36

Караподы рысью донесли Оби-Вана и Анакина туда, где заканчивались каменные колонны, и формовщики остановили своих скакунов. Здесь, за мощеной базальтовой дорогой, фабричная долина превратилась в широкую равнину, покрытую туго скрученными усиками, похожими на фишки настольной игры. Груженные топливом караподы бежали впереди, между огромными, несколько сот метров высотой, скалами-колоннами, которые служили поддержкой для зеленого купола бораеов.

Это было самое большое закрытое пространство, которое только доводилось видеть Анакину в своей жизни. Верхушки колонн, чья поверхность была зашлифована льющейся по ним водой, пропадали в густом тумане, а в паре километров впереди этот туман сгустился в темно-синие тучи и изливал на землю мощные потоки дождя. И все это под пологом леса!

— Здесь у нас калильные ямы, — сказал им краснолицый калилыцик. Он спрыгнул с кара-пода и указал рукой на густые клубы дыма, которые поднимались из пылающих багряным пламенем ям, выкопанных у непомерно разросшейся живой ограды долины. Калилыцик пересчитал семян-партнеров Анакина, тыча в каждого пальцем и шевеля при этом губами: — Парень, у тебя очень много. Что они тебе говорят? Ты их слышишь?

Анакин кивнул.

— Ну? Тебе нечего скрывать от меня, я же твой калилыцик.

— Они говорят, что сгорают от нетерпения.

— Вот это мне нравится. Давай их мне и иди за мной.

Анакин бережно снял все двенадцать семян со своей одежды. Каждый партнер издал слабый писк, но не стал пытаться прилепиться обратно к хозяину. Мальчик передал семена калильщику, который зашвырнул их на спину караподу.

— Они поедут, а ты пойдешь, — заявил калилыцик, затем забрал у Оби-Вана его трех партнеров. — Их тоже добавим до кучи, — добавил он с усмешкой. — Хорошая идея — сложить их вместе! Как хорошо, что вам попался я, а не они, — он показал большим пальцем на остальных калильщиков, которые дружно расхохотались. Краснолицый оглушительно свистнул и разразился хохотом: — Они по сравнению со мной — любители. Я легко смогу прокалить сразу пятнадцать семян и убедить их соединиться!

— Не слушайте этого хвастуна! — крикнул один калильщик.

— Вам еще повезет, если он склепает вам ручную тележку! — добавил другой.

— А, это они делятся с вами своим жизненным опытом, — прорычал калильщик. — Не обращайте на них внимания. Мы тут все друзья. — Он покосился на них и потер руки, стряхивая с кожи белую высохшую шелуху множества семян-партнеров. Обрывки закружились вокруг, как снежинки. — Старый Судия разделил нас в этой долине на высотных и низинных жителей. Мы живем внизу и знаем эти края лучше, чем кто бы то ни было. Он лично выбрал нас и сказал нам создавать семьи: ферроанцы наверху, лангези — внизу. Мы знаем свое место. Он все мудро устроил.

Анакин слышал о небольшой древней планете Лангеза — читал о ней в библиотеке Ордена на Корусканте. На планете вот уже сотню лет правили цинимальцы, которые поработили местных жителей — лангези, вызвав тем самым волны иммиграции в другие части Галактики. Лангези специализировались на сельском хозяйстве и биотехнологиях. Они знали, как на основе одних живых существ создать новых, и много столетий поставляли экзотических домашних любимцев для богатых семей по всей Галактике.

Цинимальцы, глубоко религиозные и нетерпимые к иноверцам, рассматривали увлечение лангези биотехнологиями как грех в глазах, богов. Вот пиратство, работорговля и война против всей Галактики — это другое дело, против этого их боги не имели ничего против.

— Но не будем вдаваться в подробности. Вы получите корабль, затем вершинники заставят вас многое забыть! Но вы увидите все своими глазами. Вы запомните кузнечные ямы. А еще… — он хитро скосил глаза, и его пышущее здоровьем румяное лицо превратилось в гротескную маску. -.. меня зовут Вагно. Меня вы запомните.

Загрузка...