Моя по праву истинности (СИ)

Эпилог

Десять лет спустя.

Мира.

Стою на балконе нашего нового дома, на окраине леса, встречая прекрасный закат на стыке холмов. Ветер шутливо играет с волосами, освежаюсь от духоты. Ловлю непослушные локоны, пытаясь заколоть их в подобие причёски, они стали очень длинными. Наверное, нужно подстричь. Свежий воздух разгоняет сладкий аромат вишни, мой сумасбродный муж завёл вишнёвый сад, чтобы дом был пропитан, как он выразился, его любимым ароматом. Кайл теперь Альфа нашего клана, Один сложил полномочия, забрав Ванессу в кругосветное путешествие.

Мой дар проснулся, я истинная дочь дома Браун, одна из сильнейших на сегодня, бабушка ворчит, что я раньше времени скинула её с пьедестала, хотя на самом деле, безумно гордится своей внучкой. Мой муж справедливый Альфа, который защищает слабых и воспитывает молодняк по правилам нашего мира.

Что же до моих бабушки с дедом, Оливия стала самым справедливым членом совета за последнее сто лет, а дедушка Тео изучает по всей стране новые союзы между видами, помогая им в новых реалиях. Кстати, таких пар становится с каждой новой луной всё больше и больше. Слышу тихие шаги сзади, прикусываю губу, чтобы не выдать, что конспирация большого Мишки горит синим пламенем. Кайл с годами стал только шире и мощнее, но такой же красивый, как и много лет назад. Люблю его безумно, как и он меня.

- Ты же простынешь Мира.— ворчит Кайл, целуя прямо в метку. Притягивает к себе, нежно проводя по лицу, зарывается в волосы.

- Мне стало слишком жарко дома, малыш.— сильные руки обнимают меня сзади, сложив ладони на большом животе, который прикрыт сейчас лёгкой майкой. В оставшиеся вещи я не влезаю.

Внезапно малыш толкается папе в руку, заставив нас затаить дыхание.

- Мира, он толкнулся, ты видела?— сумасшедший взгляд Кайла, заставляет меня громко смеяться. У него так смешно сложились брови, натурально домиком, а голубые озёра заполняют все пространство ярким светом нашего счастья. Глажу по лицу, оставляя сладкий поцелуй на губах, а потом ещё и ещё, потому что мой муж ненасытный в последнее время. Его заводит, что грудь стала ещё больше, а бёдра шире, хотя, казалось бы, куда больше, да?

- Если ты забыл, твой сын пока еще живёт у меня в животе, Кайл, конечно, я его чувствую! — муж подхватывает на руки, кружа как маленького ребёнка, хохочу на весь двор. - Кайл хватит, ты меня уронишь!— канючу, колотя его по груди.

- Папа-папа, Дени совсем меня не слушается! — на балкон забегает маленькая фурия по имени Эмми Ашфорд, унаследовавшая, к сожалению, истинную натуру Оливии Браун. Эти двое вообще дружат против меня, в случае чего.

Наша дочь появилась на свет четыре года назад, сделав нас самыми счастливыми родителями на свете, она ведьма, новый претендент на главу дома Браун. Эмми наполнила новым смыслом жизнь своей прабабушки Оливии. Она вьёт верёвки из всех мужчин рядом, заставляя потакать её капризам, уроки Оливии работают безотказно.

- Эмми, сколько раз маме нужно повторять, что хомяк не поддаётся дрессуре, оставь бедное животное и идём встречать дедушку Стена! — пытаюсь включить родителя, хоть это и безумно сложно.

Стен Орвен получил послабление в наказании, за активное участие в расследовании преступлений Роберта, и теперь раз в год, приезжает навестить правнуков. Я скучаю по нему, но на седьмом месяце беременности особо не покатаешься на север.

- Папа, ты же Альфа — прикажи ему!— топнув маленькой ножкой, требует Эмми, хмурит свои сладкие брови, прожигая бедного хомяка взглядом. - Ты же всё можешь, ну пожалуйста-а-а-а-а!— подбегает к папе, целуя Кайла в щёки, знает, как это действует на моего мужа.

Ну все потеряли парня, большой и злой Альфа превращается в мармеладного Мишку, растекаясь лужицей у ног дочери. Подхватив свою принцессу на плечи, Кайл забегает с хомяком наперевес, крича на всю округу.

- Я приказываю тебе, Дени, слушайся Эмми, пока я не изгнал тебя из клана.

- Да-а-а-а-а! Мой папа всё может!

Звонкий смех дочери разносится по округе, заставляя меня смеяться в ответ. Если и существует в мире счастье, то оно передо мной. Забегаю за ними, пока они не разнесли весь стол.