.

— И как я только что сказал брату, — вклинился Алан. — Я в порядке.

— Ник прав, — возразила Син и резко смолкла, наблюдая, как меняется лицо Алана, словно темная тень чего-то неведомого и угрожающего двигалась глубоко под толщей воды.

— Окей, — легкомысленно ответил Алан. — если вы оба так переживаете за мой сон в собственной кровати, то я пойду и лягу прямо сейчас. Вставать рано, школа Лиди довольно далеко от дома.

Син обратила внимание с какой легкостью парень играет свою роль. Вероятно, он сотни раз лгал таким образом, чтобы убраться с глаз Ника. В том, что он лжет сейчас, виновата она. Девушка молча стояла посреди кухни, пытаясь справится с осознанием того, что Алан будет корчится от боли в соседней комнате, а она не сможет даже войти к нему так, чтобы не узнал его брат.

Алан поспешно двинулся к выходу, Ник молниеносно загородил дверь.

— Что происходит? Почему у Син такое выражение лица?

— Уйди с дороги, Ник, — отчаянно рявкнул парень.

— Нет. — уперся демон.

— Ник, — скрипнул зубами Алан, затем издал жутки, нечеловеческий звук и рухнул лицом вперед.

Син перехватила его, смягчая падение, парень этого даже не заметил. Он снова жутко застонал, пытаясь свернуться в позу эмбриона, когда по его телу прошла судорога. Девушка скользнула на пол, устраивая голову Алана на коленях, оберегая его от травм. Деревянный пол слишком жесткая поверхность для того, кто бьется в конвульсиях. Парень вновь крикнул низким, сдавленным голосом.

— Шшш, — беспомощно сказала Син, словно он мог слышать ее. — Я здесь. Я держу тебя. Все в порядке.

Девушка просто не знала, что еще можно сказать. Краем глаза она заметила движение.

— Что с ним происходит? — требовательно спросил Ник, вперившись в нее черными дырами глаз.

Алан издал еще один мучительный стон, забился так сильно, что Син с трудом удерживала его. Ник отпрянул как от удара.

— Что…

— Заткнись, — прикрикнула девушка. — Мне надо помочь Алану!

— Так помогай! — голос Ника перестал походить на человеческий, будто кто-то пытался играть знакомую мелодию на неведомых музыкальных инструментах. — Что я могу сделать? Есть же что-то, чем я могу помочь!

— Я держу его, — ответила Син. — А ты просто заткнись.

Алан продолжал вскрикивать и биться в агонии. Ник притих.

— Тише, тише, — снова зашептала Син, поглаживая Алана по голове. Он пытался поймать её запястье горячей ладонью. В разгар мучений, он снова сжал зубы, подавляя вопли. Син поняла, что он старается не разбудить детей. Сдерживая слезы, она взяла себя в руки. Приступы все продолжались и продолжались. Девушка подумала, что никогда в жизни не позволила бы постороннему человеку заботится о ком-то из близких. Ник крайне мало заботился о своем брате. Она взглянула на демона поверх головы Алана. Демон сидел на полу и трясся, как побитый пёс. Его рука потянулась к брату, сжалась в кулак. Ник сильно стукнул кулаком в пол, не заметив, что поранился. Демон пожирал взглядом лицо брата.

Ник заботился о брате, поняла Син, но по-своему. Он — не человек, глупо примерять на него людские стандарты. Вот только забота демона вряд ли приносила Алану пользу.

— Я здесь, — повторяла Син Алану снова и снова. Возможно, ему станет легче от осознания, что рядом есть человек. Её колени разламывались от боли к тому времени, как Алан обмяк в ее руках.

На мгновение ей почудилось, что его сердце не выдержало и он умер, но тут Алан слабо попытался сесть. Син помогла ему, приобняв за плечи, Ник схватил брата за руки, и фактически зашвырнул его на стул за крошечным круглым кухонным столом.

— А теперь выкладывай, что происходит.

Син угрём скользнула между братьями, закрывая Алана от взгляда демона.

— Отвали от него, у тебя что, ни капли жалости?

Ник схватил девушку за горло, переключая свое внимание на неё. Демонические глаза заблестели.

— Не смей вставать между мной и братом, — мягко сказал он. — И нет.

— Не трогай её, — приказал Алан ломким голосом.

Ник выпустил горло Син и отошел за стойку, словно без преграды на пути, он за себя не ручается.

Син ему тоже не доверяла.

— Она знает, что происходит. Сколько людей знает об этом? Почему ты не сказал мне? Почему ты всегда врешь?

— Так уж я устроен, — тихо ответил Алан, и добавил более твердо: — Я стараюсь оберегать тебя. Бессмысленно было тебе говорить об этом.

— Бессмысленно? — эхом откликнулся Ник.

— Да, — продолжал Алан. — Ты ничего не сможешь сделать. Всего лишь демонстрация власти Джеральда надо мной. Он жаждет, чтобы ты огорчился настолько, что к моменту его прихода был согласен выполнить любое требование.

Алан решил не упоминать, что требования уже выдвигались. Син наклонилась над ним, якобы проверяя, все ли в порядке. Их глаза встретились. Оба совершенно ясно поняли друг друга.

Вот уж действительно, так уж он устроен.

— Тебе не пришло в голову, что я должен знать об этом?

— Я не собирался доставлять ему удовольствие, — отрезал Алан.

— Он пытался скрыть это от всех. Я увидела это в тот день, когда учила его стрельбе из лука. Если бы я решила, что тебе надо знать, я бы поделилась.

Идеальный баланс лжи и правды. Син взглянула на демона, чтобы проверить, купился ли он. Ник облокотился на стойку и опустил голову.

— Что мы собираемся делать? — его голос наполнялся нарастающей яростью. — Каков план?

— Ну, ну, — нежно и устало сказал Алан. — В этом проблема. Его нет.

— Что значит нет?

— Подумай сам, Ник. Если бы план был, Джеральд мог бы выпытать его из меня в любой момент. Я не должен ничего знать.

Плечи Ника напряглись еще сильнее, пока брат говорил, голова опустилась еще ниже.

— И что нам делать? Сидеть и ждать, пока он выдвинет требования или убьет тебя?

— Я бы предпочел второе, — устало произнес Алан. — Не хочу быть рабом магов.

— Какая разница? Что в этом такого? Я был рабом одного из них, — поинтересовался Ник.

— Это было до того, как ты стал моим, — голос Алана стал тверже. — Ник, если я умру, я надеюсь, что этого не случится, но все же, если вдруг я умру, то это ничего. Все хорошо. Ты не останешься один, у тебя будут Мэй и Джейми, они о тебе позаботятся. Я буду спокоен. Завершится моя пожизненная работа. Знаешь, я ведь помню кое-что о своей жизни до твоего появления. Разрозненные кусочки воспоминаний о моей матери, но, оглядываясь назад, я понимаю, что смысл в моей жизни появился вместе с тобой. Желание позаботиться о тебе — вот что всегда было главным. Так что, все в порядке.

Ник не поднял голову, и когда он заговорил, его голос звучал холодно и отстраненно.

— Я помню свою жизнь до тебя. Не заставляй меня так жить снова.

— Ник… — начал было Алан.

— Ник, — злобно передразнил демон. — Ты слышал, как Оливия называла меня Хникарр, и превратил моё имя в дурацкое, человеческое детское прозвище. Самая большая ложь началась с этого. Николас Райвз. Как будто такой человек существует. Кем, думаешь, я буду, если ты умрешь?

— Думаю, ты останешься Николасом Райвзом. Ты сделал эту ложь правдой ради меня. Ты сам отзывался на это имя раз за разом. Я знаю, кто ты такой.

— Ты знаешь кто я?

«Демон», — подумала Син, но промолчала. Алан тоже хранил молчание, только покачал головой, ожидая продолжения.

— Я не могу придумать план. Я не могу никого спасти, — продолжал Ник. — Я могу только убивать. Я — оружие. Если я не могу быть твоим оружием, то стану чьим-то другим.

— Что ты собираешься делать? — уточнила Син.

Ник на мгновение приподнял подбородок, открывая горло Алану, как будто это и было ответом.

— Будь осторожен, — промямлил Алан. Это определенно был ответ.

— Кто бы говорил, — хмыкнул Ник. — Сегодня я девять минут думал, что ты уже мертв.

Голос демона звучал по-прежнему холодно и равнодушно, но, тем не менее, он считал минуты. В голове Син эти две вещи складывались плохо. Ник вопрошающе уставился на девушку. Смотреть в его глаза все равно что вглядываться в бездну. Син стерла с лица все эмоции. Ник сверлил ее взглядом еще какое-то время, потом повернулся и вышел. Дверь квартиры за ним с грохотом захлопнулась. Алан взял свой телефон и позвонил Мэй.

— Полагаю, у тебя скоро появится гость, — сказал Алан. — Дай мне знать, если твоя тетя Эдит его засечет и вызовет полицию. Я приду и вытащу его, как всегда. Да, и Синтия с детьми у меня. Они в безопасности.

Алан приподнял бровь, глядя на Син, та помотала головой.

— Она уже спит, — не моргнул глазом, соврал парень. — Да, долгая была ночь. Я передам ей, что ты хотела с ней поговорить.

Алан выключил телефон.

— Как думаешь, что Ник собирается сделать? — спросила Син.

— Не знаю и стараюсь не думать об этом, чтобы не выдать случайно Джеральду, — пожал плечами Алан. — Кроме того, справедливо позволить Нику иметь секреты, учитывая сколько их у меня накопилось за всю жизнь.

— Ага, — Син представила руки Ника на горле, подумала, как он может навредить даже Алану. — Ты безусловно трудный ребенок.

Девушка облокотилась на столешницу. Алан видел ее насквозь, так что можно не притворяться. Она так устала.

— Ты правда можешь занять мою кровать, — Алан послал ей красивую, настоящую улыбку. — Уже глубокая ночь, тебе надо поспать.


Син не стала акцентировать внимание на том, через что прошлось пройти Алану сегодня ночью. Вместо этого, она развернулась и направилась в гостиную, к дивану. Обернувшись, девушка сказала:

— Мне действительно нужно поспать. Надеюсь, меня не станет будить злой, демонический будильник.

— Я справлюсь с Ником, — кивнул Алан.

— Не сомневаюсь, а я справлюсь с полом.

Алан встал и заковылял к ней, прихрамывая сильнее обычного, видно сказывалась усталость. Син отвернулась, не желая смотреть на это, и уткнулась лбом в дверной косяк. Открыв глаза, она моментально поняла свою ошибку. Не стоило так делать. Вокруг рта Алана залегли горькие складки.

— Сегодня с тобой случилось много неприятного, — ровным голосом сказал он. — Мне бы хотелось, чтобы ты спала в нормальной постели.

— А как насчет того, что с ТОБОЙ сегодня случилось? Или это не считается, потому что это ты?

Девушка отступила в сторону спальни и поманила его пальцем.

— Можем разделить постель, я не возражаю, — танцующей походкой Син пошла в сторону спальни, ни разу не оглянувшись. Да, она уже не на Ярмарке, но всё ещё танцовщица, способная грациозно и красиво двигаться. Син уперлась коленями в кровать и повернулась. Алан стоял в проеме двери.

— Я возражаю.

— Конечно, — хрупкое спокойствие Син рассыпалось как карточный домик. — Я не предлагала ничего, кроме сна, знаешь ли.

— Я не думал… — Алан покраснел до бровей.

— Я не предлагала! — рыкнула Син, опустилась на кровать и закрыла лицо руками, чувствуя, как непролитые слезы обжигают глаза. Она так давно не плакала. Алан тяжело пересек комнату, присел рядом и коснулся ее кончиками пальцев.

— Синтия, всё окей.

— Я не предлагала, — настаивала Син, убеждая саму себя. Она так устала и хотела лишь немного отдыха. Покой нам только снился. Девушка до боли зажмурилась.

— Синтия, — Алан вложил столько чувства и силы в свой и без того великолепный голос, что маска Син разлетелась вдребезги. — Все в порядке.

— Что в порядке? — возразила девушка. — Ничего не в порядке! Я пустила Ярмарку под откос. Мне следовало предвидеть все это. Они захватят нас. Я должна была разобраться с этим!

— Я должен был… — начал было Алан, но Син с жаром перебила его.

— Они — МОИ люди, не твои. Я единственная знала о том, что Лиди владеет магией. Я должна была возглавить Ярмарку, тогда я смогла бы ее защитить. И я облажалась!

Она все еще не плакала, дрожа всем телом, пыталась справиться с эмоциями. Алан бережно отвел ее локоть, Син слепо уткнулась ему в ключицу, обвивая рукой за шею. Она стиснула зубы, вздрагивая снова и снова.

— Синтия, — прошептал Алан, баюкая её и поглаживая по волосам. Она чувствовала, как пряди электризуются и закручиваются, поднимаясь вверх и стремясь обвиться вокруг его пальцев. Острое желание обнимать его так где-нибудь в другом месте, оставить его только для себя затопило Син.

— Синтия, — Алан снова позвал ее по имени. Девушка отстранилась, откинулась на подушки и потянула его за собой.

— Иди ко мне. Обмани меня.

Алан лег рядом с ней, неловко устраивая больную ногу на кровати. Пальцам в ее волосах, напротив, было комфортно. Они медленно скользили по коже, словно лунный свет, невесомо, очерчивая контур локона возле щеки. Син потянулась, сняла с Алана очки, складывая дужки, улыбнулась Алану, устраивая их на прикроватной тумбочке.

В лунном свете он был великолепен. Мерцающий золотистый ореол окутывал его кожу и волосы. Глаза, цвета звездного неба, такие глубокие, что можно было потеряться в них навсегда.

— Синтия, — прошептал Алан, поглаживая ее по щеке, — я не обманываю тебя.

— Да, — Син дрожала от его прикосновений. Она закрыла глаза и уютно устроилась на подушке, почти касаясь его шеи. — Вот так.

Загрузка...