Князь Андер Арес. 8 книга

Глава 14

— Ну, мы так и будем ехать молча? Или тебе нельзя со мной говорить? — прервал я затянувшуюся паузу и, усмехнувшись, откинулся на спинку кожаного сиденья. Колеса кареты постукивали по идеальной брусчатке столицы, а чары мягко скрадывали любые неровности, получше всяких рессор.

Алекс Стронг, сидевший напротив, оторвал взгляд от занавешенного окна. Глава королевской разведки посмотрел на меня своим пронзительным взглядом, от которого обычные люди начинали нервно сглатывать. На меня же это совершенно не действовало.

— Король хочет, чтобы ты присутствовал при переговорах, — лишенным эмоций голосом произнес он.

Я чуть не поперхнулся воздухом от неожиданности.

— Каких еще переговорах? Ты ж говорил король хочет поговорить… — Я сделал паузу. — Что пришла сова и…

— Не хотел говорить при гноме, — ответил Стронг. — Эти переговоры не официальны. К тому же, если представить, что совой выступил лично князь Селани, то я тебя больше ни в чём не обманул.

— Селани в Ахилесе?

— Да, Меньриэль Селани и есть посол, и он здесь, — сказал Стронг, складывая руки на груди.

Я уставился на него, пытаясь переварить услышанное.

— Ты же не шутишь? — спросил я.

— Нет. Сейчас он стоит на телепортационной площадке. У него в руках белый флаг. Защитный барьер мы не снимаем, — пояснил Алекс, чуть качнув головой в такт движению экипажа. — Сам понимаешь, что может произойти, если одаренный «S»-ранга вдруг окажется в самом центре столичного дворца без контроля.

— Не объясняй, — отмахнулся я, потирая переносицу. — И так тошно.

Мы снова замолчали.

— Можешь рассказать в деталях, что происходило у ущелья Адитон? — вдруг спросил разведчик. Его тон стал чуть более вкрадчивым.

Я открыл глаза и посмотрел на него в упор. В памяти моментально вспыхнули крики сгорающих заживо эльфов, запах паленого мяса и пепел, оседающий на чешую.

— Не хочу об этом говорить, — отрезал я, отворачиваясь к окну. — Уверен, твои ищейки тебе уже всё в красках доложили.

Стронг не стал ни опровергать мои слова, ни соглашаться с ними. Он просто молча кивнул, принимая отказ.

— А почему дернули именно меня? — задал я мучивший меня вопрос. — Где остальные «S»-ранговые? Где Гром, где Милена?

— Ты оказался ближе всех, Андер, — просто ответил Алекс.

— Ясно, — скривившись сказал я. Решил нажраться с горя в столице, будь добр работать переговорщиком.

Остаток пути прошел в тишине. Экипаж плавно затормозил, когда мы въехали на территорию дворца Зари. Дверца открылась, запуская внутрь прохладный утреней воздух. Я спрыгнул на мощеную дорожку, машинально поправив с помощью иллюзии свой внешний вид.

Нас уже ждали. У широких мраморных ступеней стояли королева Людмила и принцесса Инна. Я шагнул вперед и вежливо поклонился, как того требовал этикет. Женщины ответили изящным синхронным реверансом, их шелковые платья тихо зашуршали.

— Спасибо за службу, Алекс, — произнесла Людмила с легкой улыбкой. — Дальше мы с Андером сами пройдем.

Я кивнул Стронгу. Глава разведки развернулся на каблуках и ушёл.

— Ваше величество, Ваше высочество, — произнес я, предлагая королеве локоть. — Это огромная честь для меня, что Вы решили лично стать моими провожатыми.

Людмила легко оперлась на мою руку, и мы неспешно пошли по широкой аллее к главному входу.

— Андер, брось говорить эти пустые слова, — тихо перебила меня королева. — По тебе же кристально ясно видно, что ты сейчас вообще никого не рад видеть. И нас в том числе.

Я покосился на Людмилу. Инна шла чуть позади, сохраняя молчание, но я кожей чувствовал ее внимательный взгляд.

— Порой меня откровенно удивляет Ваша проницательность, — усмехнулся я, не став отпираться. — Вы правы. И да, Вы откровенно оторвали меня от крайне приятного времяпрепровождения.

— Никогда не понимала этого мужского желания пить до свинячьего визга, пытаясь утопить проблемы на дне кубка, — заметила Людмила.

— До свинячьего визга мне было еще очень далеко, — парировал я. — Мой организм требует куда больших вливаний, чтобы хоть немного затуманить мозги.

Мы вошли в дворцовые коридоры. Королевские гвардейцы, стоявшие на постах, мгновенно подтягивались при нашем приближении. Благодаря своим возросшим способностям я отчетливо читал их эмоциональный фон, и негатива я не чувствовал. Наоборот, ощущал восхищение, симпатию, любопытство.

Вскоре мы вышли на галерею, которая вела к закрытой площадке дворца Зари. Там, в центре зала, мерцал переливчатый голубоватый купол защитного барьера. Возле него, заложив руки за спину, стоял король Валадимир. Он о чем-то напряженно разговаривал с фигурой, находившейся внутри силового поля.

Мой слух выцепил обрывки фраз еще за добрых двадцать шагов. Речь шла о гарантиях безопасности.

Я отпустил руку королевы, коротко кивнул дамам и шагнул к барьеру, вставая рядом с Валадимиром.

По ту сторону энергетической стены стоял Меньриэль Селани.

— Давно не виделись, остроухое уёбище. Помнится, ты сбежал из Виндара только пятки сверкали, — поприветствовал я посла, не скрывая сарказма в голосе.

Селани даже не моргнул. Его губы дрогнули в презрительной усмешке.

Боковым зрением я заметил шок на лицах Людмилы и Инны. Видимо, контраст в моём поведении стал для них ошеломительным.

— Это звание можно с таким же успехом адресовать и тебе, ублюдок, — тут же парировал эльф, сверля меня зеленоватыми глазами. — Или ты забыл, как выглядят истинные драконы?

Валадимир стоял между нами, переводя взгляд с одного на другого. Король Ирвента хмыкнул, потирая подбородок.

— О-о, я смотрю, у вас прямо великосветские отношения сформировались, — сказал монарх с неприкрытой иронией. — Князь Селани, вот скажите мне, как на духу, какой мне вообще смысл дезактивировать энергетический барьер площадки, если вы так «тепло» — сделал он руками жест кавычки, — общаетесь с моим Столпом королевства? Не получится ли так, что я отдам приказ убрать купол, а вы двое в ту же секунду начнете грызть друг другу глотки прямо здесь, на моем ЛЮ-БИ-МОМ мраморе?

— Я не смертник, Валадимир, — спокойно ответил Селани, поднимая руку и указывая тонким пальцем прямо в мою грудь.

— В каком смысле, не смертник? — изогнул бровь король, с интересом глядя на остроухого.

— Я не смертник, потому как осознаю свои шансы на победу против «SSS»-рангового одарённого, имеющего дар крови и метаморфизма. Думаете я враг себе? — Он сделал паузу. — Нет, я пришел разговаривать. Договариваться, — ответил эльф, делая шаг ближе к краю гудящего купола. Он выдержал паузу и перевел взгляд на короля. — О, Валадимир, так Вы, оказывается, не знали, что князь Арес за последние сутки перешагнул предел и стал одним из сильнейших существ на планете?

Король резко повернул голову ко мне. Его лицо вытянулось, маска правителя на секунду треснула, обнажив искреннее удивление. Он цокнул языком, разглядывая меня так, словно видел впервые.

— Удивительные дела происходят в моем государстве, — протянул Валадимир, качая головой. — Уму непостижимо. Еще ведь несколько лет назад этот юноша еле-еле, с огромным трудом закончил столичную академию. А теперь…

— Может быть, мы уже начнем то, ради чего я здесь? — спросил Селани. — Продолжим весь этот увлекательный разговор в более подходящем и удобном месте. Например, в кабинете.

— Знаешь, о чем я думаю, Меньриэль? Думаю, что ты стоишь за всем, что произошло. А теперь, когда понял, что обосрался, пришёл играть в дипломатию. Скажи, а если я просто убью тебя прямо здесь и сейчас? Без разговоров. А потом развею в пепел. Как ты на это смотришь?

Воздух в этот момент будто стал плотнее. Охрана напряглась. Король нахмурился, но промолчал, позволяя мне вести эту партию.

— Ты хочешь сохранения мира так же сильно, как и я, Андер, — Селани смотрел на меня пристально, не отводя глаз. — Эта война слишком быстро затянулась и вышла из-под контроля. — Он криво усмехнулся. — Надо было уничтожить тебя и твоего братца Мишеля сразу, в ту же самую секунду, как только мне стало доподлинно известно, что вы пустили кровь моему сыну Кирстену. Это была моя ошибка.

— Задним умом мы все замечательно хороши, — усмехнулся я. — Разница в том, что ты просчитался. И тем не менее, я тебе ни капли не доверяю. Поэтому, посол, правила меняются. Если хочешь переговоров и хочешь, чтобы я не вырвал из твоей груди сердце, если ты вдруг слишком резко повернешься в коридоре или скажешь какое-нибудь слово, которое мне не понравится… в общем, тебе придется надеть магические блокираторы энергии. — Я развел руки в стороны. — Выбирай, ошейник или кандалы. — И, честно, я не выдержал и добавил: — Гав-гав, пёсик.

Эльф побледнел. Его ноздри расширились от гнева. Я даже не могу себе представить, какого терпения ему стоило проглотить это и более-менее приемлемым тоном спросить:

— А что, ничего другого у тебя в арсенале для гостей нет?

Я лишь пожал плечами и повернулся к Валадимиру.

— Ваше величество, у Вас в пыточных случайно нет каких-то более приглядных энергетических наручей? Думаю, нашему эльфийскому другу не хочется портить стильный образ.

Валадимир усмехнулся, покачав головой. В его глазах я читал удовлетворение от того, как мы ставим остроухого на место.

— Обалдеть, — сказал король, — при каких исторических моментах я присутствую… Да, сейчас велю принести. Эй, капитан! — он щелкнул пальцами, отдавая быстрый приказ офицеру стражи.

Всего через несколько томительных минут в зал вбежал гвардеец, держа перед собой на бархатной подушечке массивные наручи из черного металла, испещренные блокирующими рунами. Капитан дежурной смены сканировал мою ауру диагностическим артефактом, кивнул, и сделал так, чтобы я мог пройти сквозь энергетический барьер.

Мы с Селани оказались в одном закрытом пространстве, в метре друг от друга. Если бы он хотел атаковать, у него были бы тысячные доли секунды. Но он стоял неподвижно.

Эльф стиснул зубы и, глядя мне прямо в глаза, медленно протянул руки вперед.

Я снял тяжелые наручи с подушки и защелкнул их на запястьях князя один за другим.

В ту же секунду я активировал сканирующие чары. Плюс ещё и дар крови пульсировал, считывая состояние эльфа на микроуровне. Я чувствовал, как бешено колотится его сердце, гоняя светлую жидкость по сосудам. И главное, я ощутил, как сработали руны. Поток маны, который секунду назад циркулировал в его теле из искры, резко прервался. Его магические каналы опустели, превратив сильнейшего мага Лэнинелии в обычного, уязвимого долгожителя.

Я довольно улыбнулся, отступая на шаг назад, и перевел взгляд на Валадимира.

— Вот теперь можно снимать барьер.

Через десять минут звенящая тишина дворцовых коридоров сменилась гулким эхом малого тронного зала.

Слуги оперативно, стараясь слиться со стенами, расставили три изящных столика из полированного темного дерева. Треугольник власти. С одной стороны, устроился король Валадимир, расправив полы своего безупречного камзола. С другой, Меньриэль Селани. Остроухий сидел неестественно ровно, упрямо задрав подбородок. Я занял третье место, небрежно откинувшись на спинку стула и вытянув уставшие ноги.

— Итак, — голос короля Ирвента разрезал тишину. — С чем пришли к нам, эльфийский посол?

Меньриэль не торопился.

— Я предлагаю следующее, — произнес лорд Селани серьёзном тоном. — Мы отводим войска.

Я криво усмехнулся, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Какие именно войска? — подался я вперед, упираясь ладонями в края стола. — Уж не те ли, что были разгромлены под Адитоном?

— Вы же не думаете, что у нас больше нет армии? Да, мы не сможем ее собрать за пару дней…

— Уж кому-кому, а тебе, Меньриэль, прекрасно известно, что за жалкие пятнадцать минут от двухсот пятидесяти тысяч вооруженных солдат остался лишь пепел. Скольких ты и твои остроухие твари готовы погубить жизней? И ради чего?

— Люди убивают людей. Не велика потеря, — процедил эльф. Он провоцировал меня, как и я его.

— Ой, если ты клал на людей, то мы можем всегда наведаться в Вилитию… Ой, прости, мы же были там вчера… а нет, позавчера. — Я театрально вздохнул. — Как же время бежит. Тебе так не кажется?

— Вы убили сорок тысяч эльфов! — прошипел он, брызгая слюной. Ему стоило огромных усилий не сорваться на крик.

Я отмахнулся, словно от назойливой мухи.

— Вы первые начали войну без правил. Напали на объединенные силы под ущельем, когда мы прощались с драконами. Потом напали на прибрежный город Артуа в княжестве Цепеш, убивая мирных дроу. Наверняка, ты и твои подстилки, готовили еще парочку подобных сюрпризов, но мы просто оказались быстрее и заглянули в вашу столицу.

Селани подался вперед, цепи блокираторов жалобно звякнули о дерево стола. Лицо лорда исказила гримаса неподдельной, жгучей ненависти.

Я смотрел на него абсолютно холодным взглядом. В памяти снова вспыхнули крики сгорающих в Вилитии, но вины я не испытывал.

— Эльфы…

— СМЕРТНЫ! — перебил я Селани. — Когда же ты уже поймёшь своей тупой головкой… Мне абсолютно плевать, кого убивать в этой войне, — играл я на нервах эльфа. — Человек передо мной или… такие упыри, как ты. Вам пора уяснить одну простую истину. Сама по себе жизнь обладает одинаковой ценностью. Не существует правила «живет дольше, значит, имеет право жить лучше и диктовать свои условия». Вы слишком зазнались, возомнили себя богами. Из-за вашей слепой гордыни всё это и произошло.

Меньриэль откинулся назад и издал короткий смешок.

— Слово в слово… — пробормотал он, глядя на меня со смесью презрения. — То же самое мне говорил Карус. Смотри, он и тебе на уши приседал. Будь ты магом моего уровня, мы бы прямо сейчас скрестили клинки и выяснили, кто из нас действительно имеет право существовать.

Мои губы сами собой растянулись в хищной улыбке.

— Так в чем проблема? — я развел руками. — Мирный договор…его ещё нет. Одно твоё слово, и я перемещу нас поближе к Пустоши, чтобы никого из зрителей не зацепить случайным заклинанием. Давай, покажи мне превосходство эльфийской расы. Или же ты трусишь?

— Я уже сказал на площадке, — голос Меньриэля заледенел. — Я не самоубийца.

— Ого, какие перемены в мировоззрении. Я не самоубийца, — словно пробуя на вкус эти слова повторил я. — Трус он и в Афр… Пустоши трус, — усмехнулся я, не сводя с него пристального взгляда. — Неужели ты так сильно трясешься за собственную шкуру? Я же всего лишь короткоживущий человек, а люди, по вашей ущербной логике, недостойны коптить это небо. Давай, остроухий, попробуй лишить меня жизни.

— Не смей нарываться, Арес! — рявкнул Меньриэль.

— Довольно! — ладонь Валадимира с размаху опустилась на стол. — Выяснять, у кого длиннее… кхм… родословная и шире магический резерв будете в свободное время. Возвращаемся к сути. Лорд Селани, что конкретно предлагает Лэнинелия для урегулирования конфликта?

Эльф закрыл глаза, сделал глубокий вдох, успокаивая растрепавшиеся нервы, и снова посмотрел на монарха.

— Мы предлагаем установить фиксированную цену на арихалковую энергию для ваших накопителей, — произнес он, переходя на сугубо деловой тон.

Валадимир прищурился

— Занятно. И какую же компенсацию за спасение от зова вы считаете справедливой?

— Сто тысяч золотых монет за накопитель, заряженный на год, — отчеканил Селани без тени сомнения.

— Нет, — я даже не стал раздумывать. — Запрашиваемая цифра для подавляющего большинства неподъемна. И нас она категорически не устраивает.

— Вы даже не удосужились дослушать условия сделки, а уже рубите на корню, — фыркнул эльф, демонстративно закатив глаза.

— А что ты можешь предложить такого, чего я не предвижу? — я наклонил голову набок, изучая его физиономию. — Твой изначальный план предельно ясен. Ты хочешь искусственно ограничить объемы арихалковой энергии в человеческих государствах. Хочешь, чтобы зов продолжал сокращать наши ряды. Чтобы люди постоянно жили в страхе и отдавали последнее ради крох безопасности.

Заметив, как едва уловимо дернулся уголок глаза у посла, я понял, что попал точно в цель.

— Знаешь, — продолжил я, сменив тон на скучающе-повествовательный, — когда-то давно мне на глаза попался один крайне любопытный древний трактат. В нем описывалась история одного государства, название которого стерлось из большинства летописей. Там правящая верхушка тоже свято верила, что они — высшие создания. Идеальная раса. Они очищали земли от тех, кого считали низшими существами, проводили кровавые ритуалы и методично перемалывали миллионы жизней ради чистоты своей крови.

Я сделал короткую паузу, позволяя образам нацистской Германии, адаптированным под реалии Греи, осесть в умах слушателей. Физиономия эльфа оставалась непроницаемой, но я кожей чувствовал его внутреннее напряжение. По мне, так они ничем не отличались от тех самых палачей из моего прошлого мира. И осознание того, сколько веков должно пройти, чтобы эти надменные ублюдки изменили свою философию, вызывало тошноту. Наверное, никогда.

Меньриэль, поняв, что молчание затягивается, демонстративно сложил руки домиком, звякнув наручами.

— Правильно ли я понимаю логику вашей коалиции? — медленно произнес он. — Вы решили раздавать эту ценнейшую, добытую кровью и потом многих поколений арихалковую энергию… практически даром?

— О, ну отчего же даром? — я позволил себе легкую улыбку. — Мы планировали брать те самые пять, может, десять тысяч золотых. Подобную сумму совершенно спокойно может потянуть любой великий род. Точнее, большинство из них, — тут же поправился я, вспомнив некоторых обнищавших дворян. — Если же у кого-то в казне гуляет ветер и нет золота, существуют альтернативные способы бартера. Ресурсы, территории, услуги, вассалитет. К тому же мы оба прекрасно понимаем РЕАЛЬНУЮ себестоимость этой энергии.

Наши взгляды скрестились. Почти целую минуту в зале стояла звенящая тишина.

— Предположим, — наконец выдавил из себя Селани, тщательно подбирая слова. — Допустим, это ваше окончательное, не подлежащее обсуждению решение.

— Считаю, что принцип ценообразования мы вполне сможем отрегулировать чуть позже, — дипломатично вставил Валадимир, беря нити переговоров в свои руки. — Суть князь Арес отразил абсолютно верно: стабильная поставка энергии способна удерживать границы Пустоши на безопасном расстоянии. И в наших общих интересах, чтобы твари не прорывались в наши земли. Однако, — голос короля лязгнул металлом, — мятежное королевство Драгмайер не получит от нас ни единого накопителя. Это не обсуждается. Более того…

— Подождите, — резко перебил монарха Селани. — Судьбу Драгмайера я сейчас вообще не готов обсуждать. У меня нет на это прямых полномочий. Самая приоритетная задача на эту ночь — немедленное прекращение огня. Про накопители я заговорил, чтобы понять возможность долгосрочного перемирия. Но главное — это прекращение огня.

— Ты, видимо, оговорился. Хотел сказать — безоговорочная капитуляция? — тут же вклинился я, не давая ему перехватить инициативу.

— Капитуляция? — брови эльфа взлетели вверх, выражая искреннее недоумение. — Вы уничтожили лояльную нам людскую армию! Сожгли один из красивейших городов нашего королевства! У нас достаточно сил, чтобы ответить вам тем же ударом на удар!

Я подался вперед, стирая улыбку с лица.

— И мы ответим вам зеркально. Только вот реальная расстановка сил сейчас полностью на нашей стороне. Три одаренных «SSS»-ранга в нашей коалиции. Можешь пересчитать по пальцам. Я, правитель Святой Церкви Пауль II и лорд Калеб Фог. Тогда как у вас остался лишь лорд Корнуоллский. Начнете стирать в пыль наши города? Отлично. Мы лично придем в ваши древние леса и выжжем каждое поселение до состояния стеклянной пустоши. Как ты не поймёшь? Нас попросту больше. Больше плодится людей, больше королевств, больше резервов. К слову, я знаю, как твоя раса стала долгоживущей. — Селани скривился, тогда как я продолжил. — Но вы заплатили ужасную цену. Долго живете, но, вот беда, дети не рождаются… И пока вы будете с невероятными усилиями стирать один человеческий город, наша тройка уничтожит три эльфийских. И учитывая население Греи, математика смертей складывается явно не в вашу пользу.

Селани стиснул челюсти, глубоко задумавшись.

— Вернёмся к капитуляции, — сказал Валадимир. — Мы можем поработать над словом, чтобы вы могли подать вашему народу это, как равное соглашение. Но суть оно не изменит. Ленинелия проиграла войну. И одним из условий мира будет разрыв сюзеренских отношений с королевством Клиф. Также вы обязаны выплатить компенсацию за вероломное нападение на город Артуа, за удар по армии объединенных родов и нападение на резиденцию королевского рода Святых.

— А кто раскошелится за сожженную Вилитию? — огрызнулся Меньриэль.

— Вам никто платить не будет, — отрезал я. — Мы забрали ровно столько, сколько вы задолжали.

Я сделал короткий выдох, позволяя градусу агрессии немного снизиться.

— Предлагаю следующий формат, — произнес Валадимир. — Мы объявляем перемирие ровно на одну неделю. Затем встречаемся на нейтральной территории и досконально, по пунктам обсуждаем каждый нюанс мирного договора. До истечения этого срока любые боевые действия замораживаются. За это время я обсужу условия вашей капиту… хорошо-хорошо… — отмахнулся Валадимир, заметив недовольство на лице эльфа. — Мирного договора с королем Паулем, князем Цепешем и царем Торрином. Сразу после нашего совета на вашу территорию через телепортационную площадку будет отправлен официальный королевский гонец. Прошу обеспечить…

— С гонцом не случится ничего дурного, — мгновенно перебил Селани. — Я дам личные гарантии. Мы будем ожидать вашего послания с указанием точного места и времени проведения расширенных переговоров.

— Хорошо, — кивнул Валадимир, ставя невидимую печать на этом раунде дипломатии. — Тогда так и поступим.

Мы шли к порталу молча.

Я остановился у края площадки, пропуская эльфа внутрь, после чего прошёл следом.

Замки щелкнули. И я снял с него ограничения, позволяя мане вновь заполнить опустевшие каналы.

— Ну и что, — мой голос прозвучал спокойнее, — оно того стоило? Весь этот фарс, столько трупов, сожженные города?

Эльф медленно потирал запястья, разгоняя застоявшуюся кровь. Во взгляде читалось презрение существа, живущего веками.

— Тебе никогда не понять нас. Хоть ты и стал драконом, но внутри ты остался человеком, — произнес он и шагнул в центр круга. Пространство мгновенно схлопнулось, унося князя Лэнинелии прочь из Ирвента.

Я постоял секунду, глядя на пустые плиты, затем развернулся и неспешно зашагал обратно, туда, где у массивных колонн меня ожидал король Валадимир. Правитель стоял, заложив руки за спину.

— На этом моя миссия бесплатного телохранителя и надзирателя для посредника подошла к концу, — произнес я, останавливаясь в паре шагов от него. Металл кандалов звякнул, когда я сбросил их на стоящий рядом небольшой столик.

— Да, — отозвался монарх, задумчиво разглядывая меня. — Спасибо, что откликнулся и прибыл. Твое присутствие было… — усмехнулся он. — Интересным способом ведения переговоров.

— О-о, в таком случае пожалуйста и…

— Ты правда достиг «SSS»-ранга? — перебил он меня.

— Да, — подтвердил я, глядя ему прямо в глаза. Скрывать этот факт не имело смысла.

Валадимир слегка прищурился, подавшись вперед.

— Занятно… И как же тебе это удалось?

Мои губы сами собой изогнулись в сардонической усмешке. Внутри поднялась волна едкого возмущения.

— «Может, мне еще рассказать, где ключи от сейфа? Нарисовать схему поглощения энергии? Выдать ключи от сокровищницы в придачу?» — естественно, вслух я не проронил ни звука, просто стоял и молча улыбался, позволяя королю самому прочесть ответ в моем выражении лица.

Валадимир усмехнулся в ответ и резко сменил тему.

— Как ты смотришь насчет брака с моей дочерью? Инной.

Вопрос был не сказать, что неожиданным, но всё же услышать его сейчас не предвидел.

— Ваше величество, — рассматривал я правителя. — То есть это уже прямое, официальное предложение? Никаких тонких намеков, многоходовых интриг, завуалированных фраз на балах? Просто в лоб?

Король пожал плечами.

— В чем смысл сложных танцев? Я же прекрасно вижу, ты здесь находишься вовсе не из глубокого уважения ко мне лично или трепета перед короной. Твои мотивы продиктованы исключительно твоими целями. Но столь чудовищно сильный одаренный на моей стороне, в моей семье, это колоссальный плюс для государства. Поэтому я решил не ходить вокруг да около и говорить прямо.

Я медленно выдохнул.

— Хорошо, Ваше величество. Раз мы так честны, — я сделал шаг ближе. — Вам должно быть известно, что я прошел инициацию и теперь я не просто человек, обладающий даром метаморфа. Я являюсь истинным драконом. И моя жизнь с этого момента исчисляется не жалкими сотнями, а многими тысячами лет. Мне стоит продолжать мысль, или Вы сами улавливаете суть?

Валадимир нахмурился.

— То есть, ты пытаешься сказать, что Инна физически не проживет столько же, сколько отмерено тебе? — уточнил король. — Разве только в этом вся проблема? У вас будут дети. Наследники, несущие вашу общую кровь. Ты, в конце концов, с твоим статусом и сроком жизни, можешь взять несколько жен. В Ирвенте нет закона, предписывающего жить в моногамии. Мы же сейчас должны думать о политике, о стабильности королевств, об обычных людях, которые нуждаются в сильном покровителе.

Я не сдержал кривой усмешки.

— Ваше величество, убедительно прошу, давайте мы не будем давить на мораль и добрые поступки, — мой голос похолодел, опускаясь на тон ниже. — Я ведь очень хорошо всё помню. До сих пор не забыл, и вы прекрасно знаете об этом, как именно Вы попытались подставить меня под зов, отправляя в армию. Оперировать судьбами людей, прикрываться ими, когда Вы сами ни во что не ставите жизни своих подданных… это, как минимум, некрасиво.

Валадимир не отвел взгляд. Он принял удар, не пытаясь оправдываться или юлить.

— Я понимаю твою злость, Андер. И все же я настоятельно прошу тебя еще раз, с холодной головой подумать о моем предложении. Королевский род готов и может предложить тебе очень многое.

Я задержал на нем взгляд.

— Не думаю, что мне это нужно, — ответил я ровно. Но вспомнив азы политики и необходимость не множить врагов без повода, чуть смягчил тон. — Но, тем не менее, я обещаю хорошенько подумать над Вашими словами.

Не прощаясь и не делая лишних поклонов, я повернулся спиной к королю и вернулся к телепортационной площадке. Мир смазался, исчезая в воронке портала, и через миг я стоял во внутреннем двора Виндара.