Глава 1. Видения в тумане

«Это несправедливо!»

«Только одна из нас, я знаю. И я смирилась…»

— Нет, я не смогу! Пожалуйста, не надо!

Дебра Рид рывком села на постели. На лбу выступили холодные капельки пота. Сердце мечтало выпрыгнуть из грудной клетки. Кошмар медленно отступал, растворялся, разрешая очертаниям спальни приобрести четкость и краски.

— Спокойно. Это сон. Просто сон, — прошептала девушка, как молитву, запуская пальцы в длинные вьющиеся волосы.

Но прошло еще несколько минут, прежде чем удалось унять дрожь в теле и успокоиться. За окном почти рассвело. Злая ночь, одаривающая страшными снами, сдавала позиции, уступала место новому дню — по-весеннему свежему и ясному. Дебра взглянула на часы: через пять минут в комнате заиграет будильник. Без промедления она вскочила с кровати. Ни к чему валяться в постели, хранящей память о кошмаре.

— Доброе утро, мама, — через двадцать минут одетая и причесанная Дебра с привычным приветствием вошла в просторную светлую кухню с васильковыми шторами на широких окнах и живыми цветами в горшках.

Делинда Рид, поглощенная чтением утренней газеты, по традиции, кивнула в ответ. Перед ней стоял почти допитый чёрный кофе, длинные пальцы крутили серебряную ложку. На плите бушевал чайник, а холодильник был приоткрыт, как свидетельство, что мысли матери сегодня дальше обычного. Дебра налила себе чай, села напротив Делинды и, не сводя с нее глаз, принялась с ожесточением мазать хлеб повидлом. После ночного кошмара хотелось выплеснуть эмоции. Очень.

— Мам, меня выбрали старостой класса. Капитан футбольной команды сделал мне предложение. Медовый месяц мы проведем на Луне.

— Очень рада, дорогая, — отозвалась Делинда меланхоличным тоном.

Дебра вспылила, радуясь предоставленной возможности.

— Ты же не слышала, что я сказала! Ни единого слова!

Взгляды одинаковых зеленых глаз встретились.

— Не говори ерунды! — мать откинула назад прядь темно-каштановых волос и раздраженно отшвырнула газету, будто та была виновницей плохого настроения дочери-подростка. — Ты, как отец. С утра ненавидишь всю планету! Мне пора. До лекций надо принять дюжину пациентов в клинике. Кстати, о твоем отце, — добавила Делинда в дверях. — Передай ему, что пришли счета. Было бы неплохо не задерживать с оплатой.

— Было бы неплохо, если б вы общались друг с другом без посредника, — Дебра с вызовом посмотрела на мать, но та на выпад предпочла не реагировать. Покинула дом, оставив легкий аромат дорогих духов.

Дебра сердито оттолкнула чашку, едва не пролив половину содержимого на белую кружевную скатерть. Вот так всегда! Родители не слишком жаловали друг друга с тех пор, как она себя помнила. Иногда дочь задавалась вопросом, как они умудрились пожениться? Дебра была поздним ребенком. Вероятно, мать с отцом воспользовались последним шансом создать семью, раз не встретили более достойных спутников жизни. Они никогда не распространялись на эту тему, а дочь не осмелилась бы спросить их ни вместе, ни по отдельности.

— Ла-ла-ла-ла, — в дверном проеме появился Алан Рид — лысеющий полный мужчина. — Она ушла? — поинтересовался он шепотом и, получив утвердительный кивок, потер руки. — Замечательно! Милая, принеси рюмочку коньяка в кабинет. Для аппетита. И что-нибудь на завтрак.

Дочь открыла рот и снова закрыла. Если отцу не терпится приложиться к спиртному с утра, спорить бессмысленно. Она прекрасно знала, что услышит в ответ — одна рюмка здоровью не повредит, а занятия у него начинаются после обеда. Наполнив поднос, Дебра отправилась в кабинет. Прежде он принадлежал обоим родителям. Но с тех пор как они принялись играть в молчанку, обитал там лишь отец. Мать для работы на дому занимала кухню.

На первый взгляд, кабинет выглядел обычным: на нескольких полках стояли учебники по математике и медицине — предметам, которые преподавали родители в местном университете. Остальные полки занимала художественная литература: бумажные книги и аудиодиски. Но дочери казалось, что в домашней библиотеке отсутствует жизнь. Когда она собирается годами, у каждой книги есть своя история. Эти словно купили разом, пытаясь заполнить пустоту. В кабинете Дебре нравилась лишь одна вещь — настенные часы с резными фигурками на циферблате. Деревянные люди держали в руках цифры.

— Мама просила напомнить про счета, — объявила Дебра, ставя перед отцом поднос. Она предчувствовала, что ничего хорошего в ответ не услышит.

— Счета? — приподнял брови Алан, хитро улыбнувшись, как школьник, затеявший веселую проказу. — Тут есть загвоздка. Я оплачивал их в прошлом месяце. Не сочти за труд, напомни матушке, что теперь ее очередь.

Дебра с трудом удержалась, чтобы не возвести глаза к потолку. Она предвидела свирепый взгляд Делинды, когда та вечером услышит премилое сообщение. Алан, не обращая внимания на реакцию дочери, нажал на пульт, вмонтированный в стол. Зажегся экран в полстены, показывая утренние теленовости.

— Сегодня будет поставлена точка в деле братьев Манн, — вещала белокурая телеведущая с кукольным лицом. — Напомним, громкая история взбудоражила общественность во всех 148-ми секторах Земного шара. Братья Манн осенью прошлого года пытались запустить в космос аппарат собственного изобретения, нарушив закон «О космическом запрете» и поставив под угрозу существование человечества. Прокурор требует казни, и сегодня суд вынесет вердикт.

— Так им и надо! — позлорадствовала Дебра, как и все вокруг, наслышанная о громком деле.

— Считаешь их преступниками? — спросил отец непривычно глухим голосом.

— А ты нет? — удивилась дочь. — Люди почти два десятилетия умирают от болезни, принесенной из космоса.

Алан покачал головой и сжал бокал с такой силой, что по нему пошли трещины.

— Всё гораздо сложнее! Люди не замечают, что планета все ближе подходит к неминуемой гибели. Но космос тут совершенно ни при чем! Закрывать его было ошибкой! — отец тряхнул бокалом, и остатки коньяка выплеснулись на халат.

Дебра растерялась. Тему, затронутую Аланом, стражи посчитали бы запретной. Он жил в университетском мирке с его маленькими проблемами и почти не интересовался ничем другим. Обычно отец благоразумно не поддерживал разговоры о космосе. Когда кто-то упоминал о нем, старательно переводил тему.

«Не стоит ему пить. О таких вещах даже думать нельзя, а, тем более, произносить вслух», — пронеслось в голове.

— Люди умирают почти два десятилетия, а никто на Земле не может разобраться, как болезнь Хайди лечить, — продолжил Алан сурово. — Столько лет, столько смертей, а вопросов больше, чем ответов.

Дебра молчала. Отец, наконец, заметил выражение её лица и махнул рукой.

— Иди, иначе на автобус опоздаешь. Забудь, что я сказал. Все равно не поймешь.

Дебра выбежала из кабинета, закусив губу. Обида накрыла с головой. Что хуже: мать, не замечавшая присутствия, или отец, вечно сомневающийся в умственных способностях?

* * *

Школьный автобус, не спеша, катил по тихим улицам провинциального города Брилады. Дебра хмуро смотрела в окно на аккуратные двухэтажные дома, подставляющие разноцветные крыши утреннему солнцу. Ребята галдели, соскучившись за неделю весенних каникул. Разве, глядя вокруг, скажешь, что планета на пороге гибели?

— Твои опять поругались? — спросили в ухо.

Дебра вздрогнула. Она задумалась и не заметила, как на очередной остановке рядом устроился лучший друг и извечный напарник по школьным заданиям Дилан Эймс. На него, как и на саму Дебру, большинство учителей махнули рукой, причислив к не слишком одаренным.

— Как бы им удалось поругаться, если они не общаются? — шепотом вспылила девушка.

— Ясно, — Дилан подвинулся ближе, вызвав девичьи смешки в другом ряду.

Дебра ответила одноклассницам сердитой гримасой. Достали! Противные сплетницы, вечно выдумывающие глупости. Да, они с Диланом не отходили друг от друга с первого класса, однако никакой романтики между ними и близко не намечалось. Всё равно, что тащить на свидание брата. Дилан не обратил внимания на хихиканье. Ему лучше подруги удавалось держать себя в руках и не огрызаться на каждого, кто отпустит колкость.

— Я кое-что услышал, — снова зашептал он Дебре на ухо, выждав паузу, чтобы одноклассницы переключились на более «увлекательные» дела. — Случайно. Отец с меня шкуру спустит, если узнает. Но я должен тебе рассказать. Иначе мозг взорвется.

— Опять подслушивал? — Дебра закатила глаза. — Если спустит шкуру, будет прав!

Отец друга был главным судмедэкспертом в городе, и разговоры доктора за закрытыми дверями представляли немалый интерес для шалопая-сына.

— В Бриладе за неделю трое погибших, — тревожным шепотом продолжил Дилан. — То же самое, что было с теткой Боба Ралли в прошлом месяце. Остановка сердца без причины.

— Так не бывает. Ты же говорил, отец разберется.

— Говорил. Но не нашел он ничегошеньки. Теперь новые случаи.

— Может, ты неправильно подслушал? — запротестовала Дебра.

До каникул рассказ приятеля о смерти тетки одноклассника она не восприняла всерьез.

Решила, Дилан большую часть приукрасил для устрашения.

— Правильно! И не собирался я подслушивать. Книгу искал для эксперимента одного медицинского, — Дилан залился краской, и Дебра предпочла не заметить последнюю информацию. — В общем, отец нагрянул с мужиком незнакомым. Пришлось под стол лезть и сидеть там полчаса. Гость оказался шишкой из Каста-Беллы.

— Откуда?!

— Тише, пол-автобуса оборачивается, — Дилан схватил подругу за руку в ожидании, пока остальные школьники вернутся к разговорам, прерванным возгласом. — Гость велел отцу все скрыть. Придумать для родственников естественные причины смерти — инфаркт, аневризму. В общем, что угодно. Сказал, если придётся, они всё спишут на Хайди. Только представь!

— Дилан, скажи, что ты все придумал! — сердце Дебры заметно ускорилось.

— У меня воображения не хватит! — шикнул приятель и затараторил. — Я понял из разговора, что мы не первые с таким столкнулись. Это новая эпидемия, она по всему миру распространяется. В дополнение к Хайди. Люди умирают. Без причины. Никаких симптомов, мгновенная смерть. Врачи обследуют погибших, а они здоровы. Дебра, правительство это скрывает.

— Ты еще кому-нибудь рассказывал? Дилан? — Дебра толкнула примолкшего друга. Заглянула в остекленевшие карие глаза. Почудилось, веснушки на смуглых щеках потеряли беспокойную веселость.

— Конечно, нет, — очнулся Дилан и аккуратно убрал темные кудри подруги с собственного плеча. — Кому я могу рассказать? Ты — мой единственный друг.

— И дальше молчи. Делай вид, что ничего не произошло, — она сжала теплую ладонь парня и отвернулась к окну, лишь бы не смотреть в испуганные глаза.

Новость не желала укладываться в голове. К доктору Эймсу приезжали из Каста-Беллы, чтобы скрыть гибель жителей Брилады! Вот это размах! Такое Дилан не стал бы выдумывать! Каста-Белла была мировой столицей, главным городом 148 земных секторов. Там располагался исследовательский центр Хайди, карантинная зона для инфицированных. В Каста-Белле жил верховный правитель Земли Абрахам Уинфри — человек, благодаря которому планета не развалилась под тяжестью эпидемии.

— Страшно, — прошептал Дилан. — Хайди — другое дело, мы с рождения знаем, что можем с ней столкнуться. Привыкли жить с этой угрозой.

Дебра мрачно кивнула, не замечая больше ни яркого солнца за окном автобуса, ни весеннего настроения одноклассников. Дилан прав. Она боялась Хайди. С тех пор, как себя помнила. Но болезнь была далеко, настигала незнакомых людей. Житель их провинциального города заболел лишь однажды. Беда случилась даже не в Бриладе. Парень заразился во время учёбы в другом секторе.

Хайди господствовала на планете восемнадцать с лишним лет. На год больше, чем было Дебре. Неизвестную доселе человечеству болезнь на Землю привезли космонавты на корабле под названием «Прометей» — экспедиция из семи человек. Они несколько лет провели за пределами солнечной системы и, наконец, вернулись домой. Каждый школьник знал дату, с которой пошел отсчет нового, пропитанного горечью и страхами времени — 19 декабря 2073 года.

Врачи не сразу поняли, что космонавты больны. Традиционные обследования не выявили отклонений. Симптомы появились через месяц: у самих покорителей космоса, их семей и всех, кто встречал астронавтов на Земле. Спасти заразившихся было невозможно. Болезнь полностью поражала тело, органы отключались друг за другом. Правительство приказало изолировать больных и их окружение. Был принят ряд законов, запрещающих полеты в космос. Под запрет попали и живые существа, и оборудование. Но это не остановило эпидемию.

Сначала Хайди распространялась стремительно, убивая тысячами жителей столицы и ее окрестностей. Но позже умерила аппетиты. Теперь болезнь поражала людей по всему миру, но не населенными пунктами или семьями, а «выбирала» отдельных жертв. Постепенно врачи научились контролировать недуг. Доктора признавали, что лечат не Хайди, а ее симптомы, сдерживают болезнь. Пациенты, которых начали вовремя лечить, оставались в живых. В Каста-Белле госпитали, где жили «подконтрольные», занимали десятки кварталов.

Призывы о раннем выявлении Хайди звучали отовсюду — экранов телевизоров, страниц газет, рекламных плакатов. Первые признаки болезни знали даже трехлетние дети — бессонница и кровотечение из носа. Впрочем, до симптомов доходило редко. Ученые научились определять Хайди благодаря тестам. Население проходило их раз в месяц. В школы, вузы и офисы рассылались именные пластины. Требовалось лишь положить руку на панель. Компьютер распознавал тестируемого по отпечатку ладони, брал кровь из пальца и через минуту выдавал результат.

— На следующей неделе тесты, — прочитал мысли подруги Дилан. — Терпеть их не могу. Как лотерея. Но выигравшему не приз полагается.

* * *

Уроки прошли без приключений. Если не считать дополнительных домашних заданий, которые Дебра и Дилан умудрились схлопотать. Друзей больше интересовали мировые эпидемии, нежели геометрические задачи и химические формулы. Решили не откладывать штрафные задания в долгий ящик. После последнего урока устроились под вековым дубом за бледно-серым четырехэтажным зданием школы.

Обоих хватило минут на сорок. Дилан первый отбросил в сторону учебник и тетрадь.

— Надоело! — проворчал он. — Надоело быть сыном гения. Всю жизнь слышу, что не в отца пошел. Тебе легче.

— Точно! Гораздо удобнее, когда родителям все равно, как ты учишься и вообще живешь, — съязвила Дебра, кидая задачник на учебник Дилана в траве. — Если я умру от внезапного недуга, они не заметят. Недели три!

Дилан опешил и не мог решить, засмеяться в ответ или покрутить у виска.

— Хватит прохлаждаться, сейчас у озера веселье начнется, — рядом присела пухлая девушка с русым конским хвостом. Взгляд бледно-голубых глаз в обрамлении светлых ресниц впился в лицо Дилана.

— Привет, Вейда, — Дебра поздоровалась с одноклассницей сквозь зубы. — Кто-то опять на спор поплывет под водой?

Вейду Армстронг она терпеть не могла. Не выносила! Это была жадная до сплетен и мечтающая находиться в центре внимания девица. А еще злая, умеющая уколоть в самое незащищенное место. Сегодня Вейда зазывала посмотреть на глупую шутку школьников, но набивала цену себе.

К несчастью, Дилан заинтересовался предложением.

— В прошлый раз смешно получилось. Директриса сама полезла в воду, решила, Донни Паркер утонул.

— Донни опять участвует, — радостно сообщила Вейда.

— В очередном заплыве? — улыбка Дебры напоминала оскал.

— Я сказала: веселье будет у озера, а не на озере. Донни и Генри обещают показать мистическое шоу. Говорят, это случается каждую неделю. Появляется туман, а сквозь него видны люди, которых на самом деле нет. Слушай, Рид, сделай лицо попроще! — взорвалась Вейда, яростно глядя на Дебру. — Донни я бы не поверила. Но Генри не станет придумывать. В общем, Дилан, приходи. Подружку брать не обязательно.

Вейда довольная собой ретировалась, Дебра сжала кулаки, Дилан прыснул и тут же громко охнул, получив локтем в бок. После пятиминутного препирательства, где главным аргументом стало нежелание возвращаться к домашней работе, друзья отправились смотреть обещанное шоу. Вейда успела разрекламировать его по полной программе. У школьного озера в форме правильного овала собрались почти все ученики выпускного класса.

Злая на весь свет Дебра оттащила в сторону Донни Паркера — коренастого круглолицего парнишку в синей кепке.

— А чего я-то? — принялся оправдываться тот, потирая плечо. — Это всё Вейда! Пригласила кучу народа. Теперь, может, ничего не получится.

— Хватит заливать! Вы всё придумали!

— Ничегошеньки мы не придумали! — надулся Донни. — Мы это несколько недель видим. Я один приходил, а потом с Генри Готье столкнулся. Клянусь! Сначала туман сгущается над озером. Держится несколько минут. Потом рассеивается, и люди появляются. Их видно сквозь дымку серебристую!

— Что они делают? — усмехнулась Дебра, хмуро оглядывая заинтересованные лица одноклассников, заключающих пари. Дилан, к ее глубочайшему неудовольствию, тоже протянул пару монет Эйдану Хейзу — широкоплечему парню с густыми темно-рыжими вихрами.

— Всё делают! По магазинам ходят, работают. Как-то я отца видел — на гоночной машине! Он спорт бросил, когда я родился. Мама его просила не рисковать, раз семью завел. Один раз нам космонавтов «показали»! — Донни понизил голос до шепота, на лице появилось ликующее выражение. — Они к полету готовились. Представь!

— С ума сошел?! — зашипела Дебра гусыней. — Разве можно придумывать ТАКОЕ?!

— Я не врун! Сама увидишь, а я посмотрю, что скажешь! — паренёк отошел задетый, бурча под нос что-то об умственных способностях противоположного пола. В другой раз Дебра не удержалась бы, запустила в нахала камешком — аккурат между лопаток.

Старшеклассники удобно расселись вдоль берега на рюкзаках. Одни выглядели заинтригованными, другие отнеслись к затее скептически. Но все равно замерли в ожидании, надеясь на выигрыш в пари. Зачинщики мистической феерии встали у кромки воды. Постепенно недовольных зрителей прибавилось. Прошло минут десять, но озеро оставалось озером. В спины мальчишек полетели сухие веточки от особо нетерпеливых ребят.

— Начинается, — оживился Донни, радостно потирая ладони и пружиня на месте.

— Что начинается? — не поняли одноклассники, недоуменно глядя то на водную гладь, то друг на друга. — Ты чего выдумываешь?

— Вон же туман, смотрите! — вторил приятелю Генри, растерянно оборачиваясь на остальных. — Рассеивается.

Старшеклассники старательно вглядывались вдаль, напрягая зрение, но ни тумана, ни его рассеивания не увидели. По рядам прошел недовольный шепоток. Кто-то предложил поколотить обманщиков.

— Вижу человека! — вскрикнул Донни, возбужденно подпрыгивая и показывая на что-то пальцем. — Это женщина. Кажется, я ее знаю и… и…. - он внезапно притих, спрятал руки в карманах легкой куртки.

— Это тетя Боба Ралли, которая… которая умерла, — упавшим голосом закончил мысль Генри, испуганно оборачиваясь.

— Эй! Вы думаете, это смешно?! — Боб поднялся, угрожающе сжимая мощные кулаки. — Вы у меня сейчас оба что-то увидите!

Угроза была небезосновательная. Боб занимался борьбой и, когда затевал драку, укладывал оппонента одним ударом. С ним старались не ссориться, потасовки с его участием можно было пересчитать по пальцам.

— Ай! — вскрикнул Донни и снова вскинул руку в направлении озера, позабыв предупреждение Боба. — Сейчас собьет! Машина! Она не видит машину, не смотрит на дорогу! Осторожно! — его глаза широко раскрылись и вдруг: — Ой! — Донни согнулся пополам и прижал руки к лицу. Из разбитого носа хлынула кровь, заливая ладони и куртку. Синяя кепка упала в траву.

— Думаешь, это весело?! — разъяренный Боб продолжал держать кулаки наготове.

— Ты что, не видел?! — заорал Генри, предусмотрительно отскочив на безопасное расстояние. — Твою тетю сбила машина!

— Моя тетя умерла от инфаркта! А ты! Ты!

Нанести новый прицельный удар Боб не успел. Десятки рук вцепились в разбушевавшегося парня и потащили прочь от двух неосторожных одноклассников…

— Идиоты! Клоуны! — спустя десять минут ругался на Донни и Генри Дилан, не выносивший жестоких розыгрышей. — Как вы додумались?!

— Ничего мы не додумывались! Вы же сами всё видели! — с пеной у рта защищался Генри.

Донни полулежал на берегу, запрокинув голову, чтобы остановить кровь, и вступать в перебранку не торопился. Дебра тоже молчала. Продолжала сидеть на рюкзаке в любимой позе — обхватив руками колени. Остальные зрители разошлись. Одни — в негодовании, другие, дивясь глупости мальчишек.

— Все видели озеро! Только озеро! — Дилан попытался постучать Генри по лбу. — Ни тумана, ни машин, ни теток! Боб не на шутку разозлился. Вы двое от него еще получите.

— Тогда я ничего не понимаю, — сник паренёк. — Почему же мы с Донни это видели? Клянусь, мы не лжем!

— Значит, у вас коллективная галлюцинация, — окончательно рассвирепел Дилан. — Дебра, пошли, автобус пропустим. Дебра, ты слышишь?

— Слышу, — голос девушки походил на шелест ветерка.

— Как им это в голову пришло?! — продолжал возмущаться Дилан по дороге к остановке. — Это нехорошие, злые шутки.

Дебра молчала. Язык не поворачивался признаться. В отличие от остальных зрителей, она не видела озера. Глаза смотрели на рассеивающийся туман. На седеющую горожанку, переходящую дорогу. На красный автомобиль, летящий на огромной скорости. Дебра тоже узнала женщину в коричневом старомодном пальто с оторванной пуговицей. Та работала кассиром в супермаркете, приходилась тетей Бобу Ралли и недавно умерла от новой, никому не известной болезни без симптомов.

— Почему?! — раздался в спину пронзительный крик Генри. — Почему этого никто не видит?!

Дилан выругался, а Дебре захотелось заткнуть уши.

Загрузка...