Каспиан шумно выдыхает, привлекая моё внимание. Перевожу на него свой взгляд. Вообще, меня здесь быть не должно, потому что это не моя забота и не моя работа.
Разбираться с людьми должен Хэйдэн, но он сейчас очень занят в другом месте. Да и Джею он своей несдержанностью может навредить. Ликана, что ударил Джун, он покалечил. Жаль. Я хотел сделать это сам. Но ничего, будет ещё у меня возможность.
— Будешь ты говорить или нет мне всё равно, Джей. — выдыхаю я — Но отец твой уже в курсе и очень скоро будет здесь. Далее мы будем разбираться во всём и, в конце концов, ты получишь своё наказание. Я могу полагать, что тебе очень поможет сотрудничество с нами. Но я ничего конкретного не могу обещать.
Парень напротив меня хмыкает.
Хочу зарычать на него, но если дам волю зверю, то уже не смогу остановится. Я слишком зол. И причиной тому состояние Джун. Она мне понравилась, и я о ней волнуюсь, даже сильнее, чем следует.
За последний год я очень устал, а знакомство с ней как глоток свежего воздуха. Встряхнула меня за эти несколько дней так, что я теперь снова и снова хочу получать эти эмоции.
— Чтобы я вам не сказал, это ничего не изменит. Я всё равно не знаю, на кого Ренс работает. Точнее, я знаю только имя, но в глаза не видел его.
— Зачем ты забрал Джун? — спрашиваю и сжимаю руки в кулаки.
Джей сидит на стуле напротив меня в такой позе, будто это он меня допрашивает, а не наоборот. Не чувствую в нём ни капли раскаяния, да и страха перед нами тоже не чувствую. Пока.
— Потому что Джун красотка, — говорит он и усмехается, — Я был очарован, когда впервые увидел её. Я её сразу узнал. Пробил о ней кое-какую информацию. Ей не очень-то повезло в жизни. Бедная сиротка, но, красивая такая, сука. Жаль даже стало, что пропадает. Хотел помочь устроить ей жизнь. — усмехается он. Снова шумно выдыхаю. Ещё раз и получит в морду. — Стал наблюдать за ней какое-то время, она ещё и потрясающей танцовщицей оказалась. В общем, девчонка — просто огонь. А ты запал, да? Бросился к ней. — он подаётся вперёд, в глазах вызов. Провоцирует меня, напрасно полагая, что наказание получит минимальное, из-за связи его отца с ликанами. Но если мои догадки будут подтверждены, ничего хорошего его не ждёт.
Силой пинаю его стул, а может, и по ноге попадаю, потому что кривится. И он с лёгкостью отъезжает от меня далеко назад. Похоже, такая демонстрация моей силы немного приводит его в чувства, и он садится прямо.
— Дальше? — отзывается Каспиан.
— Дальше, мне нужно было как-то с ней заговорить, но при этом не вызвать у неё подозрений. Хотел, чтобы изначально доверяла мне, прониклась, так сказать, — улыбается он. — В итоге мы с Ренсом пришли в тот клуб, где она работает и он из себя ублюдка строил, а я за неё вступился. Герой. Все дела. Так и заговорил с ней.
— Что за история с оканитом?
Джей хмыкает и поджимает губы.
— Мы здорово облажались, — выдыхает он — Я пытался к Джун подкатить, а она меня отшивала. На ужин не соглашалась, и вообще к ней никак нельзя было подступиться. Единственное, почему общалась со мной, похоже, держалась как за что-то из прошлого. У нас много воспоминаний из детства, я видел, как у неё загорались глаза, когда мы вспоминали. Я решил, что только так её и смогу заманить. Рассказал ей про оканит и мы с Ренсом спектакль должны были разыграть. Она бы пришла в бар, подумала, что на неё обратил внимание ликан. Ренс бы позволил ей всадить оканит, покорчился бы чуток перед ней, а после люди Дэкстера забрали её.
В груди резко начинает давить и гореть. Получается, что я просто случайно вмешался в их план. Твою ж мать.
— Куда забрать? — спрашивает Каспиан, потому что я больше разговаривать не буду. Зверь рядом, в глазах вспышки красного. Потому что снова возвращаюсь к воспоминаниям о той ночи. О том, как обратил внимание на Джун и воображение рисует множество страшных картинок того, как бы завершился для неё тот вечер.
— Я не знаю куда. Да мне и неважно. Ренс говорит, что у девчонок всё хорошо. Дэкстер говорит, что никто не жаловался.
Девчонок?
— И много таких было у тебя? — снова спрашивает Каспиан.
— Нет, — быстро отвечает Джей. Лжёт.
— Что у тебя за дела с этими ликана и какая с этого у тебя выгода?
— Перспектив у меня на будущее от сотрудничества с ними было много. А про остальное не скажу. Можете хоть запугивать меня хоть пытать.
— Деньги получал, да? — выдыхает Каспиан.
И, судя по всему, не маленькие.
— И давно ты так помогаешь, устраивать девушкам жизнь с помощью этого, как его… — он щёлкает пальцами вспоминая
— Дэкстера, — подсказываю я.
И всё-таки, похоже, моё это дело. Что ещё за Дэкстер и какого хрена он забирает человеческих девушек? Нутром чувствую наше с Джонатаном дело.
— Я вам больше ничего не скажу. Да и наказать вы меня не можете. У вас же договор, а нападать на людей вам запрещено. — мямлит Джей, когда ловит мой взгляд. Чувствую его страх, он становится сильнее и приятно щекочет ноздри.
Я шумно выдыхаю, чтобы взять себя под контроль. В глазах вспышки красного. Начинает колотить, а в груди горит так, что дыхание перехватывает. Единственное, чего я сейчас хочу, обратиться и разорвать того, кто сидит напротив.
Амелия, пара Хэйдэна мне очень нравилась и я до сих пор помню, какие эмоции испытывал, когда её забрали. Сейчас чувствую примерно то же самое. Не знаю, как так получилось, но волнуюсь о Джун. Хочу защищать её. Особенно сильно ощущаю потребность в этом после того, как принёс её в свой дом. Вайлет осмотрела её и назначила лечение.
Трудно было противостоять Хэйдэну. От желания позаботится о Джун в груди так давило, что я просто не мог позволить её забрать. Я просидел возле неё, два дня пока она спала, а потом встал и отправился сюда, больше не мог выносить эти эмоции, которых прежде не испытывал.
Во-первых, я чувствую дикое притяжение и сильное желание взять эту человеческую девушку. Особенно когда она сердится, меня, как будто распаляют её смешанные чувства: ненависть, страх, то восхищение.
Во-вторых, я раздражён. Она меня раздражает, потому что не замолкает, когда должна это сделать, а ещё она излишне эмоциональна. Эмоции руководят ею, они заглушают разум, и такое, похоже, у неё постоянно. Мне не понять.
Ну, и в-третьих я испытываю дикое, давящее чувство вины из-за того, что всё пошло не так и она пострадала.