Неудержимый. Книга XLVII

Глава 7

Цесаревич лежал на живом ложе и думал о том, что будет дальше. Чувство тревоги не покидало его с того момента, как он открыл глаза. Память… Он помнил всё, что было до перевоплощения в порождение скверны и после. Стиснув зубы от обиды, он пустил слезу. Он не мог поверить в то, что с ним происходило прямо сейчас…

Когда Николай пришёл в себя, его тут же потащили к Вердису на обследование. Хранитель хотел проверить, как прошёл процесс перевоплощения лично. Он и поделился с ним основной информацией по тому, что случилось, а также предложил выбор, или вступить в его ряды, или же сгинуть прямо здесь и сейчас.

Можно сказать, что выбора у него и не было, как такового. Николаю пришлось в срочном порядке подыгрывать Хранителю, чтобы тот не отправил его в утиль. В итоге он решил разыграть карту психопата, который жаждал власти, силы и, конечно же, девушек. Такими легко манипулировать, и Николай хорошо это знал, ведь сам прожил всю жизнь среди подобных аристократов.

Удивительно, но это сработало. А может, Вердису было плевать, ведь если так подумать, цесаревич был всего лишь разменной монетой, которая рано или поздно сгинет. Захватить власть над Российской Империей, обратить всех её жителей в порождения скверны, с непонятным для мутаций результатом, а дальше… Он прикрыл рукой глаза.

— Почему? Почему я оказался настолько слаб? — прошептал он, пытаясь найти ответы.

Конечно, Вердис одарил его силой скверны. Теперь Николай был не просто Альфой, а лучшей её версией. Он даже смог спокойно использовать чистую энергию, а ведь уже как пару лет пытался пробиться через этот порог и никак не получалось. Но какой ценой, мать его?

А главное — он не понимал, как из этой задницы вылезти. Спасибо Сиваре, которая включилась в игру, хоть и по просьбе Вердиса. Она раскусила Николая чуть ли не сразу, слишком уж он старался казаться озабоченным и неудержимым. Сначала хотела пожаловаться Хранителю, чтобы он докрутил парочку винтиков в мозгу Николая, но, любопытство взяло верх. А после проведённой ночи, так и вовсе поняли, что у них есть много общего.

Цесаревич задумался. Может, это и есть любовь? За всю свою недолгую жизнь Николай так и не встретил ту, с кем хотелось поделиться мыслями или мечтами, с кем можно было построить семью, родить детей… Сивара, по понятным причинам, на роль жены не очень подходила, но с другой стороны. Если ему суждено прожить остаток жизни в услужении скверне, то почему бы и нет? Терять-то уже особо и нечего. И опять же, она была человечнее многих аристократов…

Сивара мечтала понять людей, а Николай, надеялся, что она поможет ему отсюда выбраться. Каким образом, он ещё не знал, слишком уж много было ограничений. Например, он не мог покинуть замок скверны без разрешения Вердиса. Или же заходить в некоторые помещения. В основном это касалось апартаментов его отпрысков и генералов, а также лабораторий, будь они неладны.

Немного полежав после ухода Сивары, Николай решил, что и ему стоит прогуляться. Он заметил. Что после перевоплощения стал на сантиметров десять выше, мышцы стали больше и крепче, а все пять чувств обострились, словно он стал ближе к зверю, чем к человеку.

Поднявшись с кровати, он по привычке активировал «радар», на котором, как обычно, светилось одно большое красное пятно.

— Грёбаный замок! — выругался он. — Ни черта не видно.

Врождённый дар предков давал Николаю возможность видеть энергию, которая находилась в живых организмах или артефактах. Казалось, это уникальная возможность должна была сделать его абсолютно непобедимым магом, но увы. Он в очередной раз стиснул зубы. Что толку от подобного дара, если он проиграл по силе каким-то жалким тварям.

Он уже хотел отключиться от «радара», когда заметил на центральной лестнице, которая пронзала весь замок, знакомые силуэты. Присмотревшись, он обрадовался так, как никогда в жизни.

— «Сумеречные охотники» здесь… — прошептал он.

Николай не мог поверить в свою удачу. Неужели они пришли за ним⁈ Всю жизнь он старался рассчитывать лишь на себя. Оно и понятно, ведь вокруг находились по большому счёту лишь одни лживые прихлебатели, которые могли предать в любой момент.

Что же касалось отрядов, которые он собирал не один год… То большая часть бойцов погибла на войне. Увы, но никто не ожидал, что всё окажется настолько серьёзно. Николай распустил выживших по домам, дав небольшую передышку. Да и сам он считал, что поездка в Иркутскую область будет лёгкой прогулкой. Ошибся…

Пушистый десант бежал по лестнице, уничтожая абсолютно всех тварей, что попадались им на глаза. Вместе с неразлучной троицей бежал какой-то парень, который…

— Какого чёрта? — Николай нахмурился, увидев, что тот имел ещё больше артефактов.

Он светился как новогодняя ёлка, причём артефакты были недосягаемого до цесаревича уровня. Откуда у него божественные руны? Кто он такой? Мысли заметались в голове… А ведь если так подумать, они спускались по лестнице. Значит ли это, что они прикончили всех, кто был наверху?

Присмотревшись, Николай увидел Сивару, которая левитировала рядом со странным парнем в неестественной позе. Николая от страха аж передёрнуло. Казалось бы, в честь чего? Ведь его идут спасать! А значит…

— Нет… — в ужасе прошептал он.

Он собирался бежать товарищам навстречу, но в последний момент начал сомневаться, стоил ли это делать? Если они увидят его в таком виде, могут и прикончить, а всем остальным скажут, что никого не видели. Он же теперь порождение скверны… А ещё они схватили Сивару… Значит, обладают гораздо большей силой…

— Что делать? — запаниковав, он отошёл от прохода в коридор, и тот тут же затянулся скверной.

Николай усмехнулся, ведь у него был «радар», который видел абсолютно всё, а значит, они не смогут его найти, если он того захочет. Мысли очень быстро сформировались в план. Если и сдаваться им, то только на своих условиях… А для этого мне нужны артефакты! Точно, я ведь знаю, где они находятся!

Полный решимости, он выскочил из комнаты и поспешил к лестнице, чтобы спуститься в лаборатории. Какая разница узнает Вердис или нет, если на кону собственная жизнь.

Мы бежали вниз по самой неудобной винтовой лестнице в мире. Да, она была огромна, думаю, здесь бы и бедствие спокойно разместилось, но просто слететь с неё вниз, минуя каждый виток, было нельзя. Руки бы строителю оторвать, но что-то мне подсказывало, что это был естественный процесс. Замок скверны жил собственной жизнью, и это факт, мы должны были учитывать.

С противниками тоже было всё сложно. Постоянные коридоры извергали из себя сотни тварей, которых приходилось тут же уничтожать. Да, мы могли бы бежать дальше, просто игнорируя их, но в таком случае волна гадин захлестнёт нас в самом конце, чего бы не хотелось.

Кисса разошлась не на шутку. С новыми дарами она стала настолько сильной, что остальные даже толком добежать до противников не успевали. Более того, она решила взять на вооружение мой метод с щупальцами. Метать ножи из сумеречного металла, которые потом ещё и собирать приходилось, оказалось слишком накладно. Кисса постоянно переживала за них и тряслась за каждую штуку. Теперь же, она орудовала ими через волосы, жаля противников в уязвимые места. В основном в глаза и шею, что делало атаки смертельными.

Шикари с Базилио доставались бронированные кристаллами твари. Если сумеречный металл скверна ненавидела и отступала, то кристаллы деться никуда не могли. Но и здесь всё оказалось как нельзя лучше. Обновлённая шпага и серп, с радостью вгрызались в туши тварей, с лёгкостью отправляя тех на тот свет.

Мне же досталось роль наблюдателя. Какой смысл мешаться друг другу, я лучше позабочусь о тылах. Когда позади скапливались твари, я отправлял туда теней и энергетические ножи, устраивая настоящую мясорубку. А всё остальное время тратил на поиск нужных нам тварей, куда они только запропастились, и наблюдение за цесаревичем.

Странно, что он так и не решился выйти из помещения. Сомневается? Цесаревич буквально завис около выхода, что он там делает? Я попытался навести чёткость в своей голове, но замок скверны… Стоп! Я ухмыльнулся.

— Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт… — прошептал я, убирая с «радара» слабых противников по, что называется, лесенке.

Сам же её и придумал, а теперь приходится в быстром темпе отключать. Сначала пропали меткие твари, коих здесь было большинство. Не знаю, зачем они в принципе понадобились Вердису и знает ли он об их существовании. Дальше пошли все остальные, ровно до тех пор, пока с «радара» не исчез сам замок.

— Сработало… — прошептал я, глядя на энергетический силуэт Николая. — Так… Что тут у нас? Артефакты у него свистнули, это понятно…

Какой дурак оставит артефакты пленнику, да ещё и такому опасному. Кстати, о них… С исчезновением замка мне стало легче рассматривать предметы. Я заметил россыпи артефактов, которые хранились гораздо ниже. Скорее всего, вещички Николая находятся именно там, а значит, и тварь, которая его ковыряла где-то поблизости.

Внезапно Николай подбежал к выходу и дал дёру по направлению к лестнице. Интересно… Он всё-таки пришёл к какому-то выводу? А может, решил нас атаковать…

— Не понял… — присмотревшись к цесаревичу, я наконец-то смог разглядеть дар, которым тот обладал. — «Радар»?

Я буквально завис от осознания того, что у этого засранца такой же дар, как и у меня. Нет, не такой же… У меня же «коллекционер», в который входил этот дар. А тут обычный, правда, с пылающей руной.

Ну, по крайней мере, с родством мы определились. Сомнения в том, что я являлся его древним родственником, отпали сами собой. А то потом пришлось бы ещё доказывать что-то. Интересно, а насколько метров действовал его «радар»? Сразу же задумался я. Если учесть, что он на уровне улучшенного Альфы, то он не только башню насквозь видеть должен, но и всю местность на километры вокруг.

Стоп! А если он видит на несколько километров, то и нас тоже! Чёрт! Стоило мне об этом подумать, как цесаревич выбежал на лестницу и припустил вниз. Ах ты…

— Ускоряемся! — приказал я. — Плевать на тварей. Цесаревич пытается от нас сбежать!

(Москва, полуразрушенная резиденция императора, личный кабинет)

Пока армия занималась восстановлением позиций, император подписывал акты, договора, сметы и прочие документы, которые требовали его непосредственного участия. Шутка ли, война ещё толком не закончилась, а казну уже пытались разграбить многочисленные министерства.

Романов злился с каждым документом всё сильнее, но ничего с этим не мог поделать. Обычно подобную рутину брал на себя Эраст, но с тех пор, как пропал, он так и не объявился. Разведка и тайный сыск не дал никаких результатов. Единственная зацепка — последний раз его видели в Санкт-Петербурге, но какие у него там могли быть дела, император не знал.

Эраст всегда был скрытным человеком, который всё держал в себе. С другой стороны, Романову именно это в нём и нравилось. Старик неделями пропадал в разных городах и странах, а потом привозил ему интересные истории или же артефакты. А с этой войной…

Император отложил очередную бумагу с прошением о выделении средств на восстановление оборонительных фортов и тяжело вздохнул. Казалось, хуже шторма быть уже ничего не может, а оказалось, ещё как может.

Проблемы лезли со всех сторон, и каждая требовала денег, людей, времени и немедленного решения. Железная дорога оказалась частично разрушена, а без неё начинало сыпаться всё остальное. Пока составы стояли на путях, застревали грузы, продовольствие и строительные материалы. Казалось бы, здания можно было отстроить при помощи магии, а где взять столько энергии? Война конкретно осушила запасы, и ещё не известно, что будет дальше.

Впрочем, император и так знал. За железной дорогой придётся разбираться с толпами недовольных жителей, которые обязательно вернутся в разрушенные города и поселения. Увидев, во что превратились их улицы и жильё, они накинутся на администрацию, обвиняя ту во всех смертных грехах. Знаем, проходили…

Здесь и начиналась самая сложная часть. Денег в казне хватало ровно до того момента, пока их не начинали делить по-настоящему. Выдашь одним, начнут требовать другие, потом третьи и так по списку. Оглянуться не успеешь, а денег уже нет и не предвидится. А где их взять? Торговля с другими империями практически на нуле. Китайская Империя ожидает поддержки от нас, Европа, скорее всего, будет полностью разрушена…

— Всё! — Романов взъерошил волосы. — Не могу! Надо передохнуть… — заключил он, поднимаясь с кресла.

Стук в дверь заставил его вновь присесть и принять рабочий вид.

— Войдите! — громко приказал он.

— Ваше Величество, это я… — слуга императора протиснул голову в двери.

— Матвей, заходи. — подозвал слугу Романов. — Что там у тебя?

— Доклад. — сглотнув, Матвей прошёл на центр кабинета. — Из Иркутской области.

— Иркутской? — Романов усмехнулся. — Небось, наш Николай там уже всех разогнал, теперь отчитывается…

— Наверное… — Матвей подошёл ближе и положил папку на стол.

— Тяжеловата папочка, верно? — Романов хотел пошутить, но вид слуги ему не понравился. — Кто принёс?

— Курьер из штаба. — ответил Матвей, наблюдая, как исчезала улыбка с уст императора.

Все прекрасно знали, что плохие новости императору лучше передавать курьерами. Оно и понятно, ведь никто не хотел умирать в страшных муках просто потому, что император разозлился. Таких случаев не было давно, но тут и повод особенный…

Открыв папку, император начал вчитываться в отчёты, которые с первых же строк повергли его в шок. Силы обороны разбиты. Укрепления и большая часть форта уничтожены. Потери среди гарнизона критические. Армии скверны удалось продавить рубежи, несмотря на все предпринятые меры.

Император дошёл до части, где упоминалось подкрепление в лице цесаревича и его команды, которые героически отбили первую волну тварей, но в итоге всё равно не справились. Увы, но силы противника оказались слишком велики.

Дальше шёл список погибших при атаке на штаб офицеров. Большую часть фамилий Романов знал наизусть. Древние, влиятельные фамилии… Наверняка думали, что вышли на прогулку, а в итоге пришли на бойню… Император прикрыл глаза, понимая, что и сам так думал. Какого чёрта он отпустил туда Николая одного? Надо было выделить часть флота, Великих князей. Потёмкина, в конце концов…

Продолжив читать отчёт, он не понимал, каким образом столь бестолковые твари смогли победить? Да, они умели прятаться в изнанке, но на этом всё. Армия и не с такими гадинами справлялась, и ничего.

Когда он дошёл до описания тварей, что убили Николая, — откинулся на кресло, прижав пальцами глаза.

— Похожие на людей… — прошептал он. — Я должен был догадаться…

— Ваше Величество. — прошептал Матвей, — Не хотите ли испить…

— Хочу… Очень хочу… — Романов вспомнил, что находился в кабинете не один.

— Сию минуту… — Матвей поклонился и направился в коридор.

Дальше были выводы по ситуации, начинавшиеся с обвинений в сторону генерал-губернатора, который появился лишь на второй день войны, когда основные битвы были проиграны. И жалобы на то, что он всех повыгонял к чёртовой матери.

— Я же дал тебе дар «Эха». — сказал император и с силой стукнул по краю стола.

Удар буквально обломал его часть, но Романову было плевать. Он злился на себя, на Донского, который казался сильным парнем, и что в итоге? Глупец! Думал, что они пройдут войну вместе и подружатся? Как же! Один погиб, второй, неизвестно чем занимался всё это время!

— Ваше Величество. — Матвей вновь появился в дверях.

— Проходи уже! — недовольно проворчал Романов. — И приберись здесь. — он указал на груду щепок справа от стола.

— Ваше Величество. Прошение… — Матвей протянул письмо с гербом Японской Империи.

— А этим, что от нас нужно⁈ — чуть ли не взревел император, срывая печать…