Паладин. Книга 2. В погоне за наследием

Глава 4, в которой мы знакомимся с мароном и другими местными обитателями

Мерно раскачиваясь в такт движениям мощных лап Гурма, я мысленно рассуждал насчет своего нового товарища.

«Вот ведь достался питомец — кот котом. Висит себе молча шарфом уже два часа, ленивая жопа. На вопросы не реагирует, общаться отказывается. Шея уже от такого шарфа огнем горит, благо что под ночь ветер прохладный подул. Днем сварюсь заживо.», — только подумал я, как в области затылка острые когти неглубоко впились в шею.

— Ай-ай. А ну прекращай! А то щас вниз полетишь и своими лапами дальше топать будешь. — негромко, но уже вслух, прошипел я.

Наш отряд продолжал двигаться по вытоптанному тракту, холмистая местность закончилась и превратилась в ровное плато, за которым впереди по дороге маячил густой высокий лес. Полностью стемнело. Воины достали светящиеся артефакты, заместо факелов и освещали ими путь и пространство вокруг. Привал пока не объявляли. И хоть наш отряд был достаточно сильным для практически любой угрозы, кроме подготовленного войска Ревущего, после прочитанного в свитках, я нервничал. Мы светились для местных хищников на всю округу. Вспомнить хотя бы ту же птичку из Прилесной — для нее любой воин, включая меня, будет отличным подсвеченным блюдом.

«Кис-кис! Ты там живой? Не спи, моя карманная система ПВО.», — аккуратно ткнул котяру кулаком, вспоминая как марон меня выручил в деревне.

«Не отвлекай! Я знакомлюсь с твоим миром! Магии у вас конечно не было, но в остальном… Очень интересно!» — промурлыкали в голове.

«На лотки с автоуборкой наткнулся?»

«Не сравнивай меня с вашими примитивными домашними животными. Обращение кот или питомец впреть буду считать оскорблением, со всеми вытекающими. „, — снова почувствовал когти я.

«Иш ты раскомандовался. И как же тебя тогда величать? »

«Луч. Друг. Товарищ. Компаньон. »

«Громкие слова! „, — постарался прокрутить я в голове свои представления о слове дружба.

«Я тоже не в восторге, но как вышло. Надеюсь, у нас все еще впереди. Если конечно ты начнешь головой думать, а не только в неё есть. »

«О как, фразы мои пошли. Интересно, как доступ к памяти ограничить? А то как-то не по себе, что кто-то в моих воспоминаниях и мыслях копается, даже в самых темных или сокровенных…»

«Никак. Слабоват ты еще, чтобы таким долгожителям сопротивляться. »

«И где же я оплошал, о светила местного интеллектуального пантеона? Расскажи, чтобы я стал сильнее и умнее. »

«По мелочи — практически везде. По крупному — тебе не надоело титю у Богини каждый раз просить, как что-то серьезное случается? »

«В смысле? Я вообще то прибыл из безмагического мира, без каких-либо навыков. Вот и приходится просить подсобить Заказчика моего переноса, в безвыходных ситуациях. »

«Не увидел бы твоего славного прошлого, подумал бы, что ты обычный деревенский идиот. Почему нельзя было за время, что слонялся перед выходом с Прилесной самому силу пробудить? Ты же даже если в себе ничего не почувствовал, то понимал, что тебя чем-то облагодетельствовали. »

«Пытался. Ничего не выходило. „, — постарался вложить обиду и образы своих потугов в ответ я.

«Пытался ты пироги жрать и хвост перед деревенскими девками распускать. Пробовать же хоть как-то начал уже только во время битвы в городе и после неё. Все остальное время было так — Мама, Мама, титю, титю! »

Удобная кираса закрывала только туловище и движение рук практически не ограничивала, поэтому вывернуть руку в плече и ухватить наглую пушистую скотину за холку удалось без проблем.

«Но! Но! Но! „ — прошипел Луч у меня в голове, выпуская когти.

«Если ты только на мне кататься будешь и мультики из мозгов смотреть, при этом еще и грязью поливая, то мы не подружимся. Так ведут себя не компаньоны, а паразиты! „ — грозно выдал марону я.

«Ой, ой, ой, какое воспаленное эго! Это все флешбеки из руководящего прошлого? Лучше слушай, да на ус мотай. Вот к примеру, вспомни как ты кнут веры активировал? „, — понизил градус эмоций Луч.

«Подсмотрел у паладинов и местных тварей, а потом постарался воспроизвести, изо всех сил веря, что получится… „, — убрал я руку, успокаиваясь и настраиваясь на конструктивный лад.

«Вот! Тоже было и с рывком, хоть ты и Безликую при активации просить пытался. Давно уже надо было понять, как местная магия работает, чай не ребенок. Свитков вон начитался, до тошноты. Не сидит Богиня над тобой, подолом укрыв и по зову тебе дары активируя. Это твои способности. »

«Ну до чего-то подобного я уже и сам дошел. Когда попробовал внутрь себя заглянуть. Хорошо практики соответствующие в предыдущем мире изучал… »

«Да, с лечением у тебя неплохо получилось. Тут сказать нечего, хвалю. Что-то новенькое для местного мира сделал, даже я сам разобраться еще не могу, как. А в остальном? Ну да ладно. Об этом позже поговорим, а сейчас командуй привал. Впереди территория начинается неспокойная, ночью на неё входить не станем. „, — резко прервал разговоры некот.

Поскрежетав зубами, я все же послушал марона и решил выполнить его поручение. Очень не хотелось на поводу у этой наглой морды идти, так и бегать можно начать на побегушках у местного мохнатого дедушки, пока меня клякса окончательно не успокоит. С другой стороны — в темном лесу ночью двигаться хотелось еще меньше.

«Не будешь бегать, не переживай. Я только за то, чтобы ты своей головой думать учился… „

«У-у-у! Опять подслушиваешь! Паразит ментальный! „

Чертыхнувшись от очередной раз выпущенных когтей, наконец озвучил необходимый вопрос:

— Герес, уже стемнело. Не пора ли нам разбить лагерь? Ночью идти по лесу не лучшая идея.

— В лесу, недалеко от опушки, полянка есть для путников, на ней сторожка. Задержались с выходом, вот и приходится до неё теперь по темноте идти.

«Впереди территория начинается неспокойная, ночью на неё входить не станем. „, — повторил Луч.

Моя интуиция также начала пробиваться с подсознания, предупреждая, что ровное плато и палатки с выставленным охранением, во сто крат лучше чем темный лес и непонятная постройка. Надеюсь, что пушистый менталист еще не научился моими чувствами управлять и интуиция не наведенная… Луч на этот выпад лишь промолчал.

— Не спокойно мне. И посланник тоже говорит, что в лес лучше не заходить. — снова обратился я к парню.

— Тогда мы вас, конечно, послушаем. — кивнул мне Герес, а после крикнул, — Сходим с дороги и организуем привал!

Воины подчинились, но как дозорные, так и валькирии, начали бубнить, тихо выражая недоумение странному, по их мнению, решению.

Я воинов понимал - ночевать под открытым небом или хоть в простеньком, но укрытии, это принципиально разные ощущения и объем работ. Но и проигнорировать свою чуйку и слова божественного компаньона не мог.

Съехав с дороги всем нашим небольшим караваном, встали лагерем.

Дозорные все же убежали на хортах к лесу, за хворостом и сухими ветками для костра. К счастью вернулись они живыми. Однако, вместо ожидаемого скепсиса по поводу надуманных угроз, выказывать своим видом возмущение после поездки они перестали. Такое изменение в поведении заметил не только я.

— Что-то увидали? — негромко спросил Герес, когда Мирт со Скаром принялись собирать из привезенных материалов костер.

— Темно. Не видать ничего. Но как-то… — замялся, ответив Мирт.

— Боязно. Будто смотрит на тебя кто-то. Голодным взглядом. Аж мурашки по коже. — выразил чувства напарника Скар.

Подслушавшие этот разговор остальные участники отряда также свое отношение к вынужденной остановке под открытым небом и продуваемому всем ветрам полю изменили. Все сконцентрировались на своих обязанностях. Работа по организации лагеря начала спориться.

Маги разожгли костер и выставили сигнальные заклятия. Валькирии достали снедь. Воины распрягли и подкормили хортов. Недовольно поглядывающие на чащу звери, разбрелись после еды вокруг лагеря, и улеглись на ночевку. Все сообща выложили подстилки кругом вокруг костра и уселись перекусить и выслушать наконец, что за черный редкий зверь порадовал нас своим присутствием.

Призрак нервозности и тревоги летал над всеми обитателями организованного лагеря.

Решив не смущать народ, я вызвался в охранение на ночь, так как впервые за оба мира, по ощущениям, выспался впрок. Хоть на Земле и говорили, что это сделать невозможно.

«О, поверь, ты теперь можешь много больше того, что мог на Земле… »

«Ты теперь все мои мысли будешь комментировать? »

«Не переживай, для такого тесного общения мне нужен тактильный контакт. Поэтому, в будущем такое у нас будет редко. »

«Это отличная новость. А то я уже думал, что ты теперь моя шиза… А мы без контакта общаться сможем? »

«Да. Пока шагах на десяти, а там, я все же верю, что ты под моим чутким руководством сможешь стать сильнее и умнее. Тогда преград для нас не останется. »

Отойдя от лагеря на десяток метров, я сел на подстилку лицом к лесу в свою любимую позу лотоса. Меч на всякий случай решил положить рядом. Пушистый шарф при этом мешал схватиться за рукоять, но прочитав мою задумку, спустился наконец с шеи и разлегся теперь на моих ногах.

«Хорошо то как! », — я расположил рядом с мечом световой артефакт и начал остервенело растирать "освободившуюся" шею.

«Не благодари! »

«И что полезного ты еще умеешь? Кроме как давать ценные советы, греть шею и предупреждать об опасностях? »

«О поверь, пока тебе достаточно и этого! Остальные мои навыки пока тебе не пригодятся. И насчет твоих мыслей — пускать тебя в свою память я и вовсе не буду. Твой разум просто не справится ни с объемом, ни с образами. »

«Ну спасибо, за очередное упоминание моей неполноценности и твоего величия. Что же у тебя там такого? Я тут давеча и вовсе глазами Солнцеликого поглядеть успел, не лопнула тыковка. »

«Видел, видел. Даже не представляю чего это ей стоило… » , — сказал марон и затих, а после и вовсе спрыгнул с моих ног и коротко глянув на меня, убежал за предел освещаемого костром и артефактами круга.

«По французски. Посреди разговора. Обиделся что ли? — подумал я, устраиваясь поудобнее и проверяя, что смогу при необходимости быстро дотянуться до меча, — Защиту бы еще какую от дистанционных атак и ментала. А то усыпят часового и перережут или перегрызут весь отряд. На Земле то рисков всегда куча была, а тут и подавно, с магией и тварями всякими жуткими.»

Вперив свой взгляд в чащу, быстро адаптировавшийся к полумраку, я начал стараться различить среди деревьев хоть какое-то движение. Звуков ночной лес давал много, а вот движений, кроме мерного покачивания веток древесных исполинов, различить не удавалось. На периферии то и дело то тут, то там, что-то проскакивало, но это скорее было игрой тревожного разума, чем какими-то местными ночными обитателями.

На красивое звездное небо с мерно плывущими газовыми галактиками, а также Хамой и Гамой, также периодически бросал взгляды. Сперва смотрел больше в надежде, что успею заметить там очередного ночного охотника, прежде чем он меня унесет или заберет кого-то из других участников нашего отряда. После, поняв, что это занятие бесперспективное, в определенный момент откинулся на траву, наблюдая за парой спутников.

— Интересно, как нужно любить, чтобы вот так, бесперспективно, тысячелетиями пытаться хотя бы дотянуться до неё? — потянуло меня на романтические мысли, — Наверное она действительно такая необыкновенная, что ты не оставляешь своих попыток…

В голос проговорил я, представив своих божественных покровителей.

Закончив образами своей жены и воспоминаниями, как сам за ней ухаживал, снова поднялся, приняв сидячую позу.

«Не стоит отвлекаться. А то точно сожрут. »

Внимательно осмотрел опушку и поле вокруг лагеря, на предмет крадущихся тварей или очередных насекомых-переростков. Оглядел и лагерь, с мерно спящими товарищами. Хоты крутили во сне длинными ушами и негромко пофыркивали. Кто-то из воинов тихо поднялся и отошел, укрывшись за повозкой, чтобы справить малую нужду, а после вернулся на свое место и устроившись, мгновенно затих.

Было в происходящем что-то завораживающее. Что-то из детских воспоминаний, когда вот также с друзьями выбирались с палатками в лес и сидели у ночного костра. Щелкали местные птицы, стрекотали местные насекомые, навроде кузнечиков или цикад, шумел на ветру лес, вздыхая при каждом порыве ветра.

Единение с природой продолжалась пока костер не прогорел. Материалов или обязанности его поддерживать у меня не было, но видимость упала до минимальной. Визуальный контроль резко потерял смысл. Опираться на слух было бессмысленно, ибо опытным охотником, выживальщиком или лесником я не был.

«Ладно, что там говорила эта наглая черная морда, надо изучать себя и пробовать. Попробуем. »

Еще раз оглядев ставший черной стеной в свете ночного неба лес и не заметив выделяющихся на его фоне фигур страшных чудищ, я закрыл глаза. Обратившись к своему новому духовному миру обнаружил, что фиолетовой энергии не осталось, но весь мой резерв заполняла золотая, словно меня заполнили золотой пылью, которая клубилась и завораживающе блестела перед моим внутренним взором.

«Вот оно как! Черная жопка то меня заряжает, как батарейка. Теперь еще одна шарада разгадалась самостоятельно — фиолетовой была энергия Безликой, золото же по всем моим сведениям и рассуждениям это уже цвет Солнцеликого. »

Золотая энергия умиротворяла и давала ощущение мощи и уверенности, как будто была ближе. Видимо именно с ней у меня было некое местное сродство.

«Может отсюда и столько внимания ко мне и причина, что меня притащили? Если одна из целей вернуть Солнцеликого или его артефакты, в борьбе с кляксой, то видимо я по каким-то критериям под это дело очень хорошо подошел. Меркурий в Овне какой совпал или Солнце в нужном доме натальной карты. И марон по этой же причине меня нашел и принял. Тогда чего будет потом? Как я соберу наследие? Сдерут всю благодать вместе со шкурой? Ладно, подумаем потом. »

Сконцентрировался и чакры проступили на внутренней проекции моей сидящей тушки. Поднял внутренний взор до головы. Между глаз ярко горела синяя чакра — Аджна. Помнится, по рассказам с Земли, она в частности отвечала за духовный взор. Если с Анахатой получилось, то уверен и здесь можно смело пробовать.

Собрал легко поддавшуюся золотую взвесь и закрутил трубочкой, отметив насколько это было проще сделать нежели чем с фиолетовым дымом, а после протянул трубочку через синий переливающийся шар.

«Господь всемогущий! » , — словно током прошибло меня от произошедшего.

Передо мной мгновенно открылась и вся поляна, и внушительная часть леса. Я увидел, или скорее почувствовал, вокруг себя всех живых существ на сотню метров. Мир вокруг утратил краски, растения и прочие неодушевленные объекты виделись белыми контурами, а вот живые существа в этом схематичном окружении выделялись белесыми насыщенными фигурами, походившими на то, как представляли духов в кино и играх. Менялись только очертания мерцающих дымных фигур, в зависимости от размеров или вида их обладателей.

«Вот это картинка! У насекомых тоже душа есть! А я знал! Потрясающе! » , — восхищенно водил мысленным взором я на триста шестьдесят градусов.

Засмотревшись на окружающий мир в какой-то момент отпустил перекачку энергии через чакру и все пропало. Быстро вернул работу своего нового тепло… душевизора. Закончив восхищаться, начал уже более предметно изучать окружение, на наличие неожиданных ночных гостей.

Ничего подозрительного, кроме виднеющейся вдали статичной крупной точки не обнаружил, однако обнаружил, что ближайшая опушка просто кишела всевозможной мелкой и не очень живностью. Чего-то крупного, размером с волка, не просматривалось, но размером с марона живность водилась и сейчас активно охотилась на кого-то помельче буквально в десятке метров от опушки.

Последний тоже нашелся. Отличающаяся золотистыми переливами духа фигурка, выделялась на фоне прочих лесных обитателей. Луч находился чуть западнее, на глубине пяти или семи шагов в лесу, и также, как и прочие звери, занимался промыслом на какую-то мелкую ни то мышь, ни то мелкого грызуна по типу белки. Когда я сконцентрировал на нем мысленное внимание, умный питомец замер на месте и уставился в моем направлении.

«О, взор открыл! Молодец! А сейчас — не мешай! » , — послал мыслеречь Луч и вернулся к своей увлекательной деятельности, ускакав в погоне за обреченным зверьком в глубь леса.

«А говорил, на десять метров. Тут все пятьдесят. Ох недооценивает божественный посланник меня, не дооценивает… А это что? Фу, белки что ли сношаются? »

Так я и просидел до самого утра, радуясь новому открытию как мои сыновья на Земле новой, сложной и непонятной игрушке. Понял, что уже утро только когда участники отряда начали просыпаться и подниматься.

Занимаясь гигиеной с помощью бурдюков с водой, взятых из повозки, они коротко переговаривались и показывали на мою статичную фигуру.

Поднявшийся в веселом настроении Герес, перекинувшись парой слов с указавшей на меня Тарой, решил подшутить над нерадивым часовым. Обойдя меня по широкой дуге, убедился, что мои глаза закрыты, а «солдат проспал службу», после чего видимо удумал меня проучить в воспитательных целях.

Вернувшись за бурдюком с водой, парень тихо двинулся ко мне со спины. Ему оставалось сделать всего два или три шага, когда я подал голос.

— Не стоит этого делать, Герес. Я обязательно умоюсь, но сам.

От такого неожиданного оживления «восковой фигуры» парень аж подпрыгнул, облившись водой из предусмотрительно открытой для розыгрыша или «урока» емкости.

— Ахтыж, сколопендра с пустошей! Лотар! Ты же вроде спал? - выпалил парень под громкий и заливистый смех валькирий и гогот наблюдавших за розыгрышем воинов.

— Скорее медитировал. — поднялся я и забрал бурдюк у парня, отряхивающего воду с одежды.

Попил, умылся сам и хорошо отмыл себе шею. Марон может и божественный, но пах и он, и следы его нескольких часов пребывания на моей шее, как вполне себе земной дикий зверь.

Сели перекусить, уже без костра. Я рассказал, что за ночь никаких стоящих внимания происшествий не было, а питомец, убежал в начале ночи и еще не вернулся. О последнем, после короткого рассказа валькирий у костра, теперь живо интересовались. Не каждый день удается встретиться и попутешествовать вместе с живой легендой.

После недолгих и сноровистых сборов, мы вернулись на тракт и выстроились в прежний порядок.

Луч где-то загулял. Я за божественного кота не переживал - сколько ему лет и сколько у него опыта и какие возможности даже боюсь представить. Для приличия все же мысленный клич «возвращайся, я все прощу» кинул. Постоял разглядывая чащу, пока остальные завершали построение, а после, не дождавшись реакции, скомандовал Гурму ехать дальше.

Герес поняв, в поисках кого я озираюсь, вопросительно на меня посмотрел.

— Двинем. Как говорили у меня на родине — пути господни не исповедимы. — сказал я, надеясь, что на местном языке эта поговорка будет звучать также или близко по смыслу.

— Воистину мудры твои родичи. — ответил парень и почесав холку своего хорта, крикнул, — Отряд, вперед!

Мы доехали до леса и углубились в него, двигаясь по все также вытоптанной и широкой тропе. Либо трактом пользовались часто, либо его как-то утрамбовали магией на долгие годы. Ровная, на зависть земных деревень, дорога уходила дальше, так далеко, на сколько я мог видеть.

Звуки леса были чужими. Я понял, это еще ночью, но днем они раскрылись еще ярче. Ощущения новизны форм растений, звуков и запахов вызывали неподдельное восхищение. Я не мог сдержать улыбки и оглядывался по сторонам, как турист приехавший из глубокой Сибири в тропические джунгли. Прошлую поездку по другой части этого же леса я проспал, а после боя пропустил в горячке восстановления, поэтому все для меня было в новинку.

— У вас на Севере лес другой? — спросил Герес, для которого местные виды были не в новинку, глядя на восхищенного меня.

— Да. Снег лежит, да и в целом, природное разнообразие намного сдержаннее. — сказал я, провожая какую-то четырехрукую и двуногую пародию на земного суриката, пытающегося догнать по одной из высоких веток крупный, в две ладони, аналог стрекозы.

Добравшись до полянки со сторожкой остановились. Я с удивлением и интересом рассматривал лесную хижину, которую мой понятийный аппарат переводил как "сторожка".

На вытоптанной и очищенной от травы и деревьев полянке, дверью к дороге стоял небольшой сруб с овальной крышей, повторявший один в один оные из Прилесной. Ставни и дверь были закрыты.

«Что здесь сторожить? Лес? Хижина лесника? Тракт сторожить? Сюда поместиться на постой человек пять, не больше. Таким войском можно кого-то остановить? Будь то босые бандиты еще ладно, если такие по тракту ходят, но подготовленный отряд соседа? Разве что весточку магическую успеть отправить.... Или вообще это типа "делянки", ночь пересидеть в лесу, как мы планировали? »

— И здесь мы планировали разместиться? — спросил удивленно я, оглядывая наш отряд.

— Сам не понимаю. Что-то не так. Я здесь давно не был, но помню здание было иное, побольше… И где местный проверяющий? — сказал Герес и посмотрел на своих разведчиков.

Скар кивнул и поехал проведать местного путевого сторожа, который должен был услышав нас выйти и подойти пообщаться, когда моя интуиция завопила. Вспомнился и странный силуэт, маячивший ночью на пределе видимости. Закрыв глаза я быстро постарался повторить все необходимые манипуляции с манной, чтобы вызвать свой магический взор.

Действительно, вся постройка светилась как живое существо. Быстро вынырнув обратно, я схватился за рукоять двуручника и потянув его закричал:

— Скар, стоять! Ловушка! Отряд, к бою!

Постройка вздрогнула. На стене, которой к нам стояла местная избушка, неожиданно открылось множество глаз, уставивших свои разные зрачки на разных членов отряда. Дверной проем разъехался, превратившись в мерзкого и устрашающего вида пасть, а сама конструкция начала приподниматься на двух крупных, жилистых лапах, вывернутых коленями в обратную сторону. С боков, из-под пола округляющейся постройки, начали распрямляться ранее собранные четыре серые жилистые когтистые руки.

Разворачиваясь перед нами в свою боевую форму, тварь времени не теряла. Из мерзкого рта в мгновение выстрелил не менее мерзкий розовый язык, чуть не схватив вовремя остановившегося от моего предупреждения Скара.

— Мимик! — закричала громко Лара и её подхватило еще несколько вторящих голосов.