Няня для подрастающей ведьмы

Еся бежала с максимально возможной скоростью, пока в ушах свистел ветер, а лицо горело огнем. Она не видела, что из окна второго этажа за ней внимательно наблюдает пара ярко-голубых глаз.

Ярослав догнал Есю уже у самого бассейна, благородно дав ей победить.

— Вот это ты красотка, вот это скорость! — Запыхавшийся молодой человек обнял за талию тяжело дышавшую Есению. — Давненько у меня не было таких очаровательных и таких спортивных клиенток, — томно прошептал он ей на ухо, почти касаясь губами разгоряченной мочки. При этом глаза устремились на окно второго этажа, и, заметив наблюдателя, Ярослав довольно ухмыльнулся.

Еся шумно выдохнула, пытаясь успокоить учащенно бившееся сердце. Быстрый бег и откровенная близость младшего Кравеца, приятно пахнувшего освежающим кедром, заставляли главную мышцу буквально биться о ребра.

— Приступим к растяжке или окунемся? — Ярослав отступил на шаг, взяв Есю за руку, и посмотрел на выглянувшее из-за облаков солнце.

— Но я без купальника. — Есения хотела высвободить руку, но молодой человек мягко ее удержал, продолжая широко улыбаться.

— Так давай без купальника! — Ярослав резко дернул Есю и, когда она забалансировала на краю бортика, подтолкнул в спину.

Бултых! И прохладная вода приняла разгоряченное тело в свои объятия. Недолго думая, молодой человек рыбкой нырнул рядом, обдав только что вынырнувшую спутницу фонтаном брызг.

— Ярослав! Так, что это за хулиганство?! — Есения, нащупав ногами дно, принялась убирать прилипшие к лицу мокрые волосы.

— Да-а-а, я хулиган! Ты даже не представляешь себе какой! — Молодой человек подплыл поближе и, зачерпнув горсть освежающей воды, обрызгал Есю.

— Ах ты! — Она, звонко смеясь, ответила ему таким же фонтаном.

Ярослав поднырнул и, схватив ее за талию, приподнял и чуть отбросил в сторону.

— Хулиган! — завопила она, отчаянно колошматя ногами по воде и стараясь создать как можно больше брызг, мешавших подплыть к ней поближе. Смех и разлетавшиеся во все стороны капли душили Есению, но она не сдавалась, пытаясь уворачиваться от кружившего рядом с ней, как акула, Ярослава.

— Как у вас весело! — Темная фигура, вставшая против солнечного света, замерла на краю бассейна с полотенцем в руках.

Глава 9.2

Еся остановилась как вкопанная, глядя на ничего не выражавшее лицо Стаса, но в его глазах отчетливо читалось недовольство.

— О, приветик! — Ярослав в три мощных гребка оказался возле бортика. — Ты не опаздываешь на работу?

— Успеваю, — холодно отозвался Стас. — Вот, принес Есении полотенце, потому что она явно не собиралась плавать и к твоим неуемным шуточкам еще не привыкла.

Еся тоже подплыла к бортику и приняла протянутую руку Стаса. Он помог ей выбраться на берег и аккуратно накинул на плечи мягкое белое полотенце.

— Я искренне надеюсь, что мой брат не отвлечет вас своей чушью от прямых обязанностей. Следите, пожалуйста, повнимательнее за Кларой. — Мужчина раздул ноздри и взглянул на часы. — Я приглашаю вас вечером в кафе. Без Клары. Нам нужно кое-что обсудить.

От холодного наставительного тона у Еси кровь в жилах встала колом, будто ее поместили в криокамеру. Неужели Паша все-таки рассказал боссу правду?!

Есения испуганно посмотрела на выбравшегося из бассейна Ярослава, с которого потоками лилась вода, напоминая горный водопад, а потом опять перевела взгляд на Стаса.

— До вечера! — Старший Кравец резко развернулся и пошел к поджидавшему его недалеко водителю. Еся видела, как Паша неодобрительно покачал головой, понимая, что этот посыл направлен ей.

— Пора переодеваться в сухое! — как ни в чем не бывало, блеснул белоснежными зубами Ярослав.

— Да, — кивнула Есения, больше добавить было нечего.

***

Стас сел на заднее сиденье и пристально посмотрел сквозь тонированное окно на шедшую ко входу в дом чуть сгорбившуюся Есению. Ярослав ловко взял ее в оборот, но еще не вечер.

— Едем, Станислав Германович? — водитель завел машину и обернулся на босса.

— Да, Паш, трогай! — Стас махнул рукой. — И прекрати меня хотя бы наедине называть по имени отчеству, сколько можно об одном и том же.

— Не могу, вы мой начальник. — Паша слабо улыбнулся, глядя в зеркало заднего вида.

— Чушь! Ой, Пашка, Пашка у тебя семь процентов акций, лежи на пляже, балдей, а ты водилой подрабатываешь. — Стас усмехнулся и покачал головой. — Хотя нет, работай, мне без тебя никак. Вот этого человечка пробей мне.

Стас вынул из коричневого кожаного портфеля файл с бумагами и кинул на пассажирское сиденье. Паша чуть скосил глаза и кивнул.

— Вот именно. Я отвечаю за вашу безопасность, а вы — за мое финансовое благополучие.

— Чего там твоя жена-то? — Стас достал телефон и начал прокручивать сообщения в Ватсап.

— Бывшая, — недовольно уточнил водитель. — Опять беснуется, не дает мне с дочкой встретиться. Как я мог жениться на такой стерве?!

— Да-а-а, бабы — это такая лотерея, сейчас хоть нормальная Оксанка попалась. Родила бы, так вообще цены бы ей не было. — Стас оторвался от телефона и посмотрел в окно, за которым медленно плыл привычный городской пейзаж. — Клара для меня подарок судьбы. Ты, кстати, уточнил про Есению?

Глава 9.3

— Да. Все в порядке, но я все равно буду за ней присматривать. — Паша нервно дернул уголком рта.

— Твое оперативное прошлое, наверное, никогда не покинет сознание, — засмеялся начальник. — Но для меня это к лучшему, слишком мало людей, кому могу доверять, и я благодарен судьбе, что она нас познакомила. Знаешь, я вот чисто по-дружески, искренне желаю тебе найти нормальную бабу, чтобы она залечила твои душевные раны и ты бы перестал маяться херней и играть в водителя.

— Исполнится дочке восемнадцать — и перестану, а пока не хочу, чтобы бывшая знала о моих реальных доходах. Замучаюсь отмахиваться от ее претензий и требований. А так я всего лишь водитель, и точка. — Паша недовольно поджал губы. — Дочке на восемнадцатилетие квартиру отдельную подарю и буду приходить в гости, когда захочу, а не когда позволит эта стерва. Она меня сейчас за человека не считает, а если узнает о реальных доходах, приползет ласковой киской, а мне дочери что ответить? Что ее мать продажная мерзавка? Променяла меня на более богатого мужика, и сейчас меня тошнит от нее! — Водитель с силой ударил по рулю.

— Тише, тише, Паш, не горячись. Бабы — они все такие. Летят на деньги, как мухи на мед. А нет меда — нет мух. — Стас тяжело вздохнул и опять начал листать сообщения в телефоне.

— Я вот еду на вашем S-классе, мне через одну улыбаются, думают, моя машина. А еду на своем стареньком «пассате» — и никто на меня не обращает внимания. — Паша печально усмехнулся. — Не осталось искренних девушек, Москва всех вынуждает ценить только деньги.

— Ну, у меня Оксанка тоже купилась на деньги.

— Оксана любит вас и многое прощает.

— Так кто ж против! — засмеялся Стас. — Я ее за это и ценю. Кстати, вечером привези мне в «Ветерок» Есению, я с ней договорился.

— Принял, — кинул водитель. — Очередная игрушка?

— Да как обычно с Яриком поспорили. Этот малец пока перехватил пальму первенства. Нужно отыгрываться. — Стас раздул ноздри и криво улыбнулся.

— Ох, жалко мне ее. Вы с Ярославом Германовичем совсем не считаетесь с чужими чувствами.

— Ну тебе никто не запрещает ее пожалеть. Потом… — иронично усмехнулся начальник. — Или будешь третьим?

— Не буду.

***

Есения в сотый раз одернула узкую кремовую юбку, доходившую до середины икры, и поправила аккуратно уложенные на бок локоны. Внимательно осмотрела себя с ног до головы в зеркальной двери белого шкафа.

— Короче, ты такая красотка. Не нервничай! — Клара, подогнув под себя одну ногу, сидела на широкой кровати, застеленной мятным покрывалом, и с хрустом жевала яблоко. — Оксана будет в бешенстве!

— Мне плевать на Оксану. — Еся прошла по комнате, нервно заламывая пальцы. — Если Паша что-то рассказал твоему отцу, то… то… Боже, я не знаю, что тогда будет…

— То я испепелю Пашу после очередной встречи с Геларом! Я бы и сейчас это уже сделала, но не хватит энергии. — Клара надула щеки и с шумом выпустила воздух через сложенные в трубочку губы.

— Не говори глупости. — Еся нервно постучала указательным пальцем по ложбинке. над верхней губой. — Мы уже несколько дней в доме твоего отца, а до сих пор не придумали, как ему рассказать правду о твоем истинном происхождении. Время идет, Паша точно не даст мне остаться здесь дольше, чем на месяц.

— Паша, Паша, блин, — Клара недовольно взмахнула руками. — Кто бы мог подумать, что придется зависеть от водителя!

Глава 9.4

— Что-нибудь придумаем, сейчас главное понять, что он рассказал твоему отцу. От этого и станем плясать. — Есения опять оказалась возле зеркала и нервно одернула юбку.

— Е-есь. — Клара встала с кровати и подошла к няне. — Ты такая классная, за меня никогда и никто так не переживал. У нас все получится. Я тебя обожаю!

Девчонка искренне обняла соседку за шею, и та ответила ей такими же объятьями. Есения почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Добродушные объятия Клары еще больше подогрели материнские чувства и еще больше заставили волноваться за исход встречи.

В дверь культурно постучали. Клара нехотя разомкнула объятия и крикнула:

— Открыто!

— Есения, вас Пасша ждет, — заглянула в комнату Фируза, как обычно покачивая головой, будто китайский болванчик.

Еся тяжело вздохнула, улыбнулась на прощание Кларе и вышла из комнаты. Машина ждала ее у самого порога, но водитель не открыл, как обычно, дверь, поэтому Есения сама дернула ручку и устроилась на заднем сидении.

Было, конечно, немножечко неприятно, но понятно, что Паша таким образом показал, что без хозяев няня — всего лишь такая же прислуга. Хотя он прекрасно знал, какая Еся няня! Что за неприятный тип! Решил поставить ее на место? Будь она в офисе, разнесла бы такого работника в пух и прах, а тут ради Клары придется улыбаться этому толстолобику. Точно! Паша — толстолобик. Нужно будет сказать об этом Кларе.

Есения улыбнулась своим мыслям и даже чуть сжала губы, чтобы не рассмеяться.

— Рад, что у вас хорошее настроение, — размеренно произнес водитель и завел машину. — Искренне надеюсь, что вы воспользуетесь моим недавним советом.

— А я искренне надеюсь, что вы сдержите свое обещание и не расскажете Стасу то, что ему не нужно знать. — Веселье улетучилось, будто парашютики от одуванчика, и Еся требовательно сверкнула глазами.

— Если обещал, то сдержу слово. — Паша холодно глянул в зеркало заднего вида, поймал возмущенный взгляд зеленых глаз и буквально вбуравился в них, заставляя собеседницу внутренне затрепетать.

Еся стойко выдержала холодное обращение, не показывая, что дрогнула, но почувствовала, что с этим мужчиной напором проблему не решить. Непривычно. Всего лишь водитель, а такой самоуверенный и несгибаемый. Даже зная, что она занимает руководящую должность и по статусу намного выше него, продолжает с ней общаться как с равной! Наглый толстолобик!

— Так если вы не рассказали ничего вашему начальнику, для чего эта встреча вне дома? — ухмыльнулась Есения, которой ужасно хотелось треснуть по голове водителя. Она даже представила, как от ее удара разлохматятся аккуратно уложенные пшеничные волосы.

— Я думаю, Станислав Германович сам вам все объяснит. Я всего лишь водитель, но помните про совет. — Паша нервно дернул уголком рта. Ему было жаль эту одинокую женщину, попавшуюся в сети братьев Кравец, но лезть не в свое дело он не собирался. Если у нее есть мозги, а вроде бы они есть, то выпутается, а если нет… На нет, как говорится, и суда нет.

Машина мягко затормозила у кафе на Рублевке. Паша не потрудился открыть перед пассажиркой дверь, лишь иронично взглянул в зеркало заднего вида и неспешно произнес: «Приехали».

Еся сама выбралась из машины, саркастически кинув: «Спасибо».

Глава 9.5

Подойдя к хостесу — миловидной девушке в черном жилете, — Есения сказала, что ее ожидают. Девушка провела гостью к сервированному столику на открытой веранде, уточнив, что господин Кравец сейчас подойдет, а пока можно насладиться прекрасным коллекционным вином, которое было заказано заранее. Хостес наполнила глубокий бокал Есении соломенной жидкостью, приятно пахнувшей яблоками и цитрусом.

Еся взяла бокал, откинулась на мягкую подушку, подложенную под спину, и с тревожной тоской принялась разглядывать березы. Что готовит ей этот вечер? О чем хочет поговорить Стас вне дома?

Она сделала глоток, и приятный вкус сливок и яблок медленно опустился в желудок, немного расслабляя натянутые нервы.

— Простите, что заставил ждать! — Тяжелая рука легла на плечо и медленно спустилась к локтю. Стас лучезарно улыбнулся и сел в плетеное кресло напротив. — Этот бизнес не дает покоя даже по вечерам. Пришлось с одним заказчиком назначить здесь встречу, чтобы не опоздать на свидание с вами, но он разговорился, как бабулька на лавочке, и все никак не мог высказать накипевшее.

Свидание? Есения округлила глаза. Ей не послышалось? Что вообще происходит?

— Вы уже попробовали вино? Говорят, оно отлично сочетается с бри. — Стас в упор посмотрел на все еще пребывавшую в шоке Есю. — Я взял на себя смелость заказать закуски, а горячее давайте выберем вместе.

Он махнул рукой, подзывая официанта.

«Ну, раз это свидание, — Еся мысленно улыбнулась, выбирая в меню самое дорогое блюдо из рыбы, — пусть Стасик не думает, что ему это дешево обойдется. Я так нервничала, а он просто захотел свидания! Нет, я совсем не против, даже очень за, но можно было предупредить о цели встречи, а не томить сжигающим изнутри ожиданием».

— Прекрасный выбор. — Официант чуть кивнул после принятого заказа и, забрав меню, удалился.

— Расскажите, как вам живется в моем доме? — В обычно властном голосе послышались непривычно мягкие нотки, а в голубых глазах засветился неподдельный интерес.

— Неплохо, — улыбнулась Есения, без стеснения любуясь красотой собеседника. В такой неформальной обстановке, когда рядом не было Паши, Ярослава, а главное — Оксаны, Стас стал очень близким, очень доступным. Казалось, что если сейчас рассказать про Зегнар, то он поверит и поймет. Хотя так рисковать не стоило. Нужно пару-тройку свиданий, чтобы он побольше проникся и охотнее услышал то, что ему говорят.

Да Есе и без разговоров о Зегнаре хотелось свиданий с этим обворожительным и властным мужчиной, напоминающим героев любовных романов.

— Неплохо?! А что не нравится? — Стас протянул руку над столом, и Есения с удовольствием вложила в нее ладонь. — Может, перейдем на «ты»?

Он мягко сжал прохладные пальцы, продолжая еле заметно улыбаться.

— Да, — ответила с придыханием Еся. Она никак не ожидала такого подхода и буквально тонула в образовавшемся зефирном вакууме. Сейчас для нее существовал только Стас, его лучистые глаза, неожиданно нежное прикосновение и обволакивающий голос.

— Хорошо. Так что не нравится? — повторил он вопрос, не отрываясь, глядя в затуманенные зеленые глаза.

Глава 9.6

— Паша. Он все время следит за мной, — Еся грустно потупилась. — Я чувствую себя преступницей, когда он рядом, хотя не делаю ничего такого, за что меня можно осудить.

— Паша, — засмеялся Стас и, отпустив руку Есении, откинулся на спинку. — Он такой, любого заставит почувствовать себя не в своей тарелке, но я ему доверяю на сто процентов. Не обижайся на него, просто прими, как есть.

Стас слегка похлопал по ладони Есении оставшейся лежать на столе. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что позиция водителя в доме Кравеца незыблема. Еся ощутила легкое разочарование, маневр не удался.

В который раз закралась мысль, что Паша не просто водитель. Но кто тогда? Так, тему с Пашей нужно закруглять и переводить на Клару.

— Стас, а вы знаете, что у вас особенная дочь? — Еся посмотрела на официанта, подавшего закуски. Среди сыров она первым делом отметила бри, что было очень приятно.

— Ты… мы же перешли на «ты», — улыбнулся Кравец. — Конечно знаю. Мой ребенок просто не может быть обычным! За Клару! — Стас поднял бокал, и Еся с легким звоном ударила по нему своим фужером. — Но я сегодня хочу говорить о тебе.

Еся засмущалась, чувствуя, как к щекам приливает румянец. То ли это алкоголь подействовал, то ли комплименты, которых она уже сто лет не слышала в свой адрес, за исключением последних от Ярослава. А может, и то и другое, но вечер определенно доставлял удовольствие, о котором Есения даже не мечтала.

Вместе с горячим официант принес вторую бутылку вина. Слегка расслабившаяся Есения отвечала на вопросы личного характера, стараясь избегать ненужных подробностей. Немного захмелевший Стас, явно принявший на душу еще до свидания, опять взял Есину ладонь в свою.

— У тебя такие нежные пальчики. Я их касаюсь, и замирает сердце, — томно протянул он и поцеловал подушечки указательного и безымянного.

От прикосновения упругих губ тело Есении буквально прострелило огненной дробью, а внизу живота разбушевался ураган.

— Стас, а ты веришь в чудеса? — заигрывающе промурлыкала она.

— В чудо нашей неслучайной встречи уже верю! — Он поднял очередной бокал, и Еся поторопилась ему ответить.

— А ты бы смог поверить в то, что среди нас живут маги, и, допустим, Клара одна из них? — Есения затаила дыхание.

— Чушь! Пожалуйста, не выноси мне мозг. — Стас разочарованно отпустил руку собеседницы. — Меня Оксана достала своими экстрасенсами. Вы все помешаны, что ли, на этой ерунде?

Упоминание об Оксане моментально отрезвило Есению. Романтика уютного кафе с треском рассыпалась, как нить порванных бус по кафельному полу. Еся натянуто улыбнулась.

— Я сама не так давно в это поверила, вот и решила спросить. Не бери в голову. — Закинув ногу на ногу, она сделала очередной глоток.

Стас еще несколько раз за ужин делал приятные комплименты, опять брал за руку, но Есения больше не смогла погрузиться в первоначальную романтику вечера. Все шло из рук вон плохо. Особенный и непонятный статус Паши, не к месту упомянутая Оксана и нежелание разговаривать о чудесах. Ужин оказался испорчен по всем пунктам, за исключением вкуснейшей кухни.

Стас фактически в одиночку допил вино, подавленная Есения просто никак не могла затолкать в себя хотя бы еще один бокал, поэтому только чокалась с собеседником за пафосные речи в свой адрес и делала небольшие глоточки. Но он этого уже не замечал.

Глава 9.7

В машине Стас по-хозяйски положил руку на оголившееся колено Еси, откинул затылок на мягкий подголовник и, как только автомобиль поехал, отключился. Есения сняла руку и устроила рядом с захмелевшим телом, ощутимо попахивавшим перегаром. Ее переполняло раздражение от неудачно закончившегося вечера.

— Устал босс, — улыбнулся Паша, глядя на хмурую Есению в зеркало заднего вида.

— Поэтому надрался? Ненавижу пьяных мужиков! — Она пренебрежительно дернула верхней губой.

— Вы, по-моему, в принципе ненавидите мужиков. Точнее, для чего-то пытаетесь с ними тягаться, забывая, что женщина должна всегда оставаться женщиной. — Наставительный тон водителя еще больше взбесил Есению.

— Вы… вы… вы просто хам! — Она задохнулась от возмущения.

— А вы смахиваете на мужланку, — хмыкнул водитель, видя, как побагровели щеки пассажирки.

— Будь моя воля, я бы вас уволила одним днем! Больше мне нечего сказать! — Еся показательно выдохнула и скрестила руки под грудью.

— Какое счастье, что у вас нет таких полномочий и вы всего лишь няня в доме Кравецов. — В голосе Паши сквозил едва сдерживаемый смех.

Есения предпочла промолчать. Разговор закончился. До дома ехали под легкую музыку и шумное сопение Стаса. Подкатив к коричневым ступеням, Паша открыл дверь и буквально на себе вынес босса из машины. В гостиной их встречала Оксана. Несмотря на поздний час, она выглядела так, будто только что собралась на свидание. Хозяйка окинула Есю презрительным взглядом и посеменила за водителем.

— Паша, где он так? — с волнением спросила Оксана, как только они оказались в коридоре второго этажа.

— Деловая встреча, не переживайте! — сдержанно улыбнулся водитель. — Как обычно, положу на кровать? Дальше сами справитесь?

— Да-да, спасибо! — Она с тоской посмотрела, как Паша сгрузил мужа на кровать, и с силой закусила затрясшуюся нижнюю губу.

— Он с ней был? — Дрожащий голос остановил водителя в дверях.

— Не переживайте! Босс дорожит вами. Просто поверьте. — Паша дернул уголком рта и поторопился покинуть хозяйскую спальню. Оксана не первый раз столкнулась с изменами мужа, столько уже их пережила. Переживет и в этот раз, ведь Есения всего лишь предмет глупого спора. Жаль их обеих.

Глава 9.8

— Оксанка! — Стас приоткрыл один глаз. — Иди-к сюда, моя розовая кошечка, мур-р.

Он сел на кровати и неуклюже попытался стащить льняной пиджак. Оксана, приклеив широкую улыбку, подошла к мужу и помогла избавиться от ненужной вещи.

— Че, любишь меня? — Он схватил ее за упругую ягодицу, затянутую в розовую юбку.

— Конечно, Котик. — Оксана продолжала улыбаться, хотя ягодица горела огнем от цепкого захвата. Пьяный Стас совершенно не контролировал силу.

— Умничка моя. — Он дернул блузку жены, и пуговицы разлетелись в разные стороны, шумно застучав по полу.

Оксана судорожно вздохнула, когда горячие ладони мужа бесцеремонно стянули кружевное белье и легли на оголенную грудь.

— М-м-м, мур-р-р. — Стас уткнулся носом в мягкую ложбинку, вдыхая сладковатый запах персиков.

Оксана запустила дрожащую руку в темные волосы, понимая, что в таком состоянии муж не даст ей пощады.

— Моя куколка, моя девочка. — Стас принялся покрывать мелкими поцелуями теплую грудь, периодически прикусывая мягкую плоть, и чем ближе он подбирался к соску, тем ощутимее становились укусы.

Миг — и резкая боль поразила выпуклый ареол. Оксана вскрикнула, впиваясь ногтями в спину мужа. Он с силой отбросил ее от себя и ястребом налетел на распластавшееся по полу тело. В две секунды задрал юбку, одной рукой придавил длинную шею, перекрывая воздух, другой разорвал трусики и отбросил их в сторону.

— Все еще любишь меня? — гаркнул Стас, обдавая бледную не шевелившуюся жену перегаром.

— Д-да, — прохрипела Оксана, боясь сделать лишнее движение.

— Умничка, кошечка. — Он отпустил шею, расстегнул молнию на брюках и с силой впихнул в рот жены восставшее мужское естество.

Оксана, давясь, но не выпуская его, встала на колени и принялась методично двигать головой, помогая руками.

— О да-а-а, — застонал Стас, хватая ее за растрепавшиеся волосы и придавая направление движениям. — Глубже! Ты же знаешь, как я люблю!

Брюки окончательно сползли на пол, и Стас отшвырнул их одной ногой в дальний угол комнаты.

— Иди сюда, моя кошечка — Он резко развернул Оксану к себе задом и точно вошел в нее. Она вскрикнула, стоя на четырех точках, и безвольно опустила голову. Задранная юбка болталась на талии, как ремень, и Стас, ухватившись за нее одной рукой, будто за вожжи, методично задвигался взад-вперед.

Оксана, закусив нижнюю губу и царапая розовыми ногтями пол, подстроилась под темп мужа, терпеливо ожидая окончания.

Завтра он ей подарит волшебное утро, как это уже бывало много раз. Она проснется от его горячих поцелуев, смешанных со словами нежности, и ласковых прикосновений, доводящих ее до исступления, а потом начнет извиняться и обещать, что вчерашнее больше не повторится. Но она-то знает, что это не так…

Резкий толчок, хриплый стон, звонкий удар по ягодице — и Стас отпихнул от себя жену, повалившись на спину и раскидав руки в стороны.

— Котик, ложись, пожалуйста, на кровать. — Оксана подползла к мужу и поцеловала его в упругие губы.

Стас посмотрел на нее пустыми глазами и предпочел остаться на полу.

Глава 10

Есению с самого утра бросало то в жар, то в холод. После завтрака у Клары неожиданно поднялась температура и появилась боль в горле. Еся, как полагается порядочной няне, не отходила от подопечной, но чем помочь — совершенно не знала. У нее нет медобразования, и никогда не было детей! Все, что она знала про боль в горле, это то, что нужно чаще его полоскать и брызгать всякими «гексаралами» и тому подобным.

К обеду Клару начало знобить, а температура подобралась к сорока.

— Оксана, вызовите врача! — Есения нашла хозяйку на первом этаже, та устроилась в объятиях плюшевого дивана и беззаботно листала глянцевый журнал.

— Зачем? — удивленно изогнулась аккуратно прокрашенная бровь.

— У Клары высокая температура!

— А разве вы не знаете, что делать? — Легкая усмешка заиграла на розовых губах-бантиках.

Есении захотелось ответить что-нибудь гадкое, но она переступила через жгучее желание и через свою гордость ради здоровья Клары.

— Не знаю! Если бы знала, сделала. — Она бросила гневный взгляд на не торопившуюся помогать ей хозяйку.

— На самом деле, не пойму, зачем врач? — Оксана отложила журнал и, рассуждая, манерно приложила ладонь к подбородку. — Вы же сама медик, именно за это Котик и платит вам.

— Сейчас. Нужен. Врач. — Есения сжала кулаки, сдерживаясь из последних сил, чтобы не заорать на эту тупоголовую «Барби». — Или мне позвонить Стасу?

— Ой, ну все. — Оксана закатила глаза и достала из кармана коротеньких шорт цвета фуксии мобильный. — Сейчас.

Она набрала номер и, пренебрежительно глядя на Есю, вызвала врача.

— Будет через полчаса, — огласила вердикт и, оставив журнал на диване, поднялась к себе в комнату.

Плотно закрыв дверь, устроилась на пурпурном покрывале и набрала подруге.

— Аленочка, приве-е-ет! — протянула Оксана, оценивающе разглядывая розовый маникюр на левой руке. — Ты говорила, что моя падчерица заболеет через три недели, а она уже температурит. Может это быть та болезнь или рановато?.. А симптомы какие?… То есть не факт, что сейчас это оно, и попозже она все-таки заболеет моно… как его там?… Мне ее даже жаль, — усмехнулась Оксана, — но того, что сделано, не вернешь, придется ей поболеть и тем, и другим. Москва — жестокий город. Будет знать и она, и ее нянька!

***

— Есечка, глотать больно, — захныкала Клара, чувствуя, как тело пробивает озноб. — Дай еще одеяло, холодно.

— Девочка моя, что ж за зараза к тебе прицепилась? — Еся положила ладонь на горящий лоб. — Подожди чуть-чуть доктор едет.

— Жду… — еле слышно выдохнула Клара. — Мне кажется, Гелар где-то совсем рядом, он чувствует мою боль, хочет помочь, но не знает как.

— Главное, чтобы он не навредил, не забрал у тебя силы. — Еся подошла к шкафу, достала с верхней полки запасное одеяло и укрыла им девчонку по самый подбородок. — Поспи.

Она с нежностью провела ладонью по рыжим разметавшимся по подушке волосам.

— Вот вада, хазяин скоро будет. — Фируза тихонько зашла в комнату и поставила наполненный кувшин и чистый стакан на белый столик.

— Спасибо, — шепотом ответила Есения, кивая на задремавшую Клару.

Глава 10.2

— Идите кусшать, я пасижу. — Домработница поддерживающее похлопала Есю по плечу.

— Хочу дождаться врача. — Есения покачала головой.

— Идите! — настойчиво повторила Фируза, — Врач приедет, и вернетесь.

Еся вяло улыбнулась, но поддалась на уговоры. Она с самого утра ничего не ела, постоянно находясь возле Клары и пытаясь хоть как-то облегчить ее состояние. Есения, конечно, не была медиком, но почему-то чувствовала, что у девчонки не просто ОРВИ. Уж слишком зашкаливала температура и почти не сбивалась.

На автомате Еся зашла на кухню, слабо улыбнулась повару, достала из холодильника обезжиренный йогурт и села за стол.

Все-таки тяжело, когда дети болеют. Пусть Клара ей не родная, пусть она уже взрослая, но сейчас Еся была готова отдать что угодно, лишь бы забрать ее боль себе. Больше всего Есения боялась, что подведет Гелар; только бы он не отнял у Клары последние силы. Они ей сейчас так нужны. Но анализируя то, что рассказывала девчонка, получалось, что и нареченному сейчас нелегко, и он наверняка попробует что-то предпринять. Лишь бы это не вышло боком обоим.

— Привет! Что там наша юная леди, совсем разболелась? — Возле задумчивой Есении возник как всегда жизнерадостный Ярослав.

Его беззаботность сейчас была совершенно некстати и вызывала стойкое отвращение, но Еся культурно улыбнулась, решив не отвечать. О том, что Клара заболела, знал весь дом, и лить из пустого в порожнее не имело смысла. Тем более, глядя на Ярослава, несложно было догадаться, что его это не сильно волнует.

— Как вчера прошел твой вечер со Стасом? — Ярослав тоже достал из холодильника обезжиренный йогурт и сел на соседний стул, закинув лодыжку на колено и будто красуясь красными кроссовками.

— Нормально. — Еся окинула его равнодушным взглядом. Парень раздражал ее все больше и больше.

— А не хочешь сегодня прогуляться со мной? — Он широко улыбнулся и чуть подался вперед.

— Ты смеешься? — грубее чем хотелось, ответила Есения.

— А что не так? — Ярослав непонимающе пожал плечами.

— У меня ребенок болеет! Какие прогулки? — В голосе Еси зазвучали истеричные нотки, полностью выдавая ее состояние.

— Но это не твой ребенок, — все так же не понимая собеседницу, удивился Ярослав. — Трешачок, конечно, вышел, но сейчас приедет врач, отец, думаю, ты вполне можешь освободить вечер для приятного общения. — Он раскинул руки в стороны, демонстрируя себя как товар, и заговорщически подмигивая.

«Эгоистичный идиот, — мелькнуло в голове у Есении, — какие же они разные со Стасом. Скорей бы он уже приехал, и вообще, в этом доме адекватный только хозяин, у всех остальных куча непонятных тараканов в мозгах».

— Мне пора к Кларе. — Она безнадежно махнула в сторону Ярослава, так и не отпив от йогурта, оставила его на столе и ушла.

— Дура недотраханная, — беззвучно шепнули ей вслед полные мужские губы.

Есения поднялась в комнату, где мирно посапывала больная. Буквально через минуту приехал врач, Клару пришлось разбудить и начать осмотр. Еще через пять минут в помещение влетел, как скоростной болид, Стас, за ним засеменила Оксана.

— Что с ней? — В жестком голосе Стаса сквозила угроза, будто доктор был в чем-то виноват.

Глава 10.3

Мужчина лет сорока с пробивающейся сединой укоризненно посмотрел на Стаса.

— Закончу осмотр, скажу. Похоже на ангину, но меня смущают некоторые моменты. — Он старательно рассматривал горло Клары. — Нужно будет сдать анализы.

— Доченька, как себя чувствуешь? — Стас подошел к Кларе и врачу, закрывая свет, падавший из окна.

— Папаша, ну дайте закончить осмотр, — устало проговорил доктор, прощупывая лимфоузлы на шее девушки. — Больно?

Клара кивнула и горестно посмотрела на отца, метавшегося из стороны в сторону.

— Не делайте ей больно! — взвился Стас и почти вплотную приблизился к врачу.

Доктор глянул на него поверх очков, а затем перевел выразительный взгляд на Оксану.

— А-а, Стас, — натянуто улыбнулась Оксана, подходя к мужу и беря его под руку, — давай, пока врач не закончил осмотр, не будем ему мешать, — и уже на ухо, так, чтобы больше никто не слышал, добавила: — Ты с утра обещал, что будешь сдержаннее.

Готовый взорваться в любой момент Стас заметно сник, опустил плечи и отошел с женой за спину доктора.

Осмотрев пациентку, тот выписал лекарства и направления на анализы.

— Предварительно ставлю ангину, но похоже на мононуклеоз. Если это так, то наберитесь терпения. Температурить будет не меньше десяти дней, лимфоузлы, селезенка сильно распухнут. — Мужчина поднялся со стула. — Как получите результаты анализов, Оксана, жду их на почте. Если диагноз подтвердится, то через десять дней приеду еще раз ее осмотреть. А пока девочке нужен полный покой.

Доктор попрощался с пациенткой и вышел, за ним последовал Стас, засыпая вопросами, Оксана удовлетворенно улыбнулась и тоже покинула комнату.

Еся села на край кровати, погладила горевшую руку Клары.

— Я умру? — В голубых глазах застыло отчаянье.

— Что за глупость, — Еся попыталась улыбнуться, но вышло не очень, — доктор сказал потерпеть, а не умирать.

— Я же не совсем человек, вдруг для меня это смертельно? Я так и не вернусь на Зегнар и не обниму по-настоящему Гелара. — Клара сглотнула, ощущая невероятную режущую боль.

— Так! Что за дурные мысли? Мы справимся! — уверенно ответила Есения, нежно сжимая длинные пальцы подопечной.

Клара благодарно посмотрела на соседку и прикрыла глаза, посещение врача отняло и без того немногочисленные силы. Еся заботливо поправила воздушное одеяло и решила ненадолго оставить подопечную, выйти на улицу и вдохнуть свежего воздуха.

— Есения, можно тебя? — Командный голос остановил ее у двери на улицу. Она развернулась и подошла к Стасу, державшему кучу бумажек, рядом на диване, закинув ногу на ногу, сидела абсолютно спокойная Оксана.

Она окинула няню хитрым взглядом и с благоговением уставилась на мужа, непривычно нервно ерошившего волосы.

— Смотри, он тут понаписал чушь какую-то. — Стас буквально в нос ткнул Есении рецепты и направления. — Ты тогда с Пашей поезжай за лекарствами, купи все, что нужно, чтобы взять у Клары анализы. Тебе же не обязательно лаборатория нужна?

— Мне? Лаборатория?! — Еся растерянно захлопала ресницами, с трудом разбирая написанные слова.

— Ну куда же мы повезем Клару в таком состоянии? — встряла Оксана. — Вы медсестра, вот и возьмите у нее кровь дома, а Паша отвезет в лабораторию. Я договорюсь.

— Взять кровь дома? — Еся с ужасом посмотрела на Стаса.

— А что, есть какие-то проблемы? — Он недовольно раздул ноздри.

Глава 10.4

— Не-е-ет… — Она неуверенно помотала головой.

— Вот и отлично! У меня встреча. — Стас деловито посмотрел на часы. — Оставляю тебе Пашу. Если возникнут проблемы, Оксана поможет.

Стас чмокнул поднявшуюся жену в щеку и ласково провел по ягодице, на которой остались синяки от его вчерашней вечерней несдержанности. Она широко улыбнулась, одарила потерянную Есению взглядом победительницы и пошла провожать мужа до дверей. На улице его уже ждало такси.

Еся с ворохом бумаг, всученных ей Стасом, безвольно опустилась на диван. Что делать? Как она возьмет кровь?! Она вообще боится вида крови, да и шприц держала только в далеком детстве, когда играла в доктора. Думай, думай, думай, как выходить из ситуации!

— Надеюсь, вы не растеряли навыки медсестры? — Ехидно улыбаясь, Оксана вернулась в гостиную и подошла к мраморной лестнице. — Я отъеду по делам, но как только возьмете кровь, звоните! Я тут же отправлю Пашу в лабораторию.

Она звонко зацокала каблучками по ступенькам.

Паша! Это единственный человек в доме, знавший правду о том, что она никакая не медсестра. Больше помощи просить не у кого. Бред, но других вариантов нет, нужно пробовать.

Еся решительно поднялась с дивана и отправилась на поиски водителя, сердце бешено стучало в груди, пытаясь выпрыгнуть через уши.

Паша на кухне болтал с Фирузой, при появлении возбужденной Есении с кучей помятых бумаг в руках разговор затих.

— Нужно поговорить! — Есения, глядя на водителя, повелительно кивнула в сторону выхода. Увидев его удивленно вскинутую бровь, решила сменить тон. — Мы можем выйти на минуточку?

Паша еле заметно улыбнулся, извинился перед домработницей и подошел к Есе.

— Что случилось? — полушепотом поинтересовался он, вытянул руку, предлагая первой выйти из кухни.

— Мне нужна ваша помощь. Я пропала! Я в беде! — нервно затараторила Еся вполголоса, решительно открывая дверь на улицу.

Теплый воздух не дал желаемого облегчения, и няня порывисто вытерла выступившие на лбу мелкие капельки пота.

— Не паникуйте, давайте по порядку.

Медленный говор водителя раздражал Есению. Как он может быть так спокоен, когда ее мир накрывает огненная лава, от которой почти нет шансов спастись?!

— Вы же понимаете, что я не смогу взять кровь у Клары?! Мне нужна помощь. Кроме вас в доме об этом никто не знает! У вас есть знакомая медсестра? Придумайте, как ее незаметно провести в дом! — Есения, запихнув бумаги подмышку, нервно заламывала руки, и трясла коленом.

— Я не пойму, вы просите или приказываете? — Паша сверху вниз смотрел на няню и снисходительно улыбался.

— Конечно, прошу! Что тут непонятного?! — Еся в сердцах всплеснула руками, рассыпая рецепты и направления.

— Очень странно вы просите, — усмехнулся водитель, складывая руки на массивной груди, прятавшейся под идеально выглаженной белоснежной рубашкой, и наблюдая, как няня собирает желтоватые листы.

— Что? — Есения ошарашенно посмотрела на собеседника. Он издевается?

— Теперь еще раз по порядку, что нужно сделать? А то из вашей бессвязной болтовни я ничего не понял. — Паша все-таки наклонился и подал один рецепт, валявшийся прямо у его ноги. — Что сказал доктор?

Глава 10.5

Еся, облизав пересохшие от волнения губы, протянула Паше собранные направления и рецепты и постаралась как можно понятнее объяснить все назначения врача. Внимательно выслушав взявшую себя в руки Есению, водитель нахмурился и недовольно покачал головой.

— Поедемте в аптеку, по дороге я подумаю, кому могу позвонить насчет анализов.

Еся облегченно выдохнула, и еле слышно прошептала:

— Спасибо…

Паша в ответ только дернул уголком рта и направился к своему старенькому «пассату».

— Что это за машина? — Есения уселась на переднее сиденье и, с легким пренебрежением рассматривая потрепанный салон, щелкнула ремнем безопасности.

— Моя. Личная. — Водитель недовольно глянул на пассажирку.

— А-а-а… э-э-э… — Еся никак не могла подобрать слова, чтобы поправить неловкую ситуацию. Паша согласился помочь, а она так отозвалась о его наверняка горячо любимой игрушке. — Приятный освежитель.

Она натянуто улыбнулась и неуверенно ткнула в прозрачный маленький пузырек с красной жидкостью на дне, который болтался на зеркале судя по всему уже не первый месяц.

— Ага, мне тоже нравился, пока пах. Только его пора заменить. — Паша усмехнулся, глядя на порозовевшую от стараний спутницу. — Все руки не доходят.

Еся зажмурилась и отвернулась к окну. Ну что за дура? Она сто лет не попадала в такие неловкие ситуации и в принципе не привыкла под кого-то прогибаться, а тут попробовала и так опростоволосилась.

Паша с улыбкой наблюдал за пассажиркой, насколько это позволяла дорога. Есения то краснела, то бледнела, то открывала рот, чтобы что-то сказать, но потом опять отворачивалась к окну и молча смотрела на пролетавшие деревья и заборы.

Подъехав к аптеке, Паша выдал наличные на лекарства.

— Зачем? — удивилась она.

— А вы на свои хотите покупать? — Водитель пожал одним плечом. — Станислав Германович распорядился, я исполняю.

— Для Клары и на свои могу, все-таки я не совсем няня! — Есения гордо вскинула подбородок и вышла из машины, громко хлопнув дверью. Если этот водила привык жить на подачки хозяев, то она точно в них не нуждается!

Паша опять усмехнулся. Его веселили гордость и независимость Есении, которая даже при плохой игре пыталась состроить идеальную мину. Хоть ему и было смешно, но тем не менее Еся вызывала уважение за любовь и преданность девчонке, которая была ей всего лишь соседкой, за смелость и настойчивость в защите ее интересов и за желание любой ценой, даже через унижение, помочь Кларе стать счастливой в новой семье.

Немного поразмыслив, Паша взял телефон и набрал номер старого знакомого, который не раз выручал, собственно так же, как и он его.

Через пятнадцать минут Есения вышла с пакетом лекарств, и водитель ей объяснил план действий. Они сейчас должны были заскочить за фельдшером, и пока Оксана уехала по делам, аккуратно взять кровь у Клары. Паша берет на себя домашний персонал, пока Есения сопровождает фельдшера к пациентке.

Есе казалось, что она попала то ли в страшный сон, то ли на съемки психологического триллера: напряжение сковывало все мышцы, натягивая до предела нервы. Первым в дом зашел Паша. Через три минуты за ним последовала Есения. На негнущихся ногах, стараясь как можно меньше шуметь, поднялась по мраморным ступеням, фельдшер тенью проскочил за ней. В гостиной послышался густой голос Паши, доносившийся с кухни, слов разобрать не удалось, да и было не до этого.

Глава 10.6

Оказавшись в комнате Клары, Еся плотно закрыла белую дверь и прислонилась к ней спиной. Глупо, конечно, если кто-то захочет зайти, то няня точно не станет преградой, но так было спокойнее, хотя под коленками продолжали трястись поджилки, а на лбу выступила испарина.

— Что происходит? — прошептала обескровленными губами Клара, приоткрыв затуманенные глаза.

— Все хорошо, не волнуйся, — поспешила успокоить ее Есения, — сейчас только кровь возьмем, и сможешь спать дальше.

— Кровь? Не надо! — Клара, окончательно открыв глаза, отчаянно замотала головой и вырвала уже смазанную спиртом руку из крепких ладоней фельдшера.

Тот, сдвинув брови к переносице, недовольно оглянулся на Есению.

— Все нормально. — Еся с опаской посмотрела на дверь, но все же отошла от нее и поспешила к девчонке. — Без анализов не установить точный диагноз.

— Но… но… ты же понимаешь, какая у меня кровь… — Клара испуганно захлопала пушистыми ресницами.

— М-м-м, черт. — Есения непроизвольно сжала кулаки, захотелось завыть в голос, но она сдержалась. — Разберемся.

Ее решительность успокоила Клару, и она нехотя, но все же протянула руку заждавшемуся фельдшеру. Десять томительных минут, за которые Есе показалось, что она поседела, и две пробирочки с густой плазмой легли в черный медицинский чемоданчик. Протяжно выдохнув, Еся первой вышла из комнаты и прокралась к ступеням. В гостиной по-прежнему было пусто и слышался голос водителя. Фельдшер с няней быстро пересекли помещение и вышли на улицу. Как и договаривались, Есения отправила сообщение на номер Паши, и через две минуты он уже увозил фельдшера на своей машине за пределы имения.

Как только автомобиль скрылся из виду, Есению наконец-то перестало потряхивать и, ощутив неимоверную легкость в теле, будто она стала гусиным перышком, Еся взлетела по коричневым прогретым солнцем ступеням и зашла в дом. Там она буквально врезалась в загадочно улыбавшегося Ярослава, с вставленными чуть ли не по локоть руками в карманы спортивных штанов. Он явно ждал ее появления.

Легкость улетучилась, а ноги моментально налились свинцом и приросли к полу.

— Леди, а кто это у нас был в гостях? — В голосе слышалась неприкрытая наглость человека, оказавшегося «на коне».

Ярослав! Ну как они могли забыть о нем?! В этой нервной суматохе еще один житель дома просто вылетел из головы. Интересно, что он видел?

— Гости? — Есения изобразила удивление и попыталась пройти мимо молодого человека, не желая обсуждать щекотливую тему. — Я никого не видела.

— Зато я видел. — Он вынул руку из кармана и мягко удержал Есю за локоть. — Хотя-я-я, возможно, я и ошибся… Но думаю, приятный ужин точно повлияет на мою память.

— Ужин? — Еся широко улыбнулась, но была готова выклевать довольные светло-серые глаза. Зараза. Не мытьем, так катаньем добился своего. Только условия будут ее! — Провести приятный вечер возле бассейна с бокалом белого вина… м-м-м…

— Заметано, в восемь! — Ярослав выпустил локоть Еси. Конечно, это не совсем то, чего он хотел, но, возможно, так даже интереснее. На глазах у брата поужинать с объектом спора, а потом проводить ее до спальни. А там всякое может случиться…

Еся кивнула, соглашаясь со временем, и заторопилась наверх к Кларе. Даже если Ярослав что-то и видел, с его легкомысленностью и преследованием исключительно своих целей ненужная информация быстро выветрится из симпатичной головы. А она уж постарается, чтобы ужин ему запомнился больше, чем визит непонятного мужчины, тем более подробностей он выяснять не стал. Значит, ему это не интересно.

Глава 10.7

***

Стоя в нудной пробке, Оксана методично постукивала розовыми ноготочками по мягкому рулю и болтала с подругой по громкой связи.

— Ален, но похоже, что все-таки мононуклеоз. Странно так.

— Да… как-то слишком быстро. Может, она его где-то раньше подцепила, и тогда мы вообще ни при чем… — Растерянность в голосе сменилась радостью. — Ты тогда кровь на анализ привези, ну или Пашу отправь.

— Ага. Короче, эта выскочка так испугалась, когда ей Котик сказал, что нужно взять кровь. — Оксана заливисто рассмеялась. — Она точно этого не умеет. Интересно, что придумает? Паша-то за ней постоянно следит, и если она задумает кого-то чужого в дом притащить, то он точно не пропустит. А я к вечеру Котику промурлыкаю о ее несостоятельности.

Девушки одновременно ехидно захихикали.

***

Есения сидела на пуфике возле туалетного столика и писала на клетчатом листочке расписание приема лекарств. Клара, тихонько посапывая, смотрела по телевизору передачу о путешествиях.

Покой нарушил легкий стук в дверь, и на пороге появилась Фируза с подносом.

— Обед, — улыбнулась она, проходя через всю комнату и ставя на тумбочку рядом с Кларой дымящийся куриный суп.

— Я не хочу, — жалобно простонала девчонка.

— Надо, — наставительно заметила домработница, покачав головой.

— Фируза права, — поддержала замечание Есения и, отложив ручку, подошла к Кларе. — Тебе потом антибиотики пить.

— Вот! — Фируза подняла указательный палец, ласково улыбнулась больной и, составив тарелки на тумбочку, зажала поднос под подмышкой. — Яраслав Германавич прасил утачнить, что бы вы хатели на ужин.

— Мне все равно, приготовьте, что не затруднит. — Есения безразлично отмахнулась.

— Харасшо. — Фируза кивнула и вышла из комнаты.

— Ужин с Ярославом? Что за фигня? — Клара села, опершись спиной на специально поднятые Есей подушки. — А как же мой папа?

— Не бери в голову. — Есения недовольно скривилась. — Это своего рода сделка. А твой папа женат, между прочим. — Она подала Кларе ложку.

— Пф-ф-ф, не официально же! Есь, тебе точно не нравится Ярослав? — Девчонка помешала суп в глубокой белой тарелке, слегка подула и вопросительно посмотрела на медлившую с ответом собеседницу.

— Он, с одной стороны, милый, с другой, точно не мой типаж, — поспешила успокоить подопечную Еся. Ну не рассказывать же обо всех перипетиях больному ребенку.

А вообще, она как-то не сильно задумывалась над этим вопросом из-за навалившихся проблем и суеты, но сейчас ее посетило стойкое чувство, что Ярослав не просто так проявляет к ней столько внимания. Интересно, что ему нужно? В то, что он вот так влюбился без оглядки в прислугу, которой она сейчас являлась в доме Кравецов, верилось с трудом.

Глава 10.8

— А твой папа… — Еся мечтательно улыбнулась, а потом резко поджала губы. — Нет, это неправильно.

— А ты всегда поступаешь, как правильно? — не унималась Клара.

— Это плохой разговор. — Есения начала злиться.

— А если я тебе скажу, что ко мне приходил Гелар и рассказал, что в моей болезни виновата Оксана? — Клара наконец-то хлебнула бульона.

— Гелар? Надеюсь, он не забрал у тебя силы? — Еся напряглась, намеренно уводя тему в другую сторону.

— Речь не о нем! — Девчонка сразу же разгадала замысел соседки. — Короче, я не вижу смысла печься о благополучии Оксаны, когда она решилась на такую мерзость. Мы сразу не сошлись, но о том, что она может мне так навредить, я даже не думала!

— Я тоже. — Еся задумчиво постучала указательным пальцем по ложбинке на верхней губе. — Если это доказать, то можно привлечь ее к ответственности за нанесения вреда здоровью.

— Еся! Ты серьезно? — Клара отбросила ложку и недовольно сложила руки под грудью. — Как ты собираешься это доказывать и кому?

— Чего ты от меня хочешь? — взвилась Есения.

— Ничего. — Клара устало покачала головой. — Я просто не хочу оставлять тебя одну, когда вернусь на Зегнар. Мой папа классный, я вижу, что он тебе нравится и ты его заинтересовала, и если бы не эта мадам в розовых облаках, у вас все бы могло сложиться. Плюс, как только я покину Землю и будут сняты все наказания, у отца смогут появиться еще дети, и их родишь ты. А если этого не случится, то ты просто вернешься в Сочи и продолжишь жизнь «синего чулка», утонувшего в работе.

Еся хмыкнула и покачала головой. Ну что тут ответить? Стас ей нравился, и в потаенных уголках сознания она представляла его своим. И свидание в кафе очень вдохновило: особенно то, что Стас запомнил ее предпочтения в сыре. И все было радужно и ванильно до момента, пока он не вспомнил о жене. А может, так и надо: идти напролом не только в бизнесе, но и в личной жизни? Нет, все-таки это неправильно! Но если Оксана действительно виновата в болезни Клары, то почему нужно задумываться о правильности?

От всех этих мыслей у Есении разболелась голова. Сейчас нужно думать об анализе крови, да еще этот ужин с Ярославом.

***

Оксана бросила машину у порога и, не вынимая кучи сумок с новыми нарядами, а только захватив маленький подарочный пакетик, поспешила в комнату Клары. Прикрываясь заботой о падчерице, в первую очередь она хотела узнать, справилась ли няня с порученным заданием, и если нет (а скорее всего нет!), тут же планировала позвонить Стасу и нажаловаться, что та не справляется с обязанностями!

— Тук-тук-тук. — Оксана, открыв дверь, придала мягкости голосу, как это бывало при муже. Пусть эти «свистушки» не думают, что она желает им плохого. — Как дела у больной?

Хозяйка процокала каблучками прямиком к постели Клары, напрочь игнорируя няню, сидевшую возле туалетного столика.

— У меня сюрпри-и-из. — Оксана помахала маленьким розовым пакетиком перед удивленными голубыми глазами. — Надеюсь, няня не больно у тебя взяла кровь? А это для поднятия настроения.

Оксана ткнула пакетиком буквально в нос Кларе, и та, смотревшая исподлобья на мачеху, была вынуждена взять подарок, пока он не припечатался к ее лицу.

— Ну что там с анализами? — Оксана, прислонив указательный палец к подбородку, наконец-то оглянулась на Есю.

— Все прекрасно! — Есения победно улыбнулась и поднялась с пуфика, чтобы не быть ниже Оксаны и не дать ей возможности чувствовать себя на высоте. — Кровь отправлена в лабораторию, как только будет результат, я сообщу Стасу.

— Но… — Оксана запнулась, и ее голос потерял мягкость, приобретая привычную пронзительность. — Я же говорила, что сама отправлю Пашу в лабораторию!

— А мы справились одни! — ехидно хмыкнула Еся, наблюдая, как глаза Оксаны наполняются ненавистью. — А ты случайно не знаешь, где Клара могла подцепить эту заразу? Смотрю, у тебя столько связей в медицине!

— Нет у меня никаких связей, — зашипела Оксана, нервно дернув белокурой головой, — ты меня пытаешься в чем-то обвинить?

— Та-ак. — Еся уперла руки в бока. — Заметь, это не я сказала. На воре и шапка горит!

— Как ты смеешь?! — Хозяйка открыла рот от возмущения. Сердце гулко забилось о ребра, еще не хватало, чтобы эта выскочка догадалась о причинах болезни. Но откуда ей знать? Да к тому же, Клара, может, и сама где заразилась. — Твои домыслы просто отвратительны, так же, как и ты!

Розовый ноготь указательного пальца замотался в воздухе в отрицательном жесте.

— А ты не отвратительна? Когда будешь считать овец перед сном, начни с себя! — Еся вытянула вперед шею, как взбесившаяся гусыня, защищающая своего малыша.

— Я хотела мира и даже, как дура, выбирала два часа подарок для Клары вместо того, чтобы сделать коррекцию ногтя, а ты… ты… — Не найдя от возмущения нужных слов, Оксана круто развернулась на каблуках и вышла из комнаты.

— Спасибо за подарок! — иронично заметила Клара, и, как только дверь с грохотом захлопнулась, отставила пакет в сторону, так и не открыв. — Она виновата сто процентов!

— Померяй температуру. — Еся протянула Кларе градусник.

Перепалка с Оксаной отняла неожиданно много сил. Скорее всего, сказалось нервное напряжение, в итоге выплеснувшееся в скандал, который показал, что Оксана слишком занервничала, когда заговорили о ее причастности к болезни. Но расслабляться нельзя. Впереди еще сложная беседа с Пашей по поводу нестандартной крови и ужин с Ярославом. Будь он неладен.

Глава 11

Еся выглянула в окно и увидела, как к дому подходит Паша. Видимо, оставил свою «старушку» на гостевой парковке. Глубоко вдохнув и максимально выдохнув, Есения оглянулась на задремавшую Клару, у которой опять поднялась температура, и решила, что лучше поговорить с Пашей до ужина и до приезда Стаса. Только что говорить? Ладно, сориентируется на месте.

Тихонько выскользнув из комнаты, Еся замерла на верхней ступеньке, услышав, как Оксана отчитывает водителя за самостоятельно сданные анализы.

Похоже, разозлившаяся хозяйка поджидала его чуть ли не у самой двери, чтобы выплеснуть весь негатив. Но Паша стойко держался. Он успокаивал разбушевавшуюся Оксану, уверяя, что с анализами все будет в полном порядке и он отвез их проверенным специалистам.

Еся в очередной раз отметила, что Оксана слишком уже переживает по этому поводу, что еще больше убедило в правдивости слов Клары.

А Паша молодец! И не выдал, и помог, и продолжает стоять на своем. Может, и на необычность Клары спокойно среагирует? От мысли, что этому толстолобику придется рассказать о Зегнаре, Есению непроизвольно передернуло. Наверное, это все-таки будет перебор… А если попробовать выдавать информацию порционно? Это мысль!

Как только стих последний истеричный вопль Оксаны, Есения как ни в чем не бывало спустилась по мраморным ступеням и, пренебрежительно глянув на хозяйку, сидевшую на диване, обратилась к явно замученному водителю.

— С анализами все в порядке?

— Да. — Паша устало потер трехдневную щетину. — Все будет хорошо.

Он отрешенно посмотрел сначала на Оксану, злобно глядевшую на няню, потом на Есению, гордо вскинувшую подбородок, и предпочел молча удалиться на кухню. То, что дамы не поладили, было видно невооруженным взглядом, а встревать в женские разборки ему совершенно не хотелось.

Достав прохладную баночку кваса и откупорив ее с легким шипением, Паша сел у стола в опустевшей кухне, вытянул ноги и расслабленно закинул руки за голову. Нужно ли было помогать Есении?

Приятный ветерок от кондиционера легко коснулся пшеничных волос и побежал выше. Оксана явно нервничает из-за присутствия няни… Как же Стас любит, когда вокруг него много женщин и кипят интриги.

— Паша, можно с вами поговорить? — Вкрадчивый голос Еси, подошедшей со спины, заставил водителя принять более культурную позу. Он недовольно вздохнул, всем видом показывая, что не рад нарушенному уединению.

— Ну? — Нервно дернув уголком рта, Паша сделал глоток терпкого кваса и отставил банку в сторону. Ему не нравилось происходящее, но нудный внутренний голос нашептывал, что этой женщине нужна помощь, что она не справится без него. Только вот почему его это так волновало? Просто инстинкт, выработанный годами — защитить слабого, помочь просящему? Только Есения очень специфически просила. Но все-таки просила… И он не мог отказать.

Его неприятие командирских замашек няни смягчалось ее безграничной самоотдачей и любовью к Кларе. А ведь девчонка была почти ровесницей его дочери, и он как никто другой знал и понимал, как хочется сделать своего ребенка счастливым, когда семья разваливается на куски, как трухлявый пень. А у Клары и семьи толком не было, и то, что Оксана не в восторге от появления девочки, он тоже заметил.

Но Оксана — это Оксана, и осуждать ее за нелюбовь к Кларе глупо. Она столько лет борется за внимание Стаса, и ни для кого в доме не секрет, как жесток бывает босс, но она цепляется зубами и ногтями, надеясь смягчить возлюбленного, хотя он сотню раз говорил, что единственной для него станет только та, которая родит ему ребенка. И если бы на пороге дома вместе с Кларой появилась не няня, а настоящая мать, которая предложила создать полноценную семью, то никто не удивился, если бы Стас согласился на такое предложение.

— Вы знаете, — Еся присела на соседний стул и нервно забарабанила пальцами по начищенной поверхности стола, — мне нужно поговорить о Кларе.

— Слушаю.

— Так. — Есения потерла ладонь об ладонь. С чего начать? Как начать? В животе образовался неприятный тремор, потряхивающий кишки. Почему этот водитель заставляет ее либо нервничать, либо чувствовать себя дурой? — Эм-м. Понимаете, Клара особенный ребенок.

Еся заглянула в равнодушные серо-голубые глаза в поисках поддержки, но не увидела отклика. Паша смотрел на нее, как на глупую зверушку, говорящую очевидные вещи. Да, любому понятно, что для каждого родителя свой ребенок особенный, но она-то не совсем родитель…

— В общем, у нее могут быть немного специфические результаты анализов. Я бы хотела защитить Клару от всяких лишних обследований. Мне нужно, чтобы ваш врач не акцентировал на этом внимание, а лишь определил то, что касается болезни. — Еся старательно подбирала слова и, закончив мысль, наконец-то выдохнула.

— Я хочу… мне нужно… — Паша усмехнулся, покачав головой.

— Ну зачем вы придираетесь к словам? — Есения поняла, что, даже тщательно строя предложения, ей не удалось отойти от привычного тона руководителя. Но она не умеет по-другому! Что такого она сказала? И вообще, разговор о Кларе!

— Я ничуть не придираюсь, уважаемая начальница юридического департамента, или как там правильно называется ваша должность? Могу ли я, простой водитель, придираться к вам? — Паша с интересом наблюдал за внутренними метаниями собеседницы, явно отражавшимися на лице.

Она была готова взорваться, но секундная вспышка промелькнула и сменилась сдержанной натянутой улыбкой, в то время как в глазах читалась усиленная работа мозга по конструированию новых предложений.

— Извините, я не хотела вас тогда обидеть.

— Уже лучше. — Паша одобрительно кивнул. — Продолжайте.

Еся сжала зубы, чтобы не сказать гадость, а смеющиеся глаза отозвались кипящим вулканом, желавшим выплеснуть лаву в виде ругательств. Он пытается ее унизить? Ладно. Сейчас важнее решить вопрос с кровью. А вот когда удастся вернуть Клару на Зегнар, тогда она все выскажет этому толстолобику. Как жаль, что она сейчас от него зависит. Она вообще ненавидит от кого-то зависеть!

— Спасибо за помощь с фельдшером, — кое-как выдавила из себя Есения, наблюдая, как Паша опять одобрительно кивнул. — А сейчас, пожалуйста, помогите с результатами. Очень важно, чтобы они не попали в руки Оксаны и чтобы до Стаса дошла только информация, касающаяся мононуклеоза.

— Принял. Постараюсь. — Густой голос звучал миролюбиво и довольно. — Знаете, если мужчине не приказывать, а просить, то он охотнее соглашается помочь. А что не так с кровью?

— Знаете, очень тяжело просить, когда привык приказывать, — огрызнулась Еся. Ей так хотелось добавить: «Тем более просить водителя!», но она благоразумно промолчала, решив продолжить тему особенности Клары. — У Клары такая наследственность… Знаете, у нее мама сильно отличается от обычных людей. Вот прямо так сильно, как будто она с другой планеты или не как будто…

— Алиса инопланетянка? М-м-м. — Паша закусил губу, чтобы не рассмеяться. — Вот поэтому Станислав Германович, наверное, ее и помнит, несмотря на бесконечный круговорот женщин в его жизни.

— Наверное! — Есе стало невыносимо от насмешливого тона водителя. Хотя чего она ожидала, говоря об инопланетянах? На сегодня, пожалуй, хватит, а то ее примут за сумасшедшую. Главного она добилась — Паша готов ее поддержать!

***

Заглянув к Кларе и выдав положенные лекарства, Есения нехотя пошла собираться на ужин. Вечерняя встреча тяготила ее не меньше, чем ожидание результатов анализа, но лучше уж уделить внимание Ярославу, нежели дожидаться, когда он начнет копать и узнавать, что за мужчина был сегодня в доме.

Конечно, Еся не была на сто процентов уверена, что Ярослав не озаботится этим вопросом позже, но если ужин пройдет в нужном ключе, возможно, он и не вспомнит о причинах их встречи. Уж больно он напоминал своей беззаботностью пустоголовую приживалку.

Коснувшись губ прозрачным розовым блеском и расправив длинную белую юбку, полностью скрывающую ноги, Есения удовлетворенно кивнула отражению в зеркале и заложила русый локон за ухо. Образ вышел милый, даже в чем-то домашний, без пафоса и претензий. Няня. Просто няня.

Она взяла любимые духи с флердоранжем, а потом, вспомнив, как Ярослав отреагировал на них, посчитав мощным афродизиаком, отставила флакончик в сторону. Легкого цитрусового запаха лосьона для тела будет вполне достаточно. Еще раз посмотрев на себя в зеркало, на секунду задумалась и застегнула верхнюю пуговицу шелковой блузки. Все.

Есения легким белым мотыльком пересекла длинный коридор с комнатами прислуги и вышла на улицу. На душе отчего-то было противно, как будто она шла на подлость. Может, это от того, что мысленно она уже принадлежала Стасу? Да, он не заявлял на нее никаких прав; да, он женат (условно), и да, она думает о нем каждую ночь перед сном. Сначала Еся просто пустила его в свои мысли, потом позволила находиться в них каждый день, а теперь и вообще поняла, что любой другой мужчина ей не интересен. Ну почему в ее жизни все так сложно?!

Ей не двадцать лет, она не глупая девчонка с улицы, но почему-то позволила себе воспылать чувствами к запретному мужчине. Хотя не такой уж он и запретный! Наверное…

В тени пятиметровых туй, недалеко от бассейна, Есения увидела круглый столик, накрытый белой скатертью, неспешно развевавшейся на ветру. Улыбавшийся Ярослав встал и пошел ей на встречу. Под светло-голубым поло, выгодно оттенявшим глаза, отчетливо просматривался спортивный силуэт, а зауженные темно-синие брюки подчеркивали длинные ноги.

«Красавчик, — подумала Еся, — который прекрасно знает, что неотразим, только не догадывается, что мне нужна не только внешность, но еще и внутренний мир. А внутри у него такая же гладь и пустота, как на фирменной футболке с единственным маленьким логотипом на груди. То ли дело Стас — состоявшийся, серьезный, внимательный».

— Рад тебя видеть. — Ярослав подхватил Есю под локоть, обдавая терпким запахом кедра. — Прекрасно выглядишь, леди.

Он подвел ее к столу, галантно отодвинул стул, немного утопавший металлическими ножками в дерне, и помог сесть.

— Спасибо. — Еся развернула белоснежную салфетку и положила на колени. Отвечать комплиментами не хотелось, но она постаралась как можно естественнее улыбнуться.

— Я решил, что для нашего прекрасного вечера подойдет шампанское. — Ярослав достал из металлического ведерка, покрытого сотнями мелких капелек, пузатую бутылку и с громким хлопком открыл ее, выливая часть содержимого на аккуратно подстриженный газон. — Обожаю, когда льется шампанское, сразу же возникает чувство праздника!

Он наполнил два узких высоких фужера пенящейся жидкостью соломенного цвета и поднял свой бокал.

— За прекрасный вечер и прекрасную леди!

Еся кивнула и сделала глоток. Пенный напиток не вызывал у нее такого восторга, как у Ярослава, но, собственно, она изначально знала, в честь кого будет вечеринка. Ее дело подыграть и заложить в эту симпатичную, но пустоватую голову нужную информацию.

— Тебе что-то не нравится? — Ярослав сначала посмотрел на свой салат из морепродуктов, а потом перевел взгляд на слишком молчаливую спутницу.

— Все отлично, просто устала и перенервничала. Давай выпьем за тебя! — Еся с легким звоном ударила своим фужером по фужеру собеседника.

— Как приятно! — Ярослав залпом осушил бокал, в то время как Есения сделала два небольших глотка. — Ты из-за Клары переживаешь?

— Конечно. Честно признаться, — Еся понизила голос до шепота и чуть наклонилась вперед, — я не каждый день беру кровь у больных, а теория без практики — пустой звук. Но, слава богу, Клару я сегодня не мучила, все прошло гладко.

Еся откинулась назад и улыбнулась. Она не соврала, но в голове у Ярослава отложится совсем другая информация. Нужно еще шампанского для закрепления успеха!

— Давай выпьем за здоровье и отпустим этот сложный день. — Еся покрутила в руке бокал.

— Согласен!

Дальше вечер пошел плавно и расслабленно. Обсуждали, точнее, Ярослав вещал, а Еся в основном поддакивала, результаты российской команды в различных видах спорта. Младший Кравец время от времени делал комплименты спутнице, она отвечала взаимностью. Не то чтобы это шло от души, просто так было надо. Чем приятнее запомнится Ярославу этот вечер, тем туманнее будет воспоминание о фельдшере.

Когда сумерки уже значительно сгустились, а горячее было доедено, Ярослав, прихватив уже четвертую бутылку шампанского, предложил Есении прогуляться по территории.

— Алкоголь — это зло для спортсмена! — весело крикнул он, откупоривая бутылку и делая глоток из горла. — Но иногда можно себе позволить, тем более в такой приятной компании.

Он подошел к Есе вплотную и резко чмокнул в шею.

— Прекрати. — Есения смеясь, оттолкнула Ярослава. Да, она позволила себе расслабиться и выпила чуть больше нормы, но после напряженного дня и выполненной задумки почему бы и нет? Тем более партнер, как обычно, способствовал этому своей беззаботностью и бесшабашностью.

— Не прекращу. — Он опять попытался ее поцеловать, но промазал и попал губами в висок.

— Так, я же попросила! — Продолжая смеяться и путаясь в длинной юбке, Есения побежала по газону.

— Леди, куда же вы? — Ярослав в два счета догнал беглянку и схватил за локоть. Есения слишком резко дернула руку, и нетрезвый Ярослав потерял равновесие. Падая, он увлек ее за собой. — Вот ты и попалась!

Еся повалилась рядом, но не ударилась, так как Ярослав смягчил ее падение, подставив горячую руку, а потом ловко перевернулся и, будто собираясь отжиматься, навис над Есенией. Лежа на спине и заливисто смеясь, она принялась отталкивать его, в то время как он пытался прикоснуться губами ко всем открытым участкам кожи, то и дело щекоча теплым дыханием.

Еся чувствовала себя беззаботным подростком, будто бы вернулась лет на пятнадцать назад. В то время, когда еще не было полностью поглотившей ее работы; когда мальчишки воспринимались как мальчишки, а не рассматривались и не оценивались как мужчины, пригодные к совместному проживанию; когда впереди еще маячило светлое будущее, где она видела себя в кругу большой семьи, с детьми, с которыми она никогда не будет поступать так, как поступала с ней мать.

— Можно узнать, почему вы своим хохотом будите весь дом вместо того, чтобы находиться рядом с больной Кларой? — На освещенной фонарями поляне возник Стас, в командном голосе читалось четкое недовольство.

— О, Стасян, мы тебя не заметили. — Ярослав как ни в чем небывало встал, отряхивая с брюк травинки.

— Добрый вечер. — Еся резким потоком воздуха попыталась сдуть волосы с лица, одновременно опуская задравшуюся выше колен юбку.

— Я не услышал ответа. — Стас протянул руку, помогая няне подняться.

Она виновато потупилась, но помощь приняла.

— Ну че ты вечно все портишь?! — Ярослав недовольно пнул газон.

Стас проигнорировал брата, посмотрел на часы и, зашагав в сторону дома, обратился к Есении:

— Когда последний раз мерили температуру?

— Три часа назад. — Она смиренно посеменила за ним. Недовольный Ярослав остался на поляне один.

— Лекарства все купили?

— Да. — Холодный тон пугал Есению и одновременно заставлял трепетать перед этим мужчиной. Она виновата, что позволила себе расслабиться, когда Клара болеет, но вряд ли приняла бы укор от кого-то, кроме Стаса. Она чувствовала его мужское начало, которому безоговорочно хотелось подчиняться, чувствовала, что рядом человек, который сильнее и который может как наказать за непослушание, так и защитить в случае беды. При виде его недовольства, возникшего совсем не на пустом месте, Есении захотелось безропотно подчиниться ему и заслужить похвалу. Странные, непривычные ощущения. Но они будоражили, отзываясь теплой волной внизу живота, плавно перетекающей под коленки и оседающей на кончиках пальцев.

— Пройдем в кабинет, там можно спокойно поговорить.

Еся кивнула. Молча они зашли в дом, поднялись на второй этаж и оказались в темно-зеленом кабинете, обставленном добротной дубовой мебелью. Обстановка явно перекликалась с кабинетом в башне «Евразии».

— Присаживайся. — Стас кивнул на кожаный зеленый диван и зачем-то защелкнул замок.

У Еси по спине пробежали мурашки. Что происходит? Неужели он узнал правду и сейчас будут разборки? Но зачем он закрыл дверь на замок?

— Результаты крови будут послезавтра, — залепетала Еся, наблюдая, как Стас снял пиджак, повесил на спинку рабочего кресла, выдвинул верхний ящик стола и достал оттуда бокал и бутылку виски.

— Хорошо. — Он одобрительно кивнул и наполнил бокал. — Тебе не предлагаю, думаю, Ярослав уже об этом позаботился, а мне не нужна пьяная няня при больном ребенке.

— Я не пьяная! — возмутилась Еся, при этом предательски икнув. Конечно, она не была в стельку, но и трезвой ее назвать было сложно.

— Поэтому валялась с моим братом на газоне и задирала юбку выше ушей? — Стас расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Он чувствовал, что проигрывает брату, но это его дом! Его территория! И эта няня тоже будет его!

— Так это случайность. — Еся сдержанно улыбнулась. Это что, ревность? Неужели Стас действительно ее ревнует и Клара права, он к ней неравнодушен?

— Случайность? — Стас подошел к дивану, сел на мягкий подлокотник рядом с Есенией и демонстративно отхлебнул из бокала.

— Прости, я так устал. — Он с легким стуком поставил стакан на черный зеркальный столик. — На работе куча проблем, Клара разболелась, этот неудачный ужин с тобой. Мне… мне стыдно, что я перебрал и все испортил.

Он недовольно раздул ноздри идеального носа и слегка погладил плечо Есении. Это прикосновение обожгло Есю так, будто язык пламени коснулся высохшего поля, по коже тут же расползлись огненные стрелы, кровь забурлила, заставляя сердце пуститься вскачь.

— Я… я все понимаю. — Она неожиданно охрипла, голос отказывался повиноваться. Она выпрямила спину по струнке и, чуть повернув голову, с опаской заглянула в голубые глаза. Это то, что она думает, или пьяное воображение?

— Я знал, что ты поймешь. — Он нагнулся и мягко коснулся приоткрытых губ.

Еся со стоном выдохнула и ответила на поцелуй. Руки сами потянулись к его рубашке, несуразно расстегивая скользкие пуговицы. Несколько нервных движений, и не отрываясь от мужских губ, она стянула с него сорочку, резко отбросив в сторону, ладони заскользили по мощному ухоженному торсу, чувствуя бугорки напрягшихся мышц.

Стас, не мешая Есе, наслаждаться его идеальным телом, неторопливо расстегнул шелковую блузку, аккуратно погладил ладонью от подбородка до ложбинки между грудей и обратно. Он почувствовал хаотичное биение ее сердца и на несколько секунд задержал руку на объемной груди, спрятанной в белое кружево.

Значит, это она для Ярослава нарядилась в такое изысканное белье? Судя по мягкости ткани, далеко не дешевое. Хм… «Нет, братик, хоть родители и учили меня всегда уступать тебе, но не в этот раз. Ох, не в этот…»

Стас слегка толкнул Есению, и она опустилась спиной на диван, но не почувствовала холода зеленой кожи, хоть блузка и была довольно тонкой. Тело горело от прикосновений Стаса и от сумасшедшего желания, затмившего все остальные мысли. Он приспустил блузку до локтей, так что руки оказались скованы в движении, и одним отработанным щелчком расстегнул бюстгальтер, стянув его настолько, насколько позволяла блузка.

Еся охнула и выгнулась навстречу теплым губам, тут же припавшим к освободившейся груди. Не снятые до конца вещи сковывали движения, не давая возможности полноценно обнять Стаса, но он не торопился избавляться от них. Его руки уже требовательно задирали длинную юбку и искали последний заветный кусочек ткани. Нащупав кружево, Стас провел рукой поверх него и, найдя ложбинку, вдавил указательный палец насколько это позволила ткань. Ощутив влагу, довольно ухмыльнулся.

Еся безвольно дернулась, пытаясь ухватиться полусвязаными руками за Стаса, но он моментально отстранился и, сделав шаг назад, демонстративно медленно расстегнул ремень, с удовольствием рассматривая застывшую в ожидании Есению. Она не стремилась изменить позу, а замерла так, как он ее оставил: с задранной юбкой, наполовину спущенной на спине блузкой и обнаженной грудью, всем видом показывая, что полностью подчинилась и ждет его.

Скучно.

***

Оксанка знает, что он любит: когда пьяный — полное подчинение, когда трезвый — игру в наказание или сопротивление. Ну да ладно, к жене он сходит чуть попозже, а сейчас просто возьмет, что дают, и выиграет спор. Еще одна покорившаяся цель. Слишком легко и даже не интересно. Шлюшки из кабаков, порой и то дольше ломаются.

Облизав пересохшие губы, Стас подошел к лицу Есении и перед самыми ее глазами расстегнул ширинку. Брюки тут же упали на пол, и Еся увидела набухшее естество пытающееся вырваться из сдерживающей черной ткани плавок. Она не была готова к такому продолжению и всегда считала это чем-то унизительным, хотя знала, что многие мужчины так любят. Но ни один не позволял себе предложить что-то подобное ей, а точнее, если пытался, то тут же отправлялся за дверь. Не то чтобы она не считалась с мужскими желаниями, просто знала, что и так дает довольно много. Ее время и внимание вообще дорого стоят.

— Ну! — Стас нетерпеливо дернул бедрами, подаваясь вперед и почти касаясь Есиных губ черным хлопком. — Не стесняйся, можешь мне рассказать о своих желаниях.

Он протянул руку и помог Есении сесть. Она, как заколдованная, смотрела на выпирающую часть, требовавшую ее ласк, и никак не могла решиться. Если бы это был любой другой мужчина, она точно уже послала бы его куда подальше, но со Стасом все было не как с другими.

— Ну же, — прошептал он, проводя теплой ладонью по обнаженной груди и мягко располагая руку на русом затылке.

Пока Есения раздумывала, ощущая легкое давление на голове, он указательным пальцем настойчиво провел по чуть приоткрытым губам, коснулся глубокой ложбинки и проник в рот, повелительно раздвигая зубы и пробираясь шершавой подушечкой к языку. От этих манипуляций Есению пробрала мелкая дрожь, закручивавшаяся узлом в самом потаенном месте.

Это был первый мужчина в ее жизни, которому она вроде бы и хотела отказать, но не могла. Слишком сильна его энергия, заставлявшая повиноваться даже вопреки своим желаниям.

Как во сне Еся протянула руку и дотронулась да выпирающей части тела, расположившейся точно напротив ее глаз. Ощутив невероятную упругость, она погладила ткань и немного сжала содержимое. Стас застонал и откинул голову назад, ожидая продолжения.

— Котик! Котик, ты тут? — послышался из-за двери приглушенный слащавый голос Оксаны, и ручка несколько раз резко подпрыгнула вверх-вниз. — Зачем ты закрылся?

— Черт! — Стас резко дернулся, отступая от Есении. — Оденься!

Он рывком натянул штаны, подобрал с пола рубашку и на ходу застегнул ее почти на все пуговицы. Подойдя к двери, поправил растрепавшиеся волосы, облизал губы, оглянулся на почти одевшуюся Есю и приоткрыл дверь.

— Почему ты еще не спишь? — встретил он недовольным вопросом жену, преграждая ей вход.

— Ну, я не могу без тебя уснуть, тем более ты дома. — Оксана попыталась зайти в кабинет, но Стас стоял неприступной скалой.

— У меня куча работы. Я специально закрылся, чтобы никто не мешал. Еще есть вопросы? — В голосе звучало неприкрытое раздражение.

— Только один. — Оксана игриво улыбнулась и потянула мужа за расстегнутый ремень на брюках. — Хочу поиграть с моим любимым Котиком. Разрешишь?

Она резко схватила Стаса за то место, куда еще две минуты назад завороженно смотрела Есения, и потянула на себя, заставляя выйти за пределы кабинета.

— Мне не нравится, как ты себя ведешь. — Оксана продолжала сжимать мужское достоинство, прекрасно зная, что Стас любит, когда она злится и именно так показывает свое негодование. — Я хочу извинений. Сейчас! Быстро в спальню!

Стас хищно улыбнулся, чувствуя, как забурлила кровь. Оксана даст ему то, чего он хочет, и так, как он хочет, а с этой амебной нянькой он разберется чуть позже.

Даже не взглянув на прощание на смирно сидевшую на диване Есению, Стас, как цепная собака на запах свежего мяса, последовал за женой.

Еся, боявшаяся вздохнуть, пока в дверях происходило представление, ощутила полное разочарование и пустоту, как только услышала хлопнувшую дверь хозяйской спальни. Ну, собственно, все логично. Чего она ожидала? Да, она до безумия хотела Стаса и даже почти его получила…

Чтобы отобрать его у Оксаны, нужно быть решительнее!

Окончательно приведя себя и нервы в порядок, Есения на цыпочках выбралась из кабинета, заглянула к мирно посапывавшей Кларе, померила температуру и, убедившись, что пока что жаропонижающие давать не нужно, мышкой прокралась в свою каморку. Хмель почти выветрился из головы, пустота осталась, и перед глазами все стоял черный хлопок с набухшим содержимым.

Нужно быть решительнее!

Еся переоделась в пижаму и улеглась. Сон не шел, она вертелась и вертелась на кровати. В голову лезли картинки, где Оксана делает, то на что она не решилась. Понятно, что это естественно, ведь Оксана — жена Стаса, но в груди при мысли, чем они сейчас занимаются, разрывались маленькие петарды, причинявшие невыносимую обжигающую боль.

— Ну какого хрена я втрескалась в женатого мужика?! — Еся вскочила с кровати и зашагала по маленькой комнатке. — Почти женатого, — уточнила она для своего успокоения. — Да он вообще не женат, они просто живут вместе!… И спят вместе. — Еся в сердцах ударила кулаком по стене.

Она злилась, очень злилась на Стаса, на Оксану и на себя.

— Нужно быть решительней! Когда я вообще отступала? Или это нахлынувшие чувства сделали меня гусыней? — Измерив еще раз длину комнаты метровыми шагами, Есения опустилась на скрипнувшую убогую кровать. На плечи навалилась неимоверная тяжесть, отозвавшаяся в груди ноющей тоской. Подтянув колени к подбородку, Еся уставилась на горевший за окном фонарь и погрузилась в воспоминания о будоражащей близости. Ну чего ей стоило сделать то, о чем он просил?

В дверь тихонько постучали. Сначала Есе показалось, что это птица за окном скребет когтями или клювом по дереву. Но звук повторился, и Есения, прислушавшись, поняла, что идет он совсем не от окна. Накинула светло-зеленый шелковый халат и, не включая света, подошла к двери, тихонечко ее приоткрыла и выглянула в коридор.

— Привет еще раз! — В слабом свете одного маломощного ночника, висящего напротив комнаты, перед Есей возникло улыбающееся лицо Ярослава. — Братец нас так бесцеремонно прервал, но я бы хотел продолжить этот прекрасный вечер!

Ярослав достал из-за спины початую бутылку шампанского и два фужера.

— Можно зайти? — Он кивнул на прикрытую дверь.

— Думаю, это лишнее, — Еся покачала головой и, выйдя в коридор, окончательно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. — Вечер действительно был отличным до определенного момента. Думаю, тебе пора уже пойти отдохнуть.

— Не-не-не, что за треш? — Ярослав мотнул головой и разлил шампанское по бокалам. — Я планировал все закончить совсем по-другому.

Он протянул фужер Есе и, призывно стрельнув глазами, широко улыбнулся. Она понимала, что из этой веселой головы, в отличие от ее, хмель не выветрился и даже добавился, пока она находилась у Стаса. Но быть нянькой для пьяного избалованного младшего Кравеца Есения не собиралась. Идя на свидание, она преследовала две цели: заложить в мозгу Ярослава, что это она взяла кровь у Клары, и засветиться перед Стасом, чтобы он приревновал. Обе цели были достигнуты. Ярослав ее больше не интересовал. Он и до этого не особо занимал ее мысли, хотя с ним и было приятно проводить время, но сейчас этот взбалмошный молодой человек откровенно начал напрягать.

— Так. — Еся уперла руки в бока, от этого шелковый халат разъехался, и стало видно кружево пижамы, с трудом прикрывавшее грудь. — Я повторюсь — пора спать!

— Спать? Сейчас? — Ярослав хохотнул, впившись взглядом в проглядывавшие формы, выпил залпом один бокал, потом, чуть присев, но не отрывая взгляда от груди, поставил бутылку и второй бокал на пол и поднялся в полный рост. Он вплотную приблизился к Есе, которой некуда было отступать, и, обдав ее стойким перегаром, зашептал на ухо:

— Ты офигенски выглядишь, леди! — Он крепко ухватил ее за талию обеими руками и протиснул свое колено между ее ног. — И я хочу тебя. Уже не первый день хочу!

— Отвали! — Еся попыталась оттолкнуть наглеца, но это оказалось не так просто.

Ярослав навалился на нее всем весом, плотно прижимая к двери и совершенно не давая пространства для маневра. Его влажные губы заскользили по бархатной шее, затормозив на остервенело забившейся жилке. Еся изо всех сил упиралась в мощные плечи и отчаянно мотала головой, но Ярослав не обращал на это никакого внимания.

— Придурок, отпусти меня, или я закричу! — зашипела Еся и вцепилась ногтями в ухо молодого человека, пытаясь оттянуть голову от своей уже порядком обслюнявленной шеи.

— Кричи! — Ярослав силой сжал тонкое запястье, и ей пришлось отпустить ухо, хотя она точно знала, что оставила там пару кровавых царапин. — Стерва! Люблю кобылок с норовом!

Он дернул халат, окончательно выпуская наружу шелковую пижаму, и, схватив Есю под спину, крепко прижал к себе одной рукой, в то время как другой зажал ей рот.

— Мне тетки такие бабки отваливают, чтобы я их трахнул, а ты, глупая нянька, на халяву не хочешь?! — Он в очередной раз обдал Есению крутым запахом перегара. — Я знаю в этом толк, уж поверь!

Все ее попытки оторвать крепкую ладонь ото рта не привели к успеху, нетрезвый Ярослав будто бы потерял связь с реальностью и чувствовал себя всесильным человеком «Икс».

Разъяренная Есения начала изо всех сил брыкаться, пытаясь попасть коленом между ног, но Ярослав так крепко зажал ее между собой и дверью, что двигаться почти не было возможности. Еся пыталась уклоняться от шлепавших губ, но они то и дело попадали на щеки, глаза, потом спустились к груди. Она схватила Ярослава за волосы и изо всех сил дернула голову назад. На несколько секунд он ослабил хватку, и Есе удалось его оттолкнуть. Ярослав с грохотом повалился на пол, но тут же быстро сгруппировался и поднялся, как будто был абсолютно трезв. Еся успела открыть дверь, но не успела забежать в комнату.

Ярослав ухватил ее за руку и потянул на себя.

— Пусти, пьяная тварь! — Еся дернула руку, в области локтя сустав обожгло огнем, затрещала на шве шелковая ткань, но Ярослав не дал возможности вырваться. Он схватил Есению за растрепавшиеся волосы и сжал их на затылке так, что ей показалось, будто сейчас выскочат глаза.

— Я не тварь, — зашипел Ярослав, обдавая разгоряченное лицо Есении каплями слюны, — я твой Бог, который дает тебе билетик в красивую жизнь, о которой ты потом долго будешь вспоминать в своей каморке.

Он впился в пересохшие губы, нагло просовывая язык между зубами. Еся уперлась руками в грудь, делая очередную попытку оттолкнуть безумца, но он все глубже и глубже проникал к ней в рот, казалось, уже достал до самых гланд. На глазах выступили слезы бессилия. Есения ощутила рвотный позыв и изо всех сил наступила босой ногой на красный кроссовок, понимая, что не причинит особого вреда, но хотя бы попробует.

Внезапно Ярослав, как плюшевая собачонка, отлетел к противоположной стене с зажатым в кулаке клоком волос Есении. Она вскрикнула, хватаясь за будто бы ошпаренный клочок кожи на голове, и, потеряв опору, упала на колени, больно ударившись о деревянный пол.

— Хулиганите, Ярослав Германович? — Густой голос, как гром среди полуночной тишины, заполнил длинный коридор в крыле прислуги.

Еся, давясь слезами, снизу вверх посмотрела на черный громадный силуэт, закрывший единственный блеклый коридорный ночник.

— Паша, какого хрена? — Ярослав, опираясь на стену, неуверенно поднялся на ноги, потирая ушибленную спину.

— Нехорошо себя ведете. Станислав Германович будет недоволен. — Как неразумному барскому ребенку водитель объяснял прописные истины младшему Кравецу. — Идите спать.

Паша подал руку Есении и исподлобья посмотрел на Ярослава.

— Доволен — недоволен. Он все время мной недоволен, когда проигрывает! — Ярослав резким движением поправил сбившуюся челку. — Я ничего такого не сделал, она сама ко мне вышла в таком виде.

— Идите спать, — размеренно повторил Паша, положив руку на подрагивавшее плечо Есении и всем видом показывая, что наедине он их не оставит.

— Да и хрен с вами! — Ярослав распрямил спину и гордо зашагал по коридору.

Как только он скрылся из виду, Есения, закрыв лицо руками, окончательно разрыдалась. Тело затрясло мелкой дрожью, засаднили ушибленные коленки и кожа, с которой вырвали волосы.

— Тс-с-с. — Паша, как маленького ребенка, прижал ее к себе, мягко, но очень крепко обняв одной рукой, другой неуклюже погладил по лохматым волосам. — Все хорошо, все хорошо.

Еся вздрагивала от каждого всхлипа, рвавшего грудную клетку на мелкие части, и старалась проглотить рыдание, чтобы никого не разбудить. Она уперлась лбом в черную футболку, мешком висевшую на мощной, но мягкой груди, и на удивление почувствовала себя защищенной, будто оказалась в спасительном бункере во время ядерной войны.

— Вам тоже пора спать, — мягко проговорил Паша, высматривая, не сбилась ли видеокамера от удара Ярослава об стену. Если бы не она, неизвестно, чем бы закончились пьяные шалости младшего Кравеца.

— Да-да, — всхлипнула Еся, вытирая мокрые щеки. — Спасибо, что заступились.

Она благодарно посмотрела снизу вверх на Пашу, а он, слабо улыбнувшись, отпустил ее из своих неуклюжих объятий. В один миг Есения опять почувствовала себя беззащитной и до ломоты в костях одинокой.

— Я понимаю, что советы сейчас неуместны, — Паша растерянно потер щетину, — но все же настаиваю, чтобы вы держались подальше от обоих братьев.

— От Ярослава точно буду держаться как можно дальше, — печально хмыкнула Еся, запахивая сильнее халат.

Паша лишь покачал головой. Она его не услышала. Жаль.

— Я пойду ночевать к Кларе, — озвучила Есения внезапно возникшее желание. — Не хочу оставаться одна, а она единственный человек в моей жизни, которому не все равно, что со мной происходит. Вы же не против?

Еся с опаской посмотрела на Пашу, понимая, что в этом доме очень многое делается именно с его согласия.

— Не против, но там одна кровать. — Водитель неопределенно пожал плечом.

— Я посплю в кресле… лишь бы не оставаться одной. — Еся шмыгнула и посмотрела на Пашу, закрывавшего проход по коридору.

Он отступил к стене и сделал приглашающий жест рукой.

— Да, — густой голос остановил Есению, — будет лучше, если о происшествии с Ярославом в доме знать не будут. Со Станиславом Германовичем я поговорю сам, а вот остальных информировать не нужно.

— Хорошо. — Еся устало кивнула и отправилась к Кларе. Хотя на самом деле ей до безумия хотелось остаться в теплых объятиях Паши, просто так, на одну ночь, чтобы почувствовать себя в безопасности. Рядом с ним она ощущала себя под надежной защитой, первый раз в жизни чужой человек решал ее проблемы, ничего не требуя взамен, и где-то в глубине души затеплилась нежная благодарность, приятно щекотавшая желудок.

Это было странное чувство, новое и очень приятное.

Глава 12

Стас на ходу допил кофе, у входной двери всунул провожавшей его Оксане опустевшую чашку, чмокнул жену в нос и выбежал из дома. У порога его уже ждала машина.

— Паша, гони! — скомандовал Стас, захлопнув пассажирскую дверь

— Задержались вы сегодня, — усмехнулся водитель, набирая скорость.

— Да Оксанка полночи жару давала, — засмеялся Стас. — Обожаю, когда она ревнует, такие вещи творит! М-да, няня наша ей в подметки не годится.

— По поводу няни. — Паша глянул в зеркало заднего вида. — Ярослав Германович вчера себя слишком вольно повел.

— Что сделал? — Стас недовольно раздул ноздри.

— Я его буквально отодрал от сопротивлявшейся Есении. Может, стоит с ним серьезно поговорить?

— М-да… Объясни ему, что неправ, только не забывай, что он мой брат. — Стас нервно поглядел на часы. — Значит, она ему отказала? Забавно. Я-то почти добился своего.

— Оставили бы вы эту затею. — Паша дернул уголком рта. — Все же уже понятно. Есения выбрала вас, может, даже на что-то надеется.

— Пусть надеется, мне все равно. Мне удобно, что она под боком, и в любой момент с ее помощью я могу «взбодрить» Оксану. О! Это незабываемо! — Стас заливисто рассмеялся.

***

— Еся, погляди на меня! Это просто кошмар! — Клара с полными слез глазами смотрела в зеркало на свою распухшую шею. Воспаленные лимфоузлы стали похожи на яблоки, и шея по ширине сравнялась с головой.

— Все пройдет, не плачь! — Есения обняла девчонку, закрывая спиной отражение в зеркале.

— Мерзкая Оксана, это все из-за нее! Ненавижу! — Клара вскинула руку и, растопырив пальцы, выпустила еле заметный белый огонек.

— Прекрати! — Еся схватила девчонку за тонкое запястье и резко опустила вниз, но огонек уже просочился сквозь стены комнаты. — Что ты творишь? Побереги силы!

Через пару секунд по коридору второго этажа разлетелся вопль отчаянья.

— Лара?! — Еся в панике посмотрела на подопечную, но та лишь хитро улыбнулась.

— Ничего страшного, просто маленькая месть. Короче, пользуйся моментом. — Девчонка закусила уголок губы и театрально потупилась.

Есения выскочила из комнаты и побежала к хозяйской спальне, там в дверях уже стояла растерянная Фируза. Она то дела шаг в комнату, то после криков Оксаны опять выходила.

— Что случилось? — Еся, будучи на голову выше домработницы, попыталась заглянуть в спальню.

— Пошли все вон! — В дверь полетела декоративная пурпурная подушка. — Закройте дверь, я никого не звала!

Оксана, прикрывая одной рукой щеку, подбежала ко входу и с силой толкнула дверь. Та с грохотом захлопнулась, заставляя отскочить Фирузу и Есению на полшага назад.

— Прыщ, вот тако-ой, — Фируза сложила в круг указательный палец с большим.

— А-а-а… — Есения сжала губы, чтобы не рассмеяться. — Это поправимо, я думала, что-то серьезное. Так, пойду назад к Кларе.

Фируза кивнула и, посмотрев на закрытую дверь, тоже пошла по своим делам.

Еле сдерживая смех, Есения вошла в комнату подопечной и замерла на пороге. Девчонка сидела на кровати, поджав колени под подбородком, и как загнанный зверек смотрела на расположившегося на пуфике Пашу, сжимавшего в ладони несколько листов бумаги.

Глава 12.2

— Я забрал анализы. — Пропустив приветствие, водитель тут же перешел к делу. — Подтвержден вирус Эпшейн-Барра.

— Так. — Еся все еще стоя в дверях и не решаясь пройти дальше кивнула.

— Я не медик, но мой знакомый очень удивлен некоторыми показателями. — Паша заглянул в лист и по слогам прочитал: — Про-ми-ело-циты, мета-миело-циты, нейтро-филы, ну и еще тут.

— Так. — Еся нервно сглотнула и начала судорожно заламывать пальцы.

— Что «так»? — Паша недовольно вскинул бровь. — Показатели выходят за пределы разумных!

— Ну, я тоже не медик, и вы это знаете. — Голос Есении задрожал.

— Послушайте! — Паша поднялся и сам подошел к явно нервничавшей Есе. — У вас слишком много секретов. Я помогаю как могу, хотя честно не понимаю зачем! Вы можете мне толком объяснить, что происходит?

Еся испуганно посмотрела на притихшую Клару, закусившую ноготь на указательном пальце.

— Вырубить его? — Девчонка растерянно подняла плечи.

— Что? — ошарашенный Паша оглянулся на Клару.

— Она шутит, — нервно хихикнула Еся, вытаращивая глаза и всем видом показывая, чтобы Клара больше не говорила ничего подобного.

— Еще раз спрашиваю, вы можете что-то объяснить по этому поводу? — Паша потряс зашуршавшими бумагами перед носом Есении. — Станислав Германович души не чает в дочке, и если она чем-то серьезно больна, то лучше рассказать сейчас, возможно, еще есть шансы ее спасти!

— Она не больна, просто она особенная, и я говорила вам об этом. — Есения попыталась взять бумаги, но Паша резко дернул их, не давая возможности забрать документы.

— Если я не получу объяснения, то буду действовать на свое усмотрение. — Прищурив левый глаз, водитель с подозрением осмотрел няню, которая побледнела, будто сливочный пломбир. — И первым делом Клара отправится на нормальное обследование! Честно говоря, я проникся к вам, думая, что вы от души заботитесь о девочке, но все выходит не так. Но ничего, я исправлю эту ошибку!

— Нет-нет, пожалуйста! — Клара вскочила с кровати, подбежала к водителю и схватила его за мощную руку с зажатыми бумагами.

— Не надо! — умоляюще прошептала Еся обескровленными губами. Она, потеряв всякую надежду, устало смотрела на Пашу. Это был глупый план — просить его о помощи. Что теперь ему объяснять? Соврать на ходу? Нет, достаточно вранья, лучше попробовать рассказать правду.

Есения прошла к туалетному столику и тяжело опустилась на пуфик, где пять минут назад сидел водитель. Все тело налилось свинцом, голова отяжелела, мысли превратились в желе, отказываясь искать выход из сложившейся ситуации, но что-то нужно делать! Нельзя сдаваться! Ведь если Паша начнет действовать, то первым делом он отправит ее домой, а Клара останется здесь совсем одна без поддержки, но с «любящей» ее мачехой.

— Паша, вы верите в сказки? — Еся дотронулась указательным пальцем до острой ложбинки на верхней губе.

Глава 12.3

— Какое это имеет отношение к делу? — Он подошел к туалетному столику и оперся рукой на белую глянцевую поверхность. — Ляг в кровать, нельзя скакать с температурой, — приказал он Кларе и внимательно проследил, как девчонка выполнила его распоряжение.

— Посмотрите на результаты анализов, они нереальны, но имеют место быть. Разве это не сказка? — Еся чувствовала себя неуютно от нависавшего над ней водителя, но понимала, что сейчас не время и не место показывать, кто из них более статусный.

— К чему вы ведете?

— К тому, что если мы вам расскажем правду, вы не поверите! — Еся устало потерла лоб.

— Может, позвать Гелара? — робко предложила Клара.

— Гелара? — Паша с недоумением посмотрел на девчонку.

— У Клары такие показатели потому, что она не совсем человек, — выпалила Еся на одном дыхании, наконец-то набравшись смелости. — Точнее сказать, ее мать Алиса вообще не человек, она гуманоид, но не человек.

— Что. Вы. Курили? Или употребляете более сильные наркотики? Это из-за них такие показания? — Паша сжал челюсть так, что заходили желваки. — Это вы подсадили Клару на какую-то дрянь?

— Да нет же! — Девчонка ударила кулаками по пододеяльнику. — Еся помогает мне, мы ничего не курим и не употребляем! Можете проверить ее кровь, потому что у моей никогда не будет нормальных человеческих показателей! Я человек только наполовину!

— Что за дурацкая игра? — Паша злобно посмотрел на Есению, от этого взгляда ее тело будто пронзила молния, заставляя вздыбиться каждую волосинку.

Как же он страшен в гневе! Еще ночью она хотела найти защиту в его объятиях, а теперь боялась сказать лишнее слово. Но разговор уже начат, и пути назад нет.

— Я понимаю, в это трудно поверить, я сама поверила не сразу, — Еся облизала пересохшие губы, — но Клара — представительница другого, непонятного и не изученного людьми мира. В нашем понимании она ведьма, только добрая. Состав ее крови не похож на человеческий, потому у нее есть способности, которые недоступны людям. Если о ее отличии узнает широкая общественность, то ничего хорошего это не даст, я хочу защитить Клару и помочь вернуться на родную планету.

— На какую планету? — Паша ехидно ухмыльнулся, все больше и больше убеждаясь, что няня наркозависима. Как только он сразу этого не разглядел?! А девчонку срочно нужно спасать.

— Зегнар. Моя родная планета — Зегнар. — Клара с надеждой посмотрела на водителя. — Как только я туда вернусь, у папы сможет родиться ребенок и даже не один. Просто пока я здесь, он несет наказание за проступок моей матери, нарушившей правила родной планеты, и священный Диптрих оберегает меня на Земле настолько, насколько позволяет чужая планета.

— Та-ак, — Паша заметно напрягся, — можно поподробнее про детей?

Не то чтобы он поверил во всю эту чушь, но проблема продолжения рода у Стаса стояла настолько остро, что можно было поверить во что угодно, если бы это помогло хоть как-то решить вопрос. Собственно, Стас, перепробовав все традиционные способы, даже ходил по настоянию Оксаны к какой-то бабке, и та сказала, что на нем проклятие, которое человеку снять невозможно, но есть какая-то послушница Диптриха, которая сможет его избавить от наказания. Это был первый и последний поход Стаса к знахарке, но Оксана еще долго убивалась по этому поводу, пытаясь найти хоть какую-то информацию об этом неизвестном Диптрихе. Естественно, просила о помощи Пашу, но и он не смог ей помочь, хотя очень сочувствовал. В доме эту тему давно не обсуждали, поэтому Клара с Есенией просто не могли об этом знать.

— Я… я знаю начало истории только со слов Гелара, потому что мама никогда не рассказывала мне всей правды… — Клара запустила тонкие пальцы в рыжую копну и задумчиво почесала затылок.

Глава 12.3

— Ну? Давай послушаем историю, как его там?.. — Паша оперся бедром на туалетный столик и сложил руки на груди.

— Гелара. — Еся поджала губы. Сама она ни разу этой истории не слышала и почему-то даже не догадалась спросить Клару.

— Принял. Кто такой, кстати, Гелар? — Паша в упор посмотрел в зеленые глаза, как бы проверяя, договорились ли девушки заранее или сейчас будет импровизация.

— Это ее жених. — Еся сжала в замок подрагивавшие пальцы. Возможно ли, чтобы Паша им поверил?

— Правильнее нареченный, — поправила Клара. — На Зегнаре невозможно вступать в отношения с кем попало, нареченных связывают прочной нитью в первые годы жизни, а бывает еще и в утробе матери. Это как родители договорятся. Или не договорятся, как было в моем случае. Эта нить — подпитка магической энергией на всю оставшуюся жизнь, если ее порвать, то оба из пары теряют способность колдовать.

Короче, о моей маме и детях. Моя мать была послом на Землю. Зегнарцы изучают обитаемые планеты и если видят, что гуманоиды разумны и с ними можно вести взаимовыгодный обмен знаниями, ресурсами и так далее, то предлагают заключить договор о сотрудничестве. В космосе много планет, с некоторыми Зегнар уже вступил в отношения, другие так и остались при своем, так как не смогли предложить Зегнару ничего интересного.

Моя мама, попав на Землю, провела здесь почти год, изучая новый мир. Ей понравились вольные нравы, раскрепощенность людей, многообразие выбора, алкоголь… На Зегнаре все очень строго. Она посылала отчеты, но не смогла найти ничего такого, что бы заинтересовало Правление, в итоге было принято решение оставить Землю без наших знаний и умений. Маму вызвали обратно на Зегнар, но она оказалась беременна. Ее нареченный тут же отказался от дальнейших отношений, потому что это полный позор. Маму разжаловали из послов, и ей предстояло влачить жалкое существование в резервации отвергнутых, но она решила иначе. Она была очень сильной колдуньей (слабых послами не выбирают) и всю оставшуюся после разрыва с нареченным энергию направила на то, чтобы связать меня и годовалого сына Правителя. У Гелара стояла слабая защита, потому что его родители и подумать не могли, что кто-то решится против их воли привязать наследника к несогласованной невесте. Точнее, нет, не так. — Клара судорожно вздохнула. — У Гелара стояла хорошая зашита, но моя мать оказалась сильнее, потому что это было ее последнее желание как колдуньи. Вся ее ненависть к Правителю вылилась в этой привязке, ее не волновало, что я буду страдать, ее вообще интересовала только месть!

После этого она, довольная содеянным, вернулась на Землю, где и родила меня. За такой поступок Правитель под покровительством священного Диптриха закрыл ей доступ к родной планете так же, как и мне. Мать опозорила своим бунтом всю систему ценностей Зегнара, и теперь ей или моему отцу нужно принести публичные извинения Правителям и покаяться в содеянном, после этого я смогу вернуться на Зегнар. Мать точно не захочет туда возвращаться, ей и без магии чудесно живется на Земле. А я очень хочу к Гелару. Без Есении это был единственный гуманоид, которому не наплевать на меня. Для матери я всего лишь орудие мести, хотя сейчас понимаю, как сильно меня любит папа, но все равно хочу на родную планету.

А пока я здесь, наказание распространяется и на меня, и на мать, и на отца. Как только удастся получить прощение, у отца появятся другие дети, тогда и я, и он сможем зажить полноценной жизнью. Правда, без меня… Но мне очень нужно на Зегнар! — Клара с надеждой посмотрела на каменное лицо Паши.

Глава 12.4

— Я даже знаю, что скажет Станислав Германович, услышав эту байку. — Паша дернул уголком рта и изобразил, как босс раздувает ноздри. — Чушь!

— Но это правда! — жалобно простонала Клара

— Ну, допустим, я поверил в этот бред, — водитель сменил опорную ногу, — давай, покажи, как ты умеешь колдовать.

— Не надо! — Еся подскочила на месте. — Ты сегодня уже нахулиганила, могут закончиться силы. Паша, у нее случится приступ! — Няня испуганно приложила пальцы к губам.

— Та-ак, значит, Клара все-таки больна? — Паша с упорством оперативника пытался докопаться до сути. Если человек врет, то обязательно проколется, если его спрашивать об одном и том же разными словами.

— Да нет же! — Еся всплеснула руками. — Ее приступы не болезнь, это связь с Геларом. Как только у кого-то полностью заканчивается магическая энергия, они стараются связаться друг с другом, чтобы хоть немного восполнить запасы.

— Ну-у-у, отлично! Давайте посмотрим на это! Ведь вы же знаете, как действовать в случае приступа… — Водитель не оставлял шансов: либо он сейчас все увидит, либо не поверит не единому слову.

Еся резко поднялась и гневно глянула на Пашу.

— Клара нездорова, у нее и так все распухло в горле, а приступ усложняет дыхание или как там это по-научному?!

— Мне не надо по-научному. То, что вы рассказали, очень далеко от науки. — Водитель выпрямился в полный рост, закрывая Есю от дневного света, мягко падавшего сквозь окно.

Есения сразу сникла, как вянет цветок, не получивший достаточного количества солнца.

— Ничего, я справлюсь, — слабо улыбнулась Клара, собирая последние силы.

Еся окинула Пашу ледяным взглядом, надеясь, что он почувствует всю ненависть, которую она сейчас испытывает, но водитель присел на край туалетного столика и, совершенно не обращая внимания на няню, приготовился наблюдать за колдовством.

— Выруби его! — зло прошипела Еся.

— Тогда он не увидит, на что я способна, — мило улыбнулась Клара и подняла собранную в чашечку ладонь.

В руке слабо засветился розовато-рыжий шарик, и, глубоко вздохнув, девчонка метнула его в ноги водителю.

Кожаные туфли Паши в секунду превратились в сланцы, а он негромко вскрикнул от обжигающей боли, прошедшейся вихрем по пальцам ног.

— Еще? — ухмыльнулась Клара.

— Достаточно! — взмолилась Еся, пока Паша с удивлением рассматривал то, что осталось от его обуви, и шевелил оголившимися пальцами.

— Занима-а-тельно-о, — протянул он и пристально посмотрел на Клару.

Девчонка опустила руку и на глазах побелела, сравнявшись по тону с пододеяльником.

— О нет! — Еся бросилась к подопечной. — Я же говорила!

Она метнула уничтожающий взгляд на водителя, а Клара уже закатила глаза и затряслась мелкой дрожью. Есения тут же перевернула ее на бок, вытаскивая язык.

— Довольны? — негодующе бросила она, придерживая голову девчонки, отправившейся на свидание к нареченному.

— Вполне. — Паша кивнул и тоже подошел к Кларе. — Впечатляет, хотя верится с трудом. Она сейчас с этим своим мальчиком?

— Да.

— И она прямо любит его?

— Я не знаю, как у них это там называется, но друг без друга они не могут. — Еся понуро опустила плечи, продолжая придерживать голову Клары.

— И как вы все это планируете рассказать Станиславу Германовичу? — Паша задумчиво потер щетину. — Не думаю, что он захочет отпустить Клару, даже если поверит во всю эту сказку. Скорее, он начнет ее лечить…

Глава 12.5

— Я не знаю… у меня были кое-какие мысли, но пока конкретных предложений нет. — Еся поджала губы. Ну не рассказывать же водителю, что она планировала решать вопрос через постель, тем более он так настойчиво советовал ей не приближаться к Стасу.

— Плохо, что предложений нет. — Паша с сочувствием посмотрел на переставшую трепыхаться Клару. — А на ее планете приступы закончатся?

— Да, это просто способ связи с Геларом через Вселенную, когда они окажутся рядом, все будет совсем по-другому. — Еся вытерла салфеткой пену вокруг рта подопечной и поровнее уложила ее на подушки.

Паша задумчиво посмотрел на загадочную парочку: по логике все рассказанное и увиденное просто бред сумасшедшего, но по сути все вполне увязывается с происходящим вокруг. Верит ли он в магию? Нет, конечно! Но то, что продемонстрировала Клара, явно выходит за рамки возможностей обычных людей. Верит ли он в разумных существ, обитающих на других планетах? Не исключено, что они есть.

— Я не стану говорить Станиславу Германовичу об аномальных результатах, а вы почитайте об этом вирусе, чтобы вечером внятно объясниться с боссом. — Паша дернул уголком рта и, не дожидаясь реакции Есении, развернулся и вышел из комнаты. Нужно поискать информацию об Алисе, матери Клары, и еще раз уточнить у Станислава Германовича, как они познакомились.

Еся устало посмотрела вслед водителю, говорить не хотелось, она, высказавшись, будто выгорела изнутри, организм требовал тишины и покоя.

Клара, блаженно улыбаясь, открыла глаза, мысленно все еще находясь рядом с Геларом, безмолвно приняла градусник и опять прикрыла веки. Болезнь и приступ высосали из нее все запасы энергии, и хоть магическая составляющая пополнилась за счет встречи с нареченным, физическое состояние оставалось плачевным.

Просидев возле Клары почти три часа, Есения решила немного размяться и заодно перекусить. После очередной дозы жаропонижающего девчонка заснула крепким сном, давая возможность спокойно отойти от нее.

Еся спустилась на первый этаж и, проходя по гостиной, услышала, как открылась входная дверь. В дом вошел Ярослав; в спортивных штанах, с оголенным торсом, он яростно вытирал полотенцем мокрую голову, видимо, только вышел из бассейна.

Еле заметно кивнув в знак приветствия, Есения заторопилась на кухню. Ей совершенно не хотелось общаться с младшим Кравецом, вчерашнее происшествие полностью перечеркнуло ее положительное отношение к этому типу.

Но Ярослав, повесив полотенце на шею, в три широких шага догнал Есению и, схватив за локоть, остановил.

Глава 12.6

— Привет, леди. — Он сдержанно улыбнулся и, проследив за гневным взглядом Еси, направленным на его руку, тут же отпустил ее локоть. — Вчера трешачок был, ну… я перебрал… и … ну… извини. — Он с силой вцепился в концы полотенца. Неприятный разговор с Пашей, передавшим недовольство Стаса, очень быстро поставил мозг на место. Хоть Ярослав и пытался защищаться, уверяя, что Есения сама его спровоцировала, Паша был непреклонен и суров. А тягаться с ним в физподготовке, а с братом в финансировании не было особого желания.

Конечно, Ярославу не нравилось, что Стас в споре пользуется преимуществом хозяина дома, но придется принять его недовольство, потому что если завтра понадобится помощь, а это случалось уже неоднократно, то не факт, что он поможет, если начать возмущаться вот такой мелочи. Да, этот спор и эта глупая нянька — всего лишь мелочь…

— Извинения приняты. — Еся окинула Ярослава ледяным взглядом и, решив, что этого достаточно, пошла на кухню. Конечно, у нее неприятно задрожали поджилки, и рука непроизвольно легла на участок, откуда вчера был вырван клок волос, но показывать свою слабость она не собиралась. По правде говоря, ее откровенно затошнило от вида Ярослава, но нужно было держать себя в руках, ведь он брат Стаса и имеет гораздо больше прав находиться в этом доме, чем она.

Ярослав посмотрел в спину Еси без особого чувства раскаяния или сожаления. Единственное, о чем он действительно сожалел, это о том, что ему все-таки не удалось ее поиметь, а удача была так близко. Спортивный интерес для спортсмена все равно, что жирный кусок мяса для дворовой собаки.

Есения без аппетита перекусила — после встречи с Ярославом кусок в горло не лез — и вернулась в комнату подопечной. Клара все так же мирно спала, восстанавливая потраченные силы. Поудобнее устроившись в глубоком кресле и положив ноги на мягкий пуфик, Еся, изучив в интернете всю возможную информацию о вирусе Эпштейн-Барра, тоже задремала.

Проснулась Еся от теплой руки, тихонько трясшей ее за плечо. В комнате царил полумрак, солнце уже давно скрылось за горизонтом, но стемнело пока не окончательно.

— Как она? — прошептал Стас, кивая на спящую дочь.

— Подтвердили мононуклеоз, — расстроенно ответила Еся, приводя в порядок волосы. Перед Стасом хотелось выглядеть идеально, хоть обстановка совсем к этому не располагала.

— Пойдем в кабинет. — И как истинный начальник, не дожидаясь реакции подчиненного, Стас вышел из комнаты, нисколько не сомневаясь, что няня последует за ним.

При воспоминании о кабинете у Еси гулко забилось сердце, подпрыгивая до самых гланд, а по телу побежали мурашки, но оказавшись в комнате с зеленой мебелью, она разочарованно выдохнула. В углу на диване, с бумагами в руках сидел Паша.

— Вы можете пояснить мне результаты анализов, а то я не совсем понимаю все эти цифры? — Требовательный тон и протянутая к бумагам рука повергли Есю в полуобморочное состояния.

Паша же обещал! Что она сейчас объяснит? Как она объяснит? Еся сцепила в замок руки, во рту моментально пересохло, язык прилип к небу, а перед глазами заплясали цветные круги.