Няня для подрастающей ведьмы

Глава 1

В юридическом отделе обстановка накалилась до предела. Белокурая девушка лет двадцати, закрыв лицо ладонями, еле слышно всхлипывала за работавшим монитором. Возле нее собрались остальные сотрудники: кто со стаканом воды, кто с бумажным платком. Каждый считал своим долгом бросить негодующий взгляд за прозрачную стену, отгораживающую кабинет начальницы от остального помещения, но как только Есения Эдуардовна отрывалась от бумаг, все тут же отводили глаза. Спорить с руководителем юридического департамента самого большого в регионе агентства недвижимости решался не каждый.

— Всего лишь тридцать лет, а ведет себя, как старая грымза, — забубнила полноватая женщина в нелепом платье с крупными красными цветами и по-матерински погладила плачущую по голове.

— Был бы мужик у нее, глядишь, не кидалась так на всех подряд по мелочам, — недовольно покачала головой ухоженная брюнетка, прикладывая объемную ягодицу в голубых джинсах на край стола. — Такого ангелочка оборать.

— Вам лишь бы кости друг другу перемывать. — Мужчина сорока лет, подергал лацканы темно-синего пиджака, грустно выдохнул и вернулся к своему рабочему месту.

Есения Эдуардовна уже десятый раз читала одну и ту же строчку договора, но совершенно не улавливала смысл. Она специально не опустила жалюзи на стеклянной стене и, прикрывшись бумагами, наблюдала за отделом. Начальница знала, что ее недолюбливают за строгость и требовательность, но если бы она была размазней, то никогда не заняла вожделенного кресла руководителя. Да, она младше многих своих подчиненных, но кто виноват, что они не продвинулись дальше рядовых юристов? Глупость, не желание работать на полную, неспособность досконально разбираться в законах?

А эта новенькая девчонка просто убила! Она в договоре проверила орфографические ошибки вместо юридических промахов! Что это за специалист? Клиента с таким договором на раз-два кинут, а отвечать потом фирме! Пусть сначала доучится до конца, наработает опыт в какой-нибудь подвальной конторе, а уж потом лезет в серьезную организацию!

Есения отбросила бумаги и дернула мышку, чтобы «оживить» монитор. На заставке отобразилась прошлогодняя фотография отдела с летнего корпоратива. Естественно, начальница стояла в середине. На десятисантиметровой шпильке при росте сто семьдесят она была почти выше всех. Тщательно подобранное платье выигрышно подчеркивало стройные икры, обтягивало тонкую талию и выделяло пышную грудь третьего размера. Еся тогда долго выбирала цвет наряда и не прогадала. Даже на фото изумрудный атлас выгодно оттенял зеленые глаза, что уж говорить о реальности.

Есения на том празднике надеялась среди гостей мужского пола, приглашенных из партнерских организаций, найти достойного кавалера. Ведь она тогда уже стала начальницей юридического департамента и абы какой юрист или клерк теперь были слишком мелким песком. Но ничего не вышло, ожидания не оправдались. Те, кто действительно могли заинтересовать, пришли либо со спутницами, либо чисто выпить и закусить. От предстоящего через месяц очередного корпоратива Есения уже не ждала ничего.

Привычно постучав указательным пальцем по острой ложбинке у верхней губы, руководительница открыла почту с массой непрочитанных писем.

К чему думать о неудачах на личном фронте, если можно реализовываться на работе?

Еся еще раз бросила холодный взгляд сквозь стеклянную стену. Сотрудники уже расселись по местам, но продолжали судачить. Скорее всего, обсуждали поведение начальницы. Она неоднократно слышала, как ее называли сучкой и желали скорее найти мужика, но эти разговоры Есению мало волновали.

На засыпанном бумагами столе задребезжал внутренний телефон.

— Мерцалова, — откинув длинный русый локон, проговорила в трубку Есения.

— Зайди! Прямо сейчас! — От жесткого тона генерального перехватило дыхание.

Еся, тяжело выдохнув, поднялась из скрипнувшего кожаного кресла, одернула бежевую юбку-карандаш и, вздернув острый подбородок, вышла из «аквариума» в общий кабинет.

Сотрудники тут же замолчали и все как один уставились в мониторы. Начальница на девятисантиметровой шпильке с идеально ровной спиной продефилировала к двери не хуже заправской топ-модели. Она знала, что как только вышла из кабинета, коллектив принялся ее обсуждать и осуждать.

— Меня вызвал. — Еся свысока посмотрела на секретаршу, у которой наращенные ресницы были явно длиннее извилин и без остановки направилась к двери из темного дерева. Культурно стукнула два раза и, не дожидаясь ответа, вошла.

Денис Алексеевич развалился в кресле за рабочим столом, выкатив пузцо, обтянутое белой классической рубашкой. Он смотрел в окно и задумчиво поглаживал лысину.

— А, Еся. — Генеральный перевел затуманенный взгляд на вошедшую. — Сюда иди.

Он похлопал пухлой ладонью с аккуратно подстриженными ногтями по мягкому подлокотнику рабочего кресла.

Есения молча подошла, но присаживаться на подлокотник не стала. То, что она иногда спит с генеральным, не дает ему права помыкать ей, как пустышкой. Пусть так со своими содержанками разговаривает.

— Ты что творишь-то?

Есения тревожно наблюдала за тонкими блестящими губами. Денис Алексеевич очень любил их мазать гигиенической помадой, чтобы не обветривались.

— Что не так? — взметнулась ухоженная коричневая бровь.

— Ну какого лешего ты наорала на дочку нашего партнера? Девочка работает всего неделю, а уже с истерикой папе звонит, а он мне… — Генеральный оттолкнулся от стола, и кресло, немного отъехав, с легким стуком ударилось о бежевую стену.

— Я понятия не имею, чья это дочь, но мне такие сотрудники не нужны! — Есения уперла руки в округлые бока и с вызовом посмотрела на начальника. Вот, значит, откуда ей свалился такой бестолковый подарочек!

— Еська, а ну засунь свой характер куда поглубже! — Денис Алексеевич с трудом поднялся и подошел к подчиненной, которая была на полголовы выше него. — Нам нужна эта девочка, точнее, ее отец!

— Так пусть идет к нему работать! Я на эту ставку нормального юриста возьму, за которого не придется отдуваться перед клиентами. — Есения сверху вниз посмотрела на генерального, уловив знакомый клубничный запах его гигиенической помады.

— Ты мне не указывай, кто будет работать в моей организации, а кто нет! — Покрасневший, как рак, Денис Алексеевич затряс перед носом подчиненной указательным пальцем, похожим на сосиску. — Если я сказал, что девчонка работает в нашей фирме, значит, она в ней работает!

— Но не в моем отделе! — зашипела Есения, отклоняя лицо от трясущегося пальца.

— Ты забыла, кто здесь хозяин?! — Генеральный перешел на крик, вытягивая шею, чтобы хоть немного сравняться в росте с подчиненной.

— Так! Я ненавижу блатных пустышек, и вы это прекрасно знаете! Мой отдел лучший, лучшим и останется! — Есения демонстративно вытерла со щеки долетевшие слюни.

— Сучка! — Генеральный зло прищурил карие глаза. — Я ведь могу тебя уволить!

— Увольте! Но пока я на своем месте, гадить в департаменте не позволю! — От негодования внутри трясся каждый нерв, но спорить с руководством не впервой.

— Ах ты! — Денис Алексеевич схватил Есению за талию и с силой прижал к себе. — Вся фирма уже твердит, что тебе кое-чего не хватает, похоже, не врут!

Он с напором впился в дрожащие от возмущения губы.

Есения подобрала с пола блузку, хорошо, что не помялась, подошла к круглому зеркалу, висевшему на стене в конце просторного кабинета, пригладила волосы. Денис Алексеевич, застегнул под пузиком кожаный ремень и сел в кресло.

— Оставишь?

— Нет! — оглянулась Есения, убирая из-под глаз осыпавшуюся тушь. — Переведи ее в кадры, там люди с юридическим образованием лишними не будут.

— Да что ж ты несговорчивая-то такая? — Он достал из верхнего ящика стола гигиеническую помаду и намазал губы.

— Ну так, может, уволишь? — Она вплотную подошла к креслу генерального.

— Да куда ж я без тебя? Где взять юриста, готового работать двадцать четыре часа в сутки и успешно руководить командой оболтусов? — Денис Алексеевич с благоговейной улыбкой ухватил Есению за грудь, торчавшую из накинутой на плечи, но еще не застегнутой блузки.

— У меня нет оболтусов, кроме этой девчонки. — Она чмокнула его в лысину и убрала руку с груди. — И да, раз уж я пришла, то хочу попросить в этом месяце премию для некоторых сотрудников.

— Ну-у-у, началось. — Генеральный обреченно махнул. — Ты хуже моей жены, та хоть не сразу после секса денег просит.

— Так я и не твоя жена! — Есения демонстративно застегнула блузку.

Денис Алексеевич рассмеялся.

— Готовь приказ, подпишу.

— И на перевод девчонки!

Денис Алексеевич, погладив лысину, тяжело вздохнул и кивнул.

Глава1.1

Когда Есения подъехала к дому, часы показывали семнадцать минут одиннадцатого. Она припарковалась недалеко от подъезда и посмотрела на темные окна своей квартиры. Пустота, тишина. Дома ее никто не ждет.

Еся заглушила мотор и снова посмотрела на темные окна.

Как же она стремилась съехать от матери, постоянно ее поучавшей, и вот с получением новой должности смогла позволить себе купить в кредит недорогое жилье не в самом роскошном, но вполне сносном районе Сочи. Только домой все равно не хотелось. Там она себя чувствовала особенно одинокой.

Еся включила музыку и откинулась на мягкую спинку водительского кресла. Конец мая. Тепло. Тут и там влюбленные парочки. А она?

Как же хочется нормальных отношений с нормальным мужчиной, чтобы не опускаться до таких вот действий, как сегодня в кабинете генерального. Да, он женат, но она же не собиралась уводить его из семьи. Это просто для здоровья и дела. Ведь на безрыбье и рак рыба. Как же хочется поговорить хоть с кем-нибудь не о работе, а об обычных мелочах…

Подруг у Еси не осталось; те, что были, давно повыходили замуж и либо переехали, либо родили и предпочитали держаться от нее подальше, боясь за верность мужей. На работе тоже подружиться ни с кем не удалось, да и не особо хотелось, это могло помешать карьере. Трудно переступать через интересы друзей, поэтому лучше их не иметь.

Еся с тоской проводила взглядом обнимавшуюся парочку. Парень по-хозяйски положил ладонь на ягодицу спутницы, а она игриво захихикала.

«Как же паршиво на душе!» В носу предательски защипало, и Есения прикрыла глаза, чтобы не видеть удалявшихся молодых людей. Подавив першение в горле, вынула из брендовой, недавно купленной сумочки мобильный. С гордостью поправила тонкую, но крепкую золотую цепочку, служившую ремешком, и смахнула невидимые пылинки с натуральной кожи. Задумавшись на несколько секунд, постучала указательным пальцем по ложбинке над губой и все-таки набрала номер мамы. Как ни крути, но после смерти отца та осталась единственным родным человеком.

— Есеша, что так поздно? — послышался на том конце слегка возмущенный голос.

— Только с работы вернулась, решила узнать, как прошел твой день, — тяжело выдохнула Есения.

— Ой, у меня все отлично, — защебетала мама, — надеюсь, у тебя тоже все в порядке? Мне сегодня Сергей подарил обалденный букет роз, я тебе пришлю фото по Ватсапу, а еще он зовет меня завтра в ресторан. Очень интересный мужчина, а главное, состоятельный, точно не позарится на мою гостиницу. Вот тебе тоже нужно найти такого кавалера, а то так и останешься старой девой. Имя мне, конечно, его не нравится, слишком банальное. Ты тоже обращай внимание на имя, это так много значит! Оно дает путевку в жизнь, не зря же я тебе выбрала такое оригинальное. Смотри, сколького ты добилась благодаря имени. Я тогда просидела двое суток, толком не спавши, всю голову сломала. Отец все предлагал ерунду: то Юля, то Оля, да что с него взять, водитель и есть водитель. Хотя какое имя было! — Она прервалась на секунду, и Еся четко представила, как мама закатила глаза, вспоминая об отце.

Их брак был поздним и неравным. Отец работал личным водителем у хозяйки востребованной на побережье гостиницы. Зачем мама вышла за него замуж? Скорее всего, она в тридцать пять лет просто спасалась от одиночества, и тут подвернулся он. На десять лет младше, симпатичный, всегда под боком. Да еще и имя какое — Эдуард!

В их отношениях руководителем была мама, отец просто покорился ей, но долго не выдержал. Дочь стала для него ясным лучиком, жена — угнетающим тираном, вечно унижающим и обвиняющим мужа в несостоятельности. Отец сильно запил, и одиннадцатилетие Есения встречала уже без него. Это был удар ниже пояса.

Еся искала утешения у мамы, но та лишь облегченно выдохнула, избавившись от обузы в виде мужа-алкоголика, поэтому страданий дочери не поняла. Разводиться мама не решалась, боялась за свой успешный бизнес. Вдруг муж что-нибудь отсудит?! Вся ее жизнь крутилась исключительно вокруг гостиницы.

Еся с малолетства слышала, что главное — это работа и деньги, а мужчины приходят и уходят, как трамваи на остановке. Но вот если вдруг подвернется мужичок с хорошим состоянием, то тут нужно вцепиться мертвой хваткой и безжалостно уничтожать конкуренток. Пусть потом не сложится, главное, удачно выйти замуж и при разводе оттяпать побольше от его состояния, да еще родить, чтобы на алименты подать…

Есения опять посмотрела на темные окна своей квартиры, мама продолжала щебетать, в очередной раз показывая, что ее совсем не волнуют дела дочери. Гораздо интереснее рассказать о своих. Еся привыкла к такому отношению, но все же надеялась, что когда-нибудь маме будет интересно послушать и ее. Годы шли, но ничего не менялось. Каждый раз, когда Есения пыталась рассказать единственному родному человеку о своих успехах или поделиться горестями, мама перебивала и впадала в воспоминания. Ведь то, что пережила она, намного важнее того, что сейчас чувствует дочь. А вот папа всегда слушал с удовольствием и поддерживал, как мог…

— Ладно, мам, рада была поболтать. — Есения прервала поток пустой информации, так и не получив никакой поддержки. Она отбросила телефон на пассажирское сиденье, и тот, звякнув о цепочку от сумочки, свалился на резиновый коврик.

Еся нагнулась, чтобы поднять мобильный и случайно ударилась скулой о рычаг переключения передач. Тупая боль, запульсировав в месте удара, медленно поползла в мозг.

— Все, не могу, не могу больше! — закричала Есения и отчаянно задолбила руками по рулю. Слезы градом потекли по щекам. — Не могу-у-у! — завыла, уронив голову на скрещенные на руле руки. Тело сотрясла волна истерики. — Я хочу хоть одного близкого человека, хоть кого-нибудь, кто меня просто выслушает и не зашипит в спину-у-у…

Слезы текли и текли ручьями, вынося наружу накопленные годами боль и отчаянье.

Около одиннадцати, прерывисто дыша, Есения убрала мобильный в сумочку, вытерла влажной салфеткой растекшуюся тушь, перекинула наискосок через грудь длинную цепочку, чтобы невозможно было сорвать одним движением дорогую вещь, и вышла из машины.

Там ее ждала пустая квартира, пустой холодильник и дурацкий фильм по одному из центральных каналов. А завтра снова на работу.

Да, завтра она объявит, что двое ее сотрудников получат премию, и отдел с девчонки-неудачницы, которую переведут в кадры, переключится на обсуждение счастливчиков. Выборочные премии станут хорошим поводом смягчить негатив коллектива. Ох, и потрепала ей сегодня нервы эта пустышка!

Подойдя к подъезду, Есения презрительным взглядом окинула соседку-подростка, докурившую сигарету и бесцеремонно бросившую бычок мимо урны.

«Куда только мать смотрит? Одиннадцать вечера, да еще и курит!» Еся сморщила нос и зашла в ярко освещенный подъезд.

Соседка, махнув рыжим волосами, собранными в небрежный хвост, обогнала Есению и первая подошла к лифту. Нажала кнопку вызова и прошмыгнула в отъехавшие с грохотом изуродованные временем и вандалами двери.

Есения чуть притормозила, решая, ехать ли ей такой заплаканной с соседкой или дождаться, когда лифт вернется. Меньше всего хотелось, чтобы завтра все бабки обсуждали, как она рыдала в машине, но и притворяться, будто она не успела подойти, глупо!

— Ну, вы идете? — раздался звонкий голос, а тоненький палец нажал на седьмой этаж.

«Да вряд ли девчонка общается с бабками, и какое ей вообще дело, плакала я или нет!»

Еся заскочила в закрывающиеся двери.

Доля секунды, допотопный лифт тронулся, а сумочка осталась с внешней стороны Цепочка обжигающей болью впилась в кожу. Есения закричала изо всех сил, пытаясь нажать на «стоп», но трясущиеся пальцы соскользнули с кнопки. А лифт поднимался. Время будто замедлило бег, как в голливудском фильме. Молодая женщина уже перекосилась на бок от тянущей к низу удавки. Рыжая девчонка выбросила вперед руку с расставленной пятерней, из нее вырвался слепящий свет, и цепочка порвалась пополам, будто полоска из бумаги. Еся схватилась за обожженное плечо и от боли и испуга прикрыла веки. Лифт задребезжал, ударяясь о стены и качаясь, как лодка в шторм, побледневшая соседка медленно осела на пол и закатила глаза. Толчок. Лифт остановился на седьмом этаже и, надрывно бухая, раскрыл двери.

Есения, хватая воздух, будто не дышала миллион лет, увидела, как изо рта девчонки запузырилась пена, а тело затрясло, словно та получила удар в двести двадцать.

— Твою мать! Твою мать, что это? — Дрожащими руками Еся вцепилась в голубые джинсы на икрах девчонки и вытянула ее из вибрирующего лифта на этаж.

Та продолжала безвольно трепыхаться, а в открывшихся глазах оказался только белок. Еся завизжала, схватившись за сердце. Она была готова расстаться с сознанием и рухнуть рядом.

Глава1.2

***

— Моя рыжая бестия! Какая неожиданная встреча. — Шестнадцатилетний миловидный брюнет в серебристом плаще в пол поднялся с тонкой пластины-кровати, висевшей в воздухе посередине темного пустого помещения, и вынул худые жилистые руки из специальных прорезей мешковатого одеяния.

— Гелар, ты опять наказан? — Девушка бросилась на шею молодому человеку и обняла изо всех сил.

— Без тебя мне не справиться даже с элементарными магическими заданиями, такой позор для правящей семьи. — Он запустил ладонь в рыжую копну нареченной и с удовольствием вдохнул земной, но такой родной запах сирени. — Когда же ты вернешься на Зегнар?

— Мать меня скорее убьет, чем отпустит к тебе. Давай, возьми немного энергии, раз появилась такая возможность. — Девушка задрала по локоть рукав серой толстовки, и в локтевом сгибе появилось неяркое свечение.

— Люблю тебя. — Гелар переплел свои пальцы с пальцами девушки, прислонился локтевым сгибом к нареченной и прикрыл черные как уголь глаза. Этого заряда энергии ему хватит на пару дней, а при экономном использовании и подольше.

***

— Твою мать! Да что ж такое! — Трясущаяся Еся склонилась над соседкой и хлопнула ту по веснушчатой щеке.

Девчонка еще пару раз дернулась и замерла, веки закрылись, скрыв пугающие белки, пена перестала пузыриться.

Тишина.

Есении показалось, что весь дом слышит, как ее сердце бьется о грудную клетку, будто ледокол, проламывающий льды в Арктике.

— Эй! Ты что, умерла?! — Она затрясла соседку за плечо. — Эй! Очнись! Немедленно!

Пушистые ресницы взметнулись, остекленевшие небесно-голубые глаза посмотрели сквозь Есению, остановились на пожелтевшем потолке.

— А-а-ай, живая. — Еся, наплевав на дорогую бежевую юбку, села рядом с девчонкой на грязный пол и положила взмокшие ладони себе на лоб. Безумно раскалывалась голова.

Полные губы девчонки дрогнули и растянулись в подобие улыбки.

— Хе-эар, — еле слышно выдохнула она, будто выпуская перед смертью воздух из легких.

— Что? Что ты сказала? — Есения встала на колени и с тревогой заглянула во все еще отсутствующие глаза. В обнаженную кожу ног впились сотни колючих крошек, валявшихся на этаже не первый день, но это волновало меньше всего. — Сейчас, сейчас, я позвоню в дверь твоей маме! — наконец-то сообразила Еся.

Руки ходили ходуном, а внутри тряслась каждая жилка. Она кое-как поднялась и уже хотела сделать шаг, как холодные длинные пальцы ухватили ее за лодыжку. Еся вздрогнула от неожиданности.

— Нет! — прохрипела соседка, с силой сжимая ногу.

— Хорошо-хорошо! — Ошарашенная Есения подняла руки, показывая, что сдается и села обратно.

Девчонка, прерывисто дыша, тоже кое-как села, прислонившись спиной к шершавой стене, стерла остатки пены возле рта и с вызовом посмотрела на перепуганную Есю. — Только попробуй кому-нибудь рассказать! — Она угрожающе ткнула пальцем в сторону молодой женщины.

Глава 2

Есения размеренно покачивалась в рабочем кресле и уже до стержня сгрызла пластиковый корпус ручки. Время обеда, а она так и не подняла жалюзи на стеклянной стене и ни разу не взглянула на подчиненных. Ее сегодня вообще не волновала работа. Впервые за столько лет! Есения в тысячный, а может быть, уже и в сто тысячный раз прокручивала в голове вчерашнее происшествие.

Что это такое было?!

Получается, чудесным образом девчонка спасла ей жизнь, а она даже имени ее не знает! Но как она разорвала цепочку, даже не притронувшись к ней? И что за жуткий приступ случился потом? Это что, магия? Нет, бред! Она взрослый разумный человек и даже не верит в эту ерундистику об экстрасенсах, что крутят вечерами по телевизору.

Еся потерла плечо и грудь в тех местах, где проходила цепочка. Там остался длинный узкий синяк с кровоподтеками, который неприятно ныл. Так что же произошло вчера?!

Она безразлично посмотрела на новую порцию писем в электронной почте и снова погрузилась в раздумья. Как только часы внизу монитора показали восемнадцать ноль-ноль, Есения собрала вещи и под удивленные взгляды подчиненных первой покинула офис.

Подъехав к дому, внимательно осмотрела двор, надеясь увидеть рыжую девчонку. Маловероятно, но вдруг? Та вчера после злобного выпада в сторону Еси не проронила больше ни слова. Посидела пять минут и, пошатываясь, ушла домой, никак не отреагировав на попытки заговорить.

Разочарованно выдохнув, Есения вышла из машины и как можно медленнее подошла к подъезду.

«Нет, видимо, в это время девчонка не гуляет. — Еся поднялась домой. — Но у меня из окна хорошо просматривается подход к дому, вдруг она вечером опять остановится покурить?»

Небрежно бросив ключи на светлый комод, располагавшийся у металлической входной двери, Есения скинула туфли на шпильке и буквально подбежала к окну на небольшой кухне.

— Да, отсюда отлично видно подъезд! Я же должна ей хотя бы спасибо сказать. — Еся опять потерла плечо и грудь. Ну и задать пару вопросов!

Зазвонил мобильный. Нехотя она отошла от окна и взяла телефон.

— Есюша, ну как у тебя дела? Представляешь, Сергей… — как обычно защебетала мама, совершенно не желая получать ответ на заданный вопрос.

Есения с трубкой в руках щелчком включила чайник и опять подошла к окну. Солнце уже опустилось за дома, окрасив двор в приятный оранжевый тон.

— Знаешь, мам, — перебила она говорившую, — я вчера чуть не умерла. Цепочка от новой сумочки почти пережала мне горло.

В трубке воцарилась тишина. Неужели мама ее услышала и сейчас спросит подробности, а может, даже поддержит?!

— Ой! Ну нужно же аккуратнее быть! — воскликнула мама. — Я вот однажды на море наступила на острый камень, схватилась за ногу, а тут подлетела волна и поволокла меня за собой. Все! Думала, не выплыву! Это так страшно — смотреть смерти в глаза. Но я справилась, начала…

Есения обреченно выдохнув, положила работающий телефон на подоконник, достала из молочного глянцевого шкафа кружку, заварила чай. Взяла трубку, зашла в единственную шестнадцатиметровую комнату, подошла к зеркальному, уходящему под потолок шкафу, переоделась в черные спортивные штаны и бордовую футболку, вернулась на кухню. Мама продолжала рассказывать страшные истории из своей жизни.

Еся взяла кружку, диетические хлебцы и устроилась возле окна на металлическом стуле с мягкой сидушкой. Первый глоток жасминового чая пощекотал нос свежим цветочным запахом и приятно согрел желудок.

Мама плавно перешла к обычным нравоучениям, рассказывая, что мужчины не имеют никакого права помыкать женщинами, но Есе уже давно пора выйти хотя бы разок замуж, но только не повторять ее ошибок и выбирать жениха с приданым, ведь когда-нибудь гостиница достанется ей, поэтому муж должен соответствовать…

Есения бездумно мычала в трубку, пила чай и смотрела в окно. Когда она последний раз так рано приходила с работы? Никогда!

Потому что дома ей делать нечего. Может, завести кота, как многие одинокие женщины?

К восьми вечера мамин словесный поток иссяк, и она наконец-то закончила разговор, отметив, что они как никогда поболтали по душам и забыв поинтересоваться, откуда у дочери сегодня столько времени ее слушать.

Еся, так и не увидев соседскую девчонку, пошла в комнату и легла на диван. Она уже взяла пульт, как услышала за стеной крики. Женщина истошно визжала, не стесняясь в выражениях.

Есения не особо знала соседей, но, если она правильно понимала, то ее однушка, как раз имела общую стену с квартирой рыжей девчонки. Вскочив на ноги, Еся сбегала на кухню и со стаканом в руке вернулась назад. Крики продолжались. Она, воспользовавшись старым дедовским методом, прислонила стакан к стене и прижалась к нему ухом. Идеальной слышимости не получилось, но Есения четко различила возмущенную интонацию кричащей и чьи-то слабые попытки защищаться. Пара шлепков, звон бьющегося стекла, возможно, посуда, опять женский визг, громко хлопнувшая входная дверь, тишина.

Есения бросилась к глазку, но никого не увидела. Метнулась к окну и замерла в ожидании. Через пару минут у подъезда появилась растрепанная рыжая девчонка с сигаретой в зубах. Еся задвинула ноги в первые попавшиеся в коридоре сланцы и с бешено колотящемся сердцем бросилась вниз.

Что она скажет девчонке, пока непонятно. Но, не общавшись с ней толком, Есения уже почувствовала родственную душу, испытывавшую проблемы в отношениях с матерью. Есина мама, конечно, рук никогда не распускала, но ее безразличие порой ранило намного сильнее физической расправы.

— Привет! — Есения выскочила из подъезда и слишком наигранно затормозила возле соседки. Та оказалась ниже всего сантиметров на пять. Во вчерашней суматохе Еся этого не заметила.

Девчонка глянула на нее исподлобья заплаканными глазами, затянулась и демонстративно отвернулась, пряча лицо в роскошной рыжей копне.

— Меня Есения зовут, — неуверенно проговорила молодая женщина. Как же давно она не испытывала этого неприятного чувства — робости. — А тебя?

Девчонка молча смотрела в другую сторону. Трясущейся рукой поднесла сигарету к дрожащим губам, затянулась, сбила пепел.

— Я хотела поблагодарить за вчерашнее. — На улице витал запах уходящего летнего дня, и оставшееся после жары приятное тепло мягко укутывало в свои объятия, но по телу Есении пробежали мурашки. Она инстинктивно потерла пораненные плечо и грудь.

— Знаешь, моя мама тоже меня никогда не понимала, уже столько лет прошло, а мы совершенно чужие люди, хоть и общаемся почти каждый день. — Еся села на облезлую лавочку, вокруг которой валялись шкурки от семечек. — Я понимаю, как тебе сейчас обидно, и ты, наверное, ненавидишь весь мир?

Девчонка хмыкнула и с подозрением посмотрела на собеседницу.

Глава 2.2

— У меня есть отличный жасминовый чай. Хочешь, угощу? — Еся искренне улыбнулась, что делала весьма редко.

Соседка неопределенно пожала плечами, сделала очередную затяжку и бросила бычок на потрескавшийся асфальт. Только сейчас Есения заметила, что девчонка босиком.

— Идем? — Еся неуверенно сглотнула и кивнула в сторону распахнутой двери. Потом с опаской посмотрела назад, на бабок, сидевших на лавочке у соседнего подъезда и явно навостривших уши. Теперь им будет, о чем посудачить. В отличие от редко бывающей дома Есении, они наверняка все до мелочей знали о ее неблагополучных соседях.

Рыжая девчонка, закусив уголок нижней губы, еле заметно кивнула. Еся облегченно выдохнула и зашла в подъезд.

— Можно ноги помыть? — спокойно, будто каждый день здесь бывала, спросила девчонка, как только Есения закрыла за ними входную дверь.

— Давай, а я пока сделаю чай. — Еся дала девушке гостевые тапки, включила свет в небольшом совместном санузле и прошла на кухню.

Через пять минут на квадратном стеклянном столе дымились две кружки, а между ними расположилась пачка хлебцев. Соседка с только что умытым лицом и все еще красными глазами села напротив Есении и притянула к себе горячую стеклянную кружку с белой лилией.

— А конфет нет? — Звонкий голос непривычно гулко отразился от стен.

— Я не ем сладкого, — пожала плечами хозяйка. — Хочешь, у меня есть низкокалорийный сыр?

— Не, — девчонка чуть сморщила нос-картошку, веснушки весело запрыгали по лицу, — я шоколад люблю, особенно белый пористый. — Она печально улыбнулась, разглядывая чай в кружке.

— Я завтра куплю! — выпалила Есения и поразилась сама себе.

Нет, она, конечно, была очень признательна соседке за чудесное спасение, о многом хотела ее расспросить и отблагодарить, выполнив любую просьбу. Ну что там может хотеть подросток: новые вещи, крутой смартфон, поход в салон красоты? Да все что угодно! Только вот сейчас, глядя на эту девчонку, сидевшую в ее вечно одинокой кухне, захотелось, чтобы та пришла еще раз. Соседка будто бы вдыхала жизнь в эту пустую, спящую квартирку, в которую Еся не приглашала даже мать. Боялась осуждения за неидеальные условия. А мама и не особо стремилась сюда попасть. Для нее было главным, что не пришлось давать ни копейки на покупку, дочь все смогла сама, но правда, и хвалить она ее за это не стала. Не тот район.

— Меня Клара зовут, — усмехнулась девчонка.

— Ка-ак?! — Еся закашлялась, поперхнувшись чаем.

— Треш, правда? Хотя твое имя не лучше! — ехидно улыбнулась соседка. — Ну, если ты зовешь и завтра в гости, то называй меня Лара. Тоже не фонтан, но все не так тупо.

— Сколько тебе лет? — Сложив руки на груди, деловито, как на собеседовании поинтересовалась Есения.

— Пф-ф-ф, а тебе? — Клара вальяжно развалилась на стуле и всем видом показала, что не стоит с ней разговаривать таким тоном. — Простите, вам…

— Тридцать. Можно на ты, — как можно мягче ответила Еся, пытаясь сгладить оплошность. В самом деле, она же не в офисе и не с новым сотрудником беседует.

— Пятнадцать. — Клара села ровно, принимая дружеский тон собеседницы. — А что ты до сих пор не замужем? И детей нет? — Она покрутила головой, пытаясь найти в уютной кухоньке хоть какие-то намеки на семью.

Есения поджала губы и просто кивнула.

— Я много работаю, — почему-то решила она оправдаться. — Знаешь, я хотела тебя поблагодарить за вчерашнее. Не знаю, чем бы это закончилось…

Клара резко встала и пренебрежительно махнула.

— Можно комнату посмотрю? — моментально перевела тему.

— Д-да… конечно, — растерялась Есения. Она редко кому-то выражала признательность, и на работе всегда ценили ее знаки внимания, хоть и перемывали за спиной кости. Реакция Клары ее смутила, и она просто последовала за гостьей в комнату.

Клара без стеснения плюхнулась на светло-голубой диван, подхватила пульт и включила телевизор.

— Миленько у тебя тут! — широко улыбнулась она. — Занавесочки в тон дивана, телек на полстены. Зарабатываешь, наверное, хорошо? Поэтому и мужа нет.

Еся возмущенно открыла рот, но не нашла, что ответить. Эта девчонка выбивала ее из колеи буквально каждым предложением!

— А у моей мамы всегда полно мужиков, — Клара по-хозяйски закинула ноги на диван, — а я мешаюсь, да еще лекарства пью через раз.

— Какие лекарства? — ошарашенная Есения присела рядом. Очередное высказывание повергло ее в шок своей откровенностью.

— Короче, у меня эпилепсия, если ты не заметила. — Девчонка саркастически хихикнула. — Так что в следующий раз, если застукаешь меня с приступом, то не тряси, как грушу, а переверни на бок и вытяни язык. А то если он завалится, то перекроет дыхательные пути. И на этом все закончится. — Клара рассмеялась, как будто рассказала анекдот.

— А-а-а-а, — протянула Еся с округлившимися от шока глазами. — Но… но разве можно курить при таком заболевании?

— А ты что, моя мать? — наигранно удивленно взлетела рыжая бровь.

Есения шумно выдохнув, покачала головой и откинулась на упругую спинку дивана. Как же сложно разговаривать с подростками!

Клара включила юмористическую передачу на одном из центральных каналов и погрузилась в просмотр. Она от души смеялась над порой пошлыми шутками, от которых Есения краснела в присутствии ребенка. Ведь Клара еще ребенок! Но гостью совершенно ничего не смущало, она периодически поглядывала на хозяйку, как бы призывая повеселиться вместе.

Еся то смотрела на экран, то незаметно косилась на Клару. Несмотря на нервное начало общения, вечер приобрел домашнюю теплоту. Девчонка явно успокоилась, расслабилась и вела себя настолько непринужденно, что Есения поддалась создавшейся атмосфере. Последний раз так уютно в чьем-то обществе она чувствовала себя с отцом почти двадцать лет назад.

Ближе к одиннадцати Клара, сладко зевнув и от души потянувшись, встала с дивана.

— Короче, мне пора. — Она пошла в коридор, Еся последовала за ней. — Надеюсь, мать перебесилась и уже спит. Я тогда завтра к тебе приду часов в семь. Ты обещала шоколадку!

Она с улыбкой ткнула в сторону хозяйки указательным пальцем.

Глава 2.3

— И тапки тогда тоже отдашь завтра, — поспешила ответить Есения, увидев, что девчонка разувается.

— Идет! — Клара вышла и громко хлопнула входной дверью.

Есения еще минуты три стояла в прихожей и смотрела в одну точку, переваривая произошедшее. Что за странная девчонка?!

Сначала Еся решила, что не пойдет на поводу у подростка и приедет домой не раньше девяти. Ведь у нее куча работы! Но ближе к концу рабочего дня поняла, что все ее мысли только о Кларе и о вчерашнем до безумия домашнем, уютном вечере. Без двадцати шесть она поймала себя на мысли, что постоянно смотрит на часы и ждет, когда же можно будет уйти. Ведь нужно еще заскочить в магазин за шоколадкой.

Думать о том, что тебя дома кто-то ждет, было необычно и очень приятно. Есения и не заметила, что после обеда почти все время улыбалась.

Зато это заметили подчиненные и тут же принялись строить догадки о причинах сияющего вида начальницы. Первой и основной стала гипотеза о появлении в жизни руководительницы того самого — единственного.

Есения не стала задерживаться после работы, а с основным потоком сотрудников покинула офисное здание. Многие шептались у нее за спиной, обсуждая разнесшуюся по офису, как вирусную инфекцию, сплетню о появлении возлюбленного. Кто-то жалел ее избранника, кто-то просто обсуждал, чтобы не отставать от коллектива, но личного мнения не высказывал. Есения все знала, доносили особо страждущие ее внимания. Но ей было абсолютно все равно, что говорят за спиной, она не собиралась ни перед кем отчитываться.

Заскочив в магазин, Еся выбрала пару белых пористых шоколадок, прихватила торт «Птичье молоко», немного подумав, взяла пачку сосисок, картошки и батон нормального хлеба. А вдруг Лара захочет поужинать, а не только чая попить?

Неведомые силы дали Есении два огромных крыла, и она летела на них домой, совершенно не замечая ничего вокруг. Конечно, она не расскажет никому о своих чувствах, но то, что она испытывала, было прекрасно! Легкость, вдохновение, желание петь — все это только от одной мысли, что ее ждут, что кому-то нужно ее общество просто для того, чтобы посмотреть вечером телевизор и вместе посмеяться.

В начале седьмого Еся с пакетами забежала домой.

Только бы Клара еще не заходила и не подумала, что ее обманули!

Есения не переодеваясь бросилась на кухню и поставила воду для сосисок. В дверь позвонили. Перехватило дыхание так, будто Еся собралась прыгать с десятиметровой тарзанки. Кое-как протолкнув воздух в легкие, она открыла дверь.

— Это я. — Клара, улыбнувшись, зашла в прихожую и с грохотом шлепнула на светлый пол вчерашние тапки.

— Проходи, я сейчас переоденусь. — Есения махнула в сторону кухни. — Ужинать будешь?

— А что есть? — Клара вытянула шею, пытаясь разглядеть, что происходит на кухне.

— Да пока ничего. Вот хочу сварить сосисок и картошки. — Есения расстегнула часы на руке и повернулась в сторону комнаты.

— Прикольно! — Девчонка в два шага пересекла небольшую прихожую и прошла к обеденному столу.

Есения быстро натянула домашние спортивные штаны и футболку, собрала русые волосы в ракушку и поспешила к гостье.

На кухне шумела вода. Клара нашла в одной из полок небольшую блестящую кастрюльку и, сгрудив картошку в раковину, мыла ее, чистила и складывала в эту самую кастрюльку. Она стояла спиной к двери и не видела, как зашла Есения, не видела наполнившиеся отчаяньем зеленые глаза и нервно заломленные ладони.

Еся часто-часто заморгала, чтобы прогнать подступившие слезы. Ведь у нее сейчас вполне могла быть взрослая дочь, конечно, не пятнадцатилетняя, но все же.

Да, двенадцать лет назад, будучи студенткой, она оступилась. Пьяная молодежная тусовка, случайный знакомый и как итог неожиданная беременность. Еся думала, что такое случается исключительно в дешевых сериалах, но жизнь доказала обратное. Она даже имени будущего отца не смогла вспомнить. Мать все решила быстро, в привычной манере: без сантиментов, но с массой нотаций о мужской половине человечества.

Еся уже давно выбросила из своей жизни воспоминания о том жутком происшествии. Эта случайность дала хороший жизненный опыт и во многом подтвердила высказывание матери о полной безответственности со стороны мужчин. Конечно, это не оправдывало Есению, но приятнее было думать, что основная вина лежит не на ней.

Гулко выдохнув, Еся подошла к узенькому разделочному столику, на который Клара выложила сосиски, и принялась их распаковывать, искоса поглядывая, как соседка ловко управляется с картошкой.

— Так, значит, у тебя тоже тяжелые отношения с матерью? — Клара бросила последнюю картофелину в кастрюльку и поставила ее на плиту.

— Да вот как-то не очень сложились. — Еся пожала плечами, опуская в закипевшую воду сосиски, и перешла к интересующей ее теме. — Я хочу отблагодарить тебя за помощь. Скажи, может у тебя есть какое-нибудь желание?

— Может, и есть, — Клара села, опершись локтем на стол, подперла веснушчатую щеку. — А с отцом какие отношения?

Еся грустно вздохнула и рассказала, что отца уже давно нет. Она видела сочувствие на лице Клары, и такая реакция оживляющим бальзамом ложилась на зачерствевшие раны. Нет, она вовсе не хотела перекладывать на ребенка свои горести и проблемы, но разговор сам принял такой оборот. Еся давно ни с кем не общалась по душам, всегда закрывалась, чтобы не показать слабых мест, а эта девчонка почему-то вызывала доверие. Может, потому, что сама вчера босиком убегала от матери и как никто могла понять схожую боль?

Есения видела в ясно-голубых глазах слишком осознанное восприятие мира и чужих горестей. Дети из неблагополучных семей, к сожалению, рано взрослеют и, хоть по документам остаются еще детьми, по факту оказываются взрослыми сложившимися личностями.

— А у тебя как с отцом? — Еся присела на стул напротив гостьи.

— Я его не знаю, — равнодушно махнула рукой Клара, поднялась и сделала шаг к плите. — Вроде все готово. Где тарелки?

Есения достала из глянцевого шкафа тарелки и вилки.

— Лара, — вкрадчиво позвала Есения, крутя вилку. Она уже поняла, что девчонка с характером и не станет говорить о том, о чем не хочет, но некоторые ее откровения вгоняли в шок. Поэтому Еся решила задать особо мучающий ее вопрос. — Скажи, а как так получилось с цепочкой в лифте?

Глава 2.4

Клара, пережевав кусок теплой сосиски, демонстративно его проглотила и широко улыбнулась.

— А я разве тебе не сказала, что ведьма?

Еся видела озорной огонек в глазах соседки и решила, что та просто смеется над ней и в очередной раз уходит от неудобной темы.

— Часто колдуешь? — поддержала игру Есения, боясь, что девчонка подумает, будто она чопорная старуха.

— Не очень. — Клара положила в рот картошку. — Энергия быстро заканчивается, а подпитаться могу только от нареченного, а он на другой планете. Вот иногда удается увидеться минут на пять. Это пока тело бьет эпилептический приступ, душа уносится на Зегнар прямо к нему. Но, сама понимаешь, это слишком слабый контакт, поэтому подпитки надолго не хватает.

— А-а-а-а, конечно понимаю, — кивнула Еся, поражаясь фантазии Клары. — И как зовут твоего нареченного?

— Гелар. Он единственный сын правящей семьи и никудышный маг, потому что без меня у него быстро заканчивается энергия. Вот если нам удастся соединиться, тогда он сможет стать достойным наследником, а я первой леди Зегнара. — Девушка широко улыбнулась.

— М-м-м. Зегнар — это название планеты?

— Угу.

— А почему же ты еще не с суженым?

— С нареченным, — поправила Клара, соскребая с тарелки остатки картошки. — Я не могу покинуть Землю, пока мать или отец не принесут официальные извинения правителям Зегнара. Мать там накосячила сильно, вот ее и бортанули, но она, естественно, назад не собирается и меня не пускает. Ей нравится, что Гелар позорит род правителей. Она поэтому и из-за лекарств на меня орет. Я если их пью, то не слышу призывов Гелара, а если не пью, то при каждом приступе оказываюсь рядом с ним и даю ему хоть немного энергии.

— Так что же будет, если ты не вернешься? — Есения тоже доела, взяла со стола пустые тарелки, поставила в раковину и включила чайник. Ее забавляла фантазия Клары, и она пыталась угадать, что за фильм или книгу пересказывает соседка. О том, что недолюбленные дети часто придумывают себе друзей, она слышала в одной из телепередач. Да хотя кого она обманывает, у нее после смерти отца тоже появилась выдуманная подруга, которой она рассказывала о своих бедах.

— Думаю, что власть смениться, а Гелара, скорее всего, казнят, чтобы не претендовал ни на что. — Клара печально улыбнулась. — Я люблю его. И если случится самое страшное, я потеряю свои способности и желание жить.

Она сказала это с таким отчаяньем, что у Есении дрогнуло сердце. Как же эта девчонка верит в свой выдуманный мир!

— Ну, может, твоя мама еще передумает и извинится перед правителями? — Еся понимала, что несет чушь, но хотела поддержать Клару.

— Я уже не надеюсь. — Девушка закусила уголок нижней губы и тоскливо посмотрела на Есению, поставившую перед ней дымящийся бокал с белой лилией. — Гелару уже шестнадцать, к двадцати годам правитель должен объявить преемника… Короче, ничего хорошего ни мне, ни нареченному не светит… — Девушка шумно отхлебнула из кружки горячий чай и придвинула к себе лежавшую на середине стола шоколадку.

— Печально все как-то. — Есения поставила перед Кларой нарезанный торт и, взяв себе кружку, села за стол.

Они молча пили чай, каждая погруженная в свои мысли. Клара ругала мать за упрямство и тосковала по Гелару, Есения переваривала услышанную сказку и жалела недолюбленную соседку.

— Пойдем, что ли, телек посмотрим, а то тоска прямо, — первой нарушила звенящую тишину Клара. Она смяла шуршащую обертку от шоколадки, выбросила ее в мусорку и, шаркая тапочками, пошла в комнату.

Еся убрала со стола, помыла посуду и тоже пришла в комнату. Села на диван рядом с Кларой, подогнувшей под себя ноги, и, поддавшись внезапному порыву, обняла потерянную девчонку за плечи.

— Все будет хорошо, — прошептала она в рыжую макушку.

— Не уверена. — Клара не плакала, но голос трясся, а дыхание сбивалось. — Можно я к тебе завтра приду?

— Конечно! Хоть каждый день!

Уже вторую неделю Есения чуть ли не первая убегала с работы, сплетни о ее личной жизни разлетались по офису с легкостью тополиного пуха. Дошли они и до Дениса Алексеевича. Он с пристрастием допросил подчиненную и с недовольством высказался по поводу ее угасшего интереса к работе. Есения в двух словах и немногочисленных действиях убедила его в обратном.

— Ты так скоро и в неотгулянные за пять лет отпуска соберешься сходить, — хохотнул генеральный, заправляя рубашку в брюки и утирая пот со лба.

— Отличная идея! — усмехнулась Еся, привычно убирая перед зеркалом осыпавшуюся тушь.

— Не пугай меня так. — Денис Алексеевич достал из верхнего ящика гигиеническую помаду. — я тебя больше чем на три дня никуда не отпущу.

— Ты нет, а Трудовой кодекс отпустит, — ехидно ухмыльнулась Есения, уперев руки в бока.

— Сдаюсь, сдаюсь, с тобой бесполезно спорить. — Он подошел к Есе, с силой сжал округлую ягодицу в узкой бледно-розовой юбке и посмотрел снизу вверх. — Но ты ведь меня не бросишь на произвол судьбы?

Она лишь усмехнулась, чмокнула генерального в лысину и вышла из кабинета. Конечно, она его не бросит, точнее, все то, что с таким трудом наработала. Она прекрасно понимала, насколько ценный сотрудник для компании, и работа в этой организации для нее самое важное, что случилось в жизни! Просто сейчас она немножечко поменяла ритм, но это никак не сказывалось на результатах.

Есения собрала в папку бумаги, которые планировала просмотреть вечером после ухода Клары, уложила их в кожаный портфельчик и вместе с основным потоком сотрудников покинула офисное здание.

Сегодня в меню были полуфабрикатные котлеты, макароны и, конечно же, белый шоколад. Из досуга пустая болтовня обо всяких мелочах и просмотр вечерних телепрограмм. Все по-домашнему мило и уютно.

Глава 3

— Сегодня твоя очередь мыть посуду! — Есения с улыбкой отодвинула от себя пустую тарелку.

— Ну ок, — наигранно вздохнула Клара. Ей было совсем не тяжело, даже приятно. В компании соседки она чувствовала себя намного спокойнее, чем с родной матерью. Есения ей нравилась своей независимостью и умением подстраиваться под обстоятельства, не теряя лица.

Клара привязалась к ней, найдя такое недостающее внимание и ненавязчивую заботу. Она знала, что Есения не поверила ни единому слову о Зегнаре, но, может, это и к лучшему? Хотя… А вдруг она сможет помочь?

Девушка по-хозяйски убрала чистую посуду в шкаф и пошла в комнату. Есения сидела на диване, погрузившись в бумаги, принесенные с работы. При виде Клары она убрала их в портфельчик.

— Что будем смотреть? — взяла в руки пульт и включила телевизор.

— Есь, помнишь, ты говорила, что готова выполнить любое мое желание?… Ну… короче, как-то так ты говорила, — замялась Клара, закусывая уголок нижней губы.

— Конечно! — обрадовалась Есения. — Говори. Что нужно?

Девушка села на диван, подогнув под себя одну ногу.

— Помоги найти отца.

— Что? — Еся от неожиданности вытаращила глаза.

— У меня есть одна фотка, случайно нашла у матери в нижнем белье. Она там в обнимку с мужчиной, мне кажется, очень похожим на меня… на фоне пятиэтажки. — Девушка судорожно вздохнула и сцепила в замок затрясшиеся руки. — Там написано «у Стасика в Кузьминках». Мама никогда не рассказывала мне про отца, но я так подозреваю, что он чистый землянин. Кузьминки — это же Москва?

— Да, Москва, — кивнула Есения, не обращая внимания на очередную выдумку об инопланетном происхождении Клары. — Но одного имени мало. Фотография старая? Москва очень большая.

— Похоже, что фото сделано еще до моего рождения, я завтра принесу. Но, может, хоть что-то удастся найти, хоть маленькую зацепочку? — Девушка с надеждой посмотрела на растерянную соседку. — Если отца получится убедить публично извиниться за мать, то я смогу вернуться на Зегнар. Там очень суровые законы и обойти их никак не получится, но вдруг отец согласится помочь?

— Господи, Ларочка, может, все-таки попробовать убедить твою мать, чтобы она рассказала про отца? Хотя бы фамилию и возраст. — Еся взяла в руки трясущуюся ладонь девушки.

— Я пробовала, она орет и бьет меня, как только я заговариваю про него или Зегнар. — Клара с трудом сглотнула образовавшийся в горле колючий ком.

Еся, раздув щеки, громко выпустила воздух через сложенные в трубочку губы. У Клары все-таки слишком навязчивая идея об этой странной планете. Может, ее сводить к психиатру? Матери-то явно не до нее.

— Я просто даже не понимаю, за что можно зацепиться. — Еся обреченно развела руки в стороны.

— Поехали со мной в Москву! — Клара как в молитве сложила ладони. — Мы можем сказать матери, что я устроилась к тебе в фирму на летнюю стажировку и что нам нужно в командировку. Про Москву не скажем ни слова. Она подпишет бумаги на выезд, даже не читая. Ей в принципе все равно, что со мной происходит, лишь бы я не контактировала с Геларом.

— Лар, но я не могу поехать в Москву. У меня работа! Поиски займут не один день, и не факт, что мы его найдем. — Еся судорожно замотала головой, понимая всю абсурдность мероприятия. — Стасик. Имя-то какое ужасное. У меня мать тараканов так называет.

— Возьми отпуск! Ты же ходишь в отпуск?

— Я там уже пять лет не была, мне не до этого.

— Так пусть сейчас будет до этого! — Клара вскочила на ноги и заходила по комнате. — Короче, я понимаю, что ты мне не веришь, но я спасла тебе жизнь! Неужели этого недостаточно, чтобы выполнить мою просьбу?! Ты сама предлагала исполнить любое желание. Я хочу, чтобы ты помогла найти отца. Это мой шанс.

Девушка остановилась напротив сидящей Есении и с вызовом посмотрела на собеседницу.

— Я… я… — Еся начала заикаться, соображая, что сказать. — Но я правда не могу поехать в Москву. Хочешь, я схожу с тобой к врачу, и он поможет тебе успокоиться, объяснит, что вернуться на Зегнар вряд ли получится? Очень хороший специалист!

— Пф-ф-ф, считаешь меня сумасшедшей? — Клара запустила руки в рыжую копну и специально растрепала волосы, изображая полоумную. — Так больше похожа? А хочешь, докажу обратное? Докажу, что я действительно обладаю магией?

— Нет-нет, я тебе верю. — Есения вытянула вперед руки, закрываясь ладонями, как щитом. Не зря, видимо, мать ругала Клару за то, что она не принимает таблетки. От расшумевшейся девчонки стало немного не по себе.

— Я не сумасшедшая и цепочку на твоей сумке порвала с помощью колдовства. Истратила всю накопленную энергию, не успела правильно распределить силы и, полностью истощившись, тут же отправилась к Гелару. А если бы пила лекарства, то не смогла бы к нему попасть. — Она, прокричавшись, тяжело вздохнула и посмотрела в окно. Из открытой форточки доносилось веселое щебетание птиц, а приятный вечерний воздух освежал разгоряченные щеки. — Смотри.

Клара вытянула руку с растопыренной пятерней, на ладони закружился маленький вихрь, похожий на тот, что рисуют на метеорологический картах, обозначая ураган. Она его чуть подбросила, а потом подтолкнула к окну. Голубой тюль всколыхнулся и подлетел к потолку, форточка с грохотом захлопнулась.

— Это что?! — прошептала Еся. Голос отказался повиноваться, а по позвоночнику пробежал озноб.

— Это лишь малая часть того, что я умею, но сделать больше не могу из-за отсутствия регулярной подпитки. — Клара с надеждой посмотрела на Есению.

— Кажется, у меня галлюцинации. — Молодая женщина схватилась за разболевшуюся голову. — Ты что-то подсыпала в еду, пока я переодевалась?!

В зеленых глазах отразился ужас!

Глава 3.2

«Боже, о чем я только раньше думала?! — запаниковала Есения. — Девчонка явно ненормальная, а вдруг она мне наркоту подсыпала? А вдруг уже не первый раз? А может, она меня вообще отравить хочет? Кто поймет, что в голове у психически нездоровых людей?! Нет, это просто сквозняк! Да, на кухне же тоже открыто окно. Это просто сквозняк! Как ее выпроводить?»

— Все еще не веришь мне? — Клара опять вытянула растопыренную пятерню.

Есения затаила дыхание, боясь пошевелиться. Клара метнула маленькую золотистую молнию, образовавшуюся на ладони, прямиком в зеркальный шкаф-купе. Трепыхаясь, дверь с грохотом отъехала, но не слетела с полозьев. Вторая заискрившаяся молния вовремя ее остановила.

— Немного не рассчитала силы, — извиняясь, улыбнулась Клара, но Есения увидела оскал подопечного психбольницы.

Ее охватила дрожь, в панике сердце гулко забилось в груди, отдаваясь колокольным звоном в ушах.

— Я не хочу тебя пугать, поверь! — Девчонка сложила ладони в мольбе и поднесла к полным губам. — Мне очень нужна твоя помощь. Я думала сбежать и отправиться на поиски отца одна, но мне только пятнадцать, и в любой момент может случиться приступ. Таблетки я давно не пью. Помоги мне, пожалуйста. — Со слезами на глазах Клара опустилась на колени перед застывшей как восковая фигура в музее Есенией и взяла ее похолодевшие руки в свои разгоряченные ладони. — Что происходит интересного в твоей жизни? Что у тебя есть, кроме работы? Я ведь понимаю, что в тридцать лет быть одинокой старой девой вообще не айс. Возьми недельку отпуска, даже если у нас ничего не получится, то хотя бы развеешься! Я обещаю, что после поездки независимо от результата уйду из твоей жизни. Хотя мне этого совсем не хочется. Ты классная… и добрая… — Две крупные слезинки скатились по веснушчатой щеке. — Я не сумасшедшая, я другая… просто поверь…

— Я верю… конечно верю, — зашептала Еся трясущимся голосом. Освободила ладони и неуверенно похлопала Клару по плечу в замызганной серой толстовке. — Ты иди, наверное, домой, у меня работы много… боюсь, не успею до завтра… телевизор некогда смотреть… Я подумаю насчет отпуска.

— А я то, дурочка, доверилась тебе! — Болезненно усмехнувшись, Клара поднялась на ноги. Вытерла ладонью влажные щеки. — Твоя жизнь против просьбы, от которой зависит моя жизнь… Короче, все с тобой понятно.

Девчонка шмыгнула носом и вышла из комнаты.

— Не провожай! — Она с силой хлопнула входной дверью.

Есения вздрогнула от резкого звука, по щекам заструились слезы. Казалось, с уходом Клары сердце разорвалось пополам, и одна часть безвозвратно ушла вслед за сумасшедшей соседкой, а вторая половинка закровоточила, заливая внутренние органы горячей жидкостью. Но так будет лучше. Девчонка явно не в себе!

— Но ведь она спасла мне жизнь, хотя знала, что у нее случится приступ, — прошептала в гробовой тишине Еся. Даже птицы за окном перестали щебетать, а ей так хотелось с кем-нибудь поговорить о случившемся. — Это все какой-то бред, просто бред.

Есения заходила по комнате. Она сделала несколько кругов, анализирую ситуацию, голова разболелась так, будто вместо мозгов налили свинец, и теперь он давил на черепную коробку, пытаясь отвоевать себе новое пространство. Лучшее, что придумала Еся, — это сходить в душ и лечь спать.

***

— Ты что, пускала в ход магию? — Длинные костлявые пальцы с ярко-красным маникюром впились в рыжую шевелюру и с силой дернули голову назад. — Я чувствую, как колеблется твое энергетическое поле. Опять хочешь увидеться с этим ублюдком?! А ну пей лекарства! — Алиса, обдав дочь резким запахом перегара, поволокла ее в убогую комнату, где стояло два продавленных дивана, застеленных застиранным постельным бельем.

Она толкнула девчонку к окну. На пыльном подоконнике рядом с пепельницей валялся помятый пузырек «Осполота».

— Не буду! — Клара подняла руку, закрывая лицо.

— Будешь! — зашипели потрескавшиеся губы, и костлявая рука с силой обрушилась на рыжую копну. — Еще как будешь, тварь малолетняя! Я тебя родила и я решаю, что тебе делать. На Зегнаре ты бы слова не посмела мне сказать, там старшим не перечат, а на Земле решила посвоевольничать.

— Так отпусти меня на Зегнар, и я буду тебя уважать согласно всем законом планеты! — Клара подняла вторую руку, пытаясь закрыть голову.

— Не учи меня, шавка! — завизжала Алиса, схватила дочь за руки, пытаясь сломать защиту и побольнее проучить непослушного отпрыска.

— Отстань! — дернулась Клара, сшибая бедром пепельницу. Та с грохотом полетела на пол и, рассыпая серую пыль и бычки по поцарапанному полу, покатилась за диван.

— Я тебе отстану, так отстану! — Мать начала колотить девчонку, не разбирая, куда бьет.

Клара выставила растопыренную пятерню и выдала остаток магической энергии. Алиса, как тряпичная кукла, отлетела к дивану, но не ударилась, а лишь с грохотом приземлилась на смятое одеяло. Ответить дочери магией она уже давно не могла, ее нареченный, лишая себя шансов на светлое будущее, сам отказался поддерживать связь со взбунтовавшейся напарницей, и Алисе неоткуда было взять новый запас сил. Она стала обычной земной женщиной, любящей разгульный образ жизни и ненавидящей дочь, считая, что все беды именно из-за нее. Зато девчонка теперь отличное орудие мести.

Алиса видела, как у побледневшей Клары закатились глаза, через секунду она мешком грохнулась на пол и затряслась в очередном приступе. Женщина, злобно ухмыльнувшись, отбросила за спину рыжую прядь, точно такую же, как у дочери, не спеша подошла к трепыхающемуся телу и перевернула на бок.

— Смерть освободит твоего ублюдка от всех обязанностей, и тогда родители быстренько подберут ему другую нареченную. Поэтому ты будешь жить долго, о-о-очень долго, но несчастливо. — Алиса двумя пальцами вытянула язык дочери, достала из кармана халата пачку сигарет и закурила.

Глава 3.3

***

Есения придиралась к каждой запятой, ее раздражал любой неуверенный ответ, она отмечала про себя каждую выпитую подчиненными чашку чая. Все ей казались бестолковыми бездельниками. В отделе царила напряженная тишина, нарушаемая только стуком пальцев по клавиатуре. Каждый, кто оказывался в «аквариуме» начальницы, выходил с трясущимися руками и опять принимался стучать по клавишам с удвоенным усердием.

По офису, как гремучие змеи, поползли новые сплетни о личной жизни руководительницы юридического департамента.

Есения опять сидела на работе «до победного», она боялась идти домой, боялась вновь прокравшегося в ее жизнь одиночества.

Работа. Да, в ее жизни есть только работа! Неужели те, кто ее не имеют, счастливее? Вряд ли.

Есения уже неделю не виделась с Кларой. Жизнь вернулась в привычное русло, хотя это не доставляло никакой радости. Засыпая в начале первого, Еся частенько прислушивалась, не происходит ли что за стенкой. Но к тому времени, когда она возвращалась домой, все уже давно спали.

Нервное напряжение и ноющая тоска сделали свое дело. В субботу Есения решила не ходить в фитнес-клуб, в котором обычно проводила выходные, тщательно следя за фигурой, а просто захотела поваляться в кровати и позволить себе побездельничать.

В глубине души она надеялась увидеть Клару, но вслух себе в этом не признавалась. Как можно признаться в слабости?

Поднявшись с постели только к одиннадцати утра, Еся, сама себя обманывая, первым делом подошла к окну на кухне и посмотрела, кто стоит у подъезда. Просто посмотрела!

Возле ободранной лавки прыгала стайка воробьев. Разочарованно выдохнув, Есения включила чайник.

— Какая глупая идея — остаться дома. — Она открыла полку, где стояла заварка, и наткнулась на плитку белого шоколада. Взяла ее, покрутила, рассматривая со всех сторон, как будто видела в первый раз, открыла мусорное ведро. На секунду задумалась и вернула шоколадку на место.

«Клара не идеальна, у нее слишком много «Стасиков» в голове, но эта девчонка вдохнула смысл в мое существование. Именно рядом с ней я поняла, насколько пуста моя жизнь. — Есения опять подошла к окну. — А ведь в детстве я верила в сказки и в волшебство, а когда все это оказалось рядом, решила, что меня обманывают. Боже, что я несу! Какое волшебство?!»

Есения постучала указательным пальцем по ложбинке над губой, пытаясь таким образом взбодрить мозг.

«Нет, нужно идти в зал, — она уверенно направилась к шкафу в комнате, рывком вынула спортивную сумку, — иначе я в одиночестве точно поверю в существование Зегнара и в магию!»

Молодая женщина принялась складывать форму, кроссовки, купальник и прочие необходимые мелочи.

Истошный женский вопль за стеной заставил Есю бросить все, как есть, и замереть на месте. Грохот падающей мебели (или что там может быть), брань и слабый голос Клары. Еся его узнала даже через стену. Отчаянно забилось сердце, и пересохло во рту.

Да что ж за мать такая! Девчонке нужны внимание и уход, а она только орет на нее!

Есения бросилась к глазку. Клара, громко хлопнув дверью, пулей пролетела мимо квартиры соседки, мать вслед все еще продолжала сыпать проклятиями.

Есения, прижав указательный палец к ложбинке над губой, медленно сползла по стене в прихожей.

«Несчастный ребенок. Она всего-то хочет, чтобы ее слышали и понимали. Выдумала себе мальчишку. Ведь в таком возрасте внимание и любовь — главные составляющие. Бедная Клара. Ведь она-то готова делиться теплом, только не с кем. Совсем, как я в детстве, но у меня хоть был отец. Недолго, но был…»

Еся вскочила на ноги и как есть, в домашних тапочках, побежала к лифту. Через минуту она уже вылетела из подъезда. Клара с сигаретой в зубах глянула исподлобья на выбежавшую и демонстративно отвернулась.

— Я… привет… м-м-м… — Еся не знала, что сказать, в голове вместо мыслей оказался моток перепутанной проволоки, а в груди щемило от боли при взгляде на девчонку, вытирающую украдкой слезы.

— Поехали! — Есения уперла руки в бока и громко выдохнула, чтобы хоть немного успокоить скачущее сердце. Она до колик в желудке хотела сейчас обнять Клару и успокоить, окружив теплом и заботой, но понимала, что после их последней встречи, девчонка не позволит подобного. Ничего, Еся уже приняла главное решение, пусть в порыве эмоций, но так даже лучше!

— Куда, к психиатру? — ухмыльнулась Клара и сделала очередную затяжку, медленно выпуская дым тонкой струйкой.

— В Москву. — Еся помахала перед носом рукой, отгоняя неприятный запах табака.

— Пф-ф-ф, издеваешься? — Девчонка недовольно покачала головой и отвернулась.

— Нет! Прямо сейчас идем и заказываем билеты. У тебя же уже каникулы?

— Да. — Клара с подозрением посмотрела на Есению, словно пытаясь понять, серьезно ли та говорит.

— Только одно условие! — Еся подняла указательный палец. — Ты должна бросить курить.

— Да не вопрос. — Клара швырнула сигарету на нагретый асфальт и затушила мыском серых потрепанных кроссовок.

— Вот и отлично, — улыбнулась Есения. С души свалился стокилограммовый камень. Только сейчас она поняла, что чувствовала себя утопленницей, не могущей подняться на поверхность из-за тяжкого разлада с соседкой, так быстро ставшей важной частью ее жизни.

В начале сезона билеты удалось забронировать только на понедельник. Моментального вылета не случилось, но, может, это и к лучшему. Переведя дыхание и еще раз все хорошенько обдумав за чашечкой чая с белой шоколадкой, Есения и Клара вечером поговорили с Алисой, рассказав давно придуманную историю про стажировку.

Находящаяся навеселе Алиса со скучающим видом выслушала доводы Есении о перспективной практике дочери в одной из крупнейших фирм и, недолго думая, согласилась подписать бумаги на выезд ребенка, предупредив Есению, что если Клара не будет принимать регулярно лекарства и не дай Бог помрет от приступа, то она затаскает дюже грамотного юриста по судам.

Есения, кривясь от стойкого запаха перегара и табака на маленькой замызганной кухоньке, обещала следить за здоровьем подопечной и подсунула на подпись заранее составленные документы на поездку. Алиса вчитываться не стала, удовлетворившись словесными объяснениями. Но больше, конечно, ее подтолкнул дать согласие на выезд дочери беленький конвертик. Есения и так была не в восторге от этой ужасной женщины, а после того, как та фактически сдала дочь в прокат, еще больше убедилась в правильности принятого решения о поездке в Москву.

Выполнив первую часть плана, Есения с придыханием позвонила Денису Алексеевичу.

— Какой отпуск?! Целая неделя! Ты рехнулась? — верещал он в трубку. — Об отпуске заранее предупреждают!

— Вы совершенно правы, — как можно спокойнее отозвалась Еся. — Только маленький нюанс. Об отпуске, который заранее запланирован в графике отпусков, предупреждает не работник работодателя, а наоборот. Я за время сотрудничества с вашей фирмой не получила ни одного уведомления и ни разу в отпуск не сходила. А если об этом узнает трудовая комиссия…

— Еся! Я не могу тебя отпустить… ты не можешь… кто будет работать… — В голосе начальника сквозила паника, аргументов в защиту своих интересов не находилось.

— Денис Алексеевич, это всего лишь неделя. Я буду постоянно на связи, — монотонно продолжила она. — Светлану Михайловну пока назначьте исполняющей обязанности. Она справится. Конечно, не так, как я, но она довольно опытный юрист.

— Только неделя, слышишь?! Одна неделя!

Глава 4

Ранний вылет, московские пробки, толпы людей. Измученные, но счастливые Есения и Клара ближе к четырем дня добрались до заранее забронированной гостиницы в Кузьминках.

— Это просто… просто что-то не вообразимое! — Клара плюхнулась на кровать, застеленную скользким персиковым покрывалом. — Москва такая большая, такая шумная! А самолет! Я никогда не летала на самолете! Вот сама могу, если энергии хватит, а на самолете никогда не летала!

— Какая же ты фантазерка, — улыбнулась Еся, садясь на соседнюю, чуть скрипнувшую кровать. Она радовалась поездке не меньше Клары. Как бы ни хотелось этого признавать, но девчонка была права. Она кроме работы уже давно ничего не видела. Кто знает, может, здесь, в Москве, она встретит свою судьбу. Ведь если ничего не менять самой, то ничего и не изменится, а если попробовать сделать хоть маленький шажок в сторону, то обязательно должно что-то произойти.

Еся понимала, что если им удастся найти отца Клары, то в Сочи она, скорее всего, вернется одна. Одна…

Она искренне желала счастья этой рыжей девчонке и совершенно не хотела, чтобы Клара продолжала жить с эгоистичной матерью-алкоголичкой, но и расстаться с соседкой будет очень тяжело.

При мысли о пустой квартире и однообразных одиноких вечерах Еся непроизвольно передернула плечами.

— Ну что? Предлагаю перекусить и прогуляться по Кузьминкам, поискать похожие пятиэтажки. — Еся решила гнать как можно дальше грустные мысли. Если все сложится, то ей еще придется бодаться с матерью Клары, но, конечно же, основная нагрузка по выяснению отношений с Алисой ляжет на отца. Если он, конечно, захочет оставить дочь у себя…

М-да, в порыве эмоций она не учла тот факт, что отец, если они вообще его найдут, может не захотеть признавать Клару. Господи, взрослый здравомыслящий человек — и не подумать об элементарном! Все-таки страшно выпускать чувства наружу, она затмевают разум. Во всем нужен холодный расчет, только так можно добиться результата.

Стараясь не показать виду, что запаниковала, Есения широко улыбнулась валявшейся на кровати Кларе, вынула из чемодана свободные брюки, белую льняную рубашку и переоделась.

— Ты будешь переодеваться? — спросила она соседку.

— У меня есть только одна хорошая футболка, и я ее берегу для встречи с отцом, поэтому пойду в том, что есть. — Клара встала с кровати, одернула серую толстовку, пригладила рыжую копну и убрала в карман потертых джинсов потускневшее фото.

У Есении защемило в груди. Так, наверное, болит душа за близкого человека. Какое незнакомое и неприятное чувство. Сколько же новых эмоций и ощущений дарит общение с этой странной девчонкой. Несмотря на то, что некоторые из них совсем не по вкусу, она точно не променяет их ни на что!

Погод стояла отличная: не было удушающей жары, как в Сочи, легкий ветерок приятно щекотал щеки, солнце медленно клонилось к закату. Есения глубоко вдыхала тяжелый, даже во дворах пропитанный газами Волгоградского проспекта воздух и чувствовала себя непривычно свободной. Не нужно торопиться в офис, не нужно просматривать кучи бумаг, не нужно исправлять чужие ошибки. Вот что значит отпуск!

Клара с открытым ртом смотрела по сторонам. Хоть Сочи после олимпиады и преобразился, но до объемов Москвы ему было далеко. Она кожей чувствовала сумасшедший темп города. Все куда-то бежали, на ходу звонили, и никто не улыбался: вокруг только угрюмые напряженные лица измученных сумасшедшим ритмом жизни людей. Кларе вроде и нравилась Москва, но при этом отталкивала. Приехать посмотреть столицу очень интересно, но вот жить здесь постоянно совсем не хотелось. Да Клара и не собиралась, она мечтала найти отца и поскорее вернуться на Зегнар.

Дворов с пятиэтажками в Кузьминках оказалось достаточно, но самое ужасное то, что часть их снесли, а старых жильцов расселили в другие районы. Но Есения все-таки надеялась, что им повезет и отыщется какая-нибудь бабушка, которая сможет опознать Стасика и дать хоть малюсенькую зацепочку. Удача обязательно должна им улыбнуться, не зря же они приехали почти за полторы тысячи километров. Вот пусть и Клара заодно докажет свои магические способности и подключит потусторонние силы, которые помогут в поисках отца. Если они, ввязавшись в эту необдуманную авантюру, все-таки найдут его, то Есения точно поверит в магию и Зегнар.

В первый вечер силы быстро закончились, и, не углубляясь в поиски, Клара и Еся вернулись в гостиницу. Нужно хорошенько отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами уже более тщательно приступить к поискам.

Следующие два дня Клара и Еся бесполезно проболтались по дворам Кузьминок, всем и каждому, показывая фотографию Стасика. К вечеру среды Есения осознала всю провальность затеи. Слишком мало информации для масштабов Москвы. Она втихаря уже забронировала на воскресенье два билета до Сочи.

Это было отличное приключение, позволившее ненадолго дать отдых мозгу и почувствовать себя нужной другому человеку. Мысленно Есения сдалась, тем более ей нужно на работу, но совсем не собиралась это показывать Кларе.

Девчонка же, наоборот, горела надеждой и, изучая в тысячный разу карту, прокладывала новые маршруты.

— Есь, я чувствую, что без магии не обойтись. — Клара заправила за уши рыжие локоны и поерзала на застеленной кровати. — Энергии на минимуме, так что, скорее всего, будет приступ. Ты, пожалуйста, сделай, как я тогда объясняла.

Есения размышляла о неудаче, при этом бездумно глядя в телевизор, села на своей кровати и перевела взгляд на соседку.

— Ты собралась колдовать? — настороженно спросила Еся, а в глазах промелькнуло недоверие.

— Чуть-чуть, — виновато улыбнулась Клара, — ну ты же видишь, по-другому не получается. Я постараюсь побыстрее прийти в себя, но подпитка пригодится и мне, и Гелару.

Глава 4.2

Есения встала и босиком подошла по прохладному полу к соседке. Та продолжала виновато улыбаться, подогнув под себя колено и придерживая на скользком покрывале развернутую и изрядно помятую карту.

— То есть ты уже сейчас знаешь, что через пять минут у тебя будет приступ? — Еся заглядывала в широко раскрытые глаза, ища в них признаки безумия. Вернулся недавний страх, о котором она благополучно позабыла, утонув в жалости, заставившей принять опрометчивое решение.

— Ну, пять, три… Я не знаю, на сколько меня хватит, — Клара растерянно пожала плечами. — Лишь бы я успела почувствовать, в каком дворе нам искать.

Она в упор посмотрела на нависшую над ней Есению.

— Клянусь, я не сумасшедшая. — Девчонка устало покачала головой. — Вот увидишь, мы сможем найти зацепку, только мне нужно чуть-чуть подключить свои способности. Сядь, пожалуйста, ты меня смущаешь.

Есения, уперев руки в бока, отошла от кровати на пару шагов и пристально уставилась на ладони Клары. Девушка, прикрыв глаза, растопырила пальцы, положила одну ладонь на фотографию, а другой начала водить над картой. Раздался легкий треск, запахло паленой курицей.

— Шум… шум… — зашептала Клара, а у Есении зашевелились волосы на затылке.

Что за дешевый сеанс спиритизма? Но страшно до чертиков!

— Шуми-и… — Клара дернулась, руки затряслись, она упала на спину и забилась в приступе.

— Твою мать! — истерично выдохнула Еся. Конечно, это не было так страшно, как в первый раз, но и обойтись совсем без эмоций не получилось.

Дрожащими пальцами она стащила девчонку на пол, повернула голову на бок и вытянула изо рта, покрытого пеной, розовый язык.

Клара продолжала трепыхаться, подняв веки и выкатив пустые белки.

***

— Гелар, мой Гелар. — Клара обняла нареченного за шею, вдыхая терпкий, горьковатый запах, напоминавший земной миндаль.

— Ах моя рыжая бестия, опять колдуешь? — Молодой человек улыбнулся, прижимая к себе девушку.

— Ты не наказан? — Клара окинула взглядом знакомые покои с белыми, идеально ровными стенами и минималистичной мебелью, парившей над полом.

— Сегодня нет, и ты очень вовремя. Так что, думаю, недельку-другую продержусь без подвала. — Гелар подготовил руку.

— Я ищу отца, — улыбающаяся Клара тоже закатала рукав. — Мне помогает одна замечательная женщина, и если все получится, то скоро мы сможем быть вместе. Главное, чтобы она поверила в мои возможности!

— Священный Диптрих, пусть все получится! — Гелар поднял глаза к белому потолку, по которому разбежались серебряные грозовые молнии, означавшие, что главная святыня Зегнара приняла посыл.

— Поможет? — Клара скрестила свои пальцы с пальцами нареченного, в локтевом сгибе зародился свет.

— Не знаю, но очень надеюсь. Земля — планета третьего сорта и вычеркнута из интересующих нас объектов, но вдруг!

***

Есения присела на корточки рядом с Кларой и нервно постукивала пальцем по верхней губе. Бьющаяся в эпилептическом приступе девчонка пугала до одури. А если она не придет в себя?! От этой мысли Есю как будто ударило током по самому темечку, она вскочила и заходила из угла в угол.

Клара перестала трепыхаться, медленно открыла глаза и невидящим взглядом уставилась в потолок. Да-а, такой белизны, как на Зегнаре, земные потолки не видели никогда.

— Ш-ш-ш-у… — Язык не слушался, так же, как и все тело. Девушка еще не успела полностью вернуться в свою оболочку.

Есения приложив руки к груди, опять присела на корточки рядом с соседкой.

— Ты как?

Клара беспомощно скосила глаза.

— Ш-ш-ш-у… — Ей не терпелось сказать название улицы, но никак не выходило.

— Тише, тише. — Еся мягко погладила безвольную руку в серой толстовке. Девчонка выглядела ужасно: бледная, как моль, вокруг рта пена, посиневшие губы трясутся…

Есении стало до безумия жаль Клару. Ну как может родная мать так относиться к больному ребенку?! Все-таки нужно отыскать отца. Вдруг ему дочь окажется нужнее?

— Шумилова, — еле слышно выдохнула Клара и наконец-то села, упершись спиной в кровать. Все еще плохо слушающейся ладонью стерла остатки пены. — Улица Шумилова. Оттуда шло тепло…

Еся округлившимися глазами смотрела на девчонку. Неужели она и вправду наколдовала ответ на интересующий их вопрос?

— А почему ты сразу не разузнала, где твой отец? Зачем нам тут болтаться по дворам в поисках крох информации, если ты можешь одним приступом решить все загадки? — Есения вскинула аккуратную бровь.

— Не могу. — Клара еле заметно качнула головой. — Слишком большая площадь, у меня не хватит сил. Сейчас я примерно поняла, где было сделано фото. Короче, завтра пойдем на Шумилова.

Наспех позавтракав, девушки отправились в путь. В девять утра рабочий народ уже расселся по офисам, а школьники с бабушками либо разъехались по дачам, либо еще спали. Серые облака наглухо затянули московское небо, отчего старые дворы казались темными и унылыми, не спасала даже обильная зелень.

— Мы должны его найти! — Клара с фотографией в руках села на деревянную лавочку возле одного из подъездов пятиэтажки на улице Шумилова.

— Так, мне кажется, лучше прийти ближе к обеду. С утра мы точно никого не найдем. — Еся уперла руки в бока. — Предлагаю сейчас прогуляться в магазин и купить тебе пару футболок и шорты.

Она не видела смысла бесполезно тратить время на пустое ожидание и хотела хоть немного подбодрить Клару. После обеда бабульки, не уехавшие за город, наверняка повыползают на лавочки, и тогда можно будет попробовать что-то узнать.

— Есь, у меня нет ни денег, ни желания. Я хочу только найти отца! — Голубые глаза наполнились слезами. Клара не теряла надежду, но та становилась все призрачней и призрачней, как будто ночные шторы плавно перешли в тюль и скоро совсем растворятся, оставив лишь оголенное окно, за которым ничего нет.

Глава 4.3

Если бы Есения сейчас находилась на работе, она просто бы гаркнула и приказала выполнить то, что ей нужно, но с Кларой привычный сценарий явно не пройдет. В полной растерянности Еся села рядом, проведя ладонью по шершавой поверхности лавки.

— Лар, но, когда мы найдем Стасика, ты же должна хорошо выглядеть. А что может быть лучше новых вещей? О деньгах не думай. Если я предлагаю, значит, такая возможность есть. — Как ей объяснить, что в жизни не тратила ни на кого другого, кроме себя, а сейчас очень хочется проявить заботу? Девчонка настолько запала ей в душу, что Есения почувствовала, как внутри проснулся материнский инстинкт. Очень странные, но приятные ощущения.

— Пойдем, а? — Она обняла Клару за плечи. — К обеду вернемся и обязательно найдем хоть какую-нибудь зацепку.

— Хорошо, — тяжело выдохнула девчонка и натянуто улыбнулась. Она понимала, что Еся права, просто сидеть в пустом дворе до обеда, смысла нет.

Без особого энтузиазма Клара прогулялась с Есенией по магазинам. Это был ее первый настоящий шопинг. Мать не особо утруждала себя заботой о дочери, поэтому вещи чаще всего доставались из каких-нибудь благотворительных организаций. Есения же подобрала пару отличных футболок, шорты и юбку.

Клара все время хождения по магазинам чувствовала себя очень не уютно, понимая, что не имеет права ни на единую копейку Есении. Еся же, наоборот, радовалась каждой покупке и представляла себя настоящей матерью. Глупая фантазия грела душу, напрочь заставив забыть о работе, которой она жила до встречи с Кларой.

Перекусив в одной из многочисленных кафешек, они вернулись на улицу Шумилова. Как и предполагали, дворы ожили, появились бабульки, дети, собачки…

Клара, всучив Есе пакеты, с фотографией в руках пошла опрашивать всех гулявших.

— Нет, не видела такого. А лет-то ему сколько? — Желтые морщинистые руки покрутили фото и вернули назад Кларе.

— Первый раз вижу, — проскрипел старческий голос, очередной местной жительницы.

— Я тут только третий год живу, — пожала плечами еще одна бабулечка, вызвав у Клары волну отчаянья.

Еще несколько опрошенных не смогли ничего сказать.

— Священный Диптрих, услышь меня! Помоги! — прошептала Клара, прижимая фото к груди и поднимая голубые глаза к небу. На долю секунды ей показалось, что она увидела в серых облаках серебряную молнию.

— Давай у этой спросим. — Еся дотронулась до плеча девчонки, уже минуту глядевшей в небо.

К ним навстречу из подъезда вышла сгорбленная старушка в цветастом платье, с аккуратным пучком, с клетчатой сеткой в руках.

Клара глубоко вздохнула, пытаясь перебороть окутавшую безнадежность, и направилась к бабулечке.

— Простите, вы не знаете этого мужчину? — Она несмело протянула фото.

Бабулечка поправила на носу объемные очки, сначала взглянула на Клару, которой она едва доставала до плеча, а потом на фото.

— А вам зачем? — Старушка с подозрением посмотрела на Есению.

— Мы ищем его уже несколько дней, хотим сообщить, что у него есть дочь, — как можно мягче проговорила Еся и печально улыбнулась.

— Хм… — Бабулечка опять поправила очки и внимательно посмотрела на Клару. — Глаза-то прям отцовские.

— Вы его знаете?! — От волнения у Клары в легких застрял воздух, и она закашлялась.

— Знаю. Это Стасик Кравец из третьего подъезда. Только он уже давно здесь не живет. — Бабуля пожала острыми плечами.

— Кравец… — выдохнула Клара. — А отчество его знаете? А возраст? А куда переехал?

— Отца Герман звали. Неприятный он был, а вот мальчишки хорошие. И Стасик, и Ярик. Только Ярик шебутной немного был. Стасику сейчас, — она чуть задумалась, закатив глаза, — лет тридцать пять-тридцать шесть. А вот куда они переехали, не знаю. Давно уж это было. Стасик вроде зарабатывал хорошо, наверное, в какой-нибудь новый район, где люди побогаче. А тебя-то он где нагулял?

— В Сочи. — Клара виновато опустила глаза.

— Ну-ну, не расстраивайся, может, найдешь его. — Бабуля покачала головой, показывая свое неодобрение относительно поведения Стасика. — Пора мне девочки, автобус сейчас социальный подойдет.

— Спасибо! — поблагодарила Клара. — А может, еще кто из соседей о нем что-нибудь знает?

— Так мы все, что знаем, обсуждаем каждый день. Ну, может, Люда из пятнадцатой квартиры что-нибудь сказала бы, да она сейчас с детьми за границей. Будет дней через десять. — Бабулечка кивнула и направилась к остановке.

— А можете дать телефон Люды? — Клара поспешила за ней.

— Еще чего, там же дорого звонить! Пока, деточка, пока! — Старушка недовольно поджала бледные губы и ускорила шаг, показывая, что разговор окончен.

— Значит, Станислав Германович Кравец, тридцать пять-тридцать шесть лет. Есть брат Ярослав, — подвела итог Есения. — Это уже что-то!

— Поищем в соцсетях?! — окрыленная Клара забрала у Еси пакеты с покупками.

Вторую половину дня девушки провели в гостиничном номере, исследуя соцсети. Клара будто горела изнутри. Изначально безнадежное дело заиграло новыми красками, давая новый шанс. От этого ей хотелось смеяться без причины, петь и просто прыгать. Она вбивала и вбивала полученные данные в поисковики соцсетей и с каждой новой строчкой в очередном интернет сообществе радость медленно испарялась, и приходило понимание, что и этой информации недостаточно. Почему-то людей с такими данными не находилось.

— Давай разместим его фото с именем и возрастом и просто попросим откликнуться тех, кто хоть что-то знает? — предложила Есения, у которой от сидения уже ныла пятая точка.

— Тоже вариант, тем более других нет. — Опять погрусневшая Клара принялась размещать посты с фотографией отца и просить помощи по всем возможным группам. Есения то же самое делала со своих аккаунтов.

Глава4.4

Легли спать далеко за полночь. Клара все шерстила и шерстила соцсети. Проснувшись, она первым делом залезла в телефон в надежде, что хоть кто-нибудь откликнулся. Тяжело вздохнув, отложила смартфон в сторону. Опять безнадежность и отчаянье закололи внутренности иголками, защипало в носу, но Клара не позволила себе заплакать. Тихонько поднялась и пошла умываться.

Еся, прикрыв глаза, притворилась спящей, хотя уже давно проснулась. Она понимала, что на поиски осталось всего три дня, точнее два с половиной. Потому что в воскресенье после обеда, им кровь из носа, нужно вернуться в Сочи. А в понедельник ее уже ждали на работе. Но как она могла об этом напомнить Кларе? Девчонка дышала мыслью об отце, и Еся понимала, что найти Стасика сейчас важно, как никогда. Она уже не так скептически относилась к выдумкам Клары о магических способностях. Девчонка явно отличалась от обычных людей, а мать это, очевидно, злило.

Стасик, Стасик, где ж тебя искать? Как таракан при включенном свете прячется в самую маленькую щель, из которой его невозможно достать, так и ты растворился в огромной Москве, не оставив следов.

Есения, слыша, как шумит вода в ванной, перевернулась на спину и зашла в одну из соцсетей, где наравне с Кларой раскидывала объявления. Она, как с огненной сковородки, вскочила с кровати и бросилась в санузел.

— Ларка! Мне ответили! — Еся с размаху распахнула дверь, из-за чего не ожидавшая такого поворота девушка пугливо дернулась и выронила зубную щетку, гулко ударившуюся о кафельный пол.

— Смотри! — Есения развернула айфон экраном. — Некая Красотка Лера пишет, что работала на этого узурпатора. Слово-то какое! И советует никогда с ним не связываться.

— Пф-ф-ф, плевать на ее советы! — Клара выхватила у Еси телефон и быстро вбила интересующие ее вопросы и просьбу о помощи.

— Нет, так она может не ответить. — Еся пробежалась глазами по сообщению. — Давай лучше я.

Она стерла послание Клары и написала новое. Попросила помочь отыскать «бывшего начальника», не заплатившего ей после увольнения аж за целых два месяца. И полностью поддержала новоиспеченную знакомую, утверждая, что Станислав Германович тиран, ему полностью наплевать на людей и она обязательно пойдет в суд, если не получит своих денег. Но для начала нужно отыскать бывшего босса.

— Ненависть к начальству объединяет, — улыбнулась Еся, отправляя сообщение. — Уверена, эта дамочка нам расскажет все, что знает. А начнет задавать вопросы, хотя вряд ли, ведь она явно зла, будем выкручиваться по факту.

Через час томительного ожидания Красотка Лера ответила, что Кравец переехал в новый офис в «Москва-Сити», кажется, в башню Евразия. После чего выплеснула всю ненависть к бывшему начальнику, рассказав, что из старого офиса он забрал не всех сотрудников и вообще эта «СГК-строй» полная помойка, а не фирма.

— Значит, башня Евразия! «СГК-строй»! Так, — Есения уперла руки в бока, — собирайся. Твой папочка, видимо, крут, раз может себе позволить офис в «Москва-Сити».

— Мы его нашли! Почти нашли! — Клара от души обняла Есению, ее переполняли восторг и благодарность.

— Да, почти нашли! — улыбнулась Еся. От объятий соседки сердце зашлось в сумасшедшем ритме, а на глаза навернулись слезы. Как же это приятно — быть кому-то нужной и не для галочки, а искренне.

Клара порхала невесомым мотыльком: надев новую бледно-розовую футболку и белые джинсовые шорты, она опять от души обняла Есению. Благодаря ее стараниям, она сможет предстать перед отцом не оборванкой из трущоб, а очень даже приличной девочкой.

Встреча с отцом! Неужели это возможно?! Клару потряхивало от волнения, она уже в кровь искусала уголок губы. Очень хотелось курить, но она обещала Есе, что не будет этого делать.

— А если он не поверит, что я его дочь? — заламывая руки, прошептала Клара.

Они с Есей расположились на заднем сидении такси и уже почти подъехали к «Москва-Сити».

— Сделаем медэкспертизу, — деловито ответила Есения, хотя внутри трясся каждый нерв, не меньше чем у соседки.

Ведь пока Клара завтракала, Еся нашла телефон «СГК-групп» и, выйдя на улицу, позвонила по указанному номеру. Секретарь, узнав, что вопрос личный, очень любезно отказалась соединить незнакомку с начальством и посоветовала найти себе другой объект для домогательств. О мобильном можно было и не спрашивать.

«М-да, видимо, Стасик пользуется популярностью у назойливых дам. И как теперь сообщить, что у него есть дочь? Похоже, что он очень богатый человек, и, скорее всего их просто выпроводят после заявления о родстве, посчитав охотницами за деньгами. Ну, по крайней мере, с ходу в такое не верится. — От этих мыслей Есю непроизвольно передернуло. — Так, нужно придумать что-то внятное, чтобы проникнуть к нему в офис и что-то вразумительное для беседы с ним, чтобы он хоть не сразу послал куда подальше. А если Клара заговорит про Зегнар, это будет полный крах! Бедная девочка, если что-то не срастется, она потеряет последнюю надежду. Этого нельзя допустить!»

Есения покосилась на соседку, продолжавшую кусать уголок губы.

«Москва-сити» впечатляла своей масштабностью, казалось, что вот оно — будущее, но Есения и Клара так волновались, что вроде и смотрели в окно, но ничего не видели.

Клара представляла, как встретит отца и как скажет, что она его дочь, как он обрадуется. В ее мыслях все складывалось очень радужно. Потом она объяснит ему про Зегнар, и он обязательно извинится перед Правлением, а она получит долгожданный доступ на планету.

Девушка то и дело поглядывала на пожелтевшую фотографию. В те далекие годы отец выглядел немного смешно с пышной копной почти черных волос и нелепыми бакенбардами до середины щеки, но все равно был очень красивым. Ярко-голубые глаза оттенялись густыми бровями, а чуть длинноватый нос идеальной формы делал лицо мужественным и очень привлекательным. Судя по фото, он был не намного выше мамы, скорее всего, среднего роста, чуть не дотягивал до ста восьмидесяти.

Глава 4.5

Клара мечтательно вздохнула. Если все сложится, то уже в ближайшее время она сможет обнять отца. Как бы ей хотелось, чтобы все прошло удачно, а еще, если уж совсем помечтать, хотелось бы, чтобы отец женился на Есе и они зажили полноценной семьей. Ну хотя бы чуть-чуть, ведь в ближайшем будущем нужно вернуться на Зегнар. А там нормальной семьи у нее уже не будет никогда, только та, что она создаст сама.

Клара покосилась на Есению.

«Она классная и добрая, и заботливая, как бы я хотела такую маму!»

Такси плавно затормозило у стеклянных раздвижных дверей. Еся, наигранно улыбнувшись, расплатилась с таксистом и с трясущимися поджилками зашла в здание. Она волновалась не за себя, а за Клару. Прохладный офисный воздух, наполненный знакомыми ароматами свежераспечатанных документов, дерматиновых диванов и стандартных офисных освежителей воздуха, напомнил Есении об обратных билетах в Сочи. Все вопросы она должна решить в ближайшие два дня. От этой мысли стало еще больше не по себе. А если что-то пойдет не так, придется бросить все на полпути?! Такого Еся не любила. Любое начатое дело она доводила до конца, а тут на кону будущее девчонки, к которой она прикипела всей душой.

Боже, а если Стасик откажется от дочери и все усилия напрасны?

Нестерпимая боль пронзила ребра, и захотелось глубоко вздохнуть, чтобы прогнать ее, но не получалось. Легкие как будто придавило, и они не хотели расширяться, чтобы впустить воздух.

— С тобой все в порядке? — Клара испуганно посмотрела на Есению, остановившуюся посреди холла и схватившуюся одной рукой за бок.

— Все отлично! — Еся расправила белую, чуть расклешенную к низу майку, делая вид, будто ничего не произошло.

— Девушки, вы к кому? — Напористый тон высокого мужчины в черном костюме заставил Есению распрямить спину и принять привычный холодный вид вышестоящего руководителя.

— Я к Кравецу в «СГК-групп», начальник юридического департамента «Сочи-риэлт»! — Она окинула его недовольным взглядом. — Какие-то проблемы?

— Нет-нет, я подумал, у вас проблемы, — спешно ретировался мужчина. — А вы заказывали пропуск?

— Заказывала и удивлена, что меня не встречают внизу. Я представитель крупнейшего агентства недвижимости в Сочи, а такое чувство, что ваша «СГК» вообще не заинтересована в сотрудничестве! — Она с вызовом задрала подбородок и колко посмотрела в растерявшиеся серые глаза.

— Простите, я всего лишь охранник и понятия не имею, чем занимается половина тех, кто снимает здесь офисы. Давайте я сейчас позвоню на ресепшен «СГК», и пусть они вас встретят. — Мужчина достал из кармана кнопочный телефон.

— Уже не нужно! — Еся испугалась, что сейчас раскроется весь обман, но с привычной холодностью махнула рукой и, подхватив под локоть ошарашенную Клару, зашагала к блестящим дверям лифта.

— Что это за цирк? — зашептала Клара, едва поспевая за Есей.

— А чего ты хотела? Чтобы мы сейчас рассказали этому мужику, про то, что ты потерянная дочь Кравеца? Думаешь, он бы так и пропустил нас без предупреждения?! — Еся зашла в лифт и буквально затащила за собой Клару. Как бы ни хотелось, но придется немного поделиться опасениями. Она нашла кнопку, напротив которой стоял логотип «СГК-групп» и щелкнула по ней. Двери плавно закрылись, издав легкий свист, лифт заскользил вверх. — Сороковой этаж. Чем выше, тем круче.

Есения перевела дыхание.

— Лар, пойми, Стасик не знает о твоем существовании и не факт, что сразу же поверит. Он, по всей видимости, недурно зарабатывает, и наверняка полно охотниц за его капиталами. Не удивлюсь, если мы не первые, кто претендует на его отцовство. И я уверена: он не горит желанием встречаться с теми, кому по закону может быть чем-то обязан. — Еся поджала губы, увидев нахмурившееся лицо девчонки. — Я тебя прошу, пожалуйста, ничего пока не говори про Зегнар. Нам сначала нужно просто попасть к нему на прием. Думаю, это тоже будет непросто. Но я сделаю все, что в моих силах. Пока просто подыграй мне.

— Зачем ты все так усложняешь? — Клара непонимающе пожала плечами.

— Затем, что достать твоего Стасика не так просто, как кажется. Помнишь, я вышла из кафе, пока ты доедала завтрак? — Еся вопросительно посмотрела на собеседницу и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Я позвонила на офисный номер, секретарь отказалась напрямую соединить меня с начальством, мобильный, естественно, тоже не дала. Я еще сглупила, сказала, что по личному вопросу. Она дала четко понять, что таких, с личными вопросами, у Стасика сотни, поэтому я могу быть свободна. Как-то так. — Еся постучала указательным пальцем по ложбинке над губой.

— Но как же мы тогда к нему попадем? — В голосе Клары послышалась паника. — Ты же что-нибудь придумаешь? Ты же меня не бросишь?

— Успокойся, офис — это моя стихия. — Еся бодро улыбнулась. Да, она уже все продумала, конечно, волновалась, но Кларе об этом знать необязательно.

Двери лифта разъехались, и девушки вышли в просторный холл с темно-коричневыми блестящими полами и белыми мраморными стенами.

— Ни хрена себе! — выдохнула пораженная Клара, впервые видя подобное убранство.

— Теперь ты понимаешь мои опасения? — Еся вздернула бровь. — И выбирай, пожалуйста, выражения. Придерживаемся ранее продуманной легенды. Ты мой стажер.

Есения уверенно подошла к белоснежной стойке ресепшена из массива, за которой театрально улыбалась миловидная брюнетка с накачанными губами.

— Я к Станиславу Германовичу. Начальник юридического департамента «Сочи-риэлт». — Еся окатила секретаршу ледяным взглядом.

— Вам назначено? — Девушка удивленно захлопала идеально накрашенными ресницами и принялась изучать ежедневник с записями.

— Нет. Но думаю, мое предложение очень заинтересует Станислава Германовича. Вот, передайте визитку. — Еся достала из дамской сумочки плотную картонку с данными своей организации. Ее данных там не было, поскольку Еся не собиралась в Москве на деловые встречи, а визитки с услугами фирмы автоматически запихивала во все сумки и при случае раздавала.

— А что вы хотите предложить? — продолжила допрос секретарь, изучив карточку, и подозрительно поглядывая то на Есению, то на монитор и быстро стуча пальцами по клавиатуре.

— Вы думаете, я вам об этом буду рассказывать? У меня мало времени, завтра я должна вернуться в Сочи. Если сегодня не попаду к Станиславу Германовичу, то, возможно, ваша компания потеряет выгодный контракт. — Еся догадалась, что секретарь через интернет ищет подтверждения информации с визитки.

— Присядьте, пожалуйста! — улыбнулась девушка и указала на светлый кожаный диван возле панорамного окна. — Я сейчас уточню, сможет ли Станислав Германович вас принять. А может, вы хотите поговорить с его первым замом?

— Нет, только с ним напрямую! — отрезала Еся, усаживаясь на мягкие подушки. Молчаливая Клара пристроилась рядом.

— Вот это ты актриса, — зашептала она, косясь на секретаршу, взявшую трубку. — У меня уже несколько раз сердце ушло в пятки и вернулось на место. Ты там отцу тоже начнешь заливать про работу?

— Нет, конечно! Там по ситуации будем ориентироваться, главное, попасть. — Еся всем видом показала секретарю свое нетерпение.

— Станислав Германович готов принять через пятнадцать минут. Как вас представить? — выплыла из-за ресепшена девушка, одернув узкую ярко-красную юбку.

— Красивая, — шепнула Клара, глядя на стройную фигуру секретарши, гармонично вписывающуюся в изысканное убранство офиса.

— Есения Эдуардовна, а это моя помощница. — Еся кивнула на Клару.

— Чай, кофе? — дежурно улыбнулась секретарь, похожая на фарфоровую куклу из дорогого магазина.

— Нет, мы просто подождем.

Глава 5

Сердце Клары то ускоряло, то замедляло бег, офисный освежитель с запахом ванили неприятно разъедал ноздри обильной концентрацией, от нервов немного кружилась голова.

Клара схватила Есению за руку, та была ледяной.

Странно, в офисе вроде комфортная температура, а ладонь такая холодная, будто ее только что окунули в прорубь.

Еся, слабо улыбнувшись, сжала подрагивавшие пальцы соседки. У них все должно получиться! Остались считанные метры и минуты до встречи со Стасиком. Надо как-то успокоить трясущиеся поджилки.

— Прошу, только не говори ничего про Зегнар, хотя бы сегодня! — зашептала Еся, больше всего беспокоясь именно об этом.

— А ты мне поможешь убедить отца в моем неземном происхождении? — Клара с надеждой посмотрела в зеленые глаза.

— Мы вроде планировали пока просто его найти. — Вот такого поворота Есения не ожидала. Как она может убедить здравомыслящего мужчину в том, во что сама толком не верит?!

— Пожалуйста, я без тебя не справлюсь. — Клара сложила ладони домиком и приставила к груди, в глазах читалась мольба и беспомощность. — Я же понимаю, что в это сложно поверить, но если он меня не отпустит на Зегнар, то какой смысл во всех этих поисках? Прошу-у-у…

— Проходите, Станислав Германович освободился. — Секретарь провела девушек по длинному, ярко освещенному коридору почти в самый конец этажа, манерно дернула головой и открыла тяжелую темно-коричневую дверь из добротного дерева.

Есино сердце ухнуло в пятки, пощекотало под коленками и вернулось в грудную клетку. На лбу выступил пот.

Клара сделала глубокий вдох, катастрофически не хватало воздуха, и вцепилась в руку спутницы. Главное, не расплакаться и не упасть в обморок, что еще хуже.

В кабинете, где стены, пол и потолок были отделаны коричневым деревом, за монументальным столом восседал молодой мужчина в бежевом льняном костюме. Он встал из глубоко коричневого кресла и подошел к вошедшим.

— Станислав Германович, — протянул руку Есении. Властный голос окатил девушек ледяным душем. — Чем могу быть полезен?

Еся оглянулась на закрывшуюся с легким хлопком дверь и неуверенно пожала крепкую мужскую ладонь. Стоявший перед ней человек значительно отличался от того, кто был на уже затертом до дыр фото.

Аккуратная стрижка, первые морщинки, легкая небритость, приятный запах морского бриза — Стасик впечатлял лучившейся уверенностью, лоском и ухоженностью. Еся непроизвольно бросила взгляд на ногти. Они были идеальны. Интересно, у него есть недостатки? Ей бы такого мужчину, явно сильнее и успешнее, чем она! И ничего общего с тараканами!

— Прошу, присаживайтесь. — Он указал на кожаный зеленый диван, стоявший напротив рабочего стола.

— Мы пришли по весьма щекотливому вопросу, — уверенно заговорила Еся, максимально прямо держа спину и аккуратно пристраиваясь на краешке кожаной поверхности.

Молчаливая Клара, у которой сердечный ритм отдавался звоном в ушах, последовала за спутницей.

— Вот эту девушку зовут Клара. — Еся кивнула на соседку, покорно сложившую ладони на коленях, а потом бросила быстрый взгляд на мужской безымянный палец на правой руке. Он был пуст. — Я думаю, что мы не первые, кто приходит с подобным заявлением, но тем не менее прошу сразу же не открещиваться. — Еся чуть нагнулась вперед, демонстрируя пышную грудь. На подсознательном уровне сработал женский инстинкт.

Стас бесстыдно скользнул взглядом по округлому вырезу и облизал упругие губы.

— Мы предполагаем, что вы являетесь отцом Клары. — В полной тишине последние слова прозвучали грозовыми раскатами.

— Ф-ф-ф… Опять, — раздув ноздри, устало выдохнул Стас, явно потеряв интерес к собеседнице, сел в рабочее кресло и открыл синюю пластиковую папку с документами. — Девочки, у меня нет времени на подобную ерунду. Будет лучше, если вы самостоятельно покинете офис.

— Скажите, вам знакома эта женщина? — Еся пихнула локтем Клару, и та, подскочив, положила на стол фотографию.

Стас нехотя взял снимок, замер на несколько секунд и сдвинул густые брови к переносице.

— Откуда у вас это? — В голосе зазвучала сталь.

— Я… я у мамы нашла, — робко проговорила Клара, так и оставшаяся стоять у стола. — Она мне никогда не говорила, кто отец, но это единственное фото с мужчиной, которое она хранит уже много лет.

Стас поднялся и почти вплотную подошел к Кларе, внимательно рассматривая каждую черточку на лице.

Девушка с головы до пят покрылась гусиной кожей, старательно сдерживая неровное дыхание.

— Чушь, — мужчина резко развернулся и опять сел в кресло, — я с Алисой виделся всего лишь раз пять за время отпуска в Сочи, и потом она один раз приезжала ко мне в Москву. Она никогда не говорила, что беременна. Это был просто курортный роман, а ее приезд сюда подтвердил, что продолжения не будет. Мы оба в этом убедились.

— Давайте сделаем экспертизу, чтобы уж наверняка развеять все сомнения. — Есения поднялась с дивана и скрестила руки под грудью. Ей хотелось быть выше собеседника для большей убедительности.

— Слушайте, мне тридцать шесть лет, я дважды был в официальном браке и не сосчитать, сколько раз в гражданском, и при всем при этом у меня нет ни одного ребенка! И вы сейчас хотите, чтобы я тратил время, вороша отношения, которые были пятнадцать лет назад?! Да их и отношениями-то не назовешь. Ваша теория об отцовстве не заслуживает внимания. — Он пренебрежительно махнул рукой. — Идите, девочки, по-хорошему.

Есения еле заметно глянула на Клару, в отчаянье закусившую бледный уголок губы.

— У вас не будет детей, пока вы не признаете меня, — трясущимся голосом заговорила девушка, а Еся так, чтобы Стасу не было видно, предупреждающе замахала внизу указательным пальцем.

Только не рассказ о Зегнаре!

— Ну вы же не начнет мне сейчас читать проповедь о законах Божьих, — ехидно усмехнулся мужчина и опять взял папку, — возможно, я грешен, но вот только детей сюда приплетать не нужно.

— Пожалуйста, только одна экспертиза, — Еся оперлась на стол, широко расставив руки и идя на амбразуру грудью, — и если ничего не подтвердится, мы оставим вас в покое!

глава 5.2

— Какая вы настойчивая. — Взгляд Стаса опять уперся в округлый вырез и лишь через пять секунд поднялся к широкой ядовитой улыбке и зеленым настырным глазам. — А у вас слишком развязное поведение для начальника юридического отдела или как вы там представились…

Он хищно улыбнулся и опять опустил взгляд к вырезу. То, что он там видел, весьма впечатляло.

— Если я соглашусь на экспертизу, вы поужинаете со мной, скажем… в среду? — Стас довольно раздул ноздри.

— Безусловно! — выдавила из себя как можно доброжелательнее Еся. О том, что она уже в воскресенье будет в Сочи, естественно, сообщать не собиралась, хотя была не против поужинать с новым знакомым и пораньше. Но сейчас важнее экспертиза, а не выбор времени для свидания.

— Тогда давайте договоримся на завтра. — Он отложил папку с документами и мельком глянул на стоявшую позади Есении Клару.

— Ну зачем же откладывать? Может, все-таки сегодня? — Есения игриво улыбнулась. Результаты таких тестов можно получить через сутки — если срочно, или ждать три дня. Смотря куда обращаться. Естественно, она не станет навязывать свое мнение и просить провести экспресс-тест, если Стасику захочется обратиться к какому-нибудь своему проверенному врачу и сделать все досконально. Но если на проверку понадобится три дня, то они не успеют на самолет. Тогда придется поменять билеты на понедельник и задержаться еще на денек. Денис Алексеевич будет не в восторге, но не бросать же все на полпути?! — Это займет не так много времени, и мы сможем наше свидание со среды перенести на сегодняшний обед.

Еся держалась как можно уверенней, но при мысли о свидании с таким красавчиком что-то лихорадочно затрепыхалось в области желудка. Может, это там находится душа, которая сейчас требовала внимания этого брутального мачо?

Стыд какой! Она еще ни об одном мужчине так не думала и по странному стечению обстоятельств была готова растечься перед Стасиком клубничным сиропом. Впервые она морально пасовала перед противоположным полом, с трепетом ожидая ответа, и дело было вовсе не в Кларе и их общей цели.

Стыдливо опустив глаза, Еся облизала вмиг пересохшие губы. Стас как будто нарочно медлил с ответом, переводя изучающий взгляд с Есении на Клару и обратно. Откинулся на спинку кресла, едва заметно улыбнулся, чувствуя свое превосходство в сложившейся ситуации, и достал из кармана Vertu в кожаном чехле.

— Павел, через три минуты жди меня у выхода, поедем в медцентр. Здесь недалеко, на Кутузовском.

Стас демонстративно посмотрел на массивные часы на запястье, снял трубку внутреннего телефона и отдал несколько распоряжений секретарю.

— Ну что ж, девочки, едем убеждаться в вашей бесстыдной лжи? — Он подошел к двери и широко открыл ее, при этом успев скользнуть хищным взглядом по стройной фигуре Есении. Претендентка на роль дочки его мало интересовала, хотя было в ней что-то едва уловимо близкое, а вот спутница весьма привлекала формами и откровенными взглядами.

— Кстати, а кем вы приходитесь моей «дочери»? — Стас несколько раз нажал на заунывно чпокающую кнопку вызова лифта.

— Это моя няня. — Клара успела ответить быстрее, чем Еся сообразила. Поймав удивленно-осуждающий взгляд молодой женщины, продолжила: — Я не совсем здорова, а Есения имеет кое-какие навыки.

— Так, значит, вы медик, а вовсе не юрист, как представились. — Стас улыбнулся уголком рта. Ему определенно нравилась эта авантюристка, он бы с удовольствием провел с ней ночь-другую. Ему так надоели эти скучные офисные мыши и вечно ноющая очередная гражданская жена. А эта дамочка явно могла внести новые краски в его однообразную жизнь. Да и Оксану это явно взбодрит.

Не то чтобы он не любил свою новую жену: милая молодая девочка с периферии, отлично исполнявшая роль украшения на светских мероприятиях, но в последнее время их жизнь стала пресной. Оксана все ныла о ребенке, посетила уже все возможные клиники, а результата не было. Он объяснял, что если нужны дети, то лучше ей поискать другого мужчину. Она же настаивала, что любит только его.

Приятно. Хотя Стас понимал, что больше она любит деньги и положение, но уже привык к Оксане, искать кого-то другого и опять начинать все заново не было ни сил, ни времени. Он без зазрения совести изменял супруге и обожал, когда она злилась. Сейчас молодая жена осмелела и даже позволяла себе пререкаться, хотя штамп в паспорте так и не получила, но все надеялась забеременеть, потому что знала — если это случится, то он точно на ней женится.

Дети… дети… Это головная боль, таблетку от которой он не может найти уже много лет.

Стасу очень хотелось иметь хотя бы одного ребенка, а лучше троих, но по каким-то непонятным причинам ничего не выходило. Он сменил много женщин, обошел кучу врачей, но так ничего и не добился. И эта очередная парочка, претендовавшая на его отцовство, зря на что-то надеялась.

В его жизни было много случайных связей, и втайне он надеялся, что однажды на пороге появится ребенок, который действительно окажется его, но Стас прошел уже не одну медэкспертизу и знал результат заранее.

У раздвижных дверей на солнце блестела черная машина представительского класса. Огромный, не меньше метра девяносто мужчина в строгом костюме открыл перед вышедшими дверцу.

— Я сяду вперед. — Стас обогнул машину, пока водитель закрывал дверь за устроившимися в бежевом кожаном салоне девушками.

— Ты зачем сказала, что я медик?! — возмущенно зашептала Еся, утонувшая в мягком сидении и с лихвой хлебнувшая автомобильного освежителя воздуха, пахнувшего хвоей.

Глава 5.3

— Я такого не говорила, это он сам додумал. — Клара улыбнулась и игриво пожала плечами. Она видела, что Еся запала на Стасика, поэтому решила придать таинственности ее персоне. Глупо, смешно? Да и пусть, зато есть чем подцепить Есению и, возможно, заинтересовать и уговорить еще ненадолго остаться. Если тест на отцовство окажется положительным, то она очень нужна, чтобы убедить Стаса в существовании Зегнара. В качестве няни она прекрасно впишется во всю авантюру, а вот если рассказать правду, то глупо оставлять соседку-юриста рядом с новообретенной дочерью.

В общем, Клара за время нахождения в кабинете Стаса проанализировала ситуацию и решила: пусть будет не совсем честно воспользоваться одиночеством соседки и ее откровенной заинтересованностью в новом знакомом, зато приблизит к главной цели. Она понимала, что Еся сейчас не станет оправдываться и рассказывать, кто она на самом деле. Ведь тогда Стас, и так не особо верящий в рассказанную историю, может вообще сразу их послать, поэтому идея должна выгореть.

По дороге Стас позвонил, и их приняли в клинике без очереди. Пять минут на забор анализа, и все трое уже опять сели в автомобиль. Молчаливый водитель по распоряжению босса подъехал к одному из ресторанов и сочувствующим взглядом проводил выпорхнувшую из машины Есению.

Очередная красивая пустышка, попавшаяся в паучьи сети богатого москвича. Глупые бабочки, сотнями летящие на яркий свет денег и не понимающие, что из них здесь просто выпьют кровь и оставят засыхать на палящем солнце. Но, собственно, какое ему дело…

Выбрав столик у широкого окна, Еся, Клара и Стас сели в мягкие темно-коричневые кресла, взяв меню у официанта, принялись изучать ассортимент. Сделав заказ, Стас наконец-то обратил внимание на Клару.

— Так, значит, ты утверждаешь, что являешься моей дочерью. — Он впился ледяным взглядом в такие знакомые голубые глаза. — Почему же ты столько лет меня не искала, а вот сейчас решила?

Еся судорожно сглотнула. Только не история про Зегнар!

— Не было возможности, но я всегда мечтала увидеться с вами. — Клара покосилась на предупреждающе вытаращившую глаза соседку. Только бы удалось уговорить ее остаться еще на несколько дней! — Я без Есении не могла себе позволить куда-либо поехать. Все-таки приступ может случиться в любой момент. Ах да, забыла сказать, что я страдаю эпилепсией.

— Это серьезное заболевание. — Стас раздул ноздри и пристально посмотрел на Есю. — А вы четко знаете, как себя вести во время приступа?

Еся кивнула, ей до ужаса не нравился весь этот цирк. Лучше бы они сразу сказали все, как есть, ну или почти все. Это вранье с няней совершенно некстати, но как теперь сказать правду?