Князь Андер Арес. 8 книга

Глава 2

— А что именно тогда произошло? — спросил я у Каруса.

Информация о судьбе Арес, о том, как поступили с ней мои предки… это было слишком. Даже несмотря на мои непростые отношения с её духом…

Карус посмотрел на меня задумчиво.

— Андер, ты хоть и молод ещё, но должен понимать, что война это всегда грязь, — медленно произнес он. — И ничего там не было хорошего. Мы воевали за Арес не потому, что любили её. Мы сражались, потому что она обещала нам свободу.

Он замолчал, давая мне время осознать услышанное.

— Она обещала, что боги, или как они себя называли финары, будут обходить Грею стороной. Что мы будем жить сами по себе. Вефнир же возглавлял фракцию богов, которые считали иначе. Если максимально упростить, то для них все смертные лишь ресурсы. Мы должны подчиняться им, жить по их законам, служить им и умирать за них.

Я наклонил голову, внимательно глядя на него.

— И вы верили, что Арес выполнит обещание? — спросил я.

Карус горько усмехнулся.

— А разве у нас был выбор?

Вопрос повис в воздухе.

— Ладно, — выдохнул я, принимая этот факт. — С мотивами разобрались. Но как погибла Арес? Вернее, как она вдруг стала смертной? Ты сказал, что боги запретили вмешиваться, но… как сам процесс выглядел?

Карус снова перевел взгляд в небо, и мне подумалось, что он сейчас вспоминает… переживает те дни.

— Битва происходила повсюду, — начал он рассказ. — Высоко в небе, там, где даже драконы не могли летать, потому что воздуха не хватало, а холод убивал мгновенно. Вот там, в черной пустоте, шло сражение богов. Мы видели лишь вспышки… ослепительные взрывы, от которых содрогалась земля под ногами. Когда «умирал» бог или тратил колоссальное количество энергии… мы надеялись, что энергия устремится не в нашу сторону. Потому как там, куда она попадала, образовывались огромные воронки. — Он перевел дыхание. — Но мы тоже не сидели без дела. Внизу, на земле, сражались мы. Драконы, эльфы, гномы, люди и сильнейшие представители других рас. Мы бились против тварей, монстров и… полубогов.

— Кого? — тут же переспросил я. В бестиариях и хрониках я такого не встречал.

— Нефилимы, — произнес Карус с отвращением. — Это раса, которая была очень близка по силе к богам. Мне рассказывал отец, что Вефнир привел их из другого пространства… из другой вселенной. Как он склонил их на свою сторону, я не знаю. Но они были чудовищно сильны. Каждый из них стоил армии. И, более того, многие из них остались на Грее после финального сражения.

— И что с ними стало? — спросил я. — Если они были так сильны, почему их нет сейчас? Или они прячутся?

— Их уничтожили Вестники смерти, — ответил дракон.

— Вестники? — я удивился. — Но ты же сказал, нефилимы были почти богами. Почему Вестники смогли их убить? Вернее, как…

— Не торопись. Я всё расскажу, но постепенно. Война вестников и нефилимов произошла из-за того, что они не смогли поделить территорию Пустоши, — ответил Карус. — Понимаешь, Андер, после того великого сражения мы, победители, заключили договор. Мы были истощены. У нас не было сил добивать врага.

Он скривился.

— Мы договорились с нефилимами, вестниками и теми человекоподобными тварями, что воевали за Вефнира. Земля, на которой происходило основное сражение, была, если так можно выразиться, отравлена магией. И тогда же она получила название Пустошь.

— Не поверю, что у вас не было сил уничтожить их пока они были ослаблены? Оставить такого врага у себя под боком…

— Потому что мы не хотели больше воевать! — рявкнул Карус, и в его голосе прорвалась старая боль. — Миллионы жизней были уничтожены! Вефнир был, как мы тогда думали, повержен и запечатан. Мы тогда просто не думали, что он сможет вернуться. Арес, лидер нашей фракции, тоже была низвержена и лишена сил. Мы думали, что нефилимы и вестники со временем ассимилируются или вымрут. Мы надеялись, что они будут стараться интегрироваться в нашем мире, станут просто еще одной расой. — Он покачал головой. — И поначалу так и было. Они грызлись между собой, делили остатки ресурсов. Но не прошло и ста лет, как у них началась внутренняя война. Мы не вмешивались в их дела, считая пусть убивают друг друга, нам же меньше работы. Но, как оказалось, зря.

— Почему? — спросил я, уже догадываясь, что ответ мне не понравится.

— Потому что вестники провели ритуал, — голос Каруса стал ледяным. — Они убили всех нефилимов. И используя их кровь они смогли разрушить одну из печатей, сдерживающих Вефнира. Когда мы узнали об этом… когда поняли, что происходит, и собрали армию, чтобы положить конец вестникам… было уже поздно.

— Поздно для чего? Они стали слишком сильны?

— Паучье озеро, — произнес дракон, словно выплюнул проклятие. — Раньше это было просто место битвы. Теперь… Рядом с ним вестники становятся в десять раз сильнее. Энергетика этого места изменилась, приоткрыв врата Вефниру.

— Получается, пока вестники в Пустоши, их не победить? — попытался я осмыслить масштаб угрозы.

— Нет, их сила увеличивается только у озера, — поправил меня Карус. — На границах они просто сильные твари, с которыми можно справиться.

— Так в чём проблема? — я не понимал. — Если они сильны только у озера, почему мы не можем зажать их там, оцепить и методично уничтожить издалека? Артефактами, магией?

— Причина в зове, — ответил Карус, и в его взгляде я увидел тень страха.

— Зов… — повторил я.

— Андер, не всё так просто. Зов, это не только нападение, но и защита тварей Пустоши. Всем, кто обладает настоящей силой…

— Что ты имеешь в виду?

— Если в Пустоши появляется сильный одаренный рангов «S» и «SSS»… чем ближе он подходит к озеру, тем выше вероятность, что Зов заберёт его. Мы теряем контроль над телом, разумом и просто проваливаемся в небытие, и после нас остаётся только противный запах серы.

Тогда я вспомнил свою недавнюю вылазку.

— Погоди, а как же тогда охота? Я же был в Пустоши с Миленой, и мы заходили довольно глубоко, но никакого зова я не ощущал.

— С тобой была Вестница, — ответил Карус. — Пока кто-то из них рядом, пока ты под защитой её ауры или договора, зов считает тебя «своим». Или по крайней мере не трогает. Но стоит ей исчезнуть, стоит договору нарушиться… — Он посмотрел на меня очень серьезно. — То лучше как можно быстрее убираться из Пустоши.

— «Почему Милена мне этого не рассказывала в подробностях?» — задался я вопросом, и посчитал, что видимо эта информация относится к той, которую я должен был узнать именно здесь.

Мне понадобилось время, чтобы переварить полученную информацию, и Карус ждал, когда я буду готов слушать дальше.

— Лучше скажи вот что, — попросил я. — Мне в Академии, как и другим студентам, рассказывали, что Пустошь не раз разрасталась. Взять хотя бы Великие стены. Это ведь не первый раз, когда твари прорывают периметр?

— Верно, — кивнул Карус. — Не первый.

— Тогда как мы загоняли тварей Пустоши обратно за стены? — спросил я. — Если у озера они непобедимы, а сильные маги не могут подойти близко из-за зова… Как удавалось восстанавливать границу?

Карус помолчал.

— Неся потери, — ответил он тихо.

— В смысле? — не понял я.

— В прямом, Андер. Каждый раз, когда Пустошь расширялась, нам приходилось платить кровью. Каждый день войны, пока мы оттесняли тварей, зов забирал кого-то из высокоранговых. К слову, он очень избирателен и предпочитает забирать драконов. И как бы страшно это не звучало, мы его лакомый кусок.

— Погоди, — произнёс я. — Ты хочешь сказать, что именно поэтому вас так мало осталось? Вы принесли себя в жертву, чтобы загнать тварей Пустоши назад?

Карус медленно кивнул.

— Можно сказать и так, — ответил он. — Но ты забываешь одну деталь, Андер. Долгое время на Грее не существовало защиты от зова. У нас просто не было выбора, кроме как воевать с тварями Пустоши лоб в лоб. Мы несли колоссальные потери. Вестники, к слову, тоже. Но когда эльфы, наконец, изобрели архил и научились добывать арихалковую энергию, мы прекратили активные боевые действия.

На некоторое время между нами повисла тишина.

— Почему вы не использовали архил для войны с тварями? — спросил я. — Если у вас появилась защита, вы могли бы добить их. Очистить Пустошь раз и навсегда.

Карус покачал головой.

— Потому что нам это было больше не нужно. Вернее, не так… — Он сделал паузу подбирая слова. — Андер, мы чуть не вымерли как вид. Ты не представляешь с какой скоростью мы теряли своих сородичей. Вестники с каждым сражением становились сильнее. Это было похоже на безумную гонку. Стоило кому-то из них убить в бою дракона или «SSS» рангового одарённого другой расы, как эта тварь становилась в разы мощнее. Её атаки ускорялись, плотность магии возрастала, а оперирование чарами выходило на какой-то запредельный уровень. Я до сих пор не знаю, как именно это происходило, но факт остаётся фактом, наши смерти делали их сильнее.

Я слушал его и чувствовал, как по спине бегут мурашки. Разумеется, я не стал озвучивать свою догадку вслух, но, кажется, я знал почему вестники становились сильнее. Всё дело в том, что у них тоже был свой аналог «божественного механизма». Другого логичного объяснения тому, как они могли мгновенно ассимилировать силу убитых врагов, просто не существовало. Они «лутали» нас. Получали опыт, повышали уровни, открывали новые навыки. Прямо как я.

Эта мысль была неприятной.

— Я так понимаю, эльфам тоже не нужно воевать и лить кровь, потому что у них есть архил? Да? — спросил я.

— Всё верно, — подтвердил Карус. — Они защищены от зова. Они создали барьер и закрылись в своих лесах. Им этого достаточно.

— Но они могли бы дать архил людям! — с раздражением сказал я. — Чтобы люди под его защитой уничтожали вестников. Это же логично! Чужими руками жар загребать, это же в духе ушастых, так почему…

Карус посмотрел на меня с грустной усмешкой.

— Мы тоже предлагали им это. Но эльфы ответили отказом. Их аргумент был по-своему циничен. Они сказали, что людей и так слишком много. А твари Пустоши, хоть понемногу, но сокращают вашу популяцию. Они считают это… необходимым балансом.

Это было, мягко говоря, неприятно слышать. Хотя, если отбросить эмоции, логику в действиях эльфов я понимал. Они долгожители, их мало. Люди плодятся как кролики и живут короткую, но яркую жизнь, стремясь хапнуть всё, до чего дотянутся. По сути, остроухие боятся за свой вид. Сейчас у всех общий враг… Пустошь. На её фоне все другие разногласия меркнут. Но убери Пустошь, дай людям безопасные земли… и наверняка, может не сразу, а через сотни лет, человечество решит, что эльфы лишние на этой планете. И просто задавит их числом.

Вот только мне было непонятно одно.

— Неужели они не боятся момента, когда пробудится Вефнир? — спросил я. — Если он вырвется, никакие леса их не спасут.

— Думаю, они надеются договориться с ним. — И тут же добавил. — Но это только моё предположение. Никто из эльфов ни разу при мне не произносил таких слов.

Я решил сменить тему.

— Ладно, если честно, про остроухих ублюдков я совсем не удивлен. — Услышав моё обзывательство, Карус поправил прядь волос, показав свои острые уши, и хищно усмехнулся. — Ой, ладно тебе. Ты прекрасно понял о ком я.

— Не мог удержаться, — ответил Карус. — Мы такие серьёзные разговоры ведём, захотелось немного разрядить обстановку.

Я кивнул, после чего спросил.

— Скажи, а почему вестники и нефилимы не ушли на свои планеты после поражения? Если они пришлые, зачем им оставаться в выжженной Пустоши?

— Потому что у нефилимов не было той силы, что была у Вефнира. Они не могли самостоятельно открыть стабильный портал в другую вселенную. Без своего хозяина они оказались заперты здесь. А что касается вестников… Планета вестников была уничтожена в той войне. Им просто некуда было возвращаться.

— Откуда ты это знаешь? — удивился я. — Они же враги.

— Они сами это рассказали, — ответил Карус. — Почти сразу, когда закончился бой богов. Было короткое перемирие, время осознания того, что произошло.

— О, как… — протянул я. — И чем он закончился? Тот бой богов?

Карус нахмурился. Воспоминания явно давались ему нелегко.

— Шёл бой… — начал он. — Как я уже сказал, и в небе, и на Грее, а может, и у других планет одновременно. Но главное пламя разгорелось здесь, потому что здесь, на нашей земле, сошлись Арес и Вефнир. Лилась кровь, взрывались города по всей планете, обрушивались километровые волны на континенты, смывая всё живое.

Он сделал паузу, сглотнул, словно в горле пересохло.

— А бой… бой не прекращаясь шёл несколько месяцев. Мы не знали ни сна, ни отдыха. Вефнир… он был чудовищем не только по силе, но и по сути. Он поднимал орды нежити прямо посреди сражения. Из наших же собратьев! Тех, кто ещё вчера прикрывал нам спину, с кем мы делили небо и пищу… но погиб. А утром ты мог скрестить с ним клинок, и видеть, как в его пустых глазах горит этот проклятый фиолетовый огонек.

Я представил это. Драконы-зомби, нежить с силой «S» и «SSS» ранга, и мне стало страшно. Вспомнился сериал «Игра престолов», и как главный белый ходок поднял дракона.

— «Не хотел бы я увидеть это в живую», — подумал я.

— В какой-то момент, — продолжил Карус, — прямо в центр сражения с неба свалился Вефнир. В своём истинном обличии. Следом появились ещё боги, занявшие тела аватаров. И, к сожалению, они сражались за Вефнира. Силы были неравны, и мы думали это конец.

Карус поднял взгляд к небу.

— И тогда появилась Арес. Тоже в своём истинном обличии. И знаешь, Андер… это было не спасение. Несколько сотен бойцов и с нашей, и со стороны врага — просто не выдержали. Не её атак, нет. Они не выдержали её… присутствия.

Он посмотрел на меня с ужасом, который не стёрли тысячелетия.

— Они просто сгорели. Осыпались прахом, как сухие листья в лесном пожаре. Сама аура истинного бога в боевой форме была несовместима с жизнью смертных. Мы умирали просто от того, что стояли рядом. Вот что такое война богов, Андер. Мы для них даже не пешки. Мы пыль под ногами, которая сгорает, когда они делают шаг.

Он замолчал, а я хотел подробностей.

— Вопрос встал уже не о том, как нам сражаться, а как банально выжить, — произнес Карус, глядя сквозь меня, как мне показалось… в прошлое, которое я не мог даже представить. — В тот момент, когда боги начали бой, мы… все смертные, кто был на поле, создали совместный щит. Это был жест отчаяния. Кто-то, конечно, попытался покинуть зону битвы, сбежать, пока пространство не схлопнулось, и единицам это удалось. Многие погибли. Но большинство понимало, что через столь плотную стену энергии они не смогут телепортироваться. И среди оставшихся был и я. — Он замолчал, словно подбирая слова, чтобы описать тот ужас. — Поэтому, объединив энергию, мы укрылись под единым куполом. Вестники, драконы, нефилимы, эльфы, человекоподобные твари, люди… Мы все стояли плечом к плечу. Враги и союзники… В тот миг это не имело значения. Мы просто пытались защититься от ударных волн, которые разрывали реальность. От своих богов и от чужих.

Карус перевел взгляд на меня.

— Я уже говорил тебе, Андер. Боги считают себя высшими созданиями. Они не считаются со смертными. Мы для них всё равно что муравьи под сапогом. И только.

Я кивнул, не перебивая. Картинка вырисовывалась жуткая. И просто представить не мог, что там творилось, раз две армии, ещё некоторое время назад рвавшие друг другу глотки, теперь жались друг к другу.

— Само сражение… — продолжил Карус. — Арес, пока расправлялась с аватарами богов, получила ранение. Но эти сосуды сделали своё дело, они выиграли время для Вефнира. Он был ранен, у него отсутствовала рука, но он ждал момента.

— А как он выглядел, этот Вефнир? — не удержался я от вопроса.

— Как человек, — тут же ответил Карус пожав плечами. — Ничем не отличался, как, в принципе, и Арес в тот момент. Они атаковали друг друга чудовищными по мощи заклинаниями, изредка переходя в ближний бой, от которого дрожала земная кора. И Арес однозначно побеждала. Так мне казалось. Она загнала его в угол, предложила сдаться, но тот лишь рассмеялся.

Дракон поморщился, вспоминая.

— А когда появились союзники Арес, тоже в истинном обличии, Вефнир сделал ход, которого никто не ожидал. Он не стал защищаться. Он послал в одного из пришедших сторонников Арес огромный черный луч и неизвестный бог был убит мгновенно. И в ту же секунду… рука Вефнира отросла. Он словно впитал силу павшего. Бой вспыхнул с новой силой, и перевес качнулся в другую сторону.

— «Ага, — подумал я, быстро анализируя услышанное. — Видимо, благодаря божественному механизму Вефнир обработал энергию убитого бога, восстановив жизнь и ману».

Я мысленно обратился к своей системе, которая обычно молчала в такие моменты.

— «Сис, а ты это помнишь? Этот момент?»

— «Да, — ответил бесстрастный голос в моей голове. — Но я не знаю, что было дальше. Мои воспоминания обрываются на моменте подготовки ритуала запечатывания».

Я вернулся к реальности, продолжая слушать Каруса.

— Сражение возобновилось. В какой-то момент Вефнир убил ещё одного бога. Просто стер его. И тогда Арес, видимо, поняла, что грубой силой этот бой ей не выиграть. Размен был не в её пользу. Она активировала подпространственную магию, сложнейший конструкт. Она пыталась загнать Вефнира в ловушку, в карманную реальность, и запечатать его там навечно. Тогда-то её и поддержали другие. Тринадцать богов объединили усилия, накладывая божественные печати поверх ловушки Арес. Это должно было стать идеальной тюрьмой. Но… в решающий момент, когда нужно было замкнуть контур и выйти, боги перестали подпитывать ритуал. Они просто оборвали связь.

— Предали? — спросил я.

— Они закрыли дверь снаружи, пока она держала её изнутри, — в своеобразной форме объяснил дракон. Но, по сути, я был прав. — В центре этого шторма осталась Арес. Её использовали как замок. В итоге откат от ритуала и закрытие печатей ударили по ней. Она потеряла свою энергетическую… божественную сущность. Её выбросило обратно в наш мир, но уже человеком. — А что боги? — спросил я. — Они просто ушли?

— Остался один. Тогда я не знал, как его зовут, но потом мне представилась такая возможность. Звали его Януш. Он спустился к ней пока она лежала в кратере. Он что-то сказал Арес. Она закричала в ответ, с такой болью и ненавистью. Вот только говорили они на неизвестном мне языке, поэтому сути спора я не знаю. Но, — сделал Карус паузу, — думаю, несложно догадаться, что Арес была крайне недовольна предательством.

Я кивнул, но мне было интересно получить ещё один ответ.

— А как тогда Арес оказалась у моих предков? — спросил я, пытаясь свести концы с концами. — Если вы были там, почему не забрали её?

— Не знаю, как она добралась до людей, — покачал головой Карус. — Как я уже говорил, боги не считали нас ровней, и когда бой закончился, Арес ушла оттуда, не проронив ни слова в нашу сторону. Мы были слишком измотаны, чтобы остановить её. Уже позже, когда мы пришли в себя, я узнал, что Арес находится у твоих предков. Мы с отцом собирались забрать её. Мы помнили кто она такая, и хотели обеспечить ей защиту. Но когда мы подлетели к землям твоего рода… к нам явился Януш.

— Сам бог спустился к вам? — удивился я.

— Да. Он преградил нам путь. Не силой, но своим присутствием.

— Что он сказал?

— Чтобы мы не вмешивались. Сказал, что Арес выполняет своё предназначение, и любой, кто помешает, будет уничтожен.

— Предназначение? — скривившись переспросил я.

— Да, так он сказал…

— Но какое? Быть маткой для маленьких Аресов? Рожать детей для жадных до власти князьков?

— Я не знаю, — ответил Карус. — Но, видимо, Януш знал больше нас. Возможно, он видел варианты будущего, которые были скрыты от нас.

— С чего ты так решил? — скептически спросил я. — Может, ему просто было плевать?

— Потому что только кровь Арес, — дракон посмотрел мне прямо в глаза, — только она даёт защиту от зова. Ты единственный «S» ранговый одарённый, который может посещать Пустошь не боясь, что зов заберёт тебя. И хоть защита не распространяется на слабых, но таков мир. Мир, в котором выживают сильнейшие.

Мы ненадолго замолчали. Мне нужно было переварить эту информацию. Получается, мои предки, совершив чудовищный поступок, невольно или по замыслу этого Януша создали оружие против главного врага всего живого.

— А ты уверен, что Арес брали силой? — спросил я.

— Так сказал Януш.

— Стоп, так ты этого не знаешь? Не расспрашивал моих предков об этом?

— Нет. Но зачем ему врать? — спросил Карус.

— «И впрямь, зачем?» — подумал я.

— Ладно, опустим этот момент. Всё-таки я хочу верить, что мои предки… в общем, что всё у них было по любви.

— Я понимаю, — сказал Карус. Он начал подниматься со своего места.

— Скажи, всё, что я сейчас услышал касательно того сражения… я могу рассказать своим родным? — спросил я.

Он задумался.

— Думаю, да, можешь. Это не великая тайна, скорее — забытая история. Но подумай сам, Андер, будет ли им это полезно знать? Знание о том, что их божественная прародительница была предана и использована… это может пошатнуть многие устои.

— Не знаю, — честно ответил я. — Однако я думал, что вместе мы сможем подтвердить или опровергнуть твои слова.

И я уже знал, мысленно отправиться поискать информацию на месте захоронения Арес. Быть может, там я смогу найти более приятную правду.

В этот момент камень, который дал мне Карус для связи с родней, нагрелся в кармане. Я достал его и артефакт активировался, проецируя небольшое, чуть дрожащее изображение.

Я увидел взволнованное, бледное лицо Сэма.

— Андер! — произнёс серьёзным тоном он. — Ты меня слышишь?

— Да, Сэм, что случилось? — спросил я.

— Королевство Клиф официально объявило войну Ирвенту. Валадимир собирает знамёна. Вражеские отряды идут через земли орков в нашу сторону.