Огни Аль-Тура. Желанная

Глава 77: Озеро Сами

Планета Эйнар, Эйн

Мила Громова

Мы с Ридом разошлись по комнатам довольно поздно, потому что очень долго сидели на террасе и говорили. О нем, обо мне, об Эйнаре и об Аль-Туре. Нужно признать, Советник Вотс оказался приятным собеседником и внимательным слушателем.

Перед сном я все же умудрилась связаться с Даяном, точнее, он сам мне позвонил. Муж пребывал в каком-то странном болезненно-возбужденном состоянии. Его глаза лихорадочно горели, он вглядывался в мое лицо, словно пытался просканировать насквозь. Без конца спрашивал, как я себя чувствую и все ли со мной хорошо.

- Даян, в чем дело? – не удержалась я.

- Мне очень жаль, что меня нет рядом – вздохнул он - и жаль, что последние недели твоей жизни были такими тяжелыми, Мила. Это несправедливо, моя девочка, что на тебя столько всего свалилось.

- На Вердане все…хорошо? – я внутренне чувствовала, что прямо сейчас с Даяном что-то происходит, и вызвано это, скорее всего, тем, что он, как сказал Ролан, присутствует на допросе Ювара. Интересно, что же такое поведал его мой бывший мужчина, что у мужа такой болезненный вид?

Вслух я спрашивать ничего не стала. Хотя, разумеется, в голове крутились сотни вопросов. Но раз Ролан сказал, что никаких важных разговоров по гало-связи вести не стоит, я предпочла его послушаться.

Я заверила Даяна, что со мной все в порядке. Сейчас я уже успокоилась, как-то внутренне подобралась и надеюсь, что дальше мне будет легче. Не знаю, насколько он в курсе того, что происходит с Эйденом. В любом случае, это я обсуждать побоялась.

Немного успокоив второго мужа, я легла спать и, на удивление, уснула почти сразу. Правда ночью, как и в прошлый раз, буквально подорвалась. Мне ничего не снилось, совсем ничего, ни плохого, ни хорошего. А вот Рида, судя по всему, опять мучили неспокойные сны. Сейчас мы занимали с ним две смежные комнаты. В домике Даниэля спален было всего две, и я думала, что будет завтра, когда к нам присоединятся Лиля и ее мужчины. Мне что, придется переезжать к Риду?

Я поднялась и на цыпочках пошла в соседнюю комнату. Как и прошлой ночью, мой временный муж метался по постели. Горло сдавило, а сердце кольнуло. Как же больно, что этот мужчина вынужден страдать по воле особенностей своей планеты. Я присела на постель, потом развернулась и подложила под голову подушку, забравшись на нее с ногами. Схватила ладонь мужчины и, шепча что-то ободряющее, держала его за руку, пока он не затих. Правда, сон сморил меня раньше, чем я удалилась обратно.

***

Когда на следующий день я открыла глаза, то поняла, что осталась в спальне временного мужа. Я лежала, накрытая одеялом на боку, а эйнарец спал за моей спиной, осторожно обнимая меня рукой поверх одеяла. Стало стыдно за свой порыв. Я обещала сама себе, что не буду лезть в его постель, а сама залезла в прямом смысле этого слова, пусть и из самых благих соображений. Я заглянула внутрь себя, и поняла, что дискомфорта такая близость мне не доставляет. Правда, в этот момент меня кольнуло виной. Не даю ли я такой близостью мужчине какую-то надежду? Не слишком ли я сокращаю дистанцию между нами? Я сама вчера предложила ему дружбу, хотя, если честно, никогда не верила в такие отношения между представителями разного пола. Кого я обманываю и зачем? Я сама себе пообещала держать с временным мужем нейтралитет, соблюдая определенные условия сделки. И сама же их нарушаю.

- Доброе утро – прошептал мужчина мне в макушку – я вроде бы засыпал один.

О, космос!

- Тебе снились кошмары – попыталась сказать я спокойно.

- Снились – согласился эйнарец – спасибо, что прогнала их и сделала спокойным мой сон.

Мы оба замолчали. Я не хотела оправдываться, поэтому просто лежала и с закрытыми глазами и анализировала все происходящее.

- Ничего такого не произошло, Мила – нарушил тишину Рид – ты можешь делать все, что заблагорассудится, и я никогда не буду тебя осуждать.

Эм…ладно, какой бы подтекст не скрывался за этими словами.

- Я сделаю нам завтрак, можешь еще подремать – мужчина, как будто на мгновение прижался ближе, правда, через одеяло это почти не чувствовалось, а потом медленно потянулся и поднялся, и шлепая босыми ногами, обогнул постель, натягивая футболку.

Перед глазами мелькнула идеально ровная спина, с четко очерченной линией позвоночника. Плечи Рида были не такими широкими, как у аль-туров, но вкупе с правильными пропорциями тела, он был сложен очень гармонично. От греха подальше я закрыла глаза. Кажется, я с этим многомужеством растеряла стыд, мозги и здравый смысл. Раз даже временного мужа рассматриваю, хотя, у нас совсем не те отношения. Усилием воли я пообещала себя не совершать больше таких ошибок. Твою галактику, что вообще творится в моей бедовой голове?

***

Когда после завтрака эйнарец предложил мне прогулку, я с радостью ухватилась за эту идею, пообещав себе, то после возвращения обязательно сяду за статью. Я прекрасно понимаю, что отведенное мне на написание статьи время, уходит, но, как это часто бывает, невольно отодвигаю от себя работу, которая может снова ввести меня в эмоционально нестабильное состояние. Я ведь уже говорила, что вся статья, как не старалась я отрешиться от мужей, будто пропитана ими насквозь. Любое описание и деталь вызывают мысленные образы кого-то, кто в тот самый момент был рядов со мной.

В тексте сквозят мои чувства по отношению к моим мужчинам. Возможно, читая его, никто этого и не поймет, но отголоски явно уловит каким-то шестым чувством. Такой уж у меня дар, выражать эмоции, сквозящие внутри, буквами и словами, дарить им жизнь и возможность транслировать внутреннее состояние автора. Лиля называет это «наделять буквы душой». Именно поэтому даже самый неудачный из моих романов вызывает у читателей какие-то чувства, от тепла до боли и обратно. Потому что это мое тепло и моя боль, и я вкладываю в текст их частицу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В общем, мы с Ридом собрались и вылетели к озеру на небольшой пикник. Ночной инцидент и последующее за ним утреннее продолжение мы не обсуждали, будто ничего такого не случилось. С одной стороны мне хотелось оправдаться.

Но сказать что-то вроде «я ничего такого не имела в виду, ложась в твою постель» будет как-то уж совсем глупо.

С другой стороны, я вольна делать то, что заблагорассудится, а эйнарец готов принять это как должное. Такая уж особенность их культуры.

У меня было четкое ощущение, что Рид прекрасно знал, что творится в моей голове. Я поймала его кривоватую, еле заметную улыбку. А еще я поняла, что он выглядит как-то…лучше. Когда его кожа не такая бледная, на носу и щеках обнаружились игривые веснушки. Это смягчало темно-серые глубокие глаза и делало его облик противоречивым, соединяя миловидность кудрей и веснушек, остроту взгляда, и резкость черт лица.

- Я вижу, что тебе лучше – начала я разговор, пока мы летели в аэролете.

- Гораздо – мужчина кивнул, в подтверждении своего утверждения – ночь, проведенная рядом с эйрой, творит чудеса. Честно говоря, я до последнего не верил, что рекуперация мне поможет.

-Неужели ваш Совет предлагает решения, которые научно можно подвергнуть сомнению? – удивилась я, благоразумно проигнорировав фразу про ночь и эйру.

- Ну почему же. Были проведены исследования с рядом подопытных и выявлены определенные закономерности – сообщил мужчина – близость эйры действительно стабилизирует силу после отказа, особенно если для этой эйры близость приятна.

- Значит, нам в этом плане повезло – свернула я со скользкой дорожки, на которую эйнарец решил меня вывести.

Мы немного помолчали.

- Если захочешь спать в моей постели, Мила, я протестовать не буду – задумчиво и серьёзно сообщил Рид - и я не имею в виду близость, я имею в виду поддержку, обычную, без сексуального подтекста.

- Звучит довольно неожиданно – я старалась говорить спокойно.

- Возможно, я несколько изменил свое мнение после сегодняшней ночи. Но я имею в виду сон и только. У нас доверительные отношения и я не хочу разрушать их какими-то грязными намеками. Я первый раз спал почти без кошмаров и сегодня прекрасно себя чувствую. Так что у меня скорее чисто эгоистичный интерес. Тебе, судя во всему, тоже иногда требуется поддержка во сне. Дружеская – сделал он упор на последнем слове.

- Да, я выспалась – согласилась я – мне было спокойно и…

- Ну, значит моя вторая подушка в твоем распоряжении – сделал вывод эйнарец, а я призадумалась. Странный все же получился разговор. Рид все же хитрый жук и чует мое сердце, что его слова о дружбе такие же «правдивые», как и…мои.

***

Озеро Сами мне понравилось. Больше всего тем, что здесь было тихо и как-то…умиротворяюще спокойно. И никого на километры вокруг. Природа Эйнара оказалось идентичной природе Фироса, с разницей, пожалуй, только в некотором внешнем виде растений или цветов.

Мы с Ридом выпустили из переносок нашу живность, которая как-то быстро сдружилась и превратилась в сплоченную банду из двух пушистых паразитов, которые оба, делая умильные глаза, выпрашивают вкусные кусочки. Кажется, Нани нашел друга, который любит покушать так же, как и он сам, и мастерски манипулирует добрым хозяином, который нахваливает его и чешет за ушами, не замечая алчных взглядов мяука на контейнеры с едой.

Эйнарец разложил робо-кресла, и мы сели лицом к озеру. На мелководье резвилась какая-то местная озерная живность, периодически выпрыгивая из воды. Ветер приносил ароматы трав, а воздух был горячим и пропитанным влажностью от воды.

Рид куда-то ушел от меня, а вернулся с охапкой больших ярко-желтых цветов с нежными бархатными лепестками и длинными стеблями.

- Спасибо за…романтичный жест – улыбнулась я, пытаясь соорудить из цветов что-то наподобие венка.

Бабуля Вера как-то рассказывала, что когда-то, очень много сотен, а может и тысяч лет назад наши предки плели из цветов венки и в какой-то определённый день летом пускали их по воде, узнавая, выйдет ли девушка замуж в этом году или нет. Это традиции настолько древних землян, что они появились еще до того, как на Земле, на той ее территории, где живет бабушка, зародились первые религии и единобожие. Помню, после таких рассказов, мы с Лилей очень расстраивались, что на Миросе нет ни цветов, ни озер. Ничего нет, только изрытая радиоактивная земля.

Я неуклюже сплетала цветы вместе и очень злилась, что вместо венка, который я как-то разглядывала в инфо-сети, получалось странное нечто с гроздью из бутонов.

- Что ты делаешь? – Рид достал нам перекус и наглаживал Брейна, который, как и его хозяин, довольно щурился от яркого солнца.

Я рассказала Риду эти древние земные предания и посмотрела на него

- Хочешь пополоскать сплетенные вместе цветы в озере и узнать, выйдешь ли ты в этом году замуж? – захихикал мужчина - это я тебе из без всяких обрядов твоих земных предков могу сказать. Четыре раза и выйдешь. Ну, и пятый уже вышла, хотя и только формально и временно.

- Да ну тебя – отмахнулась я – мне не важен результат, а важен сам процесс, понимаешь? Будто я прикасаюсь к чему-то настолько древнему и сакральному, что дух захватывает. Сразу в голове появляется картинка, как какая-нибудь древняя землянка ночью снимала с головы венок и пускала его по воде, затаив дыхание.

- Ты все же мечтательница, эйра – улыбнулся Рид – лучше надень его на себя. Хочешь, я сделаю гало-фото.

- А давай.

Я распустила волосы и напялила на голову цветы. И по ощущениям словно перенеслась куда-то в другое время.

Рид молча смотрел на меня, застыв, а потом словно очнулся и пару раз щелкнул меня на браслет.

- Первое гало-фото для статьи про Эйнар готово – констатировал он, рассматривая на браслете мою проекцию.

Как раз в этот момент легкости и спокойствия четвертый муж соизволил обо мне вспомнить. Я не звонила ему сама. Пусть по-детски и глупо, но в глубине души мне показалось, что он все же от меня дистанцировался. Может быть даже специально.

Но все же, увидев проекцию Ролана, я улыбнулась мужчине, который был сегодня еще более хмурым, чем обычно.

- Как ты, птичка? – морщинки у глаз аль-тура стали отчетливее, а глаза полыхнули так сильно, что казалось, они запросто могут испепелить целое дерево.

- Мы на Сами, гуляем – отчиталась я.

- Ты выглядишь отдохнувшей – сообщил он и как-то странно очень тяжело вздохнул – как продвигается статья?

- После обеда займусь ей плотно, пока Лиля не приедет.

Сестра, кстати, написала, чтобы мы ждали ее и ее мужчин ближе к вечеру.

- А когда ждать… вас? – я имела в виду его и Эйдена.

- Ночью прилетим – было сказано мне – я.. я соскучился, Мила. Я очень сильно по тебе скучаю.

Я удовлетворенно хмыкнула. Ну, это шаг вперед. Может, мы такими темпами через пару месяцев и до каких-то более глубоких признаний дойдем.

- Я тоже скучаю по тебе, Ролан. Прилетай скорее – я смягчила голос и грустно улыбнулась.

Что бы там ни было между нами, без него мне все равно в тысячу раз хуже.

- Не звони пока Гаю – предупредил меня муж – на Аль-Туре…началось. Пока только в одном направлении, но это сделано специально, и мы ожидает того, что и в другом…тот, кто дергает за ниточки, ускорится со своим планом.

- Хорошо – я поняла, что хочу как можно меньше знать о том, что будет происходить на родной планете моих мужей. Буду молиться высшим силам за безопасность Гая. Но все же он военный Советник и точно не пропадет. Думаю, и не из таких передряг спасался.

Мы поговорили с Роланом еще немного, и я отключилась. Потом подняла взгляд и поймала Рида за тем, что он внимательно за мной наблюдает.

- Знаешь, Ролан, кажется, смягчается с тобой – произнес он тихо.

- Я ничего такого не делаю. Я просто говорю, что чувствую. И надеюсь, что броня на сердце Советника Ир-Вона когда-нибудь треснет и рассыплется. Ведь даже резонанс не растопил его до конца.

- Ну, для этого ему попалась правильная женщина – Рид смотрел на меня уж очень пронзительно – рядом с которой даже у сурового аль-турского воина обнажается кое-что потаенное и глубокое. Да и… у всех остальных.

Мы надолго замолчали, наблюдая за озерной гладью Сами. Ветер трепал волосы, а неуклюжий венок на голове посылал в ноздри легкий запах цветов. Нани дремал на моих коленях, обнимая лапами мою руку. Было так тихо, что казалось, я слышу дыхание своего соседа по созерцанию этого природного великолепия.

- Пора выдвигаться обратно – нарушил Рид такую приятную тишину – иначе ты не напишешь ни строчки. Если хочешь, я могу чем-нибудь помочь. Например, посмотреть то, что ты уже написала.

- Буду рада помощи – я нехотя поднялась и отнесла фурчика в переноску.

Потом вернулась к Риду и слегка тронула его за руку.

- Спасибо тебе - выдохнула я.

- За что? – удивился мужчина.

- За то, что мне стало легче. Тут – я приложила руку к груди, чувствуя, как медленно и спокойно бьется под ней сердце. Эйнарец дотронулся пальцами до внешней стороны моей ладони и кивнул, не сказав больше ничего весь обратный путь.