Лагерь волшебниц № 208 Том III

Интерлюдия I. Начало всего

Неказистого вида космический корабль спокойно летел в межзвёздном пространстве. На нём были явно следы значительных даунгрейдов и приспособление под крайне специфические задачи. Он был крайне простым по форме. Просто стальной шар с приделанным к нему прямоугольником.

У любого, кто взглянул бы на этот корабль возникло бы ощущение что место соединения этих двух сущностей не слишком надёжное. Но нет, уж что-что, а предел эксплуатации у этого колониального перевозчика был задран выше чего бы то ни было.

На импровизированном мостике сидел капитан корабля и следил за показателями. Он был здесь единственным бодрствующим человеком. Остальные были давным-давно помещены в криосон. Издержки того, что технология создания кораблей без использования магии была крайне необкатана. А послать экспедиции, ради поднятия престижа правительства нужно было здесь и сейчас, а не ждать, когда инженеры смогут сделать управление полностью автономным и автоматическим.

Капитан Дерделлен сначала матерился, а потом, потихоньку, смирился. Променял клетку тюрьмы на более большую, зато жрать можно когда угодно. Но он всё равно иногда в мыслях поносил «долбаных баб которые ничего не могут сделать нормально». Хоть проект колонизации антимагических туманностей пропагандировался как «от мужчин для мужчин», бабский дух первый и последний шовинист этого корабля чуял везде.

Ему сразу вспомнилась простая песенка, которую напевал ещё его дед. «Прилетай ты на фронтир, нет аномалий здесь и баб, здесь свободен будешь ты, здесь ты будешь всему рад». Как рассказывал дедушка, поначалу это действительно было правдой. А потом отработанный сценарий: замечена аномалия, вводится выход из селений по пропускам, налетают бабы, которые начинают аномалии выдаивать с помощью отринувших гордость мужиков.

Дерделлена можно было бы назвать необучаемым. Потому что несмотря на весь свой скепсис, он руководит одним из кораблей этого фарса. Или же, где-то в глубине его зачерствевшей душонки была надежда, что в этот раз всё будет по-другому. Ну, и свой интерес у него был. Ведь для него оставалось два пути: либо в тюрьму, либо эта сомнительная амнистия.

Корабль сверху донизу был набит «политическими». Теми, кто решил, что может сопротивляться чудо-бабам, которые при желании могут стереть город с за одну секунду. А кто-то даже и планету. И, что удивительно, примерно в равных половых пропорциях. Дерделлен уже присмотрел себе ту чернявую девушку, обладавшую агрессивной красотой. Наверняка в постели хороша, думал он, смотря на неё.

А потом вспоминал что к моменту прилёта уже будет не таким молодым, как сейчас. До субсветовой скорости разгоняться ещё долго, чтобы созданный на коленке прыжковый двигатель сработал.

Капитан усмехнулся про себя, когда вспомнил об этом детище инженеров. А именно приделанный к магическому двигателю преобразователь маны, работающий с огромными потерями, к которому подсоединён кристалл аномалии. И когда будет нужно, Дерделлен должен будет пойти и УГОВОРИТЬ девушку из кристалла помочь. Попахивает дикарством и древним шаманизмом, но такой ему дали корабль.

Именно поэтому он и не спит. Капитан, несмотря на все запреты, имеет магию. Собственно, за это его и хотели посадить. Говорят, такие как он из заключения уже не возвращаются. Даже такого слабого владеющего как он аномалия может послушать в обмен на ласку.

Капитан этого, разумеется, никак проверить не мог, но перспектива умереть от секса казалась ему отличным завершением жизни. Но всё равно в нём горела надежда что это всё ложь и пропаганда. Если это так, то скоро ему об этом узнавать.

Чего ему не сказали, так это то, что его жизнь в любом случае окончена. Если не от аномалии, то от пожирающего самого себя организма. Но пока слабенький фон кристалла, расходившийся по кораблю, давал необходимую подпитку, капитан был в безопасности.

Пора, сказал он сам себе и с похрустыванием костей, встал из чрезмерно удобного кресла. Шаги его отражались эхом от стен, что отделяли обитаемую часть корабля от жестокого и неизвестного космоса. Я выживу, говорил он себе, кораблём нужно будет управлять даже после прыжка, бабы слишком торопились выкатить эту новость к круглой дате покидания человечеством родной системы.

Перед этим он заглянул в ванную комнату. Если это его последний раз, то нужно уж прихорошиться, посчитал капитан. В зеркале на него глядели абсолютно усталые глаза человека, которому давно надоело жить, только он сам этого не понял. Сильная небритость пробивалась сплошной чернотой. Парочка шрамов на лице, которым меньше года, навевала воспоминания о его конце его карьеры контрабандиста и поимке. Капитану было достаточно умыться, чтобы посчитать, что он и так достаточно привлекателен. Лишь наденет парадную форму заместо этой простой.

Дерделлен практически уже не боялся, подходя к святая святых любого корабля, где парил здоровенный голубоватый кристалл. Его окружали три окружности, что нужно было запустить, дабы они улавливали ману и преобразовывали для использования прыжковым двигателем. И пусть он убедил себя, что всё хорошо, шаги его становились всё меньше и меньше.

Но капитан должен был исполнить этот долг. Не потому что хотелось. А потому что так было надо. Пусть он не получал от этого ровно ничего. А замороженные колонисты были для него не важнее насекомых. Он всё равно намерен был это сделать.

Дерделлен медленно шёл к концу своей судьбы, по дороге нажав на красную кнопку. Окружности начали постепенно разгоняться, готовясь исполнять то, ради чего были созданы. Капитан стоял уже вплотную. Один раз он ощутил дурман аномалии, что звал его вовнутрь. Примерно тогда же он лишился официальной работы как потенциально ненадёжный. Сейчас же не было ничего. Как будто создание магии решило не облегчать его путь, специально вынуждая его сделать всё самому. Он снял перчатку и медленно поднёс руку, всё ещё не коснувшись кристалла до конца. Последний решительный вдох.

Капитан оказался в странном, но успокаивающем месте. Бесконечный луг, окружённый горами. Видимо, выбирали самую бесполезную и неопасную аномалию. Здесь абсолютно нечего взять. Ветерок поднялся, перекатывая высокую и сочную траву из стороны в сторону, что безмолвно повиновалась его силе. И спустя некоторое время проявилась она.

Корона с алым цветком привлекательно смотрелась на коротких блондинистых волосах. Наивное и любопытное личико, открыто удивляющееся тому, что сюда пришёл мужчина. Лёгкое сероватое платье, скрывавшее но при этом подчёркивавшее грудь, было полно разноцветных ленточек, что подобно траве, указывали направление ветра. Босые ноги совершенно не беспокоили эту девушку.

— Я «Летний бриз», а кто ты? — подала она звенящий голосок первой, поддавшись любопытству узнать немного об этом неопасном человеке, прежде чем всё закончится.

— Капитан четвёртого колониального корабля, Дерделлен Теггер. Ты знаешь, зачем я здесь? — по сравнению с аномалией, его голос был способен уничтожить перепонки эстетствующей дамы, что слушает лишь одобренную высшими кругами музыку.

— Знаю — кивнула она — Я рожу от тебя множество детей, которых развоплотят на ману, чтобы этот корабль смог преодолеть законы физики. Ваши придумки как всегда показывают вашу внутреннюю сущность. — сказала аномалия свои мысли, не пытаюсь их скрыть.

Для капитана способ не был поразительным. Но сейчас он думал о другом. О том, что, возможно, впервые в жизни, он по-настоящему влюбился. Это могло быть влияние аномалии. Или, что проще, то что у него давно никого не было. Поэтому он сам не понял, как сказал следующие слова.

— И ничего нельзя с этим поделать?

Аномалия немного заинтересованно посмотрела на первого мужчину в её жизни. Это был бы радостный момент, ведь ожидание длиной в неизмеримое число человеческих жизней подходило к концу и она исполнит своё предназначение. Но знание о дальнейшей судьбе её потомства невероятно сильно омрачало всё это. Просто так ли он это сказал, думала она.

— Почему нельзя, можно. После того, как ты здесь умрёшь, проснётся волшебница, что продолжит управление и с помощью моей магии сможет организовать начальные условия для колонистов. Принеси мне её и сможешь совершить прыжок. Я отпущу тебя, подумай над тем, как желаешь погибнуть, человек. В моих объятьях, будучи героем, или в одиночестве, будучи предателем.

Так Дерделлен вновь оказался на корабле. Слова девушки не хотели уходить из его головы. Волшебница на корабле. Руки сами-собой сжались в кулаки. Разумеется, в этом они с аномалией схожи. Оба должны ненавидеть чудо-баб. Или хотя бы недолюбливать. Но то, что он сейчас должен был умереть, чтобы жила одна из их племени было просто непозволительно для Дерделлена. Плевать на миссию, плевать на всё. Он просто хотел увидеть то, как чудо-баба боится. Умоляет спасти её. Обещает подчиняться ему.

И, как ни странно, его настроения разделяли даже неодарённые девушки. Извечный вопрос: кто ты без своей магии? И большинство про волшебниц скажут: гниды и стервы. Но пока у них есть сила, никто слишком сильно не пискнет.

Дерделлен вернулся на капитанский мостик, где начал просматривать личные дела пассажирок. И пассажиров. Потому что неизвестно, под кого замаскирована неизвестная волшебница. При официальной процедуре он бы знал о ней с самого начала. Но сейчас же его бы использовали вчёрную и воспользовались плодами его «труда».

Как бы смешно это не звучало, но в свой последний раз капитан хотел показать всё, на что способен. Извечный конфликт инстинкта самосохранения и инстинкта размножения всё же склонял чаши в сторону первого. Мужчина на то и мужчина, что сам выбирает, на каких условиях он будет жить а на каких — умирать. Но он пообещал себе, что если не найдёт волшебницу, то вернётся в кристалл.

Его глаза сканировали файлы колонистов один за другим, пытаясь за что-то зацепиться. Наверняка та девушка прекрасно знает, где её естественный враг. Но почему же тогда не сказала? Этого Дерделлен не знал. Возможно, это было испытание лично для него.

Но он успел многим в жизни позаниматься. В том числе и проверкой документов. На третьем круге, когда он вошёл в некий транс, когда не видел ничего кроме бесчисленных биографий, он зацепился за мелочь, которая была столь незначительной, что никто бы и внимания не обратил. Дата сдачи семени не совпадала с возрастом. Пусть власть он считал дерьмовой, но в неё было всё отлично отлажено. И раньше положенного ничего в принципе сделать было нельзя.

Значит, всё же укрылась за маской мужчины. Ну что же, я тебя сейчас вытащу, стерва. Будет дуэль магов, хе-хе. Только одна после криосна а второй с промышленным ключом вместо заклинания.

Будучи на месте, он снова прислушался к себе. Хочет ли он посмотреть, как умрёт девчушка неопределённого возраста, чтобы жить дальше. И ответом всё ещё горело пламенное да. Даже если это всё обман, ему было всё равно. Хоть повеселится перед смертью.

Плохо он предположил, что на нём нет аномального дурмана. Просто он был тоньше и нежнее. Заставлял делать то, что было в характере и давным-давно хотелось. «Летний бриз» посмеивалась с людишек, что настолько плохо сопротивлялись ей. Однако, она с удивлением обнаружила, что её влияние не достигало этого человека. Да, он делал то, что ей хотелось больше всего, но по своей собственной воле. Но почему, спрашивала она, ведь они оба люди!

Большинство человечества посмеялось бы с наивности этой аномалии. Волшебницы кто угодно, но не люди. Если бы наступила возможность — владеющих магией бы вырезали в течении одной ночи. Но, к сожалению или к счастью, человечество продолжало жить под диктатом волшебниц, и лишь украдкой передавать легенды о временах, когда магия была запрещена.

Дерделлен тем временем нанёс первый удар по телу в открывшейся капсуле. Никакой спортивности, никаких правил, никакой жалости. Существо перед ним, если опытное, может даже с размозжённой головой жить. И судя по скулежу, что раздался после удара, это недалеко от истины. Волшебница ещё не понимает, что происходит и почему. Ничего, потом поймёт. Но сейчас упиваться властью слишком опасно.

Игнорируя наивные вопросы «за что» и «почему», Дерделлен перебивал ей локти и коленные чашечки. А потом ломал рядом. А потом ещё. И ещё! ЕЩЁ! Вся ярость, неприязнь, ненависть, презрение на весь род волшебниц выливалось на одну её представительницу. И она не была способна выдержать животную суть оскотинившегося в том числе по вине её коллег человека.

— Если ты сможешь встать, то я больше не буду тебя бить. — спокойным тоном сказал спустивший пар Дерделлен. И волшебница попыталась. Боязнь новой боли вытеснила даже волю сражаться и все её знания. Аномалии жестоки как дети, да. К их проказам волшебница давно привыкла. Но не к жестокости умного взрослого, что интуитивно знал анатомию и психологи.

Но волшебница смогла. Воистину нечеловеческий поступок, встать с обращёнными в пыль костями в ногах. Делала это медленно, постоянно падая обратно, ещё больше вредя себе. Но она стояла перед ним. И по чистой случайности позволила себе небольшое превосходство во взгляде. Этого Дерделлену было достаточно, чтобы в ту же секунду повалить её на пол и перебить позвоночник.

— Извини, я передумал — заляпанный кровью мужик и спокойный голос создавали нечто первобытное, неизвестно как затесавшееся в просвещённое время покорителей космоса. Парадный мундир с аксельбантами и золотыми цепями был испорчен, но при этом смотрелся в таком стиле как-то по новому и при этом потрясающе естественно.

Он схватил волшебницу за руку и потащил за собой по полу, оставляя кровавые разводы на пути. Она всё ещё была жива и беззвучно плакала от боли. Это его не заботило. Перед ним было лишь искусно замаскированное под человека чужое существо. И сейчас нужно отдать его точно такой же притворщице, чтобы настоящий человек остался жив.

И всё-таки капитан не сдержался, когда подошёл вновь к кристаллу. Со всей своей силы размахнулся и кинул тело волшебницы прямо аномалии. А ели бы не поймала, волшебница наверняка бы издала ещё больше булькающих звуков, в которые превратились её мольбы после того, как он пару раз наступил на её лицо тяжёлым сапогом.

Но, к сожалению, девушка исчезла, не почувствовав удара. Дерделлен решительно проследовал вовнутрь аномалии, чтобы посмотреть на конец этого существа. И был весьма удивлён, когда девушка-аномалия посмотрела на него со страхом. Она же сама этого хотела!

— Вот волшебница — сказал очевидное Дерделлен — Когда я смогу совершить прыжок?

Аномалия глядела на человека. И не видела в нём ни капли жалости или раскаяния за совершённый поступок. Сделать это для него было так же просто, как ещё один раз вздохнуть. А ведь ей хотелось не этого. Аномалия желала видеть муки совести, как человек выбирает себя, а не другого, как решается на принесение девушки в жертву. К сожалению, не было в ней понимания того разрыва, что имелся меж людьми.

Но не в её правилах было забирать слова назад или врать. Она же не человек, чтобы так делать. Волшебница ей была не нужна. Поэтому она спокойно подарила ей быструю смерть, сломав шею за менее чем секунду и отпустила капитана. Тот вновь врубил сборщик маны и пошёл на свой мостик, проверять, всё ли готово. Кнопка прыжка загорелась зелёным и он с усилием, ведь она была создана против случайных нажатий, вдавил ей на полную.

Лишь через несколько дней постоянного пересчитывания курса и несколько сотен преодолённых световых лет он увидел планету с шестью ярко выделяющимися континентами и далеко зашедшими полярными шапками. Колониальный корабль на место прибыл.

Загрузка...