Наследие Древних. Отверженный клан. Книга седьмая

Глава 12

черновик

Наследник.

Прежде чем покинуть зал, хватаю ещё тёплую руку убитого босса и прикладываю её с правой стороны стола, после чего выдвигается небольшая панель, куда вношу длинный порядок из цифр и букв. Позади стола, открывается ниша в которой лежит два кейса, их я и забираю, не осматривая содержимое, быстро закрываю обратно сейф и панель, затем быстро подключаю нейросеть, которая, просканировав содержимое местного искина, имея полный доступ, проблем это не составило, активирую часовой механизм. Местный босс был параноиком, но при этом очень сильно доверял охране, чем я и воспользовался. Оказывается, у допрашиваемого мной охранника возникали идеи ограбить босса, и он даже подсмотрел комбинации шифра, однако так и не рискнул его ограбить, чем я и воспользовался. Точно, что находится в кейсах, я не знал, но явно что-то важное, поэтому и прихватил с собой.

Догнать девушек не составило труда, тем более они застряли перед выходом на крышу, не в силах её открыть. Код от двери, был такой же, как и код от сейфа, точнее, кодов доступа было несколько, вот только все они имели разный приоритет, а я ввёл код, с наивысшим приоритетом. По дороге убрал оба кейса в пространственное хранилище, чтобы потом спокойно разобраться, что с этим делать. Нейросеть воспроизвела у меня образ ячеек, в две из которых и убрал кейсы.

На крыше, прикрытый маскировочной сеткой, находился четырёхместный флаер, доступ к которому был активным. Вероятно это сделано, чтобы в случае необходимости не тратить время на разблокировку, да и вдруг окажется, что босс ранен, тогда его сможет эвакуировать любой охранник.

— Куда летим? — спросил я.

— Обратно в гостиницу, раз мы раскрыты, то смысла скрываться и задерживаться на планете нет никакого. По сути, вторая часть миссии — провалена, а значит, мы можем воспользоваться экстренной эвакуацией, она раскроет наше инкогнито, но защитит от возможных действий со стороны местного СБ. только остаётся вопрос с тобой, возможно, тебя откажутся эвакуировать, но здесь мы постараемся помочь, есть определённые связи, только это будет стоить довольно дорого, — произнесла Елизавета, пока Эльмира запускала флаер и, подняв его над зданием, вводила координаты конечной точки.

— Деньги не проблема, — ответил я.

— Здесь дело не в деньгах, они могут потребовать работать на них в течение нескольких лет, как минимум, а может, и ещё что предложат.

— Нет, я уже наработался на других, теперь собираюсь отдыхать, ну в крайнем случае работать только на себя, — отвечаю я, рассматривая пролетающие под нами трущобы.

— Но это же реальный шанс попасть в Эдем, поработаешь несколько лет. Ничего сложного, на полном обеспечении и всё, дальше свободен как птица, — продолжала настаивать Елизавета и это меня напрягало.

До этого она никогда не была так настойчиво, а здесь хочет любым способом меня затащить на службу. Тем более знаю, я эти контракты, на несколько лет, потом на тебя что-то повесят или придумают другой способ работать на них. То, что эмпаты нужны Эдему, это уже понятно, вот только больше я не хочу ни от кого зависеть. Раз туда можно попасть за деньги, буду искать другой способ для этого.

— Нет, всадите меня у гостиницы, я заберу свои вещи, и дальше наши пути разойдутся. Если потребуется, найду другой способ попасть в Эдем, если что, там встретимся, — решительно ответил я.

— Вот почему с тобой так сложно, поверь, никто не будет тебя заставлять отрабатывать больше, прописанного в контракте срока, просто на время, ты, попав в наш мир, получишь официальную защиту на государственном уровне, и тебя никто не сможет тронуть, — произнесла Елизавета, не оставляя попыток убедить меня.

— Какой есть, я не тот человек, который готов подчиняться и выполнять команды других людей я уже не смогу. Так что, здесь наши пути расходятся, — сказал я, отворачиваясь от неё.

— Ладно, я попробую договориться, чтобы тебя взяли с нами, но от допроса тебя это не защитит и что решит заместитель посла, по совместительству начальник Службы Безопасности, я не знаю, — ответила девушка.

На это я промолчал, обдумывая, что это сейчас было, попытка вербовки, склонить на работу в их структуре или банальное желание помочь.

Долетели до гостиницы быстро и даже припарковали флаер на верхних этажах, где были специальные парковочные места. Дальше спустились в номер, где девушки активировали небольшое устройство и принялись ждать. Они держали в руках небольшие кейсы с личными вещами, а я кейс с муравьиными яйцами, надеясь, что мне дадут их забрать с собой.

Прошло десять минут, и за окном замигали сигнальные маячки местной службы СБ и полиции, но к нам никто не подходил, они просто взяли здание под охрану, никого не выпуская, перекрыв также и парковку летающих машин. А ещё через пять минут, дверь в номер просто растворилась ровным кругом, исчезнув, а за ней стояли солдаты в белоснежной броне с росписями из золота на ней. Зеркальные шлемы не давали рассмотреть, кто находится по ту сторону забрала, но все они были выше стандартного жителя, почти на голову.

Солдаты быстро рассредоточились по комнате, взяв нас под прицел, а следом вошёл ещё один солдат, закованный в чёрную броню.

— Графиня, баронесса, чуть склонив голову, произнёс вошедший механическим голосом синтезатора, сверившись с показанием сканера в своих руках, после чего направил сканер на меня ещё раз и спросил, — а вы кто и что здесь делаете.

— Помогал им выбраться из непростой ситуации, они сказали, что помогут перебраться в Эдем, — решил не юлить и честно ответить, тем более что нейросеть сообщила о высокочастотном сканировании.

— Не учтённые переселенец из уничтоженной колонии, без нейросети. Нам не нужны ущербные, без нейросети вы станете балластом, поэтому останетесь здесь, — жёстко ответил человек в чёрном скафандре и потеряв интерес ко мне, обратился к девушкам.

— Собирайтесь, у нас мало времени, вам повезло, сегодня как раз отправляется транспорт в Эдем, вы должны успеть на него.

— Мы не можем оставить его здесь, тем более он эмпат, возможно, не только, его должны проверить у нас, — возразила Елизавета.

На меня опять направили прибор, а я дал команду показать небольшие способности к эмпатии.

— Странно, только что ничего не было, а сейчас показывает слабые эмпатические импульсы. Даже не знаю, что сказать.

— Я готова взять его под свою ответственность, тем более он готов оплатить свою поездку, — произнесла Елизавета.

— Хорошо, он идёт с нами, у нас есть несколько часов, его допросят. Проведут полноценное сканирование, а потом решат, что с ним делать. А сейчас следуйте за мной и побыстрее. Местные очень не любят, когда их принуждают нам помогать, поэтому давайте быстрее.

Мы вышли в коридор, а затем поднялись на верхний этаж, где мы пришвартовали свой флаер. Там стоял десантный бот, только вот выглядел он очень современно, точнее сказать, выглядел он как нечто совершенно новое, по сравнению с теми моделями. Которые я изучал. Было видно, что это новодел, а не старая постройка и она явно превосходит по своим показателям, всё то, с чем я встречался ранее. Похоже, что Эдем действительно совершенно независимая человеческая колония, которая все эти годы успешно развивалась, не потеряв технический потенциал.

Усевшись в десантное кресло, где я закрепил себя специальными держателями, в сопровождении трёх десятков солдат в такой же белой броне, мы покинули здание гостиницы. Летели долго, около часа, что говорило о большом расстоянии, которое преодолел бот. Что происходит снаружи, было не видно, поэтому я расслабился и даже сумел задремать, чем похоже, смог удивить сопровождающих. Всё равно, сейчас от меня ничего не зависит, поэтому, пока есть возможность, можно и вздремнуть.

Где мы приземлились, я не мог определить, единственное, что по моим ощущениям, это была не планета, а орбитальная станция, впрочем, искин нейросети, подтвердил мои мысли, сообщил, что мы на околопланетной станции. Сразу после выхода в небольшой ангар. Нас разделили, девушки пошли за командиром команды по спасению, а меня повели в совершенно другую сторону.

В небольшом кабинете, куда меня привели, сидела молодая на вид и очень симпатичная девушка, которая с милой улыбкой, улыбнулась мне, когда в сопровождении охраны, меня привели, вот только её глаза говорили совершенно обратное. У меня забрали коммутатор, мультитестер, и устройство для замен нейросети.

— Гражданин колонии С-класса с Красной планеты, куда попали по контракту, для отработки долга за ваше спасение с умирающей станции. Данные с планеты. Говорят, что у вас возник конфликт с местным руководством, но вы смогли каким-то образом договориться о снятии с вас обязательной отработки. Несколько безумных миссий, за которые никто не брался, позволили вам заработать неплохое состояние, как и опыт по ремонту старой техники и всё это при отсутствии нейросети. Я ничего не пропустила? — спросила девушка, не предложив мне сесть.

— Ну, если опустить многие детали, то, что-то вроде того, — ответил я, рассматривая кабинет.

— Не отвлекайтесь и смотрите мне в глаза, — с нажимом, а в голосе, произнесла девушка, а я почувствовал слабое давление в голове, как будто мне кто-то пощекотал пёрышками в мозгу. Очень неприятное ощущение, захотелось залезть туда руками и почесать.

— Можно не давить на меня, у меня разболелась голова, — произнёс я, прикрыв глаза и поняв, что она давит ментально, хотя нейросеть и не сообщает о воздействие.

Давление тут же исчезло, и я смог открыть глаза.

— Неплохо для эмпата, но это ничего не значит, ваш уровень пока не получается определить, а без специальной капсулы, проверить ваши способности не получится, но дело в том, что подобные капсулы находятся за пределами этой звёздной системы. Объясните мне, как вы, не имея нейросети, смогли изучить такой объём знаний, который используете для ремонта техники? Мы изучили вскрытый вами десантный бот и судя по уровню проведённых работ, это как минимум инженер 7-го уровня со специализированной нейросетью, который должен был потратить годы на изучение специальных программ. Как вы это объясните?

Сразу отвечать не стал, решив взять паузу, и быстро прогнал в голове все работы, которые провёл на десантном боте и пришёл к выводу, что со стороны это точно выглядит очень странно. Поэтому объяснение, что я выучил все базы знаний самостоятельно, выглядят очень подозрительно.

— Гипнопрограммы для обучения, родители смогли достать мне, когда стало понятно, что я не смогу установить себе нейросеть. Длительное обучение, ещё с молодых лет, с большим риском для здоровья, но мне повезло и серьёзных осложнений не возникло. Именно после таких обучающих программ, у меня и стали развиваться способности к эмпатии. Не знаю, как они смогли достать сам прибор и программы, но отец был мусорщиком. Разбирал старые корабли и мог найти устройство на одном из военных кораблей. Без этих баз знаний я бы не смог устроиться в колонии, заменив собой личность умершего от несчастного случая, сына коллеги отца. Так, меня легализовали, списав отсутствие нейросети на травму от несчастного случая. После, я всё время тратил на совершенствование баз и практику в ремонте техники, но старался не выделяться и не показывать всех своих знаний, боясь, что это может насторожить местную службу безопасности, — ответил я.

— Всё это выглядит как прикрытие работы шпиона. Вы либо были внедрены в колонию, либо внедрились сами, к примеру, когда пытались штурмовать секретную лабораторию, а затем эвакуировались с неё на одну из станций колонии. Вот в это я могу поверить, а не та чушь, которую вы мне рассказываете. Кто вы такой на самом деле и какое у вас задание? — спросила девушка, а затем сделала знак.

Стоявший за моей спиной охранник, сопроводивший меня сюда, что-то сделал, и моё тело пронзила сильнейшая боль. Нейросеть Древних предложила мне подавить воздействие нейростимулятора, но я отказался и, подёргавшись ещё несколько минут, рухнул на пол, потеряв сознание.

— В камеру его, позже решу, что с ним делать, — услышал я, прежде чем провалиться в беспамятство.

Пытаться сохранить сознание рядом с псионом было опасно, уж очень сильным он оказался, хотя и не смог в полной мере проникнуть в мои мысли. Очнулся я в медицинской капсуле, которая тщательно сканировала всё тело, мне даже пришлось перейти на второй уровень подсознания, чтобы не выдать себя. Нейросеть блокировала все попытки проникнуть в мозг, выдавая среднестатистическую сигнатуру тела.

Через какое-то время я очнулся самостоятельно, лежащим на жёсткой койке в одиночной камере, два на полтора метра, с дикой головной болью. Сев на койку, пытался осмыслить, что происходит, и пришёл к выводу, что моя легенда не работает, со стороны всё будет выглядеть очень подозрительно и, если я ничего не придумаю другого, меня могут просто устранить, как шпиона. Хотя могут и выпустить, посмотреть, что я буду делать с кем общаться и как себя вести, возможно, надеясь, что выведу на других агентов.

Головная боль постепенно затихла, а за мной так никто и не приходил. Одежду мою забрали, одев меня в какие-то обноски, наподобие тюремной робы. Через шесть часов в стене выдвинулась полка, образовав стол, на котором стоял поднос с едой, состоящей из каких-то сублиматов, и литровая кружка с водой.

Еда, а это была именно она, была мерзкая на вкус, но выбирать не приходилось, а вода с привкусом горелого пластика, однако и её я выпил, не боясь быть отправленным, так как нейросеть просканировала её и сообщила. Что пища является условно годной к употреблению. Сразу после еды, полка скрылась в стене, а ниже неё выдвинулся элемент санузла, какие используются на космических кораблях. Поняв, что мне дают возможность справить потребности организма, я с видимым удовольствием справил нужду и улёгся обратно на койку. Следующий приём пищи произошёл строго через двенадцать часов, и вся процедура повторилась. Так продолжалось неделю и, если бы не нейросеть, я бы точно взвыл от одиночества, а так смог устраивать себе виртуальное общение, изображая сон.

На вторые сутки я изображал нервозность, стучал по стенке, требуя нормального отношения и кого-то, кто мне объяснит, что происходит, но, конечно, никто ко мне не пришёл и ничего не объяснил. А вот на третий день, я ощутил, как мы переходим в гиперпространство, такое не забыть, если ты хоть раз совершал прыжок, но здесь всё прошло очень мягко и практически незаметно, что говорило о высоком уровне синхронизации всех параметров или о том, что корабль, на котором мы летели, построен недавно, а не сотни лет назад.

Пытка одиночеством продолжалась долго, и мне приходилось отыгрывать роль простого человека в одиночной камере, разговаривал сам с собой, устраивал истерики, иногда медитировал, сидя на койке. За это время я весь извёлся и чесался неимоверно, так как помыться мне никто не предлагал, а нахождение в довольно душном помещении, не добавляло свежести немытому телу.

Ещё через неделю полёта, случился второй переход из гиперпространства, что говорило, что мы вышли в нормальный космос, хотя это могла быть и промежуточная точка нашего маршрута. Не зная параметров корабля, сложно сказать, какое расстояние он преодолел.

Вот только это опять ни на что не повлияло, и обо мне вспомнили только на третьи сутки, как мы вышли из гиперпространства. В какой-то момент раздался строгий голос,

— Встать.

А через минуту, полка, на которой я продолжал лежать, убралась в стену, спихнув меня на довольно грязный пол. Конечно, я не прореагировал на слова, изображая подавленного человека, которого держали в одиночной камере несколько недель, не объясняя ничего. После этого открылась часть стены и мне сообщили, что должен пройти по коридору и принять душ. Здесь уже изображать дурочка не стал, хотя проделал всё с явной опаской и пройдя метров тридцать по очень узкому коридору, попал в ещё одну комнату, метр на метр, где мне предложили снять одежду и зайти внутрь. Комфортом здесь и не пахло, но я был рад даже холодным струям сильно пахнущей антисептиком воды. Правда, процедура помывки была недолгой, но пот и грязь с меня смыло, чему я был рад, хотя что ожидает меня впереди, я не знал. На выходе меня ждал уже чистый комплект одежды в виде комбинезона, который я надел на себя, а меня пригласили проследовать дальше, по другому коридору, открывшемуся в стене.

Идя по более широкому коридору, следуя за стрелкой на полу, я надеялся, что мои мучения на этом закончились, ведь не зря меня куда-то отправили, да ещё на корабле, совершив прыжок через гиперпространство.