13

Воздушное судно гоблинов продолжало свой путь. Как ни странно, по мере приближения к конечному пункту оно стало издавать меньше звуков. Гоблины сновали туда-сюда, регулируя механизмы, и без конца переругивались между собой. То, что раса подобных кретинов могла создать такое удивительное средство передвижения, было выше понимания Ронина. Корабль неоднократно пытался развалиться на куски, но гоблины всякий раз умудрялись спасти положение.

Десвинг не разговаривал с магом с тех пор, как тот очутился на борту аэростата. Ронин прекрасно понимал, что дракон в любом случае заставит его подчиниться, хочет он того или нет, а потому послушно залез в воздушный корабль. Он старался не думать о том, что произойдет, если эта развалюха рухнет на землю.

Гоблины, их звали Войд и Наллин, собственноручно построили свое судно. Великие изобретатели, как они сами себя называли, предложили свои услуги чудесному дракону. «Чудесным» они называли последнего с долей сарказма. И со страхом.

— Куда вы меня везете?

Услышав вопрос, гоблины вылупились на него, как на умалишенного.

— В Грим Батл, естественно! — объявил один из пилотов, в пасти у него умещалось раза в два больше зубов, чем у любого гоблина из тех, что до сих пор встречались Ронину. — В Грим Батл!

Колдун это и так понимал, он только хотел знать, где именно гоблины намерены его высадить. Они вполне способны сбросить его прямо на головы оркам. Однако повторить вопрос он не успел — струя пара, внезапно забившая из основного бака, отвлекла Войда и его напарника. Корабль гоблинов работал на воде и на нефти. Если не ломалось что-то работающее на воде, то выходило из строя работающее на нефти, и наоборот.

Вздремнуть на подобном судне было сложно даже такому закаленному путешественнику, как Ронин.

Облака все сгущались. Казалось, они плывут в густом тумане. Если бы Ронин не знал, что находится в воздухе, он бы решил, что плывет по морю, а не летит над землей. Правда, и в том, и другом способе передвижения было немало общего, например, риск разбиться о скалы. Ронин видел, как то слева, то справа от аэростата из облаков выплывали скалы, некоторые из них проходили в опасной близости от хрупкого корпуса корабля. И пока колдун напряженно всматривался в густой туман, гоблины ловко управлялись со своей жестянкой и даже умудрялись прикорнуть на минуту-другую, нисколько не обращая внимания на грозящую им опасность.

Наступило утро, но из-за густой облачности казалось, что за бортом вечер. Войд прокладывал путь в облаках с помощью магнитного компаса, однако, приглядевшись, Ронин заметил, что стрелка этого прибора движется, как бог на душу положит. В итоге маг решил, что гоблинам удается избежать столкновения только благодаря простому везению, а не умению ориентироваться в пространстве.

Ронин заранее прикинул в уме время полета и чувствовал, что они уже близки к цели. Однако гоблины утверждали, что им еще лететь и лететь. Постепенно у мага возникло ощущение, что они летают кругами, то ли из-за странного компаса, то ли у пилотов аэростата был приказ тянуть время.

Как ни старался Ронин думать о предстоящей миссии, мысленно он все чаще возвращался к Верисе. Если девушка жива, она идет за ним. Маг был в этом уверен. Это предположение одновременно тревожило и радовало Ронина. Могла ли Вериса узнать об аэростате? Возможно, она плутает по угрюмым землям Хаз Модн или, что еще хуже, решила направиться прямиком в Грим Батл.

Ронин с силой сжал перила корабля.

— Нет, — тихо бормотал он, — нет… она не сделает этого… она не может…

Перед его взором то и дело возникала тень Данкана, как и тени товарищей, погибших при выполнении его последней миссии. Даже Молок присоединился к охотящимся за магом призракам. Глаза дикого карлика испепеляли Ронина. Среди погибших ему уже чудились Вериса и Фолстад. Их пустые глазницы вопрошали: почему он жив, тогда как они принесли себя в жертву?

Ронин и сам не раз задавал себе этот вопрос.

— Эй, человек!

Ронин поднял голову и увидел Наллина, более коренастого из двух гоблинов. Тот стоял на расстоянии вытянутой руки.

— Пора готовиться к высадке. — Гоблин радостно оскалился.

— Мы прибыли? — Ронин стряхнул мрачные мысли и глянул за борт, но ничего, кроме густого тумана, не увидел. — Ничего не видно.

За спиной Наллина показалась улыбающаяся физиономия Войда. Гоблин перекинул за борт веревочную лестницу. Глухой стук веревки о корпус — единственное, что услышал маг. Лестница явно не дотянула до земли.

— Прибыли! Это то самое место, честное благородное, господин колдун! — Войд ткнул пальцем за борт. — Гляньте сами!

Ронин с опаской перегнулся через борт корабля. Он бы не удивился, если бы гоблины, наплевав на указания Десвинга, объединили свои силы и попытались выбросить его за борт.

— Я ничего не вижу.

— Это все из-за облачности, господин колдун! — сизвиняющимся видом объяснил Наллин. — Глаза человека не могут видеть сквозь облака! У нас, гоблинов, более острое зрение. Под нами очень широкий и безопасный уступ скалы! Спускайтесь по лестнице, и мы аккуратненько вас опустим. Там безопасно, вот увидите!

Ронин колебался. Он бы с огромным удовольствием покинул аэростат вместе с экипажем, но поверить гоблинам на слово, что под ними безопасный кусок земли…

Левая рука Ронина без его ведома вдруг потянулась вперед и схватила не ожидающего нападения Наллина. Пальцы колдуна сомкнулись вокруг горла гоблина и, как ни сопротивлялся этому сам Ронин, сжимались все сильнее и сильнее.

Голос, не принадлежавший магу, но очень и очень знакомый угрожающе прошипел:

Червяк, я приказал тебе с-с-сделать дело безо вс-с-сяких фокус-с-сов, чтобы никакого обмана.

— П-пощади, величайший, наиславнейший г-гос-подин! — сдавленным голосом взмолился Наллин. — Мы п-просто играли! Просто иг… — Хватка Ронина стала сильнее, и больше гоблин не смог вымолвить ни звука.

Беспомощный маг заставил себя опустить взгляд как можно ниже и увидел, что черный камень, украшающий медальон у него на груди, излучает слабый свет. Десвинг в очередной раз подчинил себе своего «союзника».

Просто играли? — тихо проговорили губы Ронина. — Любишь играть? Могу предложить тебе интересную игру, червяк…

Рука колдуна без особых усилий поднесла сопротивляющегося гоблина к перилам.

Войд пронзительно взвизгнул и юркнул за двигатель. Ронин не сомневался в том, что Десвинг намерен швырнуть Наллина за борт. Нельзя сказать, что магу нравился гоблин, но он совсем не хотел обагрять свои руки кровью этого существа, даже если в этот момент его руками управлял дракон.

— Десвинг! — крикнул маг и сам удивился, что его губы подчинились ему. — Десвинг! Не делай этого!

Ты бы предпочел, чтобы они поиграли с тобой в свои игры, человек? — прозвучало в голове у Ронина. — Прыжок с такой высоты не доставит удовольствия неумеющему летать…

Не такой уж я дурак! Я не собирался лезть за борт и верить на слово гоблину! Если ты принимаешь меня за пустоголового болвана, не стоило спасать меня с самого начала!

Верно…

— Я и сам кое на что способен! — Ронин поднял вверх свободную руку, которую не удосужился подчинить себе Десвинг. Колдун пробормотал несколько слов, и из указательного пальца поднятой руки вырвалось пламя, которое он направил прямо в физиономию и без того насмерть перепуганного Наллина. Есть и другие способы отучить гоблинов врать.

Полузадохшийся, лишенный возможности двигаться, гоблин выпучил глаза и сделал попытку потрясти головой.

— Я б-болыие не б-буду! П-просто хотел п-подраз-нить! Не хотел об-бидеть!

— Так ты высадишь меня там, где нужно, верно? Там, где действительно безопасно?

Наллин пропищал что-то нечленораздельное.

— Я могу увеличить это пламя. — Огненный язык, вырывающийся из пальца колдуна, стал в два раза длиннее. — Могу спалить вашу скорлупу даже с земли.

— Все б-будет по-честному! Б-больше без обмана! Обещаю!

— Вот видишь! — обратился огненно-рыжий колдун к своему невидимому компаньону. — Нет никакой нужды бросать его за борт. И потом, он ведь еще может тебе пригодиться.

Вместо ответа дракон освободил руку мага, и Наллин с глухим стуком плюхнулся на пол. Некоторое время гоблин не мог подняться на ноги, он валялся на полу и пытался восстановить дыхание.

Ну что ж, это твой выбор, колдун…

Ронин облегченно вздохнул, отыскал взглядом Войда, который все еще прятался за двигателем, и приказал:

— А теперь доставьте меня к горе!

Войд не заставил себя ждать, он бросился к приборам и принялся яростно дергать за рычаги. Наллин, наконец, пришел в себя и поспешил присоединиться к напарнику. Он был настолько напуган, что ни разу не оглянулся на Ронина.

Маг затушил устрашающий огонь и снова выглянул за борт. На этот раз ему удалось разглядеть в тумане какие-то очертания. Ронин надеялся, что это Грим Батл. Судя по тому, что говорил и показывал ему раньше Десвинг, дракон хотел, чтобы маг высадился прямо на вершине, желательно у пещеры, ведущей внутрь горы. Гоблины, конечно же, были в курсе пожеланий дракона. Если они опять решат выкинуть какой-нибудь фокус, значит, они не поняли, насколько глупо перечить своему невидимому хозяину или колдуну. Ронин молился, чтобы у гоблинов достало мозгов подчиниться дракону. Он сомневался, что Десвинг позволит им избежать наказания во второй раз.

Корабль гоблинов целенаправленно двигался к виднеющейся вдали вершине. Ее очертания показались Ронину знакомыми, хотя он никогда не бывал в Грим Батле. Маг подался вперед, стараясь получше разглядеть гору. Это должна была быть гора, вид которой заложил емув память Десвинг. Колдун выискивал взглядом уступы или расщелины, схожие с теми, что показывал ему дракон.

Вот оно! Узкий вход в пещеру, тот самый, из его головокружительного путешествия по воображаемому маршруту. В него едва мог протиснуться человек, при условии, конечно, что человек этот способен взобраться по отвесной скале на высоту несколько сотен футов. Но Ронин был рад и этому. Он был сыт по горло лживыми гоблинами и их немыслимым сооружением и с нетерпением ждал, когда же, наконец, можно будет от них избавиться.

Лестница по-прежнему болталась за бортом. Маг ждал. Войд с напарником совершали хитрые маневры, подбираясь все ближе к вершине горы. Что бы Ронин ни думал об их летающем аппарате до этого, сейчас он должен был признать, что гоблины мастерски управляют своей машиной.

Веревочная лестница мягко стукнула о каменный уступ слева от входа в пещеру.

— Можешь зависнуть у входа? — спросил маг Наллина.

Все еще не оправившийся от пережитого страха гоблин лишь кивнул в ответ, но Ронину и этого было достаточно. Больше никаких фокусов. Пусть они не боятся его, но вездесущего Десвинга они боятся наверняка.

Ронин глубоко вдохнул и перелез через борт. Ветер раскачивал лестницу, и маг не один раз приложился о склон горы, но, не обращая внимания на боль от ударов, продолжал спуск.

Узкий уступ у входа в пещеру был совсем близко, однако, как ни старались гоблины зависнуть над ним, высокогорный ветер упрямо раскачивал лестницу, не давая магу спуститься на него. Три раза Ронин пытался встать на уступ, и три раза его отбрасывало в сторону.

Вдобавок ко всему сильные порывы ветра раскачивали аэростат, и в самый неподходящий момент корабль сдвигался с места. Ронин болтал ногами в воздухе на высоте несколько сотен футов над землей, а сверху до него доносились голоса переругивающихся гоблинов.

Можно было рискнуть и прыгнуть. В таких обстоятельствах полагаться на заклинание не стоило. Ронину оставалось надеяться только на свои физические возможности… не впервой.

Аэростат внезапно развернуло, и Ронина припечатало к скале. От удара у мага перехватило дыхание, он едва удержался на ступеньке. Надо было как можно скорее спрыгивать с лестницы. Следующий удар мог быть смертельным.

Ронин набрал в грудь побольше воздуха и прикинул расстояние до уступа. Лестница беспощадно раскачивалась из стороны в сторону, грозя вновь бросить его на скалу.

Маг выждал момент, когда порыв ветра поднес ее близко к пещере, и прыгнул.

Ронин со стоном приземлился на уступ, но ноги его тут же соскользнули вниз и он повис на самом краю. Цепляясь за каждую выемку, маг карабкался вверх и наконец, добрался до безопасного места.

Обессилевший, он лежал на узком уступе скалы. Чтобы восстановить дыхание, ему пришлось перевернуться на спину.

Наллин и Войд, судя по всему, поняли, что, наконец, избавились от странного пассажира, — они развернули корабль, и он начал медленно отплывать от скалы. Веревочная лестница все еще болталась за бортом.

И тут рука колдуна неожиданно взметнулась вверх. Указательный палец нацелился на удаляющийся корабль.

Ронин понял, что произойдет дальше.

— Не-е-ет!

Те же слова, что он произносил совсем недавно, чтобы вызвать магический огонь, сорвались с его губ, но на этот раз их произнес не сам колдун.

Пламя, больше, чем мог вызвать любой заклинатель, вырвалось из руки мага в сторону аэростата и ничего не подозревающих Войда и Наллина.

Огонь поглотил улетающий корабль. До Ронина долетели дикие крики гоблинов.

Пламя добралось до топливных баков — и аэростат взорвался.

Несколько горящих обломков полетело вниз, и рука Ронина бессильно упала.

— Ты не должен был этого делать! — громко, насколько позволяли силы, прокричал маг.

Ветер унесет звук взрыва, — отвечал ему безразличный голос. — Обломки упадут в глубокое ущелье, где редко кто-то бывает. Да и орки уже привыкли, что гоблины частенько гибнут во время своих опытов. Не бойся, друг мой, тебя не обнаружат…

Но в этот момент Ронин не думал о своей безопасности. Как ни странно, его взволновала гибель гоблинов. Одно дело смерть в бою, но смерть, на которую обрек своих непослушных слуг Десвинг, — это совсем другое.

В пещере ты почувствуешь себя лучше, — продолжил Десвинг, — этот ветер вряд ли пойдет тебе на пользу.

Заботливость дракона не смягчила гнев Ронина, и, тем не менее, он подчинился. Ему совсем не хотелось, чтобы очередной порыв сбросил его со скалы. Чем бы все это ни закончилось, дракон все же привел его к цели, и сейчас Ронин сознавал, что ему вряд ли удалось бы самостоятельно добраться до Грим Батла. В глубине души маг был уверен, что погибнет при выполнении этого задания, он надеялся, что это произойдет после того, как он искупит свою вину. Теперь, возможно, у него появился шанс…

Чудовищный рев прервал размышления Ронина. Колдун мгновенно узнал его. Это ревел дракон, молодой здоровый дракон. Драконы и орки. Они ждали его в глубинах горы. И он пришел к ним один.

Рев дракона напомнил магу о том, что он может погибнуть в любую минуту.


Человек оказался по-настоящему сильным. Сильнее, чем можно было предположить.

Снова приняв обличье лорда Престора, Десвинг размышлял о пешке, которую избрал для своей игры. Подчинить себе колдуна, которого недоумки из Кирин Тора послали на выполнение заведомо провальной миссии, оказалось проще простого. Их глупость обернется победой, его победой. Его оружием будет Ронин, хотя этот смертный и не подозревает, для чего его используют.

И все же колдун оказался гораздо упрямее, чем рассчитывал Десвинг. У этого смертного была железная воля. Хорошо, что, он исчезнет после того, как сыграет свою роль. Сильные личности производят на свет себе подобных. Сильные колдуны — сильных колдунов, таких как Медиф. Лишь одно, человеческое имя черный левиафан произносил с уважением — имя Медифа. Безумный, как гоблин, и такой же непредсказуемый, этот смертный обладал невероятной силой. Даже Крыло Смерти не хотел бы встретиться с ним в открытом поединке.

Но Медиф мертв, черный левиафан был в этом уверен, несмотря на слухи, которые последнее время бродили среди людей. Ни один маг не смог достичь высот колдовского искусства, которыми владел этот безумец. И не достигнет, если Десвинг сделает то, что задумал.

Что ж, если Ронин не желает слепо подчиняться, как подчиняются монархи Альянса, значит, он будет подчиняться против своей воли. Гибель двух никчемных гоблинов должна была послужить наглядным уроком для колдуна. Может, они и правда хотели только напугать заносчивого мага, но у Десвинга не было времени на такие шутки. Он приказал Криллу подобрать пару гоблинов, способных выполнить задание без всяких глупостей. Десвинг еще поговорит с ним после того, как тот выполнит свое задание. Черный дракон был очень недоволен выбором Крилла.

— Тебе лучше постараться, маленький жабеныш, — прошипел дракон. — Если не справишься, я сделаю с тобой такое, что ты позавидуешь своим собратьям с аэростата…

Десвинг выкинул гоблина из головы. Лорда Престора ждала встреча с королем Теринасом… по поводу принцессы Кэлии.

Облаченный в самый великолепный наряд, какой только мог позволить себе смертный аристократ, Десвинг любовался своим отражением в высоком зеркале в холле замка. Да, король до кончиков ногтей. Никто из смертных не обладал и сотой долей его величия, достоинства и силы. Их можно было только пожалеть. На Десвинга смотрел человек, воплощающий собой совершенство, которого не достичь никому из смертных. Дракон окажет людям услугу, положив конец их жалкому существованию.

— С-с-скоро, — многообещающе прошептал он. — Очень с-с-скоро.

Экипаж доставил Десвинга прямо к дворцу. Стражники отдали ему честь и немедленно открыли ворота. В парадном зале его встретил дворецкий и принес извинения за то, что король не может лично встретить его. Десвинг, окончательно войдя в роль молодого аристократа, для которого нет ничего важнее, чем мир между членами Альянса, не выказал недовольства. Напротив, он улыбнулся и попросил дворецкого проводить его туда, где король пожелает принять его. Престор не был удивлен тем, что Теринас не готов к аудиенции. Возможно, король еще не успел сообщить своей юной дочери о том, какое будущее ей уготовано.

Никто более не противостоял его восхождению на престол, еще несколько дней — и он станет монархом.

Оставалось лишь завладеть тем, что Десвинг считал идеальным средством для достижения своей цели. Что может укрепить его позиции лучше, чем бракосочетание с дочерью правителя одного из самых могущественных королевств Альянса? Конечно, не каждый из правящих монархов мог предоставить Десвингу такую возможность. На самом деле только у Теринаса и Дилина Праудмура имелись дочери, выросшие из пеленок и пока еще незамужние. Джейна Праудмур, однако, была слишком молода, а молодые люди, как подсказывал Десвингу его опыт, трудно контролируемы. Следовательно, свадьбу с дочерью Праудмура надо было ждать. Нет, самый подходящий вариант — дочь Теринаса.

Кэлия могла сочетаться браком только через два года, но что такое два года для вечного дракона? К этому времени Десвинг не только покончит со всеми не подчинившимися его воле драконами, но и займет ведущее положение в политике, которое поможет ему разрушить Альянс. Он сделает изнутри то, чего не смогли добиться воинствующие орки извне.

Дворецкий открыл перед Престором двери.

— Если мой господин соизволит подождать здесь, уверен, Его величество присоединится к нему с минуты на минуту.

— Благодарю.

Десвинг настолько был увлечен своими мыслями, что не сразу заметил еще две ожидающие персоны.

Облаченные в плащи с капюшонами, фигуры слегка поклонились в сторону вошедшего.

— Приветствуем тебя, лорд Престор, — прогремела бородатая фигура.

Десвинг едва не скривился в ответ. Он понимал неизбежность встречи с советниками Кирин Тора, но только не на территории дворца Теринаса. Правители различных земель Альянса были искусно настроены Десвингом против клана колдунов. Их враждебность должна была удержать советников от визита к королю Лордаэрона.

— Сир, мадам, приветствую вас.

— Мы надеялись, что встретимся стобой гораздо раньше, мой лорд, — ответила ему вторая фигура. Это была старая, по меркам людей, колдунья. — Молва о тебе распространилась по всем королевствам… дошла и до Даларана.

С помощью магии лица колдунов оставались практически невидимыми для окружающих. Десвингу ничего не стоило проникнуть сквозь магическую вуаль, но дракон решил не делать этого. Эту пару он уже знал, пусть и не поименно. Аура бородатого колдуна показалась знакомой дракону, видимо, они недавно входили в контакт. Фальшивый лорд заподозрил, что именно этот колдун попытался проникнуть сквозь паутину заклинаний, защищающих его замок. Десвинг, зная силу заклинаний, был удивлен тем, что этот человек все еще жив и стоит перед ним.

— Репутация Кирин Тора также широко известна, — парировал Престор.

— И с каждым днем известность эта распространяется все шире… но, должна сказать, нам не по душе такая репутация.

Колдунья намекала на его влияние на королей. Но бояться пока было нечего. Сейчас они принимали его за могущественного и двуличного колдуна, но даже не представляли, насколько он опасен.

— Я полагал, что, встречусь здесь с Его величеством один, — проговорил Престор, пытаясь сменить тему. — У Даларана есть вопросы к Лордаэрону?

— Даларан всегда старается быть в курсе всех важных событий, касающихся королевств Альянса, — ответила колдунья. — Однако мы не были приглашены на последнюю встречу глав королевств.

Десвинг мягкой походкой приблизился к столу, на котором всегда стояли бутыли с отменным вином, предназначенным для ожидающих аудиенции гостей. Пожалуй, вина Лордаэрона — единственный достойный товар этого королевства. Престор налил немного вина в один из стоящих на столе кубков.

— Да, Его величество не желал, вашего присутствия при обсуждении ситуации вокруг Олтрака. Я пытался переубедить его, но он был непреклонен.

— Тем не менее, результат нам известен, — обиженно буркнул бородатый маг. — Это твоя заслуга, лорд Престор. Наши поздравления.

Они не представились ему, он не представлялся им. Да, колдуны и правда приглядывали за ним. Естественно, настолько, насколько дракон им это позволял.

— Должен признаться, этот успех — сюрприз для меня. Я лишь старался сделать все, что в моих силах, чтобы удержать Альянс от распада, после того как лорд Перенолд повел себя не должным образом.

— Да, он повел себя недостойно. Никто от него ничего подобного не ожидал. Я знал его, когда он был еще молод. Немного трусоват, да, но он совсем не был похож на предателя.

— Твоя родина не так далеко от Олтрака, я права, лорд Престор? — вмешалась в разговор старая колдунья.

Тут Десвинг почувствовал первый укол раздражения. Эта игра уже не доставляла ему удовольствия. Что известно этой ведьме?

Не успел он ответить, как великолепно инкрустированные двери, ведущие в зал с противоположной от входа стороны, распахнулись и в зал ворвался король Теринас. Он явно был не в духе. За королем семенил белокурый малыш. Этот херувимчик всячески пытался привлечь внимание своего отца. Король бросил взгляд в сторону расплывчатых фигур колдунов, и лицо его помрачнело еще больше.

— Возвращайся к сестре, Артас, и постарайся ее успокоить. Я вернусь, как только освобожусь, обещаю.

Артас с любопытством поглядел на папиных гостей, потом кивнул и послушно направился к выходу.

Теринас сам закрыл за сыном двери и резко обернулся к колдунам:

— Мне казалось, я отдал распоряжение дворецкому проинформировать вас о том, что для вас у меня сегодня нет времени! Если у Даларана есть какие-то жалобы или протесты относительно того, как я веду дела Альянса, ваши представители могут передать все свои претензии в письменном виде через моего посла в Даларане! А теперь — всего хорошего!

Колдуны не двинулись с места. Десвинг торжествовал, хоть и не подал виду. Его влияние на короля не ослабевало даже тогда, когда дракон был занят другими делами, такими как миссия Ронина.

Мысли Десвинга были заняты его новой марионеткой, он надеялся, что униженные колдуны обидятся на Теринаса и без лишних разговоров покинут дворец. Чем скорее они уйдут, тем скорее он сможет вернуться к наблюдению за своим молодым партнером.

— Мы уйдем, Ваше величество, — прорычал бородатый колдун. — Но мы уполномочены сообщить тебе, что совет надеется на твое понимание. Даларан всегда был и остается твоим верным и надежным союзником.

— Когда это выгодно.

Колдуны проигнорировали едкое замечание Теринаса.

— Лорд Престор, — обратилась к Десвингу старая колдунья, — большая честь встретиться с тобой лично. Надеюсь, это не последняя наша встреча.

— Мы непременно увидимся еще.

Она не подала руки, он не предложил своей. Вот и все. Это предупреждение — они не будут спускать с него глаз. В Кирин Торе, конечно, не сомневались, что эта встреча заставит его насторожиться, даже вселит в него неуверенность, но для черного дракона все их угрозы ничего не стоили, он мог только посмеяться над ними. Пусть они сидят, сгорбившись над своими магическими сферами, пусть пытаются перетянуть на свою сторону правителей Альянса. Все их усилия приведут к тому, что человеческая раса станет относиться к ним еще более враждебно. А это на руку Десвингу.

Колдуны поклонились и покинули зал. Они не растворились в воздухе, хотя могли бы, и король это знал.

В конце концов, скоро это уже не будет иметь никакого значения.

Колдуны, наконец, ушли и король Теринас обратился к своему гостю:

— Покорнейше прошу прощения за эту сцену, Престор! Они выводят меня из себя! Вваливаются во дворец так, словно здесь правит не Лордаэрон, а Даларан! На этот раз они зашли слишком далеко…

Десвинг поднял руку, и Теринас замер, как вкопанный, замолчав на полуслове. Взглянув на двери и убедившись, что никто не войдет в зал и не увидит заколдованного короля, дракон в обличье аристократа подошел к окну и осмотрел двор. Десвинг терпеливо ждал, глядя на ворота, ведущие в королевскую резиденцию Теринаса.

Наконец в поле зрения дракона появились два колдуна. Они шли, склонив головы друг к другу, словно им не терпелось поделиться какой-то секретной информацией.

Десвинг прикоснулся указательным пальцем к стеклу и нарисовал на нем два круга. Круги стали выпуклыми и приобрели темно-красный цвет. Дракон произнес одно-единственное слово. Один из кругов на стекле скривился, превратившись в подобие рта.

— …вообще ничего! Он чист, Модера! Невозможно ничего уловить, абсолютная пустота!

Второй круг приобрел более деликатную форму женского рта:

— Может, ты еще не совсем поправился, Дренден. В конце концов, после шока, который ты пережил…

— Я здоров! Чтобы убить меня, нужно кое-что посильнее! И потом, я ведь знаю — ты тоже прощупывала его! Разве ты что-то почувствовала?

Женский рот недовольно скривился:

— Нет, не почувствовала… это означает, что он могущественный, очень могущественный… возможно, такой же могущественный, как Медиф.

— Наверняка он использует какой-нибудь сверхсильный талисман! Никто не обладает такой силой, даже Красус!

Интонация Модеры немного изменилась.

— А знаем ли мы, какой силой на самом деле обладает Красус? Он старше всех нас. А это что-нибудь да значит.

— Это значит, что он соблюдает осторожность… и он лучший среди нас, пусть и не глава совета.

— Это его выбор. Ему предлагали и не один раз.

Десвинг подался вперед, простое любопытство сменила настоящая заинтересованность.

— Кстати, чем он сейчас занят? Почему мы о нем ничего не знаем?

— Он сказал, что хочет выяснить кое-что о прошлом Престора, но я думаю, это не единственное, что его интересует. Никогда не поймешь, что у Красуса на уме.

— Что ж, надеюсь, ему удастся что-нибудь разузнать, потому что ситуация становится… Что это?

— Я чувствую покалывание в затылке! Уж не наш ли это…

Стоящий у окна дракон взмахом лапы быстро перечеркнул два выпуклых рта на стекле. Оконное стекло мгновенно разгладилось, и Десвинг отступил в глубь зала.

Женщина все-таки почувствовала посланное им заклинание, но отследить его источник она не сможет. Какими бы одаренными людьми ни были эти колдуны, дракон их не боялся, просто сейчас у него не было желания открываться перед этой парочкой. В игре с колдунами появился новый персонаж, и этот персонаж впервые заставил его немного задуматься.

Десвинг вернулся к Теринасу. Король стоял так, как оставил его дракон, — с открытым ртом и вытянутой рукой. Десвинг щелкнул пальцами.

— …я этого не потерплю! Я желаю немедленно разорвать с ними все дипломатические отношения! Кто правит Лордаэроном? Не Кирин Тор, что бы они там о себе ни возомнили!

— Да, Ваше величество, это будет мудрое решение. Но торопиться не стоит. Пусть они заявят протест. А потом начнете постепенно закрывать перед ними двери. Уверен, остальные королевства поступят так же.

Теринас одарил Десвинга усталой улыбкой:

— Ты очень терпеливый молодой человек, Престор! Я вышел из себя, раскричался, а ты взял и спокойно предложил мне выход! Мы собирались обсудить предстоящую свадьбу! Конечно, впереди еще два года, но обручение — это серьезный шаг, все надо детально спланировать! — Теринас пожал плечами. — Такова королевская доля!

— Я все очень хорошо понимаю, Ваше величество, — с легким поклоном ответил Десвинг.

Король начал рассказывать дракону о том, чем должен будет заниматься его будущий зять в ближайшие несколько месяцев. Взяв в руки бразды правления Олтраком, молодой Престор будет обязан присутствовать на всех встречах и приемах, дабы укрепить в глазах людей и монархов свой союз с Кэлией. Весь мир должен понять, что этот союз — начало великого будущего Альянса.

— А когда мы отобьем у проклятых орков Хаз Модн и Грим Батл, можно будет обдумать церемониал возвращения этих земель карликам! Церемонией будешь руководить ты, мой мальчик! Ведь ты так много сделал для того, чтобы не дать Альянсу развалиться, и, в конце концов, привел его к победе…

Теринас продолжал разглагольствовать, Престор его не слушал, он думал о своем. Какой смысл слушать старика, ведь он повторяет то, что вложил ему в голову Десвинг. Лорд Престор — герой или антигерой — будет вознагражден и, не торопясь, шаг за шагом, начнет уничтожать низшие расы.

Как бы то ни было, в данный момент Десвинга больше интересовала беседа двух покинувших дворец колдунов. Особенно упоминание об одном из советников Кирин Тора, о колдуне по имени Красус. Этот персонаж заинтересовал дракона. Он знал, что кто-то еще до Дрендена предпринимал попытки обойти ловушки, расставленные вокруг его замка. Одна из таких попыток разбудила Безудержный Голод — одно из самых древних и самых изощренных заклятий, когда-либо созданных мастером колдовского искусства. Опознал и то, что ловушка не сработала.

Красус… Не этот ли колдун сумел спастись от заклятия, которое было ровесником самого Десвинга?

Надо бы побольше узнать о тебе, Красус… — подумал Десвинг, с отсутствующим видом кивая в ответ на болтовню Теринаса.

Загрузка...