Опекун на 3 дня

Глава 5

Лунная ночь сменилась беспокойным сном. В нём двое на белых шёлковых простынях предавались тому, о чём приличные леди не говорят, но прекрасно знают от служанок и горничных, а ещё из книг. О, книги незаменимый источник информации, особенно романы Амалии Блум!

В этом сне двое нежились в объятиях друг друга, обнимались так страстно, что под ними рухнула кровать, пол второго этажа, первого… в общем, рухнуло всё что можно.

Проснулась я смущённая, разбитая и немного окрылённая. Неужели я влюбилась? В самого невозможного, невыносимого, восхитительного лорда! И мне уже никуда не деться от этих чувств.

Значит, его сиятельство решил найти мне лучшего мужа? Что ж, я знаю прекрасную кандидатуру! И вам, уважаемый граф, не отвертеться. Обещания надо выполнять.

Увы, это правило имело двустороннюю направленность.

Днём в дом лорда Калвера началось паломничество молодых людей, чем сам лорд по какой-то немыслимой для меня причине был крайне недоволен. Казалось бы, радуйся! Так легко удастся сплавить подопечную, ведь очередь из женихов выстраивалась приличная, но с каждым новым посетителем граф делался всё более мрачным и замкнутым.

– Кажется, выбор мне предстоит нелёгкий, – с притворным вздохом возвестила я, пока горничная открывала дверь и принимала подарки очередного поклонника. – Но вы же мне поможете, лорд Калвер? Подскажите, кого выбрать: симпатичного лорда Феррингтона или душку Олдриджа?

– Если вы спрашиваете совета у меня, то ни одного из них. Когда вы действительно захотите сделать выбор, моё мнение будет вам безразлично.

– Ошибаетесь, – заспорила я, – как раз ваше мнение будет решающим.

Ведь я уже определилась. И боюсь, что без его согласия затащить его же под венец у меня не получится. При нашей-то разнице в комплекции и физической подготовке! Эх, завидую орчанкам! Была бы я столь сильной, треснула бы лорда Калвера дубинкой по голове – и в пещеру… то есть под венец. Впрочем, треснуть графа мне хочется не только для того, чтобы его куда-то переместить.

Фабиан собирался ответить, но не успел – дворецкий принёс утреннюю прессу. И что я там прочла…

Башня Забвения рухнула – теперь об этом знали все. Под обломками нашли нижнюю юбку неизвестной леди, поэтому официальная версия случившегося была совершенно неприличной. Якобы кто-то настолько увлёкся брачными играми, что не заметил, как разрушил башню. Я пребывала в таком изумлении от статьи, что посмотрела на лорда Калвера, изучавшего меня с крайней степенью задумчивости.

– Боюсь, чтобы разрушить этим самым башню, нужны не люди, и даже не орки, а настоящие великаны!

Глаза мужчины расширились, и он громко рассмеялся. Я, право, не понимала, отчего ему так весело. Я разрушила величайшую башню Эймирсталя, и мне было дико стыдно. Однако лорд спросил:

– Может, вы не всё знаете об «этом самом»?

О, лорд, обязательно узнаю! Причём, по моим самым скромным подсчётам, именно с вами и послезавтра, сразу после свадьбы. Впрочем, с «этим» можно и подождать. Сначала брак, который спасёт меня от возвращения в Ишхан.

Смутившись от хода собственных мыслей, я не нашлась, что ответить, но меня спас-таки дворецкий, известивший о приходе очередного ухажёра. Граф, поморщившись словно от зубной боли, поднялся на ноги и спешно покинул гостиную.

Я улыбалась ему вслед. Впрочем, ушёл он ненадолго, ведь он обязан был присутствовать при моём общении с мужчинами, чтобы соблюсти приличия.

Печенье и запасы чая, сделанные заботливой домработницей, таяли с каждым часом. Когда пробило двенадцать, лорду Калверу кое-как удалось распрощаться с последним кавалером под мои снисходительные улыбки. Закрыв дверь, граф развернулся ко мне и… явно хотел высказать всё, что он думает о многочисленных женихах, но в итоге просто поджал губы, заложил руки за спину и неожиданно предложил:

– Как насчёт молочного коктейля с клубникой? Думаю, нам следует освежиться.

Удивительно, но молочный коктейль лорд готовил сам с помощью хитромудрой магической штуки, взбившей молоко. Я села на высокий стул и с наслаждением следила за Фабианом, понимая, что с каждой секундой моё восхищение этим мужчиной растёт. Когда он поставил передо мной стакан с приятно пахнущим коктейлем розового цвета, оно достигло апогея.

– И как часто вы готовите дамам подобные… охлаждающие напитки?

Фабиан бросил на меня такой проницательный взгляд, что я тут же покраснела. Он понял. Понял, что ревную. Я сделала поспешный глоток молочного коктейля, чтобы отвлечься.

– Никогда прежде, – ответил Фабиан, но без усмешки, совершенно серьёзно, неотрывно смотря мне в глаза.

Сердце забилось чаще. Его сиятельство опустил взгляд на мои губы и, протянув руку, пальцем провёл по нижней губе, затронув уголок, словно убирал капли молочной пены, однако его взгляд говорил, что он делал это далеко не из заботы о чистоте подопечной. Его глаза… В них бушевала буря.

– Я… – Лорд поднял взгляд. – Я тебе не всё сказал.

– Ты о невесте, о которой упомянул на балу? – вырвалось у меня, и я прикусила язык.

Если это так, то… я буду бороться. Невеста – ещё не жена, тем более я не заметила за лордом особой привязанности к кому-либо. Моя влюблённость чистая и искренняя, она весенний хрупкий цветок после зимы, и она обязательно растопит лёд между нами.

– О невесте? – Мужчина стушевался и покачал головой. – Разумеется, нет. Хотя о ней ты узнаешь первая. Но сейчас о другом. – Лорд Калвер вновь вздохнул и извлёк из нагрудного кармана какую-то бумагу, не спеша передавать её мне.

– Ты удивлялась решению короля о согласии на твоё обучение, говоря, что в вашей стране никто не возьмёт в жёны женщину с даром, тебя заставят пройти обряд отчуждения магии. И если твой отец хочет для тебя лучшей участи, то монарх Ишхана… – Внутри всё похолодело. Граф передал мне бумагу, и я разворачивала её дрожащими руками. – Никто и не планировал выдавать тебя замуж, – вздохнув, произнёс Фабиан. – Это письмо я получил неделю назад от секретаря его величества короля Ишхана.

Пробежавшись взглядом по строкам, я сразу поняла, о чём речь.

Меня поздравляли с окончанием академии, настоятельно просили вернуться и намекали, что уже подготовили мне должность при храме. Меня ждало вечное заточение и служение Великому без права когда-либо обрести семейное счастье.

Моя судьба предрешена. Шаг в сторону – и жди последствий.

– И ты стоишь меж двух огней, – тихо произнесла я, – и всё равно помогаешь мне. Почему?

Мужчина не ответил. Открыл рот, но тут же закрыл его.

– Сначала скажи, что думаешь об этом. Не хочу давить на тебя.

Шумно выдохнув, я смяла письмо в руках и упрямо поджала губы. Король обратился к лорду Калверу напрямую, значит, если он не выполнит его просьбу, станет его врагом. Одно дело, когда девушка просто выходит замуж независимо от воли опекуна, и совсем другое – когда выходит за опекуна. Это уже можно трактовать как сговор и мятеж.

Меня просто не пустят в Ишхан, если я стану графиней Визорт. Возможно, отцу придётся отречься от меня. Выбрав лорда Калвера, я могу никогда не увидеть родителей. Не говоря уже о том, как это скажется на Фабиане. Карл Фердинанд Пармиинский наверняка не погладит его по голове за обострение отношений с королем Ишхана. Разумеется, титула и земель его не лишат, но отлучение от двора возможно.

Натянув улыбку, я оттолкнулась от стола, едва не упав с высокого стула, но каким-то чудом удержалась. Даже если граф ко мне что-то чувствует, даже если он готов жениться на мне, я не могу принять от него подобную жертву. Поэтому он и спросил моё мнение. Он не хочет жертвовать всем и предоставляет выбор мне. Благородно с его стороны.

– Если я не ошибаюсь, у нас запланирована прогулка по центральному парку.

Граф прищурился, пытаясь разгадать мои мотивы, но кивнул. Видимо, он испытал облегчение от того, что я оказалась умной девочкой и приняла правильное решение.

Парк поражал своими размерами. У входа стояли каменные львы, державшие в зубах канаты подвесного моста. Самые смелые шли именно по нему, а не по каменному сооружению, перекинутому через небольшую городскую речку. Сегодня здесь собралась вся элита общества, и особое место занимали мини-дракончики – очаровательные создания и просто незаменимые домашние проказники. Очередной писк моды – с ними были буквально все! Кто нёс питомца прямо на руках, одев крылатое создание в милейший миниатюрный комбинезончик и ошейник с россыпью драгоценных камней, кто-то использовал специальную сумку-переноску, а кто-то окружил себя таким количеством дракончиков, что едва успевал бежать за поводком.

Всё это вызвало у меня такой дикий восторг, что мне не было дела до их богатых хозяев – я во все глаза рассматривала питомцев. Однако опекун воспринял мой восторг на счет молодых лордов, поэтому, нахмурившись, спросил:

– И кто же тебе нравится?

Спросил он вовремя, так как я уже определилась со своей любовью, самым милым карликовым дракончиком, который выглядывал из сумки с надписью «Гордон Берг». В зелёном комбинезоне и со смешным ободком на голове он был просто великолепен!

– Гордон Берг, – выдохнула я с восхищением и добавила: – Такой хорошенький! Милейший, прекраснейший! Хочу такого же.

– Графа Гордона Берга? – Спутник моргнул и приоткрыл рот. – Когда ты успела с ним познакомиться? Впрочем, спешу тебя разочаровать – судя по последним новостям, он уже занят.

– Кто? – изумилась, поняв, что мы говорим о разном. – Этот милый дракончик?

Теперь Фабиан сосредоточил взгляд на сумке в руках представительной дамы, которая меня и привлекла. Сумка разумеется, не дама, до неё мне не было никакого дела! И зря. Едва увидев, что мы смотрим на неё, она широко улыбнулась и с завидной скоростью поспешила к нам. А мой граф… возьми да и рассмейся. Причем так искренне, что я начала подозревать у него психические проблемы.

– Ах, граф Визорт! – выдохнула подошедшая женщина, за которой семенили две её дочери. Вся троица с подозрением уставилась на веселящегося лорда. – Как я рада, что вы вновь начали посещать общество.

– И я, – все еще смеясь, ответил он, – весьма рад! Но мне пора, спешу. Мы с моей протеже уже опаздываем. Искренне прошу простить меня. Надеюсь, мы сможем поговорить в ближайшем будущем.

И меня ловко увлекли дальше. Едва мы отошли к сиреневым кустам, я развернулась к лорду.

– Отчего же вы так веселились, ваше сиятельство?

– О, ты, видимо, не знаешь… Граф Гордон Берг – один из трёх заводчиков таких, как ты выразилась, милейших дракончиков! Поэтому его имя было на сумке.

Осознав, что сморозила, смутилась под насмешливым взглядом опекуна. А кто же виноват в моей светской необразованности?

– Но твоё желание иметь дракончика я учту, – улыбнулся мужчина и подмигнул.

Не успела поблагодарить его, как к нам устремились возрастные дамы со своими прелестными пираньями… то есть дочерьми, видимо, просто обожающими запах сирени.

– Спаси, – шепнул лорд Калвер. – Кажется, я забыл, почему избегал светское общество последние несколько лет.

– А они не забыли, – кивнула я, – и дочери как раз подрасти успели. Но я, право, не понимаю, как могу помочь? Если только принудительно надену тебе брачный браслет на руку.

Лорд Калвер посмотрел на меня такими глазами, словно только этого моего предложения и ждал, будто у ворот парка нас уже стояла карета, готовая отвезти в храм, где свяжут наши тела и души. Мы так и замерли, глядя друг на друга, пока я не услышала знакомый голос:

– Кири! Какая встреча!

Лорд Калвер даже в лице переменился, словно ему вместо креветок в сливочном соусе подали рыбьи хвосты в лимонном соке. Мне захотелось улыбнуться. Я чувствовала, что Фабиан со мной настоящий и живой. Не тот бессердечный истукан, которого я встретила пять лет назад, а добрый и искрящийся эмоциями. И эта перемена мне ужасно нравилась!

Но мне пришлось отвлечься от своего опекуна и взглянуть на однокурсника. Если бы не голос, я бы не узнала Шона. Теперь от балагура-студента в нём ничего не осталось: передо мной стоял молодой повеса, одетый с иголочки, с тщательно уложенными волосами и в начищенных до блеска туфлях.

– Полагаю, мы уже виделись, – произнёс граф и прищурился.

– Шон Флекс, старший сын барона Марклота, – представился парень.

За нами наблюдали. Преимущественно те самые пираньи, имевшие виды на графа, но и просто случайные зеваки.

– Фабиан Калвер, граф Визорт, – представила я своего сопровождающего, – мой… опекун.

Шон перевёл на меня удивлённый взгляд, но услышанную информацию комментировать не стал. Он знал, что у меня был загадочный опекун, благодаря которому я и попала в Пармиину, но никогда не расспрашивал о нём, а я сама не считала нужным распространяться об этом.

– Рад знакомству, – кивнул Шон и пожал ему руку. – Позволите пригласить на прогулку леди Кириану?

Лорд Калвер кивнул, но нехотя, будто вынужденно. Я взяла Шона под руку, и мы направилась вдоль речки. Фабиан шёл позади, не выпуская меня из виду, хотя ничего зазорного в том, чтобы прогуливаться с молодым человеком под присмотром вездесущей толпы, не было.

– Это не ты разрушила Башню Забвения?

Я смутилась.

– Только не сдавай меня!

– Это будет наш маленький секрет, – подмигнул Шон и внезапно сказал: – Ты изменилась, Кири.

– Всего за два дня? – удивилась я. – В чём же именно?

– Твой взгляд. Он стал более уверенным и… мечтательным? Словно ты всегда прятала свои чувства, а теперь позволила им высвободиться.

Может, так и было? Что, если я давно влюблена в Фабиана Калвера, но боялась даже себе признаться в этом, бесилась, что он бросил меня, но тайно желала с ним новой встречи?

– На самом деле я искал тебя, – признался Шон и остановился.

По реке плавали лебеди, и жители Эймирсталя кормили их с берега, бросая хлебные крошки. Я отстранённо наблюдала за этим, ожидая дальнейшей речи Шона.

– Завтра ведь не только выпускной бал в академии, но и твой день рождения.

– Ты помнишь? – откликнулась я с улыбкой.

Шон кивнул. Его взгляд сделался серьёзным и решительным.

– Я хотел… я планировал… Нет, я мечтал пойти с тобой на этот бал, чтобы сделать тебе предложение. – Шон приблизился почти вплотную, отчего мне пришлось сделать полшага назад. – Ты ведь из Ишхана. Ты рассказывала о своих мечтах, о том, как останешься здесь, построишь карьеру, а я… я боялся разрушить твои мечты, помня о суровом законе, по которому ты обязана вернуться на родину. Тогда я не мог понять, почему же мне больно даже просто думать о нашей разлуке, и наконец понял. Я влюблён в тебя, Кири. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Женой? Я во все глаза смотрела на Шона, не понимая, что ему ответить. Как быть с его чувствами и с моими? С одной стороны, он предлагает идеальный вариант развития событий: выйти за него замуж, получить подданство Пармиины и построить карьеру. А с другой… Я не могу предать его, не могу позволить надеяться на ответные чувства с моей стороны, потому что сейчас отчётливо понимаю – моё сердце отдано другому.

Теперь, когда я воображаю себя в объятиях других мужчин, мне становится противно. Ведь я мечтаю лишь об объятиях Фабиана Калвера.

– Мне очень приятна твоя искренность, но я не могу ответить тебе согласием, – тихо проговорила и дотронулась до руки Шона. – Прости меня. Я благодарна за заботу, однако это будет преступлением с моей стороны, соглашаться на брак, изначально обречённый на провал. Я не хочу мучить ни тебя, ни себя, ведь я в ответ не смогу полюбить.

Шон долго смотрел на меня и молчал, потом улыбнулся – грустно, понимающе, словно и не ожидал другого.

– Я хотя бы попытался. – Он посмотрел мне за спину. – Должно быть, твоё сердце занято твоим ревнивым опекуном?

– Ревнивым? – встрепенулась я и тоже мельком оглянулась. – С чего ты взял?

– Его чувства не видит лишь слепой. Иди к нему. И будь счастлива.

Обняв Шона на прощание, я вернулась к графу. Фабиан смотрел на меня недовольно.

– Что он хотел?

– Предлагал выйти замуж, – честно призналась. – Как ты думаешь, он хорошая кандидатура?

– Думаю, да, – неожиданно заявил опекун. – Если выйдешь за него замуж, сможешь навещать родных.

«А если выйдешь за меня, король нас обоих объявит персонами нон-грата», – читалось между строк. Даже если граф меня ревновал, он не был согласен ставить любовь выше собственного благополучия.

– Тогда мне действительно стоит принять его предложение. Завтра на выпускном балу и сделаю это. А сейчас… я устала, – тихо ответила и побрела в сторону выхода.

В карете мы ехали в абсолютном молчании, каждый думая о своём.