Парад Духов. 2 серия: Лисья свадьба

Эпизод 8

« — Ты ей веришь?! Ты поверил, что демоница на самом деле желает стать твоей женой? Одумайся, ученик…» — искаженный голос мастера вырывался изо рта Нобу.

Эрика завороженно следила за тонкой нитью, что воссоздавала на шёлковой алой ткани образ разъяренного немолодого мужчины, который украдкой достал припрятанный чёрный зонтик с подозрительно острым наконечником.

Подмастерье, охваченный сомнениями, отвернулся от своего учителя — и получил смертельный укол в грудь. Изо рта его полилась тёмная густая кровь, заливающая картину до самых краев.

— Он долго наблюдал за нашими встречами… Достаточно долго для того, чтобы напитаться неописуемой яростью. Рядом со мной Кумико была слишком доверчивой. Она не скрывала свои прекрасные хвосты… И мастер, объятый ревностью, подготовился. Он смочил наконечник зонта змеиным ядом. Наточил его для меня. И, улучшив момент, нанёс стремительный удар… Умирая, я понимал, что жители города спустят собак на мою возлюбленную, попытаются сжечь её, заклеймив ужасным демоном… Должно быть, именно сильнейшее желание помочь ей сыграло со мной злую шутку. Ибо в тот миг я и слился с зонтиком.

Единственный глаз Нобу проронил чернильную слезу, оставившую след на рукояти. Сердце Эрики дрогнуло, пропитавшись искренним сочувствием к истории искалеченной души.

— Но как вы попали сюда…? На её свадьбу… — тихо спросила девушка, сдержав тяжелый вздох.

— Я был обречён навечно гнить в заброшенном городе, — признался Нобу, — и мне даже не хотелось изменить свою печальную участь. Но это место… Воссоздано из воспоминаний Кумико. Оно не просто манило меня. Я, можно сказать, получил в него прямое приглашение, потому что являлся неотъемлемой частью её памяти.

— Значит, она не забыла. Она не хочет забывать, — вмешался Масаору.

Голос его звучал как-то иначе. Слишком хрипло и надрывно, будто и он принял историю зонта близко к сердцу.

— Кумико считает меня предателем, — уныло проронил Нобу, — источником всех своих бед. И, на самом деле… Наверное, это можно считать правдой. Наше счастье оставалось эфемерным. Я не смог её защитить.

— Перестань, ещё не всё потеряно! — вскричал Масаору. — Ты можешь объясниться с ней. Можешь раскрыть истину и остановить свадьбу. Чего же ты ждёшь, Нобу?

Молчание зонта казалось красноречивее любых слов. Он качнулся на месте, в сторону реки и, наконец, ответил чуть слышно:

— Остановить свадьбу… Разве это не эгоистично по отношению к ней? У Кумико есть шанс получить своё счастье. Она достаточно долго страдала. А теперь… Выйдет замуж. Заведёт детей. У неё всё будет хорошо, понимаете? Вмешаться сейчас — значит снова разрушить её жизнь. А я этого не желаю.

Эрика чувствовала лишь усиливающуюся беспомощность. Ей так хотелось чем-то помочь Нобу, хоть как-то его утешить, но, на самом деле… Она сталкивалась лишь с неоспоримой правотой призрака.

В конечном счёте все зависело от его выбора. И только в кино этот выбор казался простым и очевидным…

— Чего ты тогда желаешь? — с тяжестью в голосе проронил Масаору.

Нобу на мгновение раскрыл свои спицы:

— Утонуть. Здесь такое дивное место… Очень спокойное. Напоминает тот день, когда мы с Кумико решили связать наши судьбы. Встретиться у реки на закате и уехать прочь из города… Обвенчаться в старинном храме, продолжить путь в будущее рука об руку. Наивные мечты… Мне они нравились. А сейчас… Остаётся только пойти с ними ко дну. В день её бракосочетания это особенно символично.

Подобный символизм нёс за собой лишь привкус сожаления. Человеческие чувства сложны, а чувства призраков — запутанны. И даже любовь, побеждающая любые преграды в легендах, на деле оборачивалась неизбежным трагизмом. Не все истории счастливо заканчиваются. Эрика об этом знала, но всё равно отчаянно сражалась с собственным разумом. Ей не хотелось отправить Нобу ко дну, но он сам так отчаянно жаждал забвения… И, к тому же, главный вопрос оставался нерешенным: что делать с лисьей свадьбой? Если она не случится, сможет ли Рика отвести Масаору на Парад Духов…?

Слишком много вопросов, но мало ответов.

— Хорошо, — внезапно согласился Масаору, — мы исполним твоё желание. Давай же, Эрика.

На секунду девушка опешила. В голосе духа крылись нечитаемые, слишком противоречивые эмоции.

— Не хочу, — нахмурилась она, — ты предлагаешь мне просто взять и утопить живое существо, это… Аморально!

— Как любят люди рассуждать о морали, — едко проронил Масаору. — Тогда скажи мне: милосерднее просто оставить его здесь? Несчастная душа, раздробленная и заточенная в ловушку старого зонта… Ему придётся вечность существовать в невыразимых муках. Ты возьмёшь на себя ответственность за чужие страдания, Эрика?

Девушка сжала пальцы в кулаки, нервно усмехнувшись. Наверное, это упрямое желание — до последнего надеяться на лучшее. На то, что произойдёт чудо… Но чудеса не случаются по расписанию. И всё, что ей оставалось — послушаться, отгоняя гнетущие мысли.

У реки валялось множество камней, один из которых Рика подняла, охнув от тяжести. С виду небольшой, а на деле… Так и тянет вниз.

Эрика повернулась к молчаливому Нобу и призналась:

— У меня нет верёвки… Чтобы привязать его к тебе.

— Не беда.

Зонтик распустил часть шёлка, оголяя проржавевшие спицы. Нити обвились вокруг камня тугими узлами, покрывая его подобием сети. Рика шмыгнула носом, прижимая тяжёлую ношу к груди и медленно пошла к мосту. Наполовину распущенный зонт послушно прыгал за ней.

— Ты уверен, Нобу…? — ещё раз спросила Эрика, чье сиплое дыхание выдавало немалое напряжение от веса.

Девушка едва переставляла ноги, чувствуя давление на живот и спину. Странное дело: с каждым шагом камень будто становился тяжелее… Рика чувствовала, что вот-вот надорвётся.

— Не грусти обо мне, девочка, — мягко отозвался зонтик, — я уже давно всё решил. Просто сбрось меня с моста… Так будет лучше для всех нас.

Эрика поднялась на указанное место, покрывшись потом. Хрипло выдохнув, девушка с трудом перевалила камень за бортик, прикусив нижнюю губу от досады.

— Надеюсь, ты упокоишься, Нобу… — прошептала она.

Спицы зонтика беспомощно выгнулись к небу, он словно потянулся вверх, прежде чем камень утащил его в реку.

— Кумико! — воскликнул призрак, коснувшись бурной речной воды.

И тогда время остановилось. Эрика почувствовала, как парализовало её мышцы, как затвердело дыхание свинцом в груди. Ветер затих, капли воды повисли в воздухе. По реке шла алая кицунэ.

Её грациозная походка внушала благоговение, а смоляные очи искрились столь ярко, что невозможно было отвести взгляд.

— Кумико… — хрипло повторил Нобу, чья ручка так и застыла у поверхности воды.

— Здравствуй, — она подошла очень близко, задумчиво склонив голову набок.

Длинные когти лисы чуть подрагивали. К удивлению Эрики, Кумико больше не выглядела разъяренной.

— Я… Ты… — натужно проронил зонт, словно пытаясь оправдаться.

— Я всё слышала, — усмехнулась алая лиса, — это ведь моя часть изнанки. Могу ли я оставить чужаков без присмотра?

Рика едва не фыркнула. К сожалению, магия лисы до сих пор сковывала её движения.

— Ты долго страдал, — произнесла Кумико.

— Потому что был слишком наивен при жизни. Я заслужил эти страдания. Я не смог тебя спасти.

— Все эти годы меня изнутри пожирало осознание твоего предательства, — призналась кицунэ, — я не могла перестать думать о тебе и задавалась лишь одним вопросом: почему? Почему ты так со мной поступил? А ответ… Оказался до боли простым.

— Я люблю тебя, — проговорил Нобу, — при жизни, или после смерти… Это никогда не менялось.

Кумико вздрогнула, отводя взор. Её бледные пальчики потянулись к рукояти зонта. Она забрала его, с лёгкостью выкидывая камень подальше. Она что-то шептала Нобу и её голос уподоблялся нежнейшей песне.

— Я не могу отменить свадьбу с мастером Ходо, — грустно улыбнулась Кумико, поднимая взор на Эрику, — но… Я всё равно хочу поблагодарить тебя, человеческое дитя. Ты и твой спутник… Сослужили мне добрую службу.

Красные хвосты лисы взметнулись в воздухе и Эрика вновь обрела возможность двигаться. Девушка тяжело задышала, опершись локтями на перила.

— Возвращайтесь обратно. Церемония скоро начнётся, — игривый тон кицунэ смешался с шумом ветра, — и помните: вам стоит уйти после первого звона свадебного колокола. Иначе… Ты окунешься в безвозвратное безумие, удачливая девочка.

Силуэт Кумико растворился в алой закатной дымке. Рика нервно сглотнула и позвала:

— Масаору… Масаору, ты тут?

— Разумеется, — надменный голос призрака ничуть не изменился.

— Я… Эм, ты знал, что она нас слышит? — уточнила Эрика.

— Предполагал. — не стал скрывать дух. — Шестихвостые лисы весьма могущественны и хитры… А ещё очень любят подслушивать.

Девушка не удержалась от лёгкой улыбки. Всё же, её компаньон не настолько жестокий! О том, что случилось бы с Нобу, если бы Кумико не пожелала его спасти, Рика предпочитала не думать.

Ей пришлось спуститься с моста, отправившись к основной части праздника.

— Эй… — вдруг нахмурилась Эрика. — А почему она назвала меня удачливой? Вроде и повода не было…

— Не знаю, — ровно отозвался Масаору.

Час заката застыл на горизонте, объяв лица и морды гостей изумительным алым сиянием. Все смотрели вперёд, на возвышение, где мастер Ходо стоял в свадебном облачении. Морда толстого тануки лоснилась от довольства, а шерсть блестела в солнечном свете.

Музыка от флейт, резных барабанов и тонких струн заполнила пространство, а лепестки сакуры закружились в танце с ветром, привнося сладковатый аромат. Невеста, наконец, вышла из своего дома, смело ступая по дорожке из золотых монет и драгоценных камней. Её изысканное платье переливалось сотней невиданных оттенков, а узоры сменяли друг друга, показывая красочных мифических созданий. Среди них превалировал золотой феникс — и точно такой же был вышит на старинном зонтике Кумико.

Эрика приоткрыла рот, пытаясь понять: что задумала лиса? Конечно, Рика держалась на периферии толпы, готовясь в любой момент сорваться с места, но… Она бы соврала, если бы сказала, что ей ни капельки не интересен финал этой необычной истории.

Кокетливая красавица поднялась на возвышение, остановившись напротив арки из золотого дерева с изысканной резьбой, изображающей семь богов счастья. Кицунэ повернулась лицом к своему избраннику, и музыка резко стихла.

А потом послышался шёпот. Шелест неизвестных древних фраз вливался в уши, порождая незнакомые, туманные образы. Ладья посреди реки, угасший фонарь души, аромат мокрого леса, бесконечная погоня, первый рассветный луч, запах плодородной почвы… Голова Эрики заболела от тяжести, а дыхание вновь перехватило.

Вокруг нарастало гудение, которое издавали все присутствующие призраки и монстры, но, одновременно — оно исходило извне. Само пространство ожило, стало подвижной массой и бесконечно пело, прославляя счастье красной лисы.

Ходо начал петь свою клятву. Его басистый голос казался особенно ритмичным, вплетаясь в таинственный ритуал. Когда он закончил — пришла очередь прекрасной Кумико.

— Разве это не восхищает? — ласковый шёпот на ушко едва не заставил Рику вскрикнуть, очнувшись от транса.

Рядом стоял Инари. Он смотрел на бракосочетание с усиливающимся интересом, а на губах его блуждала странная улыбка.

— Д-да… Она… — Эрика нервно облизнула губы, пытаясь вслушаться в витиеватую певучую клятву Кумико.

— Любопытно одно… Кому именно она признаётся в вечной любви? — спросил Инари, на шаг отступая от Рики.

Глаза девушки расширились. Она вдруг заметила, как сильно кицунэ сжимает рукоять знакомого зонтика с двумя чернильными каплями.

В тот миг пространство заискрилось. Мастер Ходо перевёл ошеломленный взгляд на невесту и вскричал:

— Кумико…!

Её зонтик… Видоизменился. Он обретал призрачные контуры человеческой фигуры. Но поразительную сцену разбил первый удар колокола. Гулкий, протяжный и всеобъемлющий звон поглотил сознание Эрики, ослепил её, опустошил и оставил в растерянности.

— Что же ты стоишь?! Быстрее, скоро будет второй! — испуганно вскричал Масаору, поторапливая её.

Эрика вздрогнула и выбежала из толпы гостей. Её ноги были охвачены пламенем, горло саднило от натуги, а паника билась в голове единственной мыслью: «Хоть бы успеть! Хоть бы, хоть бы…».

Проход в реальность, мазок серой краски среди ярчайшего пространства изнанка. Девушка зажмурилась, уловив то, как приготовился мир ко второму удару колокола… И решительно нырнула по ту сторону.

Ей так и не удалось увидеть, чем же закончилась свадебная церемония. Проход рассыпался снопом искр, когда следом за Эрикой в реальный мир вышел белокурый Инари. Его бдительный взор теперь был прикован к метущемуся силуэту человеческой девы с «незваным гостем».

Конец.